Эволюция наречия в истории русского языка как отражение миропонимания народа

Департамент  образования  города  Москвы

Государственное образовательное учреждение

высшего профессионального образования города Москвы

«Московский городской педагогический университет»

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ДИПЛОМНАЯ РАБОТА

 

ЭВОЛЮЦИЯ НАРЕЧИЯ В ИСТОРИИ РУССКОГО ЯЗЫКА КАК ОТРАЖЕНИЕ МИРОПОНИМАНИЯ НАРОДА.

 

 

 

 

 

 

 

ВЫПОЛНИЛ

Савельев Юрий Владимирович

студент 5 курса 1 группы

кафедры общего языкознания

института гуманитарных наук

 

НАУЧНЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ

кандидат филологических наук, доцент

Захарова Мария Валентиновна

 

РЕЦЕНЗЕНТ

кандидат педагогических наук, доцент

Ситникова Екатерина Владимировна

 

 

 

 

 

 

Москва

2011

 

 

Содержание.

Введение…………………………………………………………………………...3

Глава 1

1.1 Определение наречия...……………………………………………………….5

1.2 Классификация наречий……………………………………………………...6

1.3. Вопрос о наречиях в русской  грамматике………………………………….9

1.4 История возникновения (образования) наречия…………………………..12

1.5  Языковая картина мира  и миропонимание народа……………………….14

1.7.Психолингвистическое значение  наречия..………………………………..22

1.8. Наречие и миропонимание народа………………………………………...26

Глава 2

2.1.История образования наречий………………………………………………29

2.2 Эволюция наречий…………………………………………………………...36

Заключение…………………………………………………………………….....72

Используемая литература……………………………………………………….76

 

Введение.

   Тема нашей дипломной работы: «Эволюция наречия в истории русского языка как отражение миропонимания народа».

Объектом нашего исследования является эволюция наречия в истории русского языка, а предметом работы будет связь, между наречием и миропониманием носителя языка.

  Целью мы ставим проследить эволюцию наречия в русском языке с XI по XX век, и попытаться увидеть отражение миропонимания народа.

Основные задачи работы:

1.Определить связь между наречием и миропониманием народа.

2. Проследить эволюцию наречия в русском языке.

3.Выяснить, как изменилось миропонимание народа на примере эволюции наречий в русском языке.

   Связь языка и человеческого мышления всегда интересовала лингвистов, именно из-за интереса к этой связи, на стыке психологии и лингвистики, возникла такая наука как психолингвистика, объектом которой по А.А.Леонтьеву является  "совокупность речевых событий или речевых ситуаций", а предметом  "соотношение личности со структурой и функциями речевой деятельности, с одной стороны, и языком как главной "образующей" образа мира человека, с другой".

   Сейчас связь языка и мышления – это одно из наиболее интенсивно развивающихся направлений в языкознании, психолингвистическое значение слов и языка , как отражение мышления и миропонимания, уже интересует не только учёных лингвистов, но и людей не имеющих серьёзных познаний в филологических науках – психологов, врачей, историков. Следовательно, тема, которую мы поднимаем в нашей работе является на данный момент в достаточной мере актуальной и заслуживающей внимания.

     Связь между языком и мышлением поднималось во многих научных работах, например в книге Л.В. Щербы «Языковая система и речевая деятельность.», в работах А.А.Леонтьева, Ю. Д. Апресяна, исследованиях А. Вежбицкой, , Е. С. Яковлевой, В.З. Санникова, В. Г. Гака. Исследование наречия и истории его создания были проведены В.В. Ивановым, Л.В. Щербой, А.А. Шахматовым, А.М. Пешковским, А.П. Рифтиком и другими учёными. Наша дипломная работа, основываясь на теоретической базе исследований этих учёных, рассматривает историю эволюции наречия как отражение миропонимания народа, ранее похожие работы по данной части речи  не создавались.

    Наша работа будет состоять из двух частей теоретической и практической:

  1. В теоретической части мы разберём историю изучения наречия, рассмотрим историю образования и выделения из языка этой части речи, рассмотрим такие термины, как языковая картина мира и миропонимание, обоснуем психолингвистические значения и особенности наречия, его связь с миропониманием народа.

  2. В практической части нашей работы мы будем рассматривать саму эволюцию наречий и, исходя из теоретических обоснований первой части исследования, выяснять каким образом изменилось миропонимание народа отражённое в изменении наречия в истории русского языка.

     Выводы и исследования, проведённые в нашей работе могут помочь, в дальнейшем изучении такой проблемы как изменение миропонимания народа и его отражение в эволюции русского языка, так же наша работа позволяет более успешно изучать такую часть речи как наречие, расширяет базу знаний современной российской психолингвистической школы и позволяет проводить более глубокие исследования на данную тему, беря за основу выводы и материалы нашей исследовательской работы.

 

 

 

Глава 1

 

1.1Определение наречия.

   Из школьного курса русского языка мы знаем, что наречие –это неизменяемая часть речи обозначающая признак действия, признак признака предмета. В школьном преподавании принято говорить, что слова этого класса отвечают на вопросы «как?», «где?», «куда?», «когда?», «зачем?», «с какой целью?», «в какой степени?» и чаще всего относятся к глаголам и обозначают признак действия, а также, что наречия образуются в процессе адвербиализации.

    Грамматика-80  определяет наречие так:

    «Наречие - это часть речи, обозначающая непроцессуальный признак действия, предмета или другого непроцессуального признака – качества либо свойства: идти домой - дорога домой; прекрасно читает – прекрасно образован; очень интересуется – очень интересный – очень интересно рассказывает; по-московски гостеприимен – по-московски гостеприимно встретил – гостеприимство по-московски. Главным формальным признаком наречия как части речи является отсутствие словоизменения. Исключение составляют наречия, образующие формы сравнительной степени.   

По своему общему значению непроцессуального признака наречия близки прилагательным. Этим значением определяются синтаксические функции наречий: во-первых, они определяют глагол, имя или другое наречие, соединяясь с ним связью примыкания; во-вторых, наречия свободно употребляются в функции сказуемого; в-третьих, наречия определяют предложение в целом.    

Тот или иной вид отношений, возникающих при синтаксических связях наречий, в значительной степени предопределен (а очень часто и ограничен) лексическими значениями самих наречий: всюду туман или дорога домой - определение по месту, сегодня дождь или встреча вечером - определение по времени, очень занятный – определение по мере, степени.»

    Согласно определению Потебни, наречие является несогласуемым определением прилагательного и глагола, «признаком признака». Однако «чем ближе существительное к прилагательному, тем возможнее приложение к нему наречия» (Потебня 1888; 125). Ср.: очень не дурак, молча плут, поездка туда и обратно и т. п. С категорией наречия Потебня сближает также деепричастия и формы сравнительной степени. Описывая наречные формы, Потебня подчеркивает подвижность, изменчивость частей речи, переход слов из одних категорий в другие (например, из прилагательных и существительных в наречия, из наречий — в предлоги и т. д.).

    Исходя из этих определений, мы можем сказать, что наречие - это грамматическая категория, под которую подводятся несклоняемые, несогласуемые и неспрягаемые слова, примыкающие к глаголу, к категории состояния, к именам существительным, прилагательным и производным от них (например, к тем же наречиям) и выступающие в синтаксической функции обстоятельственного отношения или качественного определения. Наречия морфологически соотносительны с именами существительными, глаголами, прилагательными, с именами числительными и местоимениями. Общее грамматическое значение наречия – это признак действий или признак признаков.

   Морфологическим признаком наречий является их неизменяемость. Они не имеют рода, падежа, числа, не склоняются и не спрягаются.

Синтаксические признаки наречий – в предложении наречия являются обстоятельствами.

 

1.2 Классификация наречий

Классификация наречий происходит по нескольким критериям:

А) По лексическому значению:

Наречия обстоятельства:

• времени — обозначают время совершения действия (вчера, сегодня, завтра, утром, днём, вечером, ночью, весной, сейчас, позже, погодя, всегда);
• места — обозначают место совершения действия (далеко, рядом, вблизи, вдали, здесь, направо, назад, налево, издали, навстречу, там,сбоку, около);
• причины — обозначают причину совершения действия (сослепу, сгоряча, сдуру, спьяну, поневоле, недаром);
• цели — обозначают цель совершения действия (нарочно, специально, назло, наперекор, в шутку, умышленно, неумышленно, нечаянно).
• Наречия определительные:
• качественные — выражают характеристику или оценку действия или признака (холодно, грустно, зверски, странно, чудовищно, быстро, страшно, правильно);
• количественные — определяют меру или степень проявления действия или признака (много, мало, вдвойне, чуть-чуть, втройне, дважды, вдвоём, трижды, втроём, вшестером, очень, совершенно, весьма, абсолютно);
• способа и образа действия — указывают на способ совершения действия (бегом, шагом, галопом, вперемешку, вплавь, навзничь, вхолостую, наверняка);
• сравнения и уподобления — (по-бабьи, по-прежнему, по-медвежьи, по-старому, по-нашему, ёжиком, по-приятельски, нос крючком, загогулиной, торчком, дыбом, столбом);
• совокупности — (всенародно, втроём, вдвоём, сообща).

 

Качественные наречия, образованные от качественных прилагательных, имеют степени сравнения

• сравнительная степень выражается:
• синтаксически: с помощью суффиксов -ее(-ей), -ше, -е,"-же" (интереснее, сильней, дольше, громче). Некоторые наречия образуют сравнительную степень супплетивно, то есть меняя основу: хорошо — лучше, мало — меньше, много — больше ", «глубоко-глубже»;
• аналитически: при помощи вспомогательного слова более в сочетании с исходной формой наречия: более сильно, более гнусно, более мерзко и т. д.
• превосходная степень выражается:
• синтаксически: мудро — мудрее всего; с помощью суффиксов -ейш-, -айш-: покорнейше прошу, нижайше кланяюсь. Очень редко употребляется в современном русском языке;
• аналитически: сочетанием слова наиболее с исходной формой наречия: наиболее противно, наиболее страшно, наиболее плохо т. п. Имеет книжный оттенок и употребляется большей частью в научном стиле речи и публицистике;
• сложная форма: сочетанием слов всех, всего с синтетической формой сравнительной степени: лучше всех, лучше всего, больше всего.
• Знаменательные наречия, такие, что образованы от знаменательных слов, то есть наречия называют какой-нибудь признак прямо (громко, тихо, вечером).
• Наречия местоименные,

Указывает на образ действия (так),

место действия (там, тут, здесь, туда),

время действия (когда, тогда-то, тогда, всегда),

причину (потому, поэтому), цель (затем).

Б)  Классификация по способу образования

·  суффиксальный: быстрый — быстро, творческий — творчески;

·  приставочно-суффиксальный: сухой — досуха;

·  приставочный: хорошо — нехорошо, куда — никуда;

·  Сложение разных видов:

• сложение слов: еле, еле — еле-еле, опрометчиво — безумно;
• сложение с первым элементом полу-: полулежа;
• сложение с присоединением суффикса или приставки и суффикса: мимо ходить — мимоходом, пол, сила — вполсилы

Нас в меру специфики данной работы будет интересовать обе классификации наречий и словообразовательная,  и по лексическому значению, так как наше исследование имеет целью рассмотреть не только историческое формирование, но так же психолингвистический аспект изменения этой части речи.

1.3. Вопрос о наречиях  в русской грамматике

Прежде чем приступить к вопросам образования наречий в русском языке, следует для начала коснуться истории изучения проблем этой части речи в русской грамматике. Видимая разнородность морфологических качеств русских наречий заставила грамматиков искать внутреннее единство этой категории на путях семантического и синтаксического ее изучения. При этом сначала — под влиянием древней традиции, которая шла от античных грамматик,— возобладало голое вещественно-логическое определение «наречия как качества или обстоятельства другого качества или действии»

[ Грунский 1911: 45]. Логический, отвлеченный характер этого определения не удовлетворил представителей сравнительно-категорической школы языковедения уже в первой половине XIX в. К середине XIX в. при анализе наречий в русских грамматиках получили решительный перевес синтаксические критерии. Наречие признается синтаксической категорией по преимуществу. Эту грамматическую традицию возглавляет К. С Аксаков: «Наречие не есть часть речи. Часть речи то, что получило в слове особую форму, особый отдел; наречие своей особой формы не имеет. Оно выражает отношение, оно есть уже синтаксическое явление. Наречием могут быть разные части речи, в разных отношениях употребляемые.» [ Аксаков 1875: 402].Интерес к исследованию синтаксических функций наречия помог точнее определить место наречия среди других частей речи.

    А.А. Потебня, углубив синтаксическую точку зрения на наречие как на несогласуемые «признак признака» и увидав в нем «особую форму, присвоенную обстоятельственным словам» [ Потебня 1888: 119-121], вернул наречие в систему основных знаменательных частей речи.

Концепция Потебни нашла дальнейшее, хотя и не однородное, обоснование и развитие в грамматических системах акад. А.А.Шахматова и проф. А. М Пешковского.

   А.М. Пешковский сначала  колебался в выборе между синтаксической и этимологической точками зрения на наречие. Потом — под влиянием Шахматова и Потебни — склонился к признанию наречия категорией «целиком синтаксической». По словам Пешковского, в наречиях изображаются признаки того, что высказано в глаголе и прилагательном Значение «признака признака», свойственное наречию, выражается целой серией морфологических примет (например, формами на -о, на -ски и -цки без префикса и с префиксом по-; формами на -ьи с префиксом по- и без него.

   Акад. А.А. Шахматов в своем  «Синтаксисе русского языка» расширяет объем понятия наречия. По мнению Шахматова, наречие в известном смысле занимает центральное место в системе частей речи. «Наречие может быть определено, во-первых, как отвлеченное название признака и отношения, во-вторых, как название признака и отношения в их сочетании с другими признаками. Отсюда тесная связь наречия с другими частями речи, переход их в наречия, их адвербиализация» [Шахматов 1927: 94]. Об адвербиализации свидетельствует морфологический состав наречий, среди которых легко найти бывшие существительные, прилагательные, глаголы, местоимения, числительные. Особенно близки наречия к прилагательным и существительным: «По существу своему наречие тождественно с прилагательным»[Шахматов 1927: 94]. И отличается от него лишь отсутствием форм согласования. Но, в отличие от прилагательного, наречие переходит «при благоприятных условиях в служебные части речи, т. е. предлог и союз; оно занимает таким образом середину между прилагательным, с одной стороны, служебными частями речи — с другой».[ Шахматов 1927: 25] «Наречием становится существительное в именительном и косвенных падежах, когда получает в предложении значение обстоятельства».[ Шахматов 1927: 26]

    Таким образом, категория  наречия выступает во всем  разнообразии своих синтаксических функций, морфологических признаков и семантических особенностей.

    Мысли А.А. Шахматова о синтаксической природе наречия легли в основу статьи проф. А. П. Рифтика «Об образовании наречий». А. П. Рифтик исходит из предложения, что «первоначально действия и состояния, выраженное не мыслились отвлеченно, но всегда включали в себя определенную характеристику, выступая с этой характеристикой как одно понятие». [Рифтин 1940: 51-56] То, что теперь у нас выражено наречием, «входило в качество неразрывной составной части в семантику самого действия или состоянии. Но затем «характеристика действия или состояния выделяется из семантики глагола и выражается особым словом». [Рифтин 1940: 52] Глагол получает возможность употребляться со многими характеристиками. Так возникает наречие как чисто синтаксическая категория. «Синтаксическая форма предшествует морфологической», но затем развиваются и разные способы морфологического выражения категории наречия. «Анализ морфологически оформившихся наречий в различных типах языков показывает, что наречия возникли из имени в косвенном падеже, реже в прямом. Между тем «древнейшие наречия представляют морфологически не оформленные прилагательные частицы с пространственным значением, конкретизирующие действие глагола». Переход из дополнения в обстоятельство есть главнейший путь образования наречий из имени существительного или иных субстантивированных слов.

      «Под обстоятельством же следует понимать семантическую характеристику глагола, прилагательного, наречия, реже — существительного, которое выступает одновременно и как синтаксическое отношение» [Рифтин 1940: 54]. Таким образом, в наречии как обстоятельстве на первое место выступает грамматическое значение отношения. В связи с этим меняется и лексическое содержание наречий, которые выпадают из системы именного склонения и приобретают значение неизменяемого обстоятельственного слова.

Синтаксической точке зрения на наречие в русском языкознании была противопоставлена морфологическая точка зрения.

   В фортунатовской школе с класса наречий были совлечены все его семантико-синтаксические оболочки. К анализу наречия применялся обнаженный принцип абстрактного морфологизма. Фортунатовская «грамматическая форма», форма отдельного слова («способность слова выделять в своем составе основу и формальную принадлежность») обнаруживалась далеко не у всех наречий. Наречия оказались разделенными на два разряда — грамматических (с формой слово образованная, например:, громко, дружески, по-старому и т п.) и неграмматических («бесформенных») наречий, например: вчера, здесь, долой и т. п.

  На данный момент категория  наречия рассматривается во всем  разнообразии своих морфологических  признаков, синтаксических функций  и семантических особенностей.

 

1.4 История возникновения (образования) наречия

 

   Наречие как средство  выражения обстоятельственной характеристики  действия начинает формироваться  в праславянском языке и в  исходной системе древнерусского  языка выступает как особая  часть речи. Однако, несмотря на  древность происхождения наречий, они являются «вторичными», так как обнаруживают свое возникновение из других частей речи — существительных, местоимений, прилагательных, глаголов. Процесс образования наречий из других частей речи шел и в истории русского языка и продолжается в современном его состоянии.

  Разновременность происхождения наречий, беспрерывное пополнение определенных их типов новыми образованиями, как и утрата отдельных наречий в том или ином типе, затрудняют установление состава наречий в древнерусском языке к моменту появления письменности. Однако ранние памятники позволяют охарактеризовать типы наречных образований, свойственные древнерусскому языку начального периода его истории, и установить пути образований наречий из других частей речи.

    В составе наречий древнерусского языка мы , придерживаясь теории В.В. Иванова,  можем выделить две группы: первообразные (или местоименные), в образование которых входили древние местоименные корни в сочетании с различными суффиксами, и адвербиализированные формы других частей речи.[Иванов 1983] При этом если первообразные наречия не только не пополнялись в истории русского языка, но наоборот — ряд таких наречий был утрачен, адвербиализированные формы, создавая определенный тип наречий, служили моделью для возникновения новых наречных образований по выработанной в языке модели.

    Наречие –это такая часть речи, формирование которой, начавшись ещё в дописьменную эпоху, продолжает осуществляться на всём протяжении истории русского языка. Да и в современном русском языке класс наречий беспрерывно пополняется за счёт постоянного процесса их образования от других частей речи.

 

1.5 Языковая картина мира и миропонимание народа.

 

Феномен, именуемый «картина мира», является таким же древним, как и сам человек. Создание первых картин мира у человека совпадает по времени с процессом антропогенеза. На создание целостного образа мира претендуют мифология, религия, философия, искусство. Исторически первой формой мировоззренческого сознания, в пределах которой сформировалась развитая картина мира, было мифологическое сознание. Именно в мифе выражается модель мира, сложившаяся в период архаического общества. Начиная от эпохи античной философии и заканчивая временем создания натурфилософских теорий  XIX-го века исторические попытки построения картины мира происходили в русле философских исследований. Тем не менее, реалия, называемая термином «картина мира», стала предметом изучения лишь в сравнительно недавнее время.

Термин «картина мира» был впервые употреблён Г. Герцем в контексте физической картины мира. Термином «картина мира» широко пользовался также М. Планк, понимая под физической картиной мира «образ мира», формируемый физической наукой и отражающей реальные закономерности природы. М. Планк различал практическую картину мира и научную картину мира. С практической картиной мира он связывал представление человека об окружающем мире, которое вырабатывается человеком постепенно на основании своих переживаний.

Мысль о том, что создание картины мира или картины реальности является необходимым моментом жизнедеятельности человека, развивал А. Эйнштейн: «Человек стремится каким-то адекватным способом создать в себе простую и ясную картину мира для того, чтобы оторваться от мира ощущений, чтобы в известной степени попытаться заменить этот мир созданной таким образом картиной»  [Эйнштейн 1923:45].

Параллельно с разработкой понятия картины мира в рамках науки, картина мира изучалась и в лингвосемиологических работах. Специфика языковой концептуализации мира нагляднее всего представлена в том, что называют особенностями в языковом членении действительности, что можно объяснить этнонациональными различиями когнитивных мировосприятий. Языки различаются способом выделения значений, самим способом восприятия и осмысления мира. Эта идея в различных ипостасях и версиях развивалась во всех ключевых эпохах новейшей истории лингвистики. Восходит она к учению В. Гумбольдта о «внутренней форме» языка. Согласно его учению, различные языки являются различными мировидениями и специфику каждого конкретного языка обусловливает «языковое сознание народа», на нём говорящего. [Гумбольдт 1984: 67].

Концепция В. Гумбольдта имела многих последователей и продолжателей, занимавшихся утверждением в основном идеи о влиянии  языка на мышление и мировоззрение людей. Наиболее крупные языковеды и психологи с разной степенью уверенности были приверженцами этой идеи. Самыми яркими её сторонниками в XIX-ом веке были В. Д. Уитни, отмечавший, что «каждый язык имеет…свойственную только ему систему устоявшихся различий, свои способы формирования мысли, в соответствии с которыми преобразуются содержание и результаты мыслительной деятельности человека, весь запас его впечатлений, в том числе индивидуально приобретённых, его опыт и знание мира» [Whitney 1875: 45] и Г. Штейнталь, ставивший  развитие мышления в прямую зависимость от развития социальной среды, частью которой является язык.

Далее эта идея развивалась в деятельности американской школы этнолингвистики, представленной работами Э. Сепира, Ф. Боаса, Б. Уорфа. Ф. Боас отмечал, что «особенности языка очевидным образом отражаются во взглядах и обычаях народов» [Boas 1904: 99]. Эти мысли далее были развиты в гипотезе лингвистической относительности Сепира – Уорфа. Эта гипотеза была выдвинута в 1930-х годах Л. Уорфом на основе идей Э. Сепира. Суть её сводится к следующему: люди, говорящие на разных языках и принадлежащие к разным культурам, по- разному воспринимают мир. «Мы расчленяем природу в направлении, подсказанном нашим языком. Мы выделяем в мире явлений те или иные категории и типы совсем не потому, что они самоочевидны, напротив, мир предстаёт перед нами как калейдоскопический поток впечатлений, который должен быть организован нашим сознанием, а это значит в основном нашей языковой системой, хранящейся в нашем сознании» [Уорф 1960: 175]. Основные положения этой гипотезы: язык обуславливает тип мышления его носителей, способ познания окружающего мира зависит от языка, на котором осуществляется мышление. Отсюда возникает вопрос: что же первично, что на что влияет – особенности восприятия и осознания окружающего мира влияют на нормы поведения или поведение личности влияет на сознание. Думается, что ответить на этот вопрос однозначно в принципе невозможно, так как данные феномены связаны отношениями двунаправленной зависимости: одно обуславливает другое и одно влияет на другое.

Гипотеза Сепира - Уорфа критиковалась многими учёными, но по существу она была попыткой разобраться  в причинах языкового и этнического разнообразия на новом витке лингвистических и других научных знаний о мире. Ближе всего к этому подошёл Б. Уорф, который утверждал: «Мы сталкиваемся, таким образом, с новым принципом относительности, который гласит, что сходные физические явления позволяют создать сходную картину вселенной только при сходстве или, по крайней мере, при соотносительности языковых систем» [Уорф 1960: 175], что означает другими словами, что наши знания о картине мира формируются относительно нашей языковой картины мира.  

Наиболее видным продолжателем идей Сепира - Уорфа был немецкий учёный Лео Вайсгербер. Идея Л. Вайсгербера выражала неогумбольдтианскую позицию и построена  на идее языкового познания мира. По его мнению, всё действительное бытие определяется языковым бытием и становится духовным миром человека. Язык имеет огромное влияние на формирование духа народа, образуя «промежуточный мир» между сознанием и действительностью.

Вариациями на тему «внутренней формы» языка являются  также понятие значимости у Ф. де Соссюра, теория семантических полей И. Трира, учение Л. В. Щербы об  «обывательских» понятиях, выдвинутая А. Вежбицкой концепция «этносинтаксиса» и многие другие работы лингвистов XX-го века.

Дальнейшая разработка проблемы изучения языковой картины мира осуществлялась уже на современном этапе развития лингвистики.

Как видим из вышесказанного, попытки построения картины мира осуществлялись  в русле  мифологических и философских исследований, но предметом изучения термин «картина мира» стал только лишь в лингвистике XX-го века. Исследователи, занимающиеся данной проблемой  (М. Планк, Г. Герц, В. Гумбольдт, А. Эйнштейн, Ф. Боас, Б. Уорф, Э. Сепир и др.) внесли огромный вклад в разработку и изучение понятия картины мира, как в физических науках,  так и в культурологических и лингвосемиологических работах.

 

Следует сказать, что на современном этапе развития лингвистики особенности концептуализации мира языком были продемонстрированы на огромном фактическом материале. В ходе описания экзотических языков (австронезийских, австралийских и др.) было выявлено различие в способах концептуализации, присущих этим языкам, с одной стороны, и индоевропейским языкам, с другой (работы Э. Сепира, Б. Уорфа, Х. Хойера, А. Вежбицкой и многие другие). Результатом развития семантики явились описания целых семантических полей, или фрагментов языковой картины мира, представленных в литературных европейских языках, а также сравнение этих полей в разных языках (труды Ю. Д. Апресяна, исследования А. Вежбицкой, В. Г. Гака, В.З. Санникова, Е. С. Яковлевой).

Однако изучение языковых моделей мира не ограничивается их описанием и типологическим сравнением, они также становятся объектом интерпретации в рамках целого комплекса наук о человеке. Картина мира какого-либо языка рассматривается в контексте мифологии, фольклора, культуры данного народа. Иногда картина мира  понимается как непосредственное отражение психологии  народа (труды Ф. Боаса, Э. Сепира, Б. Уорфа, Х. Хойера, исследования Н.И. Толстого, С. М. Толстой, работы С. Е. Никитиной, Т. В. Цивьян, И. Бартминского, Н. Д. Арутюновой).