Гражданско-правовая характеристика института дарения

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ……………………………………………………………………5

1. ПРАВОВАЯ ПРИРОДА ИНСТИТУТА ДАРЕНИЯ В ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ…………………………………………………………….………………….

1.1 История развития института  дарения в гражданском праве.  Дарение в римском праве…………………………………………………………………………

1.2 Договор дарения в некоторых  законодательствах……………………..

1.3 Соотношение института дарения и договора дарения………………….

2. ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ИНСТИТУТА ДАРЕНИЯ………………….....................................................................................

2.1 Понятие и предмет  договора дарения…………………………………....

2.2 Субъекты договора дарения………………………………………………

2.3 Отмена и прекращение дарения…………………………………………

2.4 Новеллы налогового  законодательства при дарении…………………….

3. ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ОТДЕЛЬНЫХ ВИДОВ ДОГОВОРОВ ДАРЕНИЯ……………………………………………………………………………

3.1 Договор обещания дарения……………………………………………......

3.2 Договор пожертвования……………………………………………………

ЗАКЛЮЧЕНИЕ………………….……………………………………………

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМЫХ ИСТОЧНИКОВ……………………………

ВВЕДЕНИЕ

Гражданское законодательство Российской Федерации развивается, проходит становление в направлении адаптации к условиям рыночной экономики, к утверждению новых политических, социальных и хозяйственных отношений. Данный этап имеет как концептуальные теоретические проблемы, так и трудности в формировании отдельных структурных элементов правовых конструкций и юридических механизмов.

Учение о правовом государстве, возрождение и законодательное  закрепление частного права положено в основу государственного строительства, в фундамент глобального формирования нового законодательства. «На смену праву как регламентации личности приходит право охраны и защиты личности в границах ее социально-политического пространства»¹.

Данные положения отражаются на всех без исключения юридических институтах, в том числе и на таком гражданско-правовом институте как дарение.

Договор дарения является одним из древнейших договоров, известных  еще классическому римскому праву. В римском праве под договором  дарения (pactum donationis) понималось неформальное соглашение, по которому одна сторона, - даритель, предоставляет другой стороне, - одаряемому, какие-либо ценности за счет своего имущества, с целью проявить щедрость по отношению к одаряемому. При этом дарение могло совершаться в различных правовых формах: посредством передачи права собственности на вещь, в частности, платежа денежной суммы, в форме предоставления сервитутного права и т.д. Частным случаем дарения было обещание что-то предоставить, совершить известные действия и т.д. - дарственное обещание.

В свою очередь, до революции 1917 года правоотношения, связанные с дарением, являлись предметом оживленных теоретических дискуссий. Гражданское законодательство и гражданско-правовая доктрина того времени не давали четких однозначных ответов на вопросы о понятии дарения, его правовой природе, месте этого института в системе гражданского права.

Ныне договор дарения  урегулирован в главе 32 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) в качестве особого договорного типа. В свою очередь, преобладание в гражданском обороте возмездных отношений не исключает существования и развития всевозможных безвозмездных имущественных связей.

Таким образом, в системе гражданско-правовых договоров договор дарения выделяется в отдельный тип договорных обязательств благодаря наличию некоторых характерных признаков, позволяющих квалифицировать его в данном качестве.

Актуальность темы обусловлена  новеллами действующего законодательства связанного с развитием института  дарения, а также правовыми проблемами государственной регистрации прав на недвижимое имущество при заключении договора дарения недвижимости.

Так, новеллу представляет собой включенный в закон исчерпывающий  перечень правил, которые не разрешают  дарения.

Первое из них вызвано необходимостью обеспечить интересы недееспособных граждан, второе - соображениями сугубо нравственного порядка, третье - возможностью прикрытия предметом дарения противозаконных действий в отношении определенных категорий служащих и четвертое - целесообразностью защиты интересов кредиторов дарителя, а в соответствующих случаях также интересов участников хозяйственных товариществ и обществ.

При подготовке работы автор  опирался на работы правоведов прошлых  лет, таких как В.Б. Ельяшевич, Л.А. Кассо, И.А. Покровский, В.И. Синайский, и др., а также на труды выдающихся российских ученых - представителей теории права и теории гражданского права, среди которых, С.Н. Братусь, А.В. Венедиктов, Д.А. Керимов, О.А. Красавчиков, В.П. Мозолин, Р.О. Халфина, Б.Б. Черепахин, В.Ф. Яковлев и др.

Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие  в связи с применением правовых норм договора дарения.

Предметом исследования выступает комплекс теоретических и практических проблем, связанных с применением правовых норм договора дарения, а также новеллы действующего законодательства в рамках института дарения.

При написании данной работы автором использованы такие источники, как Конституция Российской Федерации, Гражданский кодекс Российской Федерации, иные нормативно-правовые акты Российской Федерации; монографии и журнальные статьи ученых-юристов, в основном таких, как Гонгало Б.М., Алексеев С.С., Брагинский М.И., Витрянский В.В., Иоффе О.С., Суханов Е.А., Маковский А.Л., Масевич М.Г., Абашин Э.А., Елисеев Е.В., Новицкий И.Б., Королев А.Г., Мейер Д.И., Победоносцев К.П., Шершеневич Г.Ф. и других; комментарии к гражданскому законодательству Российской Федерации; учебные пособия по гражданскому и римскому праву.

Кроме того, в работе использовались материалы судебной практики и правоприменительной практики органов, осуществляющих государственную регистрацию прав на недвижимость.

Методы исследования, использованные при написании данной выпускной квалификационной работы: сравнительно-правовой, логический, исторический, а также метод системного анализа.

Целью данной работы является стремление более подробно и глубоко изучить правовую природу дарения.

Для достижения поставленной цели в работе сформулированы следующие задачи:

1. раскрыть понятие, предмет и исторические корни института дарения;
2. охарактеризовать основные признаки договора дарения;
3. подробно изучить элементы договора дарения;
4. исследовать особенности содержания и исполнения договора дарения;
5. рассмотреть правовую природу договора пожертвования и договора обещания дарения в соответствии с действующим законодательством;
6. проанализировать судебную практику при рассмотрении спорных вопросов, касающихся дарения;
7. изложить выводы и предложения по результатам исследования.

В свете вышеизложенного  предлагается следующая структура  выпускной квалификационной работы, состоящая из: введения, трех разделов, заключения, списка используемых источников.

Первый раздел включает в себя историю становления института дарения,  дарение в римском праве, институт дарения в некоторых законодательствах на примере Германского гражданского уложения, Гражданского кодекса Квебека и Французского Гражданского кодекса.

Второй раздел раскрывает гражданско-правовую характеристику института дарения, а именно: понятие, предмет, признаки и субъекты договора дарения, отмена и прекращение дарения, а также новеллы налогового законодательства при дарении.

Третий раздел освещает правовую природу договора пожертвования и договора обещания дарения.

По результатам  проводимого исследования автор  обобщает рассмотренный материал и  излагает общие выводы и предложения по предмету исследования.

1. ПРАВОВАЯ ПРИРОДА ИНСТИТУТА ДАРЕНИЯ В ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ

1.1 История  развития института дарения в  гражданском праве. Дарение в  римском праве

Дарение это один из древнейших институтов в гражданском праве. В связи с этим интерес представляет обращение к институту дарения в римском праве, являющемся бесспорным фундаментом современного европейского права. Стоит отметить, что в наиболее доступном и популярном учебнике по римскому частному праву И.Б. Новицкого информация о римском дарении весьма фрагментарна и не вполне точна². Гораздо более полную юридическую характеристику дарения можно получить у современных зарубежных романистов и, конечно, из текста основного источника римского права - Дигест Юстиниана.

В работах современных романистов подчеркивается, что «в системе римского права дарение не представляет собой самостоятельного договора... Всякий акт имущественного отчуждения, - отмечает итальянский ученый, профессор Чезаре Санфилиппо, - в широком смысле (передача собственности, прощение долга, отказ от прав) являет собой дарение»³.

Следует подчеркнуть, что  в литературе по римскому праву более позднего периода отмечалось: «открытые в 1933 году новые фрагменты из Институций Гая доказывают, что договор дарения был известен уже законам XII таблиц».

Обращаясь к текстам  источников римского классического  права - прежде всего, Дигестам Юстиниана, стоит отметить, что в структуре  Дигест дарение получило место в  книге 39, после раздела о наследовании и весьма далеко от книг, посвященных договорам (книги 14 - 21 Дигест).

Основополагающим для понимания  римского дарения является, безусловно, фрагмент римского классического юриста Юлиана, в котором дается описание дарения: из которого отчетливо видны  основные юридические черты дарения: передача вещи одаряемому в собственность; безвозмездный характер дара; необратимость дара и, главное, особая щедрость и великодушие. Предполагается в этом фрагменте и согласие одаряемого принять дар. Подчеркнем, что римские классические юристы отчетливо понимали юридическую важность субъективного момента (согласия) у принимающего дар. Вот очень характерный фрагмент юриста Павла: «Однако если он (одаряемый) не знает, что та вещь, которая у него есть, ему подарена, то он не становится собственником подаренной вещи». Тому же сюжету посвящен известный фрагмент юриста Ульпиана: «Нельзя проявить свою щедрость к кому-либо против его воли».

Отчетливо понимая указанные юридические  компоненты дарения, римские классические юристы единодушно не признавали договорную природу за дарением. Вот один из наиболее важных фрагментов на эту тему. Он принадлежит Ульпиану: «Аристон говорит, что если дарение смешано с возмездной сделкой, то на том основании, на котором сделано дарение, обязательство не заключается, и так же считает Папиниан». И далее, буквально в следующем фрагменте, Ульпиан еще раз подчеркивает: «...ведь дарение не имеет здесь места и поэтому есть обязательство».

Таким образом, с позиций римской  классической юриспруденции дарение  не являлось обязательством, на что обращают внимание современные романисты: «Дарение, как проявление щедрости, противостоит договору: тот, кто дарит, хочет сделать безвозмездное предоставление, совершить которое он не обязан»⁴.

Римские классические юристы отчетливо  разграничивали институты дарения и договора (контракты и пакты). В этом еще раз убеждает фрагмент юриста Модестина: «Тот, кто в целях дарения обещал деньги... из соображений справедливости не должен (платить) проценты за задержку уплаты денег, потому что дарение не причисляется к разновидностям договоров из доброй веры».

Итак, в римском классическом праве  дарение квалифицировалось как  безвозмездное вещно-правовое действие дарителя в пользу одаряемого. Дарение  в римском классическом праве  договором (пактом) не являлось.

Даже в праве ранневизантийского императора Юстиниана I (VI в. н.э.) дарение, в соответствии с традицией классического  права, размещается в Институциях Юстиниана в разделе «Способы приобретения собственности» рядом с приобретением по давности владения. Однако черты договорного характера дарения, приобретенного в праве постклассического периода (со времени Указа Константина I), заметны в праве Юстиниана I. Дарение считается оконченным «с момента заявления дарителем своей воли письменно или устно. По примеру продажи наше постановление определило, - указывается в Институциях Юстиниана, - что дарения имеют необходимость в (акте) традиции. Таким образом, хотя бы предметы дарения и не были переданы, однако оно будет иметь юридическую силу и на дарителе лежит обязанность традиции».

В праве Юстиниана дарение, формально  оставаясь юридическим способом приобретения собственности, обретает черты консенсуального договора. Именно с этого времени (возможно, с IV в. н.э.) институт дарения принимает  черты двойственности: существуя и как акт безвозмездного предоставления вещи одаряемому, и как обещание дара, получившего черты консенсуального договора.

Если перейти к рассмотрению института дарения в отечественном  законодательстве, то до революции 1917 года правоотношения, связанные с дарением, являлись предметом оживленных теоретических дискуссий. Гражданское законодательство и гражданско - правовая доктрина того времени не давали четких однозначных ответов на вопросы о понятии дарения, его правовой природе, месте этого института в системе гражданского права. Достаточно сказать, что в гражданском законодательстве той поры нормы о дарении были размещены не среди положений о договорных обязательствах, а в разделе о порядке приобретения и укрепления прав на имущество. Хотя, как подчеркивал Г.Ф. Шершеневич, «законодательство признает, что дар почитается недействительным, когда от него отречется тот, кому он назначен...», а следовательно, по мнению Г.Ф. Шершеневича, законодатель бесспорно причисляет дарение к договорным обязательствам⁵.

Значительным своеобразием отличались взгляды основоположника российской цивилистики Д.И. Мейера как на природу  дарения, так и на место этого  института в системе гражданского права, которые были охарактеризованы Г.Ф. Шершеневичем следующим образом: «Иные, принимая в соображение, что посредством дарения возможно установление всех видов прав, отводят место дарению в общей части гражданского права (Мейер). Но с педагогической точки зрения едва ли это удобно, потому что по поводу дарения пришлось бы излагать положения, которым место только в особенной части»⁶. Однако такая оценка взглядов Д.И. Мейера представляется упрощенной и несправедливой.

На фоне всестороннего и детального регулирования договора дарения  в дореволюционном гражданском  законодательстве и проекте Гражданского уложения особенно убогим представляется регулирование договора дарения в советском гражданском законодательстве.

В Гражданском кодексе РСФСР 1922 года договору дарения была посвящена  лишь одна норма, устанавливающая следующее правило: «Договор о безвозмездной уступке имущества (дарение) на сумму более одной тысячи рублей должен быть, под страхом недействительности, нотариально удостоверен» (ст. 138).

Все отношения, связанные с договором  дарения, регламентировались в Гражданском  кодексе РСФСР 1964 года двумя статьями. Согласно первой из них, по договору дарения одна сторона передает безвозмездно другой стороне имущество в собственность. Договор дарения считается заключенным в момент передачи имущества. Дарение гражданином имущества государственной, кооперативной или общественной организации может быть обусловлено использованием этого имущества для определенной общественно полезной цели (ст. 256). Вторая статья предусматривала требования, предъявляемые к форме договора дарения. В соответствии с этими требованиями договор дарения на сумму свыше пятисот рублей и договор дарения валютных ценностей на сумму свыше пятидесяти рублей нотариально удостоверялись. Договор дарения гражданином имущества государственной, кооперативной или общественной организации заключался в простой письменной форме, договор дарения жилого дома - в форме, установленной для договора купли - продажи жилого дома (ст. 257).

Понятие договора дарения оставалось неизменным и в советский период развития гражданского права. Договором дарения признавался такой договор, по которому одна сторона передает безвозмездно другой стороне имущество в собственность (ст. 256 ГК 1964 года).

Из определения договора дарения следует, что законодатель конструировал его по модели реального  договора. Договор дарения считался заключенным в момент передачи имущества, заключение договора дарения совпадало с его исполнением. В связи с этим Ю.К. Толстой справедливо указывал: «Признание договора дарения реальным едва ли можно отнести к достижениям нового ГК (имелся в виду ГК 1964 года). К тому же эту конструкцию не удается провести последовательно. Так, в тех случаях, когда закон предписывает совершение договора дарения в нотариальной форме, признание дарения консенсуальным договором не вызывает сомнений»⁷.

В юридической литературе некоторыми авторами все же проводился последовательно взгляд на договор  дарения (во всех его формах) как  на реальный договор. К числу таких  авторов относился, например, В.И. Кофман, который для чистоты конструкции  предлагал применительно к договору дарения жилого дома запретить регистрацию дарственного акта до тех пор, пока дом фактически не передан⁸.

Однако большинство  правоведов склонялись к тому, что  по общему правилу договор дарения  следует считать реальным договором, а в качестве исключения из общего правила предлагалось рассматривать те договоры, которые требуют нотариального удостоверения или регистрации и поэтому относятся к числу консенсуальных.

Таким образом, дарение  понималось в римском праве как  акт проявления щедрости, который подразумевает некое истощение средств дарителя и обогащение получателя дара.

1.2 Договор  дарения в некоторых  законодательствах

Из всех многочисленных зарубежных законодательств, содержащих нормы института дарения, для  анализа автор настоящей работы выбрал Германское гражданское уложение (ГГУ), Гражданский кодекс Квебека (ГКК) и Французский Гражданский кодекс (Кодекс Наполеона).

Причины такого выбора применительно  к указанным трем кодифицированным актам совершенно различны.

Французский Гражданский кодекс (ФГК) 1804 года воспринял позднеримскую конструкцию дарения. Французский законодатель поместил институт дарения в раздел «О дарениях между живыми и о завещаниях» (Тит. II книги III ФГК), т.е. после раздела о наследственном праве и до раздела о договорных обязательствах. ФГК трактует дарение (и завещание) как распоряжение «своим имуществом по безвозмездному основанию... в формах, установленных ниже» (ст. 893 ФГК). И далее Кодекс уточняет: «Дарение между живыми есть действие, посредством которого даритель лишает себя, действительно и безвозвратно, подаренной вещи в пользу одаренного, который ее принимает». Таким образом, первоначальная юридическая конструкция французского дарения близка к конструкции дарения классического римского права.

Последующие положения французского ГК существенно корректируют эту первоначальную конструкцию нормами, аналогичными постклассическому (позднеимператорскому) римскому праву. В частности, в ст. 931 ФГК закреплено, что «все акты, устанавливающие дарение между живыми, должны быть совершены перед нотариусами в обычной форме договоров...».

Пожалуй, ключевой для  определения юридической природы  французского дарения является ст. 938 ФГК: «Дарение, принятое надлежащим образом, считается совершенным в силу согласия сторон; собственность на подаренные вещи переходит к одаряемому без необходимости совершения иной передачи». Эта норма французского Кодекса, применив к дарению известное правило мгновенного перехода права собственности, установленное ст. 1583 ФГК для купли-продажи, полностью поглотила вещно-правовую «составляющую» института дарения, превратив его в классический консенсуальный договор, подобный купле-продаже.

Вот как французская  доктрина комментирует оригинальное правило  мгновенного перехода права собственности  с момента соглашения сторон в договоре. «С момента соглашения вещь, - подчеркивает современный французский ученый Р. Саватье, - меняет своего собственника... Данное правило применяется ко всем договорам о передаче вещи - к продаже, мене, установлению узуфрукта, взносу в товарищество, дарению и т.д. Оно возникло как результат совершенствования юридической техники». Что это за загадочное «совершенствование юридической техники» и какое отношение оно имеет к объяснению трансформации обязательственно-правовых отношений в вещно-правовые - понять затруднительно. Французский ученый лишь добавляет, что «этим экономится время и упрощается форма»⁹.

Здесь было бы уместно  вспомнить рассуждения профессора М.И. Брагинского о так называемых вещных договорах и предположить, что именно французские договоры о передаче вещи в собственность, снабженные указанным выше правилом мгновенного перехода, могли бы стать яркими примерами вещных договоров. Удивительно, но М.И. Брагинский воздерживается от приведения таких примеров из французского ГК. Французская же доктрина вообще не упоминает никаких вещных договоров и квалифицирует договоры купли-продажи и дарения как консенсуальные контракты¹⁰.

Германское гражданское  уложение столетней историей своего существования и применения в  качестве одного из центральных законодательных актов германского правопорядка доказало, что оно является одним из лучших образцов кодификации гражданского права в рамках континентальной правовой системы. Немаловажное значение имеет и то, что из всех зарубежных законодательств российскому гражданскому праву наиболее близко именно германское гражданское законодательство. На это обстоятельство обращают внимание известные правоведы В. Бергман и Е.А. Суханов: «Современные социально - экономические преобразования в России потребовали и нового гражданского законодательства, основанного на возрождении частноправовых начал. В этой связи необходимым стало новое обращение к историческим и теоретическим истокам частноправового регулирования, наиболее близким из которых для отечественного правопорядка является ГГУ»¹¹.

Напротив, Гражданский кодекс Квебека относится к новейшим кодификациям гражданского права (действует с января 1994 года). Кроме того, несмотря на то, что гражданское право канадской провинции Квебек является правом континентальным, ГКК, конечно же, испытывает на себе сильнейшее влияние права общего и учитывает некоторые его особенности. Тем интереснее анализ положений данного Кодекса, регулирующих договор дарения.

Итак, Германское гражданское  уложение отличается весьма детальным регулированием договора дарения. Данному договору посвящена отдельная глава ГГУ (гл. 2 «Дарение» разд. VII «Отдельные виды обязательств» книги второй «Обязательственное право»), включающая в себя 19 параграфов (516 - 534).

Под договором дарения  в ГГУ понимается предоставление, посредством которого одно лицо за счет своего имущества обогащает другое, если обе стороны согласны с тем, что предоставление совершается безвозмездно (п. 1 § 516). Из данного определения видно, что отношения, связанные с дарением, рассматриваются в ГГУ в качестве договорного обязательства, непременным признаком которого является наличие согласия обеих сторон. Обязательными признаками договора дарения являются также его безвозмездность и увеличение имущества одаряемого за счет имущества дарителя.

Германское гражданское  уложение различает договор дарения  как реальную сделку и обещание дарения (консенсуальный договор дарения). В  первом случае предусмотрен упрощенный порядок заключения договора, который  допускает в том числе предоставление дара без согласия одаряемого, когда даритель предоставляет одаряемому соразмерный срок, в течение которого последним должно быть сделано заявление о принятии дара. Причем отсутствие каких-либо заявлений со стороны одаряемого рассматривается как принятие дара: дар считается принятым, если одаряемый не заявит прямо о своем отказе принять его. При наличии такого заявления договор дарения считается несостоявшимся, а имущество, переданное в качестве дара, подлежит возвращению дарителю по правилам, регулирующим неосновательное обогащение (п. 2 § 516).

Во втором случае, когда  речь идет об обещании дарения, требуется  нотариальное удостоверение такого обещания, т.е. договор дарения облекается в квалифицированную форму под  страхом его недействительности. Однако несоблюдение нотариальной формы не влечет недействительности договора дарения, если обещанное по договору исполнено (§ 518).

В качестве объекта дарения (дара) рассматриваются не только вещи, принадлежащие дарителю на праве  собственности, но и будущие вещи, которые даритель еще должен приобрести. Причем ГГУ не только предусматривает возможность дарения будущих вещей, но и содержит специальные правила применительно к ответственности дарителя, учитывающие особенности такого рода объектов. Кроме того, дарение может совершаться также путем передачи долгового обязательства или признания существующего долга (п. 1 § 518).

Германское гражданское  уложение в полной мере учитывает  особое положение дарителя, который  увеличивает имущество одаряемого за счет уменьшения собственного имущества, ничего не получая взамен. Данное обстоятельство находит отражение в нормах, наделяющих дарителя при определенных условиях правом на отказ от исполнения обещания дарения, а также правом на отмену дарения.

Даритель вправе отказаться от исполнения обещания о предоставлении дарения, если он, с учетом остальных его обязательств, не в состоянии исполнить своего обещания без того, чтобы не поставить под угрозу соответствующий его положению уровень жизни или исполнение установленных законом обязанностей по содержанию других лиц (п. 1 § 519).

Отмена дарения возможна в том случае, если одаряемый, совершив тяжкий проступок в отношении  дарителя или его близкого родственника, выразит таким образом грубую неблагодарность. Причем, если одаряемый  умышленно и противоправно лишил жизни дарителя или воспрепятствовал последнему произвести отмену дарения, право отмены дарения переходит к наследникам дарителя. Отмена дарения производится путем заявления, обращенного к одаряемому. Последствием отмены дарения является возврат предоставленного дара по правилам об обязательствах, вытекающих из неосновательного обогащения (§ 530, 531). Правда, реализация дарителем права на отмену дарения имеет определенные пределы: отмена дарения не допускается, если даритель простил одаряемого или если истек год с того момента, когда лицо, имеющее право отмены, узнало о наступлении условий для осуществления этого права (§ 532). Не подлежит отмене дарение, совершенное в силу моральной обязанности или для соблюдения приличий (§ 534).

Кроме того, даритель может потребовать от одаряемого, не отменяя дарения, возврата дара по причине ухудшения своего материального положения. Речь идет о ситуации, когда даритель после осуществления дарения оказывается не в состоянии нести расходы по поддержанию достойного уровня жизни или исполнять имеющиеся у него в силу закона обязанности содержать своих родственников, супруга или бывшего супруга. В этом случае также подлежат применению правила, регулирующие неосновательное обогащение, с той лишь особенностью, что одаряемому предоставлено право отказаться от возврата дара при условии выплаты дарителю суммы, необходимой для содержания дарителя, а также его родственников (§ 528).

Особое положение дарителя как субъекта одностороннего обязательства  проявляется также в том, что он освобожден от уплаты одаряемому каких-либо процентов за просрочку исполнения своего обязательства (§ 522). Необходимым условием ответственности дарителя за неисполнение или ненадлежащее исполнение договора дарения признается наличие его вины в форме умысла или грубой небрежности (§ 521). Иллюстрацией к этому общему положению могут служить отдельные нормы ГГУ об ответственности дарителя за конкретные правонарушения.

Допускается и регламентируется ГГУ также договор дарения  с возложением на одаряемого обязанности выполнения определенного действия (§ 525). Вместе с тем нормы, регулирующие такой договор, заботятся о сохранении существа дарения, которое непременно должно привести к увеличению имущества одаряемого. Данной цели подчинены правила о том, что даритель может требовать от одаряемого совершения возложенного на него договором действия только после передачи последнему соответствующего дара, а также о праве одаряемого отказаться от исполнения возложенной на него обязанности, если вследствие недостатков дара стоимость дарения окажется меньше размера расходов, необходимых для исполнения соответствующей обязанности (§ 526).