Аффект. Диагностические признаки аффекта. 5

1. Аффект. Диагностические  признаки аффекта

      Психическое состояние представляет собой сложное и  достаточно стойкое, но проходящее психическое  явление, влияющее на жизнедеятельность  субъекта в сложившейся ситуации. Любое психическое  состояние развивается от прошлого к будущему, но выражается в настоящем  времени. Характеристика и название конкретного  состояния  зависят  от доминирующих в нем психических  явлений. Бывают эмоциональные  и познавательные психические состояния. К эмоциональным психическим  состояниям относятся чувства, настроение, аффекты, эйфория, тревога, стресс и  др. Особого внимания заслуживает такое эмоциональное состояние, как аффект.

      Аффектом называется одно из эмоциональных  состояний, на которое  давно  обращено внимание юристов. Именно аффекты по преимуществу связаны с шоками – потрясениями, выражающимися в дезорганизации деятельности. Аффект может являться следствием эмоционального срыва как  результата длительного воздействия  состояния  эмоциональной  напряженности, тревоги, стресса, страха. Он развивается  в  критических  условиях, при неспособности  субъекта найти адекватный выход  из опасных, травмирующих, чаще всего  неожиданно сложившихся ситуаций. Отметим, что законодатель делает акцент на провоцирующей стороне деятельности потерпевшего, когда его противоправные действия приводят к совершению убийства или нанесению жертве тяжких телесных повреждений.

      Аффект  является психическим  состоянием, временно дезорганизующим  психическую деятельность индивида, в результате чего он оказывается  временно невменяемым или ограниченно  вменяемым. Дезорганизующая роль аффекта может отражаться на работе сознания, мышления, памяти, речи, моторики движений – на всех основных психических процессах и образованиях.

      Аффект навязывает субъекту стереотипные действия, представляющие собой определенный закрепившийся  в эволюции способ «аварийного» разрешения ситуаций: бегство, оцепенение, агрессию. Известно, что и другие ситуативные  эмоции, такие как возмущение, гордость, обида, ревность, тоже способны «навязать» человеку определенные поступки, причем даже когда они для него нежелательны. По сути дела, любая  сильная  эмоциональная  реакция, вышедшая из-под контроля сознания и воли, может приобрести аффективную  форму.

      Различают две  формы  аффекта: физиологический  или  психологический  аффект и  аффект патологический.

      Психологический аффект, несмотря на необычную форму выражения, – нормальное психическое явление. Его следует отличать от патологического аффекта, который изучается в психиатрии.[1]

      Квалификационные  признаки аффекта проявляются через  его  дезорганизующие психику свойства и заключаются в следующем:

• дезорганизация моторного аспекта деятельности. В аффективном состоянии в моторную деятельность вклиниваются непроизвольные, органически детерминированные реакции. Действия становятся интенсивными, но однотипными и неточными. Психика как бы стремится «пробить» стрессовые условия, повторяя одни и те же действия. Возникновение подобного рода действий объясняется эволюционно. Однако одни и те же стереотипные действия не могут быть одинаково пригодными для всех ситуаций, поэтому аффективные реакции, сложившиеся в эволюции для разрешения наиболее часто встречающихся затруднений, оправдывают себя лишь в типичных биологических условиях – при прямой угрозе жизни. Именно этим объясняется часто наблюдаемая бессмысленность или даже вредность действий, управляемых аффектом. Под действием аффекта используются резервные силы организма, происходит полная мобилизация всех физических сил, что приводит к проявлению необычных, почти «сверхъестественных» способностей организма. Так, люди под влиянием сильных эмоций способны выламывать металлические иллюминаторы самолетов при авиакатастрофах, преодолевать серьезные препятствия во время землетрясений, поднимать большие тяжести, т. е. совершать действия, которые в нормальном состоянии невозможны. В некоторых случаях потерпевшие под влиянием аффективного состояния способны оказывать сопротивление преступникам, намного превосходящим их по физической силе.

      Чрезмерная  интенсивность действий, их стереотипность и  неуправляемость способны создать  картину совершения преступления (убийства или нанесения телесных повреждений) с особой жестокостью. Хаотичный  характер множества повреждений, нанесенных жертве человеком, доведенным до аффективного стояния, должен быть дифференцирован  от факта реального сознательного  насилия.

• Кратковременный, взрывной характер эмоциональной разрядки. Аффект есть кратковременный процесс: высокая концентрация сил не позволяет этому состоянию длиться долго. Продолжительность его оценивается как промежуток времени от нескольких секунд до нескольких минут. Потом наступает постаффективное истощение нервной системы, которое сопровождается упадком сил, снижением активности, состоянием оглушенности, заторможенностью, сонливостью.
• Субъективная внезапность. Аффект возникает неожиданно для переживающего его человека. Невозможно предчувствовать или предвидеть его наступление. Он охватывает человека внезапно, помимо его свободной воли и на небольшой промежуток времени. Субъективная внезапность характеризует также неуправляемость этого стремительно развивающегося эмоционального состояния.
• Специфические изменения сознания. Аффективное состояние выражается в заторможенности сознательной деятельности. В состоянии аффекта человек фактически «теряет голову», нарушаются сознательный контроль, волевая функция. Аффективное действие не намеренно, оно как бы «вырывается» у человека и не регулируется им. Именно поэтому аффект, или сильное душевное волнение, рассматривается как смягчающее вину обстоятельство. Суженность сознания проявляется в концентрации мышления на аффективно окрашенных переживаниях, вследствие чего субъект отслеживает лишь ближайшие цели и принимает неадекватные решения.

      Он  оказывается как бы оторванным от событий прошлого и планов на будущее, смысл его действий становится сиюминутным, в  ущерб  собственным  интересам  и планам. Это приводит к последующему осознанию  содеянного, сожалению о содеянном и искреннему раскаянию. Нередко обвиняемый, совершивший убийство, причинивший телесные повреждения в состоянии аффекта, искренне сожалея о случившемся, стремится сам оказать помощь своей жертве, причем эта помощь также зачастую носит сумбурный, неадекватный ситуации и содеянному характер.

• Снижение эмоционально-волевой регуляции, самоконтроля. Аффект имеет особое уголовное правовое значение в силу того, что радикальным образом нарушает нормальную психическую деятельность, в том числе и волевую регуляцию. Считается, что у человека в состоянии аффекта нет возможности справиться с накопившимся нервно-психическим напряжением. Аффект называют физиологическим, потому что он имеет конкретную основу в деятельности нервной системы и является нормальным, естественным состоянием. На уровне нервных процессов происходит следующее: очаг возбуждения, созданный сильным эмоциональным переживанием, иррадиирует, волна возбуждения «заливает» кору головного мозга. Снижение (или потеря) волевого контроля над собственными действиями является одним из основных квалифицирующих признаков аффекта.
• Изменения, затрагивающие когнитивные процессы. Состояние аффекта сопровождается изменением внимания и памяти. Внимание сужается, в его сферу попадают лишь немногие объекты, имеющие отношение к непосредственно переживаемым человеком острым чувствам, вся остальная информация психикой игнорируется. Внимание становится плохо переключаемым: человек как бы «застревает» на происходящем событии и не может отвлечься. Изменяется восприятие пространства и времени: человек либо не способен определить временной промежуток, в течение которого он находился в состоянии аффекта, либо воспринимает его как более длительный. Расстояния до объектов также порой оцениваются неверно. Претерпевает изменения и память: как правило, аффект сопровождается частичной амнезией – невозможностью последовательно и в полном объеме восстановить картину произошедшего. Подобные изменения характерны и для фазы постаффективного истощения.
• Внешне наблюдаемые признаки. Состояние аффекта возникает и длится на фоне радикальной перестройки деятельности всего организма, поэтому оно имеет внешние признаки, проявляющиеся за счет изменений деятельности вегетативной нервной системы. К ним относятся изменения кровяного давления, частоты сердечных сокращений, глубины и частоты дыхания. Изменение режима кровообращения вызывает изменения цвета кожных покровов лица – покраснение или побледнение, изменение дыхания влияет на характер голоса и речи. Речь при аффекте становится отрывистой, с нарушенной артикуляцией, характеризуется частым повторение отрывистых неразборчивых фраз или слогов. На стадии постаффективного истощения она отличается замедленным темпом, вялостью, человек говорит тихо, невнятно. Меняется и мимика: людям в состоянии аффекта свойственно особое выражение лица, так называемая «аффективная маска».[2]

      Вероятность развития аффекта для разных людей  оценивается  неодинаково, т. е. порог аффективного реагирования различен. Развитию аффекта способствует ряд индивидуально-психологических особенностей личности. К ним относятся преобладание процесса возбуждения над торможением (холерический темперамент), эмоциональная неустойчивость, повышенная чувствительность, ранимость, обидчивость, склонность к застреванию на психотравмирующих факторах, высокая, но неустойчивая самооценка.

      В процессе расследования  дел, содержащих убийство или  нанесение телесных повреждений в состоянии аффекта, следует, помимо вышеописанного, анализировать следующие составляющие:

     1) характер аффектогенной ситуации – объективную и субъективную значимость психологической травмы, нанесенной обвиняемому;

     2) характер действий обвиняемого в момент совершения преступления и после совершения преступления;

     3) отношение обвиняемого к своим противоправным действиям и наступившим последствиям;

     4) психофизиологические и индивидуально-психологические особенности личности обвиняемого;

     5) психофизическое состояние обвиняемого накануне возникновения аффективной реакции.

      Сложным является вопрос о диагностике физиологического аффекта  в состоянии алкогольного опьянения. Сведения об употреблении обвиняемым алкоголя до совершения преступления не снимают  с  экспертов  необходимости  тщательно исследовать его индивидуально-психологические  особенности, анализировать развитие ситуации деликта, другие обстоятельства дела, чтобы в каждом конкретном случае решать вопрос о наличии или  отсутствии аффекта. Поэтому правомерно назначение СПЭ на предмет  аффекта  в отношении обвиняемого, находившегося  в  состоянии алкогольного опьянения.

      В структуре аффекта выделяют три основные стадии, или фазы:

      1) подготовительная – характеризуется нарастанием эмоциональной напряженности. Развитие данной стадии определяется временем существования конфликтных отношений, их продолжительностью, актуальностью для момента в настоящем. Несмотря на возрастание эмоциональной напряженности, первые признаки эмоциональной расторможенности, неврастенической симптоматики иногда проявляются не сразу. В связи с особенностями протекания данной фазы выделяют две формы аффекта: внезапный и накопительный;

      2) кульминационная – самая кратковременная стадия. Это собственно аффективный взрыв в виде резких, неупорядоченных, повторяющихся, стереотипизированных действий агрессивного характера. Сопутствующими признаками являются суженность сознания, фрагментарность восприятия, непоследовательность, разорванность мышления – принимаемые решения носят неадекватный ситуации характер. Резко снижаются волевая регуляция действий и самоконтроль, процессы целесообразования, мотивации непоследовательны, сумбурны;

      3) фаза постаффективного истощения – на данной, заключительной, стадии наступает угасание аффективного возбуждения, происходит резкий спад, торможение физической активности. Из-за значительной затраты внутренних энергетических ресурсов организма активные формы поведения резко сменяются пассивными. На этой стадии человек ощущает усталость, испытывает апатию, растерянность, его поведение заторможено, он замедленно реагирует на обращения к нему окружающих, может впасть в сонное состояние.[3]

      Немаловажным  является всесторонний анализ так называемой аффектогенной ситуации, т. е. ситуации, вызвавшей аффективную реакцию. Она обычно носит неожиданный, остроконфликтный, кратковременный характер: сопровождается реальными или словесными угрозами, насилием, оскорблениями в отношении субъекта или его близких. При этом сила воздействия негативных раздражителей определяется в первую очередь субъективным смыслом событий и ситуаций, в которых действует человек.

     Неожиданно  оказавшись в угрожающей, психотравмирующей  обстановке, субъект испытывает острую потребность действовать, однако не может найти адекватные формы  поведения. Это противоречие между  сильной потребностью действовать  и неспособностью быстро выбрать  наиболее подходящий способ реагирования служит одной из причин возникновения  аффекта. В противном случае аффект просто может не наступить.

      В ходе расследования преступлений могут  встретиться  и несколько иные ситуации, когда аффект возникает  не сразу  после  первого отрицательного воздействия, а  при  многократных повторениях  таких воздействий. В этом случае происходит накопление, аккумуляция  переживаний, которые  могут в дальнейшем вызвать  аффективный  взрыв. Именно повторение ситуаций ведет  к нарастанию нервного возбуждения. Весьма показательно, что последнее  по времени действие потерпевшего может  быть и не столь резким и оскорбительным, как показалось бы, но именно оно  и вызывает аффект. Проявляется эффект «последней капли», т. е. пусковым сигналом, который приводит к аффективной вспышке, может явиться и относительно слабое воздействие. Подобного рода физиологические аффекты получили название кумулятивных, или накопительных.

      Этот  вид аффекта вызывает наибольшие трудности при квалификации и  нередко становится источником заблуждений  при рассмотрении уголовных дел  о преступлениях против жизни  и здоровья граждан. При этом эффект «последней капли» в значительной степени недооценивается работниками правоохранительных органов, ошибочно полагающими, что человек, систематически подвергавшийся оскорблениям, в какой-то мере должен был к ним привыкнуть, тем более что последнее унижение его достоинства по своему характеру выглядело, возможно, даже менее тяжким по сравнению со всем тем, что он уже перенес. В подобных случаях игнорируется тот факт, что любой психически нормальный человек с развитой личностью не способен привыкнуть к оскорблениям и побоям, он может лишь до поры до времени терпеть их.

      Не  замечая этой особой динамики развития аффективного напряжения накопительного характера, органы правосудия иной раз  приводят признаки развития у подсудимого  кумулятивного аффекта в качестве подтверждения отсутствия признака внезапности возникновения аффективной реакции.

      С принятием УК РФ проблема квалификации убийства, причинения тяжкого или  средней тяжести вреда здоровью, совершенного в  состоянии  кумулятивного  аффекта, получает более определенное разрешение. В новый уголовный закон введен дополнительный квалифицирующий признак, которого не было в ст. 104 и 110 УК РСФСР, а именно: «длительная психотравмирующая ситуация, возникшая в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего» (ст. 107, 113 УК РФ[4]).

      Аффективное поведение  человека предстает  как  целостное  психическое явление, своеобразный симптомокомплекс поведенческих и вегетосоматических признаков, дополняемых субъективными переживаниями, частичными изменениями сознания, восприятия и памяти. Совокупность всех этих объективных, внешне наблюдаемых признаков и субъективно переживаемых ощущений позволяет с достаточной надежностью распознавать действительный физиологический аффект и отличать его от симулятивного поведения. Знание диагностических признаков аффекта помогает следователю и суду путем допроса свидетелей, потерпевших, обвиняемого, подсудимого собрать необходимую информацию для установления с помощью судебно-психологической экспертизы состояния аффекта.  

2. Формирование преступных  установок

      Поведение каждого конкретного лица обусловлено системой факторов, его поведение порождающих, поэтому поведение преступное — это поведение конфликтное, основанное на противоречиях, существующих в обществе, в различных социальных группах, между этими группами, а также между отдельными личностями.

      В соответствии  с действующим законодательством преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное УК под угрозой наказания.

      Преступление имеет  характерные признаки, которые отличают его от других правонарушений: объект объективная сторона субъект субъективная сторона

      Субъект — это физическое, вменяемое лицо, достигшее возраста, с которого наступает уголовная ответственность.

      К субъективной  стороне относится психическое отношение лица к содеянному, включающее понятие вины в форме умысла или неосторожности, а также мотивов и целей преступления. Поэтому психологический анализ преступного деяния имеет большое значение, т.к. он является анализом психологического содержания структурных элементов преступного действия, обусловленного волевым действием конкретного лица.

      Действия, которые  направлены на возникновение  и развитие преступного деяния, называются механизмом преступления.

      Чтобы лицо пришло  к реализации своих преступных действий, необходимо, чтобы его преступное поведение прошло через несколько стадий:

      1) формирование преступных  замыслов;

      2) формирование мотивов  преступления;

      3) выработка окончательного  решения и психологической устремленности к достижению конкретной цели.[5]

      Мотивация преступного поведения — это системообразующий фактор механизма такого поведения. Правоохранительные органы при расследовании конкретного уголовного дела должны в первую очередь понять преступное поведение лица, привлекаемого к уголовной ответственности, с тем, чтобы установить его поведенческие стереотипы и устойчивые мотивы поведения. Мотив преступления является средством правильной квалификации содеянного, а также для назначения вида и размера наказания. Только мотив, характеризует субъективную значимость преступного деяния, а цель — его объективную направленность.

      Предпосылкой к  совершению преступления является  положительная оценка субъектом  подготавливаемых им условий  совершения преступления, а цель преступления формируется в непосредственной зависимости от возможности его совершения. Успешность же подготовки к совершению преступления укрепляет у преступника психологическую установку на его совершение. В своей совокупности намерения, мотивы и цели преступного действия объединяются в такое юридическое понятие, как преступный умысел, характеризующийся своей направленностью и содержанием.

      Повод к совершению  преступления.

      Поводом преступления  является внешнее обстоятельство, которое приводит в действие общественно опасную направленность личности преступника.

      Поведение любого  человека обусловлено его личностью, а не возникшей ситуацией. Это  значит, что только личность приходит  к выводу о том, как ей поступить  в конкретной жизненной ситуации. Ситуация возникновения преступных действий становится показателем того, в каких конкретных условиях конкретная личность способна совершить преступление. Ситуация совершения преступления это и есть своего рода показатель личностного порога социальной адаптированности индивида.

      Главным фактором  в совершении преступного деяния  является принятие решения, по  сути, означающее выбор определенного  действия, направленного на реализацию  поставленной преступной цели. После  принятия решения лицо связано уже тем, что приняло для себя собственное решение, которое, формирует намерение, являющееся устойчивым стремлением к реализации намеченной программы действий. После такой цепи последовательных решений у лица формируется мотивация достижения цели вне зависимости от развития событий, которые зачастую могут быть и неблагоприятными для совершения преступления. Внезапно изменяющиеся условия совершения преступления зачастую приводят к принятию каких-то сопутствующих решений, которые отличаются весьма высокой категоричностью.

      Итак, реагирование лица на поводы определенного плана определенными криминальными действиями является формой проявления личностных особенностей преступника.

      Способы совершения  преступлений различны, поэтому  их изучение является ключом к расследованию преступления.

      Зачастую, готовясь  к преступлению, лицо тщательно  продумывает и способы его сокрытия. Такая деятельность по сокрытию преступления дает правоохранительным органам информацию об индивидуальных психических особенностях преступника и одновременно является информационным средством раскрытия преступления.

      Именно в способе  преступного действия проявляются  психофизиологические и физические  особенности лица, его определенные  знания, навыки, привычки и отношение к различным сторонам действительности.

      Результаты преступного  деяния могут быть различными, начиная от явки с повинной  или чистосердечного раскаяния  с осознанием вины до глубочайшего  удовлетворения от совершенного  преступления.

3. Факторы, влияющие на формирование показаний свидетеля и потерпевшего

      Это материал, весьма важный для следственной практики, а именно о проблемах тактики  допроса свидетеля и потерпевшего по УПК РФ. Существенная разница  предмета допроса свидетеля и  потерпевшего, а равно объективных  и субъективных условий, в которых  тот и другой воспринимали событие  преступления, не дают оснований для  отождествления правил допроса свидетеля  и потерпевшего ни в процессуальном, ни в тактическом, ни в психологическом, ни в нравственном аспектах.

      «Допрос - самое распространенное следственное действие по  собиранию  доказательств.  Именно посредством допросов  почти  по  каждому  делу  добывается  наибольшее  количество  доказательств,  позволяющих  установить  истину. В этом смысле допрос можно  считать основным, или главным,  источником получения доказательств. Самыми распространенными в практической деятельности следователей являются допросы свидетелей и допросы потерпевших. Объясняется это тем, что предмет их показаний включает в себя широкий круг обстоятельств по делу.

      Следует заметить, что, не имея установки на восприятие события преступления, с  которым свидетель столкнулся, он может с учетом погоды, видимости, расстояния от места события, где  он находился, и многих других объективных  факторов неадекватно воспринимать событие преступления и добросовестно  заблуждаться, давая ложные показания  вместо правдивых, считая свое заблуждение правдой. На его показания влияют также и субъективные факторы, действовавшие в момент восприятия им события: эмоциональное состояние, чувства, господство вызванной чем-либо доминанты в коре больших полушарий головного мозга и др.

      Словом, задача следователя, а равно суда в ходе допроса  свидетеля  проявить к  нему максимум внимания, чуткость и  вежливость к свидетелю, подробно выяснить условия восприятия им события преступления, не допускать нравоучений, лишних напоминаний ему о том, что он предупрежден об уголовной ответственности и обеспечить в целом плодотворную нравственно-психологическую атмосферу на протяжении всего допроса.

      Показания потерпевшего, как и в целом  его статус в уголовном судопроизводстве, имеют в отличие от статуса свидетеля существенные особенности: во-первых, он выступает на стороне обвинения (п. 47 ст. 5 УПК РФ); во-вторых, он пользуется в связи с этим равными процессуальными правами со стороной обвинения, при этом права обеих сторон возведены в ранг конституционных (ст. 123 Конституции РФ)[6]; в-третьих, наряду с этим потерпевший, на которого совершено посягательство, является главным изобличителем обвиняемого в содеянном; в-четвертых, наконец, потерпевший в отличие от свидетеля является источником не фрагментарных показаний, а источником доказательств по всему предмету доказывания, за исключением случаев нахождения его в момент события в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, поскольку он как непосредственный участник события должен помнить все обстоятельства посягательства, которое на него совершено.

      Вместе  с  тем  на его  показания влияют  и  некоторые  объективные  факторы, и  особенно факторы  субъективного  характера. Об этом следует  сказать  несколько подробнее.

      Все  названные  выше аспекты  статуса  потерпевшего лицо приобретает  с  момента  признания  его  таковым (постановления дознавателя, следователя, суда).

      Учитывать те моменты, которые играют роль в  получении от потерпевшего объективных  показаний, властный субъект допроса  должен уже при подготовке к его  допросу.

      Прежде  всего, следует учитывать, что в связи с совершенным посягательством на жизнь потерпевшего, его здоровье, достоинство личности показания потерпевшего характеризуются повышенной эмоциональностью: состоянием страха, ужаса, стресса, отчаяния, боли, физическими страданиями и т.п. Острые эмоциональные состояния потерпевшего сужают его сознание и деформируют логическое мышление, что нередко порождает неадекватность его показаний, особенно при первом его допросе.

      Сказанное достаточно четко свидетельствует  о существенном различии субъективных факторов, влияющих на показания потерпевшего, от субъективных факторов, влияющих на показания свидетеля. Это обстоятельство обусловливает иногда отложение  допроса потерпевшего до момента, пока он более или менее не успокоится после ужаса, стресса или даже шока. Как свидетельствует практика допроса потерпевшего, при его  первом допросе искажение картины  события бывает нередко существенное. При повторном допросе его  показания, как правило, полнее, конкретнее, т.е. более объективны. «Взаимодействие следователя  с потерпевшим должно строиться с учетом состояния  потерпевшего, как лица пострадавшего, перенесшего психическую травму, ищущего защиту у правосудия».

      Следовательно, в ходе допроса потерпевшего следователь (и суд) может получить наиболее обширную информацию, нежели при  допросе  свидетеля.

      Учитывая  контактирование потерпевшего в момент посягательства на него со стороны преступника, на теле и одежде преступника и на теле и одежде потерпевшего могут быть оставлены разнообразные следы повреждений, которые могут быть причинены различными предметами.

      Все это  подлежит выяснению в ходе допроса  потерпевшего и, кроме того, зафиксировано  при допросе свидетелей, а подчас и в процессе допроса подозреваемого (обвиняемого), признавшего вину.

      Все это  подлежит выяснению в ходе допроса  потерпевшего и, кроме того, зафиксировано  при допросе свидетелей, а подчас и в процессе допроса  подозреваемого (обвиняемого), признавшего  вину.  Особенности психической деятельности потерпевшего, как правило, диктуют потребность  в его повторном допросе следователем. Успокоившись не только после совершенного на него посягательства, но и после ситуации первого допроса, он может вспомнить полнее как само событие преступления, так и отдельные его моменты и детали.

    Таким образом, существенная  разница, как выше указано, предмета  допроса свидетеля и потерпевшего, а равно объективных и субъективных  условий, в которых тот и другой  воспринимали событие преступления, не дают оснований для отождествления  правил допроса свидетеля и потерпевшего ни в процессуальном, ни в тактическом, ни в психологическом, ни в нравственном аспектах.

    Имея ввиду большое  значение свидетельских показаний  для оценки совокупности исследуемых  по делу доказательств, чтобы  постановить «законный, обоснованный и справедливый приговор» (ст. 297 УПК РФ[7]) еще в досудебном производстве, следователь, поскольку он все делает до суда и для суда, обязан выяснить при допросе свидетеля прежде всего условия, в которых свидетель воспринимал событие преступления. При этом основные условия подлежат обязательному выяснению: фон восприятия, размеры и конфигурация объекта восприятия, расстояние, с которого он воспринимал событие, погодный условия, время суток, наличие искусственного освещения, цвет объекта и другие объективный и субъективные факторы, влияющие на формирование его показаний и их оценку. Причем лишь некоторые из названных условий, иногда выясняются у потерпевшего, а его субъективное состояние, как правило, является результатом совершенного на него посягательства, и поэтому выяснение субъективного (эмоционального) состояния выясняется самостоятельно, как порожденное в ситуации совершения преступления при непосредственном контакте потерпевшего с преступником.