Бихевиоризм как направление психологии

Содержание

Введение

Бихевиоризм, определивший облик американской психологии в 20-м столетии, радикально преобразовал всю систему представлений о психике. Его кредо выражала формула, согласно которой предметом психологии является поведение, а не сознание. Поскольку же тогда было принято ставить знак равенства между психикой и сознанием, возникла версия, будто, устраняя сознание, бихевиоризм тем самым ликвидирует психику. Его стали называть «психологией без психики». Во время появления бихевиоризма под психологией понималась наука о сознании.

Основная задача бихевиоризма заключается в накоплении наблюдений над поведением человека с таким расчетом, чтобы в каждом данном случае при данном стимуле бихевиорист мог сказать наперед, какая будет реакция или - если дана реакция - какой ситуацией данная реакция вызвана. Таковы две проблемы бихевиоризма.

Предметом бихевиоризма стало поведение, которое исследовалось  путем экспериментального изучения факторов, влияющих на его формирование, т. е. на образование связей между  стимулами и реакциями.

Поддержка основных положений  бихевиоризма и, главное, его стремления к объективному исследованию психики не исключала разногласий, возникавших при решении конкретных научных проблем. А сомнения в истинности некоторых принципов бихевиоризма возникли при анализе результатов экспериментов, проведенных У. Хантером и К. Лешли. Попытку преодолеть упрощенную трактовку поведения по схеме стимул-реакция за счет введения внутренних процессов, развертывающихся в организме под влиянием стимула и влияющих на реакцию, составили различные варианты необихевиоризма.

Бихевиоризм от англ. Behavior - поведение. Бихевиоризм в широком понимании - направление в психологии, которое изучает поведение человека и способы влияния на поведение человека¹. Бихевиоризм в узком понимании, или классический бихевиоризм - бихевиоризм Дж.Уотсона и его школы - исследует только внешне наблюдаемое поведение и не делает различий между поведением человека и других животных. Для классического бихевиоризма все психические явления сводятся к реакциям организма, преимущественно двигательным: мышление отождествляется с речедвигательными актами, эмоции - с изменениями внутри организма, сознание принципиально не изучается, как не имеющее поведенческих показателей. Основным механизмом поведения принимается связь стимула и реакции.

Основной метод классического бихевиоризма - наблюдение и экспериментальное изучение реакций организма в ответ на воздействия окружающей среды с целью выявления доступных математическому описанию корреляций между этими переменными.

Представителями бихевиоризма были Эдуард Торндайк, Иван Петрович Павлов, Джон Бродес Уотсон, Эдуард Чейс Толмен, Беррес Фредерик Скиннер.

Цель изучить сущность бихевиоризма как направления в  психологии. 
1. Классический бихевиоризм

Влиятельным направлением в психологии, которому приписывается «революционное» значение, стал в начале ХХ века бихевиоризм, программу которого провозгласил американский исследователь Джон Уотсон (1878–1958). Как и психоанализ, бихевиоризм противостоял тем аспектам ассоцианизма, которые связаны с представлениями о сознании, однако основания для противостояния были совершенно иные. Бихевиоризм складывался как направление с явно выраженным естественнонаучным уклоном, и его основатели пытались найти формы объективного подхода к психической жизни. Согласно бихевиористам, такие понятия, как «осознание», «переживание», «страдание» не могут считаться научными; все они – продукт человеческого самонаблюдения, т.е. субъективны; наука же, с их точки зрения, не может оперировать представлениями о том, что не может быть зафиксировано объективными средствами. Один из крупнейших бихевиористов. Б.Ф. Скиннер, называл подобные понятия «объяснительными фикциями» и лишал их права на существование в науке.

Принципы классического  бихевиоризма выглядят упрощенно. В  дальнейшем экспериментальная практика не подтвердила правомерность исходной схемы как универсальной: в ответ на воздействие одного и того же стимула могут следовать разные реакции, одна и та же реакция может побуждаться различными стимулами. Зависимость реакции от стимула не подвергалось сомнению; однако встал вопрос о том, что есть нечто, определяющее реакцию, помимо стимула, точнее – во взаимодействии с ним. Исследователи, развивавшие идеи Уотсона, предложили ввести в рассуждение еще одну инстанцию. Обозначаемую обычно понятием «промежуточные переменные», имея в виду некоторые события в организме, на который воздействует стимул и которые, не являясь в строгом смысле реакцией также определяют ответную реакцию. (Схема S–O–R). В логике уотсоновского бихевиоризма об этих переменных нельзя рассуждать в традиционной психологической терминологии; тем не менее, необихевиористы., по сути, нарушили этот запрет, обсуждая проблемы цели, образа. Так, Э.Толмен экспериментально показал, что крысы, просто бегавшие по лабиринту, не получая подкрепления, в дальнейшем быстрее научаются проходить его при условии подкрепления, нежели крысы, не имевшие предварительного «опыта бегания»; это означает, что у крыс первой группы сформировался образ лабиринта, позволяющий ориентироваться в нем. Данное явление получило название «когнитивные карты».

Одним из наиболее авторитетных бихевиористов является Б. Скиннер, предположивший, что поведение может  строиться и по иному принципу, а именно, определяться не стимулом, предшествующим реакции, а вероятными последствиями поведения. Это не означает свободы поведения (хотя в рамках его подхода и обсуждается проблема «самопрограммирования» человека); в общем случае имеется в виду, что, имея определенный опыт, животное или человек будут стремиться воспроизводить его, если он имел приятные последствия, и избегать, если последствия были неприятны. Иными словами, не субъект выбирает поведение, но вероятные последствия поведения управляют субъектом.

Соответственно, можно управлять  поведением, вознаграждая (т.е. положительно подкрепляя) определенные способы поведения и тем самым делая их более вероятными; на этом основана предложенная Скиннером идея программированного обучения, предусматривающая «пошаговое» овладение деятельностью с подкреплением каждого шага.

Особым направлением в рамках бихевиоризма является социобихевиоризм, наиболее активно формировавшийся в 60-е гг. Новым по отношению к тому, о чем мы говорили, выступает представление о том, что человек может овладевать поведением не через собственные пробы и ошибки, но, наблюдая за опытом других и теми подкреплениями, которые сопутствуют тому или иному поведению («научение через наблюдение», «научение без проб»). Это отличие предполагает, что поведение человека становится когнитивными, т. е. Включает непременный познавательный компонент, в частности, символический. Этот механизм оказывается важнейшим в процессе социализации, на его основе формируются способы реализации агрессивного и кооперативного поведения. Это можно проиллюстрировать экспериментом ведущего психолога этого направления канадца Альберта Бандуры. В связи с этим Бандура своеобразно трактует проблему наказаний и запретов в воспитании. Наказывая ребенка, взрослый по существу демонстрирует ему агрессивную форму поведения, находящую положительное подкрепление – в виде успеха в принуждении, самоутверждения; это означает, что ребенок, даже послушавшись, усваивает возможную форму агрессии. Негативно Бандура относится и к средствам массовой информации, пропагандирующим насилие, в частности, к фильмам, полагая, что в развитии ребенка они играют роль «обучения агрессии».

Как уже говорилось, представители  теории среды утверждают, что человеческое поведение формируется исключительно  под воздействием социального окружения, т.е. определяется не «врожденными», а  социальными и культурными факторами. Это касается и агрессивности, которая является одним из главных препятствий на пути человеческого прогресса.

Уже философы-просветители рьяно отстаивали эту идею в самой  радикальной ее форме. Они утверждали, что человек рождается добрым и разумным. И если в нем развиваются дурные наклонности, то причиной том – дурные обстоятельства, дурное воспитание и дурные примеры. Многие считали, что не существует психических различий между полами и что реально существующие различия между людьми объясняются исключительно социальными обстоятельствами и воспитанием. Следует отметить, что в противоположность бихевиористам эти философы имели в виду вовсе не манипулирование сознанием, не методы социальной инженерии, а социальные и политические изменения самого общества. Они верили, что «хорошее общество» обеспечит формирование хорошего человека или, по крайней мере, сделает возможным проявление его лучших природных качеств.

На пути своего развития от немного наивных формулировок Уотсона до филигранных необихевиористских конструкций Скиннера бихевиоризм претерпел довольно заметные изменения. И все же речь идет скорее о совершенствование первоначальной формулировки, чем возникновении новых оригинальных идей.

2. Необихевиоризм Б. Ф. Скиннера

Необихевиоризм опирается на тот же самый принцип, что и концепция Уотсона, а именно: психология не имеет права заниматься чувствами или влечениями или какими-либо другими субъективными состояниями²; он отклоняет любую попытку говорить о «природе» человека, либо конструировать модель личности, либо подвергать анализу различные страсти, мотивирующие человеческое поведение. Всякий анализ поведения с точки зрения намерений, целей и задач Скиннер квалифицирует как донаучный и как совершенно бесполезную трату времени. Психология должна заниматься изучением того, какие механизмы стимулируют человеческое поведение и как они могут быть использованы с целью достижения максимального результата. «Психология» Скиннера – это наука манипулирования поведением; ее цель – обнаружение механизмов «стимулирования», которые помогают обеспечивать необходимое «заказчику» поведение.

Вместо условных рефлексов павловской модели Скиннер говорит о модели «стимул – реакция». Иными словами, это означает, что, безусловно-рефлекторное поведение приветствуется и вознаграждается, поскольку оно желательно для экспериментатора. (Скиннер считает, что похвала, вознаграждение являются более сильным и действенным стимулом, чем наказание.) В результате такое поведение закрепляется и становится привычным для объекта манипулирования. Если стимулы работают последовательно и планомерно, то дело доходит до того, что Джонни начинает с удовольствием есть шпинат. Скиннер и его единомышленники разработали и проверили целый набор операциональных приемов в сотнях экспериментов. Скиннер доказал, что путем правильного применения позитивных «стимулов» можно в невероятной степени менять поведение как животного, так и человека – и это даже вопреки тому, что некоторые слишком смело называют «врожденными склонностями»³.

Доказав это экспериментально, Скиннер, без сомнения, заслужил признание  и известность. Одновременно он подтвердил мнение тех американских антропологов, которые на первое место в формировании человека выдвигали социокультурные факторы. При этом важно добавить, что Скиннер не отбрасывает полностью генетические предпосылки. И все же, чтобы точно охарактеризовать его позицию, следует подчеркнуть: Скиннер считает, что, невзирая на генетические предпосылки, поведение полностью определяется наборов «стимулов». Стимул может создаваться двумя путями: либо в ходе нормального культурного процесса, либо по заранее намеченному плану⁴.

С точки зрения психологии многое свидетельствует о том, что творческое начало, а также стремление к оригинальности имеют глубокие корни в природе человека, и нейрофизиологи подтверждают гипотезу, что это стремление «вмонтировано» в структуру мозга. Скиннер попадает в сложное положение со своей концепцией потому, что не придает никакого значения поискам и находкам психоаналитической социологии, считая, что если бихевиоризм не знает ответа на какой-либо вопрос, то ответа не существует.

Главный тезис Скиннера сводится к следующему. Не вызывает сомнения тот факт, что ценностные суждения отсутствуют как при решении построить атомную бомбу, так и при техническом решении этой проблемы. Разница состоит лишь в том, что мотивы построения бомбы не совсем «ясны».

Ценностные суждения Скиннера проявляются и в других его высказываниях. Например, он утверждает: «Если мы достойны нашего демократического наследия, то, естественно, мы будем готовы оказать противодействие использованию науки в любых деспотических или просто эгоистических целях. И если мы еще ценим демократические достижения и цели, то мы не имеем права медлить и должны немедленно использовать науку в деле разработки моделей культуры, при этом нас не должно смущать даже то обстоятельство, что мы в известном смысле можем оказаться в положении контролеров»⁵.

Для Скиннера эксплуатация не является частью самого социального  эпизода, этой частью являются лишь методы контроля. Это позиция человека, для которого социальная жизнь ничем  не отличается от эпизода в лаборатории, где экспериментатора интересуют только его методы, а вовсе не сам по себе «Эпизод», ибо в этом искусственном мирке совершенно не имеет значения, какова крыса – миролюбива она или агрессивна. И, словно этого еще было мало, Скиннер окончательно констатирует, что за понятием эксплуатации «легко просматриваются» ценностные суждения. Это должно означать следующее: любые психологические и социальные феномены утрачивают характер фактов, доступных научному исследованию, как только их можно охарактеризовать с точки зрения их ценностного содержания.

Идею Скиннера о взаимности отношений раба и рабовладельца  можно объяснить только тем, что  он употребляет слово «контроль» в двояком смысле. В том смысле, в котором оно употребляется  в реальной жизни, вне всякого  сомнения, рабовладелец контролирует раба, и при этом не может быть и речи о «взаимности», если не считать, что при определенных обстоятельствах раб располагает минимумом обратного контроля – например, он угрожает бунтом. Но Скиннер не это имеет в виду. Он подразумевает контроль в самом абстрактном смысле лабораторного эксперимента, который не имеет ничего общего с реальной жизнью.

Поскольку бихевиоризм  не владеет теорией личности, он видит только поведение и не в состоянии увидеть действующую личность. Для необихевиориста нет никакой разницы между улыбкой друга и улыбкой врага, улыбкой хорошо обученной продавщицы и улыбкой человека, скрывающего свою враждебность. Однако трудно поверить, что профессору Скиннеру в его личной жизни это также безразлично.

Необихевиоризм не может объяснить, почему многие люди, которых обучили преследовать и мучить других людей, становятся душевнобольными, хотя «положительные стимулы» продолжают свое действие. Очевидно, существуют в человеке какие-то влечения, которые сильнее, чем воспитание; и очень важно с точки зрения науки рассматривать факты неудачи воспитания как победу этих влечений. Разумеется, человека можно обучить чуть ли не любым способом, но именно «чуть ли не». Он реагирует на воспитание по-разному и вполне определенным образом ведет себя, если воспитание противоречит основным его потребностям.

По сути дела, Скиннер  является наивным рационалистом, который  игнорирует человеческие страсти. В  противоположность Фрейду, Скиннера не волнует проблема страстей, ибо  он считает, что человек всегда ведет себя так, как ему полезно. И на самом деле общий принцип необихевиоризма состоит в том, что идея полезности считается самой могущественной детерминантой человеческого поведения; человек постоянно апеллирует к идее собственной пользы, но при этом старается вести себя так, чтобы завоевать расположение и одобрение со стороны своего окружения. В конечном счете, бихевиоризм берет за основу буржуазную аксиому и примате эгоизма и собственной пользы над всеми другими страстями человека. Невероятную популярность Скиннера можно объяснить тем, что ему удалось соединить элементы традиционного либерально-оптимистического мышления с духовной и социальной реальностью.

Скиннер считает, что  человек формируется под влиянием социума и что в «природе»  человека нет ничего, что могло бы решительно помешать становлению мирного и справедливого общественного строя. Таким образом, система Скиннера оказалась привлекательной для всех психологов, которые относятся к либералам и находят в этой системе аргументы для защиты своего политического оптимизма. Однако Скиннер привлекает не только этим, но и тем, что ему удалось, умело вмонтировать в традиционно либеральные идеи элементы ярого негативизма. В век кибернетики индивид все чаще становится объектом манипулирования. Его труд, потребление и свободное время – все находится под воздействием рекламы, идеологии и всего того, что Скиннер называет положительным стимулированием. Кроме того, теория Скиннера звучит очень убедительно, так как она (почти) точно «попадает» в отчужденного человека кибернетического общества.

Заключение

Бихевиоризм существует до настоящего времени; многие исследователи  и практики, в том числе в  педагогике, психотерапии ориентированы  на него, хотя среди наиболее популярных зарубежных теорий он, сравнительно с психоанализом и гуманистической психологией, находится на вторых ролях. Вместе с тем его несомненной заслугой признается то, что он показал возможность объективного подхода к психическим явлениям, а также разработка методологии и техники экспериментального исследования.

Бихевиоризм как направление  в психологии внесли следующий вклад  в психологическую науку. Представители  бихевиоризма подняли эксперимент на высокую ступень исследования. В результате проделанной работы было выявлено 16 типов поведения. (перцептивное поведение, защитное, индуктивное, привычное, утилитарное, ролевое, сценарное, моделирующее, уравновешивающее, освобождающее, атрибутивное, экспрессивное, автономное, утверждающее, исследовательское, эмпатическое.).

В практической деятельности бихевиористы установили, что человек полностью зависит от своей среды, и всякая свобода действий, которой, как ему кажется, которой он может пользоваться – чистая иллюзия. Одна из главных причин сделавших нас такими, какие мы есть, связана с нашей склонностью подражать поведению других людей с учетом того, насколько благоприятны, могут быть результаты такого подражания для нас. Таким образом, на человека влияют не только внешние условия: он также постоянно должен предвидеть последствия своего поведения путем его самостоятельной оценки.

Литература

1. Гриншпун И.Б. Введение в психологию. – М.: Международная педагогическая академия, 2004. – 464с.
2. Дубнищева Т.Я. Концепции современного естествознания.– М.: Академия, 2006. - 608с.
3. Ждан А.Н. История психологии. - М.: Изд-во МГУ, 2002.- 367с.
4. Маклаков А.Г. Общая психология. - СПб.: Питер, 2003. - 592с.
5. Марцинковская Т.Д. История психологии. - М.: Академия,2002. - 544с.
6. Психология/ Под ред. А.А. Крылова.- М.: ПРОСПЕКТ, 2001.- 584с.
7. Психология / Под общей ред. В.Н.Дружинина. - СПб.: Питер, 2003. – 512с.
8. Скиннер Б.Ф. и Роджерс К.Р. Вопросы о контроле поведения человека. - М.: Академия, 2000. – 1200с.
9. Ярошевский М.Г. История психологии. - М.: Академия, 2006.- 463с.

¹ Гриншпун И.Б. Введение в психологию. – М., 2004. – С. 55.

² Психология / Под общей ред. В.Н.Дружинина. - СПб., 2003. – С.176.

³ Ждан А.Н. История психологии. - М., 2002. – С. 98.

⁴ Скиннер Б.Ф. Поведение культур. – М., 2009. – С. 17.

⁵ Скиннер Б.Ф. и Роджерс К.Р. Вопросы о контроле поведения человека - М, 2000. – С. 1075.