Борьба римского костёла с ересями

Содержание

Введение…………………………………………………………………………2

1. Средневековые ереси, их социальная сущность и идейные основы……....3

2.Борьба церкви с ересями. Святая инквизиция……………………………….6

Заключение………………………………………………………………………13

Список используемой литературы……………………………………………...14

Введение

Уже в Раннем Средневековье католическая церковь стала одним из крупнейших феодалов. По ряду подсчетов, ей принадлежало до трети всей обрабатываемой земли в Западной Европе. Так, бенедиктинский монастырь в Фульде (Германия) имел более 250 тыс. га земли, Сен–Жерменский монастырь (Франция) – более 100 тыс. зависимых людей.

В христианской религии, как к в других монотеистических религиях, существовало много еретических (несогласных с официальной догматикой) учений. Они начали появляться с того времени, как христианство стало официально признанной государственной религией, и сопровождали его на всем протяжении истории. Возникновение ересей объяснялось тем, что в средневековом христианстве выражалось религиозное сознание разных социальных групп, как феодальных верхов, так и широких народных масс. Поэтому всякое недовольство феодальным строем неизбежно облекалось в форму богословской ереси. «Для того чтобы возможно было нападать на существующие общественные отношения, нужно было сорвать с них ореол святости».

В античные времена «еретиками» называли людей, которые свободно, руководствуясь собственным разумом, интерпретировали христианское учение. Раннее христианство было представлено множеством группировок, резко полемизирующих между собой по поводу наступления «царства Божиего» на земле, организации христианских общин, отношения к ветхозаветной традиции, к верующим, «отпавшим» от церкви и т.д. После провозглашения христианства официальной религией Римской империи (4 в.) церковь проявляет все большую враждебность к любым отступлениям от ортодоксального вероучения. Для их обозначения и используется термин «Е.», которому придается обличительный смысл: Е. подлежат осуждению, репрессиям и искоренению. Так, уже первый Никейский собор (325) осудил арианство как «безбожную ересь», а в 527 издается указ против «еретиков», среди которых также фигурируют иудеи и язычники. Преследования инакомыслящих особенно ужесточаются после разделения христианской церкви на зап. и вост. (11 в.), когда в число еретиков включаются все новые религиозные движения и сообщества: катары, вальденсы, спиритуалы, беггарды, гуситы и т.д. В 13 в. для борьбы с ними создается специальный карательный орган — инквизиция[1, с. 182].

Цель контрольной работы – выявить основные причины и методы борьбы католической церкви с еретиками с в Средние века в Западной Европе

Задачи исследования:

1. Рассмотреть основные направления, догматы против Римской церкви;

2. Рассмотреть цели и средства святой инквизиции, ее основные этапы.

1. Средневековые ереси, их социальная сущность и идейные основы

По своему характеру средневековые ереси делились на бюргерские и крестьянско-плебейские. Бюргерские ереси выражали протест мелких городских собственников против феодальных порядков, и прежде всего против церковных установлений, мешавших развитию городов и их экономики. Они требовали ликвидации привилегий духовенства и лишения его мирских благ, секуляризации церковной собственности, упрощения и удешевления церковных обрядов. Их идеалом была раннехристианская «апостольская церковь». Это были умеренные ереси, не отрицавшие в принципе существующего феодального строя. Поэтому идеи бюргерской ереси находили нередко поддержку у отдельных групп феодалов, заинтересованных в секуляризации церковной собственности и ограничении влияния духовенства и папской курии.

Значительно дальше шло крестьянско-плебейское еретическое движение, выражавшее чаяния народных низов и требовавшее установления равенства между людьми. Наиболее радикальные уравнительские ереси представляли идеологию народных масс, боровшихся с оружием в руках против феодального гнета («апостольские братья», лолларды, табориты). В ранних еретических движениях сочетались нередко элементы обоих направлений (альбигойцы)[2, c. 237].

Между отдельными еретическими учениями существовали значительные догматические различия. Тем не менее, всех их объединяло резко отрицательное отношение к католическому духовенству во главе с папой и противопоставление ему библейских пастырей. Особенно резкие нападки вызывали продажа индульгенций и неравенство в причащении. Церковь еретики называли «вавилонской блудницей», а папу – «наместником сатаны». В противоположность иерархической церкви они создавали свою простую религиозную организацию и вводили упрощенные обряды. Единственным источником веры еретики признавали Евангелие и совершенно отвергали «священное предание» (писания отцов церкви, постановления соборов, папские буллы). Весьма популярной была идея «апостольской бедности», переходящая у некоторых еретиков в строгий аскетизм. Большое распространение имели мистические идеи, основанные на особой трактовке библейских пророчеств, в частности видений Апокалипсиса. Ересиархи Иоахим Флорский, Дольчино предрекали неизбежный переворот, который должен совершиться в ближайшем будущем. Идеи этого переворота и установления «тысячелетнего царства божия» на земле (хилиазм, милленаризм) были очень популярны среди крестьянско-плебейских масс. Другое умеренно-бюргерское направление в мистике утверждало, что «божественная истина» заключена в самом человеке, и отрицало тем самым необходимость церкви. В нем содержались элементы пантеизма. Но этот мистический индивидуализм уводил в сторону от активной борьбы, во внутренний мир человека, пробуждая «видения» и религиозный экстаз[6, c. 246].

Еретические учения подрывали авторитет церкви, наносили удар по католической догматике и способствовали распространению свободомыслия. Тем не менее сами еретики оставались фанатиками своих убеждений и так же, как и католики, враждебно относились к инаковерию и инакомыслию. К тому же все умеренные секты ограничивали свою проповедь только требованиями церковных преобразований, замены «плохой церкви», и «ложной веры» «хорошей церковью» и «истинной верой», отвлекая массы от активной борьбы против феодального гнета.

Раньше всего еретические движения распространились в городах Италии, где особенно резко проявлялись социальные антагонизмы. Во второй половине XI в. в Милане и других ломбардских городах появилась патария (по названию квартала в Милане, где обитали нищие и старьевщики). Патараны бичевали испорченность нравов духовенства, призывая к строгому безбрачию и отказу «служителей бога» от мирских благ. Вместе с тем они выступали против феодальной знати и богатого купечества. Но патараны не создали еще последовательно разработанного учения. Другая секта, основанная Арнольдом Брешианским (арнольдисты), выдвинула радикальную программу политических преобразований – лишение духовенства политической власти и создание (в частности, в Риме) чисто светского республиканского правительства. Это была ранняя бюргерская ересь[4, c. 314].

Наивысшего расцвета еретическое движение достигло во второй половине XII–XIII в. Центром его стала Южная Франция, характеризовавшаяся в те времена высоким уровнем развития экономики и культуры. Здесь распространилось два еретических учения – катарство и вальденство. Катарство («катарос» – греч. «чистый») принадлежало к дуалистическим ересям и было связано с распространившимся в Болгарии богомильством. Оно утверждало, что в мире происходит вечная борьба добра со злом и добро должно восторжествовать над злом. Под добром катары понимали духовное начало, под злом – физический мир, созданный сатаной. К злу они причисляли и существующую церковь во главе с папой. Катары признавали только Евангелие, совершенно отвергая Ветхий завет. Они создали свою церковь, простую, без иерархии духовных чинов. Единоверцы делились на две категории – «совершенных» и «верующих». Первые вели аскетический образ жизни и выполняли функции пастырей, вторые были обычными мирянами, ревностно следовавшими предписаниям своей веры. Катарство распространилось в странах Южной Европы, нередко в сочетании с другими ересями, например вальденством.

Вальденская ересь появилась в конце XII в. на юге Франции. Ее основателем был Петр Вальд – сын богатого лионского купца. Отказавшись от своих богатств, он стал проповедовать нищенскую жизнь и аскетизм. Вальденсы отвергали большинство христианских таинств, молитвы, иконы, культ святых, учение о святилище и не признавали церковной иерархии. Они проповедовали «бедную апостольскую церковь». Еретики отказывались платить налоги и десятину, нести воинскую службу, не признавали феодального суда, выступали против смертной казни. Вальденсы разделяли некоторые общие взгляды с катарами. В Южной Франции и те и другие именовались альбигойцами (от названия города Альби). В XIII в. часть умеренных вальденсов сблизилась с католической церковью и пользовалась правом проповедовать свои взгляды («католические бедняки»). Другая часть вальденсов переселилась в Германию, Швейцарию, Австрию, Чехию, Польшу и Венгрию, где эта ересь существовала до позднего средневековья. Крайние вальденсы слились с катарами.

В XIV–XV вв. радикальные крестьянско-плебейские ереси стали идеологией революционных восстаний. Секта апостоликов организовала восстание под предводительством Дольчино. Движение ранних лоллардов (в лице Джона Болла) сыграло большую роль в восстании У. Тайлера. Табориты составили крайне революционный фронт гуситского движения и гуситских войн. Бюргерские ересиархи в лице Дж. Виклефа и Я. Гуса создали теоретическую основу ранних реформационных движений[7, c. 448].

3.Борьба церкви с ересями. Святая инквизиция.

Обычно церковь действовала в союзе со светскими властями, однако между ними случались и острые конфликты. Вместе с тем церковь создавала культ своей «священной власти», неповиновение которой объявлялось тяжким грехом. Для защиты своих интересов церковь выработала систему наказаний:

• отлучение, ставившее человека вне церкви и лишавшее его возможности получить спасение на том свете;

• интердикт, запрещавший отправление культа в пределах всей страны;

• анафему - публичное предание проклятию.

Эти средства церковь использовала для удержания в повиновении не только простых людей, но и власть имущих - королей. Папство пользовалось им и в целях подчинения светской власти и создания теократии. Если в IX-XI вв. власть пап была невелика, то к началу XII в. она значительно усиливается[2, c. 245].

Зародыши инквизиции мы находим еще в первые века христианства - в обязанности диаконов разыскивать и исправлять заблуждения в вере, в судебной власти епископов над еретиками. Суд епископский был прост и не отличался жестокостью; самым сильным наказанием в то время было отлучение от церкви. Со времени признания христианства государственной религией Римской империи к церковным наказаниям присоединились и гражданские. В 316 г. Константин Великий издал эдикт, присуждавший донатистов к конфискации имущества. Угроза смертной казнью впервые произнесена была Феодосием Великим в 382 г. по отношению к манихеям, а в 385 г. приведена была в исполнение над присциллианами. В капитуляриях Карла Великого встречаются предписания, обязывающие епископов следить за нравами и правильным исповеданием веры в их епархиях, а на саксонских границах - искоренять языческие обычаи. В 844 г. Карл Лысый предписал епископам утверждать народ в вере посредством проповедей, расследовать и исправлять его заблуждения. В IX и X вв. епископы достигают высокой степени могущества; в XI в., во время преследования патаренов в Италии, деятельность их отличается большой энергией. Уже в эту эпоху церковь охотнее обращается к насильственным мерам против еретиков, чем к средствам увещания. Наиболее строгими наказаниями еретиков уже в ту пору были конфискация имущества и сожжение на костре[3, c. 360].

Еретические идеи встречали ожесточенный отпор со стороны католической церкви. Церковные соборы предавали анафеме ересиархов и их последователей. Для подавления массовых еретических движений церковь организовывала крестовые походы (Альбигойские войны, походы против апостоликов, пять крестовых походов против гуситов). В конце XII в. появилась инквизиция (лат. inquisitio – расследование) для суда и расправы над еретиками. Сперва инквизиция была в подчинении епископов. В XIII в. она превратилась в самостоятельное учреждение под верховной властью папы. Была создана система судебного расследования с применением изощренных пыток, запутанных софистических ухищрений и запугиваний, с помощью которых у жертв вырывали признания вины. Широко применялись шпионаж и доносы, поощряемые передачей доносчикам части имущества осужденных. Для наказания осужденные передавались в руки светских властей, так как церковь лицемерно отказывалась от «пролития крови». Обычно осужденных еретиков сжигали на кострах. При этом нередко устраивались торжественные церемонии провозглашения приговора инквизиции над группой еретиков – аутодафе (исп. «акт веры»). Раскаявшиеся грешники подвергались пожизненному заточению. Под надзор инквизиции попадали ученые, заподозренные в свободомыслии и несогласии с установленными католической церковью канонами[1, c. 196].

Деятельность инквизиции представляла одну из самых мрачных – страниц средневековья.

В конце ХII и начале ХIII в. литературно-художественное движение в Южн. Франции и связанное с ним учение альбигойцев угрожали серьезной опасностью католической ортодоксии и папскому авторитету. Для подавления этого движения вызывается к жизни новый монашеский орден - доминиканцев Еще на Веронском синоде, в 1185 г., изданы были точные правила касательно преследования еретиков, обязывавшие епископов возможно чаще ревизовать свои епархии и выбирать зажиточных мирян, которые оказывали бы им содействие в розыске еретиков и предании их епископскому суду; светским властям предписывалось оказывать поддержку епископам под страхом отлучения и других наказаний. Дальнейшим своим развитием И. обязана деятельности Иннокентия III (1198-1216), Григория IX (1227-1241) и Иннокентия IV (1243-1254). Около 1199 г. Иннокентий III уполномочил двух цистерцианских монахов, Гюи и Ренье, объездить в качестве папских легатов диоцезы Южн. Франции и Испании для искоренения ереси вальденсов и катаров. Этим создавалась как бы новая духовная власть, имевшая свои специальные функции и почти независимая от епископов. В 1203 г. Иннокентий III отправил туда же двух других цистерцианцев, из монастыря Fontevrault - Петра Кастельно и Ральфа; вскоре к ним был присоединен и аббат этого монастыря, Арнольд, и все трое возведены были в звание апостольских легатов. Предписание возможно строже обходиться с еретиками привело в 1209 г. к убийству Петра Кастельно, что послужило сигналом к кровавой и опустошительной борьбе, известной под именем альбигойских войн. Несмотря на крестовый поход Симона Монфора, ересь продолжала упорно держаться, пока против нее не выступил Доминик (см), основатель ордена доминиканцев. В заведование этого ордена всюду перешли инквизиционные суды, после того как последние изъяты были Григорием IX из епископской юрисдикции. На Тулузском соборе 1229 г. было постановлено, чтобы каждый епископ назначал одного священника и одно или более светских лиц для тайного розыска еретиков в пределах данной епархии. Несколько лет спустя инквизиторские обязанности были изъяты из компетенции епископов и специально вверены доминиканцам, представлявшим то преимущество перед епископами, что они не были связаны ни личными, ни общественными узами с населением данной местности и потому могли действовать безусловно в папских интересах и не давать пощады еретикам. Установленные в 1233 г. инквизиционные суды вызвали в 1234 г. народное восстание в Нарбонне, а в 1242 г. - в Авиньоне. Несмотря на это, они продолжали действовать в Провансе и распространены были даже и на Сев. Францию. По настоянию Людовика IX папа Александр IV назначил в 1255 г. в Париже одного доминиканского и одного францисканского монахов на должность ген. - инквизиторов Франции. Ультрамонтанское вмешательство в дела галликанской церкви встречало, однако, беспрестанное противодействие со стороны ее представителей; начиная с XIV в., французская И. подвергается ограничениям со стороны государственной власти и постепенно приходит в упадок, которого не могли удержать даже усилия королей XVI века, боровшихся против Реформации. Тем же Григорием IX И. введена была в Каталонии, в Ломбардии и в Германии, причем повсюду инквизиторами назначались доминиканцы. Из Каталонии И. быстро распространилась по всему Пиренейскому полуострову, из Ломбардии - в различных частях Италии, не везде, впрочем, отличаясь одинаковой силой и характером. Так, напр., в Неаполе она никогда не пользовалась большим значением вследствие беспрестанных раздоров между неаполитанскими государями и римской курией. В Венеции И. (Совет десяти) возникла в XIV в. для розыска соучастников заговора Тьеполо и являлась политическим трибуналом. Наибольшего развития и силы И. достигла в Риме. О степени влияния И. в Италии и о впечатлении, произведенном ей на умы, свидетельствует сохранившаяся во флорентийской церкви S. Маriа Novella знаменитая фреска Симона Мемми под названием "Domini canes" (каламбур, основанный на созвучии этих слов со словом dominicani), изображающая двух собак, белую и черную, отгоняющих волков от стада. Наибольшего развития итальянская И. достигает в XVI в., при папах Пии V и Сиксте V. В Германии И. первоначально направлена была против племени стедингов, отстаивавших свою независимость от бременского архиепископа. Здесь она встретила всеобщий протест. Первым инквизитором Германии был Конрад Марбургский; в 1233 г. он был убит во время народного восстания, а в следующем году той же участи подверглись и два главных его помощника. По этому поводу в Вормсской летописи говорится: "таким образом, при Божьей помощи, Германия освободилась от гнусного и неслыханного суда". Позже папа Урбан V, опираясь на поддержку имп. Карла IV, снова назначил в Германию двух доминиканцев в качестве инквизиторов; однако и после этого И. не получила здесь развития. Последние следы ее были уничтожены Реформацией.И. проникла даже в Англию, для борьбы против учения Виклефа и его последователей; но здесь значение ее было ничтожно. Из славянских государств только в Польше существовала И. и то очень недолго. Вообще, учреждение это пустило более или менее глубокие корни только в странах, населенных романским племенем, где католицизм оказывал глубокое влияние на умы и образование характера[6, c. 277-280].

Испанская инквизиция, возникшая в ХIII в. как отголосок современных событий в Южнной Франции, возрождается с новой силой в конце XV в., получает новую организацию и приобретает огромное политическое значение. Испания представляла наиболее благоприятные условия для развития инквизиции. Многовековая борьба с маврами способствовала развитию в народе религиозного фанатизма, которым с успехом воспользовались водворившиеся здесь доминиканцы. Нехристиан, именно евреев и мавров, было много в местностях, отвоеванных от мавров христианскими королями Пиренейского п-ва. Мавры и усвоившие их образованность евреи являлись наиболее просвещенными, производительными и зажиточными элементами населения. Богатство их внушало зависть народу и представляло соблазн для правительства. Уже в конце XIV в. масса евреев и мавров силой вынуждены были принять христианство, но многие и после того продолжали тайно исповедовать религию отцов. Систематическое преследование этих подозрительных христиан инквизиция. начинается со времени соединения Кастилии и Арагонии в одну монархию, при Изабелле Кастильской и Фердинанде Католике, реорганизовавших инквизиционную систему. Мотивом реорганизации являлся не столько религиозный фанатизм, сколько желание воспользоваться И. для упрочения государственного единства Испании и увеличения государственных доходов путем конфискации имущества осужденных. Душой новой И. в Испании был духовник Изабеллы, доминиканец Торквемада. В 1478 году была получена булла от Сикста IV, разрешавшая "католическим королям" установление новой инквизиции., а в 1480 г. был учрежден в Севилье первый трибунал ее; деятельность свою он открыл в начале следующего года, а к концу его уже мог похвалиться преданием казни 298 еретиков. Результатом этого была всеобщая паника и целый ряд жалоб на действия трибунала, обращенных к папе, главн. образ. со стороны епископов. В ответ на эти жалобы Сикст IV в 1483 г. предписал инквизиторам придерживаться той же строгости по отношению к еретикам, а рассмотрение апелляций на действия инквизиции. поручил севильскому архиепископу Иньиго Манрикесу. Несколько месяцев спустя он назначил великим ген. - инквизитором Кастилии и Арагонии Торквемаду, кот. и завершил дело преобразования испанской И. Инквизиционный трибунал сперва состоял из председателя,2 юристов-асессоров и 3 королевских советников. Эта организация скоро оказалась недостаточной, и взамен ее создана была целая система инквизиционных учреждений: центральный инквизиционный совет (так назыв. Consejo de la suprema) и 4 местных трибунала, число которых потом было увеличено до 10. Имущества, конфискованные у еретиков, составляли фонд, из которого черпались средства для содержания инквизиционных трибуналов и который вместе с тем служил источником обогащения папской и королевской казны. В 1484 г. Торквемада назначил в Севилье общий съезд всех членов испанских инквизиционных трибуналов, и здесь был выработан кодекс (сперва 28 постановлений; 11 были добавлены позднее), регулировавший инквизиционный процесс. С тех пор дело очищения Испании от еретиков и нехристиан стало быстро подвигаться вперед, особенно после 1492 г., когда Торквемаде удалось добиться у "католических королей" изгнания из Испании всех евреев. Результаты истребительной деятельности испанской И. при Торквемаде, в период от 1481 г. до 1498 г., выражаются следующими цифрами: около 8800 ч. было сожжено на костре; 90000 ч. подверглось конфискации имущества и церковным наказаниям; кроме того, были сожжены изображения, в виде чучел или портретов, 6500 ч., спасшихся от казни посредством бегства или смерти[5, c. 92].

В Кастилии инквизиция пользовалась популярностью среди фанатичной толпы, с удовольствием сбегавшейся на аутодафе, а Торквемада до самой смерти встречал всеобщий почет. Но в Арагонии действия И. неоднократно вызывали взрывы народного негодования; во время одного из них Педро Арбуэс, председатель инквизиционного суда в Сарагосе, не уступавший в жестокости Торквемаде, был убит в церкви, в 1485 г. Преемники Торквемады, Диэго-Деса и особенно Хименес, архиеп. Толедский и духовник Изабеллы, закончили дело религиозного объединения Испании. Несколько лет спустя после завоевания Гранады мавры подверглись гонениям за веру, несмотря на обеспечение за ними религиозной свободы условиями капитуляционного договора 1492 г. В 1502 г. им было предписано либо креститься, либо оставить Испанию. Часть мавров покинула родину, большинство крестилось; однако крестившиеся мавры (мориски) не избавились от преследований и наконец были изгнаны из Испании Филиппом III, в 1609 г. Изгнание евреев, мавров и морисков, составлявших более 3 млн. населения и притом самого образованного, трудолюбивого и богатого, повлекло за собой неисчислимые потери для испанского земледелия, промышленности и торговли. В течение 70 лет цифра испанского населения упала с 10 млн. до 6. Хименес уничтожил последние остатки епископской оппозиции[5, c. 100].

Действия инквизиционного трибунала облекались строгой таинственностью. Целая система шпионства и доносов опутывала всех страшной сетью. Как только обвиненный или заподозренный привлекался к суду инквизиции, начинался предварительный допрос, результаты которого представлялись трибуналу. Если последний находил дело подлежащим своей юрисдикции - что обыкновенно и случалось, - то доносчики и свидетели снова допрашивались и их показания вместе со всеми уликами передавались на рассмотрение доминиканских богословов, так называемых квалификаторов св. инквизиции.; если квалификаторы высказывались против обвиняемого, его тотчас же отводили в секретную тюрьму, после чего между узником и внешним миром прекращались всякие сношения. Затем следовали 3 первые аудиенции, во время которых инквизиторы, не объявляя подсудимому пунктов обвинения, старались путем вопросов запутать его в ответах и хитростью исторгнуть у него сознание во взводимых на него преступлениях. В случае сознания он ставился в разряд "раскаивающихся" и мог рассчитывать на снисхождение суда; в случае упорного отрицания вины обвиняемого, по требованию прокурора, вводили в камеру пыток, и здесь вымогалось у него сознание посредством целого ряда ужасных мук, свидетельствующих о необычайной изобретательности инквизиторов. После пытки измученную жертву снова вводили в аудиенц-зал и только теперь знакомили ее с пунктами обвинения, на которые требовали ответа. Обвиняемого спрашивали, желает ли он защищаться или нет, и в случае утвердительного ответа предлагали ему выбрать себе защитника из списка лиц, составленного его же обвинителями. Понятно, что защита при таких условиях была не более как грубым издевательством над жертвой трибунала. По окончании процесса, продолжавшегося нередко несколько месяцев, снова приглашались квалификаторы и давали свое окончательное мнение по данному делу, почти всегда - не в пользу подсудимого. Затем следовал приговор, на который можно было апеллировать к верховному инквизиционному трибуналу или к папе; но апеллировать к "супреме" было бесполезно, так как она не отменяла приговоров инквиз. судов, а для успеха апелляции в Рим необходимо было заступничество богатых друзей, так как осужденный, ограбленный И., значительными денежными суммами уже не располагал. Если приговор отменялся, узника освобождали, но без всякого вознаграждения за испытанные муки, унижения и убытки; в противном случае его ожидали санбенито (см) и аутодафе. Кроме религиозного фанатизма и корыстолюбия, мотивом преследования являлась нередко и личная месть отдельных членов трибунала. Раз намеченная жертва уже не могла ускользнуть из рук св. трибунала: ее не могли спасти ни высокое положение в церкви или государстве, ни слава ученого или художника, ни безупречно-нравственная жизнь. Перед И. трепетали даже государи. Ее преследований не могли избежать даже такие лица, как исп. архиепископ Карранса, кардинал Чезаре Борджиа и др. Всякое проявление независимой мысли преследовалось, как ересь: это видно на примерах Галилея, Джордано Бруно, Пико ди Мирандола и др.[1, c. 203].

Инквизиция введена была во все колонии и местности, зависевшие от Испании; во всех портовых городах установлены были отделения ее, служившие как бы карантином против занесения ереси и гибельно отражавшиеся на испанской торговле. Испанская И. проникла в Нидерланды и Португалию и послужила образцом для итальянских и французских инквизиторов. В Нидерландах она установлена была Карлом V в 1522 г. и была причиной отпадения Северных Нидерландов от Испании при Филиппе II. В Португалии инквизиция введена была в 1536 г. и отсюда распространилась на португ. колонии в Ост-Индии, где центром ее была Гоа. По образцу испанской инквизиционной системы в 1542 г. в Риме учреждена была "конгрегация св.И. ", власть которой безусловно признана была в герцогствах Миланском и Тосканском; в Неаполит. королевстве и Венецианской республике действия ее подлежали правительственному контролю. Во Франции Генрих II пытался учредить И. по тому же образцу, а Франциск II в 1559 г. перенес функции инквизиционного суда на парламент, где для этого образовано было особое отделение, так наз. chambres ardentes.

Одна инквизиция не могла справиться с массовыми еретическими движениями. Церковь пыталась подорвать эти движения изнутри, доказать «заблуждения» сбившихся с пути «истинной веры» еретиков. С этой целью церковь признавала некоторые умеренные секты и превращала их в нищенствующие ордена. Так было с францисканцами[3, c. 312].

Основатель этого ордена Франциск Ассизский (1182–1226) был выходцем из богатой и знатной итальянской семьи. Следуя примеру Петра Вальда, он ушел нищенствовать, проповедуя аскетизм и покаяние. Франциск не отрицал церкви и монашества в принципе, а только призывал духовенство следовать «апостольскому примеру» – странствовать и проповедовать в народе, добывая средства к существованию трудом и за счет милостыни. Именно такой образ жизни и вели его последователи – «меньшие братья» (минориты). Папа легализовал проповедническую деятельность Франциска и его последователей и утвердил в 1210 г. орден францисканцев. Церковь даже объявила Франциска святым. Францисканцы вскоре отказались от своих требований «равенства» и «бедности» и превратились в очень богатый и влиятельный монашеский орден. Главной их целью была борьба с распространением еретических учений. Монахи проникали в массу еретиков и своими проповедями и примером старались отвлечь их от «заблуждений» ереси и вернуть в лоно католической церкви. Орден имел строгую централизованную организацию во главе с «генералом», подчиненным непосредственно папе. [7,c. 210]

По примеру францисканского ордена в 1216 г. был учрежден орден доминиканцев, создателем которого являлся испанский монах фанатик Доминик. Члены этого нищенствующего ордена вели иной, чем францисканцы, образ жизни. Они одевались не в рубища, а в мантии ученых. Это были образованные «братья-проповедники», захватившие в свои руки систему образования, и прежде всего богословские кафедры в университетах. Из их среды вышли такие известные столпы схоластики и богословия, как Альберт Великий и Фома Аквинский. Главной целью доминиканцев была борьба с ересями. Именуя себя «псами господними» (domini canes-созвучно «доминиканцы»), они громили еретиков не только с кафедр университетов, но и оружием инквизиции. Из них обычно комплектовались трибуналы инквизиции.

Заключение

Роль католической церкви в феодальном обществе определялась в значительной мере тем, что она была крупнейшим земельным собственником. Помимо того церковь получала десятину, узаконенную еще Карлом Великим, т.е. налог в виде десятой части дохода крестьянского двора. Во многих государствах, особенно в Германии и Италии, католическая церковь располагала территориями, на которых она осуществляла государственную власть. Церковь была главным представителем той идеологии, которая освящала феодальный порядок.

В XII и XIII вв., будучи на вершине могущества, римский престол вмешивался во внутренние дела государств в качестве высшего судьи и арбитра, могущего «связывать и разрешать». Папы не раз прибегали к отлучению от церкви королей, когда те выходили из подчинения.

Совсем не случайно, что все массовые выступления против феодализма, включая великие крестьянские войны, были неразрывно связаны с критикой господствующей религии, с посягательствами на церковь. Нельзя было, очевидно, ликвидировать феодальный строй, не дискредитировав прежде всего ту силу, которая его оправдывала.

С развитием буржуазных отношений религиозные преследования принимали все более неприкрытый политический характер. Ими пытались бороться не столько с критикой религии, сколько с критикой феодализма, желанием перемен, тягой к образованию, к свободе мысли и слова.

На кострах инквизиции сгорели выдающиеся представители науки и культуры, национальные деятели, выступавшие в защиту народных интересов, такие, как Ян Гус и Джордано Бруно.

Преследуя других за отступление от догм христианства, сама церковь погрязла в разврате, особенно ее прелаты, включая самих пап. Паразитизм и невежество духовенства сделались предметом общего осмеяния. Так называемое безбрачие служило только прикрытием безответственности духовенства за последствия связей с женщинами. Самые «священные» догматы стало возможным обойти за деньги. Деньги же приносили «отпущение грехов».

Список используемой литературы

История средних веков / Под ред. Колесницкого Н.Ф. – М.: Просвящение, 1986. – 574с.
История государства и права зарубежных стран. – В2 Ч.. – ч. 1 / Под ред. Крашенников Н.А.. – М.: НОРМА-ИНФРА-М, 1999. – 624 с.
История государства и права зарубежных стран / Под ред. С.А. Жидкова, И.А. Крашенинниковой. Ч.П. – М., 1998. 529с.
История средних веков: Европа и Азия. - Мн.:Харвест, 2000. 482с.
Плавскин З.И. Испанская инквизиция: палачи и жертвы, 2000. 380с.
Никольский Н.М. История церкви. М.: Политиздат, 1985 456с.
Всеобщая история государства и права. – В 2 т.. – Т.2 / Под ред. Карпова С.П.. – М.: Инфра – М, 1998. – 640 с.

Борьба римского костёла с ересями 📙 Контрольная → 🆔 10928