Детский фольклор

1. Определение детского фольклора.

Детский фольклор — специфическая область устного художественного творчества, имеющая, в отличие от фольклора взрослых, свою поэтику, свои формы бытования и своих носителей. Общий, родовой признак детского фольклора — соотнесение художественного текста с игрой.

Впервые серьезное внимание на детский фольклор обратил известный педагог К. Д. Ушинский. В 60-х гг. XIX в. в журнале "Учитель" появились публикации произведений детского фольклора и их анализ с точки зрения физиологии и психологии ребенка. Тогда же началось систематическое собирание народных произведений для детей. Первый сборник детских произведений — П. Бессонова "Детские песни" — был издан в 1868 г. и содержал 19 игр с песнями и 23 считалки. Затем вышли в свет сборники детского фольклора Е. А. Покровского и П. В. Шейна, составившие фундамент последующих теоретических работ.

В 1921 г. в Русском географическом обществе (РГО) была учреждена комиссия по детскому фольклору, быту и языку. В 1920-х гг. появились первые исследования детского фольклора и сам термин, предложенный Г. С. Виноградовым. С 1960-х гг. русский детский фольклор Сибири изучал М. Н. Мельников. В современной науке о детском фольклоре обозначились два проблемных аспекта: фольклор и внутренний мир развивающейся личности ребенка; фольклор как регулятор социального поведения ребенка в детском коллективе. Исследователи стремятся рассмотреть произведения в естественном контексте, в тех ситуациях в общении детей, в которых распространяется и функционирует их фольклор.

Детский фольклор — это произведения самих детей, усвоенные традицией; произведения традиционного фольклора взрослых, перешедшие в детский репертуар; произведения, созданные взрослыми специально для детей и усвоенные традицией. Г. С. Виноградов подчеркивал, что "детский фольклор не случайное собрание бессвязных явлений и фактов, представляющее собою "маленькую провинцию" фольклористики, интересную для психолога и представителя научной педагогической мысли или преподавателя-практика и воспитателя; детский фольклор — полноправный член в ряду других, давно признанных отделов фольклористики".

Детский фольклор — часть народной педагогики, его жанры интуитивно основаны на учете физических и психических особенностей детей разных возрастных групп (младенцы, дети, подростки). Детский фольклор сохранил следы мировоззрения разных эпох и выразил тенденции нашего времени.

Художественная форма детского фольклора специфична: для него характерна своя образная система, тяготение к ритмизированной речи и к игре. Игра- элемент, психологически необходимый для детей.

Детский фольклор полифункционален. В нем сочетаются разные функции: утилитарно-практическая, познавательная, воспитательная, мнемоническая, эстетическая. Он способствует привитию ребенку навыков поведения в детском коллективе, а также естественно приобщает каждое новое поколение к национальной традиции. Известны разные способы и пути передачи традиционного детского фольклора: сознательная передача взрослыми детям; стихийное перенимание от взрослых, сверстников или старших детей.

Произведения детского фольклора исполняют взрослые для детей (материнский фольклор) и сами дети (собственно детский фольклор). Материнский фольклор включает произведения, созданные взрослыми для игры с совсем маленькими детьми (до 5— 6 лет). Они побуждают ребенка к бодрствованию и физическим действиям (определенным движениям), вызывают интерес к слову. Фольклор, исполняемый самими детьми, отражает их собственную творческую активность в слове, организует игровые действия детского коллектива. В него входят произведения взрослых, перешедшие к детям, и произведения, сочиненные самими детьми. Границу между материнским и собственно детским фольклором провести не всегда возможно, так как с 4—5 лет дети начинают подражать взрослым, повторяя игровые тексты.

2. Материнский фольклор

Колыбельные песни, выражая нежность и любовь к ребенку, имели вполне определенную цель- усыпить его. Этому способствовали спокойный, размеренный ритм и монотонный напев. Пение сопровождалось покачиванием зыбки (колыбели), и в песнях могли появиться звукоподражания:

Березонька скрип-скрипит,

А мой сынок спит-поспит.

Корни колыбельных песен уходят в древность. В. П. Аникин считает, что их общая эволюция заключалась в утрате обрядовых и заговорно-заклинательных функций. Вероятно, рудиментом таких древних представлений является небольшая группа песен, в которых мать желает ребенку умереть ("Баю, баю да люли! Хоть теперь умри... "). Смысл пожелания- обмануть болезни, которые мучают ребенка: если он мертв, то они его оставят.

В колыбельных песнях велика роль импровизации: они пелись до тех пор, пока ребенок не заснет. Вместе с тем большое значение имели традиционные, устойчивые тексты. А. Н. Мартынова выделила среди них императивные и повествовательные. "Песни императивные представляют собой монолог, обращенный к ребенку, или к другим людям, или к существам (реальным или мифологическим). К ребенку обращаются с пожеланием ему сна, здоровья, роста или требованием послушания: не ложиться на край, не поднимать головы, не капризничать. К птицам, животным, мифологическим персонажам обращаются с просьбой дать сон ребенку, не мешать ему спать, не пугать". Повествовательные песни "не несут ярко выраженной экспрессивной, эмоциональной нагрузки. В них сообщается о каких-то фактах, содержатся бытовые зарисовки или небольшой рассказ о животных, что несколько сближает их со сказочками. Здесь нет непосредственного обращения к ребенку, хотя образ его прямо или отраженно присутствует в песне: речь идет о его будущем, подарках ему, о животных и птицах, которые заботятся о нем".

В образном мире колыбельных песен встречаются такие олицетворения, как Сон, Дрема, Угомон. Имеют место обращения к Иисусу Христу, Богородице и святым. Популярны песни с образами голубей ("Ай, люли, люленьки, Прилетели гуленьки... ") и особенно — кота. Кот должен укачать ребенка, за это он получит кувшин молока и кусок пирога. Кроме того, благодарная мать обещает коту:

Ушки вызолочу,

Лапки высеребрю.

Спящий, довольный кот выступает своеобразной параллелью к образу спящего ребенка.

В песнях появляется образ чудесной колыбели (колыбелька золота), что не только идеализировало обстановку крестьянского быта, но и, по мнению А. Н. Мартыновой, было связано с впечатлением от роскошных колыбелей в богатых домах и царских покоях- ведь нянями и кормилицами были крестьянки.

Пестушки, потешки, поскакушки побуждали ребенка к бодрствованию, обучали его двигать ручками, ножками, головкой, пальчиками. Как и в колыбельных песнях, важную роль здесь играл ритм, однако характер его иной- бодрый, веселый:

Тра-та-та, тра-та-т,.

Вышла кошка за кота..

Пестушка забавляется ритмом, изменяя его:

Большие ноги

Шли по дороге:

Топ-топ-топ,

Топ-топ-топ.

Маленькие ножки

Бежали по дорожке:

Топ-топ-топ-топ-топ,

Топ-топ-топ-топ-топ!

Пестушки связаны с поглаживанием ребенка, с его первыми движениями; поскакушки- с подскакиванием на коленях у взрослого; потешки-с элементами сюжета, игры ("Ладушки, ладушки... ", "Идет коза рогатая... "). В них появляются перечисления, диалоги.

Прибаутки- это песенки или стишки, увлекающие ребенка своим содержанием. Сюжеты прибауток очень простые (одномотивные или кумулятивные), напоминающие "маленькие сказочки в стихах" (В. П. Аникин). Прибаутками действительно иногда становились детские сказки ("Была себе курочка рябенька..."), и наоборот: как сказки могли рассказываться прибаутки ("Пошла коза за орехами... "). Содержание прибауток яркое и динамичное: все бегут заливать загоревшийся кошкин дом; приводят в чувство запарившуюся в бане блоху (или мышку); горюют о разбившемся яичке, которое снесла курочка рябенька; собираются на свадьбу совы с белым лунем... Весьма выразительны образы животных: Коза в синем сарафане, во льняных штанах, в шерстяных чулках. Прибаутки содержат первые назидания: упрямый козел съеден волками; кысонька-мурысонька не оставила маслица, чтобы угостить другого... Однако главная роль прибауток — познавательная. Ребенок узнает о людях, животных, явлениях, предметах, об их типических свойствах. Часто этому служат кумулятивные сюжеты: огонь выжигает лес, вода гасит огонь, быки выпивают воду и т. д.

Среди прибауток особое место занимают небылицы-перевертыши, известные также в развлекательном фольклоре взрослых. Их установка — создать комические ситуации путем нарочитого смешения реальных предметов и свойств. Если это вызывает у ребенка смех, значит, он правильно понимает соотношение вещей и явлений. Персонажи небылиц ведут себя несообразно действительности, на что может прямо указываться:

Где это видано.

Где это слыхано,

Чтоб курочка бычка родила.

Поросенок яичко снес... и т. д.

3. Собственно детский фольклор.

Жанры собственно детского фольклора, в зависимости от степени их использования или включенности в игру, можно разделить на поэзию подвижных игр (связанных с сюжетно организованными моторными действиями) и поэзию словесных игр (в них основную роль играет слово).

Поэзия подвижных игр

Жеребьевки (или "сговоры") определяют деление играющих на две команды, устанавливают порядок в игре. Это лаконичные произведения, иногда рифмованные, содержащие обращение к маткам (представителям от каждой группы) и вопрос, или только один вопрос, в котором предлагается выбор. Создавая жеребьевки, дети часто импровизировали на основе сказок, песен, пословиц, поговорок, загадок, небылиц (Коня вороного или казака удалого?; Наливное яблочко или золотое блюдечко?). Многие жеребьевки имели юмористический характер (На печке заблудился или в корчаге утонул? Лисицу в цветах или медведя в штанах?).

Считалки применяются для распределения ролей в игре, при этом решающее значение имеет ритм. Ведущий произносит считалку ритмично, монотонно, последовательно прикасаясь рукой к каждому участнику игры. Считалки имеют короткий стих (от 1 до 4 слогов) и обычно хореический размер.

Корни считалок уходят в древность. Исследователи обнаруживают связь детских считалок со старинными формами гаданий (выбор водящего посредством случая), с архаичной верой в число и с условной речью, возникшей на основании табуирования чисел. Искаженные формы слов рождались в языке взрослых вследствие древнего запрета считать, что должно было обеспечить удачу в охоте, изобилие в крестьянском хозяйстве. В более позднее время особый смысл имел тайный счет представителей различных социальных групп: картежников, бродячих портных и проч. Подхватив их непонятную лексику, дети создавали свои заумные считалки. Они и сами занимались словотворчеством: меняли значение слов, вставляли не свойственные им суффиксы (первенчики, другенчики), употребляли непонятные иностранные слова с искажением их звукового строя, придумывали словообразные сочетания звуков, добавляли ритмические частицы (Эни-бэни три катени...). Заумные считалки, смысл которых неясен ни взрослым, ни детям, сохраняют главный художественный признак жанра-отчетливый ритм.

Помимо заумных известны считалки-числовки и особенно популярные среди детей сюжетные считалки. Числовки могут быть бессюжетными, кумулятивными и с зачатками сюжета ("Раз, два — кружева..."). Сюжетные считалки заимствуют отрывки из колыбельных песен, песен и частушек взрослого репертуара, из детских игр, дразнилок, из популярных детских стихов (С. Михалкова, К. Чуковского и др.). Некоторые тексты весьма устойчивы. Например, и в XIX, и в XX вв. фольклористы записывали в разных местностях варианты считалки "Катилася торба с высокого горба...".

Игровые приговорки и припевки были включены в игровое действие и способствовали его организации. Содержание этих произведений определяла сама игра.

В играх дети изображали семейный быт и трудовые занятия деревни, что готовило их ко взрослой жизни. В детских играх сохранились отзвуки древних языческих игрищ ("Костромушка "), следы почитания огня ("Курилка "), солнца ("Золотые ворота ") и других объектов. К детям иногда переходили хороводные игры взрослой молодежи. Некоторые игры младших детей возникали как инсценировки прибауток. Прибаутки вносили в игру кумулятивную композицию, а в сопровождающий ее словесный ряд-ритмичность, звукоподражания и проч.

Поэзия словесных игр

Заклички и приговорки — генетически наиболее древние формы детских словесных игр. По происхождению они связаны с календарными обрядами взрослых, а также с древними заговорами и заклинаниями.

Заклички — это песенки, обращенные к природе (солнцу, дождю, радуге) и выражающие призыв или просьбу. Содержание закличек было близко заботам и чаяниям земледельцев: потребность дождя или, напротив, солнышка. Дети обращались к силам природы как к мифологическим существам, старались их умилостивить, обещали жертву:

Дождик, дождик, пуще!

Я вынесу гущи.

Хлеба краюшку. 

Пирога горбушку.

Заклички выкрикивались хором, нараспев. В отличие от них, приговорки произносились индивидуально и негромко. Они содержали просьбу-заговор, обращенный к улитке, божьей коровке, мышке... Просьба состояла в том, чтобы показать рожки, взлететь, обменять выпавший зуб на новый... Приговорки произносились также перед нырянием в реку; для того, чтобы избавиться от воды, попавшей в ухо во время купания; при наживке червей на крючок и проч. В своей приговорке дети могли обратиться с просьбой к христианским святым. Так, идя за грибами, говорили:

Никола, Микола,

Наполни лукошко.

Стогом верхом,

Перевертышком1.

Излюбленной словесной игрой детей старшего возраста были и остаются скороговорки- быстрое повторение труднопроизносимых слов. Ошибки в произношении вызывают смех. Играя, дети одновременно развивают органы артикуляции.

Своеобразными словесными упражнениями были молчанки — стихотворный уговор молчать, а также голосянки (вариант: "волосянки") — соревнование в вытягивании на одном дыхании гласного звука в конце стишка.

К словесным играм детей можно отнести исполнявшиеся в их среде сказки, загадки (они были рассмотрены в соответствующих главах).

Детская сатира

Подобно взрослым, дети создали свой сатирический фольклор, в котором проявилось словесное игровое начало. Жанры детской сатиры —дразнилки и насмешки, а также уловки, мирилки, отговорки. Они представляют собой короткие, преимущественно стихотворные тексты, рассчитанные на того слушателя, которому адресованы индивидуально.

Сатирические жанры регулируют социальное поведение ребенка, определяют его место в детском коллективе. Дразнилки высмеивают то, что воспринимается детьми как негативное. Их объекты — жирный, беззубый, косой, лысый, рыжий, жадный, ябеда, вор, плакса, воображуля, попрошайка, "жених и невеста", а также сам дразнила (Дразнила-собачье рыло). Насмешки, в отличие от дразнилок, обычно немотивированы. Они возникают из прозвищ, т. е. рифмованных прибавлений к имени (Алешка-лепешка, Андрей-воробей...); из повторений разных форм имени ребенка (Ваня-Ваня-Ванерок, Васька-Васюк, Катя-Катя-Катерина...). Уловки учат быть начеку, рассчитаны на то, чтобы обмануть собеседника, поставить его впросак и потребовать расплаты за глупость или оплошность:

— ^ Таня, Саня, Лизаветпа

Ехали на лодке. 

Таня, Саня утонули.

Кто остался в лодке?

— Лизавета.

— Хлоп тебе за это!

Ребенок, ставший предметом насмешек, получает первый жизненный урок и пытается его усвоить. Если критика справедлива — значит, ее нужно принять и постараться исправиться. В этом случае можно использовать мирилку ("Мирись, мирись, мирись... "). Иное- когда насмешка несправедлива, обидна. С обидчиком расправляются его же "оружием"-отговоркой:

Обзывайся целый год, 

Все равно ты бегемот.

Обзывайся целый век.

Все равно я человек.

Отговорку можно использовать и против навязчивого попрошайки:

—Мне это подаришь?

—Подаришь-то уехал в Париж, 

А остался один купишь.

4. Детский фольклор, заимствованный у взрослых

Фольклор различных жанров дети употребляют и вне игры, в быту. Но и в этих случаях он также нередко носит характер забавы и развлечения. Интересные материалы и наблюдения по вне игровому детскому фольклору были приведены в книге А. Можаровского «Из жизни крестьянских детей Казанской губернии» (1882).

Во внеигровом детском фольклоре мы видим не только отмеченные нами ранее жанры (приговорки, песенки и др.), но и некоторые новые (остроты, поддевки, дразнилки, скороговорки и др.). Приведем примеры. Вот приговорка, которая исполняется девочками после купания:

Оля, Оля,                  Чашки помыть.

Вылей воду,             Лошадей напоить

На дубовую колоду.

А вот приговорка, исполняемая детьми, когда они найдут улитку:

Улита, улита, Высунь рога! Дам конец пирога.

Друг друга дети забавляли прибаутками- небольшими рассказами в стихотворной форме. Приведем прибаутку о козе, у которой загорелся дом: Дон, дон, дон! Загорелся козий дом. Коза выскочила, Глаза вытращила, Детей выпустила, Побежала к кабаку, Нанюхалась табаку, Побежала к дубу, И давай бить палку, Собака амбар-то-поджала, Да в хвост и убежала. Изба пришла в мужика, Там квашня бабу месит.

Особую разновидность прибауток составляют перевертыш и. Перевертышами называются песенки, в которых отношения и связи между предметами и явлениями оказываются перевернутыми. Говорится, например, что не мужик ехал среди деревни, а деревня ехала среди мужика, не мужик лыком подпоясан, лыко подпоясано мужиком и т. п. Вот пример такой прибаутки-перевертыша:

 Лыко мужиком подпоясано,

 Ехала деревня  середь мужика,

 Глядь из-под собаки лают ворота,

 Ворота-то  пестры, собака-то нова.

 Мужик схватил  собаку.

В перевертышах проявляются способности детей к выдумке, стремление удивить, развеселить и позабавить. Я пойду в лес. Слушатель: И я. Я срублю дерево. Слушатель: И я. Я вырублю колоду.

Детский внеигровой фольклор пронизан весельем, шутками и остротами. Приведем детскую остроту — ловушку. Слушатель: И я. И замешу свиньям. Слушатель: И я. Они будут есть. Слушатель: И я.

Среди детей широко были распространены различные стихотворные прозвища. Но на них никто не обижался, так как почти каждый из ребят имел свое прозвище. Приведем прозвища на мальчика Петю и девочку Прасковью:

Петька-петух,                      Пашка-букашка,

На завалинке протух.       Свина калабашка.

Особым жанром детского внеигрового фольклора являются так называемые поддевки, которыми дети стремились «поддеть» друг друга. Приведем две поддевки:

Скажи «топор»,        Скажи «На бане лоза».

Топор.                           — На бане лоза.

Твой батька вор.           — Твоя мать коза.

Еще большее распространение во внеигровом детском фольклоре получили так называемые дразнилки. В дразнилках, как правило, называют имена тех, кто высмеивается. Вот пример таких дразнилок:

Егорушка коновал                Иван болтан,

Кошке ножку подковал,      Молоко болтал —

Поехал жениться—               Не выболтал,

Привязал корытце.               А все выхлебал.

Корытце болтается,               Жена пышку пекла,

Жена улыбается.                      Ему шиш подала.

Любимым жанром внеигрового детского фольклора являются скороговорки. Скороговорки — выражения, построенные на сочетании звуков, затрудняющих быстрое и четкое произнесение слов. Ошибка в произношении какого-либо слова вызывала смех окружающих.  Приведем  скороговорки, записанные от детей. «Сшит колпак, везен колпак, да не по-колпаковски»; «Свинья тупорыла, весь двор перерыла»; «Стоит копна с подприкопеночком». Иногда скороговорки более развернуты, имеют диалогическую форму построения. Например:

Расскажите про покупки.

Про покупки, про покупки,

Про какие про покупки?

Про покупочки мои.

В заключение можно сказать, что собственное устно-поэтическое творчество детей отличается большим жанровым разнообразием.

5. Современная детская мифология

(«Страшные истории»)

На содержание и форму произведений детского фольклора оказывали влияние изменяющиеся общественные условия. Во второй половине XX в. большинство детей стало городскими жителями. Между тем в психическом развитии детей осталась неизменной потребность пройти через этап ярких переживаний необъяснимо-чудесного, которое порождает чувство страха, и преодолеть этот страх. В феодальной деревне такая потребность удовлетворялась общенародной фольклорной традицией (дети слушали и сами рассказывали былички, легенды, сказки). Современные дети имеют иной кругозор. Его формируют городской быт, литература, кино, радио, телевидение. Однако форма устного слова сохраняет свое значение.

Некогда Г. С. Виноградов отметил у детей "единственный вид устной словесности, представленный прозой"- сказку. Стихийный поток современного детского повествовательного творчества- "страшные истории" (так их называют дети) или "страшилки" (так их стали называть исследователи)- сделался предметом изучения фольклористов, психологов и педагогов с 1960-х гг. По-видимому, к этому времени и относится начало массового бытования детских страшных историй. Страшилки функционируют по всем правилам фольклора: закрепляются традицией, передаются "из уст в уста". Их рассказывают дети всех возрастов, от 5 до 15 лет, однако наиболее характерные возрастные границы — от 8 до 12 лет.

Известно, что ведущая творческая деятельность младших детей — рисование, постепенно сменяется словесным творчеством. В репертуаре детей первыми появляются стихотворные жанры (чему способствует их малый объем, ритмичность, связь с игрой). В 6—7 лет происходит важная перестройка принципов мышления: ребенок начинает осознавать причинно-следственные отношения, оказывается способным сохранить и передать сюжет рассказа как логическую структуру. Бессознательный эгоцентризм ребенка-рассказчика (уверенность, что слушателям изначально все известно) сменяется ориентацией на слушателя, потребностью правильно передать содержание рассказа, добиться от слушателя понимания и реакции.

Пластические образы, порожденные детской фантазией, обладают "психической энергией", восходящей к коллективному бессознательному (по К. Юнгу). В детском повествовательном творчестве проявляются фетишизм, анимизм, фигурируют такие универсальные знаки культуры, как пятно, занавес, рука, глаз, голос, взгляд, цвет, размер, иронические персонажи, способность к перевоплощению, идея смерти и проч. Это позволяет рассматривать страшные истории как современную детскую мифологию.

В жанровом отношении страшные истории- явление диффузное и неоднородное. В отличие от традиционной фольклорной прозы, в них существует не один, а два доминирующих центра: повествовательный и игровой.

Оригинален жанр так называемых "страшных вызывалок". В нем ритуально-игровое начало полностью вытеснило вербальную сторону. Приведем пример:

"Как вызвать Бабу Ягу". Надо пойти в 12 часов ночи в туалет. Написать там круг черным мелом и сидеть ждать. Прийти утром пораньше. Если будет крест на круге- значит. Баба Яга прилетала. (Емелина Вика, 11 лет, Московская обл.).

Дети "вызывают" Пиковую даму, лунных человечиков и проч. Цель страшных вызывалок- испытать чувство страха и удовлетворение от победы над ним, что можно рассматривать как одну из форм самоутверждения личности.

В страшных историях можно найти все типы фольклорных повествовательных структур, от кумулятивной до замкнутой цепочки мотивов разного содержания (аналогичной волшебным сказкам). Используются эпические утроения, сказочные композиционные формулы (Жили-были...), традиция благополучного конца. Хороший конец своеобразно проявляется и в игровых историях с выкрикиваемой последней фразой: "Отдай мое сердце!' (черный мертвец); "Мясо ела!" (женщина-вампир). Чем сильнее испуг, тем веселее можно над ним посмеяться.

В страшных историях трансформированы или типологически проявились признаки мифа и многих фольклорных жанров: заговора, волшебной сказки, животного эпоса, былички, анекдота. В них также обнаруживаются следы литературных жанров: фантастического и детективного рассказа, очерка.

Система образов детских страшилок распадается на три группы: главный герой, его помощники и противники. Наиболее типичный главный герой- девочка или мальчик; обычно он бывает младшим в семье. Встречаются и другие образы: один мужчина, одна женщина, студент, шофер такси, старик и старуха, собака Шарик, принц, один журналист... Помощники, в отличие от сказок, не фантастичны, а реальны: милиционер (милиция), Шерлок Холмс. Сюжет требует победить зло, восстановить сущность вещей, соответствующую их природе. Выслеживание зла выполняет главный герой (ребенок), а его физическое уничтожение осуществляет помощник (милиция).