Древние города

Федеральное государственное  бюджетное образовательное учреждение

высшего профессионального  образования

РОССИЙСКАЯ  АКАДЕМИЯ НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА и  ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ

при ПРЕЗИДЕНТЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

СИБИРСКИЙ ИНСТИТУТ УПРАВЛЕНИЯ – ФИЛИАЛ  РАНХиГС

ЦЕНТР  ПЕРЕПОДГОТОВКИ СПЕЦИАЛИСТОВ

 

 

 

 

 

 

 

История государства  и права зарубежных стран

 

 

 

Письменное  контрольное задание

для студентов  дистанционного обучения

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Новосибирск 2013г.

 

 

 

Протокол проверки:

Дата проверки
Оценка
Комментарии преподавателя

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Задание 1. Охарактеризуйте систему правовых источников в странах Древнего Востока (Древняя Месопотамия, Древний Египет, Древняя Индия, Древний Китай)

 

Особенности права стран  Древнего Востока обусловлены историческими условиями его возникновения, культурой и цивилизацией этих стран. Древнейшие правовые системы были тесно связаны с обычаями и религиозными нормами той цивилизации.

Поддержка религией и  государством обычаев, сложившихся  в период становления древних цивилизаций, привела к созданию одного из важнейших источников права древних государств — правового обычая и обычного права. В них, как правило, сохранялись остатки обычаев родового строя и одновременно закреплялись нормы патриархального быта сельской общины с ее неравенством членов “большой семьи”. Кастовые (освящаемые религией) привилегии высших сословий и обязанности низших, нормы купли-продажи земель и другого имущества, прежде составлявшего общинную собственность, жестокие наказания для низших каст и сословий при допущении выкупа или ритуального действия для высших каст и для богатых. [7, с.56]

Закрепление кастовых привилегий в правовых системах древневосточной  цивилизации — это особенность  обусловленная тем, что видом  социальной дифференциации того общества являлось не деление на рабовладельцев и рабов, а деление на замкнутые касты (варны, сословия и т.п.). Это особенно ярко проявилось в Древней Индии, но социальная стратификация имелась в Древнем Египте и Древнем Иране.

Общественная жизнь древнего индуса определялась его принадлежностью к варне: профессия, должность, размер получаемого наследства, процент по договору, займу и даже тяжесть наказания. Варна определяла имя человека, одежду, порядок принятия пищи. Принадлежность к той или иной варне устанавливалась рождением, переход из одной варны в другую в принципе был не возможен.

Варно-кастовый строй  имел правовую основу: святость и неприкосновенность частной собственности, привилегия высших сословий. Соблюдение основ  такого строя обеспечивалось моральными, религиозными и юридическими санкциями, карами: порицание, похвала, радость в загробной жизни или объявление преступником. [8, с.83,84]

В странах Древнего Востока  право, как и государство, возникло раньше, чем в античном мире, но их развитие шло гораздо медленнее. Но при этом сохранялась преемственность исторически сложившихся правовых обычаев. Так, непосредственным предшественником Законов Хаммурапи являются законы, происходящие из царства Эшнунны и многие положения семейного, долгового права совпадают. 

Характерной чертой цивилизации  Древнего Востока являлось формирование государственной власти в виде восточной  деспотии. Отсутствие частной собственности  на землю, незащищенность прав собственника приводят к деспотичной власти государства. Так было в Древнем Египте, Древней Месопотамии, Ассирии, Персии и в других странах Древнего Востока. [8, с.33]

Правовые обычаи содействовали  и закреплению царской власти на основе ее божественного происхождения, устанавливали смертную казнь за бунт, покушение на правителей и чиновников, покушение на религиозные основы. Большую роль в становлении правовых норм играли судебные органы, защищавшие прежде всего интересы имущих и привилегированных каст, классов. Они содействовали разрушению устаревших обычаев родового строя, закрепляли в своих решениях те обычаи, которые отвечали новым порядкам.

Судебные функции первоначально  осуществлялись жрецами в форме  религиозного ритуала либо принадлежали верховному правителю и назначаемым  им судебным органам. Все это способствовало созданию правовых норм судами, то есть возникновению судебного прецедента, под которым понимается превращение решения суда по конкретному делу в общую норму.

Становление государственности  требовало все боле прочного закрепления  правовых норм. С появлением письменности эти нормы получают закрепление в первых законах верховной власти, которые были ориентированы прежде всего на защиту собственности, личности знати и ее неприкосновенности, власти высших каст или сословий над низшими, рабовладельца над рабом или наемным работником. Интересам богатых и знати служили нормы о праве наследования и многие другие. Такого рода правовые нормы нашли отражение в широко известных исторических памятниках древнейших государств: Законах царя Хаммурапи, Законах Ману и т.д.

Однако роль права  нельзя свести только к закреплению  классового (кастового, сословного) господства, хотя на первых ступенях цивилизации  разных народов такое закрепление  несомненно существовало. Наряду с  социально-классовыми различиями и  подчинением угнетенной личности господину, нормы юридического, санкционированного государством права были необходимы для установления и поддержания единого для всего населения страны порядка общественных отношений, для обеспечения единого рынка, условий владения и распоряжения собственностью, обмена товарами, а также для обеспечения единой власти в государстве.

Важным следствием формирования единого для разных племен права  на территории возникающего государства  явилось то, что с его помощью  стало возможным разрешение споров, и благодаря этому преодоление возникающих междоусобиц, имевших зачастую губительные последствия. В древнейших обществах Востока установления общего порядка определялось победой сильнейшего племени, вождь которого узурпировал власть вождей других племен и вводил единый порядок, существенно отличавшийся от родоплеменного. Так происходил процесс становления правового порядка в Египте в результате покорения “Верхним царством” (IV тыс. до н.э.) Среднего и Нижнего, в Шумере и Аккаде с установлением династии Саргона (III тыс. до н.э.). [7, с.56-60]

Уже говорилось, первоначальным источником права был правовой обычай. С возникновением письменности возникают  и первые письменные законы. Первый в истории Месопотамии памятник законодательства “Овальная пластинка” Энметены, правителя Лагаша XXIV в. до н.э., и надписи Уруинимгины. Однако эти источники лишь излагают содержание законодательства — возможно, устного, — не приводя его текстуально.

Первый дошедший до нас  текст законов — Законы Шульги (прежнее название — Законы Ур-Намму; недавно было установлено, что их действительным “автором” является сын и преемник Ур-Намму, Шульги). Этот сильно поврежденный текст состоял из “Пролога”, за которым следовали конкретные правовые нормы.

Следующий из сохранившихся  законодательных памятников принадлежит царю I династии Иссина Липит-Иштару. Дошедший до нас со значительными повреждениями текст написан на шумерском языке, состоит из “Пролога”, примерно 43 статей, и “Эпилога”.

Законы, происходящие из царства Эшнунны дошли до нас в виде двух (поврежденных) списков на аккадском языке, имеющих незначительные различия. Текст состоит из “Пролога” и 60 статей. [6, с.99,100]

Первые законы Египта были якобы написаны Мином, основателем  первой династии фараонов. Имеются  данные о фараонах, которые составляли сводные законоположения по различным отраслям управления (Сасихис, Бокхорис, Амасис). Но эти ценнейшие памятники права не сохранились. Наличие свода законов косвенно подтверждается в речении Ипувера (XVIII в. до н.э.). Верховный сановник фараона Тутмоса III (XVI-XV вв. до н.э.) во время официальных приемов держал перед собой “сорок кожаных свитков (с законами)”. [8, с.59]

Таким образом, тексты составлены в основном в казуистической форме. Законы не содержат общих принципов, нет системы в изложении, хотя известная логика присутствует. Но все представленные случаи разбираются с большой обстоятельностью. Законы Хаммурапи в отличие от других восточных кодификаций не содержат религиозного и морализующего элемента. [2, с.14]

Напротив, в Древней Индии основным источником права были и до сих пор остаются в общинном быту религиозные книги — веды (Ригведа), дхармасутры и дхармашастры, создаваемые брахманами. [7, с.56]

Древней Индии понятия  права как совокупности самостоятельных  норм, регулирующих общественные отношения, было неизвестно. Повседневная жизнь индийцев подчинялась правилам, утверждаемым в нормах, по своему характеру являвшимися скорее этическими, чем правовыми. При этом данные нормы носили яркий отпечаток религии. Нормы, определяющие поведение людей в их повседневной жизни (дхармы), содержались в сборниках — дхармашастрах. Наиболее известной в нашей литературе дхармашастрой являются Законы Ману. [2, с.21]

Формализм в распоряжении недвижимой собственностью — характерная  черта правовых систем Древнего Востока. Так, еще в древности египетские законы содержали детальные предписания о праве собственности, ее формах (царская, храмовая, общинная, частновладельческая), владении и распоряжении недвижимым имуществом. Сделки с землей, скотом, рабами заключались по ритуалу, с участием свидетелей, в том числе жреца. Такие контракты обычно составлялись в суде. Брак также оформлялся письменно, имел вид договора и предусматривал возврат и раздел имущества в различных случаях соответствующим образом. [8, с.59]

Формирование права  оказали влияние и философские  учения древних. Примером может быть Древний Китай, где господствовало два течения, оказывающих большое  влияние на развитие права: конфуцианство  и школа легистов. Философское  учение конфуцианства признавало преобладающее значение норм морали над правовыми, отождествляя право с уголовным законом. Легисты напротив, придавая большое значение правовым нормам, пытались распространить их действие на все случаи жизни. Они проповедовали равенство всех перед законом, неотвратимость наказания для всех лиц, выдвигали идею сильного государства. Одним из ведущих представителей этой школы Ли Куем была написана “Книга законов”, посвященная различным преступлениям и наказаниям. [2, с.32]

 

Задание 2. Перечислите основные магистратуры Древнего Рима периода республики и их основные функции

 

Магистрату́ра (от лат. magistratus — сановник, начальник) — общее  название государственных должностей в Древнем Риме.

Возникновение магистратур  относится к периоду установления Римской республики (конец VI века до н. э.). Магистратуры исполнялись безвозмездно, были краткосрочными (как правило, 1 год) и коллегиальными, т. е. исполнялись двумя людьми (за исключением должности диктатора). Человек, замещавший магистратуру, назывался магистра́том.

Первая высшая магистратура была создана примерно в 509 до н. э., когда  после отмены царской власти во главе  Римской республики встал praetor maximus — должность, впоследствии превратившаяся в консулат. Первоначально все  магистратуры, кроме народных трибунов, замещались патрициями, но к началу III века до н. э. стали доступны и плебеям.

Все магистраты имели  право издавать указы по кругу  своих обязанностей и налагать штрафы; высшие магистраты, исключая цензоров, обладали верховной властью (imperium). Их внешним отличием была свита из ликторов с фасциями. По закону Виллия (180 до н. э.) был установлен порядок и последовательность прохождения магистратур (см. cursus honorum).

В эпоху Империи выборные должности утратили политическое значение, но сохранились в качестве предпосылки для занятия новых, влиятельных постов.

Различались магистратуры:

ординарные (выборные)

высшие 

консулы, преторы, цензоры.

низшие 

эдилы (плебейские и курульные), квесторы, народные трибуны (должность  признается магистратурой не всеми исследователями).

экстраординарные (назначаемые)

высшие 

диктатор, командующий  конницей, интеррекс, децемвиры для  записи законов, военный трибун с  консульской властью, триумвир (Второй триумвират).

 Во главе всех  ординарных магистратур стоят  два консула, в древнейшее время называвшиеся praetores (чем оттенялась их военная функция: praetor = prae-itor171) и judices (чем оттенялась их [9, с.108] общегражданская власть: jus dicere172). Как было указано выше, они избирались сначала только из патрициев, но со времени lex Licinia и из плебеев, причем один из консулов должен быть непременно плебей. Консулам принадлежит suprema potestas и majus imperium173 (внешним знаком чего являются 12 ликторов); к ним одним сначала перешла вся полнота царской власти, ограниченная только провокацией. Постепенно, однако, значение консульской власти ослаблялось: усиление народных собраний и сената, создание новых магистратур для тех или других специальных компетенций фактически умаляло роль консулов и суживало область их деятельности. Сохраняя в принципе характер высшего государственного органа, в руках которого в потенциальном состоянии покоятся все государственные функции, консулат фактически во второй половине республики почти исчерпывается высшим военным командованием: по общему правилу, консулы со своими легионами находятся вне Рима на том или ином театре военных действий.

Военное дело подвергается в этом периоде коренным изменениям. Принцип всеобщей воинской повинности, как общегражданской обязанности, сохраняется, но в действительности, вследствие сильного прироста количества граждан, далеко превысившего реальные потребности армии, обязательное отбывание ее прекращается. К тому же развитие военной техники требовало для лучшей боевой способности легионов известного постоянства и профессиональности военной службы. Ввиду этого со времен Мария легионы начинают комплектоваться из добровольцев, главным образом, пролетариев, вступающих в легионы ради жалованья и смотрящих на военную службу, как на профессию. Набор войска производится консулами, из которых каждый получает для себя особый корпус в 2 легиона и вместе с ними отправляется в назначенную для его операций местность. Высшие офицеры — tribuni militum (по 6 на каждый легион) — первоначально назначались собственною властью консула, но с половины республики избираются народным собранием. Солдаты присягают консулу лично; поэтому с каждой сменой консулов легионы распускаются и происходит новый набор. В случае операций в какой-либо отдаленной местности консул нередко, с соизволения сената, остается там и по окончании своего должностного года в качестве проконсула. Так зарождается [9, с.109] возможность более тесной связи военачальника со своими легионами, что играло не раз большую роль в событиях последних времен республики.

Диктатура. В момент каких-либо чрезвычайных затруднений сенат может дать консулу приказание назначать кого-либо диктатором (dictatorem dicere). Для придания этому назначению религиозной санкции необходима еще lex curiata de imperio. С появлением диктатора прекращалась деятельность всех нормальных магистратов и таким образом как бы восстановлялась прежняя царская власть, но только на короткий срок (6 месяцев). Диктатору принадлежит summum imperium, на которое (по крайней мере, в первой половине республики) не простирается ни intercessio, ни provocatio. Внешним знаком этой чрезвычайности власти служат 24 лектора.

Претура. Согласно римской  традиции, претура была учреждена  тотчас после восстановления консульской  власти законами Лициния и Секстия (368 г.). Общей причиной ее учреждения послужило то обстоятельство, что консулы обыкновенно были отвлекаемы из Рима своими военными делами, а между тем необходимо было иметь в Риме постоянно такого представителя власти, который мог бы быть их заместителем в деле охраны внутреннего порядка и права. Таким заместителем и явился praetor. Первоначально он был только один, но в 242 г. был присоединен и другой специально для наблюдения за перегринами, которые к тому времени начинают появляться в Риме большими массами для различных торговых дел. Быть может, образцом для учреждения этого второго претора специально для перегринов послужили аналогичные магистратуры в некоторых торговых греческих городах, например, так называемый χοσμος ξενιοζ в Гортине175. С этого времени первый претор называется praetor urbanus, а второй — praetor peregrinus [9, с.110] (“qui inter peregrinos jus dicit”176). После покорения Сицилии и Сардинии число преторов было увеличено до четырех (прибавилось еще два — по одному для Сицилии и для Сардинии); а в 197 г. созданы были еще два претора для двух только что присоединенных Испаний. С возникновением при Сулле постоянных судебных комиссий для уголовных дел, находившихся под председательством преторов, число преторов выросло до восьми, а при Цезаре даже до шестнадцати.

Цензура. Как было указано выше, по сообщению римских писателей, когда консулы были заменены военными трибунами с консульской властью, патриции выделили из их полномочий производство ценза и поручили его особой магистратуре — цензорам (443 г.).

Играло ли действительно при учреждении цензуры роль желание патрициев удержать в своих руках эту важную функцию, или же к этому привела переобремененность делами высших магистратов, вследствие чего производство ценза затягивалось (так полагает один из новейших исследователей вопроса Н. О. Лойце178), — решить трудно. Во всяком случае, с этого времени цензура делается одной из влиятельнейших римских магистратур. С течением времени в руки цензоров переходят некоторые другие функции, делающие цензуру необходимым органом текущих дел государственного управления. Избираются цензоры в числе двух и обыкновенно на 5 лет (первоначально срок переизбрания цензоров не был определен), но lex Aemilia предписала, чтобы цензоры заканчивали производство ценза не более чем в 1 1/2 года. Период от одного ценза до другого носит техническое название lustrum.

 Цензоры не имеют  imperium, как консулы и преторы;  им принадлежит, однако, potestas и  притом с особым характером: она  допускает только intercessio коллеги,  но не подлежит intercessio других, хотя бы и высших, магистратов. Вручается она посредством lex centuriata dе potestate censoria179. Главным назначением цензуры является производство ценза, то есть составление списков населения, распределение граждан по трибам, классам и центуриям, зачисление во всадники, а по lex [9, с.112] Ovinia и lectio senatus180. Все это сосредоточивало в руках цензоров громадную политическую власть, тем более, что на их решения не было апелляции: от цензора зависело определение политического положения каждого гражданина.

В связи с составлением цензуальных списков развилась  и другая немаловажная функция цензорской власти — надзор за нравами, regimen morum. Цензорская отметка (nota censoria) накладывала  пятно бесчестья и могла повлечь  за собой весьма существенные политические ограничения — устранение от участия в народных собраниях, исключение из списка сенаторов и т. д. В лучшую пору республики цензура имела большое облагораживающее влияние на всю область политической жизни.

Наконец, к указанным  двум функциям цензорской власти присоединилась и третья — участие в финансовом управлении.

Финансовое хозяйство  римской республики руководится  еще частно-хозяйственным принципом: в нем расходы определяются доходами, а не наоборот. Важнейшими статьями государственных расходов являются: содержание войска, постройка кораблей, проведение дорог, сооружение общественных зданий, расходы на религиозные нужды (постройка храмов и т. д.), жалованье apparitores и, наконец, очень крупную статью расхода составляло к концу периода народное продовольствие. — Что касается доходов, то каких-либо прямых налогов граждане в этом периоде не несут. Древнеримский tributus, благодаря счастливым войнам и обогащению казны, перестает взиматься, и таким образом устанавливается принцип, что cives romani181 от податей свободны, вследствие чего наделение кого-либо правами римского гражданства обозначает и освобождение от (прямых) налогов. Провинциалы же, напротив, за редкими исключениями, подлежат платежу податей и именно в двух следующих основных видах: а) stipendium — подать, налагаемая сенатом огулом на всю провинцию и имеющая характер продолжающейся военной контрибуции и b) decuma182 — подать поземельная, состоящая из известной доли продуктов земли (обыкновенно 1/10, откуда и название; но встречаются и 1/5 и 1/7) и являющаяся как бы арендной платой владельцев земли ее собственнику — Риму. [9, с.113] Кроме этих прямых податей, в период республики появляются уже и некоторые виды налогов косвенных; таковы таможенные пошлины с привозимых из заграницы товаров (portoria), пошлина за отпускаемых на волю рабов в размере 5% их стоимости (vicesima manumissionum, установленная законом Манлия) и некоторые другие.

Как и большинство  древних государств, Рим избегает прямого взыскания податей и  непосредственного (хозяйственного) исполнения казенных предприятий, предпочитая  систему откупов и подрядов. На откуп сдаются почти все статьи доходов, и почти все статьи расходов осуществляются путем подрядов. При заключении всех относящихся сюда контрактов казны с частными лицами или компаниями публиканов представителем государства является цензор: он определяет ближайшие условия и формулирует договор (lex censoria). Но, конечно, высший контроль во всех этих отношениях принадлежит сенату.

Эдилы были учреждены  одновременно с плебейскими трибунами  в числе 2 и являлись первоначально  только помощниками этих последних. Тотчас после leges Liciniae к ним присоединяются 2 патрицианских, курульных эдила184; но скоро затем все 4 эдила сливаются в одну коллегию с почти одинаковыми правами власти. [9, с.114] Эдилы среди римских магистратур представляют должность по преимуществу полицейскую. Хотя в Риме каждый магистрат обладал полицейскою властью постольку, поскольку это было ему необходимо для осуществления его основной компетенции, однако возрастание Рима и усложнение общественной жизни создает потребность в некотором сосредоточении полицейского надзора, — и такою полицейской властью делаются эдилы. Согласно Цицерону, компетенция эдилов вообще слагается из следующих трех функций: а) cura urbis — наблюдение за порядком в городе вообще и пожарная полиция; b) cura annonae — забота о снабжении народа продовольствием, надзор за торговлею на рынках, за правильностью мер и весов — вообще, торговая полиция; в связи с этим в их руках оказалась и юрисдикция по торговым делам, регулированию которых были посвящены их эдикты — edicta aedilicia; с) cura ludorum — забота об устройстве общественных игр и зрелищ. Ставя, таким образом, эдилов в постоянное соприкосновение с народом и уличной жизнью, эта должность при известном умении могла служить удобным средством для приобретения популярности среди широких народных масс.

Квесторы были первоначально  лишь общими помощниками консулов без  какой-либо специальной компетенции. Позже их положение сделалось  более самостоятельным: они стали  избираться в comitia tributa, и тогда они  мало-помалу специализируются в двух областях — в области уголовной юрисдикции и в заведовании государственной казной и государственным архивом. Что касается уголовной юрисдикции, то, пока она находилась в руках консулов, квесторы, как их помощники, производили предварительное следствие (quaestores parricidii). Когда же во второй половине республики уголовный суд перешел к народным собраниям, а затем и к quaestiones perpetuae185, роль квесторов в этой области оканчивается, но зато тем сильнее развивается их другая функция — заведование государственным казначейством. На обязанности их лежало хранение казенной наличности (pecuniam publicam custodire), ведение приходо-расходных книг (rationes referre) и т. д. Кроме того, благодаря единству государственного хранилища (каковым являлся Храм Сатурна) квесторы сделались и хранителями государственного архива (государственные акты, списки законов и т. д.). [9, с.115] На этом же основании и присяга магистратов на верность законам совершалась перед квесторами. Сначала число квесторов было 2, затем — 4, 8, при Сулле — 20, а при Цезаре — 40. Из этого числа часть квесторов оставалась в городе для заведования казной и архивом — quaestores urbani или aerarii, другие прикомандировывались к военачальникам для ведения финансовых дел их армий (выдача сумм на содержание, уплата жалованья и т. д.), третьи для той же цели посылались в провинции к проконсулам и пропреторам; наконец, четвертые наблюдали в приморских городах и некоторых других местах за поступлением таможенных пошлин и другими хозяйственными делами государства (квестор для Галлии и quaestor Ostiensis для res frumentaria186).

Совершенно особое место  среди римских магистратур занимают народные трибуны. Не имея сами какой-либо самостоятельной компетенции, они  являются только своеобразными контролерами по отношению к другим магистратам, являются магистратурой против магистратур. Учрежденные сначала в качестве защитников плебейского сословия против произвола патрицианских магистратур (auxilii latio adversus consulare imperium) и облеченные особой неприкосновенностью (sacrosancti), трибуны приобрели мало-помалу право протеста не только против конкретных распоряжений магистратов, но и против устанавливаемых ими общих норм. Равным образом они добились права участия в заседаниях сената. Они созывают плебейские собрания и председательствуют в них — одним словом, являются вождями всего плебейского сословия и воплощают в себе всю силу социально низших народных масс.

 

Задание 3. В римском праве различались два способа усыновления: adoptio и adrogatio. Кратко охарактеризуйте каждый из них и укажите, в чем состояло их различие.

 

Узаконение и усыновление

Patria potestas приобреталась  рождением детей в римском  браке. Законными считались дети, зачатые в браке, каковыми были  родившиеся не ранее 182 дней  после свадьбы и не позже 300 дней после смерти мужа.

Над внебрачными детьми власть отца могла быть установлена  путем узаконения (legitimatio), которое  возникло в период империи и применялось  вначале только в отношении детей, рожденных в конкубинате. Со временем сложились три способа узаконения:

  1) представлением  внебрачного сына в местные  декурионы с наделением его  имущественным цензом;

  2) последующим браком  родителей; 

  3) изданием императорского  рескрипта.

Над чужими детьми patria potestas устанавливалась усыновлением. Существовали две его формы: arrogatio — при усыновлении persona sui juris и adoptio — при усыновлении persona alieni juris. В соответствии с сентенцией «усыновление подражает природе» между усыновителем и усыновляемым необходима не менее чем восемнадцатилетняя разница в возрасте.

Первоначально arrogatio осуществлялось в куриатных комициях в форме  закона в присутствии усыновителя  и усыновляемого, поэтому оба  они должны были обладать правом участия  в них. В связи с этим не могли  усыновлять женщины, как и не могли быть усыновляемы они же и несовершеннолетние. С падением роли народных собраний усыновление происходило в частном порядке, о чем объявлялось публично. С середины II в. право усыновления перешло к императору, тогда же стало возможным arrogatio несовершеннолетних и женщин. Это положение, зафиксированное в Кодификации Юстиниана, кроме того, согласно происшедшему расширению имущественных прав детей paterfamilias, устанавливало для усыновителя лишь право пользования имуществом усыновленного: