Дворянство и боярство

  ОУП   АКАДЕМИЯ ТРУДА И СОЦИАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ

Нижегородский филиал

______________________________________________________________

Заочный  факультет

Специальность: «Менеджмент организации» 
 
 
 
 

КОНТРОЛЬНАЯ  РАБОТА

по дисциплине: «Отечественная история»

на тему: «Дворянство и боярство» 
 

                                                                   Выполнил:

                                                                            студент   группы    СМО  89/10                                                                          

                                                                             А.М. Массовой

                                                                             Проверил:      

Нижний  Новгород

2011 г. 
 
 
 

Оглавление 

Введение 

      Александр I сыграл важную роль в истории России. С самых первых дней царствования он заявил о своём искреннем стремлении приступить к реформам. Он сознавал, что подобная «революция сверху» приведет  
фактически к ликвидации самодержавия и готов был в  
случае успеха удалиться от власти.

      Два ключевых вопроса, которые России предстояло решать в XIX в., были поставлены в повестку дня уже в начале столетия, —  о крепостном праве и о самодержавии. Молодой А. С. Пушкин («увижу ль, о  друзья! народ неугнетенный и рабство, падшее по манию царя, и над отечеством свободы просвещенной взойдет ли наконец прекрасная заря?»), в сущности, шел по стопам молодого Александра: «Есть только абсолютная власть, которая творит все без разбора... Хлебопашец унижен, торговля стеснена, свобода и личное благосостояние уничтожены». Крепостничество и самодержавие («барство дикое» и «деспотизм») казались императору, воспитанному на идеях Просвещения, опасным и вредным анахронизмом.

      Цель  реферата – рассмотреть реформы, проведенные Александром I.

. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

1. Начало царствования

      Воспитание  и взгляды молодого Александра I и юного Павла были во многом схожи. Как и отец, Александр был воспитан в духе идей Просвещения об «истинной», «законной» монархии. Его наставником с 1783 г. был швейцарец Ф.-Ц. де Лагарп, профессиональный юрист, последователь энциклопедистов. Для Александра Лагарп был не просто учителем, но и нравственным авторитетом. Документы свидетельствуют, что взгляды Александра в юности носили довольно радикальный характер: он симпатизировал Французской революции и республиканской форме правления, осуждал наследственную монархию, крепостное право, процветавшие при петербургском дворе фаворитизм и взяточничество. Есть основания полагать, что сама придворная жизнь с ее интригами, вся закулисная сторона «большой политики», которые Александр мог близко наблюдать еще при жизни Екатерины, вызывали у него негодование, чувство отвращения к политике как таковой, желание не принимать в ней участия.

      Таким образом, в отличие от Павла I Александр, вступая на российский престол, не был, видимо, особенно властолюбив и еще не успел отказаться от идеалов молодости (ему было в это время 23 года). Сквозь призму этих идеалов смотрел он и на действия отца, совершенно не сочувствуя ни его целям, ни методам.

      Еще в середине 90-х годов вокруг Александра сложился небольшой кружок единомышленников. Это были, во-первых, В. П. Кочубей — племянник екатерининского канцлера графа А. А. Безбородко, во-вторых, князь А. А. Чарторыйский — богатый польский вельможа на русской службе, затем граф А. С. Строганов — сын одного из самых богатых и знатных людей того времени и, наконец, Н. Н. Новосильцев — двоюродный брат Строганова. В этом кружке «молодых друзей» обсуждались пороки Павловского царствования и строились планы на будущее.

      Следует, однако, заметить, что жизненный опыт Александра и членов его кружка был очень различен. Так, Строганов и Кочубей были свидетелями событий в революционной Франции. Первый находился там в самом начале революции со своим гувернером Жильбером Роммом, посещал заседания Национального собрания, стал якобинцем и был силой возвращен домой в 1790 г. Второй попал во Францию уже в 1791-1792 гг. после нескольких лет жизни за границей и, в частности, в Англии, где он изучал английскую государственную систему. По возвращении в Россию Кочубей получил назначение послом в Константинополь, где провел еще пять лет. С образовательными целями побывал в Англии и князь Адам Чарторыйский, у которого имелся также опыт совсем иного рода: он сражался против России во время второго раздела Польши. Самым старшим из участников этого кружка был Н. Н. Новосильцев — ко времени воцарения Александра в 1801 г. ему уже исполнилось 40 лет. Что же касается Александра, его жизненный опыт ограничивался лишь знанием петербургского двора и негативным восприятием царствования сперва бабки, а затем и отца. В беседах с членами кружка Александр восхищался революционной Францией и выражал наивную веру в возможность создания «истинной монархии» путем преобразований сверху. «Молодые друзья» были настроены более скептически и реалистично, но не разочаровывали великого князя, надеясь извлечь из своего положения определенные выгоды. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

2. Первые  указы Александра I

      Историки  много спорили о том, насколько  Александр был посвящен в планы  заговорщиков против Павла I и, следовательно, насколько он повинен в его гибели. Сохранившиеся косвенные свидетельства указывают на то, что скорее всего Александр надеялся, что Павла удастся убедить отречься от престола в его пользу и, таким образом, переворот будет законным и бескровным. Свершенное убийство Павла поставило молодого императора совсем в иную ситуацию. С его чувствительностью, романтической верой в справедливость и законность он не мог не воспринять происшедшее как трагедию, омрачившую самое начало его царствования. При этом если бы Александр получил власть законным путем, руки у него были бы в достаточной степени развязаны. Теперь же он оказался в зависимости от тех, кто преступлением добыл ему трон и кто постоянно оказывал на него давление, напоминая о возможности нового переворота. К тому же за спиной у заговорщиков стояла партия старых екатерининских вельмож. Главным для этих людей было сохранение прежних порядков.

      Уже 13-15 марта 1801 г. были изданы повеления о выдаче указов об отставке всем уволенным с военной или гражданской службы без суда, амнистированы члены Смоленского кружка, которым возвращены чины и дворянство.

      15 марта была объявлена амнистия политическим заключенным и беглецам, укрывшимся за границей, снят запрет на ввоз различных промышленных товаров; 31 марта — отменен запрет на деятельность частных типографий и ввоз из-за границы книг. Наконец, 2 апреля император огласил в Сенате пять манифестов, восстанавливавших в полном объеме действие жалованных грамот дворянству и городам. Одновременно было объявлено о ликвидации Тайной экспедиции Сената и передаче следствия по политическим делам в учреждения, ведавшие уголовным судопроизводством. Один из манифестов 2 апреля был адресован крестьянам; в нем обещалось не увеличивать налоги и разрешался вывоз сельскохозяйственных продуктов за границу.

      Казалось  бы, «старики» должны быть довольны, но реальный смысл манифестов оказался шире простого восстановления екатерининских порядков. Например, изъятие политических дел из непосредственного ведения государя воспринималось в принципе как ограничение его власти. В этом обнаруживалась вторая (не менее существенная, чем первая) цель заговорщиков: создать такую государственную систему, которая законодательно ограничила бы права любого деспота-государя в пользу верхушки аристократии.  
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

3. Создание Непременного  совета

      Контроль  за деятельностью монарха, создание механизма, предохраняющего от деспотических тенденций, вполне отвечали и убеждениям Александра, и потому 5 апреля 1801 г. появился указ о создании Непременного совета — законосовещательного органа при государе.

      В самом факте создания подобного  Совета ничего принципиально нового не было: острая необходимость в таком органе ощущалась всеми императорами и императрицами после Петра I. Сперва в царствование Екатерины I и Петра II существовал Верховный тайный совет, при Анне Иоанновне — Кабинет министров, при Елизавете Петровне — Конференция при высочайшем дворе, при Екатерине II — Императорский совет. Однако значение всех этих органов было различным и, что важно, их юридический статус и права не закреплялись обычно в законах. Иначе обстояло дело с Непременным советом. Хотя верховная власть в стране продолжала полностью оставаться в руках государя и за ним сохранялось право издавать законы без согласования с Советом, члены Совета получали возможность следить за деятельностью монарха и подавать представления, т. е. по существу опротестовывать те действия или указы императора, с которыми они были не согласны. Как верно заметил историк М. М. Сафонов, «реальная же роль Совета в управлении страной должна была определиться в зависимости от того, как на практике сложатся взаимоотношения членов Совета и монарха» (Сафонов М. М. Указ. соч. С. 82).

      Однако  помимо взаимоотношений важно было и отношение государя к Совету — насколько серьезно он его воспринимал и насколько собирался с ним считаться. Александр, еще не успевший к этому времени в полной мере научиться лукавству, в котором его стали обвинять позднее, собирался выполнить свои обязательства в точности, и, как показало дальнейшее развитие событий, это была его ошибка. Что же касается взаимоотношений с Советом, то они, в свою очередь, зависели от состава этого органа власти.

      Первоначально Совет состоял из 12 человек, преимущественно руководителей важнейших государственных учреждений. Это были генерал-прокурор Сената, министр коммерции, государственный казначей, главы Военной и Адмиралтейств-коллегий, военный губернатор Петербурга. Помимо них в Совет вошли доверенные лица императора и главнейшие участники заговора против Павла. В основном все это были люди, сделавшие карьеры еще в предыдущие царствования, представители высшей аристократии и бюрократии — те, от кого поначалу Александр I зависел в наибольшей степени. Однако такой состав Совета давал надежду избавиться от этой зависимости, потому что екатерининские вельможи оказались там рядом с павловскими, а они не могли не соревноваться между собой за влияние на императора. Довольно быстро государь научился использовать эту ситуацию в своих интересах.

      При подобной расстановке сил молодой  император мог надеяться найти среди членов Совета и сторонников более широких реформ, однако разрабатывать план этих реформ он собирался со своими «молодыми друзьями». Основную цель перемен Александр видел в создании конституции, гарантирующей его подданным права гражданина, аналогичные сформулированным в знаменитой французской «Декларации прав человека и гражданина». Он, однако, соглашался с мнением, что первоначально следует таким образом реформировать систему управления, чтобы гарантировать права собственности.

      Между тем, не дожидаясь, когда план реформ будет создан, в мае 1801 г. Александр внес на рассмотрение Непременного совета проект указа о запрещении продажи крепостных без земли. По мысли императора, этот указ должен был стать первым шагом к ликвидации крепостного права. За ним намечался следующий — разрешение покупки населенных земель не дворянам с условием, что живущие на этих землях крестьяне будут становиться вольными. Когда в результате появилось бы некоторое количество вольных крестьян, подобный порядок продажи земли планировалось распространить и на дворян. Таким образом, замысел Александра был сходен с планом, существовавшим в свое время у Екатерины II, о чем он скорее всего не знал. При этом император был достаточно осторожен и не раскрывал всех деталей даже самым близким ему людям, но уже на первом этапе ему пришлось столкнуться с бешеным сопротивлением крепостников.

      Не  отклонив в принципе предложение  императора, что было бы с их стороны попросту невежливо, члены Совета, однако, довольно твердо дали ему понять, что принятие подобного указа может вызвать как брожение среди крестьянства, так и серьезное недовольство дворян. Совет полагал, что введение подобной меры должно быть включено в систему законов о правах владельцев имений, которую следует разрабатывать.

      Иначе говоря, предлагалось отсрочить принятие указа на неопределенный срок. Показательно, что с этим мнением Совета согласились и «молодые друзья» Александра — Строганов и Кочубей. Однако царь не сдался и самолично явился на заседание Совета, чтобы защитить свой проект. Состоялась бурная дискуссия, в которой императора поддержал лишь один из членов Совета. Александр, надеявшийся на просвещенность дворянства, подобной реакции, видимо, не ожидал и вынужден был отступить. Единственным результатом этой его попытки ограничить крепостничество стал запрет печатать объявления о продаже крепостных в газетах, который уже вскоре помещики научились легко обходить.

      Важнейшим следствием неудачи Александра в попытке решения крестьянского вопроса было окончательное перенесение подготовки реформ в кружок «молодых друзей», причем он согласился с их мнением, что работа эта должна вестись втайне, дабы не вызвать излишних кривотолков, а главное, крестьянских волнений, постоянно возникавших при распространении слухов об изменении законов. Так был создан Негласный комитет, в который вошли Строганов, Кочубей, Чарторыйский, Новосильцев, а позднее и старый екатерининский вельможа граф А. Р. Воронцов.

      Уже на первом заседании Негласного комитета выяснилось некоторое расхождение  в представлениях о его задачах  между императором и его друзьями, которые полагали, что начать надо прежде всего с изучения положения  государства, затем осуществить  реформу администрации и уж только тогда перейти к созданию конституции. Александр, соглашаясь в принципе с этим планом, желал поскорее заняться непосредственно третьим этапом.

      Что же касается официального Непременного совета, то реальным итогом первых месяцев  его работы стал проект «Всемилостивейшей грамоты. Российскому народу жалуемой», который предполагалось обнародовать в день коронации императора 15 сентября 1801 г. Грамота должна была вновь подтвердить все привилегии дворянства, мещанства и купечества, означенные в Жалованных грамотах 1785 г., а также общие для всех жителей страны права и гарантии частной собственности, личной безопасности, свободы слова, печати и совести. Специальная статья грамоты гарантировала нерушимость этих прав. Одновременно с этим документом был подготовлен новый проект по крестьянскому вопросу. Автором его стал последний фаворит Екатерины II и один из руководителей переворота 1801 г. П.А. Зубов. Согласно его проекту вновь (как и при Павле I) запрещалась продажа крестьян без земли и устанавливался порядок, по которому государство обязывалось выкупать крестьян у помещиков в случае необходимости, а также оговаривались условия, по которым крестьяне могли выкупиться сами.

      Третьим проектом, подготовленным к коронации, был проект реорганизации Сената. Документ готовился довольно долго, поэтому существовало несколько его вариантов. Суть всех их сводилась, однако, к тому, что Сенат должен был превратиться в орган верховного руководства страной, соединявший исполнительные, судебные, контрольные и законосовещательные функции.

      По  существу, все три подготовленных к коронации акта в совокупности представляли собой единую программу  превращения России в «истинную монархию», о которой мечтал Александр I, однако обсуждение их показало, что единомышленников у царя практически не было. Помимо этого обсуждение проектов затруднялось постоянным соперничеством придворных группировок. Так, члены Негласного комитета решительно отвергли проект Зубова по крестьянскому вопросу как слишком радикальный и несвоевременный. Проект же реорганизации Сената вызвал в окружении царя целую бурю. «Молодые друзья» императора, объединившись с прибывшим в Россию Лагарпом, доказывали Александру невозможность и вредность какого-либо ограничения самодержавия.

      Таким образом, люди из ближайшего окружения царя, те, на кого он возлагал свои надежды, оказались большими монархистами, чем он сам. В результате единственным документом, опубликованным в день коронации, стал манифест, все содержание которого свелось к отмене рекрутского набора на текущий год и уплаты 25 копеек подушного сбора.

      Почему  же так случилось, что царь-реформатор фактически оказался в одиночестве, т. е. в ситуации, когда никакие  серьезные реформы были уже невозможны? Первая причина — та же, что и несколькими десятилетиями ранее, когда свой план реформ осуществляла Екатерина II: дворянство — главная опора и гарант стабильности трона, а следовательно, и вообще политического режима — не желало поступиться и толикой своих привилегий, в защите которых готово было идти до конца. Когда после восстания Пугачева дворянство сплотилось вокруг императорского престола и Екатерина поняла, что переворота ей можно не опасаться, она сумела осуществить ряд преобразований, решительных настолько, насколько это было возможно без опасения нарушить политическую стабильность. В начале XIX в. в крестьянском движении наметился определенный спад, что усилило позиции оппонентов Александра и давало им возможность пугать молодого царя крупными потрясениями. Вторая важнейшая причина была связана с разочарованием значительной части образованных людей не только в России, но и во всей Европе в действенности идей Просвещения. Кровавые ужасы Французской революции стали для многих своего рода отрезвляющим холодным душем. Возникла боязнь, что какие-либо перемены, реформы, и в особенности ведущие к ослаблению царской власти, могут в конечном счете обернуться революцией.

      Есть  и еще один вопрос, который нельзя не задать: почему Александр I не решился в день своей коронации опубликовать хотя бы один из трех подготовленных документов — тот, о котором, как кажется, особых споров не было,— Грамоту Российскому народу? Вероятно, император сознавал, что Грамота, не будучи подкрепленной другими законодательными актами, осталась бы простой декларацией. Именно поэтому она и не вызывала возражений. Следовало или публиковать все три документа вместе, или не публиковать ничего. Александр избрал второй путь, и это, конечно, было его поражением. Однако несомненным положительным итогом первых месяцев царствования стал приобретенный молодым императором политический опыт. Он смирился с необходимостью царствовать, но и планы реформ не оставил.

      По  возвращении из Москвы с коронационных  торжеств на заседаниях Негласного комитета царь вновь вернулся к крестьянскому вопросу, настаивая на издании указа, запрещающего продавать крестьян без земли. Царь решился раскрыть и второй пункт плана — разрешить продажу населенных земель недворянам. И вновь эти предложения вызвали резкие возражения «молодых друзей». На словах они полностью соглашались с осуждением практики продажи крестьян без земли, но по-прежнему пугали царя дворянским мятежом. Это был сильный аргумент, который не мог не подействовать. В результате и этот раунд реформаторских попыток Александра закончился минимальным результатом: 12 декабря 1801 г. появился указ, разрешавший недворянам покупать земли, но без крестьян.

3. Реорганизация государственного управления

      Следующие шаги Александра I были связаны с реорганизацией государственного управления и соответствовали сложившейся в этой сфере практике предшествующих царствований. В сентябре 1802 г. серией указов была создана система из восьми министерств: Военного, Военно-морского, Иностранных дел. Внутренних дел. Коммерции, Финансов, Народного просвещения и Юстиции, а также Государственного казначейства на правах министерства. Министры и главноуправляющие на правах министров образовывали Комитет министров, в котором каждый из них обязывался выносить на обсуждение свои всеподданнейшие доклады императору. Первоначально статус Комитета министров был неопределенным, и лишь в 1812 г. появился соответствующий документ.

      Одновременно  с созданием министерств была осуществлена и сенатская реформа. Указом о правах Сената он определялся  как «верховное место империи», чья  власть ограничивалась лишь властью  императора. Министры должны были подавать в Сенат ежегодные отчеты, которые тот мог опротестовывать перед государем. Именно этот пункт, с восторгом встреченный верхушкой аристократии, уже через несколько месяцев стал причиной конфликта царя с Сенатом, когда была сделана попытка опротестовать доклад военного министра, уже утвержденный императором, причем речь шла об установлении сроков обязательной службы дворян, не выслуживших офицерского чина. Сенат усмотрел в этом нарушение дворянских привилегий. В результате конфликта последовал указ от 21 марта 1803 г., запрещавший Сенату делать представления на вновь изданные законы. Таким образом Сенат был фактически низведен до прежнего положения. В 1805 г. он был вновь преобразован, на сей раз в чисто судебное учреждение с некоторыми административными функциями. Главным же органом управления стал, по сути, Комитет министров.

      Инцидент  с Сенатом в значительной мере предопределил дальнейшее развитие событий и планы императора. Превратив  Сенат в представительный орган  с широкими правами, Александр сделал то, от чего отказался годом раньше. Теперь он убедился, что исключительно дворянское представительство без правовых гарантий другим сословиям становится для него только преградой, добиться чего-либо можно, только сконцентрировав всю власть в своих руках. По сути, Александр пошел по тому пути, на который с самого начала его толкали «молодые друзья» и старый наставник Лагарп. По-видимому, к этому времени и сам император ощутил вкус власти, ему надоели постоянные поучения и нотации, непрекращающиеся споры его окружения, за которыми легко угадывалась борьба за власть и влияние.

      Начало 1803 г. ознаменовалось и некоторыми сдвигами в решении крестьянского вопроса. На сей раз инициатива исходила из лагеря сановной аристократии от графа С. П. Румянцева, пожелавшего отпустить своих крестьян на волю и просившего установить для этого законный порядок. Обращение графа было использовано как предлог для издания 20 февраля 1803 г. Указа о свободных хлебопашцах.

      Наряду  с попытками решить важнейшие  вопросы жизни России правительство  Александра I осуществило крупные реформы в сфере народного образования. 24 января 1803 г. царь утвердил новое положение об устройстве учебных заведений. Территория России была разделена на шесть учебных округов, в которых создавались четыре разряда учебных заведений:

      приходские, уездные, губернские училища, а также гимназии и университеты. Предполагалось, что все эти учебные заведения будут пользоваться единообразными учебными программами, а университет в каждом учебном округе — представлять собой высшую ступень образования. Если до этого в России существовал лишь один университет — Московский, основанный в 1755 г., то в 1802 г. был восстановлен Дерптский университет (ныне Тартуский университет в Эстонии), а в 1803 г. — открыт университет на базе существовавшей еще с XVI в. Главной школы Великого княжества Литовского в Вильно (ныне столица Литвы г. Вильнюс). В 1804 г. были основаны Харьковский и Казанский университеты. Тогда же был открыт Педагогический институт в Петербурге, позднее переименованный в Главный педагогический институт, а с 1819 г. преобразованный в университет. Помимо этого открывались привилегированные учебньк заведения: в 1805 г. — Демидовский лицей в Ярославле, а в 1811 г. — знаменитый Царскосельский лицей, среди первых воспитанников которого был А. С. Пушкин. Были созданы и специализированные высшие учебные заведения — Московское коммерческое училище (1804 г.). Институт путей сообщения (1810 г.). Таким образом, при Александре I была продолжена и скорректирована начатая Екатериной II работа по созданию системы народного образования. По-прежнему, однако, образование оставалось недоступным для значительной части населения, прежде всего крестьян. Но продолжение реформы в этой сфере объективно отвечало потребностям общества в грамотных, квалифицированных специалистах. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

5. Роль А.А. Аракчеева и М.М. Сперанского в реформах Александра I 

      Первый  этап реформ Александра I окончился в 1803г., когда стало ясно, что нужно искать новые пути и формы их осуществления. Императору понадобились и новые люди, не так тесно связанные с верхушкой аристократии и безраздельно преданные лишь ему лично. Выбор царя (как оказалось впоследствии, роковой) остановился на А. А. Аракчееве, сыне небогатого и незнатного помещика, в прошлом любимце Павла I, известном своей преданностью «без лести», что значилось на его гербе.

      В царствование Павла Аракчеев был  петербургским городским комендантом и занимался в основном вопросами, связанными с реорганизацией армии, ретиво насаждая в ней прусские порядки; однако после 1799 г. попав в опалу, поселился в своем имении. Александр, по-видимому, считал Аракчеева опытным военным организатором (Аракчеев окончил Сухопутный шляхетный и Артиллерийский корпуса — высшие военные учебные заведения того времени) и уж во всяком случае прекрасным исполнителем. А поскольку на первый план в это время выдвинулись проблемы внешнеполитические и Россия начала готовиться к войне с Францией, такой человек был царю необходим. Вызвав Аракчеева в Петербург, император назначил его инспектором артиллерии, поручив подготовить этот род войск к войне; и он достаточно успешно справился с этой задачей. Постепенно роль Аракчеева становилась все более значительной, он превратился в доверенное лицо императора, а в 1807 г. последовал императорский указ, по которому повеления, объявляемые Аракчеевым, приравнивались к именным императорским указам. Но если основным направлением деятельности Аракчеева было военно-полицейское, то для разработки планов новых реформ нужен был иной человек. Им стал М. М. Сперанский.

      В первые годы царствования Александра I Сперанский еще оставался в тени, хотя уже готовил некоторые документы и проекты для членов Негласного комитета, в частности по министерской реформе. После осуществления реформы он был переведен на службу в Министерство внутренних дел. В 1803 г. по поручению императора Сперанский составил «Записку об устройстве судебных и правительственных учреждений в России», в которой проявил себя сторонником конституционной монархии, создаваемой путем постепенного реформирования общества на основе тщательно разработанного плана. Однако практического значения Записка не имела. Лишь в 1807 г. после неудачных войн с Францией и подписания Тильзитского мира, в условиях внутриполитического кризиса Александр I вновь обратился к планам реформ.