Гуманистическая психология и ее особенности

Содержание

Введение                                                                                                       3        

1.История и задачи гуманистической  психологии                                   5

2.Особенности гуманистической  психологии                                         12

Заключение                                                                                                 17

Библиографический список                                                                      18

Введение

Гуманистическая психология – направление в современной  западной, преимущественно американской психологии, предметом изучения которого служит целостный человек в его высших, специфических только для человека проявлениях, в том числе развитие и самоактуализация личности, ее высшие ценности и смыслы, любовь, творчество, свобода, ответственность, автономия, переживание мира, психическое здоровье, глубинное межличностное общение, трансценденция и т.п.

Большое влияние оказал персонализм  и на возникшую в середине 20 века гуманистическую психологию.

Гуманистическая психология, появившаяся как направление, альтернативное психологическим школам середины века, прежде всего бихевиоризму и психоанализу, сформировала собственную концепцию личности и ее развития.

Центром этого направления  стали США, а лидирующими фигурами – К. Роджерс, Р. Мэй, А. Маслоу, Г. Олпорт. Американская психология, отмечал Олпорт, имеет мало собственных оригинальных теорий. Но она сослужила большую службу тем, что способствовала распространению и уточнению тех научных вкладов, которые были сделаны Павловым, Вине, Фрейдом, Горшахом и другими. Теперь, писал Олпорт, мы можем сослужить аналогичную службу в отношении Хайдегира, Ясперса и Бинсвангера.

Развитию гуманистической  психологии способствовала обстановка, которая сложилась в обществе после Второй мировой войны. Если Первая мировая война продемонстрировала бессознательную жестокость и агрессию человека, ужаснувшие общественное мнение и пошатнувшие устои гуманизма и просвещения, то Вторая мировая война, не опровергнув наличия этих качеств, выявила и другие стороны человеческой психики. Она показала, что многие люди в экстремальных ситуациях проявляют стойкость и сохраняют достоинство в самых трудных условиях.

Эти факты, так же как и данные, полученные психологией личности в 30 – 50 –е годы, показали ограниченность подхода к человеку, объясняющего развитие его мотивации, его личных качеств только стремлением к адаптации. Нужны были новые подходы, интерпретирующие возможности людей преодолеть давление ситуации, их желание творческой реализации своих способностей. Это стремление человека к сохранению и развитию своей духовной уникальности было невозможно объяснить в терминах старой психологии  и только естественно - научной детерминации, игнорируя философские постулаты.

Именно поэтому лидеры гуманистической психологии обратились к достижениям философии 20 века, прежде всего к экзистенциализму, изучавшему внутренний мир, экзистенцию человека. Так появилась новая детерминация – психологическая, объясняющая развитие человека его стремлением к самоактуализации, творческой реализации своих потенциальных возможностей.

Сегодня гуманистическая психология занимает важное и устойчивое место в западной психологии, наметились тенденции частичной интеграции ее с другими школами и направлениями, в том числе с психоанализом и необихевиоризмом.

Цель работы – рассмотреть  сущность гуманистической психологии.

1.История и задачи гуманистической психологии.

   Гуманистическая психология, возникшая в США в 60 – е гг. под руководством Ролло Мэя, Абрахама Маслоу и Карла Роджерса, переживает в наши дни подлинное возрождение в связи с жизненной и международной значимостью тех глобальных проблем, с которыми столкнулось человечество в атомную эру конца 20 столетия.

    Прежние способы мышления, которые лишь подстегивали гонку вооружений и угрожали нашему существованию, должны уступить место новому мышлению. Ядерная опасность была создана талантливыми, по сути, людьми, но выросшими и воспитанными в условиях консервативного, дегуманизированного образования. Психология слишком долго служила задачам и целям, которые ставились перед ней в прежней системе управления производством и решения спорных международных проблем, давшей начало многим, пока не решенным дилеммам. Глобальные задачи, вставшие пред человечеством сегодня, требуют глобальных решений, преодолевающих границы устаревших представлений об общественной и научной жизни.

    В начале 60 – х гг. зарождающаяся гуманистическая психология составила творческий ответ на то, что А. Маслоу и его единомышленники называли негуманными и редукционистскими аспектами бихевиоризма и психоанализа. Гуманистическая психология, получившая название «третьей силы», объединила философов, психологов, социологов и педагогов – всех тех, кто искал более позитивные и жизнеутверждающие методы анализа и изучения целостной природы психической жизни человека. В гуманистической психологии человек как объект изучения не «раскладывается» на отдельные элементы – рефлексы, познавательные процессы, интеллектуальные знания, неосознаваемые фиксации или проекции неврозов. Статистические методы анализа и так называемые объективные наблюдения деперсонализированных испытуемых, клинические методы одностороннего изучения психопатологических изменений рассматриваются гуманистическими психологами не только как недостаточные, но и как весьма обманчивые источники нашего знания о человеке, не раскрывающие всю полноту и богатство внутренней жизни человека, его переживаний в реальных жизненных ситуациях. На фоне дегуманизированной психологии писатели, драматурги и поэты оказываются более вдумчивыми и глубокими «психологами», чьи идеи и представления превосходят научные построения З.Фрейда и ДЖ. Уотсона.

   Начиная с 1957 года некоторые из основателей гуманистической психологии, включая А. Маслоу, К. Местакеса и К. Роджерса, начали проводить регулярные семинары, на основе которых весной 1961 года возник «Журнал гуманистической психологии» во главе с А.Свитчем как главным редактором, а затем в том же году возникла Американская ассоциация за гуманистическую психологию. Создание журнала позволило публиковать новые идеи без тех ограничений, которые налагались на публикуемые материалы редакциями консервативных, но авторитетных журналов.

   К 1970 году стало ясно, что слово «американская» в названии ассоциации должно быть опущено для того, чтобы более точно отразить интернациональные связи и широкую международную научную деятельность гуманистической психологии. К этому времени ассоциация за гуманистическую психологию провела ряд международных конференций, и в 1971 году Стэнли Крипнер (ставший президентом ассоциации в 1978 году) посетил СССР и выступил с докладом в Академии наук СССР, в котором подробно остановился на общих с советской психологией точках зрения и подходах в исследовании сознания и потенциальных творческих возможностях человека. В 1972 году он вторично посетил Москву, на этот раз с группой членов ассоциации, в составе которой был Карми Харари, и это было плодотворное начало сотрудничества между психологами ассоциации и учеными АПН СССР.

   Прежние представления о социальных аномалиях, когнитивной ригидности человека, стереотипности и детерминации как основе формирующегося поведения, принципиальная неосознаваемость ряда сверхдетерминированных симптомов рассматриваются гуманистическими психологами не как некие объективные закономерности психического развития, а как печальный итог человеческой драмы. Гуманистическая психология сместила акцент со всей этой негативной симптоматики на творческую потребность человека в самоизменении, в осмысленном приобщении к обществу, которая продолжает существовать в каждом человеке вопреки всем этим нарушениям и дефектам развития. Гуманистическая психология указала также на то обстоятельство, что психология слишком часто связывала себя с эксплуататорскими группировками и манипулятивными философиями. Она показала, что любое направление в психологии, которое принижает и разделяет людей, становится весьма привлекательным средством для тех, кто стремится к экономическому или политическому господству. Рекламодатели, бизнесмены, бюрократы, военные, ученые, педагоги и даже родители, слишком эгоистичные и слишком занятые, чтобы иметь возможность к глубокому и личностному общению со своими детьми, с энтузиазмом принимают те варианты психологических построений, методики и приемы контроля над человеком, которые созданы в русле поведенческой и психоаналитической традиций. Еще в 1978 году Р. Фарсон выступил со статьей, в которой предупреждал об опасности использования в негуманных целях технологии гуманизма, а А. Плам специально проанализировал коммуникативные тренинговые программы, в которых отрабатывается социотехника межличностных отношений, но не устанавливаются этические проблемы их использования. А. Маслоу в своих работах писал, что гуманистическая психология никогда не стремилась быть теоретической догмой или культом психотехники. К счастью, внутри самой гуманистической психологии отрабатывались пути, которые закрывали дорогу манипулятивным тенденциям. Они просматриваются в особом характере научных гуманистических дискуссий, которые строятся на принципах личностно равноправной оценки, действия и чувства. Междисциплинарный характер гуманистических исследований – другой важный фактор, не позволяющий замыкаться в узком круге проблем. Он придает научным работам фермент творческости и конструктивного синтеза.

    Гуманистическая психология уходит корнями, как в гуманитарные, так и в естественные науки, однако особое значение имеют для нее философия и литература. В ней акцентируются проблемы человеческого опыта, поиска смысла и интегрированного бытия, целенаправленного и ценностно-ориентированного поведения, самоактуализации, творчества, свободы выбора, ответственности, целостности, глобального мышления и новых подходов к науке о человеке. Центральным звеном она считает способность человека управлять собственным развитием.

    Экзистенциализм с его акцентом на проблемах и трудностях личностного выбора и ответственности в определении смысла существования стал одной из составных частей гуманистической психологии. Эта традиция представлена главным образом в работах Р.Мея и его последователей, и она как бы уравновешивает противоположную тенденцию последователей А. Маслоу и К. Роджерса, постулирующих изначальную позитивность и конструктивность человеческой психики, гарантирующих позитивное психическое развитие при наличии благоприятных социальных условий. Надо, по – видимому, не упускать из внимания и другую сторону жизни, включающую экзистенциональные переживания вины, тревоги и отчаяния, связанные с утверждением идентичности индивида, а также то, что Р. Мей называет «демоническим началом» - глубокую потребность в самоутверждении, которая может принимать как конструктивные, так и деструктивные формы.

    Труды Э. Гуссерля и У.Джемса оказали огромное влияние на гуманистическую психологию, сориентировав ее исследования на изучении сознания и интроспекции как полезной альтернативе механистическим представлениям по схеме «стимул-реакция» или фрейдистским гидравлическим моделям неосознаваемых мотивов поведения.

    Концепция М. Бубера о природе соотношения «я – ты» была также конструктивно синтезирована в гуманистической психологии с роджеровскими представлениями о личностной аутентичности, конгруэнтности, эмпатическом слушании и безусловном позитивном принятии личностного начала в другом человеке.

    Вслед за периодом, на протяжении которого гуманистические психологи занимались главным образом групповой фасилитацией личностного роста, наступило время интенсивной разработки научных методов, позволяющих включать в исследовательскую процедуру изучение личностных особенностей всех участников группы, называвшихся ранее безличностно «испытуемые». Отстраненный, «объективный» научный наблюдатель, исследующий фрагменты манипулируемого им в ходе эксперимента поведения, уступает место исследователю, чьи собственные ценности и установки включаются в практику эксперимента и придают ему другой характер, когда та или иная человеческая проблема изучается целостно и затрагивает не только всех участников группы, но и самого исследователя.

   Гуманистические психологи поняли, что должны освободиться от, казалось бы, многообещающего, а на самом деле лишь вводящего в заблуждение союза гуманитарных и позитивистски ориентированных школ в естественных науках. Позитивизм, акцентирующий внимание исследователей на изучении сложившегося поведения с использованием объективного наблюдения, различных способов измерения и предсказания научных фактов, фактически отрицает возможность исследования творческой личности, обладающей интенциональностью, ценностями, целями, надеждами и творческим воображением. Психоанализ с его акцентом на безличностном либидо, инстинкте смерти, врожденной агрессивности человека и рабском детерминизме, способен объяснить войну и другие человеческие извращения, однако не может предложить достойного видения истории и перспектив человека, жизнеутверждающего будущего.

     Исследования в области науки о человеке становятся все более представительными и упорядоченными, они быстро развиваются в ряде научных центров. Монографии, публикации в научных журналах, а также ежегодные научные конференции ассоциации гуманистической психологии, способствующие распространению философии науки, методов и результатов, относятся к гуманистическим исследованиям.

    В последние годы наблюдаются попытки творческого сотрудничества гуманистической психологии с усложненными и развитыми формами бихевиоризма.

    Продуктивное сближение происходит также в тех случаях, когда теоретики современного психоанализа делают предметом научного рассмотрения такие темы, как «Опыт своего Я», «Творческие межличностные взаимодействия», вместо разного рода интрапсихических абстракций.

    Очень продуктивным может оказаться сближение гуманистической психологии с политической психологией и прежде всего с «психологией мира», делающей основной акцент на глобальной проблеме избавления от ядерной угрозы.

    А. Маслоу, который обладал высоким гражданским сознанием, утверждал, что гуманистическая психология не должна существовать только для себя как некая сепаратистская группировка по отношению ко всей психологии и американской культуре. ЕЕ задача состоит в том, чтобы обогатить мир и служить ему, обогащаясь, в свою очередь, лучшим из того, что существует в мире человеческой мысли и действия. В период усиления нарциссических и индивидуалистических тенденций в США в конце 60 – х гг. его предостережение не было лишено оснований. В те годы критики упрекали гуманистическую психологию за то, что  она якобы представляла собой некий конгломерат развлекательных и полусерьезных в научном отношении психологических техник, которые действительно получили распространение в среднеобеспеченных слоях общества.

     Однако анализ конкретных исторических фактов показывает, что гуманистическую психологию всегда волновало положение человека в общества, улучшение условий труда и жизни людей в обществе.

     В 1985 году ассоциация гуманистической психологии отмечала четверть века гуманистической психологии. На конференции, состоявшейся в связи с этим юбилеем, собрались представители различных, в том числе и конфликтующих, ориентаций. Конференция показала, что гуманистическая психология преодолевает научный сепаратизм, узость взглядов в борьбе за принадлежность к той или иной школе в психологии и способна к конструктивному синтезу всего лучшего, что накапливается при многообразии форм развития.

   Гуманистическая психология релевантна такому обучению, которое исходит из идеи самоактуализации, использует творческие формы групповой динамики, апеллирует к духовным ценностям, поиску смысла бытия и раскрытию творческих возможностей каждого человека.

    Традиционное образование с его переполненными учебными классами, формализмом и обезличенностью учебного процесса ориентировано исключительно на подготовку производителей материальных ценностей и формирует людей, которые должны заполнить заранее предназначенные для них «ячейки» в обществе. Такое образование уже давно стало тормозом, мешающим эффективно развиваться новому типу обучения и, следовательно, воспитывать человека во всей полноте его уникальности и своеобразия, его возможностей активно и творчески учиться на всех возрастных этапах.

2. Особенности  гуманистической психологии

Гуманистическая психология основывается на философии европейского экзистенциализма и феноменологическом подходе. Экзистенциализм привнес  в гуманистическую психологию интерес  к проявлениям человеческого  бытия и становлению человека, феноменология – описательный подход к человеку, без предварительных  теоретических построений, интерес  к субъективной реальности, к субъективному  опыту, опыту непосредственного  переживания как основному феномену в изучении и понимании человека. Здесь можно также найти и  некоторое влияние восточной  философии, которая стремится к  соединению душ и тела в единое человеческое начало.

Гуманистическая психология во многом развивалась как альтернатива психоанализу и бихевиоризму.

Гуманистическая психология не разделяет психоаналитических взглядов на тревогу как негативный фактор, на устранение которого направлено человеческое поведение. Тревога может существовать и как конструктивная форма, способствующая личностному изменению и развитию. Для здоровой личности движущей силой поведения и его целью является самоактуализация, считающаяся «гуманоидной потребностью», биологически присущей человеку как виду. Основные принципы гуманистической психологии формулируются следующим образом: признание целостного характера природы человека, роли сознательного опыта, свободы воли, спонтанности и творческих возможностей человека, способности к росту.

Ключевыми понятиями в  гуманистической психологии являются: самоактуализация, опыт, организм и  конгруэнтность. Рассмотрим поподробнее  каждый из них в отдельности.

Самоактуализация – процесс, сущность которого состоит в наиболее полном развитии, раскрытии и реализации способностей и возможностей человека, актуализации его личностного потенциала. Самоактуализация помогает человеку стать тем, кем он может стать на самом деле, и, следовательно, жить осмысленно, полно и совершенно. Потребность в самоактуализации выступает высшей человеческой потребностью, главным мотивационным фактором. Однако эта потребность проявляется и определяет поведение человека лишь в том случае, если удовлетворены другие, нижележащие, потребности.

Один из основателей гуманистической  психологии А. Маслоу разработал иерархическую  модель потребностей:

1–й уровень – физиологические потребности (потребности в пище, сне, сексе и др.);

2-й уровень – потребность  в безопасности (потребности в  обеспеченности, стабильности, порядке,  защищенности, отсутствии страха  и тревоги);

3-й уровень – потребность  в любви и принадлежности (потребность  в любви и чувстве общности, принадлежности к определенной общности, семья, дружба);

4-й уровень – потребность  в самоуважении (потребность в  самоуважении и признании другими  людьми);

5-й уровень – потребность  в самоактуализации ( потребность  в развитии и реализации собственных  способностей, возможностей и личностного потенциала, личностного совершенствования).

Согласно этой концепции, продвижение к высшей цели – самоактуализации, психологическому росту – неосуществимо, пока индивид не удовлетворит нижележащие потребности, не избавится от их доминирования, которое может быть обусловлено ранней фрустрацией той или иной потребности и фиксацией человека на определенном, соответствующем этой неудовлетворенной потребности уровне функционирования. Маслоу также подчеркивал, что потребность в безопасности способна оказывать достаточно существенное негативное влияние на самоактуализацию. Самоактуализация, психологический рост связаны с освоением нового, с расширением сфер функционирования человека, с риском, возможностью ошибок и негативными их последствиями. Все это может увеличить тревогу и страх, что ведет к усилению потребности в безопасности и возврату к старым, безопасным стереотипам.

К. Роджерс также рассматривал в качестве главного мотивационного фактора стремление к самоактуализации, которую он понимал как процесс  реализации человеком своего потенциала с целью стать полноценно функционирующей  личностью. Полное раскрытие личности, «полное функционирование» (и психическое здоровье), с точки зрения Роджерса, характеризуется следующим: открытостью по отношению к опыту, стремлением в любой отдельный момент жить полной жизнью, способностью прислушиваться в большей степени к собственным интуиции и потребностям, чем к рассудку и мнению окружающих, чувством свободы, высоким уровнем творчества. Жизненный опыт человека рассматривается им с точки зрения того, в какой мере он способствует самоактуализации. Если этот опыт помогает актуализации, человек оценивает его как положительный, если нет – то как негативный, которого следует избегать. Роджерс особо подчеркивал значение субъективного опыта и полагал, что другого человека можно понять, только непосредственно обращаясь и к его субъективному опыту.

Опыт понимается как мир  личных переживаний человека, как  совокупность внутреннего и внешнего опыта, как то, что человек переживает и проживает. Опыт – это совокупность переживаний (феноменальное поле), он включает все, что потенциально доступно сознанию и происходит в организме  и с организмом в любой данный момент. Сознание рассматривается как символизация некоторого опыта переживаний. Феноменальное поле содержит и сознательные (символизированные) переживания, и Бессознательные (несимволизированные). Опыт прошлого также имеет значение, однако актуальное ведение обусловлено именно актуальным восприятием, интерпретацией событий (актуальным опытом).

Организм – сосредоточение всего опыта переживаний. Это  понятие включает весь социальный опыт человека. В организме находит  выражение целостность человека. Я-концепция – более или менее  осознанная устойчивая система представлений  индивида о самом себе, включающая физические, эмоциональные, когнитивные, социальные и поведенческие характеристики, являющаяся дифференцированной частью феноменального поля, Я-концепция –  это самовосприятие, концепция человека о том, что он собой представляет, она включает те характеристики, которые человек воспринимает как действительную часть самого себя. Наряду с Я-реальным, Я-концепция содержит также и Я-идеальное (представления о том, каким человек хотел бы стать). Необходимое условие для самоактуализации – наличие адекватной Я-концепции, полного и целостного представления человека о самом себе, включающей самые разнообразные собственные проявления, качества и стремления. Только такое полное знание о самом себе может стать основой для процесса самоактуализации.

Термин конгруэнтность также  определяет возможности самореализации. Во – первых, это соответствие между  воспринимаемым Я и актуальным опытом переживаний. Если в Я-концепции  представлены переживания, достаточно точно отражающие «переживания организма» (организм в данном случае понимается как сосредоточение всего опыта переживаний), если человек допускает в сознание различные своего опыта, если осознает себя тем, кто он есть в опыте, если он открыт опыту, то его образ Я будет адекватным и целостным, поведение – конструктивным, а сам человек является зрелым, адаптированным и способным к «полному функционированию». Неконгруэнтность между Я-концепцией и организмом, несоответствие или противоречие между опытом и представлением о себе вызывает ощущение угрозы и тревогу, вследствие чего опыт искажается по механизмам защиты, что, в свою очередь, приводит к ограничению возможностей человека. В этом смысле понятие «открытость опыту» противоположно понятию «защита». Во – вторых, термин «конгруэнтность» относится к соответствию между субъективной реальностью человека и внешней реальностью. И наконец, в-третьих, конгруэнтность или неконгруэнтность – это степень соответствия между Я-реальным и Я-идеальным. Определенное расхождение между реальным и идеальным образами Я играет позитивную роль, так как создает перспективу развития человеческой личности и самосовершенствования. Однако чрезмерное увеличение дистанции представляет для Я угрозу, приводит к выраженному чувству неудовлетворенности и неуверенности, к обострению защитных реакций и плохой адаптации.

Заключение

Таким образом, гуманистическое  направление рассматривает личность человека как уникальную целостную  систему, стремящуюся к самоактуализации и постоянному личностному росту. Гуманистический подход основывается на признании человеческого в  каждом человеке и изначальном уважении к его уникальности и автономии. Основная цель психотерапии в контексте  гуманистического направления –  личностная интеграция и восстановление целостности человеческой личности, которая может быть достигнута за счет переживания осознания, принятия и интеграции нового опыта, полученного  в ходе психотерапевтического процесса.

На основе гуманистической психологии строятся некоторые направления психотерапии и гуманистическая педагогика. Одно из базовых убеждений гуманистически-ориетированных специалистов заключается в том, что каждый человек содержит в себе потенциал выздоровления. При наличии определенных условий, человек может самостоятельно и в полной мере реализовать этот свой потенциал.

Библиографический список

1. Андреева Г.М. социальная психология. – М. :Аспект –пресс,2004.
2. Настольная книга практического психолога/ сост. С.Т. Посохова, С.Л. Соловьева – Спб. : Сова,2008 .
3. Козубовский В.М. Общая психология : методология, сознание, деятельность,Мн.,2008.
4. Шеховцова Л.Ф. Мировоззренческие основания гуманистической трансперсональной психологий. – Спб.: Общество православных психологов Санкт-Петербурга,2009.