Коммуникационные риски

Министерство  образования молодёжи и спорта

Кременчугский национальный университет им. М. Остроградского

Самостоятельная работа

с дисциплины:

«Коммуникативный менеджмент »

на тему :

«Коммуникационные риски»

Подготовила :

Студентка группы МН-10-1

Плохотниченко Анастасия

Проверила:

Алексеева Надежда  Федоровна

Кременчуг

2013 г.

Коммуникация — от лат. «communicatio» — что означает сообщение, передача и от «communicare» — делать общим, беседовать, связывать, сообщать, передавать^[1] — научная дисциплина (известная также как теория коммуникации, наука о коммуникациях, коммуникационная наука и даже — коммуникология (И. П. Яковлев), коммуникативистикаили коммуникатика^[2] а в западно-европейском и американском наименованиях — communication studies, или просто — communications), а также метадискурс (Р. Крэйг), о процессе (социальном) «коммуникации/взаимодействия/интеракции», понимаемом в качестве первоосновы для любых процессов жизни человека и общества, а также сам этот процесс и его результаты.^[3]

Согласно И. П. Яковлеву, под коммуникацией как наукой следует понимать научную дисциплину о месте и роли коммуникации в обществе, её развитии и структуре, коммуникационных процессах и средствах и др.^[4]

Согласно С. В. Борисневу, под коммуникацией следует понимать социально обусловленный процесс передачи и восприятия информации в условиях межличностного и массового общения по различным каналам с помощью разных коммуникативных средств.^[5]

Согласно М. С. Андрианову, под коммуникацией следует понимать смысловой аспект социального взаимодействия.^[6]

Согласно Никласу Луману, под коммуникацией следует понимать «некое исторически-конкретное протекающее, зависимое от контекста событие», специфическую операцию, характеризующую исключительно социальные системы, в ходе которой происходит перераспределение знания и незнания, а не связь или передача информации или перенос «семантических» содержаний от одной обладающей ими психической системы к другой.^[7]

Согласно Бакстеру, а также Силларсу и Вангелисти, коммуникация — это средство, с помощью которого люди конструируют и поддерживают свои отношения.^[8][9]

Коммуникация — это conditio sine qua non (неисключимое, непременное условие) жизни человека и порядка в обществе.^[10] Коммуникация выделилась в самостоятельный объект социальных наук в связи с развитием технических средств передачи информации, особенно радио в 20-х гг. XX века, а также позднее с развитием техники в целом, в частности, телевидения, компьютеров, а кроме того — с развитием большого бизнеса и процессами глобализации. Развитие теории коммуникации связано со становлением кибернетики, информатики, семиотики, с усложнением математики и инженерных наук.^[11]

Первая кафедра коммуникации была открыта примерно в 50-х гг. в США^[12]

Как отмечает А. В. Назарчук, осмысление коммуникации развивалось как минимум тремя направлениями:

— англо-американским, как направленным на лингвистический анализ и на «прояснение языкового опыта» (Л. Витгенштейн)

— французским, не ограничивающимся языковой коммуникацией, но включающей различные социальные проблемы коммуникации современного общества, такие как осмыслениеидеологии и власти, критика капитализма, и осмысление дискурса.^[13]

— «философией диалога» (М. Бубер, Э. Левинас, М. Бахтин, Ф. Розенцвейг, Ф. Эбнер, О. Розеншток-Хюси, М. Библер и др.).^[14]

Теория коммуникации развивается  целым рядом наук, в частности:^[15]

этнография изучает бытовые и культурологические особенности коммуникации как общения в этнических ареалах.

психология и психолингвистика рассматривает факторы, способствующие передаче и восприятию информации, процесс межличностной и массовой коммуникации, а также различные аспекты коммуницирующих субъектов — коммуникантов.

лингвистика занимается проблемами вербальной коммуникации — нормативным и ненормативным употреблением слов и словосочетаний в речи — устной и письменной, диалогической и монологической и др. её типах.

паралингвистика рассматривает способы невербальной коммуникации — жесты, мимику, и другие несловесные коммуникативные средства.

социолингвистика рассматривает социальную природу языка и особенности его функционирования в различных сообществах, механизмы взаимодействия социальных и языковых факторов, обусловливающие контакты между представителями различных групп.

социология коммуникации изучает  социальную коммуникацию, и в частности — функциональные особенности общения представителей различных социальных групп в процессе их взаимодействия и в результате воздействия на их отношение к социальным ценностям данного общества и социума в целом.

Теории и модели коммуникации

В истории развития теории коммуникации, С. В. Бориснев выделяет следующие её концептуализации:[16]

Линейная (классическая) модель коммуникации Г. Лассуэла (1948) включает 5 основных элементов коммуникативного процесса: кто? (передаёт сообщение) — коммуникатор; что? (передаётся) — сообщение; как? (осуществляется передача) — канал; кому? (направлено сообщение) — аудитории; с каким эффектом? (эффективность сообщения) — результат.

Социально-психологическая (интеракционистская) модель коммуникации Т. Ньюкомбо, задающая динамику изменений, к которым будет стремиться коммуникация. Данная модель старается учитывать как отношения, складывающиеся между общающимися, так и их отношения к объекту разговора, и постулирует, что общей тенденцией в коммуникации является стремление к симметрии. При совпадении отношений друг к другу у общающихся, они будут стремиться к совпадению их отношения к объекту, о котором идёт речь. При несовпадении отношения друг к другу, будет не совпадать и отношение к объекту речи. Совпадение отношений к объекту разговора при несовпадении отношений друг к другу будет восприниматься как ненормальное.

Шумовая модель коммуникации К. Шеннона — У. Уивера дополнила линейную модель существенным элементом — помехами (шумами), затрудняющими коммуникацию. Авторы выделили технические и семантические шумы — первые связаны с помехами в передатчике и канале, а вторые с искажением передаваемых значений при восприятии содержания. При этом, коммуникация концептуализировалась авторами как линейный, однонаправленный процесс.

Факторная модель коммуникации Г. Малецки является одним из многочисленных вариантов развития модели коммуникации Шеннона-Вивера включила, помимо базовых элементов, ещё около двух десятков факторов, составляющих контекст процесса коммуникации и активно влияющих на его субъектов.

В циркулярной (замкнутой), сбалансированной модели коммуникации В. Шрамма и К. Осгуда (1954) было предложено рассматривать отправителя и получателя информации как равноправных партнёров, а также был сделан акцент на обратной связи, которая уравновешивала связь прямую: кодирование — сообщение — декодирование — интерпретация — кодирование — сообщение — декодирование — интерпретация.

Текстовая модель коммуникации А. Пятигорского осмысливает коммуникацию человека с собой и другими, которую он осуществляет через (письменный) текст. Согласно данной модели коммуникация всегда осуществляется в определённой коммуникативной ситуации связи с другими лицами

Согласно Д. П. Гавра, в теории коммуникации можно выделить 2 основных подхода к её пониманию:[17]

процессно-информационный подход, в рамках которого разрабатывались такие теоретические модели коммуникации, как модель Х. Лассвелла, математическая модель коммуникации К. Шэннона и У. Уивера, социально-психологическая модель коммуникации Т. Ньюкомба, модель Дж. Гербнера, интегральная (обобщенная) модель коммуникации Б. Вестли и М. Маклина, трансакционная модель коммуникации представителя техасской школы коммуникации А. Тэна.

семиотический подход, акцентирующий внимание на знаках и знаковых системах, представлен следующими разработками: структурно-лингвистическое направление и концепция знака Ф. де Соссюра, логико-философское направление и модель знаков Ч. Пирса, логическая модель знаков Г. Фреге, а также работы Ч. Морриса, Огдена и Ричардса.

И.П Яковлев предлагает также говорить о:[18]

системно-кибернетической методологии, в рамках которой в науку о  коммуникациях был слена важный вклад, в частности такими социологами, как Т. Парсонс, Н. Луман, такими кибернетиками, как Н. Винер (в частности, осмысление прямой и обратной связи), Х. фон Фёрстер (различение кибернетики первого и второго порядка).

когнитивных теориях коммуникации (Ч. Осгуд).

влиянии структурализма на осмысление коммуникации (К. Леви-Стросс).

критическом подходе к коммуникации (марксизм, Франкфуртская школа, культуральное направление (Р. Хоггарт, Р. Вильямс, С. Халл)), в рамках которого через рассмотрение и анализ дискурсов, действий и текстов, как несущих определённые идеологии, поддерживающих и укрепляющих власть одних социальных классов и групп над другими, рассматривается роль власти и насилия в коммуникационных процессах.

Схему (модель) коммуникации, понимаемой как речевое событие предложил Р. Якобсон, предвосхитив ею модель Шеннона, однако в отличие от последнего, ключевую роль в коммуникации отвёл не информации, а языку: от адресанта к адресату направляется сообщение, созданное и интерпретируемое с помощью кода, общего для всех участников коммуникации. Кодом является язык, рассматриваемый как система, приводящая в соответствие чувственно данному предмету, знаку, некоторое подразумеваемое значение. Каждый человек — член различных коммуникационных сообществ, а значит и носитель различных кодов. Коммуникация, как передача сообщений всегда происходит в контексте других сообщений (принадлежащим к тому же акту коммуникации или связывающих вспоминаемое прошлое с предполагаемым будущим, задавая тем самым основополагающий вопрос об отношении данного сообщения к универсуму дискурса), влияющем на кодирование и интерпретации сообщений участниками коммуникации.[19]

Ю. М. Лотман оспаривал модель коммуникации Р. Якобсона, указывая на то, что у двух людей не может быть абсолютно одинаковых кодов, а язык следует рассматривать как код вместе с его историей. При полном подобии/соответствии/эквивалентности того, что говорится, и того, как это воспринимается, согласно Ю. М. Лотману потребность в коммуникации вообще исчезает, так как становится не о чём говорить, а остаётся лишь передача команд. Код, как языковая игра у Л. Витгенштейна, индивидуализирует коммуникацию, а последняя, таким образом, предстаёт как перевод с языка моего «я» на язык твоего «ты». В качестве субтрата коммуникации, в котором происходит встреча множества кодов и многих коммуникантов Ю. М. Лотманом рассматривается текст. Последний выступает и как память коммуникации, и одновременно, как её границы. Ю. М. Лотман различает «обычную» коммуникацию, которая происходит в системе «я — он», и аутокоммуникацию, происходящую в системе «я — я»; в рамках аутокоммуникации сообщение приобретает новый смысл, поскольку меняются условия, время и контекст сообщения, то есть сообщение перекодируется. Передача сообщения самому себе вызывает перестройку структур собственной личности (например, нельзя прочитать дневник также, как он был написан). Аутокоммуникация связана с любым актом авторства, так как каждый текст несёт сообщение и самому себе. Понятие аутокоммуникации расширяется у М.Ю. Лотмана до понятия мышления, с необходимым, сопровождающим его процессом внутренней речи.[20]

В русле рассмотрения социальной проблематики, в прочтении структурализма, возможность коммуникации основана на какой-либо системе знаков, то есть на определённом языке, в качестве которого, согласно К. Леви-Строссу, может рассматриваться любая система социальных отношений любой их вид, то есть множество операций, обеспечивающих возможность общения между индивидами или группами. Видение в каждом виде социальных отношений язык, приводит к рассмотрению любого социального взаимодействия как той или иной формы коммуникации. Согласно К. Леви-Строссу, каждая система коммуникации и все они в совокупности имеют своей задачей конструирование той или иной социальности (социальной реальности); этот процесс осуществляется ценностями, скрепляющими общества воедино, посредством символов, способности донести и соблюсти смысл, заложенный в социальные ритуалы.[21]

Коммуникация рассматривается  в русле семиологии Р. Барта, через концепт мифа, понимаемого как коммуникативная система, в которой важен не сам объект сообщения, но форма сообщения, то есть то как об этом объекте сообщается в целях определённой коммуникации. Мифы, как и метафоры служат расширению функций регулярной коммуникации, позволяя надстраивать коммуникативные миры иных порядков над семиотической системой первого порядка, тем самым создавая богатство коммуникации, изобилие смыслов.[22]

 Коммуникационные риски - риски, связанные с предоставлением СМИ от имени компании противоречивой (недостоверной) или несвоевременной информации, с осуществлением в публичном пространстве несогласованных действий, способных оказать негативное воздействие на имидж компании, нанести урон деловой репутации.

Коммуникационные риски являются частью общего потенциала рисков современного общества. «Общество риска» (У.Бек) во многом становится парадигмой общественного  развития.  Ее суть состоит в том, что индустриальная «позитивная» логика общественного производства, заключавшаяся в накоплении и рациональном распределении богатства, все более вытесняется постиндустриальной «негативной» логикой порождения и распространения рисков. Именно эти риски в различных формах (изменение материально-вещественной и инструментальной основ производства, смешение вещественного и символического производственных аспектов, стремительное обновление продуктных линий, нестабильность ресурсной базы) создают напряжение развития современной производственной деятельности.

Общие социологические предпосылки  неизбежно оказывают влияние на коммуникации в IT-индустрии и дополнительно конкретизируется спецификой этого динамично развивающегося делового сектора. Таким образом, риски одновременно социально атрибутивны для общества в целом и вместе с тек вариативны своими атрибуциями в различных социально-производственных областях. То есть риски, с одной стороны, необходимо принимать как практическую реальность общественной жизни и как объективный фактор ее изменений. С другой стороны, требуется мониторинг и «обработка» конкретных, специальных рисков, генетически двойственных в сочетании внешних, общих и внутренних, частных предпосылок своего происхождения и развития.

В обоих указанных аспектах определение  и операциональное использование коммуникационных рисков обусловлено системным характером этого феномена. Наличие рисков выражает возрастающую сложность социальных и социально-технических систем, роль фактора неопределенности в их функционировании и изменении. В системном плане феномен коммуникации является репрезентацией риска как неопределенности в селективном отборе информации и ситуативного понимания генерируемых и передаваемых системных сообщений (Н.Луман). В сложных системах осуществляется трансляция неопределенности, происходит непрерывное «балансирование» в зоне риска. На практике это достигается сочетанием управления неопределенностью со стороны субъектов системной активности, наряду с сопровождением процессов естественной самоорганизации, самонастройки систем, актуализацией их собственного потенциала адаптивности к дестабилизирующим воздействиям.

Природа рисков в большей степени  осмыслена и концептуализирована для таких сфер деятельности, как экономика и управление. Риски проистекают из неопределенности в принятии решения и представляют собой избыток возможностей той или иной ситуации над ресурсами адекватного реагирования на ее изменения. В отношении неопределенности риск занимает промежуточное положение между шансом и угрозой. В коммуникации неоднородность рисков, наличие в них как негативного, так и конструктивного потенциала более выражена, так как ситуативная неопределенность, ее устранение и воспроизводство составляют суть коммуникации как социального явления.

Коммуникационные риски проявляются  в рассогласовании коммуникации, вплоть до ее разрыва и прекращения. Предметом рассогласования могут  быть все основные компоненты коммуникации. Соответственно, минимизация коммуникационных рисков и, далее, управление ими должны быть направлены на согласование дискурсов коммуникации, на обеспечение взаимной приемлемости каналов коммуникации, на согласование социально-практических позиций и ценностей участников той или иной производственной коммуникативной ситуации в деятельности  IT-вендора.

Дискурсивная и антропологическая  природа коммуникационных рисков, тем  более ярко выраженная в  интеллектуально емкой IT-сфере, превращает связанные с ними информационно-обучающие практики и институции в комплексное средство, обеспечивающее коррекцию и развитие прагматических коммуникаций.  В сложных коммуникативных практиках объективно присутствует потребность в выявлении их образовательного потенциала, в построении образовательных подсистем производственной деятельности. Формой такого рода подсистем являются образовательные сервисы, используемые именно как часть производственного процесса. В функциональном плане сервисы направлены на обслуживание интеллектуальных запросов основных производственных акторов (информационная, референтская, исследовательско-аналитическая, экспертно-консультационная деятельности). В широком социотехническом аспекте сервисная функция образования направлена на обеспечение развития деятельности (концептуальная инноватика, проектирование, подготовка кадров, формирование поддерживающих социальных сред, а также сообществ активных сторонников и потенциальных участников производственных проектов).

В создании образовательных сервисов, которые в том числе могут  использоваться для управления коммуникационными  рисками, должны учитываться общие  и специальные факторы.

Общие образовательные факторы  связаны с использованием информационно-коммуникативных  технологий. Под их влиянием происходит трансформация традиционной системы  образования, которая до сих пор  во многом остается наследием индустриальной эпохи и сама по себе становится источником коммуникационных рисков. Среди общих тенденций, определяющих кардинальное изменение образовательной  ситуации для IT-сектора выделяются: а) плюрализация образовательной деятельности, повышение значимости (г)локальных, в том числе частных образовательных инициатив и реально осуществляемых на их основе деловых проектов; б) широкое распространение открытых образовательных ресурсов (Open Educational Resources, OER); в) возможность массового использования мобильных технологий, которые изменяют конфигурацию образовательного пространства, создают новые форматы отношения между временем работы и временем обучения, меняют принципы образовательной деятельности и ее отношения с производством.

Специальные факторы создания образовательных  сервисов, направленных на повышение  устойчивости и динамизма системы  коммуникаций IT-вендоров, обусловлены дифференциацией  интересов и производственных задача участников и партнеров их коммуникационной системы. Производители и поставщики IT-продуктов и услуг, инвесторы, потребительские группы, представители СМИ, экспертных сообществ – все эти социальные группы и общности могут и должны быть обеспечены образовательными сервисами, отличающимися по предназначению, формам и направленным на координацию усилий по обеспечению социально-производственной связности соответствующего общественно-производственного сектора.

Взаимосвязь и, в тенденции, кооперация различных образовательных сервисов может быть представлена в логике изменения моделей образовательной  деятельности. В основе этой логики – последовательное развертывание  социально-коммуникативной измерений  образовательных проектов, переход  от одномерных линейных моделей к 2D интерактивным моделям и, далее, к 3D социально ориентированным подходам к построению производственных образовательных  сервисов.

Соответствующие практики в достаточной  мере уже представлены в работе  ряда IT-компаний и могут быть предметом изучения и обобщения имеющегося опыта. На этой основе общее позитивное влияние образовательных сервисов на коммуникационные риски IT-вендоров имеет перспективу выявления конкретных инструментов и технологий для использования в такой инновационной сфере, как управление коммуникационными рисками IT-индустрии.

Список использованной литературы

1. Бориснёв С. В. Социология коммуникации: Учеб. пособие для вузов. — М.: ЮНИТИ-ДАНА,. — С. 6
2. Яковлев И. П. Ключи к общению. Основы теории коммуникаций. — СПб.: «Авалон», «Азбука-классика», 2006. — С. 5-9. 
3. Гавра Д. П. Основы теории коммуникации. 1-е изд. — СПб.: Питер, 2011. — С. 10-16.
4. Яковлев И. П. Ключи к общению. Основы теории коммуникаций. — СПб.: «Авалон», «Азбука-классика», 2006. — С. 8. 
5. Бориснёв С. В. Социология коммуникации: Учеб. пособие для вузов. — М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2003. — С. 14
6. Андрианов М. С. Невербальная коммуникация: психология и право. — М.: Институт Общегуманитарных Исследований, 2007. — С. 10
7. Назарчук А. В. Теория коммуникации в современной философии. — М.: Прогресс-Традиция, 2009. — С. 113—114
8. Baxter, L.A. (2004). Relationships as dialogues. Personal Relationships, 11, 1-22.
9. Sillars, A.L., & Vangelisti, A.L. (2006). Communication: Basic properties and their relevance to relationship research. In A. L. Vangelisti & D. Perlman (Eds.). The Cambridge Handbook of Personal Relationships (pp. 331—351). New York: Cambridge University Press.
10. Вацлавик П., Бивин Д., Джексон Д. Прагматика человеческих коммуникаций: Изучение паттернов, патологий и парадоксов взаимодействия. / Пер. с англ. А. Суворовой. — М.: Апрель-Пресс, Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2000. — С. 5.
11. Бориснёв С. В. Социология коммуникации: Учеб. пособие для вузов. — М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2003. — С. 7-8
12. Яковлев И. П. Ключи к общению. Основы теории коммуникаций. — СПб.: «Авалон», «Азбука-классика», 2006. — С. 7. 
13. Назарчук А. В. Теория коммуникации в современной философии. — М.: Прогресс-Традиция, 2009. — С. 194—196.
14. Назарчук А. В. Теория коммуникации в современной философии. — М.: Прогресс-Традиция, 2009. — С. 221—246. 
15. Бориснёв С. В. Социология коммуникации: Учеб. пособие для вузов. — М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2003. — С. 8
16. Бориснёв С. В. Социология коммуникации: Учеб. пособие для вузов. — М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2003. — С. 29-31
17. Гавра Д. П. Основы теории коммуникации. 1-е изд. — СПб.: Питер, 2011. — 288 с.
18. Яковлев И. П. Ключи к общению. Основы теории коммуникаций. — СПб.: «Авалон», «Азбука-классика», 2006. — С. 44-71. 
19. Назарчук А. В. Теория коммуникации в современной философии. — М.: Прогресс-Традиция, 2009. — С. 181—183.
20. Назарчук А. В. Теория коммуникации в современной философии. — М.: Прогресс-Традиция, 2009. — С. 186—189.
21. Назарчук А. В. Теория коммуникации в современной философии. — М.: Прогресс-Традиция, 2009. — С. 196—198.
22. Назарчук А. В. Теория коммуникации в современной философии. — М.: Прогресс-Традиция, 2009. — С. 201—204.