Конфликтология. 5

     Содержание

1. Эскалация конфликта

     Под эскалацией конфликта (от лат. scala — лестница) понимается прогрессирующее во времени развитие конфликта, обострение противоборства, при котором последующие разрушительные воздействия оппонентов друг на друга выше по интенсивности, чем предыдущие. Эскалация конфликта представляет ту его часть, которая начинается с инцидента и заканчивается ослаблением борьбы, переходом к завершению конфликта.

     Эскалация конфликта характеризуется следующими признаками:

• Сужение когнитивной сферы в поведении и деятельности. В ходе эскалации происходит переход к более примитивным формам отражения.
• Вытеснение адекватного восприятия другого образом врага. Образ врага как целостное представление об оппоненте, интегрирующее искаженные и иллюзорные черты, начинает формироваться в ходе латентного периода конфликта в результате восприятия, детерминированного негативными оценками. Пока нет противодействия, пока угрозы не реализованы, образ врага носит очаговый характер. Его можно сравнить со слабо проявленным фотографическим снимком, где изображение нечеткое и бледное. В ходе эскалации образ врага проявляется все более выразительно и постепенно вытесняет объективный образ. О том, что образ врага становится доминирующим в информационной модели конфликтной ситуации, свидетельствуют:

     - недоверие (все, что исходит  от врага, — либо плохо, либо, если это разумно, преследует нечестные цели);

     - возложение вины на врага (враг  ответствен за все возникшие проблемы и виноват во всем);

     - негативное ожидание (все, что  делает враг, он делает с единственной  целью — нанести нам вред);

     - отождествление со злом (враг воплощает противоположное тому, что я есть и к чему стремлюсь, он хочет уничтожить то, чем я дорожу и поэтому должен быть сам уничтожен);

     - представление «нулевой суммы» (все,  что выгодно врагу, вредит нам,  и наоборот);

     - деиндивидуализация (всякий, кто принадлежит к данной группе, автоматически является нашим врагом);

     - отказ в сочувствии (мы не имеем  ничего общего с нашим врагом, никакая информация не сможет  побудить нас проявлять к нему  гуманные чувства, руководствоваться  этическими критериями по отношению к врагу опасно и неблагоразумно).

     Закреплению образа врага способствуют:

• возрастание негативных эмоций;
• ожидание деструктивных действий другой стороны;
• негативные стереотипы и установки;
• значимость объекта конфликта для личности (группы);
• длительность конфликта.

     • Рост эмоционального напряжения. Возникает как реакция на:

     рост  угрозы возможного ущерба;

     снижение  управляемости противоположной стороной;

     невозможность реализовать свои интересы в желаемом объеме в короткое время;

     сопротивление оппонента.

     • Переход от аргументов к претензиям и личным выпадам. Когда сталкиваются мнения людей, то они обычно стараются их аргументировать. Окружающие, оценивая позицию человека, косвенным образом оценивают и его способность к аргументации. Человек обычно придает значительную личностную окраску плодам своего интеллекта. Поэтому критика результатов его интеллектуальной деятельности может быть воспринята как негативная оценка его самого как личности. Критика в этом случае воспринимается как угроза самооценке личности, а попытки защитить себя ведут к смещению предмета конфликта в личностный план.

     • Рост иерархического ранга нарушаемых и защищаемых интересов и их поляризация. Более интенсивное действие затрагивает более важные интересы другой стороны. Поэтому эскалация конфликта может быть рассмотрена как процесс углубления противоречий, т. е. как процесс роста иерархического ранга нарушаемых интересов. При эскалации интересы оппонентов как бы разводятся на противоположные полюса. Если в предконфликтной ситуации они могли как-то сосуществовать, то при эскалации конфликта существование одних возможно только за счет игнорирования интересов другой стороны.

     • Применение насилия. Отличительный признак эскалации конфликта — введение в «бой» последнего из аргументов — насилия.

     По  мнению С. Кудрявцева, многие насильственные действия обусловлены местью. Исследования агрессии показывают, что она в значительной мере связана с какой-либо внутренней компенсацией (утраченного престижа, снижения самооценки и т.п.), возмещением ущерба. Действия в конфликте могут вызываться стремлением к возмездию за ущерб, причиненный «Я».

     Физическое  насилие и агрессия в целом  провоцируются не только уже осуществленной угрозой, но и угрозой потенциальной. Поэтому интенсификация физического насилия в конфликте связана с ростом интенсивности взаимных действий, вызванным неадекватным возмездием за деструкцию «Я».

• Потеря первоначального предмета разногласий заключается в том, что противоборство, начавшееся из-за спорного объекта, перерастает в более глобальное столкновение, в ходе которого первоначальный предмет конфликта уже не играет основной роли. Конфликт становится независимым от вызвавших его причин и продолжается после того, как они стали незначимыми (М. Дойч).
• Расширение границ конфликта. Происходит генерализация конфликта, т. е. переход к более глубоким противоречиям, возникновению множества разных точек столкновения. Конфликт распространяется на более обширные территории. Происходит расширение его временных и пространственных границ.

     • Увеличение числа участников. В ходе эскалации конфликта может происходить «укрупнение» противоборствующих субъектов путем привлечения все большего количества участников. Преобразование межличностного конфликта в межгрупповой, 
численное увеличение и изменение структур соперничающих групп меняет характер конфликта, расширяя набор применяемых в нем средств.

     Внешний план эскалации конфликта может  быть описан с помощью теории «симметричного схизмогенеза» (Г. Бейтсон). Схизмогенез — это изменение индивидуального поведения, происходящее в результате накопления опыта взаимодействия между индивидами. Различают два варианта схизмогенеза — дополнительный и симметричный. Дополнительный имеет место в тех случаях, где взаимодействие строится на основе взаимодополняющих действий, например, настойчивости одного субъекта и уступчивости другого. В ходе взаимодействия все большая настойчивость одного субъекта может вести ко все большей уступчивости другого, и наоборот, и так до разрушения взаимоотношений. Симметричный схизмогенез развивается тогда, когда субъекты используют одинаковые поведенческие модели. На поведение субъекта другой отвечает поведением той же направленности, но более интенсивным и т.д. Результатом также будет разрушение отношений.

     Хотя  Г. Бейтсон прямо не связывает  симметричный схизмогенез с развитием конфликта, очевидно, что эскалация борьбы происходит именно по такому принципу. Из признания внешнего сходства сторон и «симметричности» развития взаимодействия не следует, что стороны в процессе борьбы преследуют одинаковые цели. Одна сторона может стремиться к изменению сложившегося соотношения позиций, придерживаться наступательной стратегии; другая — пытаться сохранить статус-кво и придерживаться целиком стратегии оборонительной. Очевидно, что более интенсивные наступательные действия с большей вероятностью будут вызывать интенсивную защиту, и наоборот.

     Говоря  о внутренних пружинах эскалации  конфликта, необходимо обратиться к особенностям эволюции функционирования психики в условиях опасности и угрозы.

     Теория  эволюционной эпистемологии (Г. Вольмер, К. Лоренц) утверждает, что человек, не обладающий специальными органами, способствующими выживанию при нападении или защите (клыками, лапами, копытами и т.д.), выжил благодаря способностям мозга, которые позволяют лучше приспосабливаться к условиям окружающей среды. История развития мозга растягивается на сотни миллионов лет. Продольный разрез человеческого мозга по срединной линии показывает наличие очень древних и молодых частей, совокупная деятельность которых определяет способ восприятия мира, а также управляет поведением человека. Архаические механизмы агрессивных и защитных действий по отношению к источнику угрозы в виде своеобразных программ заложены в глубинных слоях промежуточного мозга (он сформировался сотни миллионов лет назад). Они были необходимы для обеспечения выживания на первой, биологической фазе эволюции.

     С начала культурной эволюции человека в противоположность агрессивным и защитным действиям развился интерес к неизвестному. Оценка неизвестного как угрожающего или интересного является продуктом взаимодействия архаических реакций промежуточного мозга и сравнительно недавно обретенных реакций конечного мозга (формировался в последние 3—4 млн. лет). Если господствуют спонтанные страхи, то сигналы промежуточного мозга подчинят и вытеснят физиологически более слабые процессы конечного мозга. Поэтому сочувствие, терпимость, компромиссное поведение и другие положительные социальные приобретения могут быть не реализованы из-за чувства небезопасности, социального давления, страха и стрессов всех видов, возникающих во время угрозы.

     По  мере обострения конфликта происходит регрессия сознательной сферы психики. Данный процесс носит лавинообразный характер, основывающийся на бессознательном и подсознательном уровнях психической деятельности. Он развивается не хаотически, а поэтапно, воспроизводя онтогенез психики, но в противоположную сторону (рис. 1).

     Уровень эскалации 
 
 
 
 
 
 
 

                                                                                                         Этапы 
 
 
 

     Возрастные  уровни эмоционального и социально-познавательного  функционирования психики человека

     Рис. 1. Соответствие этапов эскалации конфликта  уровням функционирования психики человека

     Два первых этапа отражают развитие предконфликтной  ситуации. Вырастает значимость собственных  желаний и аргументов. Возникает страх, что будет утеряна почва для совместного решения проблемы. Растет психическая напряженность. Меры, принимаемые одной стороной для изменения позиции оппонента, понимаются противоположной стороной как сигнал к эскалации.

     Третий  этап — собственно начало эскалации. Все надежды сосредоточиваются  на действии, заменяющем бесплодные дискуссии. Однако ожидания участников парадоксальны: обе стороны надеются путем нажима и твердостью вызвать перемену позиции оппонента, тогда как никто не готов добровольно уступить. Зрелый, сложный взгляд на реальность жертвуется в пользу упрощенного подхода, который легче поддерживать эмоционально. Действительные проблемы конфликта теряют значимость, тогда как личность противника оказывается в центре внимания.

     На  четвертом этапе функционирование психики регрессирует приблизительно до уровня, соответствующего возрасту 6-8 лет. У человека еще присутствует образ «другого», но он больше не готов считаться с мыслями, чувствами и положением этого «другого». В эмоциональной сфере начинает доминировать черно-белый подход, т. е. все, что «не я» или «не мы», является плохим, и поэтому отвергается.

     На  пятом этапе эскалации явные признаки поступательной регрессии проявляются в форме абсолютизации негативной оценки оппонента и позитивной — себя. На карту ставятся «священные ценности», убеждения и высшие моральные обязательства. Сила и насилие принимают обезличенные формы, восприятие противоположной стороны застывает в жестком образе врага. Враг обесценивается до состояния «вещи» и лишается человеческих черт. Однако те же люди способны нормально функционировать внутри своей группы. Из-за этого неопытному наблюдателю трудно принимать во внимание их глубоко регрессировавшее восприятие других, принимая меры по урегулированию конфликта.

     Описанная выше регрессия не является неизбежной для любого человека в любой трудной  ситуации социального взаимодействия. Очень многое зависит от воспитания, от усвоения моральных норм и всего того, что называют социальным опытом конструктивного взаимодействия.

2. Психологические составляющие конфликта

     Важными психологическими составляющими конфликтной  ситуации являются устремления сторон, стратегии и тактики их поведения, а также их восприятие конфликтной ситуации, т. е. те информационные модели конфликта, которые имеются у каждой из сторон и в соответствии с которыми оппоненты организуют свое поведение в конфликте.

     1. Мотивы сторон.

     При объяснении активности и направленности действий оппонентов в конфликте речь идет о мотивах, целях, интересах, ценностях, потребностях отдельных лиц, социальных групп, государств или их сообществ.

     Мотивы  в конфликте  — это побуждения к вступлению в конфликт, связанные с удовлетворением потребностей оппонента, совокупность внешних и внутренних условий, вызывающих конфликтную активность субъекта. В конфликте часто сложно выявить истинные мотивы оппонентов, так как они в большинстве случаев скрывают их, предъявляя в позициях и декларируемых целях мотивировку участия в конфликте, которая отличается от первичных мотивов (рис. 2).

     Рис. 2. Система устремлений оппонентов в конфликте

     Базисным  побудителем активности оппонента  в конфликте являются его потребности. Они представляют собой состояния субъекта, создаваемые испытываемой оппонентом нуждой в объектах (ресурсы, власть, духовные ценности), необходимых для его существования и развития, выступающих источником его активности.

     Потребности в безопасности, признании, идентичности, социальной принадлежности и т.п. присущи как отдельному индивиду, так и социальным группам, целым обществам и государствам. По мнению Д. Бертона, «только те организационные усилия, которые полностью удовлетворяют основные человеческие потребности, могут принести подлинное завершение конфликта».

     Анализ  причин поведения сторон в конфликтах показывает, что они сводятся к стремлению удовлетворить свои интересы. Интересы оппонента представляют собой осознанные потребности, которые обеспечивают его направленность на объект конфликта, и способствуют реализации его конфликтного поведения.

     Близки  к интересам оппонентов и ценности, которые они могут отстаивать в конфликте. Это могут быть общечеловеческие ценности (например, истинность суждения, идеи, справедливость решения), ценности, выраженные в каком-то конкретном произведении культуры, а также личностные ценности (чувство собственного достоинства, честь, самооценка и т.п.).

     Мотивы  индивида, группы не возникают сами по себе и часто определяются ситуацией, условиями, в которых он находится. Зачастую протекающие в обществе социально-дезорганизующие процессы деформируют общественное сознание, которое реализуется и преломляется через потребности, интересы и, следовательно, через цели, поступки и действия конкретных людей и групп.

     Мотивы  противодействующих сторон конкретизируются в их целях.

     Цель  — это осознанный образ предвосхищаемого результата, на достижение которого направлены действия человека. Целью субъекта в конфликте является его представление о конечном результате конфликта, его предвосхищаемый полный (с точки зрения личности или общественной, групповой значимости) результат. В конфликте можно выделить стратегические и тактические цели оппонентов.

     Основная  цель оппонента — овладение объектом конфликта, ей подчинены тактические цели. Однако в зависимости от развития конфликта  эта основная цель может быть заменена на другую (нанесение максимального ущерба — материального, морального, психологического — оппоненту), которая в начале конфликта выступала как цель-средство.

     Последним элементом, самой видимой частью устремлений человека, социальной группы в конфликте, который обычно анализируется и берется в расчет, является позиция. Это система отношений оппонента к элементам конфликтной ситуации, проявляющаяся в соответствующем поведении и поступках. Другими словами, это совокупность фактических прав, обязанностей и возможностей оппонента, реализующихся в конкретной конфликтной ситуации посредством общения, поведения и деятельности. Позиция характеризуется, с одной стороны, динамичностью и гибкостью, с другой — относительной устойчивостью.

     2. Конфликтное поведение

     Состоит из противоположно направленных действий участников конфликта. Этими действиями реализуются скрытые от внешнего восприятия процессы в мыслительной, эмоциональной и волевой сферах оппонентов. Чередование взаимных реакций, направленных на реализацию интересов каждой стороны и ограничение интересов оппонента,   составляет  видимую  социальную  реальность   конфликта. Поскольку действия оппонентов в большой степени  влияют друг на друга, вытекают из предыдущих действий другого, т. е. взаимообусловливаются, то в любом конфликте они приобретают характер взаимодействия.

     Конфликтное поведение имеет свои принципы, стратегии (способы) и тактики (приемы). Среди основных принципов конфликтного противоборства выделяют:

• концентрацию сил;
• координацию сил;
• нанесение удара по наиболее уязвимому пункту в расположении противника;
• экономию сил и времени и др.

     Стратегия поведения в конфликте рассматривается как ориентация личности (группы) по отношению к конфликту, установка на определенные формы поведения в ситуации конфликта. В основе выделения стратегий лежит концепция о «силовом поле» мотивации руководителя, ориентированного либо на производство, либо на человека, производителя.

     Первая  «силовая линия» (на производство) ведет  к максимально высоким объемам прибыли и рассматривается как напористость.

     Вторая  направлена на человека, на то, чтобы  условия труда в наибольшей степени отвечали его потребностям и запросам. Она рассматривается как кооперативность.

     Созданная с целью улучшения управления делами на производстве и в бизнесе «решетка менеджмента» была удачно интерпретирована для различения стратегий поведения в конфликте (рис. 3).

     Рис. 3. Основные стратегии поведения  в конфликте 

     Соперничество   (конкуренция)   заключается   в   навязывании другой стороне предпочтительного для себя решения.

     Сотрудничество (проблемно-решающая  стратегия)   позволяет осуществить поиск такого решения, которое удовлетворяло бы обе стороны.

     Компромисс предполагает взаимные уступки в чем-то важном и принципиальном для каждой из сторон.

     Применение  стратегии приспособление   (уступка)   основывается   на   понижении   своих стремлений   и   принятии   позиции   оппонента.  

     При   избегании (бездействии) участник находится в ситуации конфликта, но без всяких активных действий по его разрешению.

     Как правило, в конфликте используются комбинации стратегий, порой доминирует одна из них. Например, в значительной части конфликтов по вертикали в зависимости от изменения обстановки оппоненты меняют стратегию поведения, причем подчиненные идут на это в полтора раза чаще, чем руководители — 71% и 46% соответственно.

     Порой конфликт начинается с кооперативного поведения, однако при его неудаче в ход пускается соперничество, которое может также оказаться неэффективным. Тогда вновь происходит обращение к сотрудничеству, что приводит к успешному разрешению конфликта.

     Соперничество — наиболее часто применяемая стратегия: оппоненты пытаются реализовать данный способ достижения своей цели в более чем 90% конфликтов. Это и понятно. Собственно конфликт и заключается в противоборстве, подавлении оппонента. Поэтому личность или группа идут на конфликт, так как другими способами договориться с оппонентом не удается.

     По  этой причине тактические приемы соперничества более разнообразны, чем те, которые позволяют реализовать другие стратегии. Исторически сложилось так, что именно данные средства воздействия совершенствовались в большей мере, чем миротворческие. Обычно задача определялась таким образом - оппонент должен быть использован или нейтрализован (Макиавелли, Катарбинский и др.).

     В открытый период развития конфликта  используется именно эта стратегия, особенно в ходе его эскалации. В предконфликтной ситуации и при завершении конфликта расширяется спектр средств воздействия на оппонента. Однако в целом такие стратегии, как компромисс, избегание и приспособление, используются в несколько раз реже, чем соперничество, а сотрудничество — только в 2—3% ситуаций.

     Выбор стратегии поведения в конфликте  определяется многими факторами, которые могут быть сведены в две группы: факторы ситуации и личностные факторы.

     Факторы ситуации:

• Оценка участниками конфликта успешности применения стратегии для достижения своих целей. Например, выбор в пользу сотрудничества происходит, если:

     - есть уверенность в способности  находить взаимоприемлемые решения; 

     - имеются предыдущие успехи по достижению согласия в данном конфликте;

     - присутствует посредник; 

     - оценка готовности другой стороны к сотрудничеству позитивна;

     - есть доверие к оппоненту.

• Статус участника конфликта. Выявлено, что люди склонны избирать стратегии поведения в зависимости от того, кто противостоит им в конфликте — их руководитель, коллега по работе или подчиненный. Наибольшая «твердость» проявляется в отношениях с руководителем. При взаимодействии с подчиненным почти половина опрошенных готова отказаться от своей точки зрения, лишь бы не обострять ситуацию (табл. 1).

     Таблица 1

     Стратегии поведения инженерно-технических  работников в ситуации конфликта, %

     Также выявлено, что одни и те же военнослужащие выбирают различные стратегии поведения в зависимости от должностного статуса в конкретной ситуации конфликтного взаимодействия. Будучи руководителем, они в основном придерживаются следующих стратегий (в порядке убывания частоты применения): компромисс, сотрудничество и избегание. В ситуациях, где они же выступают в роли подчиненных, соотношение используемых стратегий иное: избегание, компромисс, сотрудничество.

• Наличие времени благоприятствует использованию стратегии избегания.

     Личностные факторы:

• Ориентированность мотивации участников конфликта на свои или чужие интересы или же на интересы дела. Выявлено, что ориентация личности на себя или на дело увеличивает вероятность выбора соперничества. Высокие показатели ориентации на дело и на другого участника способствуют реализации сотрудничества и компромисса. Преобладание ориентации на интересы другого ведет к применению стратегии приспособления.
• Преобладающий тип отношения к окружающим. Оказалось, что наличие доминирующих типов отношения к окружающим    (властно-лидирующий,    независимо-доминирующий, прямолинейно-агрессивный   и   недоверчиво-скептический) способствует выбору преимущественно настойчивых, активных стратегий: соперничества и сотрудничества.
• Выявлено влияние некоторых акцентуаций характера личности на выбор стратегии поведения в конфликте. Так, преобладание  психастенической  формы  акцентуации  характера способствует выбору приспособления и сотрудничества.