Криминологические теории

СОДЕРЖАНИЕ

     Теоритический вопрос…………………………………………………….…3

1. Биологические (антропологические) криминологические теории ……….3

1.1. Теория прирожденного преступника……………………………………...4

1.2. Концепция умственной отсталости преступника ………………………...7

1.3. Теория опасного состояния……………………………………………….11

1.4.Фрейдизм…………………………………………………………………...14

1.5. Клиническая криминология………………………………………………16

2. Задача………………………………………………………………………..18

Список  использованной литературы………………………………………….22 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Теоритический вопрос

1. БИОЛОГИЧЕСКИЕ (АНТРОПОЛИГИЧЕСКИЕ) КРИМИНОЛОГИЧЕСКИЕ ТЕОРИИ

     Первыми, кто предложил искать признаки, связанные  с преступным поведением, в особенностях внешности человека, явились сторонники физиогномики (например, Лафатер). Они  называли в числе таких признаков маленькие уши, пышные ресницы, маленькие носы, большие губы и т. д.

     Схожей  с физиогномикой теорией была френология, изучавшая внешние особенности  черепа человека, которые, по мнению френологов, являлись показателями его личных черт, свойств и склонностей. Одни выступы на черепе считались индикаторами «нижних» функций мозга (например, агрессивности), а другие представляли «высшие» функции и склонности (в том числе мораль). Считалось, что у преступников «нижние» стремления преобладают над «высшими». Наиболее известным френологом был Франц Иосиф Галль. Он считал, что «преступления являются продуктом индивидов, их совершающих, а, следовательно, их характер зависит от природы этих индивидов и от тех условий, в которых эти индивиды находятся; лишь принимая во внимание эту природу и эти условия, можно правильно оценивать преступления». Галль также стал первым, кто предложил классификацию преступников в зависимости от биологических признаков. Он предложил делить их на три категории:

     Первая  категория — это преступники, которые хотя и совершают преступления, но по своим внутренним качествам способны побороть дурные влечения и бороться с преступными соблазнами.

     Вторая  категория — люди, которые являются обездоленными от природы и в  силу этого легко поддаются преступным влечениям.

     Третья  категория — промежуточная, эти  люди способны встать как на путь исправления, так и на путь дальнейшего совершения преступлений в зависимости от того, какое влияние оказывает на них  внешняя среда.

     1.1. ТЕОРИЯ ПРИРОЖДЕННОГО ПРЕСТУПНИКА 

     Антропологическое направление своим формированием  обязано самому яркому его представителю, по сути, классику криминологической  мысли – Чезаре Ломброзо. Будучи врачем-психиатром, профессором медицинского факультета университета в Павии (Италия), Ч. Ломброзо более 30 лет своей научной карьеры посвятил исследованию преступников, выявлению психофизиологических закономерностей их организмов, пытаясь объяснить таковыми особенности преступного поведения.¹ Своей теорией он открыл совершенно новый путь в криминологическом направлении, связанный с объяснениями природы преступности биологическими составляющими человека, чем положил основу непрекращающейся криминологической дискуссии о соотношении биологического и социального в личности преступника. Ч. Ломброзо – автор многотомного труда о и преступном человеке, целиком вышедшей в свет под названием «Преступный человек, изученный на основе антропологии, судебной медицины и тюрьмоведения» в Италии в 1877 г. (в России опубликован в Санкт-Петербурге в 1892 г. под названием «Новейшие успехи науки о преступнике»).

     Судить  о том, является человек преступником или нет, позволяли, как полагал  Ломброзо, внешние признаки головы, туловища, конечностей, рот, глаза, нос. Отсюда, естественно, и проистекает  название антропологической школы в криминологии.²

     Ломброзо  выделял следующие основные признаки, присущие прирождённым преступникам: необычно маленький или большой рост; маленькая голова и большое лицо; низкий и наклонный лоб; отсутствие чёткой границы роста волос; морщины на лбу и лице; большие ноздри или бугристое лицо; большие, выступающие уши; выступы на черепе, особенно в области «центра разрушения» над левым ухом, на тыльной стороне головы и вокруг ушей; высокие скулы; пышные брови и большие глазницы с глубоко посаженными глазами; кривой или плоский нос; выдающаяся вперёд челюсть; мясистая нижняя и тонкая верхняя губа; ярко выраженные резцы и вообще ненормальные губы; маленький подбородок; тонкая шея, покатые плечи при широкой груди; длинные руки, тонкие пальцы; татуировки на теле.

     Помимо  внешних признаков человека, которые  Ломброзо считал наиболее важными, он не отрицал и роли физиологических  и нравственных особенностей личности. При этом Ломброзо допускал некоторые  переплетения, скорее всего противоречия. С одной стороны, он изучал биологические факторы (врожденные соматические особенности), и этого было для него достаточно, чтобы сказать о человеке, преступник он или нет. С другой, - исследовал и принимал во внимание психологические и даже нравственные качества, связанные с воспитанием человека. Основываясь на всех этих признаках и, главным образом, биологических особенностях, Ломброзо сделал выводы о предрасположении того или иного человека к совершению преступления. При этом, однако, подчеркивалось, что таковое может себя проявить в определенных условиях (климат, время года, род занятий и т.д.). Ломброзо полагал также, что особенности человека, по которым можно судить о его «преступном типе», можно выявить уже в раннем детском возрасте. Но проявление, дальнейшее развитие этих особенностей, по его мнению, вполне возможно предотвратить с помощью различных средств воспитательного воздействия. Однако здесь же Ломброзо вступал сам с собой в противоречие, отмечая, что прирожденный преступник рано или поздно, безусловно, должен совершить преступление. Здесь Ломброзо вместо воспитания предлагает принятие особых мер предотвращения преступлений.

     Поскольку прирожденный преступник опасен для  общества, предлагается не ждать момента  совершения им преступления. Для предупреждения преступления, которое непременно должно произойти, необходимо принять меры безопасности – изолировать такого человека от общества. Отсюда беспощадная «предупредительная» борьба с «преступниками» независимо от их вины, а лишь в силу «биологической неполноценности», отсюда – и отказ от суда присяжных и т.д. При этом Ломброзо говорит не только о душевнобольных, но и о нормальных людях, способных, по его мнению, совершить преступления. Самым занимательным в учении Ломброзо является признание им «существования особых преступных рас». По утверждению Ломброзо, эти «прирожденные преступники» столь значительно отличаются от обычных граждан и по указанным «стигматам», и по ряду психологических свойств (например, у некоторых из них Ломброзо отмечал поразительную нечувствительность к боли), что по существу представляют собой особую расу, породу людей, каждому из которых от рождения предопределено превратиться в опасного преступника.

     Идеи  и научные выводы Ч. Ломброзо, наряду с объективной критикой, несомненно, заслуживают специального изучения. Большинство их было отвергнуто как причудливые гипотезы и необоснованные обобщения. Но он был первым, кто использовал эмпирические методы для изучения причин преступности и личности преступника. Может быть, потому на некоторых криминологических исследованиях и до сих пор лежит печать антропологического принципа.³ 

     1.2. КОНЦЕПЦИЯ УМСТВЕННОЙ ОТСТАЛОСТИ ПРЕСТУПНИКОВ 

     Реальность  феномена способностей, природной одаренности  практически ни у кого не вызывала сомнений. Не являются исключением  и интеллектуальные способности. Многим криминологам эта область представлялась многообещающей в плане поиска истоков опасного преступного состояния. Еще в XIX в. Эскироль, Рей, Дагдейл исследовали проблемы умственной неполноценности и ее связь с преступным поведением. Р. Дагдейл, современник Ломброзо, проживший короткую, но яркую жизнь (1841—1883), провел оригинальное и очень интересное исследование порочной семьи, которой он дал условную фамилию Джуксы. Умственная неполноценность, передававшаяся в этой семье из поколения в поколение, шла рука об руку с преступным образом жизни. Не следует забывать, что, и по мнение Ломброзо, душевные болезни играют одну из главных ролей в этиологии преступного поведения.

     В конце прошлого века в Европе и  Америке активно стало применяться тестирование. Тест оказался достаточно эффективным инструментом оценки умственных способностей. Особенно удачным в этом отношении был признан тест Бинэ—Симона. Он был создан в 1905 г. французскими учеными Альфредом Бинэ и Теофилом Симоном. Этот тест, состоящий из большого количества вопросов разной степени трудности, позволял определить «возраст умственного развития»: предполагалось, что нормально развивающийся ребенок в определенном возрасте должен знать ответы на определенные вопросы, умственное развитие градуировалось по шестнадцатилетней шкале. Немецкий психолог В. Штерн, доработав этот тест, предложил с его помощью рассчитывать коэффициент умственного развития — I.Q. (сокращенно от «intelligence quotient»).⁴

     В 1908 г. американский криминолог, профессор университета в Огайо Генри Годдард перевел этот тест на английский язык и начал серьезное исследование умственного развития преступников. Параллельно он решил повторить и углубить примененный Дагдейлом прием монографического анализа семейных линий. В 1912 г. Годдард опубликовал исследование родословной семьи Калликаксов, основатель которой был женат дважды: в первом случае на душевнобольной женщине, во втором — на здоровой. Из нескольких поколений потомков от первого брака 143 человека были также слабоумными — они приумножили армию отбросов общества (незаконнорожденных, алкоголиков, проституток, правонарушителей). Из 496 потомков от второго брака не было ни незаконнорожденных, ни алкоголиков, ни проституток, ни преступников. Аналогичное исследование в том же году опубликовал Давенпорт.

     Выводы  из таких исследований напрашивались  сами собой:

     -зависимость  между умственной отсталостью и преступностью представлялась вполне очевидной, как и факт передачи слабоумия по наследству от поколения к поколению. Через два года Годдард опубликовал статистическое исследование заключенных: по его данным, 70% из них страдали слабоумием.

     Первый  успех окрылил ученых. Годдард  приобрел огромную популярность. Казалось, что ломброзианство получило второе дыхание. В 1915 г. он опубликовал очередную книгу «Преступник-имбецил», а в 1920 г. — «Способности человека и уровни умственного развития».

     Развивая  свои идеи, Годдард пришел к выводу, что каждый слабоумный является потенциальным  преступником. Решение загадки прирожденного  преступника казалось таким близким, да и практические выводы, которые нетрудно было сделать из годдардовской концепции, очень хорошо увязывались с набиравшей в те годы в Америке и ряде европейских стран практикой стерилизации и кастрации неполноценных членов общества. Но в то время, когда Годдард находился в зените славы, стали раздаваться сначала робкие, а потом и более настойчивые голоса, вещавшие о том, что выкладки профессора из Огайо неверны. В 1924 г. американский ученый Марчисон опубликовал в «Криминологическом журнале» небольшую статью, в которой показал, что выводить однозначную зависимость между преступностью и степенью умственного развития некорректно, так же как некорректно исходя из степени умственного развития делать выводы о способностях человека.

     В дальнейшем в этом же русле критику  оценки умственной способности представителей низших слоев общества проводили  многие ученые: психологи, социологи, криминологи. Трудное материальное положение  не позволяет детям из бедных семей  развить свои способности. Их недоразвитость оказывается следствием ненормальных условий жизни, а не генетической ущербности. Поэтому решение данной проблемы с помощью стерилизации и кастрации представлялось не только негуманным, но и неадекватным.⁵

     В 1933 г. американский исследователь Зелани выступил в поддержку Годдарда, пытаясь своими данными подтвердить его правоту о сниженном уровне интеллекта у преступников. Однако это была последняя попытка увязать преступность с интеллектуальной недоразвитостью. Окончательный удар концепции умственной отсталости преступников был нанесен последующими исследованиями, которые проводились с использованием более точных и строгих научных методик. Результаты их показали, что уровень интеллектуального развития преступников не ниже среднего уровня интеллектуальности, характерного для данного общества. От научных исследований в этой области отказались — указанное научное направление практически всеми было признано бесперспективным. 

     1.3. ТЕОРИЯ ОПАСНОГО СОСТОЯНИЯ 

     Разумеется, Ч. Ломброзо был не одинок в своих работах. У него были, есть, и, вероятнее всего, будут последователи. В числе современников великого ученого ярко выделяются Энрико Ферри и Рафаэль Гарофало. Кстати, не следует думать, будто школу Ломброзо представляли только отдельные ученые-медики, было довольно много и юристов, каковыми, собственно, и являлись Ферри и Гарофало. Они не слепо шли за Ломброзо, а пересмотрев остальные предложения его теории, дополнили ее признанием роли некоторых социологических факторов в формировании преступника. Однако и им не удалось уйти от линии антропологической школы. Ферри, например, сформулировал понятие «опасного состояния». Он, как и Ломброзо, дал определение человека, который с момента рождения предрасположен к преступлению, так называемый «преступный тип». Гарофало, вслед за Ломброзо, стремился выработать понятие преступления, не связанное с первым определением.⁶

     В «Криминологии» автор делит всех преступников на две группы: тех, кого наказание может удержать от преступления, и тех, на кого угроза наказания не оказывает заметного сдерживающего воздействия. Он выступал против отмены пожизненного заключения и против чрезмерного смягчения наказаний для лиц, совершивших жестокие и бесчеловечные преступления. В сочинениях Гарофало позитивная школа высказала свой взгляд на то, каким образом должны определяться размеры социальной обороны. Ученый разработал позитивный принцип внушаемого преступником страха (большей или меньшей опасности преступника).

     В 1891 г. во втором издании «Криминологии» Гарофало дополнил критерий внушаемого преступником страха приспособляемостью к социальной среде, установив закон, что характер наказания должен определяться степенью приспособляемости виновного, т. е. исследованием тех условий существования, при которых можно предположить, что он перестает внушать опасения. Он разработал целую карательную систему. К тому моменту уже была написана работа Чезаре Ломброзо «Преступный человек» или «Прирожденный преступник» (1876), в ней было сформулировано следующее:

     1)существуют  прирожденные преступники, то есть люди, которые от рождения склонны совершать преступления и никакое исправление их невозможно;

     2) прирожденный преступник обладает  определенными физическими (внешними) чертами, по которым его можно  распознать; (скошенный лоб, волосистость  тела, грубые черты лица).

     3) преступность передается по наследству  от родителей к детям.

     По  поводу антропометрических изысканий, Ломброзо и Гарофало отмечали, что  изучение, с одной стороны, антропологических  факторов преступления, определяя органический и психический характер преступника и влияние возраста, пола, гражданского состояния, профессии и т. д. на различного рода преступления, а с другой стороны, научное изучение опасных классов общества дадут судебной полиции и самим служителям юстиции новые и более верные вспомогательные средства для отыскания виновных. Татуировка, черты лица и очертания черепа, физио-психические сведения, новые изыскания относительно чувствительности, рефлексов, пополняя весьма важную серию средств для установления тождества личности преступника и его склонности к преступлению, будут служить главным образом к тому, чтобы отвлечь от ложных следов внимание агентов судебной полиции и судебных следователей или чтобы придать большую уверенность суду, который теперь часто бывает заранее убежден доказательствами, спешно, недостаточно и лицеприятно собранными в протоколах предварительного следствия. Гарофало отрицательно относился к институту суда присяжных, считая его судом дилетантов, не способных принять правильное решение по уголовному делу.

     Ферри писал о преступлении как о  многогранном явлении. Преступников он называл «больными» и призывал изучать  и лечить такие болезни. Гарофало пытался дать социологическое определение преступнику и преступлению. Ферри вел речь о мерах социальной защиты. Он же, оценивая различные группы причин преступлений, особое внимание обращал на социальные факторы. Так или иначе, и Ферри, и Гарофало приходят, по сути, к тем же выводам, что и Ломброзо. Потому их и рассматривают, как ярких представителей ломброзианства.

     Кстати, несмотря на многочисленные старания ученых того времени выработать понятие  преступления, не связанное с правовым определением, это сделать так никому и не удалось. Попытки антропологов дать описательную характеристику преступления (естественно, со своих позиций), равно как и аналогичные попытки представителей социологического направления, потерпели неудачу.  

     1.4. ФРЕЙДИЗМ 

     Среди исследователей, объяснявших природу  преступления биологическими особенностями  человека, несомненно, следует назвать  Зигмунда Фрейда (1865 - 1939). Взгляды этого  ученого-психиатра на преступность также относятся к области  биологических концепций. Однако фрейдизм внес нечто новое в теорию «прирожденного преступника». Если Ломброзо считал, что только некоторая часть людей рождается преступниками, то исходной позицией Фрейда явилось положение о том, что все без исключения люди рождаются преступниками (хотя большинство ими не становятся). Теория Фрейда основывается на том, будто сущность психики человека есть результат воздействия врожденных, архаичных половых и агрессивных инстинктивных импульсов. Контролирует эти инстинкты волевое образование человека. Такое образование уже выше человека, оно довлеет над ним.

     Однако, как утверждал Фрейд, определяющую роль играют инстинкты. Волевое же образование, иногда именуемое фрейдистами интеллектом, должно подавить, затормозить природные  инстинкты. Если такового не происходит, возникает невротический конфликт, внешним проявлением которого является преступление. Иначе говоря, когда контролирующий фактор не способен подавить природный инстинкт, то возникает конфликт, выливающийся в преступление. Нетрудно заметить, что данная проблема никак не увязывается с сознанием человека. Это – теория сексуальности, которая является краеугольным камнем учения Фрейда. По Фрейду, человек от природы наделен разрушительными, агрессивными инстинктами. Поэтому в основе теории Фрейда лежит образ человека, как части природы, а динамика человеческой психики объясняется иррациональными факторами. Для этого привлекаются явления и процессы, которые сами нуждаются в анализе с точки зрения человеческого поведения. Нетрудно увидеть родство этой теории с концепциями Ломброзо об атавизме. Фрейд пытался преодолеть вакуум в естественных науках, который в тот период восполнил И. П. Павлов, разработавший теорию рефлексов.

     Фрейдизм, по существу, никак не объясняет  истоки преступности. Это теория почти полностью игнорирует роль социальных факторов, отвлекает внимание от социальных причин преступности.⁷ Эта теория почти полностью игнорирует роль социальных факторов, отвлекает внимание от социальных причин преступности. Собственно, теорию Фрейда нельзя назвать криминологической. Скорее, это психология повседневной, обыденной жизни. Психология же преступного поведения при этом, по существу, не объясняется. Любые поступки людей, утверждает Фрейд, увязывая свои взгляды с преступлениями, - это рвущиеся наружу бессознательные инстинкты или влечения. В этом квинтэссенция теории Фрейда.

     Под воздействием контраргументов фрейдисты (Сонди, Александер, Штауб, Хилли, а вслед  за ними Гловер, Хилгард, Хартунг, Уайт, Бломберг) пытались утвердить свою правоту за счет различных модификаций. Именно на почве фрейдизма возникла фрустрационная концепция. В соответствии с этой теорией преступное поведение объясняется как агрессивная реакция, вызванная неудовлетворенностью инстинктивных желаний. Данная теория получила довольно широкое распространение, однако она, как показала жизнь, отнюдь не объясняет в полной мере преступное поведение.⁸

1.5. КЛИНИЧЕСКАЯ КРИМИНОЛОГИЯ 

     Клиническая Криминология - научное направление криминологии, основанное на концепции «опасного состояния» преступника, разработанной в конце XIX в. итальянскими учеными Р. Гарофало и 3. Ферри. Они отказались (и в этом была суть их концепции) от таких принципов уголовной ответственности, как ответственность при наличии вины и только за конкретное противоправное действие, отводя главную роль при назначении наказания не суду, а эксперту-клиницисту (психиатру или психологу). Клиническая Криминология предложила расширить систему неопределенных приговоров. Преступность была объявлена медицинской проблемой, за которую общество не отвечает (как за подсознательные импульсы человека). Наиболее весомый вклад в формирование этого направления внес итальянский ученый Ф. Граматика. По его мнению, уголовная политика на основе социальной защиты должна ориентироваться в большей степени на индивидуальное, а не на общее предупреждение преступности. Главная цель - выведение преступника из состояния повышенной склонности к криминалу, его перевоспитание и ресоциализация, что эффективнее защищает общество от преступлений, чем жесткие карательные меры. Активный сторонник этой. концепции французский криминолог Ж. Пинатель разработал этапы криминологической диагностики реальных и потенциальных преступников: диагностика преступных способностей; диагностика социальной неприспособленности и диагностика опасного состояния. Диагностика социальной неприспособленности, состоит, по Пинателю, в выявлении черт личности и ее поведения, касающихся профессии, физических склонностей, интеллекта, инстинктов. Опасное состояние выявляется по соотношению преступных способностей и неприспособленности к жизни. Самая серьезная форма опасного состояния - это комбинация, при которой сильны преступная способность и приспособляемость. Находящиеся в таком состоянии лица могут совершать тяжкие преступления под прикрытием социальной адаптированности, т.е. соблюдения норм и законопослушного образа жизни. Эти лица, как правило, уходят от уголовной ответственности, находя такие способы совершения преступлений, которые при максимуме выгоды сопряжены с минимумом риска. Вторая комбинация опасного состояния характеризуется высокой способностью в сочетании со слабой адаптацией. Эта форма менее опасная, так как неприспособленность этих людей к жизни обращает на них внимание окружающих. Такие лица совершают мелкие или эпизодические преступления. Еще менее серьезная степень опасного состояния - это комбинация слабых преступных способностей и низкой адаптации. Их носители составляют основной контингент тюрем. Среди таких людей много умственно отсталых и тех, кто оказывается жертвой обстоятельств. С позиции Клиническая Криминология, в процессе перевоспитания преступника необходимо улучшить его социальные реакции (снизить или устранить агрессивность, эгоцентризм), изменить установки и привычки, отношение к различным социальным фактам (в том числе избавить его от безразличия к уголовному наказанию). Методами коррекции криминальных наклонностей, практикуемыми клиницистами, помимо широко применяемого психоанализа являлись электрошок, лоботомия, таламотомия, медикаментозное воздействие, хирургические методы. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

2. ЗАДАЧА

     Н. быстро ехал на своем автомобиле по трассе. Хороший водитель, отличная машина, почему бы и не прокатиться с ветерком? Рядом сидит друг, на заднем сиденье –  жена. Субботний вечер обещал быть приятным.

     Что произошло в следующую секунду – объяснить не может. На повороте автомобиль заносит, она  врезается в дорожный столбик и слетает с трассы.. В результате аварии друг погиб, жена стала инвалидом, сам Н. получил несколько переломов.

       К какому типу относится данное преступление? Проанализируйте криминогенную ситуацию и личность преступника. Возможно ли было предотвратить данное преступление? Разработайте рекомендации по предупреждению таких преступлений.

     Решение:

         Данное преступление относится  к преступлению с неосторожной формой вины. В данном случае Н. переоценив свои водительские качества легкомысленно и безответственно отнесся к специальным правилам поведения. Соответственно к данному преступлению применима ст. 26 УК РФ, согласно которой преступление признается совершенным по легкомыслию, если лицо предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение этих последствий. Материалы различных исследований свидетельствуют, что подавляющее большинство лиц, совершивших неосторожные преступления, отрицательно относятся к общественным нормам. Их поведение характеризуется пренебрежительным отношением к тем правилам, которые общество выработало для обеспечения своей безопасности.

     Для криминологической характеристики лиц, совершивших неосторожные преступления, интерес представляют такие их признаки, как пол, возраст, образовательный  уровень, профессиональные навыки и  особенно нравственно-психологические  свойства.

     Среди лиц, совершивших неосторожные преступления, преобладают мужчины, что во многом объясняется их преимущественным участием в профессиональной деятельности, предполагающей использование техники и охрану природы.

     Неосторожных  преступников отличает преобладание среди них лиц среднего возраста. Такое положение объясняется тем, что у людей, достигших этого возраста и обладающих опытом вождения автомобиля, появляется необоснованная уверенность в возможности избежать вредных последствий при нарушении правил дорожного движения, а зачастую и пренебрежение установленными правилами. Лицам, совершившим неосторожные преступления, присущи такие качества, как эгоизм, безразличие к социальным последствиям своих решений и действий, если они представляются лицу выгодными или удобными, формальное отношение к правилам профессиональной деятельности (в том числе эксплуатации источников повышенной опасности).

     Среди условий, способствующих неосторожным преступлениям, выделяются недостатки в специальной профилактике и обеспечении неотвратимости ответственности виновных. В частности, наказуемость виновных в совершении неосторожных преступлений значительно ниже, чем виновных в умышленных деяниях, не только потому, что многие неосторожные преступления остаются латентными, но и потому, что выявленные нарушители часто уходят от ответственности.

     Основные причины неосторожных преступлений обусловлены противоречиями между субъектом их совершения и объективными обстоятельствами (ситуацией, конкретными орудиями труда, техническими средствами и т.п.). В то же время сами отмеченные дефекты личности неосторожного преступника, опасные свойства ситуаций и орудий кроются в общесоциальных причинах и условиях преступности в целом: политическом и экономическом кризисе, деформации общественного и индивидуального сознания, дезорганизации общественной жизни.

     Для предупреждения неосторожных преступлений большое значение имеют такие  общесоциальные мероприятия, как укрепление трудовой и общественной дисциплины, усиление борьбы с пьянством и  алкоголизмом, расширение и совершенствование правового, экологического, антиалкогольного воспитания. Они помогают устранять различные несовершенства в технологии производства, недостатки в планировании, управлении, организации контроля, подготовке и подборе кадров, способствующие совершению неосторожных преступлений, а также ограничивают и делают возможной ликвидацию тех криминогенных деформаций групповой и индивидуальной психологии, которые являются причинами данных преступлений.

     Важную  роль в борьбе с неосторожными  преступлениями играют и меры специальной профилактики. К их числу относятся: разработка и внедрение новых, наиболее эффективных средств и правил техники безопасности и охраны природы; совершенствование законодательства об ответственности за неосторожные преступления и иные создающие для них почву «фоновые» правонарушения; улучшение организации и методики работы контролирующих органов, органов расследования и судебного разбирательства дел о неосторожных преступлениях различных видов, прокурорского надзора за исполнением законов об охране труда, охране окружающей среды. Индивидуальная правовоспитательная работа с лицами, склонными к совершению неосторожных преступлений, обеспечение общего и специального превентивного эффекта занимают важное место в деятельности правоохранительных органов.