Квалификация преступления как совершенного в состоянии аффекта

ГЛАВА 3. ПРАКТИКА ПРИМЕНЕНИЯ СТАТЕЙ, ПРИЗНАЮЩИХ

АФФЕКТИВНОЕ СОСТОЯНИЕ  СМЯГЧАЮЩИМ

ОБСТОЯТЕЛЬСТВОМ ПРИ  СОВЕРШЕНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

3.1. Квалификация  преступления как совершенного  в состоянии 

аффекта

Квалификация  преступления, предусмотренного ст. 107 УК РФ, представляет нередко определенные трудности, о чем может свидетельствовать статистика: в 26,2% случаев совершения убийств в состоянии аффекта преступнику было предъявлено обвинение по ст. 107 УК РФ, причем в 62,2% случаев ошибочная квалификация содеянного была исправлена судом при вынесении приговора, а в 11,6% случаев подобная ошибка, допущенная в приговоре, была исправлена вышестоящей судебной инстанцией¹.

Уголовная ответственность  в случаях совершения этого вида убийства смягчается с учетом психического состояния виновного в момент совершения преступления, обусловленного поведением потерпевшего.

Состояние сильного душевного волнения - физиологический  аффект - представляет собой стремительный  и бурно протекающий эмоциональный  процесс, который может дать не подчиненную сознательному волевому контролю разрядку в действии. Аффекты по преимуществу связаны с шоками-потрясениями, выражающимися в дезорганизации психической деятельности. Аффективное состояние проявляется в заторможенности поведенческих актов. В состоянии аффекта человек теряет голову. Поэтому при аффекте в определенной мере может быть нарушен сознательный контроль в выборе действия, которое как бы вырывается у человека и не вполне регулируется им.

Убийство, ответственность  за которое предусмотрена ст. 107 УК, относится к разряду преступлений, совершенных при смягчающих обстоятельствах. Уголовная ответственность в данном случае обусловлена тем, что, в конечном счете, у виновного не наступает глубокого помрачения сознания и частично сохраняется самообладание и возможность сдерживать себя, несмотря на наличие повода, вызвавшего бурную эффектную реакцию. Этим физиологический аффект отличается от аффекта патологического, исключающего вменяемость лица. Для решения вопроса о том, совершено ли деяние в состоянии физиологического или патологического аффекта, назначается комплексная психолого-психиатрическая экспертиза. Вместе с тем ее заключение не имеет для суда обязательной силы; суд должен делать вывод о соответствующей квалификации действий виновного лица на основании всей совокупности добытых доказательств по делу. Поводом для назначения судебно-психологической экспертизы является наличие в действиях обвиняемого признаков физиологического аффекта - эмоционального перевозбуждения, выразившегося в импульсивном преступном поведении непосредственно после действий потерпевшего.

Закон, учитывая это, признает аффект обстоятельством, смягчающим ответственность, или обстоятельством, влияющим на квалификацию состава преступления. Перед судебно-психологической экспертизой ставится один вопрос: находилось ли лицо в момент совершения противоправного поступка (действия или бездействия) в состоянии физиологического аффекта, спровоцированного действиями потерпевшего?

Поскольку физиологический  аффект нельзя воспроизвести повторно, его экспертное исследование осуществляется ретроспективным методом - анализом остаточных, следовых явлений.

Представляемые  эксперту-психологу материалы уголовного дела должны быть достаточными для: 1) анализа  личностных особенностей обвиняемого; 2) определения причин возникновения аффекта; 3) определения начального момента возникновения данного эмоционального состояния в ситуации взаимодействия обвиняемого с потерпевшим; 4) реконструкции динамики развития и угасания данного состояния².

Так, например, О. признан виновным в том, что 11 февраля 2009 года в г. Александрове Владимирской области совершил убийство Б.

Преступление  совершено при следующих обстоятельствах.

11 февраля 2009 года, около 14.00 час, на территории  автостоянки ЧП "О.", расположенной у дома <...>, О. после применения к нему, его брату О.Я. и Н. со стороны К.В., С., Е. (осужденных приговором Александровского городского суда Владимирской области от 26 июля 2008 года), М., К.С., Б. и двух не установленных следствием лиц (уголовное дело в отношении которых выделено в отдельное производство) насилия, добежал до автомашины "Пежо", на которой он приехал на автостоянку, достал из салона гладкоствольное 5-зарядное охотничье ружье "Бекас-2" и с целью прекращения противоправных действий со стороны нападавших произвел в их сторону два предупредительных выстрела. После чего О. из чувства мести за причиненные ему, его брату и Н. телесные повреждения стал преследовать убегавших с территории автостоянки К.В., С., Е., М., К.С., Б. и других не установленных следствием лиц, умышленно с целью убийства Б. произвел в его сторону еще два выстрела из своего ружья, причинив Б. телесные повреждения в виде огнестрельных дробовых слепых ранений спины, левой поясничной области, левой ягодицы и обеих нижних конечностей, одно из которых проникло в правую плевральную полость со сквозным ранением правого легкого и гемотораксом 100 мл. причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Продолжая свои преступные действия, О. подбежал к лежавшему на снегу рядом с территорией автостоянки Б. и умышленно, с целью доведения до конца своего умысла на убийство потерпевшего, произвел еще один выстрел из ружья в голову Б., в результате чего последнему были причинены телесные повреждения в виде огнестрельных дробовых слепых ранений лица и головы с разрушением костей лицевого скелета, костей основания черепа и вещества головного мозга, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, повлекшие смерть потерпевшего.

Из заключения повторной  амбулаторной судебной расширенной комплексной психолого-психиатрической экспертизы следует, что наблюдавшиеся у О. в течение длительного периода времени после случившегося признаки эмоционального возбуждения, полное запамятование событий в столь длительный временной интервал также не характерны для состояния аффекта. Вместе с тем в момент совершения инкриминируемого О. деяния он находился в состоянии эмоционального возбуждения, не достигшего степени выраженности аффекта, обусловленного действиями группы лиц, среди которых был потерпевший, субъективной неожиданностью агрессивного характера их поведения, субъективно воспринимавшегося им как реальная угроза его собственной жизни, а также сформировавшимся в этой ситуации представлением о том, что его брат погиб, при повышенной ценностно-смысловой значимости семейных отношений с выраженной эмоциональной привязанностью к брату, а также чувством вины за происходящее.

При таких обстоятельствах  Президиум пришел к выводу, что  в отношении осужденного О. и  близких ему людей было применено насилие, признанное судом преступлением, со стороны группы лиц, среди которых находился потерпевший Б. и характер этого насилия внезапно вызвал у О. сильное душевное волнение, в состоянии которого он и совершил убийство Б³.

Как видно из приведенного примера, уголовно-правовая квалификация аффекта предполагает, во-первых, оценку его источника; во-вторых, оценку его внезапности; и в-третьих, оценку его интенсивности.

Для наличия  состава преступления, предусмотренного ст. 107 УК, необходимо, чтобы аффект был вызван либо насилием, издевательством или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего, либо иными противоправными или аморальными действиями (бездействием) потерпевшего, либо длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего.

Под насилием следует понимать как физическое насилие (побои, телесные повреждения, истязание, лишение свободы), так и угрозу применения такого насилия. Аффект должен быть обусловлен насилием, т.е. между ним и действиями виновного должна иметь место причинная связь. Под издевательством следует понимать длящиеся насильственные действия, характеризующиеся особым цинизмом. Глагол "издеваться" в русском языке означает "обращаться с кем-либо крайне оскорбительно, подвергая всевозможным унижениям, причиняя физические страдания". Как насилие, так и издевательство могут проявляться в психическом давлении и в угрозе расправы или оглашения каких-либо существующих или вымышленных сведений, компрометирующих виновного либо других лиц, в судьбе которых виновный заинтересован.

Под тяжким оскорблением следует  понимать грубое унижение чести и  достоинства личности, носящее в  отличие от издевательства разовый  характер, которое явилось достаточным  поводом для возникновения аффекта. К примеру, под тяжким оскорблением может понимаьтся грубое унижение чести, достоинства человека, которое можно считать достаточной причиной для возникновения аффекта.

При оценке тяжести оскорбления  следует учитывать индивидуальные особенности виновного в убийстве: болезненное состояние, постигшее горе, состояние беременности и т.д. В частности, Верховный Суд РФ отметил, что возникновению состояния аффекта у виновного способствовали особенности его личности (активная позиция, ранимость, теплые доверительные отношения с сестрой, потребность защищать и оберегать ее, ориентация на принятые нормы поведения).

Объектом насилия, издевательства или тяжкого оскорбления  со стороны потерпевшего при убийстве в состоянии аффекта могут  выступать как виновный, так и  его близкие.

К иным противоправным или аморальным действиям (бездействию) следует относить случаи причинения имущественного ущерба, нарушения права  пользования имуществом, факты самоуправства, отказ вернуть долг, супружескую  измену, обман и лицемерие и  т.п. Как вытекает из анализа судебной практики, противоправными и аморальными являются такие действия (бездействие) потерпевшего, которые нарушают нравственные нормы. При этом известность виновному о безнравственном поведении потерпевшего не исключает состояния аффекта при очередном совершении аморальных действий.

В диспозиции ч. 1 ст. 107 УК говорится также о длительной психотравмирующей ситуации, возникшей  в связи с систематическим  противоправным или аморальным поведением потерпевшего. Этот источник возникновения состояния аффекта тесно связан с предыдущим, поскольку травмирование психики происходит в результате систематического противоправного или аморального поведения потерпевшего. Как указывается в судебной практике, длительная психотравмирующая ситуация представляет собой постепенное накопление психической напряженности во взаимоотношениях в результате поведения потерпевшего, когда последнее событие или совершенное им переполняет чашу терпения и внезапно вызывает сильное душевное волнение. Так, по протесту Председателя Верховного Суда РФ Президиум Новгородского областного суда протест удовлетворил и переквалифицировал действия И. со ст. 105 на ч. 1 ст. 107 УК РФ.

По делу было установлено, что в течение совместной жизни  Р. неоднократно избивал И., угрожал  ей убийством, часто выгонял из дома, продавал ее вещи для покупки спиртного. В день события он опять оскорблял И. нецензурно, угрожал убийством. В порыве гнева в связи с постоянным издевательством Р. она нанесла ему два удара ножом по горлу. Президиум областного суда признал, что И. совершила убийство в состоянии аффекта, вызванного длительной психотравмирующей ситуацией и очередными оскорблениями и угрозами со стороны Р⁴.

Данное положение  ст. 107 УК РФ даже стало предметом  обращения в Конституционный  Суд РФ. Гражданин А.Г. Хромов, признанный потерпевшим по уголовному делу о преступлении, предусмотренном частью первой статьи 107 "Убийство, совершенное в состоянии аффекта" УК Российской Федерации, в своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации оспаривал конституционность данной статьи. Заявитель утверждал, что эта статья, содержащая обширный перечень неопределенных по своему характеру признаков аффекта, узаконивает тем самым преступления против жизни, что противоречит статьям 20 (часть 1) и 55 (часть 2) Конституции Российской Федерации, а формулировка понятия аффекта, как защищающая честь и достоинство виновного в совершении преступления, предполагает виновность лица, погибшего в результате преступления, тем самым оскорбляя его честь и достоинство, а также честь и достоинство его близкого родственника, признанного потерпевшим по уголовному делу, что нарушает их права, гарантированные статьями 17 (часть 3) и 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации.

Однако, Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не нашел оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению, мотивировав это тем, что данная норма, вопреки утверждению заявителя, устанавливает, а не устраняет уголовную ответственность за преступление против жизни и содержит вполне определенный перечень признаков аффекта. В ходе судебного разбирательства наличие признаков аффекта наряду с иными признаками состава данного преступления должно быть соответствующим образом доказано. Доказыванию в соответствии со статьей 73 УПК Российской Федерации подлежит и противоправность либо аморальность действий потерпевшего. Осуществляемое судом установление данных обстоятельств в ходе уголовного судопроизводства направлено на обеспечение баланса интересов стороны обвинения и защиты, реализацию ими своих прав и не может рассматриваться как умаление чьих-либо чести и достоинства⁵. Таким образом, констатация в ходе расследования факта предшествующего преступлению противоправного (аморального) поведения потерпевшего никоим образом не должна расцениваться как дискредитация потерпевшего.

Для квалификации убийства по ст. 107 УК необходимо установить, что аффективная насильственная ответная реакция виновного имела  место внезапно, т.е. мгновенно и  неожиданно, при отсутствии разрыва во времени между действиями (бездействием) потерпевшего (или получением сведений о них), вызвавшими сильное душевное волнение виновного, и убийством.

Однако следует  отметить, что незначительный разрыв во времени между поведением потерпевшего, спровоцировавшим убийство, и убийством не исключает возможности квалификации содеянного по ст. 107 УК. При определении продолжительности разрыва во времени между обстоятельствами, вызвавшими сильное душевное волнение, и убийством, следует учитывать конкретные особенности дела. Длительный промежуток времени между обстоятельствами, вызвавшими сильное душевное волнение, и убийством исключает применение ст. 107 УК. К примеру, в деле К. (где имела место длившаяся от 15 до 30 мин. драка, инициированная погибшим), Верховный Суд РФ не констатировал у виновного состояния аффекта, поскольку в ходе драки К. убегал в квартиру за ножом, которым впоследствии совершил убийство; как счел суд, это свидетельствовало о том, что К. действовал не импульсивно, а вполне осознанно, с заранее обдуманным намерением⁶.

Наконец, для  квалификации убийства по ст. 107 УК следует  установить, что аффективная реакция  была сильной, т.е. в значительной мере ограничивала сознательный контроль в  выборе действия и возможность руководить им. При этом состояние аффекта не исключается, даже если сразу после совершения преступления в состоянии аффекта лицо приходит в себя и ведет себя нормально. Так, М. признана виновной в том, что 23 февраля 2010 года в ходе ссоры с ФИО, возникшей на почве неприязненных отношений, нанесла ему один удар ножом в живот. От полученного телесного повреждения потерпевший скончался.

В кассационной жалобе осужденная М. не согласилась  с выводами суда об умышленном характере  своих действий, поскольку потерпевший  стал оскорблять ее и несколько раз ударил, в том числе по ноге в месте перелома. Она потеряла равновесие, наклонилась спиной на кухонную раковину. ФИО стал поднимать ее и наткнулся на нож, находившийся у нее в руке. Считает, что совершение преступления обусловлено противоправным поведением потерпевшего. В течение длительного времени она находилась в психотравмирующей ситуации. В данной ситуации, проанализировав обстоятельства дела, кассационная инстанция квалифицировала действия М. как убийство в состоянии аффекта⁷.

Также было переквалифицировано  со ч. 1 ст. 105 на ч. 1 ст. 107 УК РФ убийство, совершенное П. Как было установлено, П. после распития спиртного в  доме К. отказалась совершить с ним  половой акт. Тогда он затащил  ее в спальню и, угрожая ножом, предложил совершить действия сексуального характера. П., боясь К., выполнила его требование, но, поскольку делать этого не хотела и была крайне возмущена и взволнована, взяла со стола нож и нанесла удар К. в живот. Что было дальше, она не помнит.

Суд признал, что П. совершила убийство в состоянии сильного душевного волнения, вызванного издевательством и тяжким оскорблением со стороны К. Разрыв во времени между тяжким оскорблением и совершением убийства отсутствует, что подтверждается внезапностью действий И⁸.

Субъективная сторона убийства в состоянии аффекта характеризуется прямым или косвенным внезапно возникшим умыслом. Убийство в состоянии аффекта следует отличать от простого убийства на почве личных неприязненных отношений или квалифицированных видов убийств, когда противоправное или аморальное поведение потерпевшего (реальное или надуманное) является всего лишь прикрытием заранее обдуманного умысла.

Володина осуждена за убийство потерпевшей Ч. из корыстных  побуждений, совершенное 4 февраля 2009 года. В сентябре и октябре 2008 года она заняла у Ч. в общей сложности <...> рублей под <...> ежемесячно. В конце 2008 - начале 2009 года у нее возникло много проблем, в том числе и финансовые. 2 февраля 2009 года она должна была отдать потерпевшей <...> рублей. 3 февраля она отдала Ч. <...> рублей и обещала отдать оставшуюся сумму на следующий день. Каких-либо мер к отысканию нужной суммы не предпринимала. 4 февраля 2009 года она заехала за потерпевшей. По пути она сообщила Ч., что у нее нет требуемой суммы. Потерпевшая стала ее оскорблять, требовала вернуть деньги. Она (осужденная) набросила на шею Ч. веревку и задушила ее. Труп отвезла в гараж, снятый в аренду накануне, где захоронила.

Суд пришел к  выводу, что отсутствуют данные о том, что потерпевшей были совершены какие-либо противоправные, аморальные или иные действия, которые могли были вызвать у осужденной состояние внезапно возникшего сильного душевного волнения, а действия Володиной по приготовлению орудия преступления, места для захоронения трупа и другие, свидетельствуют, что убийство было заранее запланированным.

Согласно акту комплексной судебной психолого-психиатрической  экспертизы осужденная сознавала фактический  характер и общественную опасность  своих действий и могла руководить ими. В момент совершения преступления находилась в состоянии эмоционального возбуждения, которое не достигло глубины аффекта.

Компетенция экспертов  у суда не вызывала сомнения, их заключение подтверждается материалами дела, поэтому  суд обоснованно признал Володину вменяемой в содеянном. В связи с чем оснований для проведения дополнительной судебной психолого-психиатрической экспертизы не было. Исходя из этого, действия Володиной квалифицированы по п «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ⁹.

3.2. Предложения по совершенствованию  российского уголовного

законодательства

Исходя из изложенного  ранее, можно согласиться с точкой зрения о том, что при проведении судебно-психологической экспертизы любому недостаточно квалифицированному либо, мягко говоря, не совсем добросовестному эксперту-психологу под давлением или по просьбе заинтересованных лиц не составит особого труда написать заключение о наличии у подсудимого в момент совершения им тяжкого преступления "выраженного эмоционального напряжения или возбуждения", которое "существенно повлияло на его сознание и поведение", и признать его состояние в момент совершения убийства аффектом со всеми вытекающими из этого уголовно-правовыми последствиями. В свою очередь суд, имея такое заключение об эмоциональном возбуждении или о выраженном эмоциональном напряжении у подсудимого в момент совершения умышленного убийства при отягчающих обстоятельствах, получит необоснованно широкую возможность квалифицировать его совершенным в "состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта)" и определять наказание виновному по ст. 107 УК при отсутствии аффекта как такового¹⁰.

Проблемы, возникающие  при квалификации, во многом объясняются  несовершенством уголовно-правовой нормы, стремление упростить уголовно-правовую норму привело к неточному  истолкованию известного психологического понятия - аффекта. В связи с этим в теории уголовного права и судебной практике нет единства в понимании физиологического аффекта, хотя последний представляет конкретное психологическое понятие, которое имеет свои ощутимые границы, присущие только этому психическому состоянию типические признаки. В связи с этим было бы целесообразным исключить из уголовно-правовой нормы, предусматривающей ответственность за аффектированное убийство, термин "внезапно возникшее сильное душевное волнение" и оставить термин "аффект". Это избавит от терминологической неупорядоченности и приведет к правильному и единообразному применению данной уголовно-правовой нормы. Под аффектом в уголовно-правовой науке следует понимать состояние, возникающее в ответ на острую психотравмирующую ситуацию, стремительно протекающее, исключительно бурное, сильное, изменяющее течение эмоциональных, волевых и интеллектуальных процессов, проявляющееся в концентрации внимания на личностно значимых переживаниях, во временной дезорганизации сознания с нарушением целостности, адекватности восприятия действительности и места в ней, характеризующееся ограничением возможности и способности выбора приемлемого варианта поведения.

Исходя из этого, представляется разумным изложить ч. 1 ст. 107 УК РФ следующим образом:

«Убийство, совершенное  в состоянии аффекта, вызванного насилием, издевательством или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего либо иными противоправными или  аморальными действиями (бездействием) потерпевшего, а равно длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего…»

А также добавить примечание к ст. 107 УК РФ, в котором  указать следующее:

«Под аффектом в статьях настоящей главы  следует понимать состояние, возникающее в ответ на острую психотравмирующую ситуацию, стремительно протекающее, исключительно бурное, сильное, изменяющее течение эмоциональных, волевых и интеллектуальных процессов, проявляющееся в концентрации внимания на личностно значимых переживаниях, во временной дезорганизации сознания с нарушением целостности, адекватности восприятия действительности и места в ней, характеризующееся ограничением возможности и способности выбора приемлемого варианта поведения».

¹Обзор судебной статистики Верховного Суда РФ за 2011 год http://www.vsrf.ru/Show_pdf.php?Id=7794 {электронный документ} дата обращения 20.02.2012

² Еникеев М.И. Судебно-психологическая экспертиза в уголовном судопроизводстве // Юридическая психология. 2009. N 1. С. 16

³ Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 28.12.2009 N 674п05// СПС «Консультант Плюс» (документ опубликован не был)

⁴ Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за 3 квартал 2011 года http://www.vsrf.ru/images/content/obzor/УК_11-01нп.doc {электронный документ} дата обращения 20.02.2012

⁵ Определение Конституционного Суда РФ от 29.01.2009 N 69-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Хромова Александра Георгиевича на нарушение его конституционных прав статьей 107 Уголовного кодекса Российской Федерации и определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации" // СПС «Консультант Плюс» (документ опубликован не был)

⁶ Цит. по: Есаков Г.А., Рарог А.И., Чучаев А.И. Настольная книга судьи по уголовным делам / отв. ред. А.И. Рарог. М.: Велби, Проспект, 2007. С. 71

⁷ Определение Пермского краевого суда от 29.06.2010 по делу N 22-4563// архив Пермского краевого суда

⁸ Определение Пермского краевого суда от 09.02.2011 по делу N 22-1726 // архив Пермского краевого суда

⁹ Определение Верховного Суда РФ от 04.03.2010 N 24-О10-3 // СПС «Консультант Плюс» (документ опубликован не был)

¹⁰ Романов В.В., Панова М.Н. Толкование понятия "аффект" при расследовании преступлений против жизни и здоровья: о серьезных последствиях терминологической путаницы // Российская юстиция.  2010. N 6. С. 24