Великая Хартия Вольностей 1215 г. и возникновение английского парламента

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

РОССИЙСКИЙ  ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТОРГОВО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ  УНИВЕРСИТЕТ 
 

Юридический факультет 

Кафедра теории и истории государства  и права 
 
 
 
 
 

Контрольная работа по дисциплине

«ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАН» 
 
 

Тема

Великая Хартия Вольностей 1215 г. и возникновение  английского парламента 
 

Выполнил  студент 1 курса,

12-ЮФ группы, заочное отделение,

Кругляков Е.В. 

Проверил  ___________________________________________

уч.степень, звание, Фамилия И.О. преподавателя 

Поступила на кафедру _______________ 
 
 
 
 
 
 
 
 

Москва 
2010

      ПЛАН  РАБОТЫ

     Принятие Иоанном  Безземельным в 1215 г. Великой Хартии Вольностей (Magna Carta) стало настоящей вехой в истории английского права. Хартия закрепила переход от абсолютной монархии к ограниченной монархии. Стоит отметить, что среди историков и исследователей есть несколько мнений относительно социально – экономической значимости данного документа: с одной стороны, Великая Хартия Вольностей явилась первым источником, письменно закрепившим неотъемлемость прав и защищенность прав для человека (право на свободу, право на жизнь, прочее), с другой стороны,  Хартия носила сословную направленность, а именно, в основном выражала интересы, набравшего к тому времени силы, баронства и духовенства.

     Хартия  написана на латинском языке сплошным текстом, но исследователи данного документа сошлись во мнении, что она может быть условно разделена на введение (преамбула) и 63 статьи, описывающими следующие основные идеи: 

• свободная церковь;
• феодалы держат землю непосредственно от короля;
• равные права феодалов;
• закрепление правового положения городов, купцов и регулирование торговли;
• реформа правовой системы и отправления правосудия;
• контроль за королевскими должностными лицами на местах;
• статус королевских лесов и охота в них;
• решение неотложных дел, например, связанных с королевскими иностранными наемниками;
• гарантии соблюдения Хартии - специальный совет из 25 баронов, имевший право  объявить войну любому королю, пришедшему на смену Иоанну Безземельному в случае грубых нарушений Великой Хартии Вольностей.

     Целью данной работы является теоретическое исследование появления и значения Великой Хартии Вольностей для английского государства. В соответствии с обозначенной целью автор в контрольной работе  ставит следующие задачи:

1. сжато осветить социально – экономическое положение Англии в период с нормандского завоевания и до начала 13 века;
2. представить политические и социально – экономические предпосылки подписания королем Иоанном Безземельным Великой Хартии Вольностей;
3. провести исследование текста Хартии;
4. обозначить значение данного документа в развитии английского права и возникновения английского парламента;

     Теоретико-методологическую основу написания контрольной работы составляют труды следующих ученых и исследователей: Петрушевский Д.М., Гутнова Е.В., Жидков О.А., Барг М.А., Батыр К.И. и другие.    

     Структура работы обусловлена целью и  задачами исследования. Работа состоит из плана работы, введения, основной части, заключения, списка использованной литературы. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Основная  часть 

1. Нормандское завоевание и его значение в английской истории

      В истории европейских обществ едва ли можно указать внешнее событие, которое бы имело такое глубокое, определяющее значение для всей последующей истории

государства, как нормандское завоевание, отдавшее англо-саксонскую страну в руки нормандского герцога и его дружины. Завоевание оказало огромное влияние на эволюцию истории Англии. В 1066 году Нормандский герцог Вильгельм Завоеватель с огромным войском высадился на остров и, разгромил англосаксонскую армию. 
Сопротивлявшаяся завоеванию англосаксонская знать была большей частью уничтожена. Англия была завоевана. Именно с этим завоеванием связано окончательное утверждение феодализма в Англии. Завоеватели, конфисковали у англосаксонской знати землю, значительную часть этой земли включили в королевский удел, а остальную — распределили между собой. Землю сохранили лишь представителям англосаксонской знати, которые согласились служить Вильгельму. Земли, которые раздавались Вильгельмом своим приближенным — вассалам в качестве лена, не составляли компактной территории, а были расположены, как правило, в разных районах страны.      

      В 1086 году Вильгельм объявил себя верховным  собственником всей земли и потребовал от свободных землевладельцев принесения ему присяги на верность, что делало их непосредственными вассалами  короля. В отличие от порядков, царивших на континенте, вассалы короля обязаны были ему не только военной службой, но и денежными взносами. Указанные обстоятельства усиливали власть короля и его администрации в отношении баронов. К тому же львиную долю добычи (одну седьмую всех земель Англии) король оставил себе. Ни один из вассалов не мог сравниться с ним по богатству. Продолжалось укрепление королевской власти среди народа. Вражда между нормандскими баронами и англосаксонской знатью, светскими и духовными феодалами создавало иллюзию, что король является защитником народа от притеснений феодалов.

      С середины XII в. указанные факторы  централизации, вытекающие, в значительной мере, из завоевания, стали дополняться глубокими внутренними социально - экономическими процессами, которые сами объективно содействовали дальнейшему укреплению государственного единства и сильной королевской власти.

      До  нормандского завоевания население Англии было преимущественно занято земледелием и скотоводством. Благодаря связям с Нормандией в стране начало развиваться ремесло и торговля, наметился рост городов. В городах стали формироваться группы ремесленников и купцов. Большинство городов находилось на земле, принадлежащей королю. Во главе таких городов стояли чиновники короля, осуществлявшие руководство городским судом, следившие за сбором налогов и безопасностью в городе. В начале XII века многие города в упорной борьбе добились хартий свобод, предоставлявших им самоуправление. 

      Развитие  товарно-денежных отношений приводило к разложению крупных вотчин, росту прослойки мелких рыцарей, горожан и одновременному подрыву экономического могущества крупных феодалов. Таким образом, происходило постепенное увеличение численности и экономической роли союзников сильной королевской власти, обусловившее известную слабость и непоследовательность позиции феодальной знати.  Более того, следует отметить начавшийся процесс складывания своеобразного политического союза рыцарства, горожан, верхушки свободного крестьянства. Все эти социальные группы обычно выступали единым фронтом как в столкновениях с феодальной аристократией, так и при оппозиционных выступлениях против королевской власти, когда традиционный союз с ней временно нарушался. Складыванию такого союза способствовало сближение указанных социальных слоёв в экономическом, а также – и это важная особенность развития Англии – в правовом отношении. Мелкие рыцари, горожане, свободное крестьянство наряду с крупными феодалами, юридически являлись “свободными держателями земли”- фригольдерами (англ. free hold - свободное держание). Фригольд был с формально-юридической точки зрения лишён признаков классовой и даже сословной принадлежности: он был универсальной формой юридического признания феодального землевладения. Среди разновидностей фригольда выделялись военно-рыцарское держание, которое после введения института “щитовых денег” стало доступно не только рыцарям, свободный сокаж – держание за ренту, служилое держание – сержантерия, держание по городскому праву – бургаж, церковное держание – на “свободной милостыне”. Конечно, за формальной общностью “держаний свободных людей” скрывались довольно острые классовые противоречия. Однако в целом социальная база феодальной монархии с сильной властью короля в Англии была не просто более широкой, чем впоследствии на континенте, но и более сплочённой, однородной.

Вильгельм требовал от своих нормандских сподвижников такого же подчинения, как и от своих новых подданных, облагал их земли таким же налогом, как и земли англосаксов. Такая их нивелировка представлялась нормандцам посягательством на их законные права и вольности, но их притязания шли вразрез с интересами социально зависимой от них свободной и несвободной массы и короля. Это порождало основу для солидарности между англосаксонской массой и королевской властью нормандских королей, так как торжество континентального феодализма в Англии означало бы торжество необузданного произвола.

      Союзницей королевской власти была и английская церковь, очень многим обязанная Вильгельму Завоевателю, который наделил её огромными материальными средствами и особой юрисдикцией, до тех пор сливавшейся с юрисдикцией общегосударственного учреждения. И для неё королевская власть являлась естественной союзницей в виду агрессивных тенденций светских феодалов.

      Таковы  были политические и социальные особенности положения, существовавшего в Англии и во многом обусловленного нормандским завоеванием. Как мы видим, этот чисто внешний факт отразился на внутреннем строе англосаксонского общества и направил его развитие по очень оригинальному пути, особенностью которого являлся синтез широкой государственности и феодализма.

2. Судопроизводство и политический кризис начала XIII века в преддверии подписания Великой Хартии Вольностей

     После нормандского завоевания в Англии сохранились судебные порядки и обычаи англосаксонских времен: вызов на суд, личное обвинение, соприсяжничество, испытание в виде ордалии, поручительство соседей или клана, объявление преступника изгоем и «вне закона». В отношении движимых имуществ также полностью были сохранены правила англосаксонского права. Влияние новой монархии было еще слабым, чтобы подчинить себе и переустроить юстицию разных областей страны. Для некоторой степени единообразия Вильгельм Завоеватель предписал придерживаться «хороших и испытанных законов Эдуарда Исповедника». Не бароны, а только шерифы, полицейские чиновники, поставленные королем во главе округов, распоряжались местными делами. Суд вершился в собраниях сотен и графств под председательством шерифов и вице-графов на основании местных обычаев. Судьями выступали исключительно свободные землевладельцы. 
              Сохранились и вотчинные суды в отношении вассалов и зависимого населения. Дела семейные подлежали праву и юрисдикции церкви. С приходом к власти Генриха II (1154-1189) была принята судебная реформа. Королевская юстиция получила преобладание на всей территории государства. Судебная реформа Генриха II тесно связанна со всей его централизаторской политикой. Главное направление реформаторской деятельности Генриха II шло по линии укрепления государственной юрисдикции за счет ограничения судебно-административной власти крупных феодальных собственников. Централизация суда была достигнута: во-первых, возможностью рассмотрения дела по выбору истца не только земскими, но и королевскими странствующими судьями, во-вторых, учреждением центральных официальных судов под властью короля. Странствующие (разьездные) судьи не были нововведением, они появились еще до реформы, с 1130-х гг. известны разъездные судебные комиссары. Но лишь с 1166 г. институт таких судей стал постоянным. Первоначально они представляли комиссии из баронов и прелатов, которым поручалось расследовать обвинения против шерифов. С конца XII в. в их компетенцию были включены уголовные дела, дела, связанные с созывом ополчения. В центральных официальных судах под властью короля расследование производилось через свидетелей, дававших показания под присягой, и это было, конечно, шагом вперед. Разъездные судьи принадлежали к учреждению, которое возникло при 
Генрихе II, к «суду королевской скамьи». В противоположность ему был создан суд с постоянным местопребыванием в столице — так называемый суд общих тяжб. Постоянным судебным ведомством стал королевский суд в Вестминстере (suria regus). Для обсуждения запросов судебных комиссаров было назначено 5 постоянных судей. Со временем при суде сложился свой персонал, установилась коллегиальная практика обсуждений. В конце XII в. обособилось гражданское отделение суда. Для укрепления своего контроля над административными округами в 1181 году король подписал ассизу (указ) о вооружении: с момента ее подписания каждый свободный человек Англии был обязан согласно своего имущественному положению приобрести вооружение. Таким образом, согласно этому указу король получал двойную выгоду. Во-первых, было воссоздано ополчение, что являлось нерегулярной армией короля, во-вторых эта армия не была ограничена 40 дневным сроком службы, находилась в административном округе под руководством королевского чиновника - шерифа, что позволяло при необходимости противопоставить и использовать ее против ополчения строптивых вассалов. Королевская казны также была укреплена введением новых налогов 
«щитовых денег» и тальи. При этом «щитовые деньги» реально имели более широкое значение для короля, чем пополнение казны. Этот налог стали взыскиваться с феодалов взамен обязательной военной службы, которая к тому же была ограничена коротким сроком. На эти деньги король нанимал на военную службу рыцарей, приобретая тем самым с одной стороны профессионалов военного дела, с другой стороны избавляясь от излишней зависимости со стороны баронов. Все это лишала знать возможности влиять на короля.

     Разнообразные привилегии — экономические и  политические, которые короли и особенно наследник Генриха II Ричард Львиное  Сердце охотно продавали, способствовали росту английских городов. Тем не менее, бароны Англии, действуя в союзе с церковью, опасавшейся за свои исключительные привилегии, не отказались от попыток поставить короля и его аппарат под свой контроль.

     Отношения между феодальной знатью Англии и королем обострились при Иоанне Безземельном, неудачными войнами и еще более тяжелыми поборами, доведшим страну до разорения, а подданных до бунта. Весьма возможно, что баронам не удалось бы поднять против становившегося невыносимым политического режима восстание, если бы им не помогло одно чрезвычайно важное по тем временам обстоятельство. Столкновение короля с церковью и вызов, который он не побоялся бросить главе католического мира, решили его участь, развеяв последние остатки того морального престижа, который не смогли ещё сокрушить все его беззакония.

     Поводом к столкновению послужил вопрос о  замещении Кентерберийской кафедры, ставшей вакантной в 1205 году. Папа не утвердил кандидатов, выставленных королём, и назначил в 1207 году архиепископом одного из своих кардиналов, Стефана Лэнгтона. Иоанн отказался признать нового архиепископа, и через 2 года был отлучён от церкви. Иоанн повелел конфисковать все церковные владения в королевстве и фактически поставил английскую церковь вне закона. В 1211 году папа формально освободил всех англичан от верности и подданства королю и под страхом наказания запретил им иметь с ним какое бы то ни было общение. Не довольствуясь этим,  Иннокентий III и вовсе низложил Иоанна и поручил французскому королю Филиппу II Августу возглавить крестовый поход против английского короля. Перспектива французского нашествия подействовала на Иоанна сильнее угроз папы. Он прекрасно сознавал, что рассчитывать на своих баронов ему нельзя. Он боялся их больше, чем неприятеля. Иоанн принял единственно правильное решение: он решает подчиниться папе. Вскоре после этого (1213 год) в Англию прибывает новый архиепископ и снимает с короля отлучение, заставив его при этом повторить свою коронационную присягу. После этого король потребовал от баронов, чтобы они отправились с ним на континент против Филиппа Августа, вполне уверенный в том, что бароны не решатся оказать ему неповиновение после его примирения с церковью. Северные бароны ответили отказом на требование короля, он, в свою очередь, двинул на них свои наёмные отряды, но архиепископ Кентерберийский остановил его, посоветовав предварительно расследовать дело судебным путём. В лице архиепископа Стефана Лэнгтона начавшееся уже общественное движение приобрело руководителя и идейного вдохновителя, укреплявшего его своим авторитетом. Уже через месяц после прибытия в Англию (август 1213 года) он проводит собрание баронов и высших иерархов церкви в Лондоне, на которых звучит призыв в полном объёме восстановить былые вольности (так называемую «Хартию Генриха I» и законы Эдуарда Исповедника). 

     Законы  Эдуарда Исповедника не представляли на самом деле постановлений короля Эдуарда; под этим именем известны были составленные гораздо позднее (по-видимому, в XII веке) частными лицами сборники англосаксонского права, насколько последнее применялось в период нормандского владычества. Если под законами Эдуарда Исповедника разумелось саксонское право, то грамота  Генриха I была документом феодального права. Генрих I незаконно занял английский престол и чтобы отстоять своё положение, должен был опираться на сочувствие своих подданных. Необходимость расположить их к себе заставила Генриха в начале своего правления даровать вассалам грамоту, целью которой было прекращение произвола и злоупотреблений эпохи Вильгельма Завоевателя. Эта грамота являлась феодальным договором между сеньорами и сюзереном. В нём обеспечивались мир и права церкви, ограничивался произвол короля во взимании релифа. Рыцарь, нёсший личную военную службу в войске, признавался свободным от уплаты воинской подати. При решении судебных дел король обещался руководствоваться законами Эдуарда Исповедника в том виде, как установил их Вильгельм со своими баронами. Замечательна одна особенность Грамоты Генриха I: ограничивая короля по отношению к вассалам, она налагала такие же ограничения и на баронов по отношению к подвассалам. Когда указанная Лэнгтоном грамота была прочтена баронам, все с радостью поклялись, не жалея жизни, сражаться за такие права. Прочитав документ, король пришёл в негодование и в страшной ярости поклялся, что никогда не даст им «таких вольностей, которые его самого делают рабом». Однако количество сторонников короля таяло на глазах, а ряды восставших постоянно росли, это привело к тому, что 15 июня 1215 года уполномоченные баронов сошлись с королём и его немногочисленными приверженцами в долине Рэннимид, на Темзе и здесь Иоанн, видя, что силы его не равны силам баронов, подписал Великую Хартию Вольностей.

3. Содержание и сущность Великой Хартии Вольностей

      Великая Хартия Вольностей 1215 года начинается словами: « Во-первых, дали мы перед Богом свое согласие и настоящей хартией нашей подтвердили за нас и за наследников наших на вечные времена, чтобы Английская церковь была свободна и владела своими правами в целости и своими вольностями неприкосновенными, что явствует из того, что свободу выборов, которая признается важнейшей и более всего необходимой Английской церкви, мы по чистой и доброй воле, еще до несогласия, возникшего между нами и баронами нашими, пожаловали и грамотой нашей подтвердили и получили подтверждение ея от сеньера папы Иннокентия Третьяго, которую и мы будем соблюдать, и желаем, чтобы ее добросовестно на вечные времена соблюдали и наследники наши. Пожаловали мы также всем свободным людям королевства нашего за нас и за наследников наших на вечная времена все нижеписанная вольности, чтобы имели их и владели ими они и их наследники от нас и от наследников наших…» (3, с.284)

На первом месте Великой Хартии Вольностей находились церковь и бароны. Своей первой статьей Хартия объявляет свободной английскую церковь и неприкосновенными её права и вольности. Согласно этому документу, выборы высших и низших иерархов церкви должны были производиться свободно во всех церквях и король должен утверждать их, если только для отказа не будет основательной причины. В этом Хартия была сходна с грамотой Генриха I, которая точно так же раньше всех других уступок обеспечивала права и мир церкви. Церковь, как самая могущественная часть феодального общества, всегда стоявшая во главе недовольных, естественно, требовала освящения своих прав, прежде всего.

     Основные  положения Хартии, которым последующая  политическая история Англии придала  наибольшее значение, сводятся к следующему:

1. Король обязывается соблюдать феодальные обычаи в своих отношениях с вассалами; не вмешивается в юрисдикцию феодальных курий.
2. Налоги и сборы могут взиматься не иначе как по решению «общего совета королевства» (что означало по существу восстановление баронской курии). «…Ни щитовые деньги, ни пособия не должны взиматься в королевстве нашем иначе, как по общему совету королевства нашего, если это не для выкупа нашего из плена и не для возведения в рыцари первородного сына нашего и не для выдачи первым браком замуж дочери нашей первородной; и для этого должно выдавать лишь умеренное пособие; подобным же образом надлежит поступать и относительно пособий с города Лондона…». «А для того, чтобы иметь общий совет королевства при обложении пособием в других случаях, кроме трех вышеназванных, или для обложения щитовыми деньгами, мы повелим позвать всех архиепископов, епископов, аббатов, графов и старших баронов нашими письмами за нашей печатью и кроме того повелим позвать огулом, через шерифов и бейлифов наших, всех тех, которые держат от нас непосредственно; повелим позвать мы всех их к определенному дню, т.е. по меньшей мере за сорок дней до срока, и в определенное место; и во всех этих призывных письмах объясним причину приглашения; и когда будут таким образом разосланы приглашения, в назначенный день будет приступлено к делу при участии и совете тех, которые окажутся налицо, хотя бы и не все приглашенные явились».
3. Всякий арест должен быть основан на показаниях, «заслуживающих доверия свидетелей».
4. Ни один свободный человек не может быть заключен в тюрьму, изгнан из страны, лишен имения, поставлен вне закона и т.д. «иначе, как по законному приговору», вынесенному равными по положению судьями («пэрами»), и «по законам страны».
5. Соблюдение хартии должен гарантировать совет из 25 баронов, наделенный правом «принуждать и теснить» короля «всеми способами, какими только может». «После же того, как мы для Бога и для улучшения королевства нашего и для более успешного умиротворения раздора, родившегося между нами и баронами нашими, все это вышеозначенное пожаловали, желая, чтобы они пользовались этим прочно и нерушимо на вечные времена, - создаем и жалуем им нижеписанную гарантию, именно: чтобы бароны избрали двадцать пять баронов из королевства, кого пожелают, которые должны всеми силами блюсти и охранять и заставлять блюсти мир и вольности, какие мы пожаловали и этой настоящей хартией…

     Центральное место в Хартии занимают статьи, выражающие интересы баронов, возглавлявших  движение. Баронские лены объявлялись  свободно наследуемыми владениями. Король не имел права требовать от вступавшего  в наследство молодого барона больше установленного исстари в феодальном договоре платежа – рельефа и обещал не злоупотреблять правом опеки над несовершеннолетними вассалами. Хартия восстанавливала некоторые сеньориальные права баронов, ущемленные в результате расширения королевской юрисдикции; так запрещалось переносить по королевскому приказу иски о собственности из курии барона в королевскую курию. Король обещал устранить всякий произвол при обложении баронов денежными повинностями. Только в трех случаях бароны были обязаны давать королю умеренную денежную помощь: при выкупе короля из плена, при посвящении в рыцари его старшего сына, на свадьбу старшей дочери от первого брака.

     Вместе  с тем некоторые постановления  Хартии защищали интересы других участников движения. Так, подтверждались существовавшие ранее привилегии и свободы церкви и духовенства, в частности свобода церковных выборов.

     В отношении рыцарей в хартии было предусмотрено обещание баронов  не брать со своих вассалов каких-либо сборов без их согласия, кроме обычных феодальных пособий, а также не понуждать их к выполнению повинностей в большом размере, чем тот, который следует по обычаю.

     Хартия  подтверждала древние вольности  Лондона и других городов, а также  право купцов, в том числе иноземных, свободно выезжать из Англии и въезжать в нее, вести торговлю без каких-либо стеснений. В хартии было установлено необходимое для торговли единство мер и весов. «Одна мера вина пусть будет по всему нашему королевству, и одна мера пива, и одна мера хлеба, именно лондонская четверть, и одна ширина крашеных сукон и некрашеных и сукон для панцирей, именно два локтя между краями; то же, что о мерах, пусть относится и к весам…».

     Свободным крестьянам было обещано не обременять непосильными поборами, не разорять штрафами.

       Некоторые положения Хартии сыграли  значительную роль в политической  эволюции Англии.

     Речь  идет, прежде всего, о статьях 12 и 14. В статье 12 указывается: «Ни щитовые деньги», ни (какое-либо иное) пособие не должны взиматься в королевстве нашем иначе, как по общему совету королевства нашего». Статья 14 определяет состав этого совета: «А для того чтобы иметь общий совет королевства при обложении пособием в других случаях, кроме вышеназванных, или для обложения «щитовыми деньгами», мы повелим позвать архиепископов, епископов, аббатов, графов и старших баронов нашими письмами каждого отдельно и, кроме того, повелим позвать огулом, через шерифов и бейлифов наших, всех тех, кто держит от нас непосредственно». Таким образом, совет королевства – это собрание всех королевских вассалов, которое можно рассматривать как прототип палаты лордов. Если к этому собранию королевских вассалов добавить представителей от графств и городов, то налицо английский средневековый парламент. Большое внимание заслуживают статьи 39 и 40 Хартии. Первая из них гласит: «Ни один свободный человек не будет задержан или заключен в тюрьму, или лишен имущества, или объявлен стоящим вне закона, или изгнан, или каким-либо иным способом обездолен, и мы не пойдем на него и не пошлем на него иначе, как по законному приговору равных его (его пэров) и по закону страны». Однако речь в Хартии идет только о свободных людях, соответственно положения Хартии не распространялось на крепостное крестьянство, а оно составляло большинство населения Англии. Она, конечно, ни в какой мере не служила гарантией «народных свобод», как это нередко доказывают, и тем более не может считаться «народным правом», ибо именно народу она ничего не дала и не могла дать. Подавляющее большинство населения Англии тогда составляло крепостное крестьянство, и Хартия не давала им почти никаких прав. В хартии есть только одна статья, в которой говориться, что при взыскании штрафов с вилланов (крепостных крестьян) оставался неприкосновенным их инвентарь. Однако это требование было включено в этот документ прежде всего в интересах самих же феодалов, ибо крестьяне, лишенные инвентаря, не могли выполнять феодальные повинности.

     Статья 40 Хартии, в которой говорится: «никому  не будем продавать справедливость и правосудие, никому не будем отказывать в них или их затягивать», - тесно связана по своей сути со статьей 39.

     Будь  эта Хартия осуществлена на деле, Англия сделалась бы ареной феодального  самоуправства, страной столь же раздробленной, как скажем, Германия. Этого, однако, не случилось и главным образом потому, что падения центральной власти не хотели ни города, ни мелкое рыцарство.

      Таким образом, Великая Хартия вольностей была прологом в истории английского  парламента. 

4. Возникновение английского парламента

      Заложив в Англии основы правового порядка, который должен был сменить безраздельно господствовавшую систему правительственного произвола, Великая Хартия не создала вполне удовлетворительных технических средств, которые бы гарантировали проведение в жизнь юридически поставленных ею принципов и делали невозможным возвращение к старому порядку. Великая Хартия явилась лишь первым и чрезвычайно важным шагом английского общества по пути к свободе. Она юридически формулировала выдвинутую жизнью задачу и тем создала почву для правомерной борьбы и дала в руки обществу широкую и определённую программу, способную объединить самые различные общественные элементы в их стремлении к свободе.

      Юридическую силу Хартия 1215г. имела лишь несколько  месяцев. В конце августа 1215г. римский папа, примирившийся с Иоанном, аннулировал Хартию папской буллой. Иоанн Безземельный, уступив перед вооружённой силой своих подданных, впоследствии отказался от Хартии. Снова началась вооружённая борьба, но смерть Иоанна (1216г.) помешала довести её до какого-либо определённого результата. Но Хартия уцелела. Его наследник, малолетний Генрих III, уступая баронам, подтверждает Хартию. Такого рода подтверждения сделались своего рода традицией (44 раза между 1327 и 1422гг.).

      В период сословной монархии в Англии сложилось учреждение,  которое  стало

неотъемлемой  и со временем все  более  значительной  частью  государственной организации страны - представительный  парламент.  Своим  возникновением  он был   обязан   как   установившимся   к   13-14вв.    политическим    формам взаимоотношений сословий Англии с королевской властью,  так  и  особенностям ситуации в условиях кризиса власти второй половины 13в. Немалое  значение  в этом длительном процессе  сыграли  и  традиции  привлечение  короной  высшей знати к решению государственных дел, восходящие к ленной монархии.