Содержание

  Введение

  Вина - психическое отношение лица к  своему противоправному поведению (действию или бездействию) и его последствиям; означает осознание (понимание) лицом недопустимости (противоправности) своего поведения и связанных с ним результатов. Вина - необходимое условие юридической ответственности. Очевидно, что во всех отраслях права предусмотрены самые различные формы вины: умысел, небрежность, неосторожность и т.д., которые так или иначе влияют на меру (размер) ответственности.

  Вина  в уголовном праве - отрицательное  психическое отношение лица к  охраняемым уголовным законом основным социальным ценностям, выраженное в умышленном или неосторожном совершении преступления. Ответственность только при наличии вины - один из ведущих принципов уголовного права Российской Федерации (ст. 49 Конституции РФ, ст. 5 УК РФ).

  Нет наказания без вины. Правоведы  указывают, что наказание в уголовном праве - это мера государственного принуждения, являющаяся реакцией государства на преступление. Наказание в уголовном праве применяется только к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и назначается во всех случаях только по приговору суда.

  Значимость установления вины при выборе меры правовой ответственности позволяет рассматривать понятие вины как самостоятельную теоретико-правовую категорию.

  Установление  сущности понятия вины в сфере  теории права, выявление ее признаков  и взаимодействия с другими правовыми категориями, рассмотрение вопросов возникновения и исторического развития данного понятия раскроет содержание вины как юридического термина, отграничит от понятия вины, употребляемого в быту, психологии, что обеспечит использование на практике именно в этом значении.

  Цель  курсовой работы – рассмотреть сущность вины в уголовном законодательстве.

  Для выполнения цели необходимо решить следующие  задачи:

  - раскрыть понятие вины;

  - рассмотреть формы вины;

  - изучить понятие преступлений с двумя формами вины;

  - охарактеризовать уголовную ответственность  преступлений с двумя формами вины. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

  1. Вина в уголовном  праве России

  1.1.Понятие вины

  Еще в XIX в. было отмечено, что "учение о  виновности и его большая или  меньшая глубина есть как бы барометр уголовного права. Оно - лучший показатель его культурного уровня"¹.

  Принцип ответственности за деяния, совершенные  только при наличии вины, впервые  закреплен лишь в Уголовном кодексе  РФ, согласно ст. 5 которого уголовной  ответственности подлежит лишь лицо, которое виновно совершило общественно опасное деяние. Данная норма категорически запрещает объективное вменение.

  Вина - это психическое отношение лица к совершаемому им общественно опасному деянию, предусмотренному уголовным законом, и его последствиям.

  Человек несет полную ответственность за свои поступки только при условии, что он совершил их обладая свободой воли, т.е. способностью выбирать линию социально значимого поведения. Указанная способность включает отражательно-познавательный и преобразовательно-волевой элементы, воплощенные в уголовно-правовой категории вменяемости. Она является предпосылкой вины, ибо виновным может признаваться только вменяемое лицо, т.е. способное осознавать фактическое содержание и социальное значение своих действий и руководить ими.

  Элементами  вины как психического отношения  выступают сознание и воля, которые  в своей совокупности образуют ее содержание. Таким образом, вина характеризуется  двумя слагаемыми элементами: интеллектуальным и волевым. Некоторые ученые неосновательно пытаются сузить психологическое содержание вины за счет исключения из него одного из двух элементов. Так, Н.Г. Иванов не признает желание самостоятельным элементом умышленной вины и предлагает определить умысел только через осознание общественно опасного и противоправного характера совершаемого деяния². Однако "уголовно-правовое понятие вины не сводится к характеристике мыслительных процессов - оно включает и волевой компонент, это умышленный или неосторожный поступок, запрещенный уголовным законом"³.

  Различные предусмотренные законом сочетания  интеллектуального и волевого элементов  образуют две формы вины - умысел и неосторожность (ст. ст. 25 и 26 УК), по отношению к которым вина является родовым понятием. Признать лицо виновным - значит установить, что оно совершило преступление либо умышленно, либо по неосторожности.

  Вина - это понятие не только психологическое, но и юридическое. Поскольку преступлением признается лишь общественно опасное деяние, лицо, его совершившее, виновно перед обществом, перед государством. Вина - категория социальная, ибо в ней проявляется отношение лица, совершающего преступление, к важнейшим социальным ценностям. Эта сторона вины раскрывается в ее социальной сущности.

  Социальную  сущность вины составляет проявившееся в конкретном преступлении искаженное отношение к основным ценностям общества, отношение, которое при умысле обычно является отрицательным (так называемая антисоциальная установка), а при неосторожности - пренебрежительным (асоциальная установка) либо недостаточно бережным (недостаточно выраженная социальная установка).

  Важным  показателем вины является ее степень, которая, как и сущность вины, носит  не законодательный, а научный характер, хотя в судебной практике применяется весьма широко.

  Степень вины - это количественная характеристика ее социальной сущности, т.е. показатель глубины искажения социальных ориентаций субъекта, его представлений об основных социальных ценностях. Она определяется не только формой вины, но и направленностью умысла, целями и мотивами поведения виновного, его личностными особенностями и т.д. "Лишь совокупность формы и содержания вины с учетом всех особенностей психического отношения лица к объективным обстоятельствам преступления и его субъективных, психологических причин определяет степень отрицательного отношения лица к интересам общества, проявленного в совершенном лицом деянии, т.е. степень его вины" ⁴.

  Итак, вина есть психическое отношение  лица в форме умысла или неосторожности к совершаемому им общественно опасному деянию, в котором проявляется антисоциальная, асоциальная либо недостаточно выраженная социальная установка этого лица относительно важнейших ценностей общества.

  1.2. Формы вины

  Отечественное законодательство выделяет две формы вины: умысел и неосторожность. Законодательное деление вины в зависимости от формы, а в уголовном праве и форм в зависимости от их видов содержится в статьях 24 - 27 УК РФ, статье 2.2 КоАП РФ, статье 110 НК РФ. Несмотря на определение форм вины, закрепленное в уголовном, административном и налоговом законодательстве, среди ученых-юристов нет единого мнения в вопросе разграничения форм вины.⁵

  Статья 25 УК РФ определяет умысел через такие "неюридические" понятия, как "осознание", "предвидение" и "желание". Преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий или бездействия, предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления. Преступление признается совершенным с косвенным умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность наступления общественно опасных последствий, не желало, но сознательно допускало эти последствия либо относилось к ним безразлично.

  Рассмотрение законодательных формулировок форм вины, как нам представляется, невозможно без определения самого понятия формы. Слово "форма" произошло от латинского "forma" - форма, вид, образ. Применительно к форме вины наиболее близкое определение формы как внешнего выражения какого-либо содержания. То есть форма вины является внешним выражением ее содержания.

  Содержание  и форма - это философские категории, во взаимосвязи которых содержание, будучи определяющей стороной целого, представляет единство всех составных элементов объекта, его свойств, внутренних процессов, связей, противоречий и тенденций, а форма есть внешняя организация содержания. Отношение содержания и формы характеризуется единством, доходящим до их перехода друг в друга, однако это единство является относительным. Во взаимоотношении содержания и формы содержание представляет подвижную, динамичную сторону целого, а форма охватывает систему устойчивых связей предмета. Возникающее в ходе развития несоответствие содержания и формы в конечном счете разрешается "сбрасыванием" старой и возникновением новой формы, адекватной развившемуся содержанию.

  Несоответствие  между формой и содержанием приводит к противоречию между ними, которое существует на всем протяжении развития, в том числе и в период соответствия формы и содержания. Но степень вызревания и обострения противоречий между содержанием и формой бывает различной на разных этапах развития явлений. Когда форма настолько устаревает, что становится тормозом развития содержания, тогда характер соотношения формы и содержания становится дисгармоничным и превращается в конфликт. Этот конфликт в конечном счете и приводит к образованию новой формы, соответствующей истинному на настоящий момент содержанию.⁶

  Формы вины в отечественном праве также  были подвержены изменениям в процессе эволюции содержания вины. Так, в статье 8 действовавшего ранее Уголовного кодекса РСФСР понятие умысла трактовалось несколько уже и менее определенно - как осознание лицом общественно опасного характера своего действия или бездействия, предвидение его общественно опасных последствий и желание их наступления. Если опустить незначительные уточняющие термины, то можно выделить главное. В ранее действовавшем Кодексе термины "возможность" и "неизбежность" не употреблялись, отсутствовало деление форм вины на виды.

  Вину  как правовое явление также следует  рассматривать в контексте единства формы и содержания. В теории права "совершенно основательно подчеркивается это единство, поскольку содержание вины немыслимо вне определения формы, а, в свою очередь, форма вины не имеет никакой цены, если она не есть форма содержания".⁷

  Сущность  вины в российском праве традиционно  указывает на способ интеллектуального  и волевого взаимодействия субъекта с объективными обстоятельствами, составляющими  юридическую характеристику деяния.⁸ Конкретные сочетания интеллектуального и волевого элементов, характерные для каждой формы вины, определены в законе. Поэтому под формой вины принято понимать законодательно закрепленное сочетание интеллектуальных и волевых процессов, протекающих в психике виновного по отношению к юридически значимым объективным свойствам противоправного деяния, во взаимодействии с внешними условиями. Соответственно, и различие в интенсивности и определенности интеллектуальных и волевых процессов, протекающих в психике субъекта, определяет форму вины, а в пределах одной формы вины - ее виды.

  Таким образом, при дифференциации вины на формы рассмотрению подлежат две  концепции⁹: интеллектуалистическая, основная роль в которой отводится интеллектуальным моментам поведения правонарушителя¹⁰, и волевая, в которой основное значение придается его воле¹¹. Приверженцы интеллектуалистической концепции в качестве основы разграничения форм вины рассматривают проявления интеллектуальных моментов сознания. Приверженцы волевой теории умысла и неосторожности в основе их деления усматривают преобладающую роль волевых аспектов.

  В законодательном определении умысла выделяется три психологические составляющие :

  1) осознание лицом общественно  опасного либо противоправного  характера деяния;

  2) предвидение его общественно  опасных либо вредных последствий;

  3) желание либо допущение этих  последствий.

  Первые  два признака (осознание и предвидение) образуют интеллектуалистический подход к разграничению умысла, третий компонент (желание либо допущение) составляет волевой подход.

  В отношении первых двух признаков  известный исследователь вины А.И. Рарог писал: "Признаком интеллектуального  элемента прямого умысла является сознание общественно опасного характера  совершаемого деяния, то есть хотя бы общей характеристики объекта посягательства, а также фактического содержания и социальных свойств всех составных элементов действия или бездействия. Вторым интеллектуальным признаком прямого умысла является предвидение общественно опасных последствий совершаемого деяния. Под предвидением подразумевается отражение в сознании тех событий, которые произойдут, должны или могут произойти в будущем"¹² Сказанное написано в период действия Уголовного кодекса РСФСР 1960 года, однако и в настоящее время не утратило своей актуальности в юридической науке.

  Рассматривая  осознание в качестве первой из приведенных  психологических составляющих, обратимся к ранее не описанному в правовой литературе отличию определения умысла в КоАП РФ от определений умысла в уголовном и налоговом законодательстве. В уголовном и налоговом законодательстве правонарушение считается умышленным, если лицо, его совершившее, осознавало общественную опасность либо противоправный характер своих действий. В административном законодательстве противоправное деяние лица считается умышленным, если оно сознавало противоправный характер своих действий.

  Обратим внимание на глаголы: "осознавало" и "сознавало". На первый взгляд данные слова имеют одинаковое значение, однако они не являются синонимами. Не будем вдаваться в детальный анализ данных психологических понятий, но обозначим, что их значение различно. Осознание или сознательное усвоение - это способность постичь смысл и значение чего-либо, выступает в качестве процесса, однозначно не указывает на его завершенность, синоним понимания. Сознание - процесс отражения действительности мозгом человека, включающий все формы психической деятельности и обусловливающий целенаправленную деятельность человека. То есть осознание - это способность постичь смысл, а сознание - это отражение действительности мозгом человека.

  Изменение устоявшихся в юридической науке, законодательно закрепленных определений должно быть оправдано. Уголовное, налоговое и административное законодательство тесно взаимосвязано. Один и тот же проступок в процессе его расследования, выяснения особенностей его объективной и субъективной стороны может менять юрисдикцию, соответственно, и подход к определению и дифференциации форм вины должен быть единообразным. В приведенном случае произвольное изложение в административном и налоговом законодательстве определения умысла и неосторожности, данного в уголовном праве, на наш взгляд, недопустимо и лишь затрудняет понимание воли законодателя, и без того перегруженной сложными для четкого восприятия терминами.

  Рассмотрим  предвидение - вторую психологическую  составляющую умысла. В российском праве устоялось мнение, что характер предвидения разграничивает прямой, косвенный умысел и неосторожность в уголовном праве, а также умысел и неосторожность в административном праве. Лицо, действующее с прямым умыслом, предвидит неизбежность наступления общественно опасных последствий и желает их наступления. Субъект, который действует с косвенным умыслом, предвидит возможность наступления преступного результата¹³, сознательно допускает их наступление или относится к ним безразлично. Именно предвидение неизбежности или реальной возможности наступления законодательно наказуемых последствий означает наличие умысла.

  На  наш взгляд, для четкого понимания  и разграничения форм вины необходимо ответить на вопрос: "Что именно понимается под предвидением?" Резюмируя труды юристов-предшественников, изучающих проблематику вины, предположим, что предвидение выступает в качестве основанного на личном жизненном опыте потенциального правонарушителя прогнозирования причинно-следственной связи между его планируемым поведением и возможными негативными последствиями такого поведения.

  Синонимы  предвидения - пророчество, предсказание, предугадывание. Предвидеть - заранее  знать, предполагать возможность появления, наступления чего-нибудь¹⁴. Точность предвидения напрямую зависит от личности лица, осуществляющего предвидение, его аналитических способностей, уровня интуиции, состояния психики, иных психологических и физиологических характеристик. Даже если рассматривать предвидение как прогнозирование причинно-следственной связи между поведением правонарушителя и возможными негативными последствиями, то и в этом случае оно носит исключительно вероятностный характер. Примечательно, что в статье 110 НК РФ законодатель отказался от использования предвидения в качестве дифференцирующего критерия форм вины.

  Приведем  цитату из статьи В. Питецкого, разделяя изложенную позицию: "Искать различия между прямым и косвенным умыслом по степени предвидения - занятие малопродуктивное. Оно неизбежно заводит в область чисто философских дискуссий, ничего не дающих для практического применения уголовного закона"¹⁵.

  Практическое  значение умения различать умысел (как  прямой, так и эвентуальный) и  неосторожность (легкомыслие и небрежность) очень велико и заключается не исключительно в том, что при установлении умысла виновного в содеянном его следует наказать строже, а в том, что, во-первых, отдельные правонарушения могут считаться таковыми только в случае умышленных деяний правонарушителя (или исключительно с прямым умыслом в уголовной юрисдикции), а, следовательно, в ряде случаев запрещенное законом поведение лица не может рассматриваться как противоправное при установлении в нем неосторожности (либо эвентуального умысла в уголовной юрисдикции), а во-вторых, в уголовном праве содеянное может признаваться приготовлением к преступлению или покушением на преступление исключительно за умышленные правонарушения, совершенные с прямым умыслом.

  Таким образом, степень вероятности наступления негативных последствий способна влиять на вид и размер тягот и лишений, применяемых к правонарушителю. Поэтому, на наш взгляд, недопустимо при разграничении форм и видов вины руководствоваться теорией вероятности, исходя исключительно из характера предвидения вероятности наступления неблагоприятных последствий.

  Многочисленные  научные труды исследователей форм вины убеждают нас в том, что в  современном праве разграничение  форм и видов вины носит сбалансированный комплексный характер, основанный на интеллектуально-волевых моментах противоправного поведения¹⁶. Различие между прямым и косвенным умыслом по волевому критерию заключается в том, что при прямом умысле виновное лицо желает наступления общественно опасных последствий, при косвенном - сознательно допускает их наступление либо относится к ним безразлично.

  Развитие  желания определяется как предметом  желания, способами и условиями  его удовлетворения, так и устойчивостью, длительностью, силой самого желания. В зависимости от этого различают  желания: выполнимые, нереальные, противоречивые, безрассудные, целевые и т.п. Желания, наряду с интересами и убеждениями, характеризуют сознательное отношение человека к его деятельности.

  Один  из известнейших психологов К.К. Платонов считает, что "воля - это форма  психического отражения, в которой отражаемым является объективная цель, стимулы ее достижения, возникающие препятствия, мешающие ее достижению, а отраженным становится субъективная цель, борьба мотивов, волевое усилие; результатом - действие и удовлетворение достижением цели. Волевые процессы проявляются как переживание своеобразного усилия, направленного на преодоление трудностей"¹⁷. Как видим, и в данном определении желание не сводимо к воле.

  Разделяем мнение ряда исследователей о том, что  при законодательном описании и дифференциации форм и видов вины преобладает интеллектуалистическая концепция.¹⁸

  В теории права вина выступает в  качестве психического отношения, однако, вероятно, неуместно вести речь о психическом отношении при описании разновидности неосторожной формы вины - небрежности. В части 3 статьи 26 УК РФ указано: "Преступление признается совершенным по небрежности, если лицо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия)". Раз не предвидело - значит и психического отношения к противоправному деянию и его последствиям не было.¹⁹

  Соответственно, психологическая теория вины пригодна при разделении умысла на прямой и  косвенный (эвентуальный), но неприемлема  в рамках действующего законодательства при рассмотрении неосторожности в качестве формы вины.

  Анализируя  законодательное описание и разделение форм и видов вины можно прийти к выводу, что в действительности законодатель придерживается интеллектуалистической концепции.

  Резюмируя вышесказанное, отметим, что вина как обязательный признак уголовного преступления, административного и налогового правонарушений не может быть представлена исключительно в качестве психического отношения. Вероятно, вновь возникла необходимость обратить внимание юристов на оценочную теорию вины: "Кроме психического отношения субъекта, вина всегда включает социально-правовую оценку отношения виновного к охраняемым законом ценностям"²⁰  
 
 
 

  2. Преступления с двумя формами вины

  2.1.Понятие  преступлений с  двумя формами  вины

  В подавляющем большинстве случаев  преступления совершаются с какой-то одной формой вины. Но иногда законодатель усиливает ответственность за умышленное преступление, если оно по неосторожности причинило последствие, которому придается значение квалифицирующего признака. В таких случаях возможно параллельное существование двух разных форм вины в одном преступлении. Сочетание умысла и неосторожности в одном преступлении ранее именовалось в литературе "смешанной", "двойной" или "сложной" формой вины. Подобные термины являются неточными, так как никакой третьей формы вины в таких преступлениях нет, а умысел и неосторожность между собой не смешиваются; они существуют самостоятельно, хотя и в одном преступлении.

  Две формы вины могут параллельно  сосуществовать только в квалифицированных составах преступлений: умысел как конструктивный элемент основного состава умышленного преступления и неосторожность - в отношении квалифицирующих последствий.

  Некоторыми  учеными искажаются законодательное  толкование преступлений с двумя формами вины. Так, В.Д. Иванов и С.Х. Мазуков пишут: "Особенность рассматриваемых преступлений состоит в том, что при их совершении наблюдается неоднородное психическое отношение лица к совершаемым действиям (бездействию) и к наступившим последствиям в материальных составах преступлений, которые содержат последствия в качестве самостоятельного признака объективной стороны. В формальных составах преступлений последствие неотделимо от действия, слито с ним, а поэтому психическое отношение к действию (бездействию) и последствию является только однородным"²¹ .

  Хотя  в ст. 27 УК и терминологически, и  по существу разрешена проблема сочетания умысла и неосторожности в одном умышленном преступлении, некоторые ученые (Р.И. Михеев, В.А. Ширяев) продолжают утверждать, что в подобных случаях имеет место некая третья форма вины, которая якобы совмещает некоторые признаки обеих форм вины, но при этом отличается как от умысла, так и от неосторожности.

  Понятие преступлений с двумя формами  вины законодательно закреплено в ст. 27 УК: "Если в результате совершения умышленного преступления причиняются тяжкие последствия, которые по закону влекут более строгое наказание и которые не охватывались умыслом лица, уголовная ответственность за такие последствия наступает только в случае, если лицо предвидело возможность их наступления, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на их предотвращение, или в случае, если лицо не предвидело, но должно было и могло предвидеть возможность наступления этих последствий. В целом такое преступление признается совершенным умышленно".²²

  Реальная  основа для сочетания умысла и  неосторожности в одном преступлении заложена в своеобразной законодательной конструкции отдельных составов. Своеобразие состоит в том, что законодатель объединяет в один состав два самостоятельных преступления, одно из которых является умышленным, а другое - неосторожным, причем оба могут существовать самостоятельно, но в сочетании друг с другом образуют качественно новое преступление со специфическим субъективным содержанием. Составляющие части такого преступления обычно посягают на различные непосредственные объекты, но могут посягать и на один (например, незаконное производство аборта, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей). При этом важно помнить, что каждая из образующих частей такого состава не утрачивает своего преступного характера и при раздельном существовании.

  Таким образом, субъективные особенности  подобных преступлений производны от специфической конструкции объективной стороны: умысел (прямой или косвенный) является субъективным признаком основного состава преступления, а неосторожность (в виде легкомыслия или небрежности) характеризует психическое отношение к последствиям, играющим роль квалифицирующего признака. При этом каждая из форм вины, сочетающихся в одном преступлении, полностью сохраняет свое качественное своеобразие, не образуя никакой новой формы вины.

  Преступлений  с двумя формами вины в уголовном  законодательстве немного, и все они сконструированы по одному из следующих двух типов.

  Первый  тип образуют преступления с двумя  указанными в законе и имеющими неодинаковое юридическое значение последствиями. Это квалифицированные виды преступлений, основной состав которых является материальным, а в роли квалифицирующего признака выступает последствие, более тяжкое, чем то, которое входит в основной состав. Характерно, что квалифицирующее последствие, как правило, заключается в причинении вреда другому, а не тому непосредственному объекту, на который посягает основной вид данного преступления.²³ Так, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью (ч. 1 ст. 111 УК) имеет объектом здоровье человека, но если оно сопряжено с неосторожным причинением смерти потерпевшего (ч. 4 ст. 111 УК), то объектом этого неосторожного посягательства становится жизнь. Указанное, а также другие преступления подобной конструкции (например, умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества, повлекшие по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия, - ч. 2 ст. 167 УК) характеризуются умышленным причинением основного последствия и неосторожным отношением к квалифицирующему последствию.