Военно-диктаторская форма правления Варгаса в Бразилии

Министерство образования  Республики Беларусь

УО «Могилевский государственный  университет им. А.А. Кулешова»

Контрольная работа

по новой и новейшей истории Латинской Америки

студентки ОЗО IV курса гр. «Б»

Завальниковой Елены Николаевны

г. Могилев

ул. Нородного ополчения

д.3, кв. 18.

Тел. Моб

8029 1675007

Могилев 2013 

ТЕМА: ВОЕННО-ДИКТАТОРСКАЯ ФОРМА ПРАВЛЕНИЯ ВАРГАСА В  БРАЗИЛИИ

ПЛАН:

Введение…………………………………………………………..……..3

1. Великая депрессия в Бразилии……………………………..……....4

2. Причины революции 1930 года. Революция 1930 года………….6

3. Эра бразильского популизма………………………………………9

4. Эстадо Ново…………………………………………………………16

Список использованной литературы………………………………...21

ВВЕДЕНИЕ 

Эра Варгаса (порт. Era Vargas) — период в истории Бразилии, когда у власти находился Жетулио Варгас, который правил страной как диктатор с 1930 по 1945 годы. Иногда к этому периоду относят и 1951—1954 годы, когда Варгас был избран на пост президента Бразилии в результате демократических выборов. Эта эпоха стала поворотной точкой в истории страны в связи с многочисленными нововведениями Варгаса, как экономическими, так и социальными.

1. ВЕЛИКАЯ ДЕПРЕССИЯ В БРАЗИЛИИ

Восстание лейтенантов, которое  прошло в 1922 году во время периода Олигархической республики, не привело к значительным изменениям социальной структуры Бразилии. Тем не менее, правящая паулистская кофейная олигархия не смогла выдержать острый кризис мирового капитализма в 1929 году. Чувствительность Бразилии к Великой депрессии основывалась на жизненной зависимости экономики от иностранных рынков и ссуд. Несмотря на ограниченное индустриальное развитие в Сан-Паулу, экспорт кофе и другой необработанной продукции все еще оставался основой экономики. После того, как фондовые биржи США потерпели крах 29 октября 1929 года (Чёрный вторник), цены на кофе неожиданно упали на 30 %. Дальнейшее снижение было даже более острым. Между 1929 и 1931 годами цены на кофе упали с 22,5 до 8 центов за фунт. Поскольку мировая торговля резко уменьшилась, экспортеры кофе понесли значительные потери доходов в иностранных валютах. Великая депрессия возможно имела сильнейший эффект на Бразилию, чем на Соединенные Штаты.

Крах центрального правительства  был тесно связан с крахом бразильской  программы валоризации (поддержки  цен), поскольку эта программа  лежала в основе поддержки олигархии. Кофейные плантаторы стали опасно зависимыми от правительственной валоризации. Например, вследствие спада, который  наступил после Первой Мировой Войны, правительство не тратило средства, необходимые для поддержки кофейной промышленности. Но в период 1929—1930 годов мировой спрос на бразильскую первичную продукцию упал намного сильнее, не оставляя возможности поддерживать доходы государственного бюджета. В конце 1930 года золотой запас Бразилии был исчерпан, что еще сильнее толкало обменный курс вниз. В результате программа поддержания цен на кофе путем скупки излишков полностью провалилась.

Правительство Вашингтона Луиса Перейры ди Соза было не в состоянии найти выход из кризиса, связанного с нарушением платежного баланса, и производители кофе натолкнулся на невозможность продать урожай. Из-за того, что власть основывалась на патронаже, широкомасштабное нарушение деликатного баланса региональных интересов делало режим Вашингтона Луиса очень уязвимым. Правительственная политика защищала интересы иностранцев, которые также пострадали от кризиса, провоцируя враждебное отношение почти от всех слоев бразильского общества. Следуя за паникой на Уолл-стрит, правительство попробовало удовлетворить иностранных кредиторов поддержкой конвертируемости денег, что предлагалось иностранными банкирами и экономистами, несмотря на отсутствие поддержки этой идеи в бразильском обществе. Несмотря на утечку капитала, Вашингтон Луис придерживался политики твердого обменного курса, гарантируя конвертируемость бразильской валюты золотом, но как только золотой запас был исчерпан, правительство было вынуждено временно приостановить конвертируемость валюты, что привело к полной остановке внешнего кредитования.

2. ПРИЧИНЫ РЕВОЛЮЦИИ 1930 ГОДА. РЕВОЛЮЦИЯ 1930 ГОДА

Кроме депрессии и появления  буржуазии, историческая динамика межрегиональной  политики была существенным политическим фактором. Именно нарушение баланса  привело к созданию альянса, который Жетулио Варгас создал между новой городской буржуазией и землевладельцами, враждебно настроенными к правительству во всех штатах кром Сан-Паулу в 1930 году.

Вместе с городскими буржуазными  группами, Северо-западные сахарные бароны на протяжении долгого времени терпели  притеснения от кофейных олигархов  Юга. Северо-западные землевладельцы остро  протестовали против прекращения Вашингтоном  Луисом в 1930 году противозасуховых программ его предшественника. Это напряжение продолжалось уже многие годы. Упадок сахарной олигархии Северо-востока  начался с лютой засухи 1877 года. Быстрый рост производства кофе в  Сан-Паулу было обратной стороной той  же монеты. После отмены рабства в 1880-х годах (Золотого Закона) в Бразилии произошла массовая миграция эмансипированных рабов и крестьян с Северо-востока на Юго-восток, обеспечив стойкое поступление дешевой рабочей силы для кофейных плантаторов.

Политика Старой Республики, которая шутливо называлась «кофе с молоком» (café com leite), основывалась на преимуществе в политике Юго-восточных штатов Сан-Паулу и Минас-Жерайс, которые были самыми богатыми и наибольшими по населению штатами Бразилии. На протяжении большей части Старой Республики на посту президента страны чередовались губернаторы двух лидирующих штатов.

В связи с недовольством  правящим режимом на Юго-востоке  и в Риу-Гранди-ду-Сул, кандидат в президенты 1930 года и лидер оппозиционного Либерального Альянса Жетулио Варгас выбрал своим кандидатом в вице-президенты 1930 Жуана Песоа из северо-восточного штата Параиба. Понимая, что в таком случае при победе Либерального Альянса власть землевладельцев в сельских областях станет абсолютной, северо-восточные олигархи объединились под руководством Варгаса в новую политическую партию, PSD.

Кризис власти начался  в начале 1930 года, когда президент  Вашингтон Луис объявил своим  наследником губернатора штата  Сан-Паулу Жулио Престеса, что противоречило политике «кофе с молоком», согласно которой президентом должен был стать губернатор штата Минас-Жерайс Антониу Карлос Рибейра-ди-Андрада. Таким образом, Антониу Карлос, которого называют архитектором революции, присоединился к оппозиционному Либеральному Альянсу Жетулио Варгаса. Выборы, которые прошли 1 марта 1930 года, прошли легко для власти, кандидат от власти Жулио Престес победил с 1 091 тыс. голосов против 742 тыс. у Жетулио Варгаса.

Эта победа не была признана оппозиционным Либеральным Альянсом, который обвинил правительство  в фальсификации результатов. Альянс также объявил свою победу и начал  приготовления к вооруженному противостоянию с правительством, опираясь на лояльных губернаторов и младших офицеров армии. Ситуация в стране значительно  ухудшилась, когда 26 июля в Ресифи (штат Пернамбуку) был убит кандидат в вице-президенты Жуан Пессоа. Хотя причины убийства так и не были выяснены, это привело к массовым выступлениям протеста против властей. Началась мобилизация лояльных Альянсу сил, в основном под руководством младших офицеров.

Приблизительно за два  месяца до окончания полномочий Вашингтона Луиса (15 ноября) массовые антиправительственные  выступления значительно усилились, с жертвами на Северо-востоке страны. До 3 октября были свергнуты уже 8 лояльных правительству губернаторов штатов. 10 октября Жетулио Варгас во главе своих сторонников выехал поездом в Рио-де-Жанейро, столицы страны в то время. В попытке остановить его, правительственные войска попытались перекрыть дороги, в результате 12-13 октября в Кватигви (Quatiguá), на границе штатов Сан-Паулу и Парана, произошли вооруженные столкновения с революционными войсками. Большое сражение могла произойти в Итараре (Itararé), но его остановило фактическое падение правительства, когда 24 октября генералы Тассу Фрагосу и Менна Баррету и адмирал Изиас ди Норонья создали военную хунту. Жетулио Варгас прибыл в столицу через неделю после этих событий и официально занял пост президента (сначала как исполняющий обязанности) 3 ноября 1930 года.

3. ЭРА БРАЗИЛЬСКОГО ПОПУЛИЗМА

Революция 1930 года стала  результатом коалиции бразильских  промышленных магнатов, городского населения, части землевладельцев и армии. На протяжении 1930—1934 годов Варгас пытался  примирить очень разные интересы этих групп с помощью социального  реформизма и внедрения программы  социального обеспечения. Его реформы  очень напоминали «Новый курс» американского президента Франклина Рузвельта, так что тот даже с гордостью называл Варгаса «одним из двух авторов Нового курса». Варгас стремился вывести Бразилию из Великой депрессии за счет политики государственной интервенции. Он приобрел симпатии новой городской буржуазии с помощью новых для Бразилии массовых идеологий популизма и национализма. Также как и у Франклина Рузвельта, его первые шаги были сосредоточены на экономическом стимулировании, программы, с которой были согласны все фракции коалиции.

Варгас проводил политику государственной интервенции в  экономику, используя налоговые  льготы, снижение требований к производителям и квоты на импорт для расширения местного промышленного производства. Он публично идеализировал средний  класс и убеждал население  в «непатриотичности использования  иностранных товаров». На протяжении самого раннего периода правления  Варгас сильно зависел от поддержки  армейских низов. Его политика в  чем-то напоминала политику Муссолини в фашистской Италии, с увеличенной долей популизма. Варгас стремился быть посредником в противоречии между рабочей силой и капиталом. Например, президент прекратил забастовку женщин-работников в Сан-Паулу утвердил многие из их требований в законе и требовал от «фабричных комиссий» обращаться за посредничеством правительства в будущем.

Оппозиция существовала в  первую очередь в среде могущественной паулистской кофейной олигархии, которая  выступала резко против политики государственной интервенции в  экономику и увеличения централизации  власти, против его популистской и  профашистской позиции, протекционализма (защиты политически лояльных производителей за счет других) и усиления диктаторской позиции самого Варгаса. Его политика часто не была целостной, разные мероприятия объединялись только общей и плохо обозначенной идеей «модернизации». Попытки балансировать между слишком разными группами по своим социальным, политическим и экономическим интересам объясняют постоянные смены альянсов и идеологий Варгаса. Вместе с либеральной основой этого режима, они объясняют и его постепенный переход к диктатуре, построенной по образцу европейского фашизма.

Удовлетворение землевладельческого  крыла коалиции скоро выявило  реакционность правительства, особенно после 1934 года. Для поддержки дружественных  латифундистов государство не только не вмешивалось в дела сельских олигархов, но даже помогала сахарным баронам  закрепить контроль над сельской Бразилией.

Консерватизм Варгаса  в делах сельского хозяйства  усиливал раскол между обедневшим полуфеодальным Северо-западом и динамичным урбанизованным Юго-востоком. В ответ на поддержку  сахарных баронов, государство подавило волну крестьянских восстаний на Северо-востоке, известных как кангасу (cangaço), что привело к возрождению латифундий, которые постепенно исчезали начиная с 1870-х годов. На протяжении Старой республики латифундии разлагались изнутри в результате оттока населения и крестьянских восстаний. В прошлом, во время царствования Педру II (1831—1889), крестьянство оставалось абсолютно подчиненным землевладельцам. Каждый плантатор имел собственную милицию, которая отвечала за поддержание порядка в границах его территории и контролировала крестьян.

Но крестьяне не были зависимыми, а полубандитские формирования были общей формой протеста. Среди крестьян были распространены анархические восстания  и уклонение от налогов, что было общей практикой до 1930 года. С  включением Северо-восточной олигархии  в правящую коалиции правительство  сосредоточилось на реструктуризации сельского хозяйства. Фактически государство все более и более жестко боролось с кангасьерами, восстанавливая порядок и власть плантаторов.

Для крестьян, большинство  которых были индианского происхождения, Варгас не только на сдержал свои передвыборные  обещания реформировать сельское хозяйство, он полностью отнял у крестьян возможность получить права рабочего класса, аналогично политики Муссолини, Франко, Салазара или Сталина.

Таким образом, удовлетворение интересов землевладельцев привело  к изменениям в правящей коалиции, игнорируя интересы ее левого крыла. После середины 1932 года влияние младших  офицеров на Варгаса быстро ослабло, хотя некоторые представители группы все еще занимали важные правительственные  должности. С этого времени становится заметным сдвиги в коалиции вправо.

Важную роль в смене  курс правительства сыграло восстание 1932 года в Сан-Паулу, так называемая «Конситуционалистская революция», за которой стояла кофейная олигархия, которая пыталась вернуть власть. Поводом для восстания стало назначение Варгасом офицера с левыми взглядами, Жуана Альберту, временным губернатором (так называемым интервентором, interventor ) Сан-Паулу, вместо выбранного губернатора. Кофейные магнаты не могли смириться с кандидатурой Альберту, не принимая его усилия по централизации и проведению экономических реформ, такие как увеличение налогов на 5 процентов и раздачу части земли учасникам революции. Под угрозой восстания Варгас заменил Жуана Альберту гражданским паулистой, назначив министром финансов банкира из Сан-Паулу и объявив дату проведения учредительских сборов. Но это только подзадорило кофейных олигархов, которые продолжали подготовку восстания.

Среди гражданского населения  Сан-Паулу не существовало однозначного мнения относительно восстания, и на вулицях городов проходили многочисленные митинги как в поддержку, так  и против Варгаса. Во время одного такого митинга в городе Сан-Паулу 23 мая 1932 года пять молодых паулистов были убиты сторонниками правительства, что внезапно вызвало волну протестов. Уже 9 июля начались вооруженные стычки отрядов добровольцев с правительственными войсками, на помощь паулистам пришли отряды из Минас-Жерайс, Мату-Гросу и других штатов. Паулистская армия насчитывала около 3 тыс. солдат, 10 тыс. полицейских и около 20 тыс. добровольцев, в ее планы входил захват Рио-де-Жанейро. Но восстание не продержалось долго, повстанческая армия была остановлена у долины Параиба и до 2 октября восстание было подавлено.

До 1934 года режим Варгаса  пришел к форме, гибридной между  фашистским режимом Муссолини в  Италии и «Новым государством» Салазара в Португалии. Постепенно Варгас отошел от идеи «временного правительства», отказался от либерального капитализма и социального реформизма, которые были основой левого крыла (крыла младших офицеров) Либерального Альянса. Отторжение левого крыла коалиции в наибольшей мере проявилось в отказе провести обещанную земельную реформу.

Варгас в наибольшей мере поддерживал плантатарское крыло  коалиции и, несмотря на попытку восстания, был настроен на создание нового альянса  с кофейной олигархией Сан-Паулу. Варгас освободил кофейных плантаторов, которые  все еще имели существенное влияние  на выборную государственную машину, от значительной части банковских долгов, что помогло им оправиться от краха  программы валоризации. Чтобы помириться со своими противниками после неудачного восстания, он даже приказал Банку Бразилии принять долговые обязательства, выпущенные правительством повстанцев.

Президентский срок Варгаса  должен был закончиться в ноябре 1934 года, а текущая бразильская конституция не позволяла проводить перевыборы. Для продолжения своего срока Ваграс согласился на принятие новой конституции, надеясь получить таким образом возможность балотироваться снова. Эта конституция была принята на всенародном голосовании 16 июля 1934 года. Как стало видно уже несколькими годами позднее, Варгас просто собирал силы, чтобы уничтожить демократические учреждения и установить фашистский диктаторский режим.

Как ни удивительно, но голосование за эту конституцию было самым демократичным за всю раннюю бразильскую историю. Несмотря на свою недолговечность, эта конституция впервые была написана на пустом месте выбранными представителями народа на практически справедливых многопартийных выборах. Вследствие этого она содержала ряд усовершенствований политической, социальной и экономической жизни, например предоставление независимости судебной власти, предоставление выборных прав женщинам, создание веток судебной власти для контроля над выборами и трудовыми отношениями, провозглашение свободы слова, религии, передвижений и митингов. С другой стороны, следует отметить, что конституция содержала и некоторые элементы европейского фашизма, она давала Варгасу контроль над рабочими союзами и лишала некоторых прав младших офицеров.

Многие положения новой  конституции так никогда и  не осуществились на практике. После 1934 года режим стал очень реакционным  и характеризовался почти полным подавлением оппозиции, что не давало возможности исполнять многие из требований конституции.

Режиму Варгаса все  больше угрожали прокоммунистические  группы, которые искали альянс с  крестьянством большинства богатых  штатов, поддерживая земельную реформу. Несмотря на популистское прозвище «отец  бедных», Жетулио Варгас отдал всю  власть в периферийных штатах земельной  олигархии, что не отвечало народным ожиданиям.

Его дальнейшее продвижение  в направлении удовлетворения требований латифундистов привело Варгаса  к альянсу с интегралистами (Ação Integralista Brasileira, сокращенно AIB), полувоенным фашистским движением. Этот альянс способствовал заметному росту роли движения, которое быстро превратилось в важную политическую силу в Бразилии. После 1934 года также начинается получение контроля над общественными организациями и профсоюзами через создание фиктивных организаций такого рода, государственное посредничество и объединение организаций.

Несмотря на силовое подавление любых организаций крестьянской бедноты, требования земельной реформы  становились все громче. Новые  прокоммунистические альянсы между  крестьянами, младшими офицерами и  пока еще небольшим слоем городского пролетариата набирали силу. Поскольку  они потенциально могли привлечь преимущественное большинство населения  страны, такие союзы серьезно угрожали режиму Варгаса.

Продолжительные тенденции  предполагали благоприятную для  идеологического экстремизма атсмосферу, особенно на Юго-востоке Бразилии. В  основе этих тенденций лежали быстрое  развитие промышленности на Юго-востоке  и постоянные классовые конфликты, которые создали условия для  роста массовых движений европейского типа. Коммунистическая партия Бразилии была основана в 1922 году и на протяжении 20-х годов выростает количество забастовок, организованных ею. Великая  Депрессия, которая сопровождала приход Варгаса к власти на волне разочарования  консервативным строем предыдущего  периода, значительно усилила левые  партии и провоцировала призывы  к социальным реформам.

С подавлением реакционного паулистского восстания и постепенной  мобилизацией нового потенциального врага  — городского пролетариата — основным направлением политики Варгаса стало  получение контроля над рабочим  классом. Сторонники Варгаса как  в городской, так и в сельской Бразилии, как и в европейских  фашистских странах, начали видеть в  возрастающей организации рабочего класса угрозу своим интересам. С  полным уничтожением кангасу на Северо-востоке, все сегменты правлящего класса —  как новой буржуазии, так и  земельных олигархов — начали видеть в роли главного врага роста профсоюзного движение на более урбанизированном и более европейском (как по происхождению, так и по идеологии) Юго-востоке.

К 1934 году в Бразилии сформировались два чрезвычайно идеологизированных массовых движений европейского типа, которые охватили всю страну: одно профашистское, связанное с идеологией Рима и Берлина, другой — прокоммунистический, связанный с Москвой. Первое движение было представлено в первую очередь  уже упомянутым интегралистским  движением (AIB), а второе составляло левый популярный фронт Aliança Nacional Libertadora (ANL). После распада альянса Варгаса  с рабочей силой, главные города Бразилии превратились в поля битвы  между коммунистическими и фашистскими  силами, что напоминало Берлин 1932-33 годов. К середине 1935 года это привело  к значительной дестабилизации всей политической жизни в стране.

 4. «ЭСТАДО НОВО»

Также как и европейские  фашисты, Варгас использовал угрозу коммунизма для оправдания собственной  диктатуры. Фашистская диктатура «Эстадо  Ново» (Новое государство) была построено  по образу номинально нейтрального, но по сути фашистского «Нового государства» Салазара в Португалии. Эта диктатура  окончательно материализовалась в 1937, когда передполагалось, что Варгас оставит пост президента в январе 1938 года, как это требовала конституция 1934 года. Но 29 сентября 1937 года генерал Дутра представил «План Коэна» (назван в честь венгерского коммунистического лидера, Белы Куна), который описывал детальный план коммунистической революции. «План Коэна» был лишь фальсификацией, сделанной интегралистами, но Варгас использовал его чтобы объявить предложенное Дутрой состояние чрезвычайного положения в государстве, также как Гитлер несколькими годами раньше использовал пожар в Рейхстаге для обвинения коммунистов и оправдания диктатуры. 10 ноября Варгас в радио-обращении к народу заявил о принятии на себя диктаторских полномочий, которые закреплялись новой конституцией (второй за время его режима), полностью переписанной с конституций европейских фашистских государств, таким образом приостановив президентские выборы и распуская конгресс. Варгас, как Гитлер и Муссолини, укреплял свою власть постепенно в рамках установленного государственного строя, а не путем одной революции.

Хотя режим «Эстадо  Ново» и был откровенно тоталитарным, он был мягче по сравнению с  режимом Нацистской Германии. Также  как и европейские фашисты, Варгас отменил оппозиционные политические партии, ввел жесткую цензуру, организовал  централизованную полицию и наполнил тюрьмы политическими диссидентами, пропагандируя национализм и устанавливая полный контроль над государственной политикой.

Хотя конституция «Эстадо Ново» и запрещала военизированные группы, включая интегралистов, которые угрожали личной власти Варгаса, политическая и экономическая политика государства имела много общего с политикой Муссолини. Варгас запретил забастовки и отнял у работников право организовывать независимые от правительства профсоюзы. Как и Муссолини, он использовал правительство в качестве посредника между классами, устанавливая, например, минимальную заработную плату для промышленных рабочих, но не для крестьян, точно так же, как Муссолини поддерживал городской пролетариат, но игнорировал крестьянство. Его политика индустриализации с помощью центрального планирования при сохранении частной собственности была еще одной общей чертой.

На протяжении «Эстадо Ново» государство анонсировала амбициозный Пятилетний план, целью которого были развитие тяжелой промышленности, создание новых источников гидроэлектроэнергии, расширение железнодорожной сети и развитие финансовой базы Бразилии. Эти мероприятия без сомнения вели к буржуазной революции, как минимум частичной. В 1940 году производство электроэнергии в Бразилии достигло 1 миллиона киловатт, из которых 60 процентов производилось в районе штата Сан-Паулу, в первую очередь благодаря сооружению гидроэлектростанций. Производство цемента выросло с 87 тыс. тонн в 1930 году до 700 тыс. тонн в 1940. Производство железа и стали выросло с 90 тыс. тонн в 1929 году до 150 тыс. тонн в 1939. Число производственных предприятий было более чем удвоено на протяжении десятилетия, достигнув 50 тыс. в 1940 году. Фабрики в штате Сан-Паулу использовали 35 процентов индустриальной рабочой силы и производили 43 процента стоимости промышленной продукции. За исключением экспорта ткани, бразильская промышленность почти исключительно обслуживала местный рынок.

К 1941 году в Бразилии было 44 100 заводов, где работало 944 тыс. рабочих (для сравнения в 1920 году эти цифры  составляли 13 336 заводов и около 300 тыс. рабочих). В 1942 году правительство  основало Компанию Долины Риу-Доси (Companhia Vale do Rio Doce) для разработки богатых железняковых месторождений Итабиры, в 1944 оно основало компанию для добычи и первичной переработки материалов, необходимых химической промышленности, в 1946 году Национальная Моторная Компания начала производство грузовиков. В том же году осуществилась одна из мечт Варгаса — Национальная Сталелитейная Компания начала производство на заводе в Вольта-Редонда между Рио-де-Жанейро и Сан-Паулу. Предвидя необходимость в топливе для современной промышленности, Варгас в 1938 году создал Национальную Нефтяную Компанию, которая начала поиск нефти. К 1940 году бразильское промышленное производство выросло очень существенно, но производство кофе снизилось. В результате для удовлетвореиня интересов старой олигархии правительство инвестировало значительные суммы в производство кофе, которое продолжало быть главным экспортным продуктом Бразилии.

Эстадо Ново имела значительный эффект для развития бразильской  архитектуры, в первую очередь потому что государство имело достаточные  полномочия для осуществления амбициозных  планов городского планирования. Хотя для осуществления всех этих планов и не хватало средств, эти проекты имели значительный и продолжительный эффект для организации городов. Один из лучше всего спланированных городов в мире, Куритиба, был впервые спланирован на протяжении Эстадо Ново. Известнейшим архитектором городского планирования этого периода считался Альфред Агачи.

Несмотря на фашистскую природу  Эстадо Ново, Бразилия в конце концов выступила на стороне Союзников  во Второй мировой войне. Но сначала, еще до провозглашения Эстадо Ново, считалось что Бразилия склонялась к поддержке стран оси. Между 1933 и 1938 годами Германия стала главным рынком для бразильского хлопка и вторым наибольшим импортером бразильского кофе и какао. Немецкий Банк Южной Америки даже открыл триста филиалов на территории Бразилии. В конце концов прагматичное бразильское правительство приняло сторону Союзников, хотя и после долгого периода выторговывания для себя наиболее выгодных торговых условий. Даже в мае 1941 года, уже после вторжения Германии в Польшу, Варгас направил Гитлеру поздравительную телеграмму в его день рождения, передавая «лучшие пожелания вашего личного счастья и процветания Немецкой нации», таким образом все еще пытаясь играть двойную игру. Такая двойная игра, вместе с быстрым увеличением гражданской и военной торговли между Бразилией и Нацистской Германией, вызывала постоянное беспокойство правительств Союзников, которые продолжали задаваться вопросом «кто такой Варгас и чего он хочет».

Бразильская правящая коалиция также разрывалась между просоюзническими и пронемецкими крыльями. Бразильские  генералы, например ближайшие к Варгасу Педру Гоез Монтейро и Эурико Дутра, восхищались немецким военно-индустриальным комплексом и горели желанием подписать договор с Германией. Пронемецкая фракция режима Варгаса была сильнейшей в армии, тогда как его помощники из олигархии были более лояльны Союзникам, благодаря установленным экономическим связям с США с Великобританией. Так как Союзники были более перспективными торговыми партнерами, Варгас в конце концов и принял их сторону, объявив войну Германии и Италии в 1942 году и послав 25-тысячный Бразильский Экспедиционный Корпус в Европу на помощь Союзникам. Бразилия понесла довольно заметные потери от войны, когда в августе 1942 года немецкие подводные лодки начали постоянные нападения на бразильские торговые суда.

Соглашение с антифашистскими  Союзниками привело к непониманию  среди бразильского среднего класса, которого, например, Салазар и Франко избежали в связи с поддержкой номинального нейтралитета, что позволило им не провоцировать антифашистские настроения в обществе и избежать вооруженного противостояния с Союзниками. В связи с антифашистскими настроениями Варгас был вынужден пойти на некоторую либерализацию своего режима, в обществе, которое больше не боялось беспорядков в стране и коммунистического реванша. Он объявил «новую послевоенную эру свободы», что включало амнистию для политических заключенных, возвращение президентских выборов и легализацию оппозиционных партий, включая безнадежно ослабленную Компартию.