Военные реформы Петра I. 2

Федеральное агентство по образованию

Государственное общеобразовательное  учреждение высшего профессионального  образования

 «ПЕТРОЗАВОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

КОЛЬСКИЙ ФИЛИАЛ

Военные реформы Петра I

Апатиты

2010 
СОДЕРЖАНИЕ

1. Истоки преобразований Петра...........................................................2

2. Военные реформы Петра I..................................................................4

2.1 Реформы в армии.....................................................................4

2.2 Реформы  на флоте.................................................................10

3. Итоги военной реформы Петра 1....................................................14

  Список использованной литературы.................................................16

1. ИСТОКИ ПРЕОБРАЗОВАНИЙ ПЕТРА 

Несмотря на обозначившуюся тенденцию европеизации России

в XVII в., в целом она значительно  отставала от уровня развития западноевропейских государств. Архаичная политическая, финансовая и военная система  Российского государства не позволяла добиваться во внешней политике ощутимых результатов.

Значительные внешнеполитические усилия России в XVII в. привели к весьма скромным итогам. Выход к Балтийскому  и Черному морям по-прежнему был  закрыт.

На исторической арене появляется сильная личность, которая обладала не только верховной властью, но и пониманием необходимости перемен, смелостью и решительностью, умом, энергией и талантом преобразователя.

По мнению С. В. Бушуева, Петр I «...действовал в том направлении, которое вполне определилось при его отце, пусть его реформы были рождены самой логикой исторического развития XVII в. и предвосхищены словом или делом тогда же, пусть даже средства, как, например, знаменитая петровская дубинка и не менее знаменитая закрепостительная политика, тоже позаимствованы из предшествующего периода — все равно нельзя отрицать, что именно он стал создателем Новой России. В личности Петра преобразователь и преобразования встретились; царь смог стать сознательным инициатором и активнейшим проводником перемен. Ничего подобного не было и не могло быть во времена первых Романовых, которые, даже идя на нововведения, искренне верили, что с их помощью восстанавливают патриархальную старину...».

На формирование реформаторских взглядов Петра оказали влияние европейские идеалы, усвоенные в юности, поездка в Архангельск, Азовские походы и поездка в Европу в составе Великого посольства. Петр окружил себя способными, энергичными помощниками и специалистами. Среди иностранцев выделялись: ближайший друг царя Ф. Лефорт, опытный генерал П. Гордон, талантливый инженер Я. Брюс и др. А среди русских постепенно формировалась сплоченная группировка сподвижников, сделавших впоследствии блестящую политическую карьеру: А. М. Головин, Г. И. Головкин, братья П. М. и Ф. М. Апраксины, А. Д. Меншиков.

В. О. Ключевский отмечал: «война была главным движущим рычагом преобразований, а военная реформа — ее начальным моментом».[1]

2. ВОЕННЫЕ РЕФОРМЫ ПЕТРА I

2.1 Реформы в армии

Армия, которую унаследовал  Петр, была сложной и несколько разнородной по составу сил: кроме казаков, башкир и других нерегулярных рекрутов, она состояла из трех различных элементов. Самой старой и теперь наименее полезной из них была конница, вербуемая по долгу перед отечеством из землевладельцев (помещиков). Условием сохранения их земель была служба в течение войны с указанным числом сопровождающих.

С 1550-х годов эта служба была укреплена учреждением института  стрельцов; но они стали только ограниченной военной ценностью задолго до конца семнадцатого столетия, так как были символом многих аспектов старой Московской Руси, из которой Петр желал вырваться на свободу.   Наконец, как наиболее современный и эффективный элемент в этой сложной военной смеси, имелись полки “нового строя”, организованные на манер западноевропейских сил и руководимые европейскими, преимущественно немецкими, офицерами. Во второй половине семнадцатого столетия они были, по числу и боевой мощи, главным элементом в вооруженных силах России. Петр подготавливался к созданию своей новой армии, внимательно изучая формирование и организацию этих полков. В военных делах, как и во многих других областях, он ускорил процесс перемен, которые начались задолго до него.[2]

Петр застал армию в  большом расстройстве: из 89 тысяч  солдат, обученных по иноземному строю (1681), к 1695 г., ко времени первого Азовского похода, оставалось всего лишь 14 тыс., остальные же 75 тыс. мало-помалу растаяли. Дворянство очень тяготилось иноземным строем: ученье, частые сборы, строгая дисциплина делали ее действительно тяжелою, а потому, оказав деятельную поддержку матери Петра в борьбе с царевной Софьей и ее стрельцами, дворянство стало требовать возвращения к старому русскому более легкому строю, чего и добилось.

Готовясь к войне со шведами, Петр начал с комплектования новоприборных полков (1698). К полкам Преображенскому и Семеновскому, уже обученным на новый лад, прибавлены были новые, набранные главным образом из охочих людей. Сюда шел всякий сброд, «вольница», вольноотпущенные крестьяне и холопы: из холопов царь разрешил принимать также и таких, которые явились без согласия своих господ, против их воли. ...Качество этих новоприборных полков было очень невысокое, что и обнаружилось при первом же серьезном столкновении с неприятелем. [3]

Необходимость вести военные  действия с хорошо обученной шведской армией вызвала дальнейшие преобразования в военной сфере. 1705 г. армия начинает пополняться периодическими, обыкновенно из года в год, рекрутскими наборами. [3] Каждые 20 дворов должны были выставлять на пожизненную службу одного рекрута, холостого парня в возрасте от 15 до 20 лет. Впоследствии рекрутов стали брать с определённого числа душ мужского пола среди крестьян.[4]

Война уносила много жертв убитыми, пленными, умершими от ран и, особенно, от болезней; убыль приходилось постоянно возмещать новыми наборами; как ни таяла армия, все же она постоянно росла: с 52 тыс. в 1703 г. до 113 тыс. в 1708 г., а в конце царствования Петра Великого достигла цифры 200 тысяч (всех родов оружия), не считая 100 тыс. нерегулярного войска (казаков, татарской и башкирской конницы и др.).[3]

Система рекрутских наборов  оказалась устойчивой и достаточно эффективной, просуществовав без изменений 170 лет — до 1874 г Е. В. Анисимов в книге «Время петровских реформ», объясняет такую устойчивость тем, что рекрутская система полностью отвечала особенностям социальной и экономической структуры страны. [3] «Рекрутская повинность и крепостнические отношения — это две стороны одной медали. На армию, где дворянин — офицер, а вчерашний крестьянин — солдат, крепостническая система накладывала, несмотря на принципиальное различие поместья и полка, свой неизгладимый отпечаток. Важно отметить, что рекрутская повинность не была индивидуальной, подобно всеобщей воинской повинности, а имела архаичный (феодальный, по сути) общинный характер, включая круговую поруку, очередность и т. д. Естественно, что, отражая крепостнические отношения в стране, рекрутчина — а именно так называлась повинность в народе — просуществовала до тех пор, пока не начали рушиться все остальные институты крепостного строя».[5, с.104-105]

Судьба рекрутов, становившихся  пожизненными солдатами, была тяжка. В  народе возникло сопротивление рекрутским наборам. Поэтому новобранцев заковывали в колодки как преступников, строили для них «станции» — места сосредоточения войск, мало чем отличавшиеся от этапных тюрем, клеймили специальными наколками, получившими у старообрядцев название «печать антихриста»: «А для знаку рекрутам значить на левой руке накалывать иглою кресты и натирать порохом. И сказать всех губерний в уездах явственно, в городах и по церквам, и на торгах, кто где увидит такого человека, который имеет на левой руке назначенокрест, чтоб их ловили и приводили в городы. А кто такого человека увидит и не приведет, и за такое противление оной непослушник высокого монаршеского указу будет истязай, яко изменник и беглец и может потерять все свое имение и написан будет сам в рекруты. А для образца послать в губернии начертанные руки с назначенными крестами, каков образец вложен в сем письме»,— говорилось в специальном правительственном предписании на места. [5, с. 105]

Рекрутская система комплектования армии сложилась в течение  пяти лет; устройство всей армии вырабатывалось около десятилетия.

Анализируя причины поражения  русской армии под Нарвой 19 ноября 1700 г., Петр отметил в своем «Журнале»: «искусство ниже вида», то есть крайне неудовлетворительное состояние боевой подготовки войск и искусства  ведения военных действий.

Русские войска XVII в. не привыкли воевать в поле, предпочитая отсиживаться за стенами крепостей или в  укрепленных лагерях. Тем самым  инициатива отдавалась противнику. Так  было и под Нарвой, когда, зная о  приближении шведов, войска не вышли из палисадов, построенных вокруг осажденной Нарвы, и не встретили противника в полевом сражении, имея численное превосходство.

Петр понял порочность такой концепции. «Главной целью  военных действий для Петра,—  пишет Е. В. Анисимов,— становится не взятие крепостей противника (как это было раньше), а нанесение поражения армии противника в непосредственном быстротечном контакте — бою, сражении. При этом Петр, взвешивая все слабые и сильные стороны и противника и свои, умел поступать осторожно, наверняка, с огромным запасом прочности, как это было, например, под Полтавой. Движение масс пехоты согласовывалось с действиями артиллерии и конницы, при этом сама кавалерия драгунского типа (т. е. обученная пешему строю) обладала широкими возможностями действовать самостоятельно, осуществлять операции стратегического масштаба...» [3].

А. Нартов вспоминал... разговор Петра с В. Брюсом: «Рассматривая  с Брюсом проекты укрепления крепостей, мысли свои о сем государь объяснял так: «Правда, крепость дает неприятелю отпуг, однако у европейцев не надолго. Победу решит военное искусство и храбрость полководцев и неустрашимость солдат. Грудь их — защита и крепость отечеству. Сидеть за стеною удобно против азиатцев». [5, с. 108]

Соответственно новым  стратегическим и тактическим принципам была изменена концепция подготовки войск к боевым действиям. На смену прежним смотрам раз в год и редким учебным стрельбам приходит постоянная подготовка, ориентированная на активное ведение боевых действий. Здесь сочетание индивидуального и группового обучения ружейным приемам и различным перестроениям в бою, меткости стрельбы и штыковому бою. Здесь и четкое управление боем со стороны офицеров. [3]

В основе тактического обучения войск Петра лежали не только технические  приемы, но и воспитание ответственности, инициативы, сознательной дисциплины, без чего немыслима боеспособная армия. В военном деле Пётр стремился уйти от примитивной жестокости в обращении с солдатом, от превращения его в шагающую машину. Это отразилось в изданном в 1716 г. «Уставе воинском». Как отмечает Е. В. Анисимов, жизнь этого документа оказалась необычайно долгой — 150 лет. Все это время несколько поколений русских солдат и офицеров приносили воинскую присягу по тексту, включенному в «Устав воинский», точнее — в его часть «Артикул воинский с кратким толкованием». Среди них были Румянцев и Суворов, Барклай-де-Толли и Кутузов, Пестель и Бестужев-Рюмин, Шевченко и Лев Толстой, миллионы новобранцев русской армии. [3]

Основной единицею пехоты был полк. Он состоял из двух батальонов; в каждом батальоне — 4 роты; в каждой роте — 4 плутонга (взвода).

Полком командовал полковник, имея помощником подполковника; батальоном — майор; ротою — капитан; плутонгом  — капрал. Помощники капитана: капитан-поручик (штабс-капитан), поручик и прапорщик; последний нес обязанности знаменосца. В основных чертах организация петровских полков сохранилась неизменною вплоть до настоящего времени, что уже одно свидетельствует о положительных ее сторонах. В каждом полку было по одной гренадерской роте. Гренадеры вооружены были ручными бомбами для бросания в неприятеля. [6]

Обмундирование пехоты. Поколенный кафтан из зеленого сукна с медными пуговицами и красными обшлагами; обувь: чулки и башмаки с медной пряжкой, в походе заменявшиеся высокими сапогами; на голове — низкая треуголка (у гренадеров — кожаная каска); волосы носили длинные; в парадные дни их пудрили мукой. Ружье с кремневым замком; на ружье насажен был багинет (трехгранный штык). Ружье называлось фузеей, а вооруженные им — фузелерами.

Основной и высшей единицей в пехоте и кавалерии стал полк. Бригады и дивизии не имели  постоянного состава. В военное  время дивизия сводилась в  армию. Артиллерия окончательно превратилась в самостоятельный род войск  с четкой организацией. Были созданы  инженерные войска (в составе артиллерии). Для управления вооруженными силами взамен приказов учреждены  Военная коллегия и Адмиралтейств-коллегия; введена должность главнокомандующего (на военное время). Была установлена единая система обучения  в армии и на флоте, открыты военные учебные заведения (навигационная,  артиллерийская, инженерные школы).[1]

Дисциплина суровая: наказания мучительные; шпицрутены (гнали сквозь строй и били); отрезание ушей, носа; каторга. Под страхом наказания требовалось безусловное исполнение отданного приказания. В армии, ставшей постоянной, и служба стала постоянной, пожизненной; отставка давалась одним только больным и увечным. [6]

Помещики часто пользовались «рекрутчиной» для того, чтобы  сдавать в солдаты неугодных  им «озоровавших» крестьян. Насилие  и жестокость сопровождали каждый рекрутский набор. Плакали жены, матери, дети, провожая своих мужей, сыновей и отцов на «службу царскую». Плакали, как по покойникам. Создался даже особый вид народного эпоса — «рекрутские плачи», повествующие о том, как молодой рекрут «зубы рвет, в службу царскую нейдет». Шли служить «на вечно», не рассчитывая вернуться домой: солдатская служба была фактически пожизненной. За малейшую провинность наказывали солдат нещадно. Кормили их зачастую плохо. Бегство из армии было распространенным явлением.[7]

Военная служба легла тяжелым  бременем на население, и уклонения от нее были обычным явлением. Можно считать, что десятая часть набранного войска всегда была в бегах. Был случай, когда от 23 000 драгун через несколько месяцев осталось всего лишь 8000 человек. [6]

2.2 Реформы  на флоте

Одновременно с созданием армии продолжалось и строительство петровского флота, начатого на Воронежских верфях в 1695—1696 гг. Всего в Воронеже до 1702 г., по данным, приводимым Е. В. Анисимовым, было построено 28 кораблей, 23 галеры, много мелких судов. [3]

Постройка кораблей велась под Москвой в селе Преображенском, в Воронеже, Козлове, Добром, Сокольске. Особенно большое строительство разворачивалось в Воронеже, где было создано адмиралтейство. На заготовку корабельного леса и строительство судов мобилизовано свыше 26 тыс. человек. Одновременно шло комплектование флота солдатами Преображенского и Семеновского полков, новобранцами.

Всего за несколько  месяцев, к весне 1696 г., был создан Азовский флот, основу которого составляли галеры (16-25 пар весел, две мачты  с парусом, несколько пушек, экипаж до 250 человек).[2]

Судьба Азовского флота  была печальной. После поражения  русской армии от турецких войск  в Прутском походе по мирному договору июня 1711 г. корабли Азовского флота  были частью уничтожены, а частью проданы  Турции, и крепости Азов и Таганрог отданы туркам. Это была одна из самых тяжких потерь в петровских войнах. Но к этому моменту Азовский флот, к счастью, не был единственным в России. Уже десять лет на берегах рек Балтийского бассейна строились корабли.

В 1702 г. была построена первая верфь на Балтике на реке Сясь. В 1703 г. на Свири возникла Олонецкая верфь, одна из самых крупных, а чуть позже — не менее большая Петербургская. [3]

Всего в петровский период было построено не менее 1164 кораблей и иных судов, причем львиная доля — на Петербургской и Олонецкой верфях — 386 судов, из которых 45 линейных кораблей. Эти цифры отражают колоссальные успехи кораблестроения за двадцать с небольшим лет. [5с. 118]

Подобно армии, флот страдал от нехватки компетентных офицеров; и в этом случае все, касающееся знания навигации, пушечного дела и подготовки моряков, представляло весьма трудно решаемую проблему. Несмотря на все усилия, в течение всего правления Петра флот продолжал оставаться гораздо более зависимым от иностранцев, чем армия.

В 1698 г. в Азове  была открыта школа навигации. В  конце того же года был учрежден Военный Морской Приказ как главный  орган управления новым флотом. В 1701 г. был основан Адмиралтейский Приказ, чтобы контролировать строительство  судов для флота. [9]

Сам Петр, по мнению историков кораблестроения в  России, был незаурядным кораблестроителем, предложившим много новых технических  решений, начиная с проектирования и кончая использованием морских  судов. Начав с проектирования и  строительства яхт и шняв, Петр кончил проектом и закладкой 100-пушечного корабля. [3]

В течение всей его жизни  для Петра флот был самой большой  страстью, самым большим, если не единственным оплотом его надежд. Практические детали, связанные с его строительством, навигацией, даже названия судов, их организация, система используемых сигналов, - все это никогда не переставало привлекать его заинтересованного внимания. [9]

Пётр I был не только государственным деятелем, но и искуснейшим корабельных дел  мастером. Собственноручно принимая участие в создании кораблей, он постоянно изыскивал новые методы быстрой и качественной их постройки. Метод работы голландских судостроителей, с которыми Петр I ознакомился в 1697 г., обогатил его практическими навыками, но полностью не удовлетворил. В январе 1698 г. российский государь отправился в Англию, где были наибольшие достижения судостроения. В этой стране, в частности, уже до спуска судна на воду строители могли определить ватерлинию (водоизмещение) путем соответствующих расчетов. Путешествуя по Европе, Петр I не только собирал книги по судостроению, мореплаванию, но и пытливо изучал их. Полученные знания подводили его к осознанию необходимости развития в России астрономических наук и механики, которые, в свою очередь, требовали глубоких математических знаний. Поэтому чрезвычайно важным шагом Петра I было создание в 1701 г. Школы математических и навигацких наук, которая была образована в Москве и находилась в здании Сухаревой башни. Школа стала первым светским учебным заведением в России и первым реальным училищем в Европе. В ней готовились кадры офицеров флота и отчасти армии. Привлекая иностранных преподавателей и корабельных мастеров, Петр I во многом шел своим путем, создавая отечественную школу кораблестроения.  
 Для действий в Балтийском и Азовском морях Петру пришлось решать проблему создания судов смешанного плавания, т.е. таких, которые могли бы действовать как на реках, так и на море. Другим морским державам такие суда военного назначения не требовались. [10]

Одновременно со строительством кораблей создавались мощные военно-морские базы в Петербурге и Кронштадте, дополненные базой в Эстляндии (Рогервик, ныне Палдиски). [3]

В 1710 году создается  артиллерийская (первая из нескольких), а в 1709 году – инженерная школа  в Москве и в 1719 году – в Санкт-Петербурге.[9]

Петровское время стало  расцветом галерного флота, известного с античных времен. Он особенно подходил для войны в мелководных шхерах Финского и Ботнического заливов. Здесь  пригодился опыт венецианских кораблестроителей.

Ко времени Гангутской битвы 1714 г. был создан морской щит Петербурга — Балтийский флот из 22 кораблей, 5 фрегатов и множества мелких судов. Этот флот был далек от совершенства: корабли были разнотипны, строились из сырого леса и потому оказывались недолговечными, плохо маневрировали. Не случайно в Гангутской операции вся тяжесть борьбы на море легла на галерный флот. И все же Россия сумела вытеснить шведов из Финского залива и добиться превосходства на море.[2] К концу царствования Петра Великого (1724) флот состоял из 48 линейных кораблей, 787 галер и других более мелких судов.[6] Для флота и армии Петр не жалел ни средств, ни людей. В своем указе и регламентах он часто объясняет, что от военного могущества зависят крепость государства, благосостояние народа и успехи во внешней политике. [8]

В петровский период центр морской торговли России переместился с Белого моря из Архангельска на Балтику  в Петербург, ставший крупнейшим торговым портом страны. Это заставило  активизировать мероприятия по защите региона от возможных нападений. Не прекращавшиеся со времени закладки крепости на острове Котлин работы были в основном закончены в 1723 г. Так возник город-крепость Кронштадт, оборону которого Петр I своим указом постановил "держать до последней силы и живота, яко наиглавнейшее дело". [2]

13 января 1720 года Петром  I был издан первый морской устав.  
 Издание в России Морского Устава как бы подвело определенный итог морской истории страны: в самые сжатые сроки на Балтике был создан сильный военно-морской флот.

Свершения Петра Великого грандиозны. За время его правления на российских верфях было построено более 1000 кораблей, не считая мелких судов. Численность команд на всех кораблях доходила до 26 тыс. человек. Интересно отметить, что имеются архивные свидетельства, относящиеся ко времени правления Петра I, о постройке крестьянином Ефимом Никоновым "потаенного судна" - прообраза подводной лодки. В общем на кораблестроение и содержание флота Петром I было израсходовано около 1 млн. 200 тыс. рублей. Так, волею Петра I в первые два десятилетия ХVШ в. Россия вошла в число великих морских держав мира. [10]  
  

3. ИТОГИ ВОЕННОЙ РЕФОРМЫ ПЕТРА I

Главное внимание Петра Великого в продолжение всего царствования обращено на организацию сухопутного  войска и создание военного флота. Им установлены постоянные рекрутские наборы и создана регулярная армия. Военные люди стали принадлежать исключительно своей службе и не допускались к занятию другими делами. Им выдавалось определенное жалованье и казенный провиант. Кодекс военных законоположений составлен еще до открытия военной коллегии; он определял не только права и обязанности подчиненных и начальства, но и военное судопроизводство и устройство армии. Адмиралтейская коллегия устанавливала единство в управлении флотом и всеми морскими делами. В конце царствования Петра Великого регулярное войско достигало 180 000 человек. Оно было вооружено и обмундировано по западноевропейским образцам, прекрасно дисциплинировано и испытано в боях. [8]

Армия и флот стали содержаться за счет государства.

Новая военная система создавалась  по западноевропейскому образцу.  Для подготовки офицерских кадров  служили Преображенский и Семеновский полки, а также ряд вновь открытых  специальных школ и Морская академия.

В войсках и на флоте  была установлена суровая дисциплина, для поддержания которой широко применялись телесные наказания. В  армии и на флоте введена иерархия чинов и званий. Артикул воинский (1715) определял военно-уголовный  процесс и систему уголовных  наказаний.  Организация вооруженных сил, основные вопросы обучения, способы ведения боевых действий были законодательно закреплены в Уставе воинском (1716), Книге-уставе морском (1720) и др.

В целом военные реформы Петра I оказали положительное влияние  на развитие русского военного искусства, явились одним из факторов, обусловивших успехи русской армии и флота в Северной войне.[1]

Внушительный рост российской армии и флота, учитывая их роль в  изменении международного положения  страны, имел некоторые конструктивные результаты. Он стимулировал определенное развитие административных преобразований. Благодаря поддержке переводов иностранных трудов по военным и военно-морским вопросам, он в определенной степени стимулировал интеллектуальную жизнь. Несомненно, он дал толчок некоторым видам экономического роста, что помогает объяснить увеличение производства Россией железа. Этим же фактором вызвано учреждение первых государственных текстильных фабрик в России, обеспечивавших поставки ткани для армейского обмундирования.  Беспрецедентный спрос на стрелковое оружие привел к созданию ряда оружейных фабрик. Однако, как бы ни был русский народ заинтересован во всех этих ограниченных и косвенных выгодах, они перечеркивались невыносимыми трудностями.

Увеличение  военной силы России было одним из самых далеко направленных достижений правления Петра. От этого зависело выживание страны, заметное повышение международного положения России. Это было, кроме того, достижение, которое сразу привлекло внимание и вызвало восторг иностранцев.[9]

Сухопутная страна, три  десятилетия назад не имевшая  ни одного военного корабля, превратилась в могучую морскую державу, располагавшую  самым мощным флотом на Балтийском море. Флот надежно защищал морские  рубежи России, в том числе и столицу империи Петербург.[10]

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Деревянко, А. П. История России : учеб. пособие / А. П. Деревянко, Н. А. Шабельникова. – 2-е изд., перераб. и доп. – М. : ТК Велби, Изд-во Проспект, 2005. – 560 с.

2. Регулярный военный флот Петра Великого / В.Н. Краснов, Е.А. Шитиков. – Электрон. дан. – М. : Центральный Военно-Морской Портал Copyright ©, 1998-2010. – Режим доступа: http://www.navy.ru/

3. Бушуев, С. В. История государства Российского: Историко-библиогр. очерки. Кн. вторая. XVII—XVIII вв. / С. В. Бушуев. –  М. : Изд-во «Кн. палата», 1994. – 416 с.

4. Соловьёв, С. М. История России с древнейших времён. В 9 кн. Т. 18. История России, 1711–1725 гг. Царствование Петра I, Екатерины I Алексеевны / С. М. Соловьёв; отв. ред. Н. А. Иванов. –  М. : Голос; Колокол – Пресс, 1998. — 708 с.

5. Анисимов, Е. В. Время петровских реформ XVIII в., 1-я четверть / Е.В. Анисимов. — Л. : Лениздат, 1989.— 496 с.

6. Шмурло, Е. Ф. История России 862-1917 / Е. Ф. Шмурло. – М. : Аграф, 2001. – 617 с.

7. Мавродин, В. В. Рождение новой России / В. В. Мавродин. — Л. :   Изд.  Ленинградский ун-т, 1988. — 531 с.

8. Иоанн Грозный. Петр Великий. А. Д. Меншиков. Г. А. Потемкин :

биогр. очерки / Е.А. Соловьёв и др. — М. : Республика, 1998. — 366 с.

9. Военная реформа / Е. В. Ямкина. – Электрон. дан. – М. : Преобразования Петра 1 и судьбы России. Copyright ©, 2006. – Режим доступа: http://www.petr-ul.narod.ru/ref_voen.html

10. Флот Петра 1 / В.Н. Краснов. – Электрон. дан. – М. : офиц. информ. сайт «Морской флот» – Режим доступа: [email protected]