Значение экспериментов Беббиджа и становление научного менеджмента

Министерство  сельского хозяйства Российской Федерации

Федеральное государственное образовательное  учреждение

Высшего профессионального  образования

«ИЖЕВСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ  СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННАЯ АКАДЕМИЯ»

Кафедра Менеджмент и права

   Контрольная работа по Истории управленческой мысли

«Значение экспериментов Беббиджа и становление научного менеджмента»

                              Проверила: Некрасова Е.А

                                                      Выполнила : Солодянкина

                 Студентка 3 курса

                                   Направление – Менеджмент

                                                                 Шифр 11046

Ижевск 2013

Содержание:

1.Значение экспериментов  Беббиджа…………………………………….стр.2

2.Становление научного  менеджмента…………………………………..стр.8

3.Используемая литература……………………………………………...стр.27

1.Значение экспериментов  Беббиджа

  Работать над созданием разностной машины Бэббидж начал вскоре после 1812 года. Прежде всего, у него возникло множество, как сейчас бы сказали, технологических проблем. Приходилось не только изобретать узлы и механизмы, но и способы их изготовления с достаточной точностью. Тем не менее, Бэббидж сумел к 1822 построить действующую модель, на которой он рассчитал, в частности, таблицу квадратов. В том же году он обратился с письмом к президенту Королевского общества - знаменитому химику Гэмфри Дэви - с предложением построить значительно большую машину, позволяющую с достаточной точностью вести расчет навигационных, астрономических и тригонометрических таблиц. Он предвидел масштабы необходимых затрат, но как выяснилось позднее, все же ошибся почти на порядок. В 1823 при содействии Дэви, который подтвердил реальность проекта, правительство Англии выделило первые 1500 фунтов с обязательством со стороны Бэббиджа построить машину за три года. Через десять лет машина всёё ещё не была построена, хотя истрачено было 17 000 фунтов правительственных денег и 13 000 собственных денег Бэббиджа - огромное состояние по тем временам!

История разностной машины, возможно, имела бы более счастливый конец, если бы не одно обстоятельство, из-за которого имя Бэббиджа и осталось навсегда в истории науки и  технологии. Около 1833г. ему пришла в голову идея усовершенствованной машины -“аналитической”, после чего он разностную машину практически похоронил. И это была первая в истории идея ЦВМ.Калькулятор отличается от компьютера тем, что первый работает подобно музыкальному автомату по раз и навсегда заданной программе, а компьютер теоретически может выполнять таких программ бесконечное множество. Именно этим отличалась разностная машина от аналитической. 
 
Аналитическая машина Бэббиджа содержала все узлы сегодняшнего компьютера: ОЗУ на регистрах из колес (склад), АЛУ - арифметико-логическое устройство (он предложил для него название мельница), устройство управления и устройства ввода-вывода, последних было даже целых три: печать одной или двух копий (!). изготовление стереотипного отпечатка и пробивка на перфокартах. Перфокарты (изобретение отнюдь не Бэббиджа, они использовались в ткацких станках Жаккара к тому времени уже несколько десятилетий), служили и для ввода программы и данных в машину. ОЗУ имело емкость 1000 чисел по 50 десятичных знаков (то есть около 20 Кбайт), что более чем прилично - для сравнения укажем, что ЗУ одной из первых ЭВМ “Эниак” (1945) имело объем всего 20 десятиразрядных чисел, а знаменитый АрНе II (1980) поступал в продажу чаще всего с 48 Кбайт общей памяти — для программ и данных. АЛУ имело, как мы бы сейчас сказали, аппаратную поддержку всех четырех действий арифметики. Можете себе представить - 1834 год! Еще не изобретены фотография и электрические генераторы, и в помине нет телефона и радио, только-только начали прокладывать первые железные дороги и телеграфные линии. Радиоактивность, которая повлечет за собой всю цепочку событий, приведших в том числе и к достижениям современной технологии полупроводников, откроют только в 1890-х годах. На морях безраздельно господствует парус, на суше - друг человека лошадь. А тут - ЦВМ! И ведь конструкцией дело не ограничилось. 
В 1842 итальянец Менабреа (впоследствии - премьер-министр Италии!) опубликовал описание аналитической машины Бэббиджа на итальянском языке. Сам Бэббидж не был расположен к популяризации своих идей - ещё одна черта неутомимого характера, ему было жаль времени. Поэтому он активно приветствовал появление английского перевода работы Менабреа, сделанного Адой Лавлейс.Вот эти-то комментарии, оставшиеся единственной печатной работой Ады, значительно превысившие как по объему, так и по значению сам оригинал, и вошли в историю как пример первого описания ЦВМ и инструкций по программированию к ней.  
 
 
То что и Бэббидж, и Ада прекрасно понимали, что именно они создали, доказывает довольно подробный разбор теоретических возможностей машины. Это дало основание отцу современной информатики А. Тьюрингу ввести в своей знаменитой брошюре “А может ли машина мыслить?” (1956) целый раздел под названием “Возражения леди Лавлейс”. 
Так почему же хотя бы разностная машина так и не была построена Бэббиджем, а ведь еще при его жизни появилось несколько действующих экземпляров других конструкторов? Причин много, и одна из них — технологическая. Тогда не умели обрабатывать металл с нужной степенью точности, с достаточной производительностью - а машина Бэббиджа содержала не одну тысячу только зубчатых колес. Вероятно, и в наше время, когда англичане любовно воспроизвели дифференциальную машину по сохранившимся чертежам, эта задачка была не из легких. А тогда, как уже упоминалось, ему самому пришлось изобретать новые технологии. Интересно, что процесс создания его машины привел к заметному прогрессу в области тогдашней металлообработки. В частности, при прямом участии Бэббиджа были изобретены поперечно-строгальный, токарно-револьверный станки, калибры, методы изготовления зубчатых колес и даже высказана идея стандартизации деталей при массовом производстве. На разработке узлов разностной машины оттачивал мастерство выдающийся механик XIX столетия Уинворт. 
 
Другой причиной неудач послужил его упрямый характер. Бэббидж был совершенно по-английски “принципиально принципиален”. С Королевским обществом он рассорился в самом начале, упрямо выдвигая передовые, но неприемлемые для того времени идеи политического характера. С его президентом, упомянутым Дэви, он разругался в 1826, когда тот фактически предал его при выдвижении кандидатур на пост секретаря общества.

Если Бэббиджу что-то не нравилось, он не стеснялся заявлять об этом во всеуслышание, и более того - пытался  бороться до победного, даже в пустяках: к примеру, он не переносил уличных  музыкантов и хотел добиться законодательного запрета на их деятельность. Еще  в молодости он отправил знаменитому  поэту Теннисону письмо, в котором  критиковал его за строки: “Каждую  минуту умирает человек. Но каждую минуту человек рождается”. По мнению Бэббиджа, их следовало переписать так: “Каждое  мгновение умирает человек. Но 1.16 человека рождается...” (Несомненно, профессор  Челленджер и подобные ему литературные персонажи во многом срисованы с  Бэббиджа.) Просто удивительно, несмотря на весь его максимализм (как водится, он часто не замечал за собой того, чего требовал от других), у него все-таки было столько друзей. И его самолюбие  и упрямство ни в коей мере не помешали ему приветствовать появление  действующей разностной машины шведских изобретателей Шютцев, что случилось  уже в 1854. Впрочем, массовое производство разностных машин так никогда  и не было налажено - слишком велика сложность и дешевле, очевидно, все-таки считать вручную. 
 
Бэббидж думал, что можно преодолеть все трудности, было бы желание. Он шел от идеи к ее воплощению, нимало не считаясь с практическими возможностями своего времени. Но какое счастье, что наш герой оказался таким упертым, иначе мы были бы лишены одной из самых замечательных страниц в истории науки и техники. Стоит вспомнить хотя бы о пресловутых 50 разрядах данных — такое число было востребовано на практике только в 50-х годах XX столетия. Последний экземпляр разностной машины, построенный в 1933  (потом уже началась эра ЭВМ) в Англии, значительно уступал теоретической разработке Бэббиджа. 

И всё-таки Бэббидж не был  фанатом одной идеи, пусть даже она стала главным делом его  жизни. Просто удивительно, сколь разносторонним был круг его интересов — кроме  механизации вычислений, он занимался  безопасностью движения на железнодорожном  транспорте; световой сигнализацией  для военных нужд; теорией функционального  анализа: экспериментальными исследованиями электромагнетизма; вопросами шифрования; оптикой; геологией; религиозно-философскими вопросами; теорией и практикой  машиностроения и многим-многим другим. Весьма известен политэкономический труд Бэббиджа “Экономика машин и производства”, высоко оцененный как современниками, включая К. Маркса, так и потомками, например Кейнсом. В этой книге он, в частности, придумал метод сетевых графиков и предвосхитил современное исследование операций. Он был одним из основателей Лондонского статистического общества. В числе изобретений Бэббиджа - спидометр, офтальмоскоп, солнечный коронограф, устройство для наведения артиллерийских орудий, сейсмограф... Но главным была аналитическая машина, которой он продолжал заниматься все годы - он всего год не дожил до своего восьмидесятилетия и застал начало новой электронной эры, если ее считать с прокладки первых телекоммуникационных линий - телеграфный кабель между Европой и Америкой поражал воображение современников ничуть не меньше, чем сто лет спустя первые полеты в космос. Работу над аналитической машиной продолжил его сын Генри, но настоящее развитие идеи Бэббиджа получили сто лет спустя после появления той самой работы Ады Лавлейс. 

2.Значение деятельности  Бэббиджа

 
Значение деятельности Бэббиджа и  Лавлейс далеко не историческое. Их работы ни в коем случае не принадлежат  к историческим курьезам, и когда  создавались первые электронные  вычислительные машины, их создатели  уже знали, куда идти — за сто  лет до того им была указана столбовая  дорога, с которой никто так  и не свернул. Конечно, были и продолжаются попытки создания компьютеров, основанных на других принципах (нейрокомпьютеры, квантовые компьютеры), но все, что  мы видим в повседневной жизни  — начиная от персоналки на рабочем  месте операционистки в Сбербанке  и заканчивая “мозгами” мобильного телефона — построено точно так  же, как это задумали один упрямый  математик и одна светская молодая  леди более ста пятидесяти лет  назад...

В 1816 Бэббидж был избран членом Лондонского Королевского общества и стал одним из основателей Королевского Астрономического (1820) и Статистического (1834) обществ. В 1828-39 он занимал почетную кафедру профессора математики Кембриджского  университета - ту самую, которую когда-то занимал Исаак Ньютон.

В 1812-13 Бэббидж, решив искоренить ошибки из логарифмических таблиц, пришел к идее механических расчетов. В 1822 Бэббидж описал машину, способную  рассчитывать и печатать большие  математические таблицы, и сконструировал машину для табулирования, состоявшую из валиков и шестеренок, вращаемых  с помощью рычага. Машина могла  производить некоторые математические вычисления с точностью до восьмого знака после запятой. Это был  прообраз его разностной машины, к  постройке которой он приступил  в 1823 году, получив правительственную  субсидию для продолжения работ. Разностная машина должна была производить  вычисления с точностью до 20 знака  после запятой. Постройка машины отняла у Бэббиджа 10 лет, ее конструкция  становилась все более сложной, громоздкой и дорогой. Она так  и не была закончена, финансирование проекта было прекращено.

Тем временем Бэббиджем овладела идея создания нового прибора - аналитической  машины. Главное её отличие от разностной машины заключалось в том, что  она была программируемой и могла  выполнять любые заданные ей вычисления. По существу аналитическая машина стала  прообразом современных компьютеров, так как включала их основные элементы: память, ячейки которой содержали  бы числа, и арифметическое устройство, состоящее из рычагов и шестеренок. Бэббидж предусмотрел возможность  вводить в машину инструкции при  помощи перфокарт. Однако и эта машина не была закончена, поскольку низкий уровень технологий того времени  стал главным препятствием на пути ее создания.

Разностная машина в несколько  видоизменённом виде была построена  в 1854 шведским изобретателем Шойцем. В 1991 британскими учеными по спецификации Бэббиджа была построена вторая разностная машина, способная производить вычисления с точностью до 31 знака после  запятой.

Значителен вклад Бэббиджа и в других областях. Он содействовал реформированию почтовой системы в  Англии, составил первые надежные страховые  таблицы, участвовал в изобретении  тахометра и создал приспособление, сбрасывающее случайные предметы с  путей перед локомотивом.

3.Становление научного  менеджмента

Ф.Тейлор положил начало эпохе, которая  может быть охарактеризована как  поиск способностей и систематизация знаний о менеджменте.

Последние десятилетия 19 века характеризуются исключительным накоплением  ресурсов в американской индустрии. Широкое использование электрической  энергии на предприятиях и механизация  ручного труда привели к потенциально высокой продуктивности и массовому  производству техники. Накопление ресурсов и развитие технологии ярко высветило  главное препятствие на пути к  более высокой производительности, которым являлись незрелые формы  управления.Один из этих инженеров  выделяется своим особым вкладом  положением в систематизацию управления. Он получил признание как отец научного менеджмента

У Тейлора не было опыта управления, и он полагался исключительно  на собственные исследования. Его  лобовая атака производственных проблем привела к ранним конфликтам с рабочими. Как только он завоевал авторитет среди рабочих, то сразу  принялся за исправление ситуации. Он не мог смотреть равнодушно на то, что рабочий делал меньше, чем  может. Для него это было противоестественным  и, возможно, представлялось большим  грехом.

Ограничение выпуска продукции  в Мидвейле классифицировалось Тейлором как естественное отлынивание и  систематическое отлынивание. Естественное отлынивание являлось результатом  инстинкта и тенденции человека не усердствовать, в то время как  систематическая форма является результатом оценки ими отношений  с другими людьми. Просто отлынивание  менеджер может преодолеть, если вдохновит  или заставит человека выполнять  норму. Систематическое отлынивание  ведет к различным проблемам  и менеджеры годами пытались справиться с тенденцией соответствовать групповым  стандартам производительности.

Система сдельной работы, введенная  еще задолго до Тейлора, поощряла побудительные мотивы и инициативу тем, что оплачивала выпуск продукции. Такие системы полностью провалилась  до Тейлора, так как стандарты  были плохо установлены, а работодатели урезали зарплату рабочим, как только те начинали зарабатывать больше. Рабочие  ради защиты своих интересов скрывали новые более прогрессивные методы и приемы работы и совершенствования. Помня о прошлом опыте урезания зарплаты при превышении определенного  уровня, рабочие пришли к соглашению относительно производительности и  заработка. Тейлор не порицал этих людей  и даже симпатизировал им, так как  чувствовал, что это были ошибки системы.

Первые попытки изменить систему  натолкнулись на противодействие рабочих. Он пытался убедить, что они могут  сделать больше. Тейлор начал с  объяснения токарям того, как можно  получить больше продукции с меньшими затратами благодаря его новым  методам работы. Но он потерпел с  неудачу, т. к. они отказывались следовать  его инструкциям. Он решился на более  крупные изменения норм труда  и оплаты: теперь они должны были работать лучше за ту же цену. Люди ответили порчей и остановкой машин. На что  Тейлор ответил системой штрафов (доходы от штрафов шли в пользу рабочих). Тейлор не выиграл в битве со станочниками, но извлек из борьбы полезный урок. Он больше никогда не будет использовать систему штрафов и позже создаст  строгие правила против урезания зарплаты. Тейлор пришел к выводу о  том, что для предотвращения таких  неприятных стычек между рабочими и  управленцами следовало создать  новую промышленную схему.

Он полагал, что сможет преодолеть отлынивание тщательным исследованием  работы в целях установления точных норм выработки. Проблема состояла в  нахождении полных и справедливых норм для каждого задания. Тейлор решил  установить научно, что люди должны делать с оборудованием и материалами. Для этого он начал использовать методы научного поиска данных путем  эмпирических исследований. Тейлор, вероятно, и не задумывался о создании некой  общей теории, применимой к другим профессиям и отраслям, он просто исходил  из необходимости преодолеть вражду и антагонизм рабочих.

Изучение времени операций стало  основой всей системы Тейлора. Оно  сформулировало основу научного подхода  к работе и имело две фазы: аналитическую  и конструктивную. При анализе  каждая работа разбивалась на множество  элементарных операций, часть из которых  отбрасывалась. Затем измерялось и  фиксировалось время, затрачиваемое  на каждое элементарное движение в  исполнении наиболее умелого и квалифицированного ее исполнителя. К этому записанному  времени добавлялся процент, чтобы  покрыть неизбежные задержки и перерывы, и так же другие проценты, отражающие новизну работы для человека и  необходимые перерывы на отдых. Большинство  критиков как раз в этих надбавках  и видели ненаучность метода Тейлора, т.к. они определялись на основе опыта  и интуиции исследователя. Конструктивная фаза включала создание картотеки элементарных операций и времени, затрачиваемого на выполнение отдельных операций или  их групп. Более того, эта фаза вела к поиску улучшений в приборах, машинах, материалах, методах и конечной стандартизации всех элементов, окружающих и сопровождающих работу.

В своей статье Система дифференцированной оплаты Фредерик Тейлор впервые заявил о новой системе. Система Тейлора  включал три части: изучение и  анализ времени выполнения операций для установления норм или стандартов, дифференциальная оплата сдельной работы, плата человеку, а не занимаемой должности. По мнению Тейлора участие  в прибылях провалилось, т.к.: (1) участие  всех в прибылях не обращало внимания на вклад отдельного человека, отбивало охоту работать; (2) отдаленность вознаграждения. Второй пункт критики Тейлора  относительно явился следствием его  способности проникновения в  суть психологического принципа временной  ассоциации, т.е. учета времени вознаграждения с поощряемым поведением. Тейлор понимал, что вознаграждение, получаемое в  конце года не являются стимулом максимальной производительности в данный конкретный день.

Эта статья определила взгляды Тейлора  на профсоюзы, которые принесли много  критики в адрес Тейлора: Писатель далек от взгляда многих производителей на трудовые союзы как вредные  для их членов, для работодателей  и общества в целом. Трудовые союзы... сделали много не только для своих  членов, но и всему обществу сокращением  рабочего дня, смягчением лишений и  улучшением условий труда рабочих... Когда работодатели разделили своих  работников на классы и платили всем внутри одного класса одинаковую зарплату... единственным способом защиты людей  стало их объединение... Это положение  дел нельзя признать удовлетворительным и автор верит, что система  регулирования зарплаты и условий  найма целых классов людей  путем совещаний и соглашений между лидерами, союзами и мануфактурами  является далеко не лучшей... Она должна уступить место плану стимулирования амбиций каждого рабочего путем  оплаты его индивидуальной производительности, не ограничивая его средними нормами  или средней зарплатой класса.

Тейлор не видел профсоюзов в  своей системе менеджмента. Для  Тейлора членство в профсоюзе  лишало человека возможности реализации своих способностей и желаний. Люди должны поощряться в стремлении стать  лучше и заработать больше.

Этот ранний доклад о стимулах и  надлежащих отношениях между рабочими и менеджментом предвосхитил его  философию взаимного интереса между  этими сторонами. Тейлор исходил  из признания, что, противясь получению  рабочим большей зарплаты, работодатель сам получал меньше. Он видел взаимный интерес в сотрудничестве, а не конфликте между рабочими и менеджментом. Он критиковал практику работодателей  найма дешевого труда и выплаты  возможно низшей зарплаты, как и  требования рабочих об оплате своего труда по максимуму. Тейлор выступал за высокую оплату труда первоклассных  работников, стимулируя их работать производить  больше стандарта благодаря эффективным  условиям и с меньшими затратами  усилий. Результатом была высокая  производительность труда, которая  выливалась в меньшие затраты  на единицу продукции для работодателя и большую зарплату для рабочего. Суммируя свою систему оплаты труда  Тейлор выделил цели, которые должны преследоваться каждым предприятием:

(а) Каждый рабочий должен  получать наиболее сложную для  него работу;

(б) Каждый рабочий должен  призываться выполнить максимум  работы, на который способен первоклассный  рабочий;

(в) Каждый рабочий, когда он  работает со скоростью первоклассного, доложен получать надбавку от 30% до 100% за работу, которую он  выполняет выше среднего уровня.

Понятие первоклассного работника  сформулировало основу для научного отбора рабочих и принесло много  огорчений Тейлору, когда он пытался  объяснить его другим. В письменном свидетельстве перед специальным  Комитетом конгресса, Тейлор так  определил первоклассного работника: Я верю, что единственным человеком, который не подходит под понятие  первоклассный является тот, кто  может, но не будет работать. Я пытался  объяснить, что можно подыскать  для каждого человека работу, на которой он был бы первоклассным, за исключением тех, кто способен выполнить работу, но не делает этого. Исходя из этого непервоклассным  работником является только тот, кто  физически и\или ментально не подходит к определенной работе (в  этом случае его следует переучить  или перевести на другую более  подходящую для него работу ), либо тот, кто не расположен работать хорошо. В определении норм для каждой работы, Тейлор исходил из темпа, который  первоклассный работник мог сохранять  годами без ущерба для здоровья. Это такой темп, при котором  человек становится счастливее и  благополучнее. Темп первоклассного рабочего отличался отсутствием рывков и  напряжений, а нормальным темпом, который  человек мог выдержать. По сути своей, этим положением Тейлор создал основы управления персоналом, т. е. соответствия человеческих возможностей выполняемым  работам.

Задачей менеджмента было нахождение работы, для которой данный рабочий  подходил лучше всего, содействие ему  в становлении первоклассным  рабочим и обеспечение его  стимулами для наивысшей производительности. Он пришел к выводу, что главнейшим различием между людьми был не их интеллект, а воля, стремление к  достижению. Первоклассные рабочие - это люди, соответствующие своей  работе и амбициозные.

Тейлор создал также систему  управления заданиями. Сегодня, после  того как Дракер создал управление по целям, это новшество Тейлора  можно было бы назвать менеджментом по заданиям. Тейлор определял менеджмент как точное знание того, что хочешь от человека и наблюдение за тем, как  он делает это наилучшим и наиболее дешевым способом. Он добавлял, что  краткое определение не может  полностью отобразить искусство  управления, но подчеркивал, что отношения  между работодателями и рабочими являются, несомненно, самой важной частью этого искусства. Менеджмент, по его представлению, должен создать  такую систему работы, которая  обеспечивала бы высокую производительность, а стимулирование работника вело бы к еще большей производительности.

Понимая, что его система работы зависит от тщательного планирования, он основал концепцию управлениями заданиями, которая впоследствии стала  называться научным менеджментом. Менеджмент по заданиям состоял из 2 частей: (1) каждый день рабочий получал определенное задание с детально описанными инструкциями и точными указанием времени  для каждого этапа работы и (2) рабочий, выполнивший задание в  определенное время получал более  высокую зарплату в то время как  те, кто затратил больше времени, получали обычный заработок. Задание было основано на детальном изучении времени, методов, приборов и материалов. Будучи однажды определенными и порученными  первоклассным (образцовым) работникам эти задания в будущем не требовали  затрат времени и энергии менеджера, который мог сосредоточиться  на организации общей системы  работы. Непосредственной проблемой  организации было направление усилий менеджмента на планировании работы и руководстве по ее завершению.

Для того, чтобы справиться с возрастающей сложностью управления Тейлор создал уникальную форму руководства, названную  им функциональный руководитель. Тейлор определил 9 признаков, определяющих хорошего руководителя низшего звена - мастера:ум, образование, специальные или технические  знания, ловкость руководителя или  сила, такт, энергичность, выдержка, честность, собственное мнение и здравый  смысл, хорошее здоровье.

Тейлор полагал, что найти человека с 3 этими чертами не очень сложно, с 5-6 труднее, а с 7 или 8 практически  невозможно. Это привело его к  отказу от военной системы организации  с единственным боссом и развитию концепции функционального начальника. Он полагал, что выполнение обязанностей мастера не требовало всех этих черт. Специализация работы младших руководителей  позволяла сократить число физических и умственных требований к ним. В  начале Тейлор нанимал ассистентов  для приготовления инструктивных  карточек и исполнения других детализированных заданий младших руководителей. По мере развития системы он возлагал все большую и большую ответственность  на них благодаря дальнейшему  разделению функций и делегирования  их. Результатом этого явилось  создание новой организационной  техники функционализма, пришедшей  на смену прежней иерархической  военной организации.

Типичный менеджер тех дней не умел и не занимался планированием. Его  новый стиль управления начался  с отделения планирования работы от ее исполнения, что стало заметным достижением его времени. Тейлор разделил ответственность на две  основные сферы: обязанности по исполнению и по планированию. В исполнительской  сфере мастер руководил всей подготовительной работой перед подачей материала  в машину. Мастер - скоростник начинал  свою работу с момента, когда материалы  загружены и отвечал за настройку  станка и орудия труда. Инспектор  отвечал за качество работы, а механик  по обслуживанию нес ответственность  за ремонт и поддержание рабочего состояния оборудования. В сфере  планирования технолог определял последовательность операций и передачу изделия от одного исполнителя или машины к последующему исполнителю или машине. Нормировщик (клерк по технологической карте) составлял письменную информацию об инструментах, материалах, нормах выработки  и прочих технологических документах. Нормировщик по труду и стоимости  рассылал карточки для регистрации  затраченного на операцию времени и  стоимости убытков, и обеспечивал  возврат этих карточек. Клерк по кадрам, следящий за дисциплиной, вел  карточки учета достоинств и недостатков  каждого работника, служил миротворцем, т.к. улаживал производственные конфликты  и занимался наймом и увольнением  сотрудников.

Тейлор не видел противоречий в  своей системе с принципом  единства команды, характерного для  военной системы. Он считал, соблюдалось  правило единоначалия, так как  каждый из них руководил отдельной  сферой деятельности. Со своей идеей  и главной целью менеджмента  в создании гармонии и общности интересов  рабочих и нанимателей Тейлор полагал, что дух кооперации будет  предотвращать возможные конфликты  в функциональной системе менеджмента. При новой системе более легким становилось обучение мастеров, так  как каждому нужно знать лишь определенные, ограниченные узкой сферой деятельности, обязанности.

Однако, следует заметить, что нигде, кроме как у самого Тейлора, система  функциональных менеджеров не срабатывала. Отдельные авторы считают, что Функциональная концепция деятельности мастеров не получила широкого распространения  по причине отсутствия всесторонне  подготовленных менеджеров, умевших  использовать узко функциональных мастеров, а не по причине осложнения действия принципа одного начальника для рабочего. В сущности, функционализация была попыткой децентрализации управления, направленной на изменение обязанностей главного менеджера.

С самого начала новаторские методы Тейлора натолкнулись на сопротивление  различных групп людей: управленческих работников, представителей местной  общины и профсоюзов. Так, научно определив  лучший способ погрузки чугунных болванок на платформу, Тейлор добился повышения  производительности труда на 362% при  увеличении зарплата рабочих на 61%. Результаты введения этого новшества  были следующие. Владельцы домов  и магазинов выступили против, поскольку новая практика могла  привести к сокращению рабочей силы и падению их доходов. Те рабочие, которые протестовали против сокращения, были отправлены Тейлором на другие работы в компании, где они лучше подходили  и стали зарабатывать больше. Пресса обвиняла Т. в том, что он повышал  зарплату рабочим на 61% в то время  как производительность труда увеличивалась  на 362%.

На эти обвинения он отвечал  в соответствии со своей философией менеджмента: от применения его методов  выигрыш общества заключался в росте  производительности, получении более  высоких прибылей для хозяев и  более дешевых товаров для  потребителей, как и повышении  доходов рабочих.

Наибольшее недовольство менеджеров вызывало внедрение учета стоимости  всех расходов - по отдельным операциям, приказам и т.п. По сути дела это была количественная оценка труда каждого  менеджера. Стоимостный подход стал ежедневной практикой при планировании и контроле. Система была настолько  эффективной, что менеджмент пытался  избавиться от нее.

Неприятие методов научного менеджмента  побудило Тейлора к уходу из промышленности. С 1901 года он начинает излагать свою систему  в лекциях и письменных работах. Спустя три года он становится Президентом  весьма престижного в США Американского  общества инженеров-механиков. Он много  путешествовал ради чтения своих  лекций. Основным местом преподавания был Гарвард, где его зимние циклы  проводились с 1909 по 1914 годы. Не будучи слишком изящным или лаконичным в письме и лекции, он был исключительно  интересным лектором, так как иллюстрировал  теоретические положения примерами  и языком своих собеседников-рабочих, анекдотами и слэнгом простонародья.

Пропагандистская деятельность Тейлора  и борьба профсоюзов против тейлоризма толкали основателя научного менеджмента  на поиск аргументов и осмысление, обобщение сделанного, что вылилось в формулирование своеобразной философии  менеджмента. Попробуем рассмотреть  ее основные положения.

Тейлор также отмечал, что принципиальной целью менеджмента должно стать  обеспечение максимального процветания  нанимателя соединенное с максимальным процветанием каждого работника. Во взаимосвязи этих двух компонентов  он видел долгосрочную возможность  удовлетворения интересов обеих  сторон. Для этого необходимо применить  его методы эффективного управления низшим звеном на всю систему менеджмента  вплоть до национального уровня.

Его философия взаимного интереса базировалась на 4 принципах: развитие науки, научный подбор работников, научное  обучение и развитие работников, тесное дружеское сотрудничество менеджмента  и работников. Он особо подчеркивал  необходимость использования всех принципов в комплексе, не допуская выделения среди них наиболее важного: Не один элемент, а только их комбинация составляет научный менеджмент.

Большое внимание Тейлор уделял проблеме человеческих ресурсов. Отвечая на обвинения в адрес его системы  как обезличенной и холодной к  человеку, Тейлор писал: Ни одна система  не в состоянии не учитывать нужды  реального человека. Необходимы как  хорошая система, так и хороший  работник. Ведение хорошей системы  управления даст результат прямо  пропорциональный способностям, последовательности и уважения власти менеджеров. Он также  подчеркивал необходимость формирования надлежащих человеческих отношений  между нанимателями и наемным  трудом, учета предубеждений рабочих. Не обошел он вниманием и такой  важный вопрос как сопротивление  переменам, которое является результатом  оценки рабочими перемен, как наступление  на их интересы. И поэтому, считал он, рабочие не интересуются целями перемен, они просто сопротивляются им. Так, например, внедрение его системы  потребовало длительного срока  в 5 лет.