Содержание

     Введение 3

     Глава 1. Великий князь 4

     1.1. Детство и становление будущего императора 4

     1.2. Социально-политическая обстановка в первые годы правления 5

     Глава 2. «Освободитель» 7

     2.1. Предпосылки реформ 7

     2.2. Отмена крепостного права 9

     2.3. Земская реформа 11

     2.4. Судебная реформа 11

     2.5. Реформы в сфере образования и печати 12

     2.6. Военная реформа 13

     2.7. Другие социальные реформы 14

     2.8. Значение реформ. 14

     Глава 3. Заложник реформ 15

     3.1. Начало покушений 15

     3.2. Борьба с террором 17

     3.3. «Народная Воля» 17

     3.4. 13 марта 1881 18

     3.5. Завещание народовольца Игнатия Гриневицкого 19

     Заключение 21

     Список используемой литературы 22 
 

Введение

     Ныне  мало кто знает, что до октября 1917 года в России больше всего памятников стояло не Петру Великому, а Александру II, царю-Освободителю.

     Александр II даже в долгом ряду российских монархов выделяется особо. На его царствование пришлась рубежная для страны пора – поворот от исчерпывающего себя феодального строя к капиталистическому, становление на месте старого общества равно патриархального и жестко регламентированного, нового буржуазного и, наконец, взлет российской культуры.

     Можно ли все это поставить в прямую заслугу Александру II? Едва ли. Но впадать в другую крайность и отрицать за правителем страны ощутимое влияние на весь ход развития общества тоже непозволительно. Но сколько бы историки не спорили о неисчерпаемой проблеме «роли личности в истории», Александр II – государственный деятель по прихотливости рождения, случая или своей волею оказавшийся на перекрестке исторического развития страны и принявший решения, которые десятилетия спустя дошли до потомков в отголосках государственных институтов, отражались в уровне экономического и культурного развития и многих других приметах жизни общества.

     Вглядеться  в прошлое, дабы лучше уяснить  современность – этим мы нынче  едва ли не одержимы, но не менее важна  и другая задача: прояснение нашей истории, отказ от примитивных схем в её восприятии, реальное понимание сложности и противоречивости событий прошедшего, понимание истории через призму объективности.

     В центре данного исследования – жизнь и деятельность императора Александра II в связи с начатыми им коренными социально-экономическими преобразованиями, которые решительно продвинули Россию по капиталистическому пути развития и которые позднее получили название Великих реформ.

Глава 1. Великий князь

1.1. Детство и становление будущего императора

     _Р

одился будущий император на Пасхальной неделе, в среду, 17 апреля 1818 года в  Архиерейском доме при московском Чудовом  монастыре. Велика была радость матери, но отец радовался вдвойне: родился  наследник! Позднее Александра Фёдоровна  вспоминала: «Ники поцеловал меня, заливаясь слезами, и вместе мы возблагодарили Бога…»¹

     Мы  пристально вглядываемся в детали далеких  событий, пытаясь задним числом разгадать  загадку их течения. И есть, есть детали раннего детства Александра II Николаевича, которые невольно останавливают внимание.

       Александр II

     Императрица Мария Фёдоровна, следуя примеру  матери Петра Великого, после таинства крещения положила младенца на раку, где  находились нетленные мощи святого  Алексия, митрополита Московского.

     Василий Андреевич Жуковский посвятил молодой  матери стихотворение на рождение Александра. Стихи ли понравились великому князю  Николаю Павловичу, или была другая причина, но спустя несколько лет  Жуковский был приглашен в  качестве воспитателя Александра, и  на протяжении восьми лет ему представилась  возможность потрудиться на благом поприще: вложить в будущего императора светлые чувства и верные мысли, направленные на процветание Отечества. Так он отзывался о князе: "Отменно здравый ум, редкое добродушие и живая чувствительность, соединенные с холодной твердостью воли и неизменным спокойствием души – таковы отличительные черты его характера".²

     Александр I ещё летом 1819 года предупредил брата Николая и его жену, что они призываются в будущем к императорскому сану. Но это, как и державшееся в сугубой тайне отречение великого князя Константина Павловича от 1822 года, практически никому не было известно.

     О смерти императора в Аничковом дворце узнали 27 ноября одними из первых в  Петербурге. Николай предъявил свои права на престол, но в ожидании официального отречения Константина, находившегося  в Варшаве, он, как и все, вынужден был принести ему присягу. Дни  летели, а Константин молчал. Зная о  широком заговоре и растущем смятении в обществе из-за как бы готовящейся узурпации власти от законного государя Константина Павловича. Николай решился и назначил на 14 декабря 1825 года день присяги себе как новому императору.

     12 декабря семилетний Александр  Николаевич был провозглашен  наследником престола. При этом  наследника строго предупредили, что пока об этом говорить  нельзя, и «дитя много плакало». 14 декабря на маленького Сашу надели Андреевскую ленту (кавалером высшего в империи ордена святого Андрея Первозванного он стал от рождения) и отвезли в Зимний дворец.

     Безумный  день этот, могущий стать поворотным в российской истории, переполнен разнообразными – жестокими, кровавыми, смешными, постыдными – событиями, большая часть которых  забылась. Новый император был  то решителен и грозен, то растерян в высшей степени, но постепенно овладел  собой. «Я видел, - писал он в позднейших записках, - что или должно мне взять на себя пролить кровь и спасти, наверное, все, или, пощадив себя, жертвовать решительно государством».

1.2. Социально-политическая  обстановка в первые  годы правления

     Вхождение Александра II на трон произошло при  очень тяжких обстоятельствах. По словам умиравшего императора Николая I, Александр II получил «команду не в добром порядке», и первые годы правления нового государя были посвящены ликвидации Восточной войны и тяжелых порядков николаевского времени. Общество недовольное деспотическим и бюрократическим правлением Николая I, искало причины провала его внешней политики. Участились крестьянские восстания. Активизировали свою деятельность радикалы. Все это не могло не вынудить нового собственника Зимнего дворца задуматься о курсе своей внутренней политики.

     В отношении внешней политики новый  самодержец показал себя последователем «начал Священного Союза», руководивших политикой императоров Александра II и Николая I. Таким образом, Европа была вправе полагать Александра прямым преемником политики его. Однако практика Александра II и его нового правительства обнаружила значительные отличия от предшествующего режима. Повеяло мягкостью и терпимостью, характерными для темперамента нового монарха.

     Но, так как вступление Александра Николаевича  на трон происходило в период Крымской войны, где России приходилось иметь  дело с объединенными силами почти  всех главных европейских государств, и война приобрела неблагоприятный  для страны оборот. Новый император, несмотря, на свое миролюбие, которое  было известно даже в Европе, обнаружил  стойкую решимость продолжить борьбу и добиться почетного мира.

     Что было почти невозможным, так как, хоть российская армия и насчитывала  в начале военных действий более 1 млн. человек, но ее техническое оснащение  оставляло желать лучшего. Стоящие  на вооружении гладкоствольные ружья  уступали нарезному оружию западноевропейских армий, также устарела и артиллерия. Флот России был по преимуществу парусным, в то время как в военно-морских силах Европы преобладали суда с паровыми двигателями. Также отсутствовали налаженные коммуникации, что привело к дефициту боеприпасов, продовольствия и «пушечного мяса». Все эти моменты говорят о том, что русская армия было изначально неспособна вести войну с Европой на равных. И те не менее героизм русских людей в этой войне потрясающ.

     В результате в конце марта 1856 года был подписан Парижский мирный трактат. Россия не понесла значительных территориальных  потерь. Но ей было поставлено унизительное условие о так называемой «нейтрализации»  Черного моря. России запретили иметь  в этом водном бассейне военно-морские  силы, боевые арсеналы и крепости, что  наносило существенный удар по безопасности южных границ. Роль России на Балканах и Ближнем Востоке была сведена  на нет.

     Потрясение, которое Россия пережила от поражения  в Крымской войне, заставило правительство  приступить к социально-политическим преобразованиям. Как уже говорилось выше, Крымская война обнажила все  внутренние язвы нашего отечества. В  обществе поднималось недовольство от растущего понимания отсталости Российского государства от более  передовых западноевропейских стран. Не только прогрессивно мыслящая часть  дворянства и формирующаяся из разночинцев  интеллигенция, но и представители  вышей администрации, даже императоры Александр II, а в свое время Николай I и Екатерина II ощущали необходимость перемен.

     Вот такие проблемы получил в наследство Александр II от своего родителя, императора Всероссийского Николая I. От нового самодержца требовалось проведения ряда преобразований, но от него не исходило пока никаких определенных правительственных программ или обещания реформ. Можно думать, что на первых порах программы и не было, ибо трудности военного времени не давали Александру возможности оглядеться и сосредоточиться на внутренних делах.

     Только  по окончании войны нашел Александр  уместным поместить в манифесте 19 марта 1856 г. о заключении мира знаменательную фразу касательно России: «Да утверждается и совершенствуется сея внутреннее благоустройство; правда и милость да царствует в судах сея; да развивается повсюду и с новой силой стремление к просвещению и всякой полезной деятельности...». В этих словах заключалось как бы обещание внутреннего обновления, необходимость которого чувствовалась одинаково как правительством, так и обществом.

Глава 2. «Освободитель»

2.1. Предпосылки реформ

     Энтузиазм и доверие, единодушно выраженные всеми  слоями общества, укрепляли Александра Николаевича в его намерении  при первых шагах царствования. Всем было ясно, что необходим поворот  от прежней николаевской политики, необходимо жить и развиваться по-новому. Но как? Мнений на этот счет было предостаточно  и в громко заговорившем обществе, и в близких к новому императору кругах. Вырабатывались планы, писались записки, начинались нескончаемые громкие  споры.

     Споры пошли по всей стране, благо стало  возможным спорить публично. «Оттепель», «гласность» - тогда появились эти  понятия.

     На  первое место вышел главный вопрос русской жизни – вопрос крестьянский. В царствование Николая I были проведены некоторые преобразования, коснувшиеся около 2 миллионов удельных крестьян и 20 миллионов государственных крестьян. Теперь же на очереди стоял вопрос о 22 миллионах крепостных душ, и решение вопроса было намного сложнее, чем первых двух. Тем дело касалось царской семьи и государства, здесь же 110 тыс. дворян-душевладельцев. Вот почему Александра II не спешил.

     3 января 1856 года был организован  новый секретный комитет «для  обсуждения мер по устройству  быта помещичьих крестьян». Как  тонко рассуждал барон М.А.  Корф³ «в том-то и беда наша: коснуться одной части считают невозможным, не потрясая целого, а коснуться целого отказываются потому, что, дескать, опасно тронуть 25 миллионов народу. Как же из этого выйти? Очень просто – не трогать ни части, ни целого; так мы, может быть, дольше проживём!»

     Новый государь думал иначе, что стало ясно из его речи в марте 1856 года в Москве перед представителями московской губернии: «Я узнал, господа, что между вами разъяснились слухи о намерении моём уничтожить крепостное право. В отвращении разных неосновопалагательных толков по предмету столь важному, что считаю нужным объявить всем вам, что я не имею намеренья сделать это сейчас. Но конечно, и сами вы понимаете, что существующий порядок владения душами не может оставаться неизменным. Лучше начать уничтожать крепостное право сверху, нежели дожидаться того времени, когда оно начнет само собой уничтожаться снизу. Прошу вас, господа, подумать, как бы привести все это в исполнение. Передайте мои слова дворянам для соображения».

     Дворянство, не осмеливалось открыто возражать, отнекивалось незнанием и неумением  приступить к делу. Стало ясно, что  на серьёзную поддержку здесь  рассчитывать не приходится. Реформу  революционного значения предстояло проводить сверху и руками бюрократии. В тогдашнем государственном аппарате насчитывалось на мало людей с превосходными намерениями, энергией и способностями, но они ничего не могли сделать с прогнившей, но ещё живой системой, не могли сладить с верхушкой администрации.

     Чем глубже вдумывались реформаторы  в смысл предстоящих перемен, тем яснее и полнее представляли себе, на сколько прав был осторожный барон Корф – нельзя было менять что-либо одно. Прогнившая ткань Николаевского  государства не поддавались штопке и заплатами было не обойтись. Менять надо было всё.

     Трудно  было не заметить кризиса в стране. Всю первую половину XIX века продолжались в той или иной форме массовые и групповые волнения крестьян, а всего, по неполным данным, было 674 выступления. «Мыль о свободе крестьян тлеет между ними беспрерывно, - всеподданнейшем отчете Третьего Отделения ещё за 1841 г. – Эти тёмные идеи мужиков все более и более развиваются и сулят нечто нехорошее…» И всё же не стихийное мужицкое недовольство было главной опасность.

     В то же время давно созревали объективные  условия для перемен. Так, в 1840-1850 гг. ввоз машин вырос более чем  в два раза в денежном выражении, появились железные дороги, в то время главные ускорители социально-экономического развития.

     Летом и осенью 1858 года император совершил поездку по северным и центральным  губерниям. В Твери, Костроме, Нижнем Новгороде, Владимире и Москве он выступал перед дворянством, агитируя за освобождение, призывая к поиску общей пользы и общей выгода. Поездка  эта дала сильный толчок подготовляемым переменам. Подобно Петру Великому, Александр тряс за шиворот закоснелое, самодовольное российское дворянство, но не варварски пихая его в  «прогресс», а твёрдою рукою направляя.

     Речи  Александра II послужили началом вполне гласного выражения непременной воли государя, бесповоротной его решимости совершить освобождение крестьян. Упорной и открытой оппозиции он нигде не встретил, и это ободрило.

     Но  царь колебался. Сказав в 1856 году в московской речи знаменитую фразу, он вскоре оценил силу и многочисленность противников  реформы. Ни в одной губернии помещики не поддерживали его призыва.

     С течением времени неизбежность освобождение крестьян стала очевидностью, охранительная  помещичья партия выдвинула свой план: безземельное освобождение крестьян с получением вознаграждения за личную свободу крепостных людей.

     Попытки разрешить вопрос исключительно  в дворянских интересах вызвали  если не сочувствие, то понимание государя. Не даром, предлагая на кануне освобождения ввести генерал-губернаторства, он писал: «Кто может поручиться, что, когда новое положение будет приводиться в исполнение и народ увидит, что ожидание его, то есть свобода по его уразумению не сбылось, ни настанет ли для него минута разочарования?» Против возможности этого «разочарования» и боролась партия реформаторов.

     Личная  позиция Александра, в существовавшей политической структуре имела огромное, решающее значение. Справедливы в  основном слова К.Д. Кавелина: «Русский царь – не дворянин, не купец, не военный, не крестьянин; он выше всех сословий и  в то же время всем им близок».

     В декабре 1857 года Я.И. Ростовцев⁴ прислал ему полученное анонимное стихотворение, в котором автор зло издевался над царским посланием и грозил «мужицким топориком» «раскроить дворянскую головку». В ответном письме генералу император писал, что, «к сожалению подобных пакостей довольно доходит до меня, и я требую от всех, меня окружающих, чтобы ничего не было от меня скрываемо, в особенности по сему делу. Между прочим, и мне грозят смертью в отмщение за отнятие будто бы прав дворянских. Совесть у меня потому чиста, и я готов предстать на суд божий, если такова его воля».

     Именно  тогда Александру Николаевичу стало  ясно, что он приговорен с обеих  сторон и приговор обжалован не будет. Можно было лишь попытаться отсрочить  привидение его в исполнение. Так  жизнь императора напрямую оказалась  связана с проводимыми им реформами. И за всеми «внушениями», «записками», сомнениями и колебаниями, переменчивостью решений и противоречивостью мнений стоял жесткий конфликт между любовь к жизни и Долгом.

2.2. Отмена крепостного  права

     28 января 1861 года на обсуждение  государственного совета был  вынесен выработанный Главным  комитетом проект положений. Заседание  открыл Александра II: «Дело об освобождении крестьян – сказал он, - которые поступило на рассмотрение Государственного совета, по важности своей я считаю жизненным для России вопросом, от которого будет зависеть развитие её сил и могущества. Я уверен, что вы все, господа, столько же убеждены, как и я, в пользе и необходимости этой меры. У меня есть ещё другое убеждение, а именно, что откладывать этого дела нельзя; почему я требую от государственного совета, чтобы оно было им кончено в первую половину февраля и могло быть объявлено к началу полевых работ; возлагаю это на прямую обязанность председательствующего в государственном совете. Повторяю – и это моя непременная воля, - чтоб дело это теперь же было кончено».

     Можно представить, с каким волнением  люди разных партий слушали слова  государя, в котором твёрдо была выражена воля императора всероссийского. К началу этого года все подустали  от бесчисленных и долгих обсуждение, пугавших одних и радовавших других миг освобождение все отдалялся, что наполняло разноречивыми чувствами членов совета. Речь государя поразила слушателей.

     Манифест  был подписан 19 февраля, но из опасения крестьянских волнений в дни религиозных  праздников обнародован был позднее, в воскресение, 5 марта 1861 года в Петербурге, во всех церквах после обедни. В тот же день на разводе в Михайловском манеже государь сам прочитал манифест. В ответ раздались громовые и долго не смолкавшие крики «Ура!».

     Высочайший  манифест был объявлен во всех губернских городах нарочно командированными генерал-майорами свиты государя и  флигель-адъютантами с 7 марта по 2 апреля 1861 года.

     Официальный биограф Александра II пишет, что в Петербурге с покорностью ожидали волнений, но «крепостное население встретило весть о своей свободе в тишине и спокойствии, превзошедших общие ожидания». «Другое утешительное явление, сопровождавшее манифест была трезвость. Обнародование его не только не увеличила, но и уменьшило пьянство, обыкновенное в конце масленицы и в первое прощеное воскресенье Великого поста - повсеместно».

     По  Манифесту крестьянин сразу получал  личную свободу и право свободно распоряжаться своим имуществом. Однако за пользование выделяемой помещиком  за выкуп надельной землёй крестьяне  должны были отбыть барщину или платить  оброк и не иметь права отказа от неё в течении 9 лет. Цена по выкупу значительно превышала её рыночную стоимость, в отдельных районах  в 2-3 раза. В целом переход крестьян на выкуп растянулся на 3 с лишним десятилетия. Новая жизнь принесла им не столько радость, сколько чрезвычайные тяготы.

     Так, преследуя, безусловно, важные цели – личное освобождение крестьян, наделение их землёю и взимание в них платежей, - правительство да и общественное мнение оставило в тени две другие важные для будущего страны цели. Проблемы личных прав крестьянства и утверждение земельной собственности были отодвинуты «на потом».

     Помещики, покорившись реформе, столкнулись  с необходимостью самим хозяйствовать  без крепостных рабочих рук, как  правило, и без своего инвентаря. Стремясь избавить от долгов, часть  их поспешило получить от казны до 80% выкупной суммы деньгами и ценностными  бумагами. Но обычным сделались отдача имений в заклад, их продажа, да поступление  на службу на твёрдое жалование. Перемена образа жизни, хотя и сулила в перспективе  твёрдое положение, как и всякая перемена, вызывала недовольство и  ворчания в адрес государя.

2.3. Земская реформа

     Между тем преобразования, первым звеном в цепи которых было освобождение крестьян, продолжались. Возникла необходимость местного самоуправления. 1 января 1864 года было издано «Положение о губернских и уездных земских учреждениях», вводившее бессословные выборные органы местного самоуправления - земства. Они избирались всеми сословиями на трехлетний срок и состояли из распорядительных органов: уездных и губернских земских собраний, и исполнительных: уездных и губернских земских управ.

     Земства несли ответственность за народное образование, за народное здоровье, за своевременные поставки продовольствия, за качество дорог, за страхование, за ветеринарную помощь и другое.

     Все это требует больших средств, поэтому земствам было позволено  вводить новые налоги, облагать население  повинностями, образовывать земские  капиталы. При своем полном развитии земская деятельность должна была охватить все стороны местной жизни. Новые  формы местного самоуправления не только сделали его всесословным, но и  расширили круг его полномочий. Самоуправление получило столь широкое распространение, что многими было понято, как переход  к представительному образу правления, поэтому со стороны правительства  вскоре стало заметно стремление удержать деятельность земств на местном  уровне, и не позволять общаться между собой земским корпорациям. 

     16 июня 1870 года было издано «Городовое  положение», по которому в 509 городах  вводилось выборное самоуправление - городские думы, избираемые на  четыре года. Городская дума избирала  свой постоянно действующий исполнительный  орган - городскую управу, состоявшую  из городского головы и нескольких  членов. Городской голова был  одновременно председателем и  городской думы и городской  управы. Право избирать и быть  избранным в городскую думу  имели право только жители, обладающие  имущественным цензом (преимущественно  владельцы домов, торгово-промышленных  заведений, банков - одним словом  торгово-промышленная буржуазия).

     Таким образом, основная масса городского населения была устранена от участия  в городском самоуправлении. Компетенция  городского самоуправления была ограничена решением чисто хозяйственных вопросов, т.е. благоустройство городов, устройство базаров и т. п.

2.4. Судебная реформа

     Одновременно  с земской реформой, была подготовлена и судебная. Из всех реформ того времени  она была самой последовательной и одной из самых значительных. Судебные уставы 20 ноября 1864 года вводили  бессословный, гласный суд с участием присяжных заседателей, адвокатурой  и состязательностью сторон. Присяжные заседатели, участвующие в судебном процессе устанавливали лишь виновность или невиновность подсудимого, меры наказания же определяли сами судьи. Решения, принятые судом с участием присяжных заседателей считались окончательными, в противном случае могли быть обжалованы в судебной палате. Решения окружных судов, в которых принимали участия, присяжные заседатели могли быть обжалованы лишь в том случае, если было совершено нарушение законного порядка судопроизводства. Апелляции на эти решения рассматривал Сенат.

     Для разбора мелких проступков и гражданских  дел с иском до 500 рублей в уездах и городах вводился мировой суд  с упрощенным судопроизводством. Состав мировых судей избирался на уездных  земских собраниях.

     Судебные  уставы 1864 года вводили институт «присяжных поверенных» - адвокатуру, а также  институт судебных следователей. Председатели и члены окружных судов и судебных палат, присяжные поверенные, их помощники  и судебные следователи должны были иметь высшее юридическое образование. Председатели и члены окружных судов  и судебных палат утверждались императором, а мировые судьи - Сенатом. После  этого они не могли быть уволены  или устранены от должности на какое-то время, а лишь в случае совершения какого-либо уголовного преступления, но и тогда решение об их отстранении  от должности выносил суд. Таким  образом, закон вводил важный принцип  несменяемости судей.