Американский период научного творчества П.А. Сорокина

    МИНИСТЕРСТВО  ОБРАЗОВАНИЯ РФ 

    ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ 

    КАФЕДРА ПОЛИТОЛОГИИ И ПРАВА 
 
 
 
 
 

    Курсовая  работа

    по  дисциплине: “История социологии”

    на  тему:

    “Американский период научного творчества

    П.А. Сорокина”.  
 
 
 

    Выполнил  студент гр.

                                                                             Проверила  
 
 
 
 
 
 

    К 2003 г.

    Содержание.

                                                                                               Стр.

Введение………………………………………………………………………...3-6

Глава 1 Истоки философских и общесоциологических взглядов П.А. Сорокина………………..…………………………………………………….....7-12

Глава 2  Направления научной деятельности П.А. Сорокина американского периода. ………………………………………………………………………....13-32

Концепция социальных нарушений…………………………………………...14-21

Теория  социокультурной динамики…………………………………………...22-28

Интегральная  парадигма……………………………………………………….29-32

Заключение  ……………………………………………………………………..33-35

Список  использованной литературы ………………………………………….36 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

    Введение 

    Личность  Питирима Александровича Сорокина -  одна из наиболее эрудированных, противоречивых и  выдающихся личностей в истории социологии. Но, как это ни парадоксально, значимость ее не оценена в полной мере ни в американской, ни в отечественной социологии. Тем более очевидной становится в настоящее время актуальность всестороннего и внимательного изучения творчества, трудов, концепций и идей этого талантливейшего ученого.

    Актуальность

    Актуальность  изучения американского периода  творчества  П.А. Сорокина можно подтвердить множеством фактов. Прежде всего, необходимо подчеркнуть недостаточность изучения американского периода деятельности Сорокина. Это положение можно объяснить следующими обстоятельствами.

    Питирим Сорокин написал 40 книг, неоднократно переиздававшихся в странах Европы, Азии и Америки, множество очерков и более двухсот статей; его труды переведены на 48 языков мира, однако на родине вплоть до 60-х годов не только не переиздавались его книги, изданные в России до 1922 года, но также не была переведена и издана ни одна книга его американского периода. Самого Питирима Сорокина очень огорчал этот факт: «До сих пор ни один из моих томов не переведен на русский язык, - с сожалением писал он в одном из писем в Москву, - тогда как книги моих учеников – Парсонса, Мертона, Беккера и других – переведены и изданы, хотя они являются более «буржуазными» и консервативными, чем мои идеологии и теории». /11, стр. 133/   

    Началом его «возвращения на родину» можно  считать защиту в 1968 году (год его  смерти) после долгого замалчивания его имени две первые кандидатские диссертации по его концепциям.  Впоследствии стал не только увеличиваться список подобных диссертаций, но также стал увеличиваться поток статей в периодике, посвященных его творчеству, и его собственных статей, стали издаваться его книги.

    Наличие в архивах АН СССР его первых статей и работ, переизданные в России в  первую очередь научных трудов, относящихся  к так называемому «русскому  периоду» его творчества, а также  несомненный интерес обществоведов  возрождающейся России к событиям 1917 – 1920-х годов -  все это отчасти способствовало акцентированию внимания российских социологов в первую очередь на русском периоде творчества П.А. Сорокина.

    Сейчас  можно уже говорить о том, что  данный период его творчества изучен достаточно хорошо, хотя остается еще немало «белых пятен», изучение которых – дело будущего.

    Недостаточность изучения американского периода  творчества ученого подчеркивает и  Р. Мертон  в своем интервью: «…я  говорю обо всех этих фактах из биографии П. Сорокина лишь потому, что американский период его творчества мало известен российскому читателю». /11, стр. 132/   Задача сегодняшнего дня – восполнить этот существенный пробел.

    Недостаточность изучения усугубляется также слабым вниманием и незаслуженным, на мой взгляд, забвением его идей и теорий со стороны западных  социологов, его неоцененностью на Западе.

    «Должен сказать, что сейчас в США интерес  к П. Сорокину существует, но очень  ограничен. Скорее это можно назвать  восхищением его умом, чем его  вкладом в социологию». /11, стр. 132/  60-е годы, Уильям Колб: «Кто читает Сорокина? Каким бы ни был ответ, в целом социологов нельзя включать в число его читателей. Конечно, «Социальная мобильность» и «Современные социологические теории» часто цитируются и используются социологами в преподавании и исследованиях. Но «Динамика», связанные с ней работы,…больше даже не критикуют, а просто игнорируют». /6, стр. 14/

    «Его  имя и сейчас всегда упоминается  с искренним пиететом, однако мало кто из современных зарубежных социологов вспоминает о нем как о фигуре, о которой стоит говорить всерьез».  /31, стр. 5/

    Хотя  нельзя не отметить, что на Западе существует множество критических трудов по творчеству П.А. Сорокина и отлично  представлен и изучен американский период его деятельности.

    Еще одним фактом, подтверждающим актуальность изучения творчества этого социолога  является непреходящая ценность его  идей и прозрений, его прогнозов, особенно в свете тех событий, которые происходят в нашей стране и во всем мире в настоящее время. Это подчеркивается и российскими, и зарубежными социологами.

    «Я  хочу выразить высокое признание  Сорокину за его достижения в социологии нынешнего дня, а не в социологии прошлого,   много его работ  предвосхищают главные или важные аспекты нашего нынешнего состояния. Это касается как России, так и Соединенных Штатов…» /1, стр. 139/

    «Он оставил десятки монографий, в  которых заложены основы нового видения  общества, формулировал главные тенденции  и альтернативы, которые будут  определять развитие общества в следующем столетии. Многие прозрения Сорокина оставались непонятыми в течение нескольких десятилетий; только сейчас постепенно начинает проясняться их истинный смысл и прогностическая сила».  /34, стр. 3/

    «Сейчас можно утверждать, что это одна из самых дальновидных и критических личностей в анналах нашей науки». /6, стр. 14/

    «…суждения  действительно великого ученого  и сегодня звучат злободневно  и намного, точнее, в анализе современной ситуации в России, чем многие труды наших современников». /33, стр. 10/  Показателен в этом смысле и тот факт, что в 1969 году, на съезде Американской социологической ассоциации, многие молодые американские социологи (Джонстон называет их «социологи-диссиденты») носили значки с надписью «Сорокин жив!». Это действительно так, ведь он и сейчас остается нашим актуальным собеседником по многим проблемам науки и общественной жизни. Голосенко И.А. , к тому же, высказывает предположение, что Сорокин «…может быть, является ориентиром в переинтерпритации классического наследия». /2, стр. 258/

    На  международном научном симпозиуме, посвященному 110-летию со дня рождения ученого (февраль 1999 года) учеными было даже высказано предположение о  грядущем в XXI веке «сорокиновском ренессансе»,  «…так как в его творчестве гармоничным образом соединились высочайший профессионализм и истинный гуманизм, мудрая объясняющая теория и действенный технологизм, безупречные нравственные стандарты и покоряющая мощь интеллекта». /1, стр. 138/

    Все вышеупомянутые факты и тенденции, несомненно, доказывают актуальность рассмотрения и изучения  американского периода творчества П.А. Сорокина.

    Объект  работы: научная деятельность и творчество П.А. Сорокина.

    Предмет работы: американский период деятельности П.А. Сорокина.

    Цель  работы: показать актуальность и необходимость детального изучения основных теоретических направлений научной деятельности П.А. Сорокина.

    Задачи  работы:

           Показать взаимосвязанность и неотрывность научной деятельности  русского и американского периодов в основных работах П.А. Сорокина.

      Обосновать необходимость выделения, охарактеризовать и раскрыть сущность каждого из представленных в работе теоретических направлений в творчестве П.А. Сорокина. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

    Глава1 Истоки философских и общесоциологических взглядов П.А. Сорокина, целостность и единство его научного творчества русского и американского периодов 

          Прежде чем обратиться непосредственно к американскому  периоду творчества П.Сорокина,  необходимо кратко остановиться на его  мировоззренческих и теоретических  истоках.

          Свою точку зрения высказывает биограф П. Сорокина Джонстон:  «Русское православие тоже стало важным элементом его характера. Учение церкви смешалось с языческой мифологией и сформировало эстетические чувства и духовность Сорокина… Религия, образование и традиции Коми, переплетаясь, формировали личность юноши, а позднее вели его научное творчество к интергрализму». /6, стр. 14/

          Становление теоретических  воззрений Сорокина происходило  под влиянием теорий таких русских  ученых как Михайловский, Лавров, де Роберти, Ковалевский,  Ростовцев,  Павлов,  Толстой, Достоевский, Жаков, Чернов, Кропоткин.  Академик Л.И. Абалкин также рассматривает творчество Питирима Сорокина  «… через призму своеобразия традиций и преемственности российской школы, как экономической мысли, так и обществоведения. Масштабы России  веками учили думать глобально, перспективно,… это заложено в корнях российской мысли. Посмотрите работы Кондратьева, Сорокина, Леонтьева, и вы узнаете этот макровзгляд. Здесь отложилось и то, что было уникально присуще России и, пожалуй, только ей, которая была и остается единственной великой евразийской страной, сочетающей ценности восточной культуры и западного рационализма… Это ее судьба и ее школа». /1, стр. 139/

          Также, будучи секретарем Ковалевского, Сорокин имел возможность  познакомиться с идеями выдающихся западных социологов, таких как Гексли, Гард, Дюркгейм, Спенсер, Бергсон, Тэйлор, Фюстель де Куланж, Вандервельд, Верхарн, Маркс. Кроме того, он был знаком с трудами Дарвина, Гегеля, Конта, позднее – Зиммеля.

          Необходимо учитывать также и ту социально-политическую обстановку в России, которая оказала огромное влияние на становление его взглядов и мировоззренческих позиций: первая русская революция, мировая война, Великая Октябрьская революция, условия  бытовой неуверенности, отсутствие академических свобод, неуверенность в безопасности послереволюционных лет.

          Все эти условия  в совокупности не могли не оказать  влияние на его работы и труды  русского периода, которые, как утверждает большинство исследователей наследия Сорокина, содержат в себе многие темы, версии и направления работ американского периода творчества ученого. Более того, А.Ю. Согомонов, И.А. Голосенко, В.В. Козловский, например, утверждают, что разделение всего творчества Сорокина на русский и американский периоды нецелесообразно и не вполне справедливо, т.к. «…его научное творчество едино, целостно, несмотря на сложные идейные метаморфозы, им перенесенные». /2, стр. 257/

          Основанием для  такой позиции является, прежде всего, видение структуры социологического знания Сорокина («смутный абрис социологической науки»), которое почти безо всяких изменений он сохранит на долгие годы. Эту структуру он описывает в 1 томе «Системы социологии» во 2-й главе обширного введения «Архитектоника социологии и ее основные отделы», а также рисует обобщенную схему. /27, стр. 56/  Однако, более лаконично, предметно и кратко, на мой взгляд, он описывает эту структуру в уникальной программе преподавания социологии (это была первая советская программа такого рода), составленная в 1919 году. Представлю вкратце систему социологии по Сорокину, пользуясь двумя вышеуказанными источниками.

          Вся социология делится  на теоретическую и практическую. Теоретическая социология распадается  на 3 основных отдела:

             1) «… на  социальную аналитику (или социальную анатомию и морфологию), изучающую строение населения». /31, стр. 531/ Она делится на 2 подотдела: социальную аналитику, изучающую строение простейшего соц. явления и социальную аналитику, изучающую строение  сложных социальных единств, образованных путем той или иной комбинации простейших социальных явлений. «Таким образом, социальная аналитика есть учение о социальных явлениях, рассматриваемых, во-первых, статистически,… во-вторых, изучаемых … с точки зрения их строения»; /27, стр. 56/

             2) «…на социальную механику, изучающую социальные силы и социальные процессы». Она делится на 3 части:

              1 «…учение о раздражителях человеческого поведения и факторах социальных процессов…»

              2  ставит задачей изучение не сил, а процессов, совершающихся в среде данного населения…, здесь изучаются все важнейшие физиологические процессы, данные в среде любой социальной группы…

              3 изучает механику социальных процессов на анализе судеб личности с момента ее появления и  до момента ее смерти…

               Эти  три части «Социальной механики» исчерпывают «физиологию общества», т.е. учение о социальных процессах». /31, стр. 523/

            3) «… на социальную генетику, или теорию эволюции общественной жизни и отдельных ее сторон, исследующую законы развития последних явлений». /31, стр. 531/  «… ее можно иначе назвать теорией социальной эволюции (в отличие от оценочной теории прогресса). /27, стр. 59/

          Практическая социология (или «социальная политика»): «Социальная политика,  подобно прикладной медицине, должна  быть системой рецептуры, указывающей точные средства для борьбы с социально-психическими болезнями, для рациональных реформ во всех областях общественной жизни… для наилучшего использования социально-психической энергии». /27, стр. 60/

          Сорокин не только надолго  сохранит это видение структуры социологического знания, но также использует многие версии и наметки двухтомника «Системы социологии» в своих работах американского периода.

          Интересен в этом смысле комментарий В.В. Сапова: «Система социологии» по замыслу автора должна была состоять «по меньшей мере», из восьми томов (структура всего труда – стр. 53), из них опубликованы два тома». /27, стр. 64/  Структура социологического знания, в книге, безусловно, есть, но вот структуру труда, состоящего из 8 томов, с распределением информационных блоков по каждому тому, здесь не имеется. Если следовать логике Сорокина, который посвятил « первых тома двум подотделам социальной аналитики, то можно предположить, что на социальную механику предполагалось написать 3 тома (по каждой из перечисленных выше частей), на социальную генетику, видимо, отводилось 2 тома, потому как круг поднимаемых вопросов, которые призвана решать, по Сорокину, социальная генетика, очень широк, /31, стр. 533/ а этого автора отличает подробное и обстоятельное изложение материала и  8 том, вероятно, планировался для изложения «рецептов» «социальной политики».

          Интерес представляют дальнейшие выводы В.В. Сапова: «Основные  идеи третьего тома «Системы социологии»  изложены П.А. Сорокиным в «Общедоступном учебнике социологии». Как сильно «разросшиеся» части третьего тома  можно рассматривать книги Сорокина «Голод как фактор» (Пг., 1921г., сохранилось 17 печатных листов этого уничтоженного советской цензурой труда) и «The Sociology of Revolution» (1925). И еще две книги можно рассматривать как продолжение «Системы социологии»: «Social Mobility» (1927), и «Contemporary Sociological Theory» (1928), и, тем не менее, задуманный Сорокиным грандиозный «синтез» не был завершен. В конце 20-х годов произошла идейная переориентация Сорокина. Свои прежние воззрения он отнес теперь к умеренной форме «русского бихевиоризма» (Russian Sociology in 20 Century, 1927). Это и явилось основной причиной, в силу которой «Система социологии» в целом не была завершена». /27, стр. 65/

          В.В. Сапов четко проводит «связующие нити», действительно имеющие место между работой «Система социологии» одними из самых известных трудов Сорокина американского периода. Безусловно, этой основной работе русского периода он многим обязан в своей дальнейшей  исследовательской деятельности, но это утверждение можно с полным правом отнести ко всему его русскому периоду, а не только к двум томам «Системы социологии».

          Подтверждение этому  можно найти у Голосенко, который  иллюстрирует связи между восемью  рукописями, увезенными из России в 1922 году и его последующими работами: «Четвертая «Голод как фактор» (15 п.л.) рукопись была отредактирована его женой Е. Сорокиной и опубликована в 1975 году. Пятая «Социологическое исследование революции» (12 п.л.) – вышла в свет в 1925 году под названием «Социология революции». Седьмая «Система социологии. Учение о социальных силах», т.3 (15 п.л.), а также части шестой «Коммунистическое общество, его примеры в истории, его сущность, причины и следствия. Критическое изложение (15 п.л.) и восьмой «Класс пролетарием в ряду других социальных классов: антропология, психология и социология пролетариата» (20 п.л.) были опубликованы в 1927 году под названием «Социальная мобильность», материалы первой «Война как социальный факт» (5 п.л.) нашли отражение в ряде статей и частично вошли в «Социальную и культурную динамику» (1937 –1941 гг.). Работа «Общество культура и личность (1947 г.) триединую модель, вынесенную в заголовок, во многом продолжает в ключе анализа «элементарных» и «комплексных», многомерных социальных структур ранней  «Системы социологии». Так что сильнейший эффект русского задела обнаруживается достаточно убедительно». /2, стр. 257/

          Таким образом, связь  двух периодов творчества Сорокина становится очевидной. Необходимо отметить, что русский период творчества сыграл двоякую роль в становлении «ученого-американца»: с одной стороны, Сорокин продолжал развивать свои темы и гипотезы, с другой стороны, многие старые позиции он пересматривал и преодолевал, относившись с изрядной долей критицизма и к своему интеллектуальному творчеству, что, несомненно, делает ему честь и как человеку, и как ученому.

          Однако, А.Ю. Согомонов и И.А. Голосенко указывают на целостность научного творчества П. Сорокина не только по причине преемственности его трудов русского и американского периодов, его видения структуры социологического знания, но также по причине неизменности интегральной сущности всех его работ: «…все его мировоззрение было пронизано интегральным синтезом и на уровне сциентических программ, и в политических взглядах, и даже на уровне жизненной философии. В этом смысле принципиальное отличие между ранним и поздним Сорокиным заключается лишь в глобализме его теории: если он начинал довольно традиционно для социальной мысли рубежа веков, то в гарвардский период превратился в могущественного макросоциолога…». /31, стр. 18/

          Особенности теории интеграции Сорокина требуют более  тщательного анализа и изучения. Вопросы о сущности интегрализма Сорокина, о типах интегральных связей и факторах интеграции я рассмотрю в следующих разделах работы. Здесь же хотелось бы подчеркнуть, что интегральная сущность всего творчества Сорокина несомненна, и В.В. Сапов во многом не совсем верно утверждает, что: «…1927- 1937 годы Сорокин посвятил созданию новой «интегральной системы социологии»…» /27, стр. 63/ , в сущности, он просто вышел на качественно новый уровень социологического анализа, не изменяя при этом интегральной сущности своих позиций, а также закрепил термин «интегрализм» для обозначения своей системы научных взглядов. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

    Глава2 Направления научной деятельности П.А. Сорокина американского периода 

          Прежде всего, необходимо представить, как обозначаются разными социологами направления, теории и концепции разностороннего учения П.А. Сорокина.

          Это « концепции социальных нарушений», «социология революций», «аграрная социология», «теория конвергенции», «теория социокультурной динамики», «теория социальной стратификации и мобильности», «интегрализм», «концепция истории теоретической социологии», «теории цикличности», «концепция смены мировых цивилизаций» и т.д. Названий бесконечно много и нет смысла все их здесь перечислять, необходимо выделить самые значительные и своеобразные теории. Такую попытку предпринял профессор МГУ В.П. Култыгин в своем докладе на международном научном симпозиуме. По его мнению, П. Сорокин создал как минимум четыре совершенно уникальных  и эпохальных научных парадигмы: работы по социологии экстремальных ситуаций, интегративный подход, приведший к появлению теории социальной стратификации, к теории мобильности; социальная и культурная динамика; теория социальной любви и творческого альтруизма. Взяв ее частично за основу можно определить следующие этапы рассмотрения научной деятельности П.А. Сорокина:

1. Концепция социальных нарушений и их роли в жизнедеятельности общества.
2. Теория истории и социокультурной динамики.
3. Интегрализм -  парадигмальная основа мировоззрения ученого.

    Концепция социальных нарушений  и их роли в жизнедеятельности  общества.

    Тема  социальных нарушений  всегда была одной из основных тем его творчества американского периода, особенно его начального этапа. Корни этого интереса обнаруживаются уже в самой первой его серьезной работе «Преступление и кара, награда и наказание». Кроме того, если обратиться к библиографии его трудов и русского и американского периода, обнаружится огромное количество работ, посвященных «социальным историям», протекающим в «социальном теле». Стержнем созданной им  концепции социальных нарушений являются войны и революции. Таким образом, мы снова можем убедиться, насколько социально-политическая обстановка в России повлияла на спектр научных интересов Сорокина.

          В первую очередь  Сорокин приводит классификацию  и дифференциацию социальных нарушений. Он выделяет «…5 классов нарушений:

1. политические нарушения, способные вызвать изменение существующего политического режима или строя;
2. социоэкономические нарушения направленные на модификацию социального и экономического порядка;
3. национальные и сепаратистские нарушения, направленные на достижение национальной независимости, автономии или каких-либо привилегий на национальной почве;
4. религиозные нарушения – дезорганизация, раскол церковной жизни, конфликты разных конфессий и т.п.;
5. «смешанный тип» нарушений, без единого лидирующего класса, объединяющий их в самые причудливые комбинации». /3, стр. 109/           

    Дифференциация  нарушений выглядит следующим образом:

    Первым  критерием дифференциации Сорокин  определяет социумный уровень и  выделяет в этом отношении нарушения, могущие иметь место на персональном, групповом (институциональном) уровнях и на уровне суперсистемы. Последние два вида усложняются, передаются от группы к группе, «наслаиваются» друг на друга в жизни групп, институтов, обществ и их систем.

          Вторым критерием  является степень опасности нарушений для целостности социального порядка. Здесь выделяются совсем не опасные (например, несоблюдение водителями машин правил уличного движения) и нарушения, грозящие  разрушением порядка (бунт, волнения, революции и пр.) Нарушения второго вида надолго остаются в исторической  памяти, это «наиважнейшие» нарушения.

          Третьим критерием  дифференциации Сорокин определяет  историческое время существования  групп и институтов. В зависимости  от этого он выделяет две группы нарушений: напоминающие «болезни роста» бурно развивающегося молодого организма или «недомогания» старческого.

          Какие из видов нарушений  интересуют Сорокина, прежде всего? Эти нарушения кратко можно обозначить как грозящие разрушением социального порядка «болезни и недомогания старческого организма», происходящие на институциональном уровне или на уровне суперсистемы.

          Однако, Сорокин не останавливается лишь на классификации  нарушений и критикуя множественные  и разнообразные определения  социальных нарушений исследователей и историков, предлагает не «передавать эмоции в словах», а попытаться «измерить социальные штормы».

          Он опирается на «индикаторы социальных нарушений», которые собирались им за внушительный промежуток времени – с 60 века до н.э. до 20 века н.э. (т.е. охватывали античную цивилизацию Древней Греции, Рима, Византии и европейскую цивилизацию с 6 века н.э.). Эти индикаторы нарушений стали им изучаться в комбинации четырех качественно-количественных аспектов.

1. Зона нарушений (оценка в зависимости от их места в социальном пространстве);
2. Пропорции населения, активно включенного в нарушение (за и против);
3. Пропорции напряженности нарушения (по колебанию насилия и жестокости);
4. Продолжительность нарушения;

       По этой четырехаспектной схеме  делались замеры нарушений и  сводились в общие списки, таблицы, графики и диаграммы; использовались фактические данные, собранные в многотомной Британской энциклопедии, в исторических хрониках, научных историографических изысканиях. Всю эту информацию Сорокин очень интересно оформил: разбил «горизонталь» на «отдельные исторические единицы в лице национальных государств»: Англию, Францию, Италию, Испанию, Нидерланды, Россию и две пары Германию-Австрию, Польшу-Литву. «Вертикаль» разбил на временные отрезки по 25 и 100 лет. Таким образом, все эти сведения раскрывали увеличение и уменьшение («флуктуацию») социальных нарушений «по горизонтали» - от страны к стране, от цивилизации к цивилизации, «по вертикали»- от периода к периоду.

          Этот массив информации собирался и предварительно обрабатывался  многими людьми: специалистами по военной социологии, по праву, культурологами и т.д., в основном из ученых русского зарубежья.