Анализ эффективности использования основных средств предприятия. 3

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В ходе исследования использовались методы синтаксического, семантического и прагматического анализа, метод наблюдения, сопоставительный метод, методы моделирования и лингвистического эксперимента.

Теоретической базой для настоящего исследования служат работы ведущих отечественных и зарубежных лингвистов- в области семантики (Апресян Ю.Д., Кобозева И.М., Падучева Е.В., Серль Дж., Остин Дж. и др.), грамматики (Бондарко А.В., Гловинская М.Я., Золотова Г.А. и др.), в том числе Грамматики конструкций (Филлмор Ч., Кей П., Голдберг А., Крофт В.), а также в области философии языка и логики (Арутюнова Н.Д., Чейф У.Л., Гордон Д., Лаккоф Дж., Шатуновский И.Б., Рахилина Е.В. и др.).

Особенно важными в концептуальном плане были для нас идеи «Грамматики конструкций», разработанной Ч. Филлмором и его последователями (прежде всего это Адель Голдберг). В рамках этого подхода конструкции рассматриваются как цельные образования, изучение которых предполагает анализ синтаксического, семантического и прагматического уровней в их взаимосвязи. Это дает возможность получить нетривиальную лингвистическую информацию, которая ускользает от внимания исследователя при «поэлементном» описании конструкции.

Материалом исследования послужила выборка (более 1500 примеров) из Национального корпуса русского языка, из художественной литературы, прессы и Интернет-коммуникации, а также экспериментально составленные примеры и записи устной речи.

На защиту выносятся следующие положения:

1. Важным фактором, определяющим  специфику конструкций с вопросительными  словами зачем и почему, является пропозициональная природа целевого и причинного значения. Этот фактор влияет как на семантические особенности зачем- и яочелгу-конструкций, так и на возможности их функционирования в том или ином типе речевых актов.

2. В семантическом и грамматическом пространстве зачем- и «очел/^-конструкций действуют различные правила, тенденции, предпочтения и ограничения, связанные с семантическими особенностями конструкций: ограничение на употребление отрицания при предикате в зачем-вопросах; ограничения на выбор предиката по признакам агентивности и контролируемости; нетривиальные правила употребления форм будущего времени и интерпретации предложений с формами будущего времени предиката.

3. Конструкции с вопросительными  словами зачем и почему могут  функционировать не только в  качестве собственно вопроса, но  и в косвенных речевых актах  в качестве рефлексивного вопроса, риторического вопроса, упрека, побуждения и в др. иллокутивных функциях. Причем, по данным Национального корпуса русского языка, для конструкции с вопросительным словом зачем использование в косвенных функциях является основным.

4. Для каждой конструкции  характерен свой набор косвенных иллокутивных функций, хотя есть и зона пересечения (риторический и рефлексивный вопрос, упрек и др.), где возможны оба наречия.

5. Косвенные употребления  зачем- и иочел/у-конструкций строятся  на различных пресуппозициях и допущениях говорящего, среди которых важнейшую роль играют представления о целесообразности / нецелесообразности тех или иных действий, а также о наличии / отсутствии препятствий к осуществлению действий.

Теоретическая значимость работы заключается в том, что в ней предложен концептуальный аппарат для комплексного анализа коммуникативного потенциала зачем- и иочелгу-конструкций, который позволяет глубже осмыслить механизмы формирования местоименных вопросительных конструкций и закономерности их употребления в косвенных речевых актах и который может быть применен к анализу других синтаксических конструкций - как вопросительных, так и невопросительных.

Практическая ценность исследования определяется тем, что его результаты могут быть использованы в практике преподавания синтаксиса, семантики, при подготовке спецкурсов по прагмалингвистике, в практике преподавания русского как иностранного, а также при создании автоматических систем моделирования и распознавания человеческой речи. Материалы диссертации могут быть использованы при составлении учебных пособий и методических разработок, в исследовательской работе студентов.

Апробация работы осуществлялась на международных и всероссийских научных конференциях. По материалам исследования опубликовано 6 научных статей общим объемом 2,5 п.л.

Структура работы. Работа состоит из введения, трех глав, заключения, библиографического списка использованной литературы (195 наименований, в том числе 5 изданий на иностранных языках).

В первой главе диссертационного исследования вводятся основные понятия, которыми мы оперируем в работе, определяется место конструкций с вопросительными словами зачем и почему в системе вопросительных предложений, рассматриваются особенности вопросительных слов зачем и почему, которые являются, с одной стороны, словами с кванторнойсемантикой, а с другой — словами в пропозициональной семантикой. Специальный параграф посвящен новому пониманию конструкции в рамках Грамматики конструкций и тем концептуальным и методологическим следствиям, которые вытекают из подхода Ч. Филлмора и его последователей.

Во второй главе исследуются основные семантические и грамматические особенности зачем- и почему-конструкций: разные типы причинных и целевых значений и их выражение вопросительными средствами из синонимического набора {почему, из-за чего, отчего, зачем, для чего, куда); ограничения на семантический тип и грамматическую форму предиката; взаимодействие с отрицанием, а также коммуникативные особенности зачем- и «очетиу-конструкций и информационное состояние говорящего, задающего вопрос о причине и цели.

В третьей главе рассматривается использование зачем- и почему-конструкций в составе косвенных речевых актов и анализируются их иллокутивные функции.

 

 

 

 

 

 

Заключение диссертации по теме "Русский язык", Мостовая, Лидия Александровна

Результаты исследования обобщены в таблице.

Значение Зачем Р? Почему Р?

Собственно И взгляд ее был весьма А я ведь собирался на ней и 3 вопросительные РА похож на знаменитый жениться! — А почему она

НЧ т* улыбчивый взгляд великого ушла? — Думаю, что из

2 российского гордости, хотя она была м и реформатора- кроткая женщина. [Фазиль

О в разрушителя. — Зачем Искандер. Муки совести, ч <и н ** ты прилепила его, или Байская кровать (1980

Матрена Михайловна? — 1990)]. о о п, с о спросил я, показывая на портрет. [Анатолий Ким. т Мое прошлое (1990-1998) // «Октябрь», 1998]

Не-побудительные значения Рефлексивные вопросы Все лужи сегодня пропахала каблуками. Зачем я их одела? [Разговор при выходе из дома, Москва, 2005.04]; — К сожалению, — говорю, — забыл. Зачем, думаю, я лгу? Сказать бы честно: "А пёс его знает!". [Сергей Довлатов. Заповедник (1983)] "Вот и пример, — мысленно говорила Маргарита тому, кто владел ею, — почему, собственно, я прогнала этого мужчину? Мне скучно, а в этом ловеласе нет ничего дурного, [М. А. Булгаков. Мастер и Маргарита]; А в самом деле, думал он, почему бы не прийти вечером. [Токарева Виктория. Своя правда]

Риторические вопросы Ей нравилось слушать его речь, хотя это была речь непродвинутого человека. Книжек он не читал. А зачем? Зачем нужны чужие мысли. И зачем разбираться в музыке, когда можно просто петь. [Виктория Токарева. Своя правда // «Новый Мир», №9, 2002]. — Почему я должен верить банку? — спросил Коноплянников. [Андрей Волос. Недвижимость (2000) // Новый Мир, № 12, 2001]

Оценка действия как нецелесообразного —Зачем ты кладёшь тон? — сказала мать. — Итак свежа. [Василий Аксенов. Пора, мой друг, пора (1963)] Большое тебе спасибо за посылку. Зачем ты так тратишься? Едва мы её дотащили. [Андрей Волос. Недвижимость (2000) // Новый Мир, № 12, 2001] Почему везде свет горит? Светло же на улице!

Упреки

- Ни фига себе, — выдавил  я. — Эй, зачем ты ругаешься? —  сказал он, убирая пистолет в  карман [Андрей Геласимов. Ты можешь];

И ты, небось, сразу и дал? Эх, шляпа! Зачем было давать? Ты б хоть со мной посоветовался, а то, небось, оробел и сразу же подписал. Эх, шляпа, шляпа. Ну ладно, беда невелика. [Юрий Домбровский. Факультет ненужных вещей, часть 1 (1978)1.

Где ты шляешься? Почему не пришёл на ужин? Папа хочет поговорить с тобой». [Андрей Геласимов. Фокс Малдер похож на свинью (2001)];

Ты почему дрыхнешь до невменяемости? — неслась дальше Карапетова. [Дарья Донцова. Уха из золотой рыбки (2004)] к к

L> Ег1 й Я

СО о

3 к 4 4 и н к п >> ю  о с

Совет, предложение, приглашение, псевдосовет грубое побуждение

А почему бы вам не попробовать сделать то / что вы предлагаете / самому? [Заседание клуба "Новые правые"

2004.06.24)] (совет);

- Почему бы вам не  объединить все три законопроекта  в один? [Игорь Пылаев. Число избранных // "Еженедельный журнал", 2003.04.08] (предложение);

А почему бы тебе не присоединиться к нам сегодня вечером. [Борис Левин. Блуждающие огни (1995)] (приглашение) Почему бы тебе не заткнуться?

Возражение — А из чего же? — не сдался я. — Из хрома? - Зачем же из хрома? - сказал он едко. — Из хрома сапожки шьют, а мы и из шевра можем. [Булат Окуджава. Искусство кройки и житья (1985)]; — Может, Куня потому и заболела, узнав, что он в Москве живет, а ей не Что же у нас не хватает сил отопить Сахалин и Камчатку? № 7. Почему не хватает? Денег не хватает отопить - это другой вопрос. [Беседа в Воронеже (2001.12.18)] к s объявился? — Ну скажи, подумай, ну зачем бы он

D (X объявлялся? У него семья,

1> 3 дети, внуки, наверное, я n> уже, ну какие у них могли tr1<="" p="">

<="" p="">Щербакова. Год Алены (1996)]

<="" p="">

Согласие — На улице ливень. Боюсь, моя скрипка намокнет. Не могу ли я временно оставить её здесь? — Почему бы и нет? — равнодушно ответил Танакис. [Сергей Довлатов. Наши (1983)1

Заключение

В диссертационном исследовании был осуществлен анализ вопросительных конструкций Почему Р? и Зачем Р?, выражающих причинные и целевые значения.

В ходе анализа конструкций с вопросительными словами зачем и почему на основе комплексного подхода, который заключался в выявлении их семантических и грамматических особенностей и связи этих особенностей с функциональным потенциалом, мы пришли к следующим выводам и результатам.

Обстоятельственные наречия по своим свойствам и вытекающим из этих свойств особенностям организации соответствующих вопросительных предложений противопоставлены другим вопросительным словам и образуют особую группу. Они противопоставлены «предметным» местоимениям типа кто своей пропозициональностью, т.е. тем, что замещают не именную группу, а событие или ситуацию. С другой стороны, они противопоставлены и обстоятельственным местоимениям (которые, в принципе, тоже могут соотноситься с пропозицией, ср. когда) тем, что выражают отношения обусловленности (причинной или целевой) между ситуациями, представленными в семантической структуре зачем- и почему-предложений.

В результате сравнения конструкций со словами из-за чего, отчего, почему в области причинных значений и со словами для чего, зачем в области целевых значений было установлено, что основное различие между этими конструкциями заключается в разных способах представления ситуации говорящим - как объективной или как субъективной.

Анализ так называемых вопросно-ответных несоответствий (когда ответ на вопрос о причине вводится целевым союзом, а ответ на целевой вопрос оформляется причинной лексикой), которые традиционно вызывают особый интерес исследователей, показал, что такое несоответствие возникает только в вопросах, относящихся к контролируемой человеческой деятельности. Они объединяются понятием 'мотив' и служат для запроса об оправдании или обосновании поведения. Мотивация поведения может быть осуществлена путем указания на цель {чтобы Р) или мотив {потому что хотел Р). То есть вопросно-ответное несоответствие - не морфологическая несоотнесенность вопросов и ответов, а разные способы представления ситуации.

На выбор местоимения в вопросе о контролируемой ситуации влияет представление об этой ситуации в сознании говорящего как о субъективированной, зависимой от воли и желания субъекта действия (используется вопросительное слово зачем), или как об объективированной, в которой субъект действия мыслится не как «режиссер», а как «исполнитель» (используется вопросительное слово почему).

Большое значение при употреблении вопросов с вопросительными словами зачем и почему имеет семантика и форма предиката Р. Так, конструкции с вопросительным словом зачем ограничивают выбор предиката признаками агентивности, намеренности, контролируемости. Ситуации, относящиеся к миру природы, могут быть отражены в пропозициизачем-вопросов только при метафоризации значения предиката (олицетворении явлений действительности).

Конструкции с вопросительными словами зачем и почему в исходной вопросительной функции диктуют определенные, хотя и не жесткие, ограничения на употребление глаголов в будущем времени: будущее время уместно при условии, что ситуация уже введена в рассмотрение: —Язавтра не приду. — Почему не придешь?; — Завтра Петя придет. — Зачем?.

В косвенных речевых актах будущее время употребляется свободно: Ну зачем ты пойдешь к нему? Все равно ничего не добьешься?', Почему родным не напишешь? Они волнуются.

Сама ситуация, порождающая возникновение у говорящего почему и зачем-вопросов, может быть охарактеризована не только как ситуация незнания и попытка восполнить недостающую информацию, но и как ситуация непонимания, в которой нарушены ожидаемые или предполагаемые связи между последовательными событиями. Непонимание является благоприятной почвой для смещения вопросительных конструкций в зону косвенных речевых актов.

Коммуникативная организация смысла вопросительного высказывания может быть описана через ряд понятий, в соответствии с которыми членится пропозициональное содержание предложения или маркируется какая-то его часть. Различия в организации конструкций с вопросительными словами зачем и почему проявляются в наличии / отсутствии альтернативности и фокуса контраста.

Соотнесение в иочелгу-вопросе альтернативных ситуаций открывает возможность употребления в них предиката с отрицанием (Почему ты не пришел? — 'ожидалось, что придешь'). Зачем-вопросы не могут иметь отрицания при предикате. Редкие примеры таких конструкций с частицей не выступают в качестве упреков, сожаления в не-совершении действия и являются устойчивой, так сказать фразеологизованной, моделью, сохранившейся в современном языке с того периода, когда запрет на употребление зачем не-конструкции был, видимо, более слабым. Впрочем, поскольку нам были доступны зачам-не-высказывания только из текстов XVTII-XXI вв. (Национальный корпус русского языка ограничен этим периодом), мы не можем утверждать, что зачеуи-не-конструкции в прямой иллокутивной функции были когда-либо возможны. В имеющихся у нас материалах таких сведений нет. Те многочисленные примеры из литературы XIX в., где встречаются заче/и-не-констру кции, являются, как и современные примеры, косвенными речевыми актами.

Во вторичной иллокутивной функции отрицание также ведет себя по-разному. Упрек в совершении действия имеет форму Зачем Р?, ср. Зачем ты открыл окно? И так холодно, а упрек в не-совершении действия строится по схеме Почему не Р?, ср. Почему ты не открыл окно? Я же тебя просила.

Анализ материала показал, что набор косвенных иллокутивных функций определяется структурно-семантическими особенностями конструкции. При этом набор косвенных функций для каждой конструкции индивидуален, хотя есть и зона пересечения.

В рефлексивном и риторическом вопросах используются оба вопросительных слова.

В высказываниях со значением оценки действия как нецелесообразного употребляются преимущественно зячем-конструкции, что естественным образом объясняется целевой семантикой зачем.

Самая большая группа вопросительных предложений, используемых во вторичных иллокутивных функциях, - речевые акты упрека. В них используются оба наречия. Такие высказывания имеют эмоционально-оценочное содержание, направленное, в конечном счете, на изменение поведения собеседника.

В группе побудительных речевых актов используются только конструкции с вопросительным словом почему.

Стандартной схемой построения побудительных речевых актов (совета, приглашения, предложения) является схема Почему бы (вам / нам) не Р?. Построенные по такой же схеме предложения с вопросительным словом зачем (Зачем бы ему Р?) выражают значение сомнения, размышления, неуверенности.

Важными факторами, влияющими на ослабление вопросительного значения и способствующими «переходу» зачем- и яочетиу-конструкций в зону косвенных речевых актов, являются: эмоционально-оценочная лексика, грамматические формы (вид, время, лицо) и семантические классы предикатов, информационное состояние говорящего.

Семантика причины и цели является важнейшим фактором, влияющим на типы косвенных употреблений зачем- и /зочел/у-конструкций. Многие косвенные употребления зачелг-конструкций {Зачем ты открыл окно?; И зачем было приглашать столько народу?) строятся на пресуппозиции нецелесообразности действия, а косвенные употребления почему-конструкций в функции побуждения {Почему ты не сходишь к врачу?) — на пресуппозиции отсутствия препятствующих причин. Интересно, что рефлексивный зачем-вопрос, выражающий сожаление, ср. И зачем мы брали с собой теплые вещи? Холодов же не было, имплицирует отсутствие разумных оснований и лишний раз демонстрирует тесную связь причинной и целевой семантики в сфере контролируемых ситуаций.

Проведенное исследование доказывает плодотворность подхода, названного Ч. Филлмором «Грамматика конструкций», и необходимость дальнейшего уточнения и усовершенствования концептуального аппарата, предназначенного для анализа вопросительных конструкций. Комплексное и системное изучение конструкций с вопросительными словами зачем и почему, объединившее лексический, грамматический, синтаксический и прагматический уровень, позволило описать специфику структуры, выявить и объяснить лексические и грамматические ограничения употреблений в рамках конструкции, определить причины употребления изучаемых конструкций во вторичных иллокутивных функциях, охарактеризовать специфику функционирования для каждой конструкции.

Перспективы исследования связаны с дальнейшим, более глубоким анализом в рамках Грамматики конструкций синонимичных структур с вопросительными словами для чего, отчего, из-за чего, а также с другими местоименными словами. Это позволит не только выявить и описать их собственно-вопросительные функции, но и поможет понять закономерности употребления этих конструкций в косвенных функциях.

<="" p="">

<="" p="">

<="" p="" style="color: rgb(0, 0, 0); font-family: Verdana, Geneva, Arial, Helvetica, sans-serif; font-size: 12px; font-style: normal; font-variant: normal; font-weight: normal; letter-spacing: normal; line-height: 18px; orphans: auto; text-align: left; text-indent: 0px; text-transform: none; white-space: normal; widows: auto; word-spacing: 0px; -webkit-text-stroke-width: 0px;">

Список литературы диссертационного исследования кандидат филологических наук Мостовая, Лидия Александровна, 2010 год

1. Аллен Дж.Ф., Перро Р. Выявление  коммуникативного намерения, содержащегося  в высказывании // Новое в зарубежной лингвистике. Выпуск XVII. Теория речевых актов. — М.: Прогресс, 1986. — С. 322-363.

2. Анипкина JI.H. Оценочные высказывания в прагматическом аспекте // Филологические науки. 2000. - № 2. - С. 58-65.

3. Аничков И.Е. Труды по языкознанию. СПб.: Наука, 1997.

4. Апресян В.Ю. «Природные процессы» в сфере человека // Логический анализ языка. Модели действия. — М.: Наука, 1992. С.150-155.

5. Апресян Ю.Д. Экспериментальное исследование семантики русского глагола. -М.: Наука, 1967.

6. Апресян Ю.Д. Перформативы в грамматике и словаре // Изв. АН СССР. Сер. Лит и яз. 1986. - Т. 45. -№ 3. - С. 208-223.

7. Апресян Ю.Д., Иомдин Л.Л. Конструкция типа негде спать: синтаксис, семантика, лексикография // Семиотика и информатика. Сборник научных статей. Вып. 29. М.: ВИНИТИ, 1989. - С. 84-92.

8. Апресян Ю.Д. Избранные труды. Т. 1. Лексическая семантика; Т. 2. Интегральное описание языка и системная лексикография. М.: Школа «Языки русской культуры», 1995.

9. Апресян Ю.Д. Проблема фактивности: знать и его синонимы // Апресян Ю.Д. Избранные труды. Т. 2. Интегральное описание языка и системная лексикография. М.: Школа «Языки русской культуры», 1995. — С.405-433.

10. Апресян Ю.Д. Интерпретационные глаголы: семантическая структура и свойства // Русский язык в научном освещении — 2004. № 1. (7). - С. 5-22.

11. Апресян Ю.Д. Фундаментальная классификация предикатов // Языковая картина мира и системная лексикография. — М.: Языки славянской культуры, 2006. С. 75-110.

12. Аристотель Сочинен. В 4-х т., Т. 2. Топика. М.: Мысль, 1978.

13. Арутюнова Н.Д. Некоторые типы диалогических реакций и почему-реплики в русском языке // Филологические науки. — 1970. — №3. — С. 44-58.

14. Арутюнова Н.Д. Цитатные вопросы // Человеческий фактор в языке: Коммуникация, модальность, дейксис. М.: Наука, 1992. - С. 70-79.

15. Арутюнова Н.Д. Язык цели // Логический анализ языка. Модели действия. М.: Наука, 1992. - С. 14-23.

16. Арутюнова Н.Д. Предложение и его смысл. Логико-семантические проблемы. -М.: УРСС, 2005.

17. Бабайцева В.В. Явления переходности в грамматике русского языка. М.: Дрофа, 2000.

18. Баранов А.Н., Кобозева И.М. Семантика общих вопросов в русском языке // Известия АН СССР. Сер. Литературы и языка. 1983. - № 3. - С. 263-274.

19. Барулин А.Н. Некоторые проблемы семантического анализа вопросительных местоимений (на материале русского языка) // Теория и типология местоимений. М.: Наука, 1980. - С. 27-50.

20. Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М.: Искусство,1979.

21. Белошапкова В.А., Степанова Е.Б. Равнозначны ли разве и неужели И Русская речь. 1983. - № 5. - С. 57-59.

22. Белнап Н., Стил Т. Логика вопросов и ответов. М.: Прогресс,1981.

23. Бенвенист Э. Общая лингвистика. М.: Прогресс, 1974.

24. Бердник Л.Ф. Вопросительно-побудительные предложения в современном русском языке // Русский язык в школе. 1989. - №2. — С. 8891.

25. Берков В.Ф. Вопрос как форма мысли. — Минск: Наука, 1972.

26. Блох М.Я. Функциональная семантика синтаксических конструкций.-М.: Просвещение, 1986.

27. Богуславская О.Ю. Причина в логике и языке. // Динамические модели: Слово. Предложение. Текст. -М.; Языки славянской культуры, 2008. -С. 88-98.

28. Богуславская О.Ю., Левонтина И.Б. Смыслы 'причина' и 'цель' в естественном языке. // Вопросы языкознания. 2004. - № 2. — С. 68-88.

29. Богуславский И.М. Исследования по синтаксической семантике: сферы действия логических слов. М.: Наука, 1985.

30. Богуславский И.М. Отрицание и противопоставление // Проблемы структурной лингвистики. М.: Наука, 19982. — С. 63-75.

31. Богуславский И.М. Сфера действия лексических единиц. — М.: Школа «Языки русской культуры», 1996.

32. Болыиова Ю.В. О синсематичности местоимений // Проблемы семантики. -М.: Наука, 1974. С. 150-159.

33. Бондаренко В.Н. Отрицание как логико-грамматическая категория. -М.: Наука, 1983.

34. Бондаренко И.В. Заместительные конструкции с союзом «вместо того чтобы» в современном русском языке // Синтаксис алтайских и европейских языков. Новосибирск: Наука, 1981. — С. 171-177.

35. Бондарко А.В. Вид и время русского глагола (значение и употребление). -М.: Просвещение, 1971.

36. Бондарко А.В. К вопросу об аспектах понятия формы, существенных для анализа семантического содержания // Славистика: синхрония и диахрония. Сборник научных статей к 70-летию И.С. Улуханова. М.: ИЦ Азбуковник, 2006. - С. 5-13.

37. Бондарко А.В. Принципы функциональной грамматики и вопросы аспектологии. — М.: Эдиториал УРСС, 2003.

38. Борисова Е.Г. Имплицитная информация на морфологическом уровне // Имплицитность в языке и речи / Отв. ред. Е.Г. Борисова, Ю.С. Мартемьянов. М.: Языки русской культуры, 1999. - С. 15-30.

39. Брехт Р. О взаимосвязи между наклонением и временем: синтаксис частицы бы в русском языке // Новое в зарубежной лингвистике. Выпуск ХУ.Современная зарубежная русистика. М.: Прогресс, 1985. - С. 101- 118.

40. Брицын В.М. Синтаксис и семантика инфинитива в современном русском языке / АН УССР. Ин-т языковедения им. А.А. Потебни. — Киев: Наукова думки, 1990.

41. Брызгунова Е.А. Звуки и интонация русской речи М.: Русский язык, 1977.

42. Булыгина Т.В. К построению типологии предикатов в русском языке // Семантические типы предикатов. — М.: Наука, 1982. — С. 7-83.

43. Булыгина Т.В., Шмелев А.Д. Вопросительные предложения и вопросы // Человеческий фактор в языке: Коммуникация, модальность, дейксис. М.: Наука, 1992. - С. 111-137.

44. Булыгина Т.В., Шмелев А.Д. Диалогические функции некоторых типов вопросительных предложений // Известия АН СССР. Сер. Литературы и языка. 1982. - № 4. - С. 314-326.

45. Булыгина Т.В., Шмелев А.Д. Оценочные речевые акты извне и изнутри // Логический анализ языка. Язык речевых действий. — М.: Наука, 1994.-С. 48-58.

46. Булыгина Т.В., Шмелев А.Д. Языковая концептуализация мира (На материале русской грамматики). М.: Школа «Мастера русской культуры»: Кошелев, 1997.

47. Бьяджини Ф. Анализ функционирования высказываний, содержащих зачем и почему, в речи при помощи Национального корпуса русского языка // Скрытые смыслы в языке и коммуникации: Сб. научн. статей. М.: РГТУ, 2007. - С. 48-58.

48. Бэбби Л. К построению формальной теории «частей речи» // Новое в зарубежной лингвистике. Выпуск ХУ.Современная зарубежная русистика. -М.: Прогресс, 1985. С. 171-204.

49. Валгина Н.С. Активные процессы в современном русском языке: Учебное пособие длы студентов вузов. -М.: Логос, 2003.

50. Валгина Н.С. Синтаксис современного русского языка: Учебник. -М.: Агар, 2000.

51. Валимова Г.В. Вопросительное предложение // Русский язык: Энциклопедия. М.: Научное издательство «Большая Российская энциклопедия», 2003. - С. 75-76.

52. Вендлер 3. Иллокутивное самоубийство// Новое в зарубежной лингвистике. Выпуск XVI. Лингвистическая прагматика. — М.: Прогресс, 1985.-С. 238-251.

53. Виноградов В.В. Русский язык. M-JL: Гос. учеб.-педагог. изд-во, 1947.

54. Всеволодова М.В., Ященко Т.А. Причинно-следственные отношения в современном русском языке. М.: Издательство ЛКИ, 2008.

55. Гард П. Структура русского местоимения // Новое в зарубежной лингвистике. Выпуск ХУ.Современная зарубежная русистика. М.: Прогресс, 1985. - С. 215-227.

56. Герасимова О.И. О типах значений косвенных высказываний // Прагматические и семантические аспекты синтаксиса: сб. научных трудов. -Калинин: КГУ, 1985.-С. 150-158.

57. Гловинская М.Я. Семантика, прагматика и стилистика видо-временных форм // Грамматические исследования. Функционально-стилистический аспект: Суперсегментная фонетика. Морфологическая семантика. -М.: Наука, 1989. -С. 74-146.

58. Гловинская М.Я. Русские речевые акты и вид глагола // Логический анализ языка: Модели действия. М.: Наука, 1992. — С. 123-130.

59. Гловинская М.Я. Семантика глаголов речи с точки зрения теории речевых актов // Русский язык в его функционировании. Коммуникативно-прагматический аспект. — М.: Наука, 1993. С. 158-218.

60. Голанов И.Г. Морфология современного русского языка: учеб.пособие для студ.высш.пед.учеб.заведений. — М.: Издательский центр «Академия», 2007.

61. Голубева-Монаткина Н.И.Французская диалогическая речь в сопоставлении с русской. (Вопросительное предложение). — М.: Высшая школа, 1985.

62. Голубева-Монаткина Н.И. К проблеме иллокутивной логики вопросительного предложения (вопросительное предложение в речевом акте)

63. Прагматика и проблемы интенсиональности: Сб. научн. трудов. М.: ИНИОН, 1988.-С. 144-153.

64. Голубева-Монаткина Н.И. Классификационное  исследование вопросов и ответов  диалогической речи // Вопросы языкознания. — 1991. — № 1.-С. 125-134.

65. Голубева-Монаткина Н.И. Классификационные исследования в лингвистике. Вопросы и ответы диалогической речи. — М.: Моск. гос. лингвист, ун-т, 1999.