Анализ и композиция романа "Айвенго"

                                             Содержание

Введение………………………………………………………………………….2

Новаторство Вальтера Скотта как создателя исторического  романа………5

Подход Вальтера Скотта к ситуации, описываемой им в романе…………10

Язык  творчества Вальтера Скотта…………………………………………….11

Композиция и анализ исторического произведения Вальтера Скотта «Айвенго»……………………………………………………………………….15

Заключение………………………………………………………………………33

Список  использованной литературы…………………………………………34 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

                                                  Введение

     Сто с лишним лет тому назад Вальтер  Скотт считался одним из величайших писателей мировой литературы. Сотни  тысяч читателей во всех концах Европы с нетерпением ожидали его  новых произведений, которые тотчас же переводились на несколько языков и выходили многими изданиями. Историк, воскресивший давно прошедшие эпохи, знаток сердца человеческого, создавший, подобно Шекспиру, целые толпы  живых людей с самыми разнообразными характерами и страстями, - таким  казался Скотт своим восхищенным  читателям в течение почти  полувека.

     Затем слава его пошла на убыль. Новые  литературные направления, возникавшие  в середине XIX века, должны были разрешать  современные общественные проблемы другими методами и на другом материале. Вальтер Скотт перестал быть учителем: "мудрость" его показалась недостаточно глубокой, конфликты - ложными, интриги - надуманными, а персонажи - чуть ли не марионетками, одетыми в исторические костюмы. Скотт стал детским писателем, соперничая в популярности у "старшего возраста" с Купером, Майн Ридом  и Жюлем Верном. Людям старшего возраста он нравился полным приключений сюжетом, экзотической обстановкой, в которой протекало действие его романов, контрастами злых и добрых героев.

     Но  в последние десятилетия Скотт  опять стал завоевывать симпатии не только детей, но и взрослых. Критика  отмечала его драгоценные свойства: глубокое понимание исторических процессов, любовь к народу, широкое изображение  эпохи в ее противоречиях, в столкновениях  классов и государств.

     "Мудрость" Скотта, несмотря на всю ограниченность  его общественного сознания, его  тонкое проникновение в психологию  различных общественных классов  и целых эпох, мастерство исторической  живописи сделали его одним  из любимых авторов современного  читателя.

     В мировую литературу Вальтер Скотт  вошел как создатель исторического  романа. Главное в его романах  – не изображение быта или нравов, а движение истории и человек  в различные эпохи его существования. От своих предшественников в литературе Скотт отличается стремлением объяснить  психологию и поведение героев того исторического периода, в котором  они живут.

     Задача  исторического романиста, по мнению Скотта, заключается в том, чтобы  за своеобразием различных культур  найти живую душу страдающего, жаждущего  справедливости, взыскующего лучшей жизни человека.

     Эта "живая душа" человека, жившего  сотни лет тому назад, может вызвать  наше сочувствие только в том случае, если она предстанет нам во всем своем национальном, культурном и  историческом своеобразии. Весь этот "антиквариат", эти "нравы", быт, одежда и оружие необходимы для того, чтобы конкретно  представить исторического человека, понять его в странностях его  поведения, взглядов и чувств. Исторический роман должен воспитывать в современном  читателе симпатию ко всему человечеству, чувство солидарности со всеми народами, прошедшими до нас свой тяжкий исторический путь, и вызвать сострадание к  широким демократическим массам.

     Исторический  роман, по мнению Скотта, должен воспроизвести  историю полнее, чем научно-историческое исследование, потому что сухую археологию он должен заполнить психологическим  содержанием, страстями и "мнениями" создающих историю людей - отдельных  личностей так же, как и большого людского потока. Для того чтобы  разрешить эту задачу, исторический роман должен, наряду с политическими  событиями, изображать частную жизнь  частных людей - сочетать широкое  политическое действие и любовную интригу, реальных исторических лиц и лиц  вымышленных.

     Объектом  исследования курсовой работы является композиционный анализ исторического  романа Вальтера Скотта «Айвенго». 

     Предмет исследования - исторический роман  Вальтера Скотта "Айвенго".

     Целью работы является исследование композиционной специфики романа «Айвенго».

     Задачи:

- проанализировать одно из главных произведений писателя "Айвенго"

- выявить, в чём заключается новаторство Вальтера Скотта как создателя исторического романтизма

     Курсовая  работа состоит из введения, обзорной части, основной части, заключения и списка литературы. 
 

   Новаторство Вальтера Скотта как создателя исторического романа

     Необычайный успех Скотта у европейского читателя свидетельствовал о том, что его  романы внесли в общественное сознание эпохи нечто новое и значительное, нечто важное для культуры XIX века. Конечно, и в предыдущие столетия появлялись произведения, показывавшие, как в зеркале, лицо своих современников, тяжкие процессы роста и упадка культур. Всегда существовала литература высокой  художественной ценности и волнующей, поучительной правды. Однако Вальтер  Скотт в своих романах показал  то, чего не знали его предшественники. Его художественные открытия вошли  в плоть и кровь европейской  литературы и определили важнейшие  ее особенности.

     Новаторство Скотта, так глубоко поразившее людей  его поколения, заключалось в  том, что он, как отметил В.Г. Белинский, создал жанр исторического романа, "до него не существовавший".

     Скотт взялся за создание исторического романа, следуя правилу: "Чтобы заинтересовать читателя, события, изображенные в произведении, нужно перевести на нравы эпохи, в которой мы живем, так же как  и на ее язык"¹.

     В художественной литературе Скотт первый поставил проблему исторического бытия  и судеб страны в плане вполне современном и актуальном.

     Глубокая  симпатия Скотта к народным массам не вызывает никакого сомнения. Лучше, чем кто-либо другой из современных  ему писателей, он рассказал народную жизнь Шотландии в критические  периоды ее истории. Несправедливости и притеснения экономического, политического  и религиозного характера, героические восстания доведенного до отчаяния народа нашли в нем своего несравненного живописца. С изумительной для того времени смелостью он показал специфику горной Шотландии, родовой строй и психологию древних кельтских кланов.

     В романах Скотта, пожалуй, впервые  в европейской литературе появился на сцене народ: не отдельные более  или менее выдающиеся личности "простого звания", но целые группы, толпы  народа - крестьяне, ремесленники, пастухи, рыбаки, воины. Народ у него - это  настоящий людской коллектив, движущийся, мыслящий, сомневающийся, объединенный общими интересами и страстями, способный  к действию в силу собственной  закономерной реакции на события.

     Вальтер Скотт необычайно расширил границы  романа². Никогда еще роман не охватывал такого количества типов, сословий, классов и событий. Вместить в одно повествование жизнь всей страны, изобразить частные судьбы на фоне общественных катастроф, сплести жизнь обычного среднего человека с событиями государственной важности значило создать целую философию истории, проникнутую мыслью о единстве исторического, процесса, о неразрывной связи частных интересов с интересами всего человеческого коллектива. Этой мыслью определены многие особенности созданного Скоттом романа: широта его композиции, контрастность картин, стиль и язык.

       Чтобы как можно более точно воспроизвести характер политических деятелей, Вальтер Скотт освободил их от придуманной любовной интриги и передал ее вымышленным героям. Историческая точность была соблюдена, но вместе с тем сохранена и обязательная романическая интрига.

     Заимствовав многое из "готического" романа, Вальтер  Скотт переосмыслил традиции. Герой-режиссер и "глубокий сюжет", которые в "готическом" романе возбуждали интерес или страх, у Скотта служат другим целям и приобретают философско-историческое значение.

     В его творчестве история всегда тесно  связана с пейзажем, который не столько ласкает глаз четкостью  линий и мягкостью колорита, сколько  действует на воображение, вызывая  у зрителя ряд ассоциаций. Эта  способность "романтического" пейзажа  погружать зрителя в меланхолическую  задумчивость, вызывать в нем цепь образов и размышлений философского и исторического характера.

     Основу  художественного метода Скотта составляет романтизм. Как и все романтики, он не принял утверждения капиталистических  отношений.

     Скотт все-таки улавливает основное направление движения истории, беспощадно разрушающей феодально-патриархальные докапиталистические отношения и заменяющей их новыми, буржуазными отношениями. Гибель шотландских кланов, обезземеливание и обнищание крестьянства, оскудение и разрушение старых дворянских гнезд, сращение новой аристократии с буржуазией и хищническое "преуспеяние" капиталистических дельцов в метрополии и колониях, - эти типические процессы британской истории нового времени получают отражение в его творчестве. Сквозь романтически-произвольные перипетии его сюжетов, в вымышленных авантюрных столкновениях его персонажей пробивает себе дорогу хотя еще и неполно осознанная самим писателем историческая необходимость.

     Писатель  оценивал перспективы социального  прогресса с позиций народных масс, ожидал в будущем благих перемен, верил в великие созидательные  силы народа.

     Влияние В. Скотта-романиста на английскую и  мировую литературу трудно переоценить. Он не только открыл исторический жанр, но и создал новый тип повествования, основанный на реалистическом изображении  сельской жизни, воспроизведении местного колорита и особенностей речи жителей различных уголков Великобритании, положив начало традиции, которой воспользовались как его современники (Булвер-Литтон, У.Г. Эйнсуорт), так и последующие поколения писателей (Э. Гаскелл, сестры Бронте, Д. Элиот и др.).

     Великая заслуга выдающегося шотландского писателя Вальтера Скотта (1771-1832) состояла в том, что он внес в литературу принцип историзма, написал целый  ряд блестящих исторических романов. В них перед читателями предстает  картина борьбы противоречивых и  сложных интересов различных  социальных групп, партий, религиозных  сект. Его исторические романы позволяли  лучше понять современные проблемы.

                Романы Скотта  делятся на две  основные группы.

     Первая посвящена недавнему прошлому Шотландии, периоду гражданской войны: от пуританской революции XVI в. До разгрома горных кланов в середине XVIII, - а отчасти и более позднему времени ("Уэверли", "Гай Маннеринг" (Gay Mannering, 1815), "Эдинбургская тюрьма" (The Heart of Midlothian, 1818), "Шотландские пуритане" (Old mortality, 1816), "Ламермурская невеста" (The bride of Lammermoor, 1819), "Роб Рой" (Rob Roy, 1817), "Монастырь" (The Monastery, 1820). "Аббат" (The Abbot, 1820), "Воды св. Ронана" (St. Ronan’s Well, 1823), "Антиквар" (The Antiquary, 1816) и др.). В этих романах Скотт развертывает необыкновенно богатый реалистический типаж. Это целая галерея шотландских типов самых разнообразных социальных слоев, но преимущественно типов мелкой буржуазии, крестьянства и деклассированной бедноты. Ярко конкретные, говорящие сочным и разнообразным народным языком, они составляют фон, который можно сравнить только с "фальстафовским фоном" Шекспира. В этом фоне немало ярко комедийного, но рядом с комическими фигурами многие плебейские персонажи художественно равноправны с героями из высших классов. В некоторых романах - они главные герои, в "Эдинбургской тюрьме" героиня - дочь мелкого крестьянина-арендатора. Скотт по сравнению с "сентиментальной" литературой XVIII в. делает дальнейший шаг на пути демократизации романа и в то же время дает более живые образы. Но чаще главные герои - это условно идеализированные молодые люди из высших классов, лишенные большой жизненности³.

     Вторая основная группа романов Скотта посвящена прошлому Англии и континентальных стран, преимущественно средним векам и XVI в. ("Айвенго" (Ivanhoe, 1819), "Квентин Дорвард" (Quentin Durward, 1823), "Кенильворт", (Kenilworth, 1821), "Анна Гейерштейнская" (Anne of Geierstein, 1829) и др.). Здесь нет того интимного, почти личного знакомства с еще живым преданием, реалистический фон не столь богат. Но именно здесь Скотт особенно развертывает свое исключительное чутье прошлых эпох, заставившее Ог. Тьерри назвать его "величайшим мастером исторической дивинации всех времен". Историзм Скотта, прежде всего внешний историзм, воскрешение атмосферы и колорита эпохи. Этой стороной, основанной на солидных знаниях, Скотт особенно поражал своих современников, не привыкших ни к чему подобному. Данная им картина "классического" средневековья ("Айвенго", 1819) в настоящее время сильно устарела. Но такой картины, одновременно тщательно правдоподобной и раскрывавшей такую непохожую на современность действительность, в литературе еще не было. Это было настоящим открытием нового мира. Но историзм Скотта не ограничивается этой внешней, чувственной стороной. Каждый его роман основан на определенной концепции исторического процесса в данное время. Концепция эта может быть неверна, как неверна она в "Айвенго", где центральным фактом для Англии конца XII в. Выдвинута национальная борьба саксов с норманнами, но все же исторический подход к прошлому, историческая концепция "Айвенго" оказалась необыкновенно плодотворной для науки истории, - она была толчком для известного французского историка Ог. Тьерри. При оценке Скотта надо помнить, что его романы вообще предшествовали работам буржуазных историков. Отрицательное отношение к тирании, к клерикализму (при просвещенно-либеральной идеализации "истинной религии"), к феодальной анархии, к солдатчине, к судебному формализму и т.п. делали Скотта политически актуальным для всех прогрессивных читателей тех стран, где борьба за "европейские" порядки была еще на очереди. При всей антиреволюционности Скотта в его произведениях можно найти даже оправдание восстания против особенно уродливых форм феодального угнетения (образ Робин Гуда и его соратников в "Айвенго")⁴.

     Подход Вальтера Скотта к ситуации, описываемой им в романе

     К концу XII века борьба между англосаксами и нормандцами (точнее, между англосаксонской и норманской знатью) стала затихать. Она начала заслоняться другими противоречиями, которые выдвигались на первый план: прежде всего истинно классовыми противоречиями между порабощённым крепостным крестьянством и феодалами как англосаксонского, как и нормандского происхождения, а кроме того, и раздорами в самом феодальном лагере.

     Не  случайно, чтобы подчеркнуть значение для Англии сильной королевской  власти, Вальтер Скотт выбрал для  начала действия своего романа время  отсутствия в Англии короля Ричарда  Первого Плантагенета, прозванного Львиное Сердце, который после участия в Третьем крестовом походе был вероломно задержан герцогом Австрийским и долго не мог вернуться в Англию. Сам Вальтер Скотт определил это время следующим образом: «Когда возвращение короля из долгого плена казалось желанным, но уже невозможным событием отчаявшимся подданным, которые подвергались бесконечным притеснениям знати. Феодалы, получившие непомерную власть в царствование Стефана, но вынужденные подчиняться королевской власти благоразумного Генриха II, теперь снова бесчинствовали, как и в прежние времена». Английское крестьянство в этой борьбе короля против феодальной анархии поддерживало королевскую власть. В толще народа, конечно, ещё в полной мере жили распространённые в средние века иллюзии относительно справедливости королевской власти; крестьяне восставали против отдельных феодалов, но ещё не дерзали поднять оружие против короля. Роман «Айвенго» показывает эпоху переустройства Англии, превращавшейся из страны разрозненных и враждующих между собой феодальных владений в монолитное королевство, в страну, где из завоёванных и завоевателей медленно выплавлялась единая новая народность – не нормандцы и не англосаксы, а англичане, с единым английским языком. Интересны рассуждения самого Вальтера Скотта по поводу формирования современного английского языка: «При дворе и в замках знатнейших вельмож, старавшихся ввести у себя великолепие придворного обихода, говорили исключительно по нормано-французски; на том же языке велось судопроизводство во всех местах, где отправлялось правосудие. Словом, французский язык был языком знати, рыцарства и даже правосудия, тогда как несравненно более мужественная и выразительная англосаксонская речь была предоставлена крестьянам и дворовым людям, не знавшим иного языка⁵.

                        Язык творчества Вальтера Скотта

     Перевод художественного текста рассматривается  как особая форма функционирования языковой системы, сущность которой  заключается в создании коммуникативной эквивалентности нового текста по отношению к оригиналу и по возможности передачи полного объема содержания произведения. В таких случаях только комплексный подход может обеспечить эффективность при переводе с одного языка на другой, который учитывает и лингвистический, и культурологический, и исторический, и философский, и другие аспекты. Перевод как вид творческой деятельности, неразрывно связанный с языком и предполагающий внутреннее соприкосновение двух языков и двух культур, помогает проникнуть в мир культуры того или иного народа, взглянуть на духовные ценности глазами представителя той или иной культуры и может стать неотъемлемой частью духовного воспитания и становления индивидов, наций. В то же время, переходя из одного культурного пласта в другой, "культурные архетипы"⁶ определяют динамическое, поступательное развитие самой культуры. При этом переводчик, равно как и автор, представляет собой определенную личность с определенным мироощущением, определенной степенью образности мышления, эмоциональности и т.д., стремящуюся понять культурный фон языка оригинала и реализовать свой индивидуальный способ передачи замыслов автора произведения.

     Вместе  с тем часто противоречие между  оригиналом и переводом возникает  из-за различия между культурой отправителя, к которой принадлежит оригинал, и культурой воспринимающей среды, в которой возникает перевод. Текст в такой обстановке возникает  как двойное параллельное восприятие собственной и "чужой" систем взглядов на явления и предметный мир. Достоинство  переводчика как языковой личности заключается в том, насколько  искусно и точно удается сблизить два различных языка, две различные  культуры.

     В текстах исторических романов, повестей в целях воссоздания исторического  колорита эпохи архаизмы могут вводиться  не только в речь персонажей, но и  в авторскую речь.

     Вальтер Скотт был непревзойденным мастером исторического романа и с исключительной тонкостью и уменьем пользовался  архаизмами как средством стилизации. Принципы, которыми он пользуется при  отборе архаизмов для создания исторического  колорита, сформулированы им самим  следующим образом: язык автора не должен быть исключительно устарелым и  непонятным, но автор должен по возможности  не допускать слов и оборотов речи чисто современного происхождения. Одно дело использовать язык и чувства, равно свойственные и нам и  нашим предкам, пишет В. Скотт, другое - навязывать им переживания и речь, характерные только для их потомков⁷.

     Следуя  этим принципам, Вальтер Скотт не копирует язык прошлых эпох. Он ограничивается сравнительно небольшим количеством  архаичных слов и выражений, причем большинство этих слов и выражений  относятся к устарелым, а не к  старинным словам. Например: methinks, haply, in troth, nay, travail, repast и др. Если Вальтер Скотт использует старинные слова, то есть такие, которые могут быть непонятны читателю по самой природе старинных слов, то он обычно отбирает такие, в которых не все значения являются старинными. Например: menial слуга, doom приговор, equipage свита и др. Чаще всего такие старинные и устарелые слова используются автором в прямой речи персонажей. Наиболее часто для такой цели используются морфологические архаизмы: формы глагола wrought, clad, state, местоимения - thee, though, thy, ye, окончание - t для второго лица единственного числа настоящего времени - shalt, wilt, art, - (e) st (thinkest, makest, canst).

     Кроме уже указанных стилистических функций  архаизмов перечислим и другие функции. Прежде всего, необходимо упомянуть  о стиле деловых документов (законоположения, кодексы, деловые письма и проч.), в которых в современном английском языке нередко употребляются  архаизмы. Здесь функция использования  архаизмов совершенно другая, чем  та, которая была только что описана  применительно к стилю художественной литературы. Функцию архаизмов в  этом стиле речи можно было бы условно  назвать ерминологической функцией. В стиле деловых документов современного английского языка, для которых  основной целью является достижение договоренности между двумя или  более сторонами, особое значение приобретает  соответствие средств выражения, используемых в этих документах, с теми, которые  используются в соответствующих  юридических документах, законах, кодексах. Англичане заявляют, что многие их законы не менялись в течение последних 600 лет. Естественно поэтому, в языке  английских законов встречается  большое количество архаизмов. Язык различных юридических документов, деловых писем, договоров, соглашений и проч., стремясь максимально приблизиться к языку законов, пестрит архаизмами. Такие слова и словосочетания, как hereinafter named, beg to inform, aforesaid, hereby, therewith и др. являются архаизмами с терминологической окраской.

     Например: "How thou art sentimental, maman!"⁸ Здесь с помощью архаизма передаются особенности французской речи, создается необходимое автору представление о том, что разговор между персонажами ведется не на английском, а в данном случае на французском языке. Такая функция английских архаизмов ограничена только местоимениями второго лица и соответственно окончаниями глаголов в этом лице. Она связана с конкретным историческим ходом развития норм современного английского литературного языка, в котором формы второго лица единственного числа не употребительны.

             Композиция и анализ романа Вальтера Скотта «Айвенго»

     «Композиция» в переводе с латинского compositio обозначает сочинение, составление, расположение.

     Сочетание отдельных частей, сложение элементов  в определенном порядке, их взаимосвязь, переходящую в гармонию целого, мы наблюдаем в растительном и животном мире. Например, каждое растение состоит из частей, вместе они образуют форму, которая представляет собой некое гармоническое целое.

     В природе наиболее характерными и часто встречающимися композиционными закономерностями являются целостность, симметрия и ритм. Целостность проявляется в гармоничности, законченности строения или конструкции предмета, симметрия — в равновесии, похожести левой и правой частей объекта, ритм — в повторяемости одного или нескольких элементов через определенные интервалы. Для симметрии характерно относительное спокойствие, уравновешенность частей, ритму свойственна большая или меньшая степень движения.

     Композиционные  начала (целостность, симметрия, ритм), присущие миру природы, в искусстве присутствуют в особом, специфическом виде.

     Творческий  метод и стиль романов Скотта – явление сложное. Скотт опирался на достижения писателей XVIII в., считая своим учителем Филдинга. Однако он жил в иную эпоху, и творчество его знаменовало новый этап в  развитии романа. Не уступая своим  предшественникам в художественном мастерстве. Скотт превосходит их не только глубиной своей исторической концепции, но и более совершенным способом построения романа и раскрытия характеров. Романтизм в творчестве Скотта своеобразно сочетается с ярко выраженными реалистическими тенденциями. Исследователи отмечают, что Скотт включил «романтическое» в круг реального.

     Вальтеру  Скотту свойственна особая композиция романов – он выносит на первый план жизнь народа, показывает реальную картину жизни. Более ярко воспроизводит  картину исторических событий. Айвенго  – многоплановы остросюжетный роман  со множеством действующих лиц, представляющих разные прослойки того времени. В  романе замешаны вымышленные персонажи  и реальные исторические фигуры. Достоверность  придают описания обстановки, одежды, фольклора. Реализм соединяется  с романтическим началом, которое  проявляется в интересе к Средневековью.

     «Айвенго» - бесспорно один из лучших романов  Вальтера Скотта. Именно в этом романе Вальтер Скотт проявил свой талант во всей его многогранности. В этом романе весь Вальтер Скотт. Именно в «Айвенго» присутствует в снятом виде вся биография писателя, весь его жизненный путь непрестанных исканий, приведший этого «шотландского чародея» к созданию не только многочисленных исторических романов, но и самого жанра исторического романа как такового.

     Личность  Вальтера Скотта прослеживается во всех идеях, во всех образах, в каждой строке «Айвенго».

     Создавая  новый тип исторического романа, Вальтер Скотт открыл и особый тип литературного творчества, особый метод художественного мышления, оказавший огромное влияние на развитие современной ему художественной и философско-исторической мысли. Романы его были словно ответом на проблемы, поставленные перед европейским  сознанием революционной эпохой, и только этим можно объяснить  необычайный успех, которым пользовалось его творчество в продолжение  нескольких десятилетий. Это было открытием, которое, как всякое открытие, готовилось долго и исподволь, трудами поколений, строивших новую Европу, защищавших ее в непрерывных сражениях и размышлявших о своих победах и ошибках.

     И сам Скотт долго вынашивал  это открытие, прежде чем оно совершилось  в его романе: он должен был пройти через множество своих юношеских  увлечений, отразившихся в переводах, драматических опытах и огромных поэмах, которые принесли ему славу  первого поэта.

     Анализируя  исторический роман, принято было прежде всего доказывать или отвергать  его историческую достоверность. Для  этого обычно отделяют "правду" от "вымысла" - то, что автор  взял из "подлинных" документов, от того, что он привнес своего, в  документах отсутствующего. Но произвести такую операцию над романами Вальтера Скотта по существу невозможно, потому что правда и вымысел, история  и роман составляют в них нерасторжимое  единство. Можно было бы утверждать, что Ричард I существовал, а шут  Вамба, свинопас Гурт, леди Ровена и  все другие были автором вымышлены. Но узнать об этом можно было, только разрушив роман и из его обломков построив некую абстракцию, на которую  сам Скотт как историк и  романист был неспособен.

     Для Скотта-историка не существует человека вне эпохи. В Айвенго отразилось средневековое рыцарство с его  законами, обетами и идеалами, в  Бриане де Буагильбере - мировоззрение  и нравы храмовников, созданные  особым положением и историей ордена, в Фрон-де-Бефе - психология норманского  барона, построившего свой замок среди  покоренного народа как крепость и застенок одновременно. Все герои  Скотта в их бесконечном разнообразии выражают разнообразие и противоречия исторических эпох в глубоких социальных разрезах.

     Своим сюжетом он обычно выбирает какое-нибудь крупное или мелкое историческое событие - восстание, гражданскую войну, заговор, потому что, по его собственным  словам, в такие кризисные моменты  противоречия, раздирающие общество, вскрываются с особой отчетливостью. Судьба его героев неразрывно связана с политическим событием, и не потому только, что он находится в его власти, словно песчинка, попавшая в водоворот. Герой Скотта сам участвует в борьбе, принимает ту или иную сторону, оценивает ситуацию и определяет свой путь. Даже те, кто стоит в стороне от схватки и живет только личными интересами, связаны с политической жизнью страны, как, например, аббат, оставивший монастырь и возделывающий свой сад, истоптанный приверженцами Марии Стюарт ("Аббат"). В своей пассивности, в своей обособленности от всего окружающего, в намеренной отчужденности от эпохи они все же созданы ею, так как это она заставляет их отключиться от действительности и поступать так, а не иначе.