Действие уголовного закона в пространстве. 4

Введение

Жизнь общества и государства, как и граждан, требует упорядоченности и стабильности. Без правил поведения нельзя наладить совместное существование и деятельность людей. Право, как известно, и выступает официально установленным сводом формализованных норм общественного поведения. Это признано всеми, к этому привыкли, это соблюдается. Однако, конфликты, споры и столкновения людей существовали во все времена. Их всегда пытались осмыслить и найти средства предотвращения и разрешения. Как отрасль законодательства уголовное право — это государственная воля, возведенная высшим органом законодательной власти в систему юридических норм, предусматривающих основание, принципы и другие общие положения уголовной ответственности, виды преступлений, а также наказания и иные меры уголовно-правового характера за совершение преступлений. Для законного применения норм Уголовного Кодекса Российской Федерацией необходимо детальное определение действия уголовного закона в пространстве и по кругу лиц.

Актуальность выбранной темы заключается в том, что современное уголовное право с одной стороны  консервативно в поддержании устойчивого порядка, с другой изменчиво. Оно претерпевает определенные изменения. В современных условиях национально-правовая «самодостаточность» каждой страны, не утрачивая своих истоков, испытывает все более мощное влияние других правовых систем. И международно-правовая система тоже все более активно взаимодействует с национально-правовыми системами. Таким образом, возникает проблема выбора уголовного закона, который необходимо применить во времени и пространстве. В таком случае право, выступая как регулятор общественных отношений, является  участником споров - как повод и цель, как арбитр и судья, как средство согласования интересов.

Истории известно множество способов решения проблемы выбора уголовного закона, подлежащего применению в случаях, в зависимости от государственной принадлежности преступника и места совершения преступления. Так, в средневековой Европе выбор закона зависел от национальности преступника: «франк судился по законам франков, аллеман — по закону аллеманов, бургунд — по закону бургундскому и римлянин — по римскому»; позже нередко применялся закон места задержания преступника»1.  На сегодняшний день в учении о действие уголовного закона обычно принято выделять два аспекта: временной и пространственный. Последний, в свою очередь, включает в себя характеристику действия уголовного закона на определенной территории и в отношении определенного круга лиц.

Таким образом, цель курсовой работы заключается в раскрытии теоретических положений действия уголовного закона в пространстве и по кругу лиц. В соответствии с целью, поставлены задачи курсовой работы:

• рассмотреть действие уголовного закона в пространстве и его принципы;
• рассмотреть действие уголовного закона по кругу лиц;
• рассмотреть значение института экстрадиции и института политического убежища в сфере действия уголовного закона в пространстве.

Курсовая работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованной литературы.

В процессе выполнения работы были использованы нормативно – правовые акты, учебная литература и периодические издания.

ГЛАВА 1. Принципы действия уголовного закона в пространстве.

Большинство определений принципов права исходит через понятия «свойства», «основного начала», «образующего элемента», например, по мнению И.А. Гревновой, «уголовно-правовой принцип - это обусловленное историческими, социальными и нравственными закономерностями объективно-субъективное сущностное свойство права, облеченное в форму закона, выражающееся в требовании общества к государству по обеспечению прав и свобод человека и гражданина при принятии уголовных законов и их реализации»2 или, например, С.Г. Келина и В.Н. Кудрявцев указывают на то, что принципы уголовного права - это руководящие идеи, основополагающие начала, выраженные в уголовном законодательстве, а также в прокурорской, следственной и судебной практике, отражающие политические, экономические и правовые представления людей относительно оснований и форм ответственности за совершенные преступления3. На сегодняшний день имеется большое количество определений и подходов к понятию принципов, что не умаляет их ценности, а наоборот подчеркивает их важность и необходимость. В данной главе будут раскрыты содержание, признаки и значения принципов территориального действия уголовной юрисдикции. Уголовный закон всегда действует  в пределах определенной территории. В Уголовном Кодексе Российской Федерации4 (далее УК РФ) предусмотрены принципы пространственного его действия, к числу которых относится территориальный принцип, принцип дипломатического иммунитета, принцип гражданства, принцип специальной миссии (специального режима), реальный, универсальный5. Рассмотрим данные принципы.

1.1 Территориальный принцип: основополагающий принцип действия уголовного закона в пространстве.

Действие уголовного закона всегда отграничивается определенной территорией. В связи с этим основополагающим принципом действия уголовного закона является  принцип территориальности. Сущность данного принципа заключается в том, что все лица независимо от гражданства, совершившие преступление на территории Российской Федерации несут ответственность по уголовному законодательству, действовавшему в месте совершения преступления, данное положение закреплено в ч. 1 ст. 11 УК РФ.

«Данный принцип отражает суверенитет государства на уголовное преследование любых лиц, совершивших преступление на его территории»6. К территории Российской Федерации относятся: суша, внутренние и территориальные воды, воздушное пространство в пределах государственной границы; континентальный шельф и исключительная экономическая зона; военные воздушные суда и водные суда; гражданские воздушные и водные суда под российским флагом (если они находятся на территории России или в нейтральном пространстве).

Согласно Закону Российской Федерации от 1 апреля 1993 г. № 4730-I «О Государственной границе Российской Федерации»7, Государственная граница Российской Федерации (далее - Государственная граница) есть линия и проходящая по этой линии вертикальная поверхность, определяющие пределы Государственной территории (суши, вод, недр и воздушного пространства) Российской Федерации, то есть пространственный предел действия государственного суверенитета Российской Федерации.

Сушей является сухопутное пространство в пределах государственной границы. Водная территория состоит из внутренних и территориальных вод. Внутренние воды Российской Федерации включают: морские воды,  расположенные в сторону от исходных линий, принятых для отсчета ширины территориальных вод Российской Федерации; воды портов Российской Федерации, ограниченные линией, проходящей через наиболее удаленные в сторону моря точки гидротехнических и иных сооружений портов; воды заливов, бухт, губ и лиманов, берега которых полностью принадлежат Российской Федерации, до прямой линии, проведенной от берега к берегу в месте наибольшего отлива, где со стороны моря впервые образуется один или несколько проходов, если ширина каждого из них не превышает 24 морские мили; заливов, бухт, губ, лиманов, морей и проливов с шириной входа и них не более чем 24 морские мили, которые исторически принадлежат Российской Федерации, перечень которых устанавливается Правительством РФ; воды рек, озер и других водоемов, берега которых принадлежат Российской Федерации8.

К территориальным водам Российской Федерации относятся прибрежные морские воды шириной 12 миль, отсчитываемых от линии наибольшего отлива, как на материке, так и на островах принадлежащих Российской Федерации. По внешней линии территориальных вод проходит Государственная граница. За её пределами начинаются нейтральные воды, которые не принадлежат ни одному  государству.

Под воздушным пространством Российской Федерации понимается пространство над её сухопутной и водной территорией, в том числе над территориальными водами Российский Федерации. Высота воздушного столба на сегодняшний день не определена нормами международного права. Однако согласно международному обычаю и практики государств в сфере использования космического пространства данная граница проходит в пределах 100 миль над уровнем океана, поскольку является наинизшей высотой над Землей, позволяющей свободное орбитальное вращение космического аппарата. Уголовная юрисдикция Российской Федерации распространяется на воздушное пространство ниже этой границы.

Недра сраны – пространство под поверхностью сухопутной и водной территории.

Уголовное законодательство действует и в случаях совершения преступления на любых территориях и объектах, принадлежащих России и находящихся в отрытом море или ином указанном пространстве. Сюда относится континентальный шельф и исключительная экономическая зона (ч. 2 ст. 11 УК). В соответствии с международной Конвенцией «О континентальном шельфе» 1958 г.9 и Федеральным законом Российской Федерации от «О континентальном шельфе Российской Федерации»10 континентальный шельф включает в себя морское дно и недра подводных районов, находящихся за границей территориального моря Российской Федерации на всем протяжении естественного продолжения ее сухопутной территории до внешней границы подводной окраины материка. Подводной окраиной материка является продолжение континентального массива Российской Федерации, включающего в себя поверхность и недра континентального шельфа, склоны и подъемы. Приведенное определение шельфа относится и к островам Российской Федерации.

Действие уголовного закона распространяется на территорию исключительной экономической зоны Российской Федерации, то есть на примыкающую к территориальному морю, морское пространство, внешняя граница которого находится на удалении двухсот морских миль от  водной Государственной границы.

Континентальный шельф и исключительная экономическая зона находятся за пределами государственной границы и поэтому не входят в состав государственной территории. Но прибрежным государствам предоставляется право на использование биологических и минеральных ресурсов, а также право на различные виды деятельности, связанные с разведкой, разработкой и сохранением данных ресурсов, которые регулируются нормами российского законодательства. В остальном на континентальном шельфе и в исключительной экономической зоне действуют нормы и принципы международного права.

«Устанавливаются ограничения в отношении осуществления уголовной юрисдикции по преступлениям, совершённым на борту морских судов, находящихся в пределах территориального моря, и воздушных судов, находящихся в пределах воздушного пространства иностранного государства. Ст. 27 Конвенции ООН по морскому праву11 устанавливает, что юрисдикция прибрежного государства распространяется только на случаи, когда последствия преступления распространяется на прибрежное государство, либо преступление нарушает спокойствие в стране или добрый порядок в территориальном море, либо если капитан судна или дипломатический (консульский) представитель государства флага обратится с просьбой о помощи к местным властям, либо если эти меры необходимы для пресечения незаконного оборота наркотических или психотропных средств. Согласно Конвенции о международной гражданской авиации 1944 года12, все государства обладают полным и исключительным суверенитетом над воздушным пространством над своей территорией. Однако Токийская конвенция о преступлениях и некоторых других актах, совершаемых на борту воздушных судов 1963 года13 устанавливает, что в отношении преступлений, совершённых на борту воздушных судов других государств, находящихся в территориальном воздушном пространстве, уголовная юрисдикция осуществляется лишь, если преступление имеет последствия на территории государства, либо совершено гражданином (резидентом) или в отношении гражданина (резидента) такого государства, либо направлено против безопасности государства, либо связано с нарушением правил воздушных полётов, либо если вмешательство требуется для выполнения международных обязательств данного государства»14.

Иные правила действуют в отношении военно-морских и военно-воздушных судов Российской Федерации, применяется доктрина «экстерриториальности», согласно которой «независимо от местонахождения преступления, совершенные на указанных судах, подпадают под действие уголовного закона России»15.

«Не является территорией иностранного государства территория его посольства в другой стране; тем не менее, здания посольств и автомашины послов пользуются иммунитетом от осуществления в отношении их действий правоохранительных органов иностранных государств, связанных с уголовным преследованием»16.

В современном мире широкое распространение получили различные способы международного сотрудничества в сфере организации, подготовки, совершения преступления, например, преступное деяние может быть осуществлено на территории одного государства,  а преступный результат наступить на территории другого. В таком случае действие территориального принципа тесно связано с вопросом о месте совершения преступления.

«Следует принять во внимание, что число российских граждан, выезжающих за границу, а также иностранцев, посещающих нашу страну, выросло многократно по сравнению с советским периодом. Значительно увеличился и поток грузов в обоих направлениях. Поэтому в случае нарушения уголовного закона при пересечении Государственной границы вопрос о месте совершения преступления имеет не только теоретическое, но и важное практическое значение. От его решения зависит, по закону, какой страны будут определяться преступность и наказуемость деяния. Кроме того, имеет значение и вопрос о том, чей закон подлежит применению, если исполнитель действовал на территории России, а другие соучастники - за рубежом либо, наоборот, исполнитель действовал за границей, а организатор, пособник или подстрекатель совершили свои действия на территории России»17. В действующем УК РФ отсутствует определение места совершения преступления. Ю.М. Ткачевский считает, что преступление считается совершенным в России, если начинается оно за границей, а оканчивается на российской территории. Аналогично решается рассматриваемый вопрос и тогда, когда за границей осуществлялись организаторская деятельность, подстрекательство, пособничество, а исполнитель действовал на территории РФ. В тех случаях, когда приготовительная деятельность для последующего совершения преступления за границей осуществлялась в России или же на нашей территории имело место соучастие в совершении преступления за рубежом, ответственность также следует по российскому УК18.

Для определения места совершения преступления также необходимо учитывать временной аспект. «В соответствии с ч. 2 ст. 9 УК РФ временем совершения преступления признается время совершения общественно опасного действия (бездействия) независимо от времени наступления последствий. Значит, местом совершения преступления следует считать территорию, на которой было совершено само общественно опасное действие (бездействие)»19.

Б.В. Волженкин считает, что при соучастии в преступлении оно может считаться совершенным на территории РФ, если исполнитель совершил деяние на ее территории, а остальные соучастники действовали за рубежом. Если же исполнитель действовал за границей, а остальные соучастники (организатор, подстрекатель, пособник) выполняли свои функции по участию в данном преступлении в России, действия последних, также признаются совершенными на ее территории20.

«Что касается распространения юрисдикции России на действия всех соучастников преступления независимо от места их исполнения, то в ч. ч. 1 и 3 ст. 12 УК содержатся правила, в соответствии с которыми в отношении преступлений, совершенных за пределами Российской Федерации, может применяться УК РФ (так называемые принципы гражданства, универсальный и реальный, о которых будет сказано далее). Существует также международно-правовой институт выдачи лиц, совершивших преступления на территории иностранных государств. Поэтому те соучастники, которые совершили свои действия за рубежом, в принципе могут подлежать ответственности по российскому законодательству, однако уже не по правилу применения закона места исполнения деяния, а в соответствии с принципами, определяющими круг лиц, подлежащих уголовной ответственности по УК РФ, независимо от места совершения преступления»21.

Таким образом, преступление считается совершенным на территории России, если, во-первых, преступные действия начаты и окончены на территории Российской Федерации; во-вторых, преступное деяние совершено на территории Российской Федерации, а преступный результат наступил за её пределами; в-третьих, приготовление и покушение совершены за границей, а преступление окончено или преступный результат наступил на территории России; в-четвертых, организаторская деятельность, подстрекательство, пособничество осуществлялись за границей, а исполнитель действовал на территории Российской Федерации; в-пятых, соучастие имело место на территории России, а исполнитель действовал за границей22.

Подводя итог рассмотрения территориального принципа действия уголовного закона Российской Федерации необходимо отметить, что данный принцип является основополагающим, который дополняют или вводят исключения иные принципы действия уголовной юрисдикции России. Принцип территориальности охватывает большое количество значимых условий, тесно взаимодействует с нормами международного права и нормами национально-правовых систем других государств, его сущность заключается в отражении суверенитета государства на уголовное преследование любых лиц, совершивших преступление на территории Российской Федерации.

1.2 Принцип дипломатического  иммунитета: понятие, сущность.

В ч. 4 ст. 11 УК РФ установлено, что лица, пользующиеся дипломатическим иммунитетом, в случае совершениями этими лицами преступления на территории Российской Федерации подлежат уголовной ответственности в соответствии с нормами  международного права. Таким образом, в законе закреплен принцип дипломатической неприкосновенности. Сущность данного принципа заключается в том, лиц, пользующихся иммунитетом, нельзя без их согласия либо согласия правительства страны, которую они представляют, привлечь к уголовной ответственности или  подвергнуть следственным действиям. По мнению некоторых авторов: принцип дипломатического иммунитета «не устраняет противоправности и наказуемости деяния, а лишь устанавливает особый порядок реализации уголовной ответственности. Поэтому, строго говоря, дипломатический иммунитет носит уголовно-процессуальный, а не уголовно-правовой характер»23. Данная точка зрения отчасти представляется верной, потому что нормами международного права предусмотрено, что лица, пользующиеся дипломатическим иммунитетом, не могут быть привлечены к уголовной ответственности по закону места аккредитации (пребывания) за преступление совершенное в этом мете. Как правило, такие лица объявляются персонами «persona non grata» и обязываются покинуть государство. Однако возможно, что аккредитующее государство может отказаться от дипломатического иммунитета. В таком случае виновный привлекается к уголовной ответственности по законам места совершения преступления. Таким образом, данные норма содержат помимо материальных положений также и процессуальные.

В соответствии с Венской Конвенцией о дипломатических сношениях 1961 г.24, международной Конвенцией о предотвращении и наказании преступлений против лиц, пользующихся международной защитой, в том числе дипломатических агентов 1973 г.25 и др., имеется перечень лиц, на которых распространяется дипломатический иммунитет. Правом дипломатической неприкосновенности пользуются главы дипломатических представительств в ранге послов, посланников, поверенных в дела, советников, торговых представителей и их заместители, военные, военно-морские, военно-воздушные атташе и помощники, первые, вторые, третьи секретари, а также члены семей перечисленных лиц, которые проживают с ними и не являются российскими гражданами. Консульские должностные лица имеют ограниченную неприкосновенность только в пределах их служебных полномочий26. Однако в соответствии с межгосударственными договорами на них и на их административно-технический персонал может распространяться полный дипломатический иммунитет.

На условиях паритетности и взаимности дипломатическая неподсудность распространяется также на глав государств, членов парламента и правительства, на других сотрудников международных делегаций и членов их семей на основании международных договоров.

Иммунитет и личная неприкосновенность предоставляются в целях создания условий для нормального выполнения, возложенных на дипломатические, консульские  представительства, официальные делегации государств функции. Дипломатический иммунитет нельзя использовать в целях несовместимых с функциями дипломатических представительств. К лицам, злоупотребляющие правом неприкосновенности применяются ранее указанные санкции.

Таким образом, принцип дипломатического иммунитета является исключением из территориального принципа действия уголовного закона Российской Федерации для некоторых иностранных граждан, совершивших преступление на территории России. Принцип дипломатической неприкосновенности  не означает безнаказанности или свободы совершать преступления. Лица, пользующиеся данным иммунитетом, обязаны соблюдать законы страны пребывания, и могут нести ответственность за совершение  уголовного преступления или в своей стране, или, в случае согласия своего правительства, в стране пребывания.

1.3 Действие уголовного  закона Российской Федерации  в соответствии с принципом  гражданства и принципом специального  режима.

Территориальный принцип действия уголовного закона дополняется принципом гражданства. Содержание данного принципа указано в ч. 1 ст. 12 УК РФ, и заключается в распространении уголовной юрисдикции «на граждан Российской Федерации (далее граждан  РФ) и апатридов, постоянно проживающих в Российской Федерации, если они совершили преступление за пределами Российской Федерации»27. В соответствии с Федеральным законом от 31 мая 2002 г. № 62-ФЗ «О гражданстве Российской Федерации»28 гражданами РФ являются: лица, имеющие гражданство РФ на день вступления данного закона в силу; лица, которые приобрели гражданство в соответствии с эти Федеральным законом. Лицом, без гражданства постоянно проживающим в Российской Федерации, в соответствии с Федеральным законом от 25 июля 2002 г. № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации»29, признаётся лицо, получившее вид на жительство. Таким образом, законодатель определил круг лиц подлежащих ответственности в соответствии с принципом гражданства, которые «генетически связан с территориальным принципом действия УК РФ и происходит от обязанности и права государства наказывать не только за преступления, совершенные на его территории, но и за преступления своих поданных, совершенных за границей»30.

Согласно ст. 62 Конституции Российской Федерации31 (далее Конституция РФ) гражданин нашей страны может иметь гражданство иностранного государства - двойное гражданство. При совершении таким гражданином преступления в каком-либо третьем государстве возникает вопрос о том, по законам какого государства он должен нести ответственность, если он не был привлечен к ней в этом третьем государстве. В таком случае следует исходить из международного принципа «эффективного гражданства», установленного в международном праве, согласно которому применяется закон того государства, на территории которого гражданин и его семья постоянно проживают, имеют работу, жилье, имущество, пользуются всеми гражданскими и политическими правами.

Согласно национальному принципу условиями применения положений УК РФ являются: направленность совершения преступлений против интересов, охраняемых УК РФ; отсутствие решения суда иностранного государства, вынесенного за совершенное преступление, в отношении этих лиц.

Таким образом, из закона исчезло требование «двойной преступности» в реализации принципа гражданства, то есть деяние должно признаваться преступлением, как по УК РФ, так  и по уголовному законодательству страны, где было совершено преступление. «Редакция ч. 1 ст. 12 УК РФ, действовавшая ранее, нередко подвергалось критике по поводу ограничения уголовной юрисдикции России и её государственного суверенитета, невозможности уголовной ответственности за целый ряд преступлений, в частности против основ конституционного строя Российской Федерации»32. Действительно, фактически создавался правовой вакуум при решении вопроса об уголовной ответственности некоторых лиц. В частности, было не возможно привлечь к уголовной ответственности по УК РФ за ряд преступлений должностных лиц, государственных служащих, граждан РФ, например, получение взятки российским должностным лицом в Польше  не могло повлечь применение уголовно-правовых санкций, так как Уголовный Кодекс Республики Польша не рассматривает получение взятки должностным лицом иностранного государства как преступление33.

 С другой стороны, трудно  представить, что в зарубежном  уголовном законодательстве отсутствуют  нормы о преступления против  жизни, здоровья, собственности. А. И. Бойцов  считает, что «идея «двойной преступности»  выражает «благотворную тенденцию»  унификации уголовного законодательства  отдельных стран: при этом никакого  ограничения суверенитета Российской  государства … не происходит»34. Универсализация уголовно-правовых норм различных государств заключает в себе отражение объективных процессов глобализации и взаимодействия государств, что выгодно как отечественному законодателю, так и отечественному правоприменителю35.

Однако, на наш взгляд, идея правила «двойной преступности» не защищает уголовно-правовой суверенитет Российской Федерации, и не соответствует задачам уголовного законодательства. «Абсурдно искать в уголовном законодательстве других стран нормы о преступления против Российского государства, и наоборот»36.

Таким образом, с исчезновением требования «двойной преступности» утратило силу условие о том, что деяние должно быть преступлением, как по УК РФ, так и по уголовному закону государства места совершения преступления, а также было аннулировано ограничение наказуемости верхним пределом санкции иностранного закона иностранного государства, где было совершено преступление.

Второе условие применения норм уголовного закона  согласуется с положением Конституции РФ. В данном случае конкретизировано положение ст. 50 Основного закона о том, что «никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление». «Для того чтобы исключить повторное осуждение российского гражданина за преступление, совершенное им вне пределов Российской Федерации, УК РФ допускает привлечение такого лица к уголовной ответственности лишь в случае, если оно не было осуждено за это преступление в иностранном государстве. Не является повторным привлечением к уголовной ответственности вторичное рассмотрение дела судом в случае отмены приговора. Если по первому отмененному приговору осужденный уже отбыл какую-то часть наказания, она обязательно засчитывается в срок наказания по окончательному приговору»37.

В ч. 2 ст. 12 УК РФ закрепляется принцип специальной миссии или покровительственный принцип. На наш взгляд, целесообразно рассмотрение  данного принципа в сочетании с принципом гражданства. Его сущность заключается «в распространение уголовной юрисдикции государства в соответствии с международными договорами на ограниченные контингенты его граждан, находящиеся на территории иностранных государств. Например, в отношении воинских частей, дислоцированных на территории иностранных государств, в соответствии со сложившейся международной практикой, применяется следующая схема распределения юрисдикции: за преступления, совершённые вне территории таких частей ответственность наступает по законам страны пребывания, а за преступления, совершённые на территории воинской части — по законам страны, которой принадлежит данная воинская часть»38. Обычно действие этого принципа осуществляется при вводе войск на территорию иностранного государства по согласованию с этим государством. «Каждый международный договор Российской Федерации имеет свои особенности, которые сужают или расширяют круг граждан или преступлений, в отношении которых Россия осуществляет уголовную юрисдикцию. Так, например, Российская Федерация осуществляет уголовную юрисдикцию в отношении военнослужащих, совершивших преступления против военной службы вне зависимости от места дислокации на территориях таких стран, как Армения и Беларусь. В договорах с такими странами, как Казахстан и Киргизия, - при совершении воинского преступления вне мест дислокации, и в договорах с такими странами, как Азербайджан, Украина и Таджикистан, не предусмотрено осуществление уголовной юрисдикции Российской Федерацией в отношении военнослужащих, совершивших преступление против военной службы»39.

Завершая данный раздел, хотелось бы подчеркнуть, что принцип гражданства, в сочетании с покровительственным принципом является третьим принципом определяющим действие уголовного закона в пространстве. В процессе его реализации находит отражение обязанность и право Российской Федерации на распространение уголовной юрисдикции на граждан Российской Федерации и лиц без гражданства, постоянно проживающих на территории России.