Добровольный отказ от совершения преступления. 10

Введение.

     Большое влияние на становление правового  государства в России в XXI веке играет сложившаяся тяжелая криминальная ситуация. Об этом нам свидетельствует рост числа умышленных преступлений, борьба с которыми является приоритетной задачей правоохранительных органов, а, следовательно, и уголовного права. Для решения данной проблемы следует применять весь комплекс норм как охранительных, так и поощрительных, особое место среди которых выделяют добровольный отказ от совершения преступления. Данные нормы призваны стимулировать поведение людей на социально полезное поведение, а, значит, способствовать снижению роста преступлений и улучшения криминальной обстановки.

     Тема  добровольного отказа от совершения преступления вызывает особый интерес и относится к числу наиболее важнейших и сложных проблем уголовного права, как в национальной правовой системе, так и в правовых системах зарубежных стран. Различные аспекты данного вопроса освещены в научных работах таких ученых, как П.Ф. Гришанина, Д.Е. Дядько, Г.Г. Кривопалова, Н.Ф. Кузнецовой, С.И. Никулина, А.А. Пионтковского, К.А. Панько, С.С. Рожкова, А.Д. Сафронова, А.А. Тер-Акопова.

     Но  большинство вопросов до сих пор  остаются дискуссионными. По этому, на мой взгляд, цель данной работы является дать правовую оценку института добровольного отказа от совершения преступления, раскрыть сущность и основные признаки данного правового явления.

Понятие и юридическая  природа добровольного  отказа от совершения преступления

        Для начала необходимо проанализировать само понятие «добровольный отказ», которое требует подробного толкования. Так, слово «отказаться» в общеупотребительном значении означает «выразить свое несогласие с чем-либо», «не пожелать делать что-либо».¹ Если лицо по собственной воле добровольно отказалось («не пожелало») от совершения преступления, то вполне естественно, что оно не должно нести ответственность за преступление, которое данное лицо фактически не совершало.

     Например, при наличии у лица  реальной возможности совершить преступление, и уверенности, что о данном факте никто не узнает, но при этом человек отказывается  («не желает») совершать такое деяние, вопрос о его ответственности является риторическим.

     Но  при более детальном  рассмотрении данного правового института глубже возникают проблемы: существует и другое определение понятия «отказаться»: «перестать продолжать что-либо»².

     Именно  с этим значением данного слова связано юридическое понятие добровольного отказа от совершения преступления. О таком отказе можно говорить только в том случае, если налицо определенные действия, выполненные лицом для достижения преступного намеренья. Вопрос об освобождении от уголовной ответственности имеет место лишь в данном случае, причем он не только перестает быть бессмысленным, но и образует в уголовном законодательстве целую совокупность правовых норм, которая носит название «институт добровольного отказа от совершения преступления».

     Так же не стоит опускать и трактовку  термина «добровольный», на мой взгляд, он раскрывается толковым словарем русского языка, где ему дается понятие «сделанный кем-нибудь по своей воле, без принуждения»³. То есть это отказ по субъективному убеждению человека. Мотивы добровольного отказа от совершения преступления могут быть разными: страх перед опасностью, малая ценность имущества. А в некоторых случаях уговоры и угрозы со стороны потерпевшего.  В данной ситуации Дурманов Н.Д. предлагает решать вопрос о виновности или невиновности подсудимого на основе мельчайших деталей и оттенков события.⁴

     По мнению профессора  Сахарова следует избегать расширительного толкования такого интеллектуального момента добровольного отказа, как наличие у лица осознания возможности доведения преступления до конца, ибо это может привести к необоснованному освобождению от уголовной ответственности⁵. 

     Уголовный кодекс Российской Федерации 1996 года сделал шаг вперед по сравнению с предыдущим, уголовно-правовые разработки которого уступали дореволюционному законодательству. Прогресс законодательства затронул и институт добровольного отказа от совершения преступления: формулировка стала лаконичной и отвечающей требования законодательной техники добровольного отказа, новеллой явилось положение о порядке и условиях освобождения от уголовной ответственности соучастников преступления,  добровольно отказавшихся от его совершения.

     Итак, уголовный кодекс РФ дает следующее  определение добровольного отказа от совершения преступления:

       Добровольным отказом,  согласно статье 31 УК РФ признается  прекращение лицом  приготовления к преступлению либо прекращение действий (бездействия), непосредственно направленных на совершение преступления, если лицо осознавало возможность доведения преступления до конца. При этом оно не подлежит уголовной ответственности за преступление, если данное лицо добровольно, окончательно отказалось от совершения этого преступления до конца, уголовная же ответственность наступает в том случае, если фактически совершенное им деяние содержит иной состав преступления.

     Как видно из определения, даже на первый взгляд, в настоящем уголовном кодексе наиболее полно дано понятие  добровольного отказа в отличие от предыдущего УК, так как перечислено больше существенных признаков данного понятия.

     Статья 16 УК РСФСР 1960 года гласит о том, что  лицом, добровольно отказавшимся от доведения преступления до конца, подлежит уголовной ответственности лишь в том случае, если фактически совершенное им деяние содержало состав иного преступления. Данная формулировка явно неудачна, так как не полностью отражает данное правовое явление.

     Выяснение же понятия добровольного отказа служит отправным пунктом для правильного определения основания освобождения от уголовной ответственности и наказания при добровольном отказе и доведении преступления до конца⁶.

     Таким основанием является сам отказ. Уголовному праву РФ известны и другие условия  освобождения от уголовной ответственности, которые имеют внешнее сходство с рассматриваемым институтом. Разрешение этих вопросов тесно связано с  более широкой проблемой –  что является основанием уголовной ответственности в российском законодательстве. По поводу данной проблемы велось множество дискуссий, но большинство ученых считает, что наиболее правильной точкой зрения является то, что определяется ст. 8 УК РФ.

     Исходя  из этого положения, что единственным основанием уголовной ответственности  является состав преступления, можно  правильно решить вопрос об основании, освобождающем от уголовной ответственности при добровольном отказе. Добровольный отказ от доведения преступления  до конца выражается в сознательном акте, направленном на прекращение преступной деятельности, т.е. данный акт свидетельствует о том, что у лица отпал преступный умысел, а, следовательно, отпала и общественная опасность – основной материальный признак преступления. Таким образом, в действиях лица, добровольно отказавшегося от совершения преступления, отсутствует элемент состава преступления. А согласно положению о единстве элементов состава преступления (при отсутствии хотя бы одного из элементов состава преступления отсутствует и весь состав преступления) можно сделать вывод, что в деянии лица, добровольно отказавшееся от преступления нет состава преступления, следовательно, данное лицо не будет привлечено к уголовной ответственности.

     Но  встречаются такие случаи, когда  преступник, намереваясь совершить одно преступление, добровольно отказывается от его совершения, но тут же приступает к совершению другого преступления. Происходит своеобразное «замещение» виновным одного преступления другим более тяжким или более  легким.⁷

     Так, преступник, намереваясь совершить  убийство, отказывается от доведения данного преступления и отбирает у него деньги, т.е. совершая разбой.

     Во  всех таких случаях признается добровольный отказ от того преступления, которое лицо собиралось совершить вначале, но виновный будет привлечен к уголовной ответственности за преступление, которое он фактически совершил.⁸

     Так же иногда выполняются действия объективно похожие на подготовку к совершению преступления, но внешнее сходство не всегда дает основание говорить о намерении лица совершить преступление. Для этого следует необходимо учитывать субъективное отношение лица к деянию: стремилось ли лицо к достижению преступного результата. Если нет, то совершенные действия не образуют стадию преступной деятельности, а, значит, добровольное их прекращение нельзя рассматривать как добровольный отказ от совершения преступления, т.к. отсутствует умысел.

     Таким образом, добровольный отказ является основанием освобождения от уголовной ответственности, т.к. отсутствуют признаки состава преступления, а исходя из ст. 8 УК РФ лицо не будет привлечено к уголовной ответственности.

     С данным положением не согласна профессор  Н.Ф. Кузнецова. Так она проводит идею о признании добровольного  отказа от совершения преступления обстоятельством, исключающим уголовную ответственность и наказание. При добровольном отказе от совершения преступления, она считает, что в деятельности лица нет состава преступления ни оконченного, ни неоконченного, т.е. прерванного по независящим от него обстоятельствам приготовления или покушения⁹. Исходя из этого, Н.Ф. Кузнецова считает верным относить  добровольный отказ от совершения преступления к видам исключения от уголовной ответственности, а не освобождения от нее.

     Ее  теория критикуется большинством ученых:

     Во-первых, если исходить из установившегося в  уголовном праве мнения, что единственным основанием уголовной ответственности является наличие в деяние лица необходимых признаков состава преступления, то следует признать, что отсутствие в деяние лица таких признаков представляет основание, исключающее уголовную ответственность и наказание. Наличие же обстоятельства, освобождающего от уголовной ответственности, всегда предполагает, что до его появления основание уголовной ответственности было налицо, что, впрочем, не отрицает и Н. Ф. Кузнецова. Но ведь до того момента, когда лицо в силу собственного волеизъявления отказывается от реализации преступного намерения, его деяние содержит необходимые признаки состава неоконченного преступления, следовательно, имеется основание для его привлечения к уголовной ответственности.

     Во-вторых, лицо, утратившее умысел на продолжение  преступной деятельности, на совершение преступления в целом не представляет в данных условиях опасности для общества. Однако сам по себе акт позитивного поведения лица не может свидетельствовать о нейтрализации общественной опасности предварительной преступной деятельности, реально объективированной во внешнем проявлении¹⁰. Именно поэтому законодатель установил: лицо подлежит уголовной ответственности, если фактически совершенное им деяние содержит состав иного преступления.

     Таким образом, следует поддержать тех исследователей, которые рассматривают добровольный отказ от совершения преступления в качестве вида освобождения от уголовной ответственности по нереабилитирующим обстоятельствам¹¹.

     Наряду  с добровольным отказом от совершения преступления существуют и другие нормы, освобождающие от уголовной ответственности, это гл. 8, гл. 11. В главе восьмой дается перечень обстоятельств, исключающих преступность деяния. Каждый вид обстоятельств отличается от добровольного отказа по своей юридической природе.

     Принципиально неправильным является суждение, приравнивающее добровольный отказ к необходимой  обороне и крайней необходимости. Это утверждение было подвергнуто  справедливому осуждению в силу того, что действия совершенные при  необходимой обороне и крайней  необходимости правомерны и общественно  полезны от начала и до конца, ибо  совершаются при защите интересов  личности. Учитывая эти обстоятельства, законодатель специально их выделяет и указывает, что они исключают  уголовную ответственность. При добровольном отказе происходит прекращение общественно опасной деятельности, погашающее уголовную ответственность за совершение преступления.

     Также нельзя считать причинение вреда  при задержании лица совершившего преступление. Очевидно, что данное обстоятельство наряду с обоснованным риском представляют собой активные действия, направленные на разумное, соразмерное причинение вреда преступнику и на достижение общественно полезной цели. Эти действия не создают угрозу общественным отношениям, охраняемым уголовным законом. Тогда как грань между угрозой и причинением вреда при добровольном отказе очень тонка.

     Для того чтобы глубже уяснить юридическую  природу добровольного отказа необходимо выяснить различие оснований освобождения от уголовной ответственности предусмотренные ст. 31 и ст. 76,77, 78. Но ст. 77 УК РФ утратила силу по Федеральному закону Российской Федерации от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации»

     Из  анализа содержания этих статей гл. 11 УК РФ вытекает то, что основанием освобождения от уголовной ответственности и наказания являются обстоятельства:

• вследствие примирения с потерпевшим, если лицо загладило причиненный потерпевшему вред;
• с истечением сроков давности.

     Необходимо  подчеркнуть, что в действия лица освобожденного от уголовной ответственности и наказания по основаниям ст. 76, 78 УК РФ содержится состав преступления (в прошлом). Хотя, освобождение от уголовной ответственности и наказания в порядке этих статей является полным, окончательным и безусловным, но оно связано с обязательным требованием - примирение с потерпевшим или истечением сроков давности¹². Отсутствие этих условий исключает возможность применения ст. ст. 76, 78 УК РФ. Освобождение от уголовной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 31 УК РФ, не связано с такими условиями – и является безусловным.

     Сказанное позволяет сделать вывод о  том, что основания освобождения от уголовной ответственности и  наказания предусмотренными в ст. ст. 76, 78 и 31 УК РФ не идентичны, а, следовательно, различна их юридическая природа. Это проявляется в том, что освобождение от уголовной ответственности и наказания по основаниям, предусмотренным ст. ст. 76, 78 УК РФ, являются правом, а по основанию, предусмотренному ст. 31 обязанностью судебно-следственных органов.

     Также не следует путать добровольный отказ  от деятельного раскаяния. Необходимо поподробнее остановиться на данном институте, чтобы выявить главные  отличительные признаки деятельного  раскаяния от добровольного отказа.

     В УК РФ институт деятельного раскаяния  по сравнению с УК РСФСР раскрыт  более полно и последовательно. Суть его в том, что лицо, впервые  совершившее преступление небольшой  или средней тяжести, в случае явки с повинной, сдачи орудий или  средств совершения преступления, способствования его раскрытию и пресечению, а также выполнения ряда других указанных в законе требований может быть освобождено от уголовной ответственности, т.к. перестало быть общественно опасным.

     Юридическое отражение этот институт нашел в  ст. 75 УК РФ и примечаниях к ряду статей Особенной части Кодекса. Наряду с этим необходимо учитывать и нормы п.п. «и», «к» ст. 61, а также ст. 62 УК РФ. В соответствии с ними явка с повинной, активное способствование раскрытию преступления, изобличение других соучастников преступления, розыск имущества и т.д. является смягчающими вину обстоятельствами.

     В то же время следует заметить: юридическая  природа оснований освобождения уголовной ответственности при деятельном раскаянии различна. Их можно разделить на две группы. Первая закреплена в п. 1 ст. 75 УК РФ, в соответствии с которой лицо может быть освобождено от уголовной ответственности, если после совершения преступления небольшой тяжести, добровольно явилось с повинной, способствовало раскрытию преступления, возместило причиненный ущерб. Иным видом оснований освобождения от уголовной ответственности при деятельном раскаянии выступают положения ч.2 ст. 75 УК РФ: совершение преступления тяжкого и особо тяжкого преступлений и наличии условий указанных в ч. 1 этой статьи лицо может быть освобождено от уголовной ответственности лишь в случаях, специально предусмотренных Особенной частью УК РФ. Это, например, самовольное оставление части и дезертирство (ч.ч. 3 и 4 ст. 337 и ч.1 ст. 338 УК РФ).

     Для указанных выше двух групп общим  является то, что освобождение от уголовной  ответственности носит «возможный характер». Здесь учитывается не только наличие или отсутствие указанных в ч.1 ст.75 и примечаниях к ст.ст.337 и 338 УК РФ признаков, но и другие обстоятельства: предыдущее поведение лица, совершившего преступление, полнота и своевременность возмещения причиненного вреда, степень тяжести сложившихся обстоятельств и т.п.

     Исходя  из этого, можно выделить отличительные  признаки деятельного раскаяния. Во-первых: деятельное раскаяние возможно лишь после оконченного преступления, тогда как добровольный отказ находится на стадии предварительной преступной деятельности. Во-вторых: освобождение от уголовной ответственности при деятельном раскаянии, является возможным; при добровольном отказе лицо полностью освобождается от уголовной ответственности за преступление, которое оно намеревалось совершить, но добровольно, осознанно, окончательно от него отказалось. Освобождение от уголовной ответственности возможно и в случаях, специально указанных в Особенной части УК при соблюдении закрепленных условий. В примечаниях к статьям особенной части подчеркивается, что лицо в случае совершения определенных действий, либо воздержании от них освобождается от уголовной ответственности.

     Добровольный отказ, являясь основанием освобождения от уголовной ответственности, отличается по своей юридической природе от сходных институтов уголовного права.

     Также для признания отказа добровольным безразлично какими мотивами руководствовалось лицо, отказываясь от продолжения и завершения начатой преступной деятельности. Отсутствие в законе указания о том, что добровольный отказ имеет место только при наличии определенных мотивов, свидетельствует, что для закона все мотивы равны.

       Признаки добровольного отказа от совершения преступления.

     Добровольный  отказ в российском уголовном  праве характеризуется ограниченным сочетанием и тесным переплетением основных признаков.

     Согласно  ч. 2 ст. 31 УК РФ, одним из них является добровольное оставление преступного намерения, а не приостановление его в силу внешних обстоятельств, которые сделали невозможным дальнейшее продолжение преступной деятельности и возникли помимо воли виновного.

     Справедливое  решение не может находиться в  зависимости лишь от того, как ответит на указанные вопросы само лицо, подозреваемое (обвиняемое) в преступлении¹³. Следовательно, так же важно определить, не противоречат ли эти объяснения объективным данным. А для этого  необходимо найти объективные критерии, помогающие прийти к обоснованию решения о добровольном отказе от совершения преступления, в каждом случае, по любому уголовному делу.

     Критерием добровольности отказа лица от доведения  преступления до конца могут быть лишь его собственные действия. Оценка этих действий, разумеется, должна быть основана на требованиях закона. В ст. 31 УК РФ в полном объеме даются эти оценки, хотя добровольный отказ как институт уголовного права опирался на иные статьи УК, а также на принципы российского уголовного права. Нужно выделить наиболее важные из них для правильной оценки поставленного вопроса.

     Одним из важных объективных признаков  добровольности отказа от 
совершения преступления это наличие фактических данных, свидетельствующих о том, что у человека, начавшего преступление, имелась реальная возможность, а также осознанная возможность довести это преступление до конца.

     Напротив, фактические данные, свидетельствующие  о том, что преступник не имел возможности завершить начатое им преступление, могут указывать на вынужденный характер его дальнейшего поведения, а, значит, данное лицо будет подлежать уголовной ответственности.

     Например, виновный оказывается не в состоянии  преодолеть возникшие препятствия (вор не смог открыть замок и вынужден был прекратить попытку проникновения в помещение; убийца встретил эффективное сопротивление со стороны потерпевшего и не смог довести до конца начатое им преступление) или возникают обстоятельства, которые виновное лицо не мог предвидеть (вор, открыв сейф, не обнаружил там денег, хотя он был в полной уверенности, что они хранятся в этом сейфе), или действия виновного пресекаются иными лицами, или появляется  реальная возможность (опасность) задержания. В каждом из этих вариантов обстоятельства складываются таким образом, что виновным не в состоянии довести до конца начатое им преступление.

     Наряду  с этим бывают случаи, когда преступник оказывается не в состоянии дать правильную оценку сложившейся обстановке и приходит к ошибочному выводу об отсутствии у него реальной возможности довести начатое преступление до конца, хотя в действительности такая возможность имелась. В подобной ситуации отказ от продолжения преступления ясно не соответствовал истинным намерениям виновного, и, несмотря на то, что реального препятствия для окончания преступного действия не было, мнимая угроза опасности сыграла свою роль¹⁴. Однако она повлекла не добровольный отказ виновного от доведения, начатых им преступных действий.

     Возможна  и противоположная ситуация, когда  отсутствуют фактические условия для совершения преступления, но виновный, тем не менее, ошибочно считает, что нет препятствий для осуществления его преступного замысла, и все же, несмотря на это он отказывается от совершения преступления.

     Следует также отметить, что само по себе наличие или отсутствие реальной возможности довести преступление до конца не позволяет еще сделать вывод, действительно ли имелся добровольный отказ от совершения преступления. Надо учитывать всю совокупность обстоятельств происшедшего события, принимать во внимание субъективную оценку этих обстоятельств самим виновным¹⁵.

     Наряду  с признаком реальности немаловажным является признак осознанности. Осознанная возможность доведения до конца начатого преступления - это сформированное сознание лица, принявшего решение о добровольном прекращении начатого, намеченного преступления. Если признак добровольности обусловлен волей лица, то осознанная возможность сознанием, то есть пониманием того, что может совершить, довести до конца начатые преступные действия, однако в силу волевого самостоятельного желания прекратить начатое оставляет и не приступает в будущем к начатому преступлению. Например, «киллер», нацелив снайперскую винтовку на потерпевшего, в последний момент принял решение о прекращении своих общественно опасных действий, хотя понимал, что ему стоит только нажать на спусковой крючок, но он воздержался от этих действий по собственной воле. Таким образом, отказался от доведения преступления до конца, что освобождает его от уголовной ответственности за покушение на убийство.

     В советском уголовном праве некоторые  ученые не выделяют признак осознанной возможности как самостоятельной, считая, что он является производным от признака добровольности. Так Тер-Акопов считал, что воля контролирует не только помысел, но и действует на осознание лицом своих действий¹⁶. Однако  законодатель выделяет данный признак как самостоятельный и он по ряду критериев имеет право на независимость.

     Другим  признаком добровольного отказа от совершения преступления являются фактические данные, указывающие  на то, что лицо отказалось от преступного  намерения полностью и окончательно.

     Важно, чтобы человек, отказавшийся от доведения  до конца конкретного преступления, вместе с тем, не преследовал бы цели вернуться к завершению данного преступного деяния в будущем.

     Если  виновный не отказывается от намерения  совершить преступление, а лишь временно отложил осуществление этого  намерения до более «благоприятного» случая, то такая отсрочка исключает добровольность отказа от совершения преступления. Она свидетельствует о том, что виновное лицо, не перестало быть общественно опасным¹⁷.

     При этом не имеет значения, на какой  срок переносится исполнение задуманного – на короткий или долгий, определенный или неопределенный. Ни длительность срока, ни его определенность не влияют на юридическую оценку содеянного. Для нее существенную роль играет тот факт, что виновное лицо не отказалось от преступного намерения.

     Добровольный  отказ от совершения преступления должен быть не только полным и окончательным, но и безусловным. Лицо, добровольно  прекращающее свою преступную деятельность, не оговаривает это прекращение никакими условиями. Единственным условием, на которое оно может рассчитывать, является установленная законом гарантия: если оно действительно добровольно отказывается от доведения преступления до конца, то ему обеспечивается освобождение от уголовной ответственности за данное (неоконченное) преступление.

     Как уже отмечалось, лицо может быть привлечено к уголовной ответственности, если до принятия им решения о добровольном   отказе  от  совершения  намеченного   преступления оно совершило действия, образующие состав иного преступления.

     Способы совершения преступлений различны. Ряд  преступлений совершается такими способами, элементы которых сами по себе не опасны. Однако если существуют аналогичные по форме действия, не связанные с намерением лица совершить преступление, то вполне ясно, что они не представляют никакой общественной опасности.

     Если  способы, используемые при подготовке и совершении, сами по себе не являются преступными, то добровольный отказ  от доведения преступления до конца исключает всякую уголовную ответственность. Совершив подобные приготовительные действия, не содержащие состава преступления, лицо может отказаться от дальнейшей деятельности, не опасаясь уголовной ответственности¹⁸.