Древнерусское государство. 2

ВВЕДЕНИЕ

Средневековая история Руси (России) является тем  основополагающим периодом, в рамках которого формировалась ее культурно-историческая специфика, происходило зарождение и развитие форм государственности, этническая и политическая эволюция Руси в Россию. Этот обширный период охватывает IX-XVI вв. и делится на ряд самостоятельных хронологических этапов, неравнозначно обеспеченных источниками и по-разному освещенных в исторической литературе.

Цель  работы заключается в анализе  и изучении важнейшего рубежа в истории  Средневековой Руси - возникновения  и развития Киевского государства (IX – первая четверть XII в.).

Задачи  работы:

исследовать государственный строй и формы  государственного устройства;

дать  общую характеристику княжеской  власти и органам государственного управления, а также общественному  строю Древней Руси и правовому  положению социальных групп;

представить основные позиции историков по этим вопросам.

Вопрос  происхождения и развития государства  всегда являлся животрепещущим и  привлекал внимание большого количества ученых, археологов, историков, культурологов. По этому вопросу уже написано много трудов и монографий, и огромное множество историков высказали  свое мнение по этому вопросу. В данном случае мое обращение к этой теме лишь подчеркивает ее актуальность и  значимость в данный момент.

Главнейшими источниками изучения этого периода  являются летописные памятники. Среди  них – «Повесть временных лет», составленная в Киеве во втором десятилетии XII века монахом Нестором. Автор ее поставил перед собой нелегкую задачу – выяснить, «откуда есть пошла Русская земля». До нашего времени этот вопрос остается предметом научных споров.

На данный момент в нашей исторической литературе господствует убеждение, что частная  юридическая жизнь Древней Руси наиболее полно и верно отразилась в древнейшем памятнике русского права – в «Русской Правде». Насколько  мне позволяет знание изучаемого материала, я полностью согласна с этим утверждением, ибо в «Русской Правде» охвачены чуть ли не все отрасли современного права.

Древнерусские писатели и летописцы являлись одновременно и историками своей эпохи. Однако научное изучение ее связано с  именем Карамзина Н.М. Книга «Об  истории государства Российского» преследует цель ознакомить читателей

с научным  наследием историка. В ней он говорит  о том, что познание прошлого, и  прежде всего своего отечества неотделимо от понимания настоящего и способствует достижению высоких нравственных целей.

Историк XIX в. Соловьев С.М. не только собрал огромный фактический материал по древнерусской истории, но и создал ее первые научные концепции. Работа Соловьева С.М. «История отношений между русскими князьями Рюрикова дома» является великим научным трудом, историко-культурный интерес к которому не ослабевает.

На рубеже XIX-XX вв. содержательный труд по истории Киевского государства создал Платонов С.Ф. Его книга «Полный курс лекций по русской истории» излагает события российской истории начиная с древнейших времен и заканчивая периодом правления Александра III. Книгу отличает легко воспринимаемый, яркий стиль изложения и одновременно высокая научная точность и аргументированность. Эта работа стала основой для исследований советских историков.

В книге  «История государства и права  России» автор Исаев И.А. сосредоточил внимание на конкретные сюжеты истории  Древней Руси.

Историки  Новосельцев А.П., Сахаров А.Н. в  своей книге «История России с  древнейших времен до конца XVII века» показывают закономерности социально-экономического и политического развития России и ее народов.

Законченный цикл по исследованию Киевской Руси представляет работа Рыбакова Б.А. «Мир истории. Начальные  века русской истории», которая рассказывает о происхождении и истории  древних славян, образовании в VI веке нашей эры союза племен «Русь», объединении восточнославянских племен, истории Руси IX-XIII в.в.

При написании  курсовой работы была также использована книга

Кузнецова И.Н. «История Отечества». В ней освещается весь исторический путь России. Автор  обобщает многосторонний опыт исторического  развития Российского государства, его преобразовательную деятельность, организационно-государственное строительство  в различных исторических условия.

Главным отличием используемых мной в работе лекций историка

Кузьмина  А.Г. «История России с древнейших времен до 1618 г.» является проблемный подход. На первый план выводятся спорные  дискуссионные вопросы, от решения  которых во многом зависит понимание  исторического процесса в целом.

В книге  «История России» авторы Мунчаев  Ш.М., Устинов В.М. анализируют сложные, противоречивые исторические процессы России, руководствуясь научными принципами объективности, историзма, социального  подхода. Первый раздел этой книге посвящен рассматриваемой мной теме – феодальному  периоду истории России, образованию  и развитию Российского государства.

Что касается книги «История России» авторов  Зуевой М.Н. и Чернобаевой А.А., то в ней кратко освещаются основные периоды российской истории с  древнейших времен до сегодняшних дней. Основное внимание уделено изучению государственно-политических, социально-экономических  и внешне-политических проблем. Книга  помогает сформировать целостное представление  о характере и особенностях исторического  развития России.

Огромный  интерес вызвала книга Мазарчука  Д.В. и Темушева С.Н. «История русской  государственности и права (до октября 1917 г.)». В ней рассматриваются  вопросы развития государства, его  основных институтов и права восточных  славян – от Киевской Руси-Древнерусского государства через Владимирское великое княжение и Московское великое  княжество к Московскому царству  и, наконец, Российской империи.

ГЛАВА 1. ДРЕВНЕРУССКОЕ ГОСУДАРСТВО

§ 1. Возникновение древнерусского государства

Образование Древнерусского государства, рождение первого феодального государства  было не однократным событием, а  процессом длительным. Развитие славянского  общества растянулось на много веков.

Время с VI по IX в. – это еще последняя  стадия первобытнообщинного строя, время классообразования и незаметного, на первый взгляд, но неуклонного роста  предпосылок феодализма. Ценнейшим  памятником, содержащим сведения о  начале Русского государства, является летописный свод «Повесть временных  лет, откуда пошла Русская земля, и кто в Киеве начал первый княжить и откуда Русская земля  стала», составленный киевским монахом  Нестором около 1113 г.¹

Начав свой рассказ, как и все средневековые  историки, со всемирного потопа, Нестор повествует о расселении в древности  западных и восточных славян в  Европе. Он четко выделяет в восточнославянском регионе два крупных межплеменных объединения - северное и южное. В  середине IX в. на территории будущей Северо-Западной Руси (Новгородская и Псковская земли) формируется межплеменное объединение, включающее словен, кривичей, чудь, мерю и, возможно, весь. Это объединение принято называть «северной конфедерацией племен» или «северным союзом племен», и именно от него, если верить «Повести временных лет», исходила инициатива призвания правителя (Рюрика) «со стороны». Ведущим племенным союзом, ставшим во главе южнорусского предгосударственного объединения, являлись поляне, представленные в древнейшей летописи как более культурное племя по отношению к «некультурным» древлянам, радимичам, вятичам и северянам. ²

Крупный исследователь древнейшей истории  Руси академик Рыбаков Б.А., основываясь  на обильном материале разнородных  источников, считает, что восточнославянская государственность вызревала именно на юге, в богатой и плодородной  лесостепной полосе Среднего Поднепровья. Здесь за тысячи лет до Киевской Руси было известно земледелие. Темп исторического  развития здесь, на юге, был значительно  более быстрым, чем на далеком  лесном и болотистом севере с его  тощими песчаными почвами. На юге  за тысячу лет до основания Киева  сложились «царства» земледельцев-борисфенитов, в которых следует видеть праславян; в «трояновы века» (II-IV века нашей эры) здесь зародилось экспортное земледелие, приведшее к очень высокому уровню социального развития.

Смоленский, полоцкий, новгородский, ростовский север  такого богатого наследства не получил  и развивался несравненно медленнее. Даже в XII веке, когда юг и север во многом уже уравнялись, лесные соседи южан все еще вызывали у них иронические характеристики «звериньского» образа жизни северных лесных племен.¹

В «Повести временных лет» Нестор повествует о  том, как был создан город Киев. Княживший там князь Кий, по рассказу Нестора, приезжал в Константинополь  в гости к императору Византии, который принял его с большими почестями. Возвращаясь из Константинополя, Кий построил город на берегу Дуная, предполагая обосноваться здесь  надолго. Но местные жители враждебно  отнеслись к нему, и Кий вернулся на берега Днепра.

Ту же картину рисуют византийские писатели VI в. В царствование Юстиниана огромные массы славян продвинулись к северным рубежам Византийской империи. Византийские историки красочно описывают вторжение  в пределы империи славянских войск, уводивших пленных и увозивших  богатую добычу, заселение империи  славянскими колонистами. Появление  на территории Византии славян, у которых  господствовали общинные отношения, содействовало  изживанию здесь рабовладельческих  порядков и развитию Византии по пути от рабовладельческого строя к феодализму.

Успехи  славян в борьбе с могущественной Византией свидетельствуют о  сравнительно высоком для того времени  уровне развития славянского общества: уже появились материальные предпосылки  для снаряжения значительных военных  экспедиций, а строй военной демократии позволял объединять крупные массы  славян. Далекие походы содействовали  усилению власти князей и в коренных славянских землях, где создавались  племенные княжения.

Археологические данные вполне подтверждают слова Нестора  о том, что ядро будущей Киевской Руси начало складываться на берегах  Днепра тогда, когда славянские князья совершали походы в Византию и  на Дунай, во времена, предшествующие нападениям хазар (VII в.).

Создание  значительного племенного союза  в южных лесостепных областях облегчало продвижение славянских колонистов не только в юго-западном (на Балканы), но и в юго-восточном  направлении. Правда, степи были заняты различными кочевниками: болгарами, аварами, хазарами, но славяне Среднего Приднепровья (Русской земли) сумели, очевидно, и  оградить свои владения от их вторжений, и проникнуть в глубь плодородных  чернозёмных степей. В VII–IX вв. славяне жили и в восточной части хазарских земель, где-то в Приазовье, участвовали совместно с хазарами в военных походах, нанимались на службу к кагану (хазарскому правителю). На юге славяне жили, очевидно, островками среди других племен, постепенно ассимилируя их, но в то же время и воспринимая элементы их культуры.¹

На протяжении VI–IX вв. росли производительные силы, видоизменялись родоплеменные институты, шёл процесс классообразования. В качестве важнейших явлений  в жизни восточного славянства на протяжении VI–IX вв. следует отметить развитие пашенного земледелия и  выделение ремесла; распад родовой  общины как трудового коллектива и выделение из неё индивидуальных крестьянских хозяйств, образующих соседскую  общину; рост частной земельной собственности  и формирование классов; превращение  племенного войска с его оборонительными  функциями в дружину, господствующую над соплеменниками; захват князьями и знатью племенной земли в  личную наследственную собственность.

К IX в. повсеместно  на территории расселения восточных  славян образовалась значительная площадь  расчищенных от леса пахотных земель, свидетельствовавшая о дальнейшем развитии производительных сил при  феодализме. Объединением небольших  родовых общин, для которого характерно известное единство культуры, являлось древнеславянское племя. Каждое из этих племен собирало народное собрание (вече), постепенно усиливалась власть племенных князей. Развитие межплеменных связей, оборонительные и наступательные союзы, организация совместных походов и, наконец, подчинение сильными племенами своих более слабых соседей – все это приводило к укрупнению племен, к объединению их в более значительные группы.

Образование раннефеодального государства, постепенно подчинившего себе все восточнославянские племена, стало возможным лишь тогда, когда несколько сгладились различия между югом и севером с точки  зрения условий ведения сельского  хозяйства, когда и на севере оказалось  достаточное количество распаханных  земельных пространств и потребность  в тяжелом коллективном труде  по подсеке и корчевке леса значительно  уменьшилась. Вследствие этого произошло  выделение крестьянской семьи как  нового производственного коллектива из патриархальной общины.

Разложение  первобытнообщинного строя у  восточных славян происходило в  то время, когда рабовладельческий  строй уже изжил себя во всемирно-историческом масштабе. В процессе классообразования Русь пришла к феодализму, минуя рабовладельческую формацию.

В IX–Х вв. формируются антагонистические  классы феодального общества. Повсеместно  увеличивается количество дружинников, усиливается их дифференциация, идёт выделение из их среды знати –  бояр и князей.

Важным  в истории возникновения феодализма является вопрос о времени появления  на Руси городов. В условиях родоплеменного строя существовали определенные центры, где собирались племенные веча, выбирался  князь, совершалась торговля, производились  гадания, решались судебные дела, приносились  жертвы богам и отмечались важнейшие  даты года. Иногда такой центр становился средоточием важнейших видов  производства. Большинство этих древних  центров превратилось позднее в  средневековые города.¹

В IX–Х вв. феодалы создали ряд новых  городов, служивших как целям  обороны от кочевников, так и целям  господства над закрепощаемым населением.

В городах  концентрировалось и ремесленное  производство. Старое название «град», «город», обозначавшее укрепление, стало  применяться уже к настоящему феодальному городу с детинцем-кремлем (крепостью) в центре и обширным ремесленно-торговым посадом.

При всей постепенности и медленности  процесса феодализации можно все  же указать определенную грань, начиная  с которой имеются основания  говорить о феодальных отношениях на Руси. Этой гранью является IX столетие, когда у восточных славян уже  образовалось феодальное государство.

Объединенные  в единое государство земли восточнославянских племен получили название Руси. Доводы историков-«норманнистов», пытавшихся объявить создателями Древнерусского государства норманнов, называвшихся тогда на Руси варягами, неубедительны. Эти историки заявляли, что под  Русью летописи подразумевали варягов. Но как уже было сказано, предпосылки  для образования государств у  славян складывались на протяжении многих веков и к IX в. дали заметный результат  не только в западнославянских землях, куда никогда не проникали норманны и где возникла Великоморавская  держава, но и в землях восточнославянских (в Киевской Руси), где норманны появлялись, грабили, уничтожали представителей местных  княжеских династий и иногда сами становились князьями. Очевидно, что  норманны не могли ни содействовать, ни серьезно мешать процессу феодализации. Название же «Русь» стало употребляться в источниках применительно к части славянства за 300 лет до появления варягов.

Впервые упоминание о народе рос встречается в середине VI в., когда сведения о нем достигли уже Сирии. Поляне, называемые, по словам летописца, русью, становятся основой будущей древнерусской народности, а их земля – ядром территории будущего государства – Киевской Руси.

Среди известий, принадлежащих Нестору, уцелел один отрывок, в котором описывается  Русь до появления там варягов. «Вот те славянские области, – пишет Нестор, – которые входят в состав Руси - поляне, древляне, дреговичи, полочане, новгородские словене, северяне...». Этот список включает только половину восточнославянских областей. В состав Руси, следовательно, в то время еще не входили кривичи, радимичи, вятичи, хорваты, уличи и  тиверцы. В «Повести временных лет» сказано: «Се бо тъкъмо Словеньск  язык в Руси: Поляне, Древляне, Новъгородьци, Полочане, Дрьгъвичи, Север, Бужане, зане седоша по Бугу, послеже же Волыняне». В центре нового государственного образования  оказалось племя полян. Древнерусское  государство стало своеобразной федерацией племен, по своей форме  это была раннефеодальная монархия¹.

Возникновение Древнерусского государства связывают  с объединением северного и южного конгломератов под властью Олега. Если верить «Повести временных лет», это произошло в 882 г. Олег (то ли воевода, то ли родственник Рюрика) после  смерти последнего предпринял поход  вниз по Днепру и захватил Смоленск, а затем и Киев, правителей которого, Аскольда и Дира, хитростью выманил  из города и убил. Таким образом, под властью одного правителя  оказывается очень важная торговая артерия – так называемый «путь из варяг в греки». Некоторые исследователи называют его «становым хребтом» Древнерусского государства. Контроль над важным торговым путем давал значительные экономические выгоды киевскому князю.

Согласно  летописи Олег правил только в качестве регента при малолетнем сыне Рюрика Игоре. Игорь и становится главой молодого государства после смерти в 912 г. Олега. Игорю приходилось много  внимания уделять борьбе с сепаратизмом отдельных восточнославянских племен. В начале своего правления ему  удается покорить отказавшихся подчиняться  Киеву древлян. Именно в стычке с  древлянами Игорь Старый позднее, в 945 г., и погиб.

Правление вдовы Игоря Ольги началось с  мести древлянам, убившим ее мужа. Вслед за этим Ольга осуществила  ряд реформ по упорядочению взимания дани с населения подвластной  Киеву территории. Архаичный способ сбора дани - полюдье, требовавшее  личного присутствия верховного правителя, было заменено сбором приношений в специальные пункты - погосты. Нестор пишет: «И идее Ольга по Деревьстей земли с сынъм своимь и с дружиною, уставляющи уставы и укоры.

И суть становища ея и ловища…» «В лето 6455 (947) иде Ольга Новугороду и  устави по Мъсте погосты и дани и по Лузе оброкы и дани. И ловища ея суть по вьсеи земли и знамения и места и погосты. И сани ея стоять в Пльскове до сего дьне. И  по Дънепру перевесища и по Десне. И есть село ея Ольжичи и доселе».¹

Ольга, сама будучи христианкой, пыталась повысить роль этой религии в своем государстве. Но она не смогла решить вопрос о  подчинении новой церковной организации  и к тому же столкнулась с языческой  оппозицией. Повзрослевший сын Игоря  и Ольги Святослав отстранил  от власти свою мать, и вопрос о принятии в качестве государственной религии  христианства был отложен.

Святослав Игоревич (964-972 гг.) вел чрезвычайно  активную внешнюю политику. В его  правление Киеву было подчинено  наиболее отдаленное восточнославянское племя - вятичи и нанесено решительное  поражение Хазарскому каганату (965-966 гг.). Но грандиозная война 967-971 гг., затеянная  Святославом на Балканах (сначала  против Болгарии, а затем против Византии), не отвечала интересам собственно Руси. В то же время утрата прежнего могущества Хазарией сделала ведущей  силой в Северном Причерноморье  агрессивных кочевников печенегов. Печенеги становятся постоянными врагами  лесостепного пограничья. Именно от рук  печенегов князь Святослав погиб, когда в 972 г. возвращался из Болгарии на родину. Несмотря на смерть верховного правителя, Древнерусское государство  оказалось достаточно прочным образованием, и после непродолжительной княжеской  междоусобицы в правление Владимира  Святославича наблюдается его расцвет. Владимир (980-1015 гг.) провел ряд реформ, способствовавших укреплению государства. Важным событием стало официальное  крещение Руси (988-990 гг.).¹

Карамзин  Н.М. писал: «В самый первый век бытия  своего Россия превосходила обширностию  едва ли не все тогдашние государства  европейские. Завоевания Олеговы, Святославовы, Владимировы распространили ее владения от Новагорода и Киева к западу до моря Балтийского, Двины, Буга и гор  Карпатский, а к югу – до порогов Днепровских и Киммерийского Воспора; к северу и востоку – граничила она с Финляндиею и с чудскими народами, обитателями нынешних губерний Архангельской, Вологодской, Вятской, также с мордвою и с казанскими болгарами, за коими, к морю Каспийскому, жили хвалисы, их единоверцы и единоплеменники (почему море называлось тогда Хвалынским или Хвалисским)».²

Таким образом, появление у восточных славян государства с центром в Киеве  стало результатом длительного  процесса социально-экономического и  политического развития. Основным содержанием  этого процесса являлись рост сельскохозяйственной продукции, позволивший содержать  группу людей, участвующих в производстве материальных благ, и укрепление верховной  власти вождей, статус которых становится наследственным. Вожди, в славянском регионе называемыекнязьями, постепенно все больше функций сосредотачивают в своих руках и распространяют свою власть на все большую территорию.

§ 2. Государственный строй  и форма государственного устройства

Киевской Руси IX-XII вв.

Государственный строй Киевской Руси принято определять как раннефеодальную монархию. Однако применительно к Руси IX-XII вв. нельзя говорить о полной централизации и абсолютизме власти представителей правящей династии.

По мнению историка начала XX в. Ключевского В.О., «единовластие» русских князей до середины XI в. вообще «было политическою случайностью, а не политическим порядком». Особенность общественно-политических отношений в данный период заключалась также в том, что государство еще не выступало монопольным носителем принудительной, публичной власти.

Параллельно с княжеской властью и ее администрацией большую роль на местах продолжали играть крестьянские общины (древнерусская  вервь), традиционно выполнявшие  многие административные, судебные и  финансовые функции. В некоторых  городах продолжали существовать и  даже приобрели решающее значение народные собрания (вече), вмешивавшиеся в  важнейший вопрос преемства княжеской  власти.

Определенное  время киевскому князю подчинялись  местные племенные князья («светлые и великие князья», «великое княжье»  и др.), которые по договору находились «под рукою» великого киевского князя, а также «старцы градские» - родоплеменная знать, выполнявшая судебно-административные функции.

По договорам  и традиции великий князь «мира  для» имел право сбора полюдья  с подвластных земель, а местные  князья во время общих походов  приводили свои дружины и ополчения. Великим киевским князьям приходилось  сталкиваться с сепаратизмом местных  князей, и они приступили к постепенной  ликвидации этого института, что  растянулось почти на весь Xвек.

Ко времени  Святослава (умер в 972 г.) с племенным  княжьем было покончено, а Владимир I (980-1015 гг.) посадил своих сыновей в крупнейшие города Руси.¹ Нестор повествует: «И посадил Вышеслава в Новгороде, Изяслава в Полоцке, а Святополка в Турове, а Ярослава в Ростове. Когда же умер старший Вышеслав в Новгороде, посадил в нем Ярослава, а Бориса в Ростове, а Глеба в Муроме, Святослава в Древлянской земле, Всеволода во Владимире, Мстислава в Тмутаракани».²

Термин  «князь» теперь распространялся  только на членов киевской великокняжеской  династии - Рюриковичей, которая представляла собой государственный суперэлитный слой, пришедший на смену родоплеменной  аристократии.³ Все члены Рюрикова рода считали себя прирожденными владетельными князьями и «братьями» между собой; старшего в роду, великого князя киевского они называют обычно своим «отцом», но это не более как почетное назначение без всякого реального содержания, тем более что киевский князь отнюдь не всегда был действительно старшим в роду. При этом отдельные члены княжеского рода имели политическое значение не сами по себе, а как составная часть родственной, генеалогической цепи князей. Представители династии получали в управление волости, но не на правах поземельной собственности, а на основе кормления, что обусловливалось и частой сменой «столов» князьями. В действительности каждый князь внутри своей волости и в междукняжеских отношениях держал себя как независимый государь и его отношения к другим князьям определялись «либо ратью, либо миром», т. е. все спорные вопросы, решались или силою оружия, или соглашениями, договорами с другими князьями. Это договорное начало в междукняжеских отношениях проходит через всю древнерусскую историю и прекращается только в Московском государстве.¹

В наследовании великокняжеского престола до середины IX в. нельзя обнаружить определенного принципа, что, как правило, приводило к физическому устранению одним из сонаследников других конкурентов в борьбе за власть. Некая схема наследования наблюдается после смерти Ярослава Мудрого (1019-1054 гг.) - это так называемое лествичное или очередное восхождение. Согласно концепции российского историка XIX в. Соловьева С.М., князья-Рюриковичи составляли единый род, глава которого, отец, правил в Киеве, а сыновья управляли городами и областями в качестве его наместников. Ко всей Русской земле представители единой княжеской семьи относились как к общему своему владению и в соответствии с этим поступали при открывшемся «наследстве». После смерти отца его место занимал старший сын, которого младшие должны были почитать «в отца место». В дальнейшем во главе рода поочередно вставали старшие, физически и генеалогически, в каждый данный момент князья. Поэтому киевский престол передавался от брата к брату, а после смерти последнего из братьев переходил к старшему племяннику. Восхождение князя к Киеву совершалось постепенно. Смерть любого члена княжеского рода вызывала передвижение его младших родичей на одну ступень вверх. Покидая менее богатую и почетную область, князь переходил в более престижную, а на его место являлся следующий по очереди старшинства. В идеальном лествичном порядке наследования были и исключения. Если какой-то князь умирал, не дойдя до киевского княжения (т. е. не побывав старшим), его дети теряли право двигаться вверх по очереди старшинства. Они становились изгоями, лишенными шансов на великое киевское княжение, и должны были навсегда оставаться в своих выделенных из общеродового наследия владениях.

Современный российский исследователь Назаренко  А.В. обнаруживает аналогии между наследованием  киевского и других престолов  Русской земли в домонгольский  период и раннесредневековым франкским  понятием corpus fratrum, предполагавшим непременное соучастие всех братьев-сонаследников в управлении государством после смерти их отца. Происходил территориальный раздел государства, но единство сохранялось как идеальная норма. Еще дореволюционными исследователями отмечался ряд факторов, которые нарушали порядок, считавшийся правомерным в глазах тогдашнего общества. Так, престолы, в том числе и великокняжеский киевский, могли передаваться по завещанию предшествующих правителей (десигнация); в некоторые периоды значительную роль играли народные собрания (веча), приглашавшие князей согласно с волеизъявлением горожан (точнее, наиболее влиятельных их представителей). Наконец, князья могли захватывать власть силой (узурпация), по терминологии тех лет «добывать» или «налезать» стол. Но в данном случае князья-узурлаторы вынуждены были оправдывать легитимность своей власти правом наследования или правом призвания.

Огромное  значение для развития восточнославянского  региона имело принятие в качестве государственной религии христианства в правление Владимира Святославича. Христианство оказало определенное влияние и на эволюцию государственной  власти Киевской Руси. Важно, что монотеистическая религия была распространена на Русь из Византии. Хотя официальный раскол церквей произойдет позднее (в 1054 г.), особенности «восточного» христианства предопределили культурную специфику  русской (российской) цивилизации как  составной части православной византийско-славянской цивилизации. Исследователи обнаруживают множество аналогий в зарождении и развитии государственных отношений  у восточных славян и большинства  европейских народов. Но на политическую сферу жизни восточнославянского  общества не могло не наложить отпечатка  длительное общение Древней Руси с Византией. Прежде всего христианство способствовало укреплению власти киевских князей. Новая религия с ее каноническими  представлениями о природе государства  и его целях сделалась надежной опорой для правового обоснования  господства правящей династии (вся  власть от Бога). Власть освящалась не только в связи с ее основной функцией защиты от внешней опасности, но и  как призванная устанавливать и  поддерживать внутренний общественный порядок.

Одновременно  и церковь становится влиятельной  политической силой, выполнявшей ряд  важных для государственного развития Древней Руси функций. Так, церковь  являлась основным институтом социального  контроля за властью, а кроме того, как организационная структура  могла принимать на себя функции  административного управления. Отношения  между церковью и государством в  Древней Руси построились на принципе разделения светской и духовной власти.