Институциональные ловушки в российской экономике. 2

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ  И НАУКИ

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Федеральное государственное бюджетное

Образовательное учреждение

Высшего профессионального образования

«Ижевский государственный технический  университет»

Кафедра экономической теории

КУРСОВАЯ РАБОТА

по дисциплине «Институциональная экономика»

на тему «Институциональные ловушки в российской экономике»

Выполнил                                                                         студент гр. 1-511-1

                                                                                          А.С. Яковенко

Проверил:                                                                         преподаватель

                                                                                           Е.Б. Хоменко

Ижевск, 2012

Содержание

Введение…………………………………………….

1 Институциональные ловушки……………………………..

     1.1 Сущность понятия институциональных ловушек………

     1.2 Причины возникновения институциональных ловушек………

     1.3 Выход из институциональных ловушек…………..

2 Примеры институциональных  ловушек в России………..

     2.1 Ситуация неплатежей………………………………………..

     2.2 Уклонение от уплаты налогов……………………………

     2.3 Коррупция…………………………………………………..

     2.4 Самореализующиеся пессимистические ожидания…………

     2.5 Бартер………………………………………………………..

Заключение……………………………………………………….

Список использованной литературы…………………………………..

Введение

Происхождение и сущность «ловушек» исследовали в своих  работах такие авторы, как Е.А.Бренделева [3], В. Полтерович [2,5,8] и др. Происхождение «ловушек» научное сообщество объясняет недостаточностью государственного контроля за той или иной сферой общественной деятельности, а в переходной экономике — еще и несовместимостью «импортируемых» институтов с традиционной ментальностью и хозяйственными привычками. При этом считается, что «создание "рыночного правового поля" не гарантирует возникновения эффективных рыночных институтов» [8, с 35].

Ключевой вопрос заключается  в том, почему и каким образом  устойчивыми оказываются неэффективные нормы? Если норма (институт) неэффективна, то она не может быть долговечной и должна эволюционным путем замениться на эффективную норму. Если же она долговечна и устойчива, то это означает, что она эффективна для данной институциональной среды. 

  Проблема  институциональных  ловушек привлекла в последнее  время пристальное внимание экономистов  и ученых, занимающихся изучением  экономических процессов в странах  с переходной экономикой, к числу  которых относится и Россия. Рыночные  реформы, проводимые в нашей стране в постсоветский период привели к совершенно непредсказуемым, а часто даже и противоположным результатам. К примеру, либерализация цен породила их быстрый и длительный рост, попытка реформировать налоговую систему привела к стимулированию теневой экономики, ослабление государственного контроля над потоками ресурсов с целью создания конкурентной среды породило коррупцию и т.д. В итоге, в России появилось множество устойчивых неэффективных институтов – институциональных ловушек.

Цель данной курсовой работы: дать определение и раскрыть сущность институциональных ловушек, выявить причины  их возникновения,  перечислить виды институциональных ловушек на примере России и пути выхода из них.

1 Институциональные ловушки

1.1.Сущность понятия  институциональной ловушки

    В англоязычной литературе «институциональная ловушка» используется чаще всего не как "institutional trap", а как эффект блокировки (lock-in effect): по Норту, это означает, что однажды принятое решение трудно отменить [1]. В терминах неоинституциональной теории "институциональная ловушка – это неэффективная устойчивая норма (неэффективный институт), имеющая самоподдерживающийся характер" [2, с.11]. Ее устойчивость означает, что если в системе превалировала неэффективная норма, то после сильного возмущения система может попасть в "институциональную ловушку", и тогда уже останется в ней даже при снятии внешнего воздействия.

     Как отмечает  Д. Норт, "приращение изменений   в технологической сфере, однажды   принявшее определенное направление, может привести к победе одного технологического решения над другими даже тогда, когда первое технологическое направление, в конце концов, оказывается менее эффективным по сравнению с отвергнутой альтернативой"[1].

     Хрестоматийном  примером такого неэффективного технологического развития стала проблема QWERTY-эффекта, изложенная в работе П.Дэвида и получившая дальнейшее развитие в работах В.М.Полтеровича [2] применительно к институтам и определенная как институциональная ловушка.

     С точки зрения теории трансакционных издержек появление QWERTY-эффекта объясняется по крайней мере двумя причинами:

     1. Несогласование  ряда интересов  различных  групп экономических  агентов.  Появление QWERTY-эффекта  является  результатом частичного  несогласования интересов производителей  и потребителей. Цель производителей – быстрее и больше продать, для ее достижения и было принято настоящее расположение букв на клавиатуре. Цель потребителей –

1) улучшить качество  оформления документов (в печатном  виде более презентабельно и читаемо, чем в написанном от руки);

2) появившаяся несколько  позднее – увеличить скорость  печатания. Учитывая различную  совместимость целей (нейтральность,  совместимость, несовместимость  и степень эффекта от их  взаимодействия – нейтральный, усиливающийся и снижающийся), цели производителей (больше продать) и потребителей (улучшить качество оформления документа) можно считать совместимыми. Однако впоследствии сочетание количества продаж и ускорения печати за счет изменения расположения букв на клавиатуре – цели явно несовместимые. В данном случае результат того, попадем мы в ловушку или нет зависит от эффекта, полученного от наложения целей. Если бы у покупателей не было бы первой цели, возможно бы это стимулировало производителей к поиску более скоростного расположения букв. Однако раздвоенность целей потребителей стимулировала первоначальный спрос и расширение производства QWERTY-эффективной продукции, впоследствии свою роль сыграл эффект масштаба.

     Исходя  из вышеизложенного, следует, что QWERTY-эффект является одним из продуктов и в то же время фиаско экономики предложения, когда интересы производителей превалируют над вкусами и предпочтениями потребителей.

     Таким образом  произошло формирование ловушки,  выход из которой был  сопряжен с большими издержками (переобучением  уже работающих на печатных машинках машинисток, издержками сопротивления и затратами на переобучение, перепрофилированием производства на выпуск машинок с новой клавиатурой, а также издержек изменения мнения потребителей о недостаточной эффективности данной продукции).

     2. Несогласование  краткосрочных и долгосрочных  интересов. В данном случае  такое несогласование связанно  с понятием «эффективности» и  во многом определяется неполнотой  информации. Поскольку экономические агенты обладают неполнотой информации, в частности о будущем уровне развития технологий, а иногда и вследствие ограниченности информации в других сферах общества (из-за физических и умственных способностей человека), неправомерно говорить об эффективности тех или иных технологий, методов организации, мы можем говорить только о сравнительной эффективности на настоящем этапе развития.

     Базируясь  на этих двух причинах возможно  объяснение существования целого  ряда несовместимых  друг с другом, сравнительно неэффективных  стандартов: 1) передачи электроэнергии, 2) различной ширины железнодорожной колеи, 3) разностороннего движения на автодорогах и т.д. [3].

     Также необходимо  отметить, что возникновение институциональных  ловушек — главная опасность при проведении реформ. Универсальные механизмы — эффекты координации, обучения, сопряжения, а также культурная инерция и лоббирование — ответственны за формирование институциональных ловушек.

     Вследствие  эффекта координации индивид   или малая группа проигрывают при отклонении от соответствующего стереотипа поведения, в то время как одновременный переход всех агентов к альтернативной норме позволил бы увеличить общественное благосостояние. Остальные эффекты закрепляют возникшую норму (иногда они могут привести к формированию ловушки, независимо от эффекта координации).

     Если  в  системе превалировала эффективная  норма, то после сильного возмущения (не меняющего, однако, структуру  множества равновесий) она может  попасть в институциональную  ловушку, и тогда уже останется в ней даже при снятии возмущения.

     Это так  называемый эффект гистерезиса  - типичное явление для процессов  формирования норм и, в частности,  институциональных ловушек. Если  мы изменили состояние системы,  увеличив один из её параметров, то при наличии гистерезиса для возвращения ее в прежнее состояние приходится уменьшать параметр до значения, ниже исходного. Гистерезис — одна из форм зависимости движения системы от ее прошлой траектории.

     Структура  устойчивых норм существенно  зависит  от трансформационных издержек (издержек перехода от одних правил и институтов к другим). На первый взгляд кажется, что их наличие лишь увеличивает устойчивость, оставляя сами нормы неизменными. Однако, более тщательное рассмотрение показывает, что присутствие трансформационных издержек ведет к возникновению новых устойчивых состояний — смешанных норм поведения. В смешанном равновесии преимущества одной нормы над другой нивелируются из-за издержек трансформации. При этом типичной является потеря асимптотической устойчивости при возмущениях, превышающих некоторый порог. Некоторые смешанные равновесия могут быть эффективными, а другие — нет, образуя целый спектр институциональных ловушек.

     Увеличившиеся  под действием эффекта сопряжения  издержки трансформации могут поддерживать изначально неэффективную норму даже в том случае, когда эффект координации перестает действовать. Единожды попав в институциональную ловушку, система выбирает неэффективный путь развития, причем со временем переход на эффективную траекторию может оказаться уже нерациональным [2, c.12-13].

1.2 Причины возникновения институциональных ловушек

В литературе, посвященной  реформам ценообразования, налоговой, бюджетной, кредитной, денежной систем и других экономических институтов, получило распространение понятие институциональных ловушек. Суть их заключается в следующем: осуществляя изменения какого-то института вне связи с трансформацией правил по другим институтам, мы создаем тупиковую ситуацию для решения стоящих перед нами задач. Явление, получившее такое определение, связано с отсутствием необходимой согласованности макроэкономических регуляторов. Преобразования экономических институтов не могут осуществляться произвольно, потому что в экономике все взаимосвязано: уровень товарных цен - цена труда; гарантированный минимум оплаты труда - наполняемость бюджета; соотношение внутренних и мировых цен - валютный курс; использование разницы между ценами предприятий, контрактными и мировыми ценами - поступление налогов - утечка капитала и т.п.

"Институциональные ловушки" возникали и продолжают возникать не только из-за неадекватности формальных институтов и механизмов принуждения к исполнению их предписаний (enforcement), но и в результате ограничений, накладываемых неформальными институтами. Учитывать подобные ограничения значительно сложнее, и не случаен тот факт, что в отличие от формальных институтов неформальные рамки деятельности при неоинституциональиом подходе практически не принимаются во внимание. А ведь именно неформальные институты наименее подвержены волевым воздействиям, их изменения носят крайне инерционный характер. "Институты - это результат процессов, происходивших в прошлом, они приспособлены к обстоятельствам прошлого... Привычный образ мышления имеет тенденцию продлевать свое существование неопределенно долго. Говоря языком "новой экономической истории", в институциональном развитии "прошлое значимо", что отражается в феномене зависимости от предшествующей траектории развития (path-dependence).

По его мнению В. М. Полтеровича, причиной возникновения «ловушек» являются «резкие изменения макроэкономических условий, передача переходной ренты частным лицам, недостаточность государственного контроля, а также макроэкономическая политика, направленная на подавление инфляции "любой ценой"» [8].

Возникновение институциональных  ловушек – главная опасность  при проведении реформ. Универсальные  механизмы, такие как эффекты  координации, обучения, культурна инерция  и лоббирование – ответственны и  за формирование институциональных  ловушек.

Вследствие эффекта координации  индивид или малая группа проигрывают  при отклонении от соответствующего стереотипа поведения, в то время  как одновременный переход агентов к альтернативной норме позволил бы увеличить общественное благосостояние. Остальные эффекты закрепляют возникшую норму (иногда они могут привести к формированию ловушки, независимо от эффекта координации).

Если в системе превалировала  эффективная норма, то после сильного возмущения (не меняющего, однако, структуру  множества равновесий) она может попасть в институциональную ловушку, и тогда уже останется в ней даже при снятии возмущения.

Это так называемый эффект гистерезиса  – типичное явление для процессов формирования норм и, в частности, институциональных ловушек.

1.3 Выход из институциональных ловушек

Известно, что в любых законодательных  рамках возможно возникновение разных, иногда непредвиденных законодателем, институтов и норм поведения. При  этом сформировавшиеся под действием  рыночных сил траектория экономического роста может оказаться неэффективной.  Это и есть институциональные ловушки.

Вопросам о том, как выйти  из той или иной конкретной институциональной  ловушки, посвящена обширнейшая  литература. Но подавляющее большинство  предложений носят характер рецептов, не вписанных ни к какую теорию и не имеющих серьезного обоснования. Оно, как правило, не приводят к успеху и в лучшем случае дают лишь временные эффект. [ 9 с. 5]

Ин http://ecsocman.hse.ru/data/2011/01/11/1214866995/Polterovich.pdf

Выход из институциональной  ловушки  представляет собой трудный и сложный процесс, что доказывается современным состоянием российской экономики. Возрастающие издержки институциональной трансформации с целью выхода из ИЛ могут стать настолько большими, что переход на иные правила окажется невыгодным [4, c.302]. Высокие издержки трансформации сдерживают какие-либо серьезные преобразования, предопределяя тем самым длительное существование неэффективной нормы, кроме этого выход из институциональной ловушки может сдерживаться такими силами, как государство, влиятельные группы интересов и т.д.

В рамках теории институциональных  изменений  и теории трансакционных издержек можно  рассмотреть по крайней  мере два  возможных выхода из институциональной  ловушки:

     1) Эволюционный, при котором условия  выхода  формируются самой экономической  системой, например, разрушению институциональной  ловушки может способствовать  ускорение экономического роста,  системный кризис и т.д. 

Критический момент наступает, когда трансакционные издержки функционирования неэффективной  нормы превысят трансформационные издержки отмены старой нормы и/или введения новой нормы.

В качестве примера можно  рассмотреть  введение новых форм организации  труда или производства, в рамках  институциональной терминологии  институтов: цеховой системы, трестов,  синдикатов, маркетинга и т.д.

В качестве определяющих величин следует  рассматривать  как издержки по адаптации  нового института, так и социально-экономические  последствия продолжения функционирования старой неэффективной нормы.

2) Революционный, при  котором ликвидация и замена  неэффективной нормы происходит  насильственным путем, в результате  реформ, предусматривающих изменение  культурных ценностей общества  и проводимых, в частности, государством, или от его имени отдельными группами интересов. Если подобные изменения связаны с перераспределением собственности и затрагивают интересы большинства социальных групп, то реформы проходят достаточно медленно, наталкиваясь на сопротивление тех слоев, чьи интересы ущемляются, что неизбежно приводит к резкому росту издержек трансформации. В данном случае успех зависит от соотношения средств и готовности «идти до конца» различных групп интересов.

Издержки  выхода из институциональной  ловушки  можно классифицировать следующим  образом:

     - издержки  установления новой  нормы;

     - издержки  преодоления культурной инерции  (нежелание менять старые стереотипы);

     - издержки, связанные с разрушением  механизма лоббирования старой  нормы;

     - издержки  адаптации новой нормы  к существующей институциональной  среде;

     - издержки  создания сопутствующих норм, без  которых функционирование новой  нормы будет неэффективно и  т.д. [3].

2 Примеры институциональных ловушек в России

2.1 Ситуация неплатежей

     Если  одно  из предприятий не платит своим   поставщикам, это сказывается  на их платежеспособности и  может послужить источником «лавины  неплатежей». В развитых экономиках  возникновение таких «лавин»  предотвращается благодаря эффективным институтам кредитования и механизмам принуждения к платежу — процедурам банкротства и санации предприятий. В России 1992 г. инфляционный шок в результате либерализации лишил предприятия средств на счетах. Запаздывания при трансакциях, как уже отмечалось, были очень велики, система кредитования работала крайне хаотично (хотя и с отрицательным реальным процентом), а закон о банкротстве и механизмы санации отсутствовали вовсе. В результате действия этих (фундаментальных и организационных) факторов большая часть предприятий обнаружила, что им не следует ждать от своих потребителей полной оплаты своей продукции, но зато и они могут лишь частично оплачивать поставляемые им ресурсы. Прекращение поставки неоплачиваемых ресурсов в этих условиях не имело смысла: фирма могла бы лишиться вовсе своих потребителей; кроме того, при нарушении неписанной нормы («не можешь — не плати, но и не требуй от других») «сообщество неплательщиков» могло бы применить к ней те же санкции. Сформировавшийся таким образом эффект координации придал устойчивость механизму неплатежей, усилившуюся в результате сопряжения с бартером и уклонением от налогов [5]. Предприятию не было смысла требовать от потребителя платы, если поступления на его счет автоматически перечисляются в бюджет, как это происходило в России со «злостными неплательщиками» в 1995-1997 гг. В результате применение закона о банкротстве было полностью блокировано массовостью неплатежей.

2.2. Уклонение от уплаты  налогов.

       Для  экономического агента выбор  стратегии  уплаты (или неуплаты) налогов определяется фундаментальными и организационными факторами. К первым относятся налоговая политика и политика государственных расходов.

     Для того, чтобы граждане не уклонялись  от налогов, они должны верить, что налоги будут потрачены на увеличение их благосостояния (в широком смысле этого слова) и при том — эффективным образом. Отсутствие этой веры существенно обостряет проблему зайца. При нерациональной политике государства неуплата налогов может оказаться более эффективным поведением не только с точки зрения каждого отдельного плательщика, но и для общества в целом. Уклонение от налогов получает моральное оправдание. Кредит доверия особенно подрывается, если государство одновременно увеличивает налоги и уменьшает расходы на социальное обеспечение, как это происходило в России в 1992-1998 гг., — люди не чувствуют положительного эффекта от увеличивающейся налоговой нагрузки.

     Возможно, при выборе стратегии уплаты  налогов  более значим организационный  фактор — система принуждения, формирующая ожидания ущерба от неуплаты. В начале радикальных реформ в России налоговая служба еще не сформировалась, возможности контроля были крайне ограничены, налоговая полиция появилась лишь через пять лет — в 1997 г.

     Если  налоги слишком высоки, а система  принуждения к их уплате неэффективна, то уход от налогов оказывается выгодным для многих экономических агентов. Но тогда и вероятность обнаружения каждого конкретного неплательщика мала. Чем больше масштаб уклонения от налогов, тем меньше ожидаемый ущерб от неуплаты для каждого неплательщика, что, в свою очередь, увеличивает масштаб уклонения. Поддерживающая экстерналия порождает эффект координации.

     Массовое  уклонение от налогов приводит  к  возникновению соответствующей  системы обслуживания: появляются разработчики и консультанты, создающие и внедряющие новые схемы уклонения от налогов. Эффект обучения, как обычно, дополняется эффектом сопряжения: появляются специфические формы организации производства, искажается отчетность, уход от налогов сопрягается с бартером, неплатежами и коррупцией. Для агента выход из теневого сектора связан с высокими трансформационными издержками, тем более, что единожды уплатив налоги, он «засвечивается». Поэтому умеренное увеличение затрат на укрепление системы сбора налогов вызывает лишь рост издержек в системе избегания налогов, истощая экономику. Не дает результата и небольшое снижение налоговой нагрузки: те, кто не платил налоги, платить не станут, а те, кто платил — уменьшат платежи. Таким образом, эффект гистерезиса проявляется здесь в полной мере.

     Как обычно, выход из институциональной   ловушки требует больших затрат  — как в случае принятия  «решительных мер» (резкого усиления  контроля, ужесточения наказаний,  существенного уменьшения налоговых ставок), так и при постепенном совершенствовании налоговой системы.

2.3. Коррупция

     Неадекватность  законодательства, нерациональность  государственной политики и высокая  дифференциация доходов являются  фундаментальными факторами, способствующими коррупции, так что коррумпированная система может оказаться экономически более эффективной, чем бескоррупционная. Эти факторы дополняются размытостью моральных норм, слабостью механизмов государственного и общественного контроля. Чем массовее коррупция, тем труднее обнаружить и осудить взяточника. Эта экстернальная зависимость лежит в основе эффекта координации, придающего устойчивость системе коррупции. Совершенствуясь, она приобретает иерархическую структуру, сопрягаясь с другими механизмами теневой экономики [6].

2.4. Самореализующиеся  пессимистические ожидания

     Известно  немало примеров того, как эффект  координации  ожиданий и процедуры  их адаптации порождают неэффективные  устойчивые равновесия в процессах  движения цен и перераспределения трудовых ресурсов и инвестиций. К их числу относятся, в частности, состояния кейнсианской безработицы, высокоинфляционные равновесия, «пузыри» (bubbles) на финансовых рынках. В ряде случаев возникновение подобных ловушек не приводит к изменению институциональной структуры. Достаточно «переломить» ожидания и при соответствующих макроэкономических воздействиях система переходит в эффективное равновесие. Однако нередко ситуация, возникшая под влиянием пессимистических ожиданий, закрепляется институционально благодаря эффекту сопряжения и, таким образом, соответствующие стереотипы поведения становятся нормой. Хорошо известным примером является использование механизмов индексации для смягчения последствий инфляции. Благодаря индексации инфляция оказывается институциональной проблемой [2, c.19].

2.5 Бартер

 Бартер нередко сопровождает быструю инфляцию. Суть этого явления можно объяснить, опираясь на понятия трансакционных издержек. В современной экономике трансакционные издержки бартера обычно превышают издержки денежных трансакций, поэтому бартерный обмен сравнительно редок. С увеличением темпа инфляции хранение денег приводит всё к большим потерям, чтобы уменьшить их, экономические агенты стремятся увеличить скорость обращения, а это приводит к росту собственных издержек трансакций (затрат на осуществление сделки). С некоторого момента трансакционные издержки денежного обмена могут возрастать  очень быстро, если финансовая система не справляется с увеличивающимся объемом трансакционной активности.

В экономиках с развитой банковской системой доля бартера невелика даже при высоких ростах темпа инфляции. Однако в России в начале 1992 года сложились необычно благоприятные условия для распространения бартера [5].  Банковская система была в зачаточном состоянии, запаздывание при безналичных расчетах внутри Москвы составляло около 2 недель, межрегиональные трансакции нередко требовали месяца и более. Подчас выгоднее было доставлять наличные на самолете в мешках, чем переводить со счета на счет.  Вскоре ряд предприятий обнаружили, что трансакционные издержки  бартера ниже трансационных издержек денежного обмена. С другой стороны, и трансформационные издержки перехода на бартер оказались сравнительно низкими, поскольку еще сохранялись старые «прямые связи» между поставщиками и потребителями, которые всячески поощрялись в плановой системе. Современные средства связи упрощали поиск контрагентов и переговоры. Чем больше число предприятий предпочитали бартер, тем меньше оказывались трансакционные издержки бартера, ибо при этом было легче находить партнеров, чтобы строить бартерные цепочки (эффект координации).  В силу этого по мере роста бартерной экономики облегчалось присоединение к ней новых предприятий.

Таким образом, предпосылки для бартера были созданы благодаря изменению фундаментальных факторов – темпа инфляции и риска неплатежа – повлекшему резкое изменение соотношения между трансакционными издержками денежного обмена и бартера. Эффект координации ускорил формирование этой нормы. С течением времени трансакционные издержки бартера продолжали уменьшаться в результате эффекта обучения: предприятия научились выстраивать длинные цепочки обменов. Возникшая норма породила новый институт бартерных посредников и оказалась удобным инструментом ухода от налогов (эффект сопряжения).

К 1997 году инфляция в Россия радикально уменьшилась, а технология денежного обмена существенно усовершенствовалась. Это, однако, привело к ликвидации бартера. Бартерное поведение поддерживается эффектом координации, оно закрепилось  в результате обучения, сопряжения и культурной инерции. Каждый агент, решивший выйти из системы бартера, дожжен был бы нести трансформационные издержки, порвать устоявшиеся связи, искать новых партнеров и быть готовым к тому, чтобы оказаться под контролем налоговых органов. Поэтому   законодательные санкции за бартер могли бы привести к временному углублению спада производства – высоким общественным трансформационным издержкам. Для бартерных посредников ликвидация бартера означала бы потерю их доходов, они несомненно являются потенциальными членами группы давления по поддержанию этой нормы.