Институционнальная концепция организации

Федеральное агентство по образованию

Ачинский филиал № 1

Федерального Государственного образовательного учреждения

высшего профессионального образования

«Сибирский федеральный университет»

                                                                        Кафедра: Менеджмент организации

                                                                        Дисциплина: Теория организации

                                                                        Группа СМ – 07

КУРСОВАЯ РАБОТА

на тему: «Институциональная концепция фирмы (организации)»

Выполнила: Шакина Д.В.

Проверил: к. филос. н., доцент Лазуткин А.П. 

Ачинск 2009 г.

СОДЕРЖАНИЕ

Введение             

1. Понятие «старого» и «нового» институционализма

1.1. Неоинституциональная теория

1.2. Основоположения институциональной концепции

Коуза и Уильямсона

2. Институциональные матрицы

2.1. Определение институциональной матрицы

2.2. Два типа институциональных матриц

2.3. Свойства институциональных матриц

и комплементарные институты

2.4 Рекомендации

Заключение

Библиографический список литературы.

Введение

Почему организации принимают те или иные формы? Насколько они могут быть похожи одна на другую? Институциональная теория пытается дать ответ на этот вопрос. Американский ученый Д. Норт в конце 1980-х гг. опубликовал се­рию работ, посвященных обоснованию роли и принципов функцио­нирования организаций. Он стремился определить, что помогает, и что мешает организациям адекватно реагировать на изменения внешней среды. В частности, для нас важны выводы теории в плане восприя­тия организациями рыночных правил игры. Рынок — сложное и не­однозначное явление. Он представляет собой структуру, охватываю­щую различные институты: законы, правила игры, определенные кодексы поведения, типы отношений и связей. Вообще в данном кон­тексте институты — это разработанные людьми формальные (законы, конституции) и неформальные (добровольно принятые кодексы по­ведения) ограничения, а также факторы принуждения, структуриру­ющие взаимодействие людей. Почему страны не сразу добиваются ус­пеха в осуществлении своих стратегических начинаний? Например, нет уверенности, что в России окончательно сложились правила игры, основанные на рыночных законах. Теория институционального раз­вития подчеркивает, что крупные институциональные изменения про­исходят медленно, так как институты служат результатом историче­ских перемен, формирующих индивидуальное поведение. Новые ин­ституты появляются тогда, когда общество усматривает возможность получить прибыль, которую невозможно получить в условиях суще­ствующей институциональной системы. Если, согласно теории инсти­тутов и институциональных изменений, законы могут быть изменены за короткое время, то неформальные нормы меняются постепенно. Именно такие нормы создают легитимную основу для действия зако­нов, революционные же их изменения приводят к негативным послед­ствиям. Организации, которые принимают законы, пригодные для других экономических условий, приобретают совсем не то направле­ние развития, что организации, разработавшие эти нормы. Далее, политические институты сохраняют стабильность, если их поддерживают организации, заинтересованные в этой неизменности. Наконец, эффективные политико-экономические системы форми­руют гибкие институциональные структуры, способные переживать шоки и перемены и служащие фактором успешного развития. Однако опыт показывает, что государства и организации пытаются перенять опыт успешно развивающихся структур. Почему можно наблюдать стремление к данному процессу? В рамках институцио­нальной теории существует термин институциональный изоморфизм, означающий соответствие объектов, выражающее тождество их струк­тур. Это одно из направлений институциональной теории основыва­ется на предположении, что организации существуют в «полях» других, сходных с ними организаций. Организационным полем называют те организации, которые в совокупности составляют узнаваемую сфе­ру институциональной жизни. Тем самым организации внутри «по­лей» становятся все более и более однородными. Причинами такого изоморфизма могут быть:

• принудительные силы со стороны окружающей среды, например правительственные постановления и культурные предпосылки, способные влиять на стандартизацию организаций;

• организации подражают одна другой, сталкиваясь с трудностями или пытаясь найти выход из сложных ситуаций теми же способа­ми, которыми искали его другие организации их организационного поля;

• нормативное давление направляет организации в сторону изоморфизма, по мере того как рабочая сила, особенно руководство, становится более профессиональной.

Таким образом, с институциональной точки зрений устройство организаций рассматривается не только как рациональный процесс, но и как процесс внешнего и внутреннего давления, приводящего к тому, что организации одной области становятся со временем похо­жими одна на другую.

1. Понятие «старого» и «нового» институционализма

Возросший интерес к институциональной концепции фирмы явился естественной реакцией на трансформации, происходящие в развитии современного общества, которые, качественно изменив среду функционирования фирмы, не нашли удовлетворительного объяснения в рамках неоклассической концепции. Для того, чтобы понять ключевые положения современной институциональной концепции фирмы и определить границы ее эффективного использования при разработке новых механизмов управления, целесообразно коротко остановиться на анализе эволюции теории институционализма.

Предшественником современного институционализма считается "старый", традиционный институционализм, представителями которого считают Т. Веблена, Дж. Коммонса, У. Митчелла, К. Поланьи, Дж. Тэлбрейта. Методологическим основанием "старого" институционализма является холизм, согласно которому исходным пунктом экономического анализа выступают не индивиды, а институты. Иными словами, характеристики индивидов выводятся из характеристики институтов, а не наоборот. Как течение радикальной экономической мысли "старый" институционализм преимущественно обращал внимание на действия коллективов (в первую очередь профсоюзов и правительства) по защите интересов индивида.

Основываясь на индуктивном методе анализа, "старый" институционализм пытался объяснить экономические проблемы с позиции других наук и используя методы социологии, политологии, права. Институты анализировались без использования положений экономической теории. Это во многом объясняет тот факт, что, дав толчок новому направлению теоретического исследования, "старый" институционализм так и не смог оформиться в стройную теорию.

Традиционная неоклассика, наоборот, была экономической теорией без институтов. Необходимость разрешения этого противоречия дала толчок интеграции теоретических положений неоклассики с идеями институционализма и явилась основанием для развития неоинституционализма.

1.1. Неоинституциональная теория

Методологической основой неоинституционализма выступает методологический индивидуализм, в рамках которого институты рассматриваются с позиции интересов индивидов, определяя доминирующее положение последних. Логическим продолжением принципа методологического индивидуализма стал особый взгляд неоклассиков на процесс возникновения институтов - концепция спонтанной эволюции институтов. Эта концепция исходит из предположения, что институты возникают в результате действия людей, но не обязательно в результате их осознанной деятельности, а независимо от нее, то есть спонтанно.

Таким образом, в своей основе неоинституциональная теория сохраняет предпосылку неоклассики о рациональном поведении индивида, беря на вооружение развитие этой предпосылки Г.Саймоном в форме ограниченной рациональности. В своей теории ограниченной рациональности Г.Саймон исходит из существования не только информационных издержек, но и когнитивных ограничений. Он предполагает, что индивид не способен не только собрать весь объем информации о сделке и о ситуации на рынке, но и обработать собранную информацию оптимальным образом. "Разум, способность к обработке информации тоже являются редкими ресурсами". Отсюда в моделях выбора принцип оптимальности логично заменяется на принцип удовлетворительности решения при заданных условиях приемлемого выбора. В основе институционализма лежит контрактная парадигма, которая в зависимости от принятых методологических принципов развивается в двух направлениях: теория регуляции (экономика соглашений), представленная преимущественно французской школой, и неоинституционализм. Развитие последнего может реализовываться как через институциональную среду: выбор социальных, юридических, политических норм и правил игры, то есть извне, так и через отношения, лежащие в основе организаций, то есть изнутри. В рамках неоинституционализма теория прав собственности (Р. Коуз, Г. Демсец, С. Пейович, А. Алчиан) изучает институциональную среду деятельности фирм в частном секторе экономики, а теория общественного выбора (Дж. Бьюкенен, Г. Таллок) - институциональную среду деятельности индивидов и организаций в общественном секторе. Теория агентов (Л. Гурвиц, М. Спенс, С. Росс, У. Меклинг) концентрирует внимание на предварительных предпосылках (побудительных мотивах) контрактов (ex ante), а теория трансакционных издержек (Р. Коуз, О. Уильямсон) - на уже реализованных соглашениях (ex post), порождающих различные управленческие структуры. Родоначальником неоинституциональной теории по праву считают Роналда Коуза, который в своих работах "Природа фирмы" и "Природа социальных издержек" впервые сформулировал основные положения неоинституциональной теории, которые легли в основу институциональной концепции фирмы. Важным для нашего дальнейшего анализа является то, что в своем подходе Коуз отталкивался от неоклассической концепции фирмы, пытаясь понять и объяснить скрытые в ней противоречия и ограничения. Отсюда первым вопросом, на который не отвечала неоклассическая концепция, был вопрос: как образуется фирма и почему в реальной действительности существует два механизма координации размещения ресурсов: посредством цен и посредством воли (усилия) предпринимателя. Согласно принципу рациональности, создание фирмы должно быть выгодно. И выгода эта, в первую очередь, может быть обусловлена наличием затрат, связанных с рыночными обменами, которые в неоклассической концепции не принимались во внимание. Основная причина, что создавать фирмы прибыльно, должна быть та, что существуют затраты использования ценового механизма. Для понимания феномена фирмы в рамках институциональной концепции необходимо понять природу этих новых затрат. Первая категория затрат - это затраты использования ценового механизма, иначе говоря, затраты на получение информации о ценах, которые в неоклассической концепции принимались равными нулю, поскольку рассматривалась ситуация полной и мгновенной информированности экономических агентов. Шире эти затраты следует рассматривать как затраты на получение информации о состоянии рынка, внешней среды фирмы. Вторым видом затрат являются затраты на ведение переговоров и заключение контракта на каждую трансакцию обмена. Производство продукта (услуги) представляет собой последовательную цепь заключения и выполнения рыночных контрактов в случае, если оно не принимает какую-либо организационную форму обособления. Таким образом, бесконечное множество трансакций обмена, совершающихся без организационного обособления, с одной стороны, увеличивает затраты на их выполнение, а, с другой - повышает неопределенность, в силу их зависимости от действия ценового механизма. Важным фактором неопределенности здесь также выступает, во-первых, отсутствие четких спецификаций контрактов, что проявляется в преобладании так называемых стандартизированных, неполных контрактов, когда условия предоставления услуги оговариваются в самых общих терминах, а детали уточняются позже. Конечно, можно попытаться разработать исчерпывающий контракт. Однако это вряд ли возможно, но если и возможно, то крайне дорого. Во-вторых, существенную роль играет и продолжительность действия контракта. Когда вместо нескольких краткосрочных контрактов заключается один долгосрочный, удается избежать определенных затрат по заключению каждого контракта, либо снизить их риски. Очевидно, что это важнее в случае поставки услуг труда, чем при покупке товара. Третьим видом затрат являются налоги, которые берет государство с каждой обменной трансакции, совершающейся на рынке. Можно выделить еще четвертый вид затрат - затраты на разрешение конфликтов. На межорганизационном уровне это предполагает использование таких институтов, как суд, арбитраж, и порождает соответствующие затраты.

Очевидно, что одним из способов снижения указанных видов затрат является сокращение числа обменов, обслуживаемых рынков путем организационного обособления производства. Но в этом случае часть обменов неизбежно обслуживается внутри производства, что нарушает безусловность роли рынка в размещении факторов производства. Эту роль берет на себя предприниматель (управляющий). Тем самым фирма как эмпирически фиксируемый феномен, как производственная организация возникает (и заменяет собой свободную куплю-продажу факторов производства) там и постольку, где и поскольку нерыночный механизм эффективнее. Вторая важная причина организационного обособления производства в форме фирмы обусловлена ростом неопределенности среды. Когда присутствует неопределенность, а задачи принятия решений что производить и как это производить оказываются важнее, чем само производство, внутренняя организация производительных групп перестает быть делом маловажным или технической подробностью. Централизация функций принятия решений и управления делается настоятельной задачей. Таким образом, в рамках институциональной концепции фирмы эффективность функционирования фирмы связывается не только с технической эффективностью, заданной производственной функцией, но и с управлением. Индивидуализация поведения фирмы определяется особенностями заключения и исполнения контрактов с внешними организациями и работниками. При этом по мере роста неопределенности среды роль и значение управления все больше возрастают.

1.2. Основоположения институциональной концепции

Коуза и Уильямсона

Следует обратить внимание еще на одно важное положение институциональной концепции фирмы - это определение размера или масштаба фирмы. Как отмечает Коуз, "фирма становится больше, когда дополнительные трансакции (которые могли быть обменными трансакциями, координируемыми через механизм цен) организуются предпринимателем, и она делается меньше, когда он отказывается от организации таких трансакций". Отказ от трансакций может иметь место, если:

        1) затраты на организацию дополнительных трансакций внутри фирмы будут больше, чем вне ее;

        2) предприниматель окажется неспособным размещать факторы производства с наивысшей выгодой, в силу слишком большого количества внутренних трансакций;

        3) внутри фирмы цена предложения одного или нескольких факторов производства выросла больше, чем вне ее.

Таким образом, размер фирмы напрямую связывается с возможностями эффективного управления. А первые два пункта отражают условия убывающей доходности управления. При этом при определении размера фирмы Коуз не отошел от принципов маржинализма и показал, что условие рыночного равновесия в рамках статического анализа будет выполняться. Кроме того, Коуз обратил внимание на наличие подвижного равновесия, обусловленного действиями динамических факторов, как во внешней, так и во внутренней среде фирмы. Реакцию на внешние факторы он увязал с инициативой и предприимчивостью предпринимателя, а действию внутренних факторов противопоставил управление. Таким образом, можно сказать, что Коуз, пытаясь объяснить феномен фирмы, одним из первых подошел к идентификации нестабильности среды, обусловленной ограниченной эффективностью рынка, к объяснению роли фирмы как института, снижающего эту нестабильность. Важным результатом, полученным Коузом в области управления фирмой, является также набор нормативных условий, определяющих, на наш взгляд, организационную эффективность и мобильность масштаба фирмы. При прочих равных условиях фирма будет тем больше, чем:

        меньше затраты организации и чем медленнее растут эти затраты с умножением организуемых трансакций;

        меньше ошибок делает предприниматель и чем медленнее растет число ошибок с умножением организуемых трансакций;

        больше понижается (или меньше растет) цена предложения факторов производства с ростом размера фирмы.

Очевидно, что затраты организации на управление будут возрастать по мере того, как организуемые трансакции будут совершаться на все большем пространстве и с ростом их разнообразия. При этом Коуз делает очень интересный вывод, к которому мы ниже вернемся в рамках анализа систем управления фирмой. Он заключается в следующем: изобретения, которые позволяют пространственно сблизить факторы производства, создают тенденцию к увеличению размеров фирмы. Новшества, подобные телефону и телеграфу, которые сокращают затраты на преодоление пространства, способствуют увеличению размера фирмы. Все новшества, которые улучшают технику управления, способствуют увеличению размера фирмы. Таким образом, в рамках институциональной концепции фирма есть система отношений, возникающих, когда направление ресурсов начинает зависеть от предпринимателя. В развитие данного определения Уильямсон добавляет: "Фирма есть нечто большее, чем просто инструмент обеспечения эффективности в обычном смысле - достижение экономии от увеличения масштаба производства и наибольшего вовлечения самых дешевых факторов, - но также обладает координирующим потенциалом, который иногда превышает потенциал рынка." Тем самым Уильямсон подтверждает ключевую, на мой взгляд, причину возникновения фирмы в форме самостоятельного института, на которую неявно указал Коуз. Суть этой причины - естественная реакция на нарастающую нестабильность среды. Противопоставление: рынок - внутренняя организация приобретает интерес только тогда, когда рассматривается необходимость незапланированной адаптации. При этом главное преимущество фирмы лежит в сфере дифференциации стимулов и управлении. Таким образом, при исследовании поведения фирмы начинает учитываться мотивационная составляющая, посредством анализа системы стимулов. Но именно в теоретических предпосылках, на которых строятся модели стимулирования, используемые в рамках институциональной концепции фирмы, и скрыты противоречия данной концепции. Попытаюсь аргументировать данную точку зрения. Как было показано ранее, в основе институциональной теории лежит контрактная парадигма. Исходя из анализа природы контракта, механизмов его заключения и контроля реализации определяются как природа существования самой фирмы, так и условия ее эффективного функционирования. Объясняя привлекательность образования фирмы тем, что она позволяет минимизировать издержки механизма рынка, в росте которых О. Уильямсон и видит причины неудач рыночного механизма, он увязывает их с неэффективностью монополии как формы организации рынка. И тем самым неэффективной монопольной структуре рынка противопоставляет "эффективную" внутреннюю организацию, выдвигая гипотезу, что эффективность внутренней организации будет опираться на эффективную конкуренцию. Аргументация моего исследования в целом изначально опирается на идею об эффективности конкуренции в разделении моделей организации на более или менее эффективные и перераспределения ресурсов в пользу первых. Уильямсон разделяет монополию и конкуренцию при поиске ответа на вопрос: к чему стремятся стороны при заключении сделки, выбирая между рыночным и нерыночным механизмами взаимодействия? На этом противопоставлении им строится когнитивная карта контрактов.

Если посмотреть на схему, так как его интерпретирует Уильям-Уильямсон, то можно увидеть, что имеет место противопоставление монополии и эффективности. При этом указывается, что все виды контрактов, которые устанавливаются в целях поддержания монополии, априори неэффективны и ущемляют интересы какой-либо из сторон: либо потребителей, либо конкурентов и тем самым доказывают неэффективность рыночного механизма.

В таком объяснении есть определенное противоречие, заключающееся в том, что стремление через заключение контрактов к целям монополии рассматривается в статике, при уже заданной монопольной структуре рынка, в то время как само установление монопольной рыночной структуры есть результат динамики, поскольку исходным в анализе поведения фирм, и из этого исходят обе концепции, является рынок совершенной конкуренции.

Вторым, на мой взгляд, важным моментом является то, что монополия должна рассматриваться как внешняя, по отношению к фирме, структура рынка, в соответствии с которой фирма выбирает эффективное для себя поведение, в том числе и максимизацию, прибыли. Таким образом, стратегия поведения фирмы в монопольном рынке не противоречит ее критерию эффективности. В-третьих, монополия может быть обусловлена разными причинами (как результатом действий института государства, так и результатом деятельности фирм, обеспечивших себе через конкурентные преимущества монопольную власть на рынке), что будет определять и степень ее устойчивости во времени. В-четвертых, в самом механизме рынка нет "рычагов блокировки" монополии, поэтому ее возникновение на рынке - объективный результат. Отсюда смешивать последствия монополии и ее причины, как это делает Уильямсон в рамках своей когнитивной схемы, на мой взгляд некорректно. В чем я могу согласиться с Уильямсоном в контексте его рассуждений, так это с тем, что следствием изменения рынка в сторону доминирования олигопольных и монопольных структур являются: рост неопределенности, порождающий асимметрию информации; усиление конфликтности при заключении сделок; и, как следствие этого, рост затрат на обслуживание рыночного механизма. Как раз реакцией на эти изменения и является возросший интерес к вопросам организации фирмы и поиску механизмов эффективного управления ею, что и нашло отражение в схеме Уильямсона в части стремления к эффективности. Однако в этой цепочке заложено, на мой взгляд, два существенных противоречия. Первое связано с тем, что, по моему мнению, критерий минимизации трансакционных издержек, то есть издержек рыночного обмена, является скрытой целью стремления фирмы к монополии в долгосрочном периоде и в условиях динамичной среды. Это подтверждается тем фактом, что одной из форм минимизации трансакционных издержек является вертикальная интеграция, благодаря которой фирма не только сокращает издержки, но и снижает неопределенность, за счет снижения асимметричности внешней информации, достигаемой путем вертикальной интеграции. Вторым фактором роста размера фирмы, на который указывал Коуз, является повышение эффективности управления ею, а именно: теория трансакционных издержек, по мнению самого Уильямсона, является ключевой концепцией для понимания природы организационных нововведений, в рамках которых вертикальная интеграция является частным случаем. Это является достаточным доказательством стремления фирмы к монополии через организационные нововведения и в рамках нижней цепочки схемы. Причем указанная тенденция не противоречит и стремлению фирмы к монополии через технологические нововведения, снижающие производственные (трансформационные) издержки и через новые качества продукта, снижающие издержки у потребителя.

Проблема здесь кроется не в самой монополии, а в длительности ее сохранения. И решение этой проблемы лежит вне рамок рынка. Эта проблема должна решаться в рамках институтов, обслуживающих рынок и определяющих общие правила взаимодействия. Примером тому служит антимонопольное законодательство, правовой запрет коррупции и силовых методов рыночной борьбы, в том числе рэкета и др. При развитости общественных институтов (право, культура, образование), обслуживающих институты фирмы и рынка, стремление к монополии через инновацию и рост разнообразия принесет, на мой взгляд, не меньше пользы для развития общества, чем поддержание чистоты конкуренции путем стандартизации и универсализации. Причем последняя, в рамках процессов глобализации, может иметь более серьезные негативные последствия, чем монополия.

Из этого можно сделать вывод, что рынок обеспечивает эффективность стремления фирмы к монополии, а институты позволяют извлечь из монополии выгоды для всего общества. Отсюда, на мой взгляд, верхняя часть схемы Уильямсона является иллюстрацией либо отсутствия институтов, либо их неэффективного функционирования.

Второе противоречие заложено в системе стимулов и связано с принятыми в институциональной концепции фирмы предпосылками:

        базовыми характеристиками экономического поведения человека являются ограниченная рациональность и оппортунизм;

        играющей особую роль в организации трансакций специфичностью активов.

Для обоснования своей точки зрения напомню что в рамках институциональной концепции понимается под ограниченной рациональностью, оппортунизмом и специфичностью активов.

Выше я указала, что ограниченная рациональность связана с ограниченными информационными и познавательными возможностями самого человека. В этом плане ограниченная рациональность предполагает, что экономические субъекты стремятся действовать "преднамеренно рационально, но в действительности обладают этой способностью лишь в ограниченной степени". То есть в поведении человека одновременно присутствует и стремление к рациональности и ее ограниченность. В этой двойственности институционалисты и видят объяснение природы институтов. Стремление к рациональности означает ориентацию на минимизацию затрат при использовании ограниченных ресурсов, в то время как признание ограниченности познавательных способностей служит стимулом к исследованию экономических институтов. В условиях ограниченной рациональности, по мнению Уильямсона, экономить на познавательных усилиях можно двумя способами: во-первых, при принятии решений, во-вторых, в рамках структур управления. Экономия в процессе принятия решения выражается в применении эвристических методов решения как общих, так и специальных задач. С точки зрения экономии в рамках структур управления, при прочих равных условиях, относительно худшими являются способы организации, предъявляющие более высокие требования к познавательным способностям.

Под оппортунизмом понимается - преследование личного интереса с использованием коварства. В широком смысле слова под оппортунизмом понимаются любые формы обмана, включая такие явные его формы, как ложь, воровство, мошенничество. С операционной точки зрения, под оппортунизмом понимается предоставление неполной или искаженной информации в личных интересах. Оппортунизм лежит в основе действительной или мнимой асимметрии информации. Отсюда следует, что трансакции, которые подвержены ex post оппортунизму, принесут выгоду, если удастся ex ante выработать соответствующие контрактные гарантии. Исходя из принятого им определения оппортунизма Уильямсон объясняет и природу неопределенности, в которой приходится принимать решения. Оппортунизм - источник связанных с неопределенностью поведения людей проблем осуществления экономических трансакций. Эта неопределенность исчезла бы, если бы индивиды совершенно открыто и честно стремились достичь для себя личных преимуществ или, напротив, если бы можно было предположить их полную субординацию, самоотречение и послушание.

Одним из основных параметров трансакций является специфичность активов. Под специфичным активом понимается ресурс, издержки, на альтернативное использование которого меньше дохода, который он приносит при наилучшем из возможных альтернативных способов использования. Иначе говоря, специфичный ресурс - это такой ресурс, использование которого, обходится фирме дороже, чем его рыночная оценка, но и доход, который он приносит фирме - больше, чем доход от его любого другого альтернативного использования. Уильямсон выделяет четыре типа специфичности активов: специфичность месторасположения (иммобильность актива, ограниченность его передвижения в пространстве), специфичность физических активов (специфические характеристики, ограничивающие возможную область его использования, например, узкоспециализированное оборудование), специфичность человеческих активов (результат накопленного уникального опыта или знаний, сюда также можно отнести репутацию), специфичность целевых активов (инвестиции в специфические активы). В зависимости от доли специфических активов в общих ресурсах фирмы различны и формы организации трансакций. При объеме специфических активов, для которого разница между совокупными (трансакционные + производственные) издержками фирмы и издержками рынка отрицательна, наиболее выгодно их долгосрочное внутрифирменное использование, которое должно обеспечиваться соответствующим способом организации. При этом при прочих равных условиях, ключевым становится обеспечение эффективного системного реагирования. С этой точки зрения предпочтительными являются те способы организации, которые легко адаптируются к изменяющимся рыночным условиям и позволяют осуществлять усовершенствования системы, не требуя на то длительных переговоров по перезаключению контрактов.

Исходя из этих трех предпосылок Уильямсон делает вывод о том, что наиболее эффективной организационной формой, обеспечивающей минимизацию трансакционных издержек, является иерархия. В чем заключается феномен иерархии, делающей ее, по мнению Уильямсона, эффективной? Наиболее точно на этот вопрос отвечает Найт. Иерархия - это система, при которой уверенные в себе и азартные принимают на себя риск или страхуют сомневающихся и робких, гарантируя им заранее определенный доход в обмен на действительный результат труда. С учетом нашего знания человеческой природы было бы неосуществимо или крайне необычно, если бы кто-то гарантировал другому результаты его действий, не получив возможности управлять его трудом. А, с другой стороны, никто бы не позволил управлять собой, не получив таких гарантий. Результатом этой многосторонней специализации функций является предприятие и система найма в промышленности. В этом феномене добровольного обмена правами собственности путем установления контрактных отношений Уильямсон видит основу эффективности иерархии и ее высокие адаптационные возможности. Гарантированный работнику фирмы доход, по сравнению с рыночным, является, по мнению Уильямсона, мощным стимулом для принятия работником обязательств точно следовать распоряжениям руководителя, определяющего содержание и сроки исполнения работы. При этом доминирующим мотивом деятельности работника является материальный (уровень заработной платы). В доказательство тому приведем результаты обследований работников, занятых на конвейере сборочного завода компании "Дженерал Моторз".

Изучение прежних мест работы показывает, что по шести критериям, характеризующим степень удовлетворенности трудом, рабочие имели значительно лучшие показатели на прежних местах: 87,4% ранее имели работу, на которой ритм труда определялся индивидуально; 72% - работу, не изобиловавшую повторением операций; около 60% - работу, требовавшую определенных навыков и обучения; 62,7% были полностью или частично свободны в определении того, как выполнять работу... Они предпочли покинуть прежнюю службу и занять раздражающие монотонностью выполняемых операций места на сборочном конвейере в основном потому, что здесь предлагается более высокий и более гарантированный доход. Три четверти ответили, что причины, побудившие их прийти сюда, в первую очередь были экономического характера. Разница в заработной плате составляла около 30%.

Однако в приведенном исследовании, на наш взгляд, одновременно содержится доказательство ограниченности эффективности иерархии. Тот факт, что заработная плата на конвейере была выше на 30%, чем остальные виды работ, может свидетельствовать еще и о том, что именно человеческие активы относятся к категории специфичных ресурсов фирмы, что и обусловливает более высокую заработную плату. При этом очевидно, что потери от текучести кадров, которые будет нести Дженерал Моторз при более низкой оплате, могут оказаться существенно выше предложенных работникам доплат. Более того, как только будет меняться система мотивационных предпочтений, именно иерархия станет причиной роста трансакционных издержек, поскольку человеческие активы в этом случае будут становиться все более специфическим ресурсом, за который фирма вынуждена, будет платить цену выше рыночной.

Кроме того, ориентация на материальный стимул в сочетании с оппортунизмом всегда имеет своим следствием рост затрат фирмы на решение проблем "ухудшающего отбора", то есть проблем, связанных с несоответствием квалификации работника содержанию его работ в фирме, которые не были идентифицированы при найме. При этом данный вид трансакционных издержек неизбежно будет расти с ростом творческой составляющей деятельности человека. Причиной этому будет усиление противоречия между неполнотой контракта и оппортунизмом работника, заинтересованного манипулировать своими знаниями в своих личных интересах, которые могут и не совпадать с целями фирмы. При этом последствия этого противоречия будут возрастать по мере развития новых информационных технологий. Альтернативой может стать постоянный переговорный процесс по пересмотру контракта, с последующей спецификацией функций работника, что, на наш взгляд, как проблематично, так и дорого. Следует выделить еще ряд причин, которые ставят под сомнение иерархию, как единственный способ эффективной организации фирмы. Во-первых, это изменение в характере разделения труда, о котором мы говорили выше. Говоря о разделении труда как основе для эффективности иерархии Уильямсон рассматривает разделение труда, характерное для крупного машинного производства периода индустриализации, порождающего узкую специализацию. Поэтому не случайно свой анализ Уильямсон начинает с классического в экономической теории примера о булавочном производстве и наборе предпосылок, обеспечивающих узкую специализацию работников.

Изменение хотя бы одной из характеристик разделения труда неизбежно будет вести к росту трансакционных издержек внутри фирмы. Примером тому является переход фирм на использование надомного труда работников, занимающихся обработкой информации на своих собственных компьютерах. В рамках концепции Уильямсона это сразу вступает в противоречие по крайней мере с тремя предпосылками, выполнение которых лежит в основе доказательства эффективности системы отношения административного подчинения. Во-вторых, с развитием информационных технологий снизились издержки на специфичные активы месторасположения, которые все больше принимают значение общих активов, эффективность управления которыми, как указывает Уильямсон, больше связана с эффективностью используемых технологий, нежели с минимизацией трансакционных издержек. В-третьих, можно предположить, что возрастет роль специфичных физических и человеческих активов, позволяющих фирме обеспечить себе отличительные конкурентные преимущества путем дифференциации продукции и услуг, применительно к различным целевым сегментам рынка, что связано с тенденцией индивидуализации потребителя, но в этом случае как раз иерархия и будет способствовать росту трансакционных издержек, поскольку будет препятствием быстрому реагированию фирмы на запросы рынка, так как в своей основе иерархия эффективна в условиях ограниченного разнообразия, поскольку любой его рост неизбежно ведет к росту числа трансакционных издержек. На это обстоятельство указывали как Коуз, так и Уильямсон.