Ирландский конфликт с 1914 по 2010 год

 П Р О В И Н Ц И А Л Ь Н Ы Й К О П Р О В И Н Ц И А Л Ь Н Ы Й К О Л Л Е Д Ж

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Развитие Ирландского конфликта в период с кризисного 1921 и до наших дней.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Оглавление

Введение

 

 История Ирландского конфликта уходит корнями к началу века. В поисках путей национального освобождения ряд политических деятелей Ирландии останавливается на идее “самообеспеченности экономики” и создает движение, название которого в переводе с ирландского означает “Мы сами”. В ходе освободительной войны 1919–1921 гг. единое республиканское движение состояло из его “военного крыла” — Ирландской республиканской армии (ИРА) и Шинн Фейн — “политического крыла”, т.е. парламентской партии, представлявшей на выборах сторонников освобождения от Великобритании и сохранения единства Ирландии любыми средствами, включая и силу оружия. После разделения страны в 1921 г. на независимую Ирландскую Республику и Северную Ирландию в составе Великобритании партия Шинн Фейн оставалась “политическим крылом” ИРА. Однако в знак протеста против этого раздела Шинн Фейн до нынешнего кризиса в Ольстере придерживалась тактики абстенционизма¹, бойкотируя парламентские выборы. Партия разделяла судьбу боевиков: она то уходила в тень и даже в политическое небытие, когда поддержка, оказываемая экстремистам-республиканцам, ослабевала и очередная “военная кампания” ИРА прекращалась, то выходила на авансцену, когда ИРА оказывалась востребованной в качестве защитницы католических кварталов от протестантских погромов, как это случилось в конце 60-х — начале 70-х гoдов. Мирный процесс в Северной Ирландии представляет собой яркий пример долгих и трудных поисков выхода из острейшего общественно-политического кризиса, в основе которого лежит довольно типичный конфликт интересов. Подобная ситуация сложилась за многовековой период колониальной зависимости Ирландии и за время ее постколониального развития в условиях раздела страны по договору 1921 г.  

Поляризация конфликта в Северной Ирландии резко усилилась в ходе кризиса, разразившегося более тридцати лет назад и продолжающегося по сей день. Причем возникновение этого кризиса нельзя связывать только с религиозно-политическим разделением страны.  

За годы ольстерского кризиса республиканское  движение испытало на себе мощное воздействие тех процессов обновления, которые несли с собой проводимые реформы. В ИРА и в Шинн Фейн происходят процессы фрагментации: от боевиков-террористов, продолжающих с помощью убийств, “бомбовых кампаний” войну с британской “оккупационной армией” и с протестантами в Северной Ирландии, отходят все новые диссиденты, переходящие на путь политической борьбы исключительно в рамках закона. В 80-е годы к руководству в Шинн Фейн приходят люди, которые, как пишут историки ИРА, “сочетают обновление с традицией”, готовые, не отказываясь в принципе от вооруженной борьбы, “перейти к более современной и прагматической тактике политического действия”.

Цель: изучить историю Ирландского кризиса с 1921 – 2010 года

В этом исследование мы решали следующие  задачи:

1.Изучение истории партии Шинн Фейн, как главной идеологической силы народно-освободительного движения в Южной Ирландии

2.Изучение создания и деятельность Ирландской Республиканской Армии (ИРА), как левого, боевого крыла партии Шинн Фейн

3.Проследить прогресс в урегулирование ирландского конфликта партией Шинн Фейн и ИРА с Великобританией с 1998-2010 года

Глава 1. Партия Шинн Фейн, как главная движущая сила народно – освободительного движения в Ирландии

Партия Шинн Фейн в 20-30ых годах

 

Ирландия была захвачена еще в 1171 году английским королем Генрихом II, и с тех пор на острове велась непрекращающаяся борьба за независимость. После долгих прений в парламенте 1 августа 1914 года (в день начала Первой Мировой войны) был принят закон о гомруле (Home rule - самоуправление). Правда, действие этого закона ограничивалось как во времени (он вступал в действие только после окончания военных действий), так и в пространстве, так как его действие не распространялось на шесть протестантских графств Ольстера (Дерри, Антрим, Даун, Тироун, Монэген, Армах). Таким образом получение хотя бы частичной независимости откладывалось на неопределенный срок, что не могло не вызвать недовольства у наиболее радикальной части ирландских борцов за независимость. Под лозунгом» Трудности Англии - шанс для Ирландии» началась активная подготовка к восстанию. Оно проводилась под эгидой Ирландского республиканского братства (ИРБ) и Ирландской социалистической республиканской партии (ИСРП), лидер которой Джеймс Конноли стал душой восстания. Ударной силой восставших были Ирландские волонтеры (прообраз Ирландской республиканской армии) и Гражданская армия. По плану с началом восстания следовало захватить ключевые пункты Дублина, что послужило бы сигналом к началу восстания по всей Ирландии. Залогом успеха должно было являться то, что основные силы Великобритании были задействованы на фронтах Первой мировой войны, и английское правительство не смогло бы адекватно ответить на восстание.

К сожалению, эти ожидания не оправдались. Начавшееся 24 апреля 1916 года в Дублине восстание («Красная пасха») было жестоко подавлено английскими войсками, а его лидеры Джеймс Конноли и Патрик Пирс расстреляны.

Несмотря на неудачу, восстание 1916 года имело очень большое значение, так как привело к невиданному доселе подъему национально-освободительного движения. Именно после 1916 года резко возрастает популярность партии Шинн Фейн (Sinn Fein - ирл. буквально «мы сами»), до этого не имевшей широкой социальной базы. Шинн Фейн, созданная в 1905 году, имела своей программой обретение независимости с опорой на развитую экономику Ирландии. Бывшая на тот момент националистически - буржуазной партией, Шинн Фейн стала самой популярной партией в Ирландии благодаря своим националистическим лозунгам и призывам к обретению полной независимости. К 1917 году по всей Ирландии существовало от 1,2 до 2 тысяч местных отделений партии.

Следующим толчком  к росту борьбы за независимость, как это ни покажется странно, стала Октябрьская революция 1917 года в России. Вот цитата из заявления ирландской делегации на Рабочей Конференции в Берне: «Ирландские рабочие рады триумфу своих русских товарищей и приветствуют советскую революцию и установление советской республики… по всей Ирландии проходят демонстрации в поддержку советской республики». Один из лидеров Шинн Фейна, Ут де Блок писал: «Нигде большевистскую революцию не приветствовали с таким энтузиазмом, как в Ирландии». Кстати, Ирландия была единственной страной в Европе, где прошли демонстрации в честь годовщины Октябрьской революции.

Дата 25 октября 1917 года знаменательна еще одним  событием, которое коренным образом  повлияло на историю Ирландии. В этот день главой Шинн Фейна был избран тогда еще мало кому известный Имон де Валера, будущий первый президент Ирландской республики, остававшийся на своем посту до 1966 года.

Значение  личности И. де Валера для Ирландии трудно переоценить; это был один из выдающихся политиков ХХ века. Это  событие явилось следствием объединения под флагом Шинн Фейна всех прогрессивных сил, желающих добиться независимости Ирландии любым путем; его результатом стала полная победа Шинн-фейна на парламентских выборах: ей было отдано 73 из 105 мест в парламенте для Ирландии. Однако депутаты не спешили отправиться в Лондон, чтобы участвовать в работе английского парламента. Вместо этого 21 января 1919 года в Дублине начал работу ирландский парламент (Дойл), составленный, в основном, из сторонников Шинн Фейна. Дойлом сразу же были приняты Декларация независимости, Призыв к народам мира и Демократическая программа. Расчет депутатов был на то, что через три дня откроется Парижская мирная конференция, к ней и собирался апеллировать Дойл. Об этом шла речь в Призыве к народам мира: «…обращается к каждой свободной нации с просьбой поддержать Ирландскую республику, признав национальный статус Ирландии и ее право на участие в мирной конференции».

В тот же день с небольшой стычки возле Солохедбега  между английскими полицейскими и группой Ирландских волонтеров началась англо-ирландская война, иногда именуемая как Ирландская война за независимость. В Декларации независимости содержалось требование вывода всех иностранных войск из страны, а фактически требование отвода английских оккупационных войск с территории Ирландии. Для обеспечения этого требования и защиты молодой республики летом 1919 года на базе Ирландских волонтеров была создана знаменитая Ирландская республиканская армия² (ИРА).

Однако сил  одной ИРА было явно недостаточно, чтобы отстоять суверенитет Ирландии. По этой причине новое правительство во главе с Де Валерой искало помощи извне. Одной из первых внешнеполитических акций была посылка ирландской делегации на Парижский мирный конгресс, однако там им было отказано в признании независимости. Тогда Де Валера лично отправляется в США, желая заручится поддержкой Вудро Вильсона. Расчет делался на поддержку ирландских эмигрантов, которых в США было в два раза больше, чем в самой Ирландии. Однако максимум, чего смог добиться Де Валера, это усиления притока инвестиций в ирландскую экономику. В политической помощи ему было отказано.

Кроме этого на нет сошли переговоры с РСФСР, Доктору Маккартану, несмотря на его неоднократные требования, было отказано в полномочиях для продолжения переговоров. Таким образом, единственное, что оставалось в данной ситуации, - договор с Англией. Он был подписан 6 декабря 1921 года, через полгода после прекращения боевых действий на территории Ирландии. По этому договору Ирландия, под названием Ирландское свободное государство, становилась доминионом Великобритании и входила в состав Содружества. Как подчеркивают все исследователи данной проблемы, этот договор носил явно компромиссный характер, так как ни Англия, ни Ирландия не могли продолжать боевые действия, и мир был необходим обеим странам. Однако мира в Ирландию этот договор как раз и не принес, сразу после его подписания началась кровопролитная гражданская война между сторонниками полной независимости и умеренными кругами - фристейтерами (от англ. free state - свободное государство), стоящими за сотрудничество с Англией. Во время войны погибли такие известные революционеры, как Майкл Коллинз, Артур Гриффитс, Брайн Линч, К. Бругга и др. Понимая, что республиканцы не в силах выиграть войну, Де Валера отдал приказ ИРА сложить оружие и уйти в подполье. Власть перешла к фристейтерам: премьер-министром стал Уильям Косгрейв, сторонник лояльного отношения к Великобритании. Все левые силы Ирландии надолго ушли в подполье.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Партия Шинн Фейн в 50-60ых годах

Во время  Второй мировой войны Ирландия заняла позицию строгого нейтралитета, причем иногда желание оставаться нейтральной  доходило до абсурда. Так, в мае 1945 года Де Валера отправил ноту с поздравлениями странам антифашистского блока, а на следующий день - ноту соболезнования германскому народу по поводу смерти Гитлера. В ответ на это советское правительство отправило ноту протеста Ирландской республике.

После Второй мировой войны курс на нейтралитет сохранился. Правительство Де Валера отказывалось входить в какие бы то ни было военно-политические объединения. Не вошла Ирландия и в НАТО, т.к. по условиям этой организации в нее не могут вступать страны, имеющие территориальные претензии к членам НАТО. В данном случае камнем преткновения выступила Северная Ирландия. В 1948-1951 гг. ирландский коалиционный кабинет вел безуспешные переговоры о вступлении в НАТО при условии, что Ольстер будет присоединен к Ирландской республике, однако безрезультатно. Единственное, чего смогла добиться Ирландия, что в 1949 г. она перестала быть доминионом Великобритании и стала независимой Ирландской республикой, а в 1955 г. Ирландия была принята в Организацию Объединенных Наций.

Конец 1950-х гг. ознаменовался во внутренней политике Ирландии переходом к так называемому «новому курсу», который подразумевал под собой отказ от прежней ориентации экономики на внутренний рынок и усиление международных экономических связей. Во внешней политике это выразилось в активизации дипломатической деятельности по вопросу о вступлении Ирландии в ЕЭС. У этой идеи было немало противников, считающих, что вступление в ЕЭС нанесет ущерб национальным интересам Ирландии; это, прежде всего, КПИ, Шинн Фейн и некоторая часть Фианна фойл. Первая попытка вступления в ЕЭС в 1963 г. не удалась. Вторая попытка вступления в европейское сообщество по времени совпала с установлением дипломатических отношений с СССР. Это отвечало требованиям «нового курса» по расширению внешнеэкономических связей.

Помимо экономических  существовали еще и политические причины: речь идет о знаменитом ольстерском  конфликте, который продолжается до сих пор. Как уже было сказано  выше, при подписании мирного договора с Англией шесть северных графств Ольстера отошли под управление Великобритании. К концу 60-х годов из-за очередного экономического кризиса ситуация в Ольстере накалилась до предела. Постоянно происходили стычки между протестантами и католическим меньшинством. В 1969 году английское правительство было вынуждено ввести в Белфаст (столицу Северной Ирландии) войска. В 1971 году войска начали операцию «Деметрус», направленную непосредственно против католиков, а 30 января 1972 года в Дерри была расстреляна мирная католическая демонстрация. Все это сопровождалось массовыми арестами, постоянными столкновениями английских войск и ИРА.

Естественно, что подобное положение вещей  не могло не вызывать беспокойства в Ирландии. В январе и октябре 1971 года правительство Ирландии подало официальные протесты «в связи с нарушениями английскими войсками границ Ирландии». После вышеуказанных событий в Дерри отношение к Англии еще более ожесточилось. В феврале 1972 года было сожжено английское посольство в Дублине. А на следующий же день после расстрела демонстрации в Дери, 31 января 1972 года, ирландское правительство отозвало своего посла из Лондона.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Партия Шинн Фейн в наши дни

В наше время  Шинн Фейн, ведущая все более самостоятельную политическую жизнь, эволюционировала, отходя от традиций насилия. Эта партия все больше дистанцировалась от боевиков в республиканском движении, действия которых на протяжении многих десятилетий оправдывались весомостью “аргумента силы” в вопросе о единстве Ирландии. Аналогичный процесс шел и в протестантской общине. Однако готовность к межпартийному диалогу, а следовательно, и к компромиссам, проявленная юнионистскими партиями и поддержанная значительной частью протестантского населения, не поколебала решимости наиболее ярых приверженцев лоялистских военизированных движений отстаивать с оружием в руках исключительное право протестантов на Ольстер. Именно сторонники насилия в каждой из общин стали движущей силой событий лета 1997 г., которые создали впечатление начала нового раунда межобщинного противоборства.  

Но сегодня североирландцы в своем большинстве иначе  воспринимают и иначе реагируют  на новую волну вооруженного насилия, нежели в первые годы преобразований. Опыт Северной Ирландии свидетельствует, что в современном мире настойчивость верховной власти в реформировании даже самого “неподдающегося” общества, стабильное существование в нем и активность пусть даже сравнительно немногочисленного, но постоянного и авторитетного слоя, для которого курс на реформы представляет неоспоримую ценность, неизбежно приводят к тому, что традиционалистские ценности постепенно меркнут, теряют свойства жестких и обязательных стереотипов.  

Несмотря на знакомый “почерк” террористических акций ИРА, на “привычно” провокационный характер протестантских маршей через католические кварталы, для массового сознания не могут пройти бесследно семнадцать месяцев мира и почти пятнадцатилетние настойчивые переговоры о путях выхода из кризиса. В главных городах провинции состоялись демонстрации каждой из общин с требованиями прекратить террор и возвратиться к миру. Инициируемые боевиками из ИРА марши, торжественные похороны, рассчитанные на демонстрационный эффект, по отзывам свидетелей, кажутся теперь просто печальными церемониями, а не волнующе дерзкими акциями.  

От лоялистских протестантских организаций ожидали “кровавого ответа” на возобновление вооруженной борьбы ИРА. Однако под влиянием массовых настроений в протестантской общине и под давлением парламентских деятелей (среди которых была и министр лейбористского теневого кабинета по делам Ирландии Мо Моулэм) лидеры ультра-юнионистских формирований неожиданно для всех высказались за продолжение мирного процесса. Наметившиеся перемены, крупицы согласия, накопленные обществом в последние годы, обеспечили успех контактов “новых лейбористов” с Шинн Фейн. Эти контакты увенчались прекращением огня ИРА с 20 июля 1997 г., что дало возможность продолжить работу по возобновлению межобщинного диалога. К 15 сентября 1997 г. — к началу партийных переговоров — Шинн Фейн ратифицировала документ, носящий название “Акт о принципах демократии и ненасилия”. Это означает, что партия, как и все другие участники диалога, берет на себя обязательства “использовать демократические и исключительно мирные средства для разрешения политических проблем и провести полное разоружение всех военизированных формирований”.

Эти трудные  переговоры, длившиеся 21 месяц, позволили, наконец, придти к компромиссу. 10 апреля 1998 г. стороны подписали подробное (на 60 страницах) соглашение, в соответствии с которым должна быть реализована (после одобрения на референдумах) сложная, многоступенчатая формула выхода из кризиса. Предусматривается создание трех связанных между собой органов управления — в самой Северной Ирландии, между Севером и остальной частью Ирландии, между Ирландией и Соединенным Королевством. В североирландской законодательной ассамблее будет действовать система “противовесов”, которая позволит протестантам и католикам делить полномочия и ответственность. Надо надеяться на прекращение междоусобицы, продолжающейся уже три десятилетия.

Глава 2. История создания и деятельности Ирландской Республиканской армии, как левого, боевого крыла партии Шинн Фейн

Ирландская  республиканская армия была основана в 1919 году после слияния «Ирландских волонтеров» и «Ирландской гражданской армии». Первые представляли собой вооруженные отряды партии Шинн Фейн и наследников организации фениев, а вторые были созданы героем Пасхального восстания Джеймсом Конноли для защиты рабочего движения. После заключения англо-ирландского соглашения и его ратификации ирландским парламентом, ИРА раскололась — значительная ее часть, в том числе такие видные фигуры как Майкл Коллинз, Ричард Мулкахи, Оуэн О’Даффи перешли на сторону новообразованного Ирландского свободного государства, заняв важные посты в «Национальной армии», остальные же повернули оружие против бывших соратников. Однако Национальная армия усиленная британской поддержкой оказалась сильней, и 24 мая 1923 года Фрэнк Айкен отдал приказ сложить оружие. Подчинившиеся в 1926 создали партию Фианна Файл во главе с Эмоном де Валера, которая сейчас является крупнейшей партией Ирландской республики. Не подчинившиеся же ушли в подполье.

С 1949 года переместила центр своей деятельности в Северную Ирландию. С 1969 года ИРА перешла к тактике городской герильи и разделилась на ряд законспирированных автономных ячеек. Отдельные из этих групп впоследствии перешли к чисто террористическим методам борьбы как на территории Северной Ирландии, так и на территории остальной Великобритании.

В 70-е годы были выработаны структура и тактика ведения  вооруженной партизанской борьбы в  городских условиях, позволявшие  «временной» ИРА, известной как  «провес», выживать в самых неблагоприятных  для нее условиях. Ее боевики первоначально ограничивали свои действия защитой населения католических гетто от бесчинств протестантских ультра. Со временем «провес» стали осуществлять взрывы на военных и гражданских объектах в Северной Ирландии и Великобритании, а также террористические акты против британских военнослужащих, военных и полувоенных юнионистских формирований. Для финансового обеспечения нужд движения осуществлялись ограбления банков и магазинов, угон автомобилей, захват заложников.

Экстремистские настроенные националисты не только придерживались изоляционистской линии, но и практически не вели в 70-е годы никакой политической борьбы. Цель организации – ведение «войны на изнурение» до тех пор, пока военные расходы и потери станут для  Великобритании  неприемлемыми и она будет вынуждена убраться из Ирландии. Однако ни многомиллиардные расходы, ни человеческие жизни, положенные на алтарь военных действий в Северной Ирландии, ни на йоту не меняли намерений  Британии  сохранить  Ольстер  в  составе  Соединенного  Королевства. В 80-е годы в движении вновь стала ставиться под вопрос целесообразность ведения только вооруженной борьбы аналогичный пересмотр стратегических установок на рубеже 70-х годов завершился расколом). Вехой в развитии этой тенденции стал съезд (в1981г.), провозгласивший  курс на  расширение   участия   Шинн Фейн в политической жизни как Севера, так и Юга.

 «Новый курс» вызвал  разочарование «Норэйд», резко сократившей  помощь ирландским националистам,  а также недовольство боевиков, стоящих на националэкстремистских позициях и настаивавших на приоритете военных действий.

На счету «провес» много  невинных жертв. Они с одинаковой жестокостью совершают террористические акции против военных и гражданских  лиц, стариков и молодых людей, членов кабинета английских тори и случайных пассажиров рейсового автобуса. Их линия противоречит курсу политического крыла во главе с Джерри Адамсом, ставшего на позиции мелкобуржуазного демократизма.

Терроризм националистов - это результат многовековой экономической, политической, социальной и культурной сегрегации коренного ирландского населения, ответственность за которую несут правящие классы Британии. Деятельность «провес» наносит известный ущерб Великобритании, но - она наносит еще больший ущерб демократическому движению и играет на руку тем, кто стремится увековечить раздел Ирландии.

Лондон отказывается принять законы, которые запрещали бы дискриминацию по религиозному признаку и предоставили бы католикам равные права с протестантами. Те же, кто не желает мириться с неравноправием и дискриминацией и поднимается на борьбу, становится объектом репрессий со стороны английских войск и специальных полицейских формирований. На «ольстерском полигоне» были обкатаны английские «зеленые береты», которые потом с успехом использовались во время фольклендского конфликта.  Разумеется всё это провоцирует агрессию со стороны ИРА и народа ирландской республики.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 3. Прогресс в урегулировании конфликта партией Шинн Фейн и ИРА с Великобританией с 1998 – 2010 года

В истории североирландского конфликта начинается новая глава, посвященная борьбе североиландской республиканской партии «Шинн Фейн» за отделение Северной Ирландии в политическом поле. Подобные попытки уже были, но сейчас ситуация отличается кардинально в преддверии парламентских выборов «Шинн Фейн» официально признала государственную полицию и армию.

Для того, чтобы  понять важность этого решения, достаточно вспомнить, что всю историю существования  католической «Шинн Фейн» представители полиции (на 90% протестанты) были излюбленной мишенью военного крыла партии — ИРА. До января 2007 г. республиканцы (то есть те, кто выступает за создание объединенной республики Ирландия), не только не признавали полицию, но и выполняли ее функции. Так, по словам очевидцев, представители ИРА врывались в пабы и вешали на стены листы, на которые католики, не доверявшие протестантской полиции, записывали имена тех, кто совершил какое-либо преступление. С ними потом разбирались без суда и следствия. Основанная на страхе, эта система была по-своему эффективна и пользовалась поддержкой у некоторых представителей населения.

Признав полицию  и армию, «Шинн Фейн» «перебросила мяч» на сторону юнионистов (тех, кто поддерживает союз с Великобританией). В этом лагере лидером является Демократическая юнионистская партия преподобного Иана Пейсли. Юнионисты категорически не соглашаются формировать правительство вместе с «Шинн Фейн» – ведь первое место в своем лагере они отвоевали благодаря жесткой позиции: никаких компромиссов с «Шинн Фейн». Это позволило демократам отобрать большинство голосов у прежнего лидера – Ольстерской юнионистской партии (ОЮП), которая в свое время пошла на компромисс.

«Нам ничего другого не оставалось, — сказал «Росбалту» член руководящего совета ОЮП Джон Андрюс. — Любой, кто стремится к политической власти в Северной Ирландии, будет вынужден пойти на компромисс с «Шинн Фейн». К сожалению, сейчас они находятся там, где 10 лет назад были мы». То, как Иан Песли «разрулит» свое обещание не сотрудничать с «Шинн Фейн» и необходимость формировать совместное правительство – один из самых загадочных моментов предвыборной гонки.

Юнионисты не доверяют «Шинн Фейн» и требуют доказательств их новой позиции. «Мы должны убедиться на деле, что «Шинн Фейн» поддерживает полицию», — заявил «Росбалту» один из лидеров партии ОЮП Иан Пейсли младший. Кто-то выступает за отсрочку формирования правительства, кто-то — за немедленное предоставление показаний по ключевым преступлениям прошлых лет. Однако отсрочка формирования правительства автоматически возложит на юнионистов вину за срыв мирного процесса, на что, видимо, и рассчитывала «Шинн Фейн», принимая свое решение «без пяти минут» до выборов в местный парламент, которые состоятся уже 4 марта.

Парламент предыдущего  созыва закончил свою работу достаточно быстро. Причиной стал скандал, связанный со шпионской деятельностью «Шинн Фейн» внутри парламента. Все годы вооруженной борьбы одной из главных проблем республиканцев были информаторы, проникшие в их ряды. Ветеран ИРА, а сейчас — активный член «Шинн Фейн», участник знаменитых голодовок в 80-е годы Мартин Михам сказал «Росбалту», что каждый раз, когда его арестовывали, в этом был замешан информатор. В новом веке размеры проникновения в организацию достигли таких масштабов, что стало известно, что одна из ключевых фигур «Шинн Фейн» – агент британской разведки, который до сих пор в партии.

«Мы сумели уничтожить ИРА изнутри, с помощью агентов», — заявил «Росбалту» советник ОЮП Джеймс Дингли. «После многочисленных сорванных операций они больше всего на свете хотели узнать, кто же в их рядах шпион», — отметил он. В результате скандала парламент распустили, он продолжал работать вполсилы, а депутаты получали половину положенной зарплаты. Тем не менее, даже сейчас эта тема остается актуальной для «Шинн Фейн», и, скорее всего, скандал развернется с новой силой.

К тому же, гарантий, что новое правительство, сформированное через три недели после парламентских выборов, будет работать, нет. Проблемы могут начаться с распределения таких стратегически важных должностей, как министр финансов, министр образования, плюс кто-то должен возглавить признанную «Шинн Фейн» полицию. Возможно, это будет человек извне, например, из Польши – в последний набор в полицию поляки составили 10%. Однако религиозная принадлежность (поляки — католики) ставит под вопрос их нейтральность.

После разделения портфелей и начала работы, правительство должно научиться работать по разработанному для него механизму. По правилам, предусмотренным Белфастским соглашением 1998 г., вето на решение может быть наложено тремя министрами, что не будет проблемой ни для «Шинн Фейн», ни для юнионистов, которые по предварительным опросам получат на выборах по 40% и 50% соответственно. Таким образом, главные решения могут быть блокированы, и работа правительства может быть парализовано. «Мы пытаемся объяснить нашим избирателям, что в отличие от ДЮП, мы готовы формировать работающее правительство», — добавил Джон Андрюс из ОЮП. Однако вряд ли у них получится вернуть свои голоса за четыре недели.

И даже если правительство будет сформировано и начнет работать, еще не факт, что министрам будет на что накладывать вето. Пока никто из участников политической игры не говорит о том, что будет после проведения выборов, четкой экономической и социальной программы нет ни у кого. По мнению Джона Дингли, «проблема юнионистов в том, что «они знают, чего они НЕ хотят, но вот чего они хотят, непонятно даже им самим».

Дискуссии по-прежнему посвящены противостоянию двух лагерей, за которым будущее Северной Ирландии становится все менее и менее понятным. А между тем, Дублин, который однозначно не хочет ссориться с Лондоном, прекрасно осознает, сколько ему может стоить объединение, которое, помимо экономической интеграции, означает социальную интеграцию протестантского населения Северной Ирландии со всеми вытекающими из этого последствиями.

Вместе с тем, сложности формирования единой экономической и социальной стратегии обусловлены тем, что католики по-прежнему представляют более низкий социальный класс — они занимаются земледелием и сельским хозяйством, в то время как протестанты составляют занимаются предпринимательством. Даже если в последние годы число студентов-католиков в крупнейшем университете Белфаста значительно увеличилось, то только за счет того, что протестанты уезжают учиться за границу или в Великобританию, что в здешних краях, впрочем, тоже называется заграницей.

Объединенная  Ирландия — по-прежнему не просто стремление, но финальный пункт в повестке дня. Однако теперь «Шинн Фейн», отказавшаяся от насилия, решила сфокусировать свое внимание на политической борьбе. Это очень удобно – воспользоваться благами демократической системы, чтобы прийти к власти через выборы, и затем провести референдум, чтобы отделиться. И «Шинн Фейн» ничего не нарушает, поскольку право проведения референдума, о котором они постоянно напоминают, прописано в Белфастском соглашении. Но пока республиканцы ждут — либо чтобы «оранжисты» совершили ошибку, либо чтобы в Лондоне оказали давление на унионистов, принудив их к формированию правительства, а как только машина заработает, можно будет и о референдуме подумать. Последний вариант развития событий, кстати, очень вероятен, поскольку Тони Блэр вряд ли захочет закончить свое второе премьерство парализованным Ольстером, а значит может надавить на юнионистов этой весной.