Исследование отношения и уровня доверия граждан к органам государственной власти в РФ

ВВЕДЕНИЕ

Отношения граждан и власти в России никогда не были в полной мере устойчивыми. Череда социальных конфликтов, которые продолжают потрясать Россию даже в настоящее время, повышенная социальная напряженность – все характеризует отношения между институтами власти и современным гражданским обществом как напряженные и требующие немедленного реагирования.

В связи с этим встает необходимость последовательной разработки мер по внесению предложений в законодательной форме и формированию устойчивых форм взаимодействия между гражданами и властью как основы для осуществления жизнедеятельности государства в целом. В любом случае является правомерным использование таких моментов, как социологический опрос для подобного рода явлений и процессов. Необходимость разработки взаимосвязанных концепций и определяют актуальность представленной работы.

Целью работы является характеристика социальных процессов, которые затрагивают вопросы доверия государства и власти и тем самым определяют устойчивость развития его в долгосрочной перспективе.

Для достижения поставленной цели ставились и решались следующие задачи:

- рассмотреть сам механизм образования доверительных отношений между  обществом и государством;

- определить возможные пути развития и коммуникационные процессы;

- рассмотреть возможные направления оптимизации ситуации.

Объектом исследования служат процессные подходы к параметрам уважения и установления равновесных отношений между государством и гражданами. Предметом исследования служит сам институт доверия граждан и государства, его взаимодействие и возможности по совершенствованию.

1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ОТНОШЕНИЯ И УРОВНЯ ДОВЕРИЯ ГРАЖДАН К ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ

1.1. Сущность понятия доверия граждан к органам государственной власти

Мера доверия органам и лицам власти зависит в определенной степени от социально-демографических, психологических характеристик и качеств самих респондентов, руководителей органов власти и государственных служащих, что и было подтверждено данными эмпирического исследования. Для населения немного более характерен акцент на человеческих, нравственных качествах руководителей органов государственной власти и государственных служащих, для экспертов - на профессиональных, деловых [5].

Мера доверия населения органам государственной власти и работающим в них людям зависит от большого числа причин, которые можно условно объединить в несколько блоков.

1. Культурно-исторические причины. Наличие в общественном мнении довольно устойчивого стереотипа восприятия образа чиновника явно отрицательного характера. Распространенность в среде чиновничества коррупции, взяточничества.

2. Организационные причины. Недостаточный уровень профессионализма чиновников, в первую очередь. Очень важно сосредоточить внимание на профессионализме, на условиях и факторах его развития в целях оптимизации деятельности государственных служащих и органов государственного управления в целом. В свою очередь, это сформирует реальную основу для повышения доверия населения властным структурам.

3. Работа органов власти и чиновников «на себя», учет личных или узко групповых интересов, в первую очередь (корпоративизм чиновников). Недооценка государственными служащими интересов общества негативно сказывается на отношении к ним населения. Негативный характер данного отношения выявляет прямую зависимость между оптимизацией деятельности органов исполнительной власти, совершенствованием государственной службы и возрождением доверия им со стороны населения.

4. Недостаток объективной информации от властных структур. От уровня информированности населения о целях, задачах, методах деятельности органов государственного управления зависит оценка их деятельности.

При формировании положительного отношения к органам государственной власти, в частности доверия населения им, очень важную роль играют СМИ, которые можно рассматривать как фактор, влияющий на поддержание определенного статуса отдельных лиц и органов власти [8].

В целом отношение населения и, в частности, уровень его доверия к органам государственной власти складывается под воздействием объективных и субъективных факторов. К субъективным факторам, в первую очередь, относятся профессионализм, компетентность государственного служащего, его нравственные качества, а также социально- и индивидуально-психологические характеристики самих людей. К объективным факторам можно отнести исторические, политические, экономические условия жизни общества. Последние в значительной мере определяются эффективностью деятельности органов государственной власти, которая также является объективным фактором. От степени эффективности деятельности зависит авторитет властных структур, доверие населения им, уровень влияния их в обществе [2].

Социальный статус имеет сложную структуру и в качестве своих составляющих, или под статусов, включает следующие: экономический, политический, правовой (юридический), профессиональный, должностной, тендерный, этнический, культурный, религиозный, авторитет и психологический статус, который интегрирует остальные составляющие социального статуса и определяет их продуктивность.

Особой актуальностью и значимостью при рассмотрении социального статуса властных структур обладает такая его составляющая, как авторитет в обществе. В отличие от других составляющих социального статуса, авторитет не только не подлежит правовому регулированию, но и является очень динамичным. Он отражает общепризнанное значение, влияние, которым пользуется человек, группа, организация, социальный институт или же орган власти благодаря определенным своим качествам, достоинствам и заслугам. Выделяют различные виды авторитета, в том числе, авторитет личности и авторитет статуса, которые наиболее значимы с позиции данного исследования.

Необходимое условие существования феномена авторитетности -доверие. В основе авторитета органов государственной власти лежит доверие населения им. Феномен доверия требует для своего анализа применения междисциплинарного подхода. Доверие - это отношение к действиям объекта доверия и к нему самому, которое основывается на убежденности в его надежности, компетентности, добросовестности, честности, искренности. Социально-психологический подход к рассмотрению феномена доверия, использованный в данной работе, направлен на выявление условий и факторов возникновения доверия, изучение закономерностей его проявления и описание характеристик.

Необходимым условием возникновения доверия является наличие чувства безопасности, понимаемого как не нанесение ущерба друг другу в результате проявления доверия, и способности относиться к другому как обладающему собственной значимостью и ценностью для доверяющего [17].

В качестве субъектов доверия могут выступать личность, группа, социальные институты, общественность (население) и общественное мнение. Готовность субъекта проявить доверие обусловливается прошлым опытом общения и взаимодействия с конкретным объектом, конкретной ситуацией и целью взаимодействия.

Основными формально-динамическими характеристиками доверия являются избирательность, парциальность, мера. Как императивы доверия выступают, в частности, результативность, порядочность, проявление заботы о людях. Доверие выполняет целый ряд фундаментальных функций в различных сферах человеческой и общественной жизнедеятельности [1].

1.2. Элементы и примеры уровня доверия граждан  к органам государственной власти

Рассматривая инновационные примеры по сотрудничеству и увеличению уровня доверия целесообразно связать эти параметры и выстроить модель по использованию процессов в системе властных структур. В этой случае показателем выступает качество жизни, параметры качественной общественной среды.

Ниже представлены определения качества жизни, применяемые в муниципальной практике.

Сопоставляя представленные выше определения, можно сделать вывод, что понятие "качество жизни", войдя в практику российской жизни, пока четко не определено.

В мире тоже существуют различные подходы к пониманию качества жизни. В развитых странах в последнее время преобладающим становится подход, согласно которому под качеством жизни понимается комплексное благосостояние, учитывающее различные (не только материальные) аспекты жизнедеятельности человека.

Данный подход подразумевает как минимум три основные составляющие:

1) понятие "качество жизни" относится к индивидам, т.е. условия жизни индивида и восприятие им различных ее сторон играют ключевую роль. Характеристики социально-экономической ситуации на макроуровне важны для лучшего понимания ситуации на микроуровне, но главная роль все же отведена жизни индивида;

2) качество жизни - многостороннее понятие: состояние индивида оценивается с учетом не только его дохода или материального благосостояния, но и других (разнообразных) сторон его жизни (Табл.1), а также взаимопроникновения этих сторон, если необходимо [4];

Таблица 1 – Параметры устойчивости среды

3) качество жизни измеряется как объективными, так и субъективными показателями. Субъективные - необходимы для оценки целей и восприятия индивидов, однако наиболее полезны они в сочетании с объективными показателями жизненной ситуации [6].

В Российской Федерации, в условиях устойчивого в целом экономического развития, но при значительной дифференциации на региональном и муниципальном уровнях, наиболее продуктивно использовать подходы развитых стран к оценке качества жизни как основу, которая должна быть дополнена с учетом специфики российской ситуации.

В чем трудности оценки качества жизни населения в российском муниципальном образовании или регионе? Помимо того что в рамках общей концепции необходимо разработать параметры качества жизни для каждого конкретного региона в зависимости от уровня и целей его социально-экономического развития, муниципальная статистика часто не соответствует потребностям такой оценки и приходится собирать специальную информацию [12].

Проблема 1: попытка собрать данные, касающиеся всех или почти всех аспектов качества жизни, приведет к несоразмерному росту числа показателей. Использование очень большого числа показателей затрудняет восприятие ситуации в целом. Кроме того, если все эти показатели (от уровня зарплат до уровня религиозной толерантности) свести в единый индекс качества жизни, это повлечет за собой сглаживание его значения, что не позволит увидеть реально имеющиеся проблемы или успехи муниципальных и/или региональных органов, достигнутые в повышении качества жизни населения. Рекомендуемое решение: отобрать ограниченное число базовых приоритетов (аспектов качества жизни) и характеризующих их индикаторов (Табл. 2).

                                                                        11

Таблица 2 – Основные сферы и индикаторы качества жизни в развитых странах

Проблема 2: как количественно оценить относительную значимость тех или иных показателей при построении сводного индекса качества жизни, значение которого будет учитывать многочисленные имеющиеся параметры? Что важнее и насколько - образование, здравоохранение, безопасность или экологическая ситуация?

Наличие подобных проблем обуславливает необходимость разработки методологии количественной оценки качества жизни. В рамках данной методологии:

- понятие "качество жизни" должно трактоваться весьма широко, в связи с чем в сводный индекс необходимо включать индикаторы, касающиеся уровня социально-экономического развития территории, благосостояния населения, здравоохранения, образования, социальной сферы, безопасности, инфраструктуры и т.п.;

- там, где это возможно и целесообразно, следует использовать данные региональной и муниципальной статистики, являющиеся источником надежной и регулярно обновляемой информации о происходящем в различных сферах жизни муниципалитетов и регионов. Это позволит более широко применять оценки качества жизни в ходе реализации региональных и муниципальных программ по повышению благосостояния населения, а также использовать их для сравнения ситуации между различными регионами и муниципалитетами;

- помимо разнообразных объективных данных о различных параметрах качества жизни необходимо учитывать мнение самих граждан о своей жизни, среде, в которой они живут, жизненных возможностях, которые им удается или, напротив, не удается реализовывать [5].

Итак, на начальном этапе оценки необходимо сформировать весьма широкий перечень показателей, прямо или косвенно характеризующих различные стороны качества жизни населения. Однако использовать все отобранные показатели для получения окончательной оценки было бы некорректно, поскольку, как отмечено выше, значения сводного индекса получатся сглаженными (межрегиональные и межмуниципальные различия нивелируются за счет включения в индекс большого количества разнородных показателей) и очень вероятно, что между отобранными показателями существует взаимосвязь, в связи с чем их одновременное включение в сводный индекс приведет к тому, что одинаковая или сходная информация будет учтена несколько раз. Например, ожидаемая продолжительность жизни в 2005 г. и число зарегистрированных преступлений в 2004 г. в регионах Российской Федерации сильно скоррелированы между собой: чем больше значение показателя "число зарегистрированных преступлений на 10 млн. чел.", тем меньше ожидаемая продолжительность жизни. Кроме того, существует ограничение на количество используемых показателей, связанное со способностью человека воспринимать информацию, так называемый порог сложности. Поэтому исходный список показателей качества жизни населения необходимо сократить, выбрав из него наиболее важные характеристики и показатели, которые в совокупности могли бы представлять каждый из отобранных исходно показателей [3].

После того как были отобраны показатели качества жизни, наиболее соответствующие задачам развития муниципалитета или региона, необходимо решить, какие из них более важны и потому должны учитываться в сводном индексе с большим весом, а какие менее значительны, в связи с чем их влияние на окончательный показатель должно быть невелико. Сегодня используется несколько способов выбора взвешивающих множителей для расчета сводных индексов качества жизни [9].

Выбирая тот или иной способ, следует реалистично оценивать цели, задачи и приоритеты оценки качества жизни в конкретном регионе, а также имеющиеся у заказчиков и исполнителей оценки материальные и человеческие ресурсы. На основании вышеизложенного попробуем резюмировать основные рекомендации регионам и муниципалитетам, заинтересованным в проведении оценки качества жизни.

1. "Не стоит изобретать велосипед", лучше использовать в качестве базы будущего исследования разработанную и неоднократно опробованную в мировой практике концепцию качества жизни. Следует, однако, избегать прямого копирования западных методик, применяемых для стран с существенно более высоким уровнем жизни населения, и учитывать особенности социально-экономического развития российских территорий и муниципалитетов.

2. Рациональной представляется стратегия постепенного усложнения используемой методологии, предполагающая использование более простых и недорогих методов сбора информации и построения сводного индекса на начальных этапах изучения качества жизни и более продвинутых и дорогостоящих методов в последующем.

3. Необходимо переориентировать органы региональной и муниципальной статистики на сбор информации субъективного характера (удовлетворенность населения положением дел в различных сферах регионального и муниципального развития, общая удовлетворенность жизнью, ожидания населения и т.д.). Наличие такой информации существенно упростит и удешевит процесс оценки качества жизни и позволит регулярно обновлять значение сводного индекса (Табл.3), отслеживая процесс в динамике [4].

Таблица 3 – Методы выбора весов для сводных индексов

1.3. Практический опыт зарубежных стран  уровня доверия граждан  к органам государственной власти

В странах ближнего и дальнего зарубежья основным методом развития общества и индикатором уровня его развития считаются оценка качества жизни. При это параметром активного доверия считается именно оценка уровня жизни, а итоги голосовая – исключительно пассивного нерегулярного. Варианты по замене чиновников не рассматриваются вовсе.

Когда в стране достигнут высокий уровень социально-экономического развития, равно как и развития социального диалога, общество (и население, и органы власти) начинают волновать вопросы, связанные не только с материальным положением граждан, но и с такими характеристиками жизни, как качество образования и здравоохранения, безопасность, уровень социального согласия, приоритеты общественного развития на среднесрочную и долгосрочную перспективу. Таким своего существования и вместо образом, переходя на определенную стадию социально-экономического развития, общество начинает переосмысливать цели своего существования и вместо вопроса "Как выжить?" задается вопросом "Как жить хорошо?", трактуя последний максимально широко. Улучшение экономической ситуации в стране, рост доходов населения и сокращение бедности стимулируют не только органы государственной власти национального и регионального уровней, но и органы местного самоуправления активнее обращаться к проблемам, связанным с повышением качества жизни. При этом данные проблемы понимаются территориями по-разному [3].

Почему оценки качества жизни играют такую большую роль?

Оценки качества жизни позволяют:

                  комплексно проанализировать уровень жизни в отдельном регионе или муниципалитете и сравнить его с ситуацией в других регионах/муниципалитетах;

                  рассмотреть не только объективные статистические показатели предоставления населению общественных услуг (здравоохранение, образование, социальные услуги), но и учесть мнение граждан об их качестве, что чрезвычайно важно при переходе к управлению по результатам в рамках реформы системы государственного и муниципального управления;

                  понять, какие именно услуги и какого качества необходимы людям;

                  увидеть, как граждане оценивают отдельные аспекты своей жизни в конкретном регионе (безопасность, доверие к власти и т.д.);

                  планировать и осуществлять повышение качества жизни населения, основываясь как на передовом опыте западных стран, так и на опыте, который уже наработали российские регионы. Информация о степени удовлетворенности людей своей жизнью в целом и ее отдельными сторонами является основой широкого социального диалога и стабильности в обществе.

Отражают ли получаемые оценки реальную ситуацию?

Этот вопрос всегда возникает, когда речь заходит о субъективных показателях, основывающихся на мнении населения. Даже очень обеспеченный человек может относить себя к бедным, если уровень его жизни еще не достиг определенной планки, ассоциирующейся в его собственных глазах с "богатством". То есть "богатые тоже плачут", но все-таки реже, чем бедные, и не по поводу постных щей. По данным Европейского обследования качества жизни, чем обеспеченней люди, тем они больше удовлетворены жизнью, что в разной степени, но характерно для всех стран Европейского союза [10]. И наоборот, чем беднее люди и чем больше они испытывают деприваций, тем меньше они удовлетворены жизнью.

           Даже такая субъективная оценка, как уровень удовлетворенности жизнью, имеет очень высокую положительную корреляцию с уровнем экономического благосостояния, что наглядно показано на рисунке. В наиболее развитых странах удовлетворенность населения жизнью гораздо выше, чем в наименее развитых: в 1999-2000 гг. среди стран - лидеров по уровню подушевого ВВП средняя удовлетворенность жизнью колебалась в пределах 7,7-8,2 по десятибалльной шкале, тогда как, например, в Танзании, занимавшей 179-е место из 180 стран по уровню ВВП на душу населения, удовлетворенность жизнью составляла в среднем 3,9.

Россия входит в 10% стран с самой низкой в мире удовлетворенностью жизнью. Но по мере экономического роста и снижения уровня объективной бедности наблюдается рост удовлетворенности жизнью и у российского населения. Так, за период 1995-1999 гг. значение этого показателя выросло с 4,45 до 4,74 по десятибалльной шкале.

2. ИССЛЕДОВАНИЯ УРОВНЯ ДОВЕРИЯ ГРАЖДАН В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

2.1. Характеристика уровня доверия граждан в российской федерации

Ресурс доверия к праву, как социологическая категория, артикулирован в качестве социального фактора  и социальной нормы в классической социологической мысли, в которой подчеркивается зависимость доверия к праву от уровня институциональных правовых практик в обществе. Постклассическая социология выявляет, что актуальность права, как регулятора социальных отношений, определяется рутинизацией права, включенностью в практические действия с одной стороны. С другой - соотношением формальных и неформальных правил игры в обществе, что делает необходимым осмысление и анализ ресурса доверия к праву, как «мягкой» переменной в социальном взаимодействии, и выявление взаимосвязей между уровнями локального социального доверия и институционального доверия к праву.

Внедрение права в российском обществе связано с его оценкой, как наиболее эффективного и «быстрого» механизма социальной модернизации, что имело последствием, с одной стороны - трансформацию социального порядка, но с другой, - в условиях спонтанности складывающейся социальной структуры, локализация социального доверия привело к парадоксальности восприятия права, которое ориентировано на групповое или личное присвоение, не связанное с доверием к государству, как источнику и гаранту права; а с другой стороны, воспринимается как транспозиционное, не имеющее под собой определенных институциональных оснований [10].

Ресурс доверия к праву в российском обществе дифференцирован по принципу доступа к праву; «присвоение» права способствует социальной дезинтеграции общества и, таким образом, доверие к праву трансформируется в кредит доверия к своей группе и носит выборочный характер, опосредуется непозиционным доверием, связанным не с определенными социальными ролями, а ставкой на возможность использования права в сохранении и пролонгировании или перемещении социальных позиций. Распространение неправовых социальных практик в российском обществе определяется высокой степенью системного институционального недоверия, в которой право принимает персонализированный, неформальный характер и связано с доверием «к лицам», а не к нормам, что вносит элемент когнитивного диссонанса в понимание права и не позволяет обеспечивать его эффективное применение. В то же время возрастает потребность в использовании права в качестве инструмента социального взаимодействия со стороны определенных социальных групп, относимых к категории среднего класса, что требует обеспечение условий институционального доверия, прежде всего, в повышении функциональности права, рационализации социальных норм и реализации формального принципа равенства перед законом.

Анализ институциональных предпосылок права в российском обществе выявляет тенденцию возрастания потребности в эффективности правовых норм в переходе от «чужеродности» и избирательности права по отношению к «своим — чужим», к удовлетворению интересов (коллективных и индивидуальных) в рамках правовых норм. Институт права, выполняя функцию воспроизводства социального порядка, в силу дефицита ресурсов принуждения к праву и генерализованности права, содержит «лазейки» для удовлетворения узкогрупповых или персонализированных интересов, что повышает недоверие к праву. Но не менее очевидно, что российское население не идентифицируется с правом, как основным социальным институтом, ассоциируя идеал порядка и справедливости с институтами, удовлетворяющими потребности в социальном доверии вне сферы права [16].

Исследование социально-диспозиционных структур основных социальных групп, представляющих российское население, показывает, что отношение к праву базируется, преимущественно, на стереотипизации, когда с правом связана реализация патерналистских комплексов, то есть предоставление определенных социальных благ или репрессивного воздействия на группы «коллективных фобий». В соответствии с данной установкой, доверие к праву определяется не по принципу социальной эффективности, а в качестве инструмента преференциальности/диффамационности. Право, в силу этого обстоятельства, рассматривается только как доверие к «сильному» государству, существует разрыв между локальным доверием, связанным с преференциальным использованием права, и системным доверием, ориентированным на репрессивный характер права, что снижает возможности становления культуры доверия, как условия становления гражданского общества перед государством.