Китайско-конфуцанская культура

Оглавление

1. КИТАЙСКО-КОНФУЦИАНСКИЙ КУЛЬТУРНЫЙ АРЕАЛ………………3

2. СЛАГАЕМЫЕ КИТАЙСКО-КОНФУЦИАНСКОГО МЕНТАЛИТЕТА…...9

3. БИБЛИОГРАФИИ……………………………………………………………13

1. КИТАЙСКО-КОНФУЦИАНСКИЙ КУЛЬТУРНЫЙ АРЕАЛ

Первой и наиболее важной для Китая системой взглядов и решения острых проблем оказалось конфуцианство, со временем во многом определившее параметры китайской цивилизации. Именно конфуцианство долгое время являлось государственной мировоззренческой системой.  Родоначальником ее считается Конфуций (Кун-цзы, 551 – 479 гг. до н.э.) Он родился и жил  в эпоху больших социальных и политических потрясений, когда чжоуский Китай находился в  состоянии тяжелого внутреннего кризиса. Власть чжоуского правителя-вана давно ослабла, хотя номинально он продолжал считаться сыном Неба и сохранял свои функции первосвященника. Разрушались патриархально-родовые нормы, в жестоких междоусобицах гибла родовая аристократия, на смену ей приходила централизованная власть правителей отдельных царств, опиравшихся на складывающийся вокруг них административно-бюрократический аппарат из незнатных служащих чиновников. Однако потрясения происходили не только в социальной сфере, имело место и модификация представления о мире. В царившем хаосе появляются новые идеи, как некое организующее начало,  все более привлекающие к себе многочисленных сторонников.

КАРТИНА МИРА. Возникновение и распространение конфуцианского учения способствовало с одной стороны, усилению культа предков, с другой – трансформации представлений о Ди и культе Неба. После превращения конфуцианства в официальную государственную идеологию трактовка им значений этих культов стала каноном. Конфуций считал, что все проблемы современного ему общества связаны с его состоянием, которое обусловлено отношением людей друг к другу и прошлому. Он относился к прошлому как к некому «Золотому веку», времени всеобщего порядка и благоденствия. Постоянно призывал ориентироваться на это время как на некий идеал. Мыслитель занимался упорядочением древних книг. Он редактировал «Книгу песен» и «Книгу перемен», составлял комментарии к «Книге перемен», создал летопись царства Лу. Его собственные воззрения изложены для учеников в книге «Беседы и суждения» (Лунь-юй). Его суждения прочно вошли в сознание китайского общества и надолго стали определяющими в китайской культуре.

Мир в конфуцианской культуре представлялся как всеобщий порядок раз и навсегда заданный. В этом мире все расставлено по своим местам. Сохранение  порядка есть основа существования мира. Факторами его поддержания  является государство и семья. Именно они превозносились в конфуцианском обществе. В этом смысле конфуцианство выступало как вид рационалистической социальной философии и социальной этики. Для установления всеобщего порядка необходимо привести страну в гармонию с Небом. Правитель должен следовать Небу, которое даровало ему свою благую силу – Дэ, а правитель должен транслировать эту силу на своих подданных. Таким образом, государство должно жить по типу единой семьи, не случайно ходила поговорка: «Вся Поднебесная – одна семья».  Семья служила идеальной символической формой всякого сообщества в Китае. Для довольно прагматичных китайцев представление о мире не распространялось в заоблачные дали. Их мир, в своей основе ограничивался местом их обитания, а космический порядок почти ассоциировался с порядком социальным.

ЧЕЛОВЕК. Человек в конфуцианской культуре являлся частью всеобщего порядка, поэтому в своих поступках мыслях и чувствах он должен соответствовать тому месту, которое он занимает в обществе. Конфуций рассматривал в качестве универсальных законов жизни гуманность и этикет – это две опоры, на которых строится все общественное благополучие. В качестве социального идеала он выдвинул эталон благородного цзюнь-цзы, то есть бескорыстного рыцаря безупречной морали, готового на все во имя истины, обладающего чувством высокого долга, гуманности, соблюдающего нормы взаимоотношений между людьми (принципы - ли) и глубоко почитающего мудрость старших (принцип сыновней почтительности - сяо). Конфуций призвал современников следовать этому идеальному образцу, предложив начать моральное совершенствование с себя, а затем наладить должные отношения в семье («пусть отец будет отцом, а сын - сыном»).

Понятие гуманность (Жень) трактовалось Конфуцием необычайно широко и включало в себя множество качеств: скромность, справедливость, сдержанность, достоинство, бескорыстие, любовь к людям и т.п. Жизнь – это высокий почти недосягаемый идеал, совокупность совершенств, которыми обладали лишь древние. Надо сказать, что идеализация старого доброго времени, когда жили мудрецы, проходит через всю историю Китая, и свойственна не только Конфуцианству, но и другим китайским культурам. Однако для настоящего цзюнь-дзы одной гуманности было недостаточно. Он должен был обладать еще одним важным качеством – чувством долга. (и), продиктованным внутренней убежденностью в том, что следует поступать именно так, а не иначе. Долг – это моральное обязательство, которое гуманный человек в силу своих добродетелей накладывает на себя сам. Чувство долга, как правило, обусловлено знанием и высшими принципами, но не расчетом.  «Благородный человек думает о долге, низкий человек заботится о выгоде», - учил Конфуций. В понятие «и» поэтому включалось стремление к знаниям, обязанность учиться и постигать мудрость древних. Конфуций разработал и ряд других понятий, включая верность и искренность (чжен), благопристойность и соблюдение церемоний и обрядов (ли).

Следовать всем этим принципам было обязанностью благородного цзюнь-цзы, который в сборнике  изречений Конфуция Лунь-юй определяется как человек честный и искренний, прямодушный и бесстрашный, всевидящий и понимающий, внимательный в речах, осторожный в делах. В сомнении он  должен сдерживаться, в гневе – обдумывать поступки, в выгодном предприятии – заботиться о честности, в юности он должен избегать вожделений, в зрелости – ссор, в старости – скряжничества.  Истинный цзень-цзы безразличен к еде, богатству, жизненным удобствам и материальной выгоде. Всего себя он посвящает служению высоким идеалам, служению людям и поиску истины. Познав истину утром, он «может спокойно умереть вечером»

Таким образом, «благородный человек» Конфуция – это умозрительный социальный идеал, назидательный комплекс добродетелей. Однако, с течением времени этот абстрактно-утопический идеал все более становился эталоном для подражания, приблизиться к которому было делом чести и социального престижа для каждого, и особенно для тех представителей  высшего сословия ученых-чиновников, профессиональных бюрократов-администраторов, которые с эпохи Хань (III век до н.э.) стали управлять китайской Конфуцианской империей.

ОБЩЕСТВО.  Конфуций выдвинул тезис о том, что государство - это та же семья, хотя и большая, и тем самым распространил принципы семейных отношений на административную практику и государственную политику. Он считал, что в данном случае все в этом мире хаоса и сумятиц станет на свои места, все будут знать свои права и обязанности и делать то, что им положено. Упорядоченное таким образом общество должно состоять из двух основных категорий: верхов и низов -  тех, кто думает и управляет, и тех, кто трудится и повинуется. Такой социальный порядок Конфуций  и второй основоположник конфуцианства – Мэн-цзы (372 – 289 до н.э.), как и все их последователи, считали вечным и неизменным. К тому же они считали его единственным условием гармонизации человеческих отношений. Конфуцию принадлежит также идея разумного управления государством, конечной целью которого он видел создание безупречного и социально-гармоничного общества. Именно для осуществления этой идеи он и готовил в созданной им школе из своих учеников кандидатов на должности чиновников.

Общество в период господства конфуцианского мировоззрения было строго стратифицировано. К моменту его утверждения страна постепенно становится строго централизованной империей, управляемой императором.

Власть государя всегда была абсолютно самодержавной, однако ошибается тот, кто не заметит никаких сдерживающих ее факторов. Властитель знал, что злодеяния могут заставить Всевышнее небо отвернуться от него и лишить его «мандата» на управление Поднебесной. Тогда династия погибнет, жертвоприношения предкам прекратятся, и его собственный гонимый дух будет влачить в загробном мире жалкое существование.

Вся огромная страна была разграничена на ряд крупных областей. Во главе каждой области были поставлены губернаторы. Области были поделены на уезды с начальниками, а уезды на волости, каждая из которых включала в себя  несколько десятков деревень. На деревенском и, видимо,  волостном уровнях, власть была в руках представителей общинной администрации. Она сотрудничала  с начальником уезда и обеспечивала выполнение приказов центра, взимание податей, организацию необходимых отработок, осуществлявшихся в порядке трудовой повинности.

Большое внимание было уделено организации центральной администрации. Во главе империи в качестве ближайших помощников императора стояли два министра. Этим министрам подчинялось несколько центральных ведомств, имевших соответствующие подразделения в областях. В областях административный аппарат имел, таким образом, двойное подчинение – губернатору и соответствующему ведомству центра.

Строго централизована и хорошо организована была и система разнообразных и тяжелых государственных повинностей, будь то гигантские строительные работы, обязанность снабжать армию, возить продовольствие и снаряжение, участвовать в общественных работах на местах и т.п. Очень хорошо действовал принцип круговой поруки. Он касался теперь не только крестьян, но так же и рекомендовавших кого-либо на должность чиновников, что ограничивало стремление пристроить к выгодному месту бездарного и неспособного родича или приятеля.

С течением времени пока господствовало конфуцианское мировоззрение,  социальная структура общества несколько раз видоизменялось, но строгая его стратификация и очень большое подчинение человека государству оставалось на всем его протяжении.

БЫТ И НРАВЫ. Все отмеченные особенности системы верований и культов в древнем Китае сыграли огромную роль в становлении основ конфуцианской культуры: не мистика и метафизические абстракции, но строгий рационализм и конкретная государственная польза, не эмоциональный накал страстей и личная связь индивида с божеством, но разум и умеренность, отказ от личного в пользу общественного. Все эти специфические особенности складывавшейся в шанско-чжоуском Китае системы ценностей за тысячелетие, предшествовавшее эпохе Конфуция, подготовили страну к восприятию тех принципов и норм жизни, которые навсегда вошли в историю под названием конфуцианства. Сущность их уже тогда, задолго до Конфуция, сводилась к ослаблению иррационального начала религии и возвеличиванию рационального начала этики.

Консервативность конфуцианства бросается в глаза. «Люблю древность и верю в нее» – провозгласил Конфуций. Все почитали легендарное «далекое» и с пренебрежением отворачивались от реального «близкого». Миф о золотом веке прошлого обладал всеми чертами реального

Конфуций вполне искренне пытался создать идеал рыцаря добродетели, боровшегося за высокую мораль, против царившей вокруг несправедливости. Однако с течением времени в идеале цзень-цзы стали видеть  не столько выражение внутренней цельности и благородства, сколько внешнее оформление благопристойности. Постепенно в Китае сложились и были канонизированы определенные нормы и стереотипы поведения каждого человека в зависимости от занимаемого им места в социально-чиновничьей иерархии. Они нашли свое наглядное отражение в том, что обычно именуется «китайскими церемониями». В эпоху Хань был составлен подробный свод этих правил внешней учтивости и церемониала – трактат Ли-цзи, имевший обязательную силу на протяжении двух слишком тысяч лет. Все записанные в этом обряде правила следовало знать и применять на практике, причем с тем большим тщанием, чем более высокое положение в обществе занимал человек. Именно ритуалы упорядочивали отношения между людьми.

В любой момент жизни, на любой случай, в счастье и горе, при рождении и смерти, поступлении в школу или назначении на службу – всегда и во всем существовали строго фиксированные и обязательные для всех правила поведения.

Таким образом, жизнь человека в конфуцианской культуре была строго регламентирована. Но самое главное заключается не в том, что этих правил было много, а в том, что человек конфуцианской культуры согласен был им подчиняться. Пассивность в выборе жизненной позиции свойственна не только конфуцианству, но другой китайской культуре даосизму, только здесь человек подчинялся не общественным нормам и правилам, а законам природы и мироздания. Китаец конфуцианского мира испытывал чувство удовлетворения от выполненного долга и находил в этом удовольствие.

В конфуцианском Китае социальная роль, которую выполнял человек, являлось наибольшей ценностью. Именно место, занимаемое человеком в обществе, определяло его самоценность, и отношение к нему окружающих.  Как в обществе в целом, так и в отдельной семье, каждый ребенок твердо знал свое место в семейной иерархии и безропотно его определял. Внутрисемейные отношения были регламентированы традицией,  и контролировались неусыпным внимание предков.  Человек рождается на свет без этих порой неписаных норм поведения. Они противны его врожденным желаниям, но в людском бытии столь же необходимы как плоть и кожа. Только облекшись в новую плоть («ли»), он становится достойным звания истинного человека, без них же – он хуже самой мерзкой крысы. Отсюда постоянная боязнь китайца «потерять лицо», что было для него равносильно гражданской смерти.

Разные принципы формировали корпус конфуцианских «Установлений», но вряд ли был среди них более важным, чем принцип «сыновней почтительности» – «сяо». Диким и странным покажется нам поступок китайского «почтительного сына», решившего живьем закопать в землю своего младенца. Дабы, избавившись от лишнего рта, должным образом прокормить дряхлую старуху-мать.

Основанием пирамиды государственности в конфуцианском мире всегда считалась семья. Она была многочисленной, и подчас исчислялась сотнями человек. Она была строго иерархично организована, и держалась на пяти постоянствах, отражавших отношения межу ее членами. Но в этом джентльменском наборе не было место любви. Конфуцианская семья образовывалась с целью продолжения рода, воспитания потомства, продление жизни, укрепления здоровья и т.д.  Любовь могла прийти после брака, могла и не приходить вовсе. Но это никогда не мешало нормальному существованию семьи и выполнению супругами своего осознанного социально-семейного долга, который выражался в рождении детей, прежде всего сыновей, призванных упрочить позиции семьи и продолжить род. Отсутствие мужского потомства рассматривалось как большое несчастье. Отсюда – постоянная тенденция к росту семьи. Конфуцианство своим культом предков и «сяо» создавало дополнительные стимулы для ее небывалого расцвета. При наличии благоприятных условий стремление к совместному проживанию близких родственников становилось  решающим фактором и резко преобладало над центробежными тенденциями.  Большие семьи делились обычно после смерти отца. Старший сын получал место главы семьи и получал большую долю наследства, в том числе и дом с храмом предков. Остальная часть имущества делилась поровну между остальными сыновьями.  Новые семьи, основанные младшими братьями, в течение длительного времени продолжали находиться в зависимости от старшего брата, являвшегося теперь главой клана родственников.

Сила и авторитет этих кланов признавалась властями, предоставлявшими им решение различных,  мелких тяжб. Кланы ревниво следили за сохранением за ними этих прав. Символом кланового единства был родовой клан предков с могилами и храмовыми землями, отбирать которые считалось недопустимым. В эти храмы в дни праздников собирались порой сотни родственников. После ритуальной части на таких собраниях решались и деловые вопросы. Принято было выносить на суд родственников все заботы: не было ничего своего, личного, чего не должны были знать семья и клан. Человек с первых лет жизни привыкал к тому, Что личное, свое на шкале ценностей неизмеримо с общим, обязательным для всех.

Наряду с простодушной непосредственностью нравов существовало много запретов на общение полов. Пути женщины и мужчины были различны. Мораль предписывала им даже ходить по разным сторонам улицы, сидеть за столом, не смешиваясь, друг с другом. Женщины не могли участвовать в мужских компаниях, девочкам с детства не разрешалось играть с мальчиками. Неприлично было справляться о здоровье жены. Задние женские покои оставались неизвестными для посетителей дома и так далее. Тем не менее, законная любовь – не  знала запретов.

2. СЛАГАЕМЫЕ КИТАЙСКО-КОНФУЦИАНСКОГО МЕНТАЛИТЕТА

Основателем этого учения считается Конфуций (551—479 г. до н.э.). Он предложил распространить традиционные нормы отношений, сложившиеся в большой китайской семье, на все общество. Сделать это можно при помощи этикета. Этикет — это система внешних норм поведения.

С точки зрения Конфуция, этикет не является только формальными отношениями, так как служит для внешнего проявления родственных чувств и отношений. В конфуцианстве этикет становится не только семейной, но и государственной нормой. Отношения «государь—подданный», «начальник—подчиненный» строятся по тому же принципу, что и отношения «отец—сын».

Каждый член общества должен исполнять положенную ему социальную роль с тем же искренним старанием, что и семейные обязанности. Показательно высказывание Конфуция: «Правитель да будет правителем, подданный — подданным, отец — отцом, сын — сыном». Другими словами, каждому человеку положено только то, что соответствует его семейному и общественному положению.

Установление порядка в государстве начинается с овладения собой и наведения порядка в собственной душе. Идеал Конфуция — благородный человек. Благородный человек — это основа общества и государства. Для благородного человека этикет стал внутренним содержанием, такой человек имеет два главных достоинства: гуманность и чувство долга.

Следует обратить внимание на то, что во II в. до н.э. конфуцианство стало официальной идеологией Китая. Постепенно его нормы глубоко вошли в повседневный быт, культуру и мировоззрение населения страны. Конфуцианство оказало огромное воздействие на национальный характер китайцев и историю этого государства, а также во многом определило направление развития культуры в Китае.

Таким образом, конфуцианство, благодаря опоре на традиционные семейные связи и безраздельное подчинение человека семейному долгу, смогло сделать восточную деспотию приемлемой формой существования человека. Вместе с тем, это мировоззрение предопределило глубокий традиционализм китайской культуры.

Идеалом Конфуция есть высоко моральный человек, опирающийся на традиции мудрых предков. Учение делило общество на «высших» и «низших» и требовало от каждого выполнения возложенных на него обязательств. Конфуцианство сыграло значительную роль в развитии китайской государственности и функционировании политической культуры императорского Китая.

Основное содержание учения Конфуция сводится к провозглашению идеала социальной гармонии и поиску средств достижения этого идеала, эталон которого сам мудрец видел в правлении легендарных мудрецов древности — тех самых, что блистали добродетелями. Выступив с критикой своего века и высоко ставя века минувшие, Конфуций на основе этого противопоставления создают идеал совершенного человека, который должен обладать гуманностью и чувством долга. Конфуцианство с его идеалом высоко морального человека явилось одной из основ, на которых зиждилась гигантская централизованная империя с ее мощным бюрократическим аппаратом.

С обретением мощных социальных и духовных санкций официально-государственной, рационально-философской, эмоционально-психологической, религиозной, конфуцианские и конфуцианизированные этико-ритуальные нормы и ценности стали непререкаемо обязательными для всех членов общества, от императора до простолюдина.

Из исследования Торопцева С.А. в статье «Локус культуры китайской ментальности» находим, что одной из главнейших категорий китайской этики является ритуал ли, который полностью регламентирует поведение индивида. Этот ритуал способствует тому, что все внутренние импульсы человека проецируются на внешний мир, причем эти импульсы «встраиваются» в определенные шаблоны социального поведения и тем самым сводятся к уже сложившимся архетипам. За тысячелетия своего существования этот принцип закрепился настолько, что архетипическое поведение вытеснило такой способ действий, когда индивид совершает поступки, исходя из своих собственных внутренних мотивов.

Как видим, эмоции китайца, находящегося в социальном поле, контролируются группой, определяются его социальной ролью и принятой в обществе системой ритуалов.

Ритуал предусматривает определенную последовательность обрядовых действий, представляя собой структурный «порядок», являющийся одной из базовых ценностей китайской ментальности.

Порядок в китайской конфуцианской ментальности проявляется в жесткой иерархичности структуры, в которой каждое звено строго придерживается своего места, так как нарушение порядка неумолимо ведет к разрушению самой структуры. Представление об иерархичности во всех её проявлениях является одной из наиболее значимых составляющих китайского национального характера. Иерархия строго соблюдается как в родовых, так и в государственных отношениях, причем структура рода проецируется на государственное устройство. С соблюдением строгой подчиненности связана и другая важная черта китайской ментальности — равноправие в отношениях, но это актуально лишь в границах «своего» круга.

Не менее важную роль, чем ритуальный «порядок», в китайской ментальности играет род и семейные отношения. Имеющий государственное сознание китаец видит в своем сообществе не свободно составленную по какому-либо социопсихологическому принципу группу, а иерархически жестко сцепленную конструкцию. Государство рассматривается им как проекция на него малой группы индивидов, т. е. рода, семьи. Типологически родовая конструкция «власти отца» распространяется на все социальные структуры китайского общества.

Прежде всего, следует говорить об «отношениях» внутри родовой структуры — именно они составляют основу китайской жизненной философии. Ключевым здесь оказывается взаимодействие по принципу «отец — сын» или «старший — младший». Этической основой всех этих типов связей являются категории «властности», с одной стороны, и «почтительности» — с другой. Как говорил конфуцианский философ Мэн-цзы (IV–III век до н. э.), нужно быть внутри, как отец и сын, а внешне, как правитель и подданный. В этом заключается великая этика человека. Таким образом, основой любых «отношений» должны стать принципы родственности и долга.

В таком обществе, сутью которого является общинность и коллективизм, человек не предоставлен только самому себе и, следовательно, не волен поступать так, как ему захочется. Каждый принадлежит еще и своему роду или клану. Из исследований культурологов видно, что сила рода во многом обусловлена его исторической репутацией, и принадлежность к тому или иному роду во многом определяет отношение к данному человеку в обществе. Человек изначально оценивался не по тому, каким он являлся сам по себе, а по тому, к какому роду он принадлежал. Таким образом, род в определенной мере контролирует морально-этический образ жизни своих представителей, поскольку сама устойчивость рода во многом зависит именно от общественного признания его членов.

К вышесказанному можно применить высказывание Торопцева С.А. из статьи «Локус контроля китайской ментальности» о том, что китайцы воспринимают происходящие с ними события и характер отношений с другими людьми как результат воздействия внешних по отношению к ним факторов, которые они не могут контролировать. Оценку собственным действиям они склонны давать не «изнутри», а «извне», как бы глазами других людей, прежде всего членов «своей» группы.

Представители индивидуалистических обществ в своих поступках и суждениях сосредотачиваются на личных, внутренних мотивах, и их социализация направлена на самоутверждение и выделение из группы. В коллективистских культурах на первый план выдвигается взаимозависимость индивидов, и их социализация есть адаптация к установленным в группе ценностям и нормам.

Российский этнопсихолог Лурье С. В. формулирует концепцию, согласно которой у каждого этноса существует «центральная зона» ментальности, остающаяся неизменной при любых переменах в культурной традиции. Этнические конс танты включают в себя представления о локализации источника добра, локализации источника зла; представление о поле, условиях и способе действия человека, при котором добро побеждает зло.

Торопцев С.А. добавляет, что для китайской ментальности все эти компоненты системы находятся в тесной связи с группой. Источник добра локализуется в «своей» группе (как «большой», так и «малой»), источник зла — в «чужой». При этом надо заметить, что вероятность победы добра над злом занимает в национальной психологии китайцев достаточно высокое место.

Отсюда вытекают самые важные черты менталитета китайцев — рационализм и уважение к личности.

К непреходящим ценностям китайской традиционной культуры относятся:

— основанный на нерасчлененном представлении о мире интуитивный способ мышления, созвучный идеям современной физики;

— акцент на развитии культуры, моральном самосовершенствовании человека, гармонии межличностных отношений и отношений между личностью и обществом;

— морально-этические устои: уважение старших, помощь ближнему, согласие в обществе;

— традиционные правовые взгляды на приоритет морально-этических норм;

— традиции семейных отношений;

— стремление к сочетанию власти и долга, справедливости и выгоды, интересов личности и массы.

Библиография:

1.      Иванов П. «Из истории христианства в Китае» 2005 г.

2.      Лурье С. В. Историческая этнология.

3.      Стефаненко Т.Г. «Этнопсихология».М.: Аспект Пресс, 2006.С. 127.

4.      Тертицкий К.М. «Китайцы. Традиционные ценности в современном мире». М., 1994. С. 50.

5.      Торопцев С.А. «Локус культуры в китайской ментальности».

6.      Культурология. XX век. Энциклопедия. - СПб.: Университетская книга, 1998. Т. I-II.

7.      Тайлор Э. Первобытная культура: Пер. с англ. – М.: Политиздат, 1989.

8.      Уайт Л. Избранное: Наука о культуре. Серия: Культурология. XX век.

9.      Воронкова Л.П. Культурология. - М.: Финансы и статистика, 2008

10. Иконникова С.Н. История культурологии: Идеи и люди. - СПб.: Питер, 2005.

11. Ионин Л.Г. Социология культуры: путь в новое тысячелетие. - 3-е изд., перераб. и доп. - М.: Логос, 2000.

12. Маркарян Э.С. Теория культуры и современная наука. Логико-методологический анализ. - М.: Мысль, 1983.

13. Маркарян Э. С. Науки о культуре и императивы эпохи. М., 2000.

14. Межуев В.М. Культура и история. (Проблема культуры в философско-исторические теории марксизма). – М.: Политиздат, 1977.

15. Рождественский Ю.В. Введение в  культуроведение . – М: ЧеРо, 1996.

13