Содержание:

Введение

     В последнее время стало актуальным говорить о культуре древних народов Прибайкалья.

     С глубокой древности живший в сибирских  лесах, степях и на побережье Байкала  народ создавал свою неповторимую культуру: фантастические рассказы, легенды, предания, сказания, мифы, песни и героический эпос – улигеры, которые переносят слушателя в мир далеких предков. В этих поэтических творениях устного творчества до нас дошли элементы довольно полно сохранившейся архаичной культуры давно исчезнувших поколений.

     Древние обитатели Прибайкалья жили в двойном мире – с одной стороны, обыденной повседневной деятельности, а с другой, в каком-то призрачном мире, населенном многочисленными божествами и духами. Тот и другой мир в их представлении являлись реальными и тесно взаимосвязанными.

     Люди  отдаленной эпохи почти ничего не знали об окружающем мире, но стремились его познать, понять, они давали объяснение неизвестного через знакомое. Самым  знакомым им казался человек, поэтому  все окружающее наделяли человеческими  чертами.

     Научная новизна намеченного исследования состоит в сплошном и всестороннем изучении хозяйства и культуры древних обитателей Прбайкалья, практическая значимость - в разработке путей использования традиционных элементов в современной производственной и общественной жизни.  

1. Самые древние обитатели Прибайкалья

     Около 130 лет назад (в 1871 г.) в Иркутске произошло  событие, получившее мировую известность. При возведении Военного госпиталя  строители нашли остатки поселения  первобытных людей, обитавших в Прибайкалье в древнекаменном веке. Столь древний культурный слой, относящийся к верхнему палеолиту (50-10 тыс. лет до н. э.), на территории России был выявлен впервые. Обнаруженные здесь каменные орудия труда и украшения из кости мамонта стали сенсационной находкой для археологов и поразили необычно высоким для той эпохи художественным уровнем, изяществом резьбы по кости и оригинальностью орнамента.

     Археологические находки древнекаменного века свидетельствуют, что на территории современной Иркутской области в период верхнего палеолита существовали достаточно мощные очаги хозяйства и древней культуры, не уступающие центрам палеолитической культуры Западной Европы. Достаточно сказать, что найденные в Мальте и Бурети хорошо сохранившиеся женские статуэтки и скульптурки птиц, вырезанные из бивня мамонта, до сих пор составляют основу мирового фонда палеолитической пластики.

     Древние обитатели Прибайкалья так же, как и верхнепалеолитические охотники всей приледниковой зоны Европы и Азии, имели полуоседлый бытовой уклад жизни, занимались охотой на мамонта и северного оленя, изредка рыболовством и собирательством, сооружали стационарные жилища полу земляного типа.

     Образ жизни их стал меняться в период последнего оледенения. Из-за резкого  похолодания исчезли леса и вымерли  мамонты, первобытный человек лишился основной пищи и поделочного материала - бивней. Угасло искусство резьбы по кости. Чтобы прокормиться и выжить, первобытные люди стали совершенствовать орудия труда и расширять сферу своей деятельности. Изменился хозяйственный уклад жизни древнего человека.

     Наступила эпоха неолита, совпавшая с завершением оледенения и восстановлением лесов, с формированием современных ландшафтов. Хозяйственный уклад в период неолита по-прежнему оставался охотничье-собирательским и рыболовецким. Но уже появились более производительные и разнообразные орудия труда, удовлетворяющие растущим хозяйственным потребностям. Охотники и рыболовы Прибайкалья стали использовать гарпун, сеть и лодки-берестянки. Они приручили первое домашнее животное собаку. Первыми в мире стали применять сложный, усиленного типа лук и стрелы с нефритовыми наконечниками, каменные ножи и топоры, охотничьи лыжи. Научились делать глиняную посуду. Их поселения с открытых мест и высоких террас спустились в поймы рек. Возникли зачатки земледелия.

     Люди  каменного века жили небольшими первобытными общинами и не знали частной собственности на средства производства. Поздний неолит стал периодом формирования этнических групп и культур, отдельные элементы которых сохранились у эвенков и тофов вплоть до нынешнего века.

     Остатки поселений и захоронений периода энеолита и бронзового века обнаружены в районе Глазковской горы в Иркутске. Эти находки знаменуют целую эпоху в древней культуре народов Сибири, получившую известность как «глазковский период». Глазковская культура сохранила глубокую связь с прибайкальской неолитической культурой. Глазковские племена, как и их далекие предки, занимались охотой, рыболовством и собирательством. Вместе с медными и бронзовыми они изготовляли изделия из камня и кости, причем изделия эти стали более разнообразными в сравнении с периодом неолита. Например, костяные ложки, найденные в глазковских захоронениях, являются самыми древними из обнаруженных в Азии. Это свидетельствует о довольно высоком уровне хозяйственного уклада древних жителей Прибайкалья.

     В глазковский период развивалась  меновая торговля. Формировался скотоводческо-земледельческий хозяйственный комплекс. Усиливалась миграция. Образ жизни кочевых племен в эпоху бронзы способствовал расширению связей с населением других районов, как на западе, так и на востоке. Завязывались торговые отношения с племенами бассейна Енисея, Минусинской котловины и Оби, с народами Дальнего Востока, куда из Прибайкалья доставляли нефрит, а взамен с берегов Тихого океана везли морские раковины, из которых изготовляли кольца, диски и бусины.

     Совершенствование орудий труда и быта и более  высокий хозяйственный уклад изменили культуру прибайкальских племен. Об этом свидетельствуют раскопки глазковских захоронений, где встречаются более разнообразные изделия искусства. Их доля в сравнении с орудиями труда значительно возросла. В качестве украшений использовались не только костяные и нефритовые, но и бронзовые изделия, перламутровые, керамические. В глазковский период в Прибайкалье зародился шаманизм.

     Период, сменивший бронзовый век к  началу 1-го тысячелетия до н. э., характеризуется  распространением железных орудий труда, более быстрым хозяйственным  и общественным развитием. Начинаются процессы разложения родовых отношений, растет имущественное неравенство, возникает частная собственность на средства производства. На территории Центральной Азии образуются первые полуфеодальные государства кочевников, в которых получают развитие новые более прогрессивные формы хозяйствования.

     Самым древним государством, которое оказало  экономическое влияние на Прибайкалье, было объединение степных кочевых  племен гуннов, возникшее в конце III в. до н. э. Главным занятием кочевников являлось скотоводство. Охоте и рыболовству в хозяйстве гуннов отводилась вспомогательная роль. Имелись зачатки земледелия. Было развито гончарное дело, совершенствовались навыки обработки бронзы и железа.

2. Культура  народов, населявших Прибайкалье в  средние века

     В VI—X вв. самой многочисленной этнической группой в Прибайкалье были курыканы - далекие предки якутов, народности тюркского происхождения. Они расселились по берегам Байкала, в верхнем течении Ангары, в верховьях Лены, вблизи улуса Шохтой по р. Мурин, по p. Осе, Куде, Анге, Иде, Илге, на о. Ольхон и в других местах Прибайкалья.¹

     Курыканы  вели полуоседлый и кочевой образ  жизни. Их основным занятием было скотоводство, дававшее им больше животных продуктов, чем охота и рыболовство. Курыканы разводили верблюдов, коз и превосходных коней, которые привозились ко двору китайского императора, а также умели приручать и одомашнивать диких животных.

     Немаловажную  роль в жизни курыкан играло пашенное земледелие. На острове Ольхон и  в Кудинской степи до сих пор  сохранились остатки их ирригационных сооружений.

     Отличительной особенностью курыкан было умение добывать и хорошо обрабатывать металл. Племенной  союз славился своими прекрасными кузнецами, выплавлявшими «сыродужное железо» для многочисленных бытовых предметов, конской упряжи, наконечников стрел, кинжалов и т.п.² Курыканы также умели изготовлять орудия труда из камня и костей животных, глиняную посуду, одежду. Курыканы знали письменность. Их искусство представлено многочисленными украшениями и предметами быта, найденными при раскопках. О высоком уровне культуры свидетельствуют и наскальные рисунки, обнаруженные в верховьях реки Лены и на реке Куда. Они были нанесены красной охрой и изображали всадников со знаменами, верблюдов и людей в длинных одеждах. Курыканы достигли достаточно высокого уровня развития, поскольку, судя по наскальным надписям, они знали орхоно-енисейскую систему письма.³

     Весьма  разнообразны по внешнему и внутреннему  устройству погребальные памятники  курыкан. Наиболее известные из них  с надмогильными сооружениями в виде миниатюрных чумов встречаются на острове Ольхон на Байкале. Некоторые из таких мест захоронения являлись культовыми объектами для проведения различных обрядов.

     Подвергаясь постоянному внешнему давлению соседних племен - манчжурских тунгусов, уйгуров и енисейских киргизов, – курыканам приходилось сооружать специальные укрепления. Такие городища, раскопанные по долинам рек Ангара, Лена, Анга, Оса, Куда, обычно располагались на возвышенных местах и были защищены глубокими валами и рвами.

     В начале X в. на территорию Прибайкалья  вторглись монгольские племена,  пришедшие с юга.  В результате долгой войны курыканы потерпели поражение. Большая часть из них ушла на Север, дав там начало формированию якутского народа. Другая часть ассимилировалась с монголами и стала прародителями западных бурят.

     После ухода курыкан на север основными  этническими группами в Прибайкалье стали монгольская, тюркская и эвенкийская, которые впоследствии влились в состав бурят-монгольского и эвенкийского народов.

     К приходу первых казаков в долину реки Уды в этих местах кочевало племя с тотемическим названием  карагасы или «Черные гуси», которые имея в основе хозяйственной деятельности охоту и оленеводство, вели кочевой или полукочевой образ жизни. Как широко простирались в те времена их владения, откуда они сюда пришли, остается до сих пор неизвестным.

     Более полные данные о тофаларах начинают появляться лишь со второй половины XIX - начала XX веков и тогда же выяснилось, что начиная с XI века карагасы занимали таежную (Присаянье) и горно-таежную (Восточный Саян) территорию Прибайкалья.⁴

     К приходу русских эта древняя  народность занимала третье место в  общей численности населения  Прибайкалья. Тофы (тофа - человек) по происхождению  и языку близки к тувинцам. Основу хозяйства тофов составляли охота и таежное кочевое оленеводство. К началу XVII в. родовой строй у тофов распался, хотя сохранялись еще многие его пережитки. Появились богатые и бедные.

     Тофы  до настоящего времени сохранили  в своей устной традиции песни (ыр), шаманские песнопения (хам ыры), которые часто исполнялись горловым пением, а также сказки, легенды (улегер), пословицы и поговорки.

     Важнейшее место в жизни тофаларов занимали и занимают сказки (тоол). Особенно любимы волшебные сказки, сказки о животных, легенды, нередко с космогоническим содержанием, при этом сказители всегда пользовались большим уважением.

     Кроме того, были распространены игры (ойен), которые проводились во время  общих праздников, и инструментальная музыка (хобус).⁵

     До  перевода на оседлый образ жизни  по религиозным представлениям тофы были шаманистами. Наряду с шаманскими воззрениями сохранились пережитки  тотемистических и анимистических воззрений в ряде запретов, обрядов  и поверьях.

     В результате общения с монголоязычными племенами Предбайкалья и Забайкалья, а также с тувинцами-тоджинцами (в XIV — XVIII вв.) тофаларский шаманизм испытывал влияние ламаизма.

     Под влиянием русских появились отдельные  признаки христианства (со второй половины XVII в.).

     Таким образом, на рубеже XIX — XX веков тофаларский шаманизм представлял сложную систему взглядов, в которой тесно переплелись различные культы.

     Весь  мир для тофов заселен духами. В основе шаманизма у них, как  и у других народов Сибири, лежало и лежит представление о способности шамана являться посредником между миром живых людей и сверхъестественными силами Верхнего и Нижнего миров. В настоящее время неизвестно, насколько был силен институт шаманства у карагасов. Если эвенкийские, бурятские, тувинские шаманы выделялись в определенную социальную группу и жили непосредственно за счет совершения религиозно-культовых обрядов, то карагасские шаманы занимались охотой наряду со своими соплеменниками и также имели оленей.

     В функции шаманов входило, главным  образом лечение больных людей, домашних животных, поиски пропавших вещей и животных, предсказания будущего и посвящение домашних оленей. Шаман был в каждом улусе.

     Шаманом у тофаларов мог быть любой человек, не моложе 18 лет, мужчина или женщина (это отличительная особенность шаманизма карагасов), который чувствовал, что может камлать. Иногда шаманы выбирали детей для передачи своего искусства. В начале XX века среди тофаларов насчитывалось несколько десятков шаманов (мужчин и женщин).

     Карагасские шаманы по своей мистической силе делились на двенадцать степеней (сакральное число двенадцать, очевидно, заимствовано от тюрков).⁶

     До XX века тофаларам удавалось сохранять созданную культуру и кочевую форму хозяйственной деятельности. Однако с 1930 года, они попадают под влияние государственных экономических процессов и проектов новой власти, которые в первую очередь значительно повлияли на прежние формы хозяйства и самобытную культуру. Территория (ранее Карагасия), где они проживали и проживают с 1934 г. получила официальное название Тофалария.

     Нынешние  тофалары уже не ведут кочевой  образ жизни и живут в трёх организованных советской властью  в 20-х годах ХХ века поселках: Алыгджёр, Нерха и Верхняя Гутара. Села эти  расположены в самом сердце Тофаларии  на территории Нижнеудинского района Иркутской области. Добраться туда возможно только на вертолете и связаться только по рации.

     Сегодня тофалары самый малочисленный народ  в России. Находится на грани вымирания, по переписи 2002 года - 654 человека, из них чистокровных - 320 человек.⁷ Однако примечательным является тот факт, что ни в летописях, ни в архивных данных  нет указаний на какую-либо массовую гибель карагасов. По-видимому, русские, придя в Присаянье, уже застали этот народ в состоянии, близком к современному, и  уменьшение  их численности произошло задолго до покорения Сибири. И все же советский период оставил неизгладимый след в судьбе народа, лишив тофов их исконного хозяйства и образа жизни.

  2.3 Эвенки (тунгусы)

     Эвенкийским племенам принадлежало в Прибайкалье  второе место по численности после бурятских. Они вели кочевой образ жизни, селились в чумах отдельными семьями или группами семей. Их поселения располагались по берегам Байкала, вдоль Ангары, Лены, Верхней Тунгуски. Мужчины занимались охотой, рыбной ловлей, оленеводством.

     По  мнению ряда исследователей (А.П. Окладникова, Г.М. Левина и др.), этнографический комплекс, характерный для прибайкальских эвенков, и свойственный им антропологический тип существовали уже у племен, обитавших на Ангаре и Лене в глазковский период, около 3-4 тыс. лет назад. В то время эти племена селились на довольно обширной территории.⁸

     К моменту прихода русских местные  эвенкийские племена находились на стадии перехода от родового строя к феодализму. У эвенков-оленеводов появилась частная собственность на скот. Охотничьи угодья распределялись между семьями, а добыча доставалась отдельной семье, а не всему роду, как это было при первобытнообщинном строе.

     Отдельно  хотелось бы сказать о том, что  культура эвенков и их мировоззрение  всегда были глубоко экологичными. Окружающий мир - реки, озёра, тайга и небо, - для эвенков был и есть родным жилищем, где он был и есть полноценный и рачительный хозяин.

     За  многие тысячи лет своего существования  в гармонии с Природой, эвенки, выработали целую систему правил в виде заповедей и запретов, которые должен был соблюдать каждый житель таёжных просторов. По поверьям эвенков у каждого растения и животного была душа, которая могла отомстить человеку, за причинённое ему зло. Между тем, они чётко различали, что всё живое может иметь душу-оми, а все остальные явления Природы, способные двигаться и распадаться, - мусун - силу движения.

     По  преданиям этого народа человек  произошёл от дерева, поэтому в  древности в традиции эвенков  было захоронение в дупле дерева. В представлениях древних эвенков, в жизни не было иерархии, и человек не считал себя венцом Природы.

     Подобным  отношением ко всему живому на Земле  проникнуты все стороны жизни  эвенков и особенно та, от которой  зависела их жизнь. Это промысел. Удача  охотника, оленевода, рыболова и даже его судьба во многом зависела от духа - хозяина местности, во владениях которого он находился. В тайге или на озёрах и реках ничего нельзя было делать зря. Например, для костра использовался только сухостой, а если эвенкам нужно было срубить «живое дерево», то они должны были спросить разрешения у духа тайги, объяснив причину. Нельзя было понапрасну шуметь и разговаривать громко, особенно вечером и ночью, чтобы не разгневать духа тайги. Существовали и строго придерживались неписаные правила и по отношению к домашнему оленю и промысловым животным. Например, домашнего оленя нельзя было продавать: его дарили или обменивали, запрещалось его убивать из лука или ружья, а кололи ножом или заостренной палкой. Также запрещалось промышлять диких оленей и лосей во время взросления оленят и лосят, добывать стельных самок и молодняк, охотиться на пушных зверей в период линьки; считалось греховным отстреливать гнездящуюся птицу, ловить много рыбы в период нереста. Ни в коем случае нельзя было понапрасну бить и мучить животных, добывать больше, чем нужно для пропитания и одежды. Перед началом промыслового сезона эвенки всегда обращались к духу - хозяину Барелак, а также к духам - хозяевам лесных угодий с просьбой дать зверя. При этом духов угощали, ставя им еду в особой посуде у почитаемого дерева или около идола, сделанного руками охотника. Широко распространённым обрядом является кормление духа Огня, так как Огонь является до сих пор самым почитаемым духом эвенков.⁹

     Всё это показывает, насколько тонко  и изящно устроена система отношений, в которой жили эвенкийские роды, насколько гармоничен был их миропорядок. Забота об окружающем мире и его обитателях - вот что определяло поведение человека, и было своего рода осью культуры, её стержнем. Принцип такого мировосприятия можно определить так: относись к другим так, как хочешь, чтобы они относились к тебе, а также: жизнь в тайге зависит от того, как ты будешь действовать в тот или иной ситуации.

3. Буряты  – самая многочисленная  древняя народность  Прибайкалья

3.1 Формирование бурятской  народности и материальная  культура бурят

     Формирование  бурятского населения в регионе  началось после падения государства уйгуров и продолжалось в период империи Чингисхана, когда происходило наиболее активное освоение степных и лесостепных территорий вокруг Байкала отдельными монголоязычными племенами.

     К началу русского освоения хозяйственные  и культурные связи между различными племенами укрепились и бурятское  население стало этнически более  однородным. При этом выделилось несколько основных ветвей: булагаты, эхириты, хонгодоры и хоринцы. Селились они следующим образом: булагаты —вдоль Ангары и ее притоков Оки, Унги, Осы, Иды и Куды; эхириты в верховьях Куцы, Лены и ее притоков Манзурки и Анги; хонгодоры — в южных районах Прибайкалья по долинам Иркута, Китоя и Белой; хоринцы — на западном берегу Байкала в районе р. Бугульдейки и в Приольхонье, большая часть хоринцев проживала в Забайкалье.¹⁰

     Племена селились родами, объединенными в  улусы. Объединение прибайкальских племен, в которых главную роль играли эхириты и булагаты, называлось «бурат», что означало «лесные племена» или «лесные люди». Так монголы называли население лесостепных территорий по обе стороны Байкала. Об этом свидетельствуют записки русских исследователей и материалы бурятского фольклора XVII— XVIII   вв.

     Первые  русские землепроходцы, встретившись в Прибайкалье с добродушным  и гостеприимным народом и  услышав новое и незнакомое им слово «бурат», вложили в него свое понятие - «брат», «братский». Именно так стали называться все монголоязычные племена, включая племена ойротов и монголов, расселившихся отдельными группами в Тункинской и Аларской степях. Даже первый русский острог на Ангаре был назван Братским.

3.1.1 Традиционное хозяйство: скотоводство, земледелие, собирательство, охота

     Скотоводство  являлось главным занятием бурят  и определило уклад жизни народа и специфику его материальной и духовной культуры.

     В хозяйстве бурят в XVII в. доминирующую роль играли кочевое (Забайкалье) и  полукочевое (Прибайкалье) скотоводство. Охота и земледелие имели подсобное значение и степень их развития зависела от скотоводства. Скотоводство бурят заметно отличалось от табунного скотоводства Монголии, прежде всего, преобладанием крупного рогатого скота, что не характерно для чисто кочевых степных народов. Такая особенность определялась природными условиями и исторической спецификой развития отдельных регионов. В основных, центральных районах их этнической территории скотоводство и земледелие носили товарный характер.

     Ранее буряты кочевали в среднем до четырех и более раз в год в зависимости от поголовья скота. Некоторые малоимущие вовсе не снимались с места, а богатые переезжали чаще. На летние пастбища откочевывали около 15 мая и жили там до сентября. В сентябре, по окончанию уборки сена переезжали туда, чтобы пустить скот на отаву. Через месяц, использовав этот выпас, возвращались обратно в летники, где оставались до 20–х чисел ноября. С этого времени до середины мая жили на зимнике. Иногда в летники откочевывали и ранней весной, когда корм для скота в зимниках заканчивался.¹¹ Как видно, буряты кочевали между зимником и летником, пытаясь наиболее оптимально использовать имеющиеся наделы. При этом они учитывали возможности выгонов и сроки восстановления травяного покрова на пастбищах. Основное имущество и инвентарь находились в зимниках, являвшихся основным хозяйственным центром и постоянным местом жительства.       

       Распространение земледелия в  хозяйстве бурят XVIII - XIX вв. не могло не отразиться на состоянии основной отрасли - скотоводстве. Изменения здесь зависели от степени проникновения земледелия в общую структуру хозяйства: в Прибайкалье полностью исчезает кочевое скотоводство и стабилизируется полукочевой тип; в Забайкалье наряду с кочевым скотоводством возникает и развивается полукочевое. Изменяется и характер кочевания: для большинства районов Бурятии оно становится сезонным. Причем распространенное в Прибайкалье в XVIII - начале XIX в. четырехсезонное кочевание сменяется к концу XIX - началу XX в. двухразовым (зимним и летним). Расширяются стойловое содержание скота и его подкормка в зимний период.¹² Известно, что наличие трех основных видов скота (лошади, крупный рогатый скот, овцы) обеспечивало возможность круглогодичного выпаса и зимой спасало скот от падежа. В тяжелых зимних условиях существовал следующий порядок выпаса скота. Сначала выпускали лошадей, которые разбивали копытами твердый снежный покров, добирались до корма и съедали верхушки травы. Затем на это же пастбище выгоняли крупный рогатый скот, который сам не мог достать корм.

     Самые богатые буряты держали более 200 голов рогатого скота, тысячу баранов  и громадные табуны лошадей.

     В высокогорных районах Бурятии закаменские, тункинские и окинские буряты разводили  хайнаков – помесь тибетского яка  с монгольской коровой. Их содержание рентабельно, так как они не прихотливы и круглый год находятся на подножном корму.

     Примитивное мотыжное земледелие у бурят занимало незначительное место в общем  хозяйстве и оставалось уделом необеспеченных и малоимущих слоев населения. Основной посевной культурой являлось просо, в небольших количествах сеяли гречиху. Доказано, что существование земледелия у бурят XVII в. связано с хозяйственной традицией курумчинской культуры. Но в Агинских, хоринских, тункинских степях земледелие отсутствовало. Объяснялось это объективной невозможностью совмещения больших посевов с крупными стадами скота.

     Так продолжалось до самого начала XIX в., когда  земледелие начинает интенсивно развиваться  и скоро распространилось у всех групп бурят, но с различной степенью интенсивности. У кударинских и баргузинских бурят развитие земледелия давало безотрадные перспективы из-за резкого колебания урожайности. Забайкальские буряты не только восприняли хлебопашество, но и усовершенствовали его, применив орошение. Буряты производили около четверти всего хлеба, получаемого в крае, и их хлебопашество в силу развитости у них скотоводства носили более товарный характер, чем у русских. К середине XIX в. Некоторые группы бурят перешли от скотоводческого к земледельческо-скотоводческому типу хозяйства.¹³

     Охота и собирательство, сопутствующие  скотоводству, составляют своеобразие  хозяйства кочевников, носившего  устойчивый комплексный характер на протяжении многих столетий.

     Кочевники не испытывали острого дефицита растительной пищи, так как в системе их питания дикорастущая флора была представлена весьма основательно и при малой развитости земледельческой культуры растительные компоненты обеспечивались собирательством.

     В сентябре буряты собирали запасы из мышиных  нор (ургэн), состоявшие из луковиц лилии (сараны), корневищ и плодов других растений. Один склад может содержать примерно полведра корневищ и зерен.        Также они употребляли в пищу дикий тмин, ревень, семена верблюжатника.

     М.Н. Хангалов перечисляет некоторые  съедобные растения, в том числе оегоно, засушенный корень которого заменял муку, а также растения, служившие приправами. Муку хранили впрок в прожаренном виде, ее употребляли в чашке с горячей водой, либо перемешивая с маслом.