Малый, средний и крупный бизнес в рыночной экономике. 3

Малый, средний и крупный  бизнес в рыночной экономике

                   

 

                                   

                                Содержание                               

Введение

1 Малые и  средние предприятия

1.1 Малые предприятия  и их роль в экономике

1.2 Средние предприятия и их «нищевая» стратегия

2 Крупные  предприятия

2.1 Большой  бизнес: стандартность, дешевизна,  качество

2.2 «Гордые  львы», «Большие слоны», Неповоротливые бегемоты»

3 Государственная  поддержка малого бизнеса

3.1 Мировой  опыт

Выводы

Литература

    

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

Вопрос «Как функционирует современный капиталистический  рынок?» ныне приобрел

неожиданную остроту в связи с радикальными переменами в экономике нашей

страны.

Может сложиться  впечатление, что весь механизм рыночного  хозяйства сводится

лишь к  действию экономического закона спроса и предложения, стихийно

приводящего во взаимное соответствие цены, производство и потребление

товаров.

Современный капиталистический рынок нельзя понять, не изучая основных

действующих лиц, а так же происходящих в нем  процессов, т.е. не изучая

капиталистические фирмы и их поведение в различных  ситуациях. Мелкие и

средние фирмы, специализированные компании, ведущие  монополии, эксплеренты –

каждая из этих типов фирм выполняет свой собственные незаменимые функции.

Только их сложное взаимодействие определяет катастрофическое или

благоприятное развитие событий на капиталистическом  рынке, и лишь оно в

конечном  счете придает гибкость всей рыночной экономике.

Современный период развития отечественной рыночной экономики войдет в период,

как период становления  рыночной экономики. Конечно, всем нам  хотелось бы, что

бы этот период завершился быстрее и мы стали свидетелями подъема нашей

экономики.

Что бы избежать ряда ошибок, нужно знать, к каким  экономическим отношениям

стремиться, чей опыт использовать, как действует  отдельный предприниматель и

сообщества  предпринимателей в целом для  обеспечения процветания и своей

фирмы, и своей  семьи, и своего государства.

Я полагаю, что  актуальность выбранной мною темы несомненно и будет оставаться

такой по мере вступления Украины в мировой  капиталистический рынок.

В своей работе я постараюсь провести сравнительный  анализ деятельности

крупных, средних  и мелких предприятий, показать их роль и место в экономике и

получить  соответствующие выводы.

    

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1 Малые и средние предприятия

   1.1 Малые предприятия и их роль в экономике

 

Каждый год  в США создается около 700 тыс. новых  компаний, причем большинство

из них  представляет собой мелкие фирмы. Только появившись на свет, они

сразу включаются в конкурентную борьбу, победить в которой на первый взгляд

не имеют  ни малейших шансов.

В самом деле, мелкие компании обычно не располагают высокопроизводительным

оборудованием и испытывают трудности с финансовыми  ресурсами. В своей

производственной  программе они, как правило, не имеют особо привлекательных

товаров и  непрерывно опасаются вытеснения с рынка более мощными

конкурентами. Не удивительно, что число прекращающих свою деятельность фирм

почти равняется  числу вновь создаваемых.

Тысячи предпринимателей, действующих в любой капиталистической стране в

сфере мелкого  бизнеса, казалось бы, испытывают большие трудности но однако,

в целом они  довольны своим положением.

Как подтвердило  проведенное в Англии исследование, 82% владельцев мелких

компаний  не хотели бы, чтобы их предприятия  стали большими. Отвечая на

вопрос об оптимальном размере своей фирмы, они в основном считали, что в

ней должно работать не более 27 человек.

Таблица 1. Распределение запятых по предприятиям в 80-х годах, % ко всем

занятым в экономике

    

    

    

Следует отметить, что стремление к мелкому предпринимательству не

уменьшается, а в последние годы даже растет. Данные табл. 1 позволяют судить

о масштабах мелкого бизнеса.

Известно, что  монополии не могут полностью  вытеснить с рынка небольшие

предприятия. Но цифры цифрам рознь: приводимые в табл. 2 показатели о доле

малых фирм позволяют  говорить о том, что (по крайней мере в количественном

отношении) мелкие предприятия представляют самый крупный сектор

капиталистической экономики.

Действительно, в большинстве капиталистических  государств не менее половины

всех занятых  работают на мелких и мельчайших предприятиях, А для некоторых

стран эта  доля значительно выше. Так, в суперсовременной Японии половина

всех трудящихся занята только и мельчайших фирмах, а вместе мелкие и

мельчайшие  предприятия дают работу 1/2 всех занятых  японцев.

Роль мелкого  бизнеса велика не только количественно/но и функционально,

иными словами, по тем задачам, которые он решает в экономике. На наш взгляд,

небольшие фирмы  образуют своего рода фундамент, на котором  вырастают более

высокие «этажи»  хозяйства и который во многом предопределяет архитектуру

всего здания. В первую очередь это относится  к интегрирующей, связывающей

экономику в  единое целое роли мелких компаний (отсюда, кстати, происходит

латинизированное обозначение этого типа фирм — коммутанты, т. е.

соединители).

Дело в  том, что в принципе в рыночной экономике наличие платежеспособного

спроса на определенный товар должно автоматически рождать его предложение.

Но характерной  чертой современного эффективного производства является его

избирательность: оно экономически оправдано далеко не в любых условиях.

Так, крупное  производство обычно эффективно лишь тогда, когда массово

выпускается более или менее однотипная продукция. В противном случае крупная

фирма по возможности не производит нерентабельные товары. Потенциально это

может быть источником глубоких диспропорций в хозяйстве.

Простейший  пример: автомобиль является серийным, типовым товаром и потому с

выгодой производится крупными фирмами. Бензин для автомобиля опять-таки с

прибылью  изготовляют другие крупные компании. А вот бензоколонки (за

исключением расположенных на самых интенсивных  магистралях) фирмам-гигантам

содержать нет  смысла, ибо слишком мала дневная  выручка, велики расходы на

заработную  плату и т. д.

Без мелкого  бизнеса сложилась бы парадоксальная ситуация. В изобилии

производимые  и в достатке снабжаемые бензином автомобили не смогли бы

свободно  перемещаться по стране из-за отсутствия сети бензоколонок в

удаленных районах. И так практически в любой отрасли.

Лишь коммутанты готовы использовать каждую возможность для бизнеса, все

остальные фирмы  в этом смысле очень разборчивы.

Специализированное  производство, скажем, выгодно при  значительно меньших

сериях, чем крупное, но зато осуществляется только там, где сформировались

особые и  при этом достаточно долговременные потребности (изготовитель должен

накопить  огромные специальные познания в очень узкой области и, естественно,

идет на связанные  с этим затраты лишь при твердой  уверенности, что такой

бизнес имеет  будущее).

Венчурный (рисковый) капитал готов на любую сферу  приложения, но тогда, когда

есть шанс в случае успеха получить сверхвысокую прибыль.

Другими словами, без мелких предприятий возникла бы «лоскутная экономика».

Некоторые потребности  рынка удовлетворялись бы полностью, а остальные (т.е.

на базе которых нельзя развернуть масштабный, сверх-выгодный или

специализированный  бизнес) игнорировались.

Напротив, постоянный поиск то появляющихся, то исчезающих общественных

потребностей  и непрерывное приспособление к  ним — основа стратегии

коммутантов. Не случайно, как показывают исследования, мелкие фирмы (в

отличие от всех прочих) обычно не занимаются планированием своей

деятельности, а если и составляют планы, то лишь самые краткосрочные. Мелкий

лавочник, наладивший в первый день пикетирования базы военно-воздушных сил

США в Гринэм-Коммон британскими сторонницами мира их снабжение продуктами и

прохладительными  напитками, вполне может служить  символом такого подхода к

бизнесу.

Для экономики  в целом деятельность мелких компаний оказывается важным

фактором  повышения ее гибкости. По уровню развития мелкого бизнеса

специалисты даже судят о способности страны приспосабливаться к меняющейся

экономической обстановке.

Так, английский журнал «Мидлэнд бэнк ревью», откуда я позаимствовал табл. 2

, следующим  образом охарактеризовал приведенные  в ней показатели: «Большая

роль мелких фирм в японской экономике рассматривается как одна из главных

причин того, что японская промышленность в целом является чрезвычайно гибкой

и умеющей  быстро приспосабливаться к крупным сдвигам в мировой экономике».

Не менее  важна роль мелких фирм в формировании конкурентных отношений в

капиталистической экономике. Для отдельной маленькой компании столкновение с

монополией  чаще всего кончается гибелью, знаменитым «удушением» аутсайдера.

Во взаимоотношениях всего мелкого бизнеса и крупного капитала роли

распределяются иначе. Атакующей стороной часто выступают мелкие фирмы.

В последние  годы в западной экономической прессе появился новый термин

«генсрика». Им обозначают быстро растущую группу (в основном небольших)

компаний, занимающуюся копированием продуктов ведущих фирм. Первоначально

это явление  возникло в фармацевтике, затем распространилось на электронику и

целый ряд других отраслей.

Практически любое эффективное лекарство  в настоящее время представлено на

капиталистическом рынке в двух вариантах: оригинальный препарат и его

многочисленные копии с той же самой химической формулой. Последние, как

видно из данных табл. 2, намного дешевле.

Почему более  дешевыми оказываются препараты  мелких фирм, а не их

могущественных  крупных конкурентов?

Основную  роль играют два фактора. Первый —  копируя уже известные лекарства,

генерики не несут огромных расходов на научно-исследовательские работы,

следовательно, имеют низкие издержки. Второй —  монополии искусственно

завышают  цены, а мелкие фирмы этого не делают.

Предлагая равное по действию лекарство гораздо дешевле, мелкие фирмы

вытесняют крупных  производителей со значительной части рынка. Например, 15

мелких производителей нифедипина (в нашей стране это средство известно как

коринфар) своей агрессивной ценовой конкуренцией за несколько месяцев

добились  снижения доли оригинального препарата концерна «Байер» на 50%.

Таблица 2. Стоимость оригинальных и химически тождественных лекарственных

препаратов  в 80-е годы, в марках ФРГ

    

    

    

Таким образом, деятельность мелких фирм-генерика выступает серьезным

ограничителем произвола монополистического ценообразования.

Отметим и  еще одну характерную тенденцию  в развитии современной

капиталистической экономики, получившую название «снижение глубины

переработки продукта».

Суть дела такова. Для многих ведущих монополий  присуще стремление произвести

сложное изделие, не обращаясь к помощи субпоставщнков, т. е. от начала до

конца. Но это  означает, что должно существовать мелкое производство, причем

внутри гигантских концернов. Как правило, эти участки отличаются низкой

производительностью труда. В результате концерн обрастает массой

неуправляемых мелких производств, слабо связанных  с основной деятельностью

компании.

Так, крупный  производитель автомобилей может  занимать самые передовые

позиции в  технологии производства моторов, сборке автомобилей н т. д. Но

практически нельзя добиться, чтобы высокоэффективно работали и все

подсобные производства, скажем, участок по обтяжке сидений  кожей. Впрочем, до

поры до времени неэффективность этого участка остается скрытой. Ведь продает

концерн не сиденья  по отдельности, а весь автомобиль. И в готовом изделии

плохая работа одних участков уравновешивается хорошей  работой других.

Что произойдет, однако, если конкурирующие монополии  закроют у себя подсобные

производства  и станут покупать более дешевые  и качественные сиденья у мелких

фирм?

Издержки  у них снизятся, и они смогут продавать машины дешевле, чем

цепляющийся за собственное производство концерн. Рано или поздно и он

перейдет  к закупкам комплектующих изделий  на стороне.

По форме, таким образом, идет конкуренция  между автомобильными монополиями.

По существу же, мелкие независимые производители  конкурируют с мелкими же

подразделениями гигантских концернов и успешно  вытесняют последних с рынка.

Мелкий бизнес выступает в роли скальпеля, срезающего малопроизводительные

подразделения концернов.

Маленькие и  слабые по отдельности коммутанты как  единый класс фирм

представляют  значительную силу, способную наносить чувствительные удары даже

самым мощным монополиям. Постараемся разобраться, в чем ' заключается их

сила.

Два ее важнейших  компонента (гибкость и многочисленность мелких компаний)

уже неоднократно упоминались. Компонент третий — это быстрое обновление

мелкого предпринимательства.

Как уже отмечалось, огромному числу ежегодно создаваемых новых компаний

противостоит  почти столь же большое число  ликвидируемых. Но разорения

составляют лишь незначительный процент ликвидации, в ФРГ, например, в среднем

за 1980—1986 гг. — только 7%. Остальные 93% компаний вышли из дела без

крупных финансовых потерь.

Это создает  благоприятную обстановку для формирования нового бизнеса методом

проб и  ошибок. Неудача одной мелкой фирмы  не пугает ее вероятных

последователей, как это наверняка было бы, если бы коммерческий неуспех был

синонимом банкротства.

Не случайно формирование новых фирм не прекращается даже в неблагоприятной

хозяйственной обстановке. Например, за время последнего экономического

кризиса число  регистрируемых в ФРГ новых компаний не только не сократилось,

но, напротив, возросло с 156 до 270 тыс. в год, или  на 75%. Риск открытия

нового дела невелик, и мелкие предприниматели стремятся использовать любую

возникающую возможность.

Прочность позиций  крупных фирм, таким образом, непрерывно проверяется

мириадами мелких компаний. Подавляющее большинство  последних ожидает

поражение, но на смену им приходят новые и новые. В целом же действия

мелкого бизнеса  во многом формируют общую структуру рынка.

Не будь постоянного  конкурентного давления со стороны мелких компаний,

крупным фирмам достаточно было бы заключить между  собой взаимовыгодные

соглашения. Никто не мешал бы им совместно повышать цены, сохранять

несовершенные технологии и т. д. Всему этому препятствует мелкий бизнес,

эффективно  сдерживая свойственную гигантам тенденцию к застою.

Как, однако, выживает каждая небольшая фирма  в отдельности, имеется ли у нее

действенная стратегия противостояния гигантам?

У таких фирм обычно имеются две возможные  формы поведения.

Первая форма  поведения связана с выбором  такой сферы деятельности, в которой

минимальный эффективный размер предприятия очень невелик. Скажем, маленькая

парикмахерская  ни в чем не уступит большой: качество обслуживания, цены и

издержки  зависят главным образом не от численности, а от мастерства

персонала.

Подобная  ситуация часто складывается в самых  разных отраслях промышленности,

сельского хозяйства  и сферы услуг. Вполне конкурентоспособными, например,

оказываются и семейная ферма, и программист-одиночка.

Пока малая  фирма занимается своим небольшим  делом, она даже имеет

существенные  преимущества по сравнению с другими  типами компаний. Так, мелкий

бизнесмен в  своей предпринимательской деятельности руководствуется

уникальными, не типичными для других капиталистических  фирм мотивами.

Согласно  уже упомянутому опросу владельцев мелких компаний в Великобритании

87% из них  главным достоинством ведения  собственного дела называют

возможность быть независимым и получаемое удовольствие от работы. И лишь 8%

ценят в своем  бизнесе преимущественно возможность обогатиться. Там, где

прибыль невелика, а это не редкость в мелком бизнесе, такая структура

мотивации является крупным преимуществом.

Далее, у мелкой фирмы низкие издержки. При ее незначительных размерах

нулевыми  оказываются бухгалтерские, складские, рекламные расходы. Очень

низки затраты на управление и НИОКР.

Не следует  забывать и о поддержке государства. Независимые мелкие хозяева

традиционно рассматриваются им как олицетворение национальной

предприимчивости.

Мелкая фирма  с указанной формой поведения  может долго существовать, успешно

конкурируя  и с равными по размерам, и с большими компаниями. Но она почти

всегда остается мелкой. Те же факторы, которые помогают выживанию,

препятствуют  ее значительному увеличению. Ведь становясь больше, она не

будет эффективной.

Вторая форма  поведения мелкой компании — симбиоз с крупной корпорацией. В

советской экономической  литературе эта ситуация обычно рассматривается  как

вариант скрытой  потери свободы, как превращение  мелкой компании в придаток

монополии. Основания  для такого взгляда, несомненно, есть.

В 1989 г. в связи  с резким обострением ценовой  конкуренции на мировых рынках

западногерманские автомобильные концерны активно начали искать поставщиков

дешевых комплектующих  деталей за пределами своей страны. Поиск оказался

успешным.

В результате многим старым поставщикам был разослан ультиматум: их

предложения отныне будут рассматриваться только, если они согласны продолжать

поставки  по ценам на 5% меньше, чем у самого дешевого предложения

иностранного  претендента.

Тон требований недвусмысленно свидетельствовал о  зависимом положении мелких

фирм.

Подобных  примеров можно привести великое  множество. Однако судить о

взаимоотношениях крупных и мелких фирм-партнеров только по ним было бы

ошибкой.

Во-первых, многие небольшие компании сознают опасность  зависимости от

«старшего брата» и принимают меры предосторожности. Широко распространена,

скажем, тактика  ограничения доли оборота, приходящейся на одного крупного

клиента.

Мелкая фирма  стремится поставлять товары нескольким крупным корпорациям с

таким расчетом, чтобы доля каждой из них в общих продажах фирмы не превышала

определенных  объемов (обычно не более 20% оборота). В  таких условиях она

всегда может  противостоять произволу одного крупного заказчика, опираясь на

заказы остальных.

Во-вторых, и  это более важно, полное подчинение мелкого поставщика не

соответствует стратегическим интересам самих  гигантов.

Дело в  том, что получаемые от мелкой фирмы  комплектующие детали впоследствии

становятся  частью товара, производимого самим концерном. И мнение

потребителей о продукции данной монополии зависит среди прочего и от

качества  поставленных мелкой фирмой деталей. Концерн, ущемляющий интересы

мелкого поставщика, рискует оттолкнуть или разорить его. За копеечную

экономию  придется расплачиваться ухудшением качества собственной продукции и

соответствующим снижением ее конкурентоспособности.

Сознавая  это, многие ведущие корпорации придерживаются принципа «одного

поставщика» (для этого даже есть ставший интернациональным  термин «сингл

сорсинг»). Каждую комплектующую деталь в этом случае поставляет только одна

мелкая фирма. Вместо того чтобы ради снижения цен  сталкивать между собой

несколько претендентов на заказ, концерн, исповедующий этот принцип,

предпочитает  иметь одного постоянного мелкого  партнера.

Разумеется, его предварительно тщательно отбирают, ищут наилучшее по цене и

качеству  предложение. Но однажды вступив  в деловые отношения, гиганты

проявляют себя как верные партнеры, особенно если мелкой фирме удается

приспособиться  к их запросам.

Более объективная  оценка последствий коопераций с  крупной компанией для

мелкой фирмы  включает, таким образом, и значительный риск утраты

независимости, и большие выгоды сотрудничества с мощным партнером. Если

исход дела оказывается  благополучным, перед мелкой фирмой открываются

возможности специализации и ранее недоступные перспективы роста.

    

1.2 Средние предприятия и их  «нишевая» стратегия

Крупные корпорации, подобно мамонтам, сильны своей всесокрушающей мощью;

мелкие, жалящие, словно москиты, — неизмеримым числом. Могут ли, борясь на

два фронта, выжить в этом враждебном окружении  средние компании?

Примерно  так характеризует основную проблему, стоящую перед средними фирмами,

американский  экономист Роберт Кан, проанализировавший деятельность многих

тысяч компаний. Его оценка ситуации пессимистична: уже долгие годы роль

средних фирм падает.

Но в этом «вымирающем» классе компаний есть важное исключение — преуспевающая

группа фирм, придерживающихся так называемой нишевой (или патиентной)

специализации.

Оставаясь небольшой  по размерам, компания может стать  одним из ведущих

поставщиков узкоспециальной продукции, общий  спрос на которую сравнительно

невелик. Смысл этой стратегии, используемой (как мы убедимся позже) не

только средними компаниями, состоит в сосредоточении усилий на пользующейся

именно ограниченным спросом продукции.

Если бы рынок  соответствующих товаров был  значительным, все преимущества

оказались бы на стороне крупнейших производителей. Небольшую же рыночную нишу

способна заполнить товарами в масштабах страны, а то и всего мира даже

скромная  по размерам фирма.

Средняя американская компания «Грейт лейк кемикалз» является крупнейшим в

мире производителем брома. А мелкая норвежская фирма КаМеВа удовлетворяет

30% мировой  потребности в гребных винтах  для роенных кораблей. Подобных

примеров  можно привести очень много. Не каждая патентная фирма является

мировым лидером, но любая имеет весьма специализированный конек, сферу, в

которой ее позиции  очень сильна.

Что заставляет патентов столь узко ограничивать свою производственную программу?

Прежде всего, конечно, стремление уклониться от прямой конкуренции с ведущими

корпорациями  своей отрасли. Борьба с гигантами  в производстве стандартной

продукции заведомо обречена на провал: именно о выпуске массовых товаров

эффективно  крупное производство. Однако в учете специальных запросов

потребителя преимущества на стороне той фирмы, которая посвятила свою

деятельность  их изучению и удовлетворению. И здесь роли меняются.

Трудно представить  себе, скажем, металлургический или металлообрабатывающий

концерн, который  бы активно занимался поиском наилучшего варианта режущих

цепей для  электропил. Ясно, что в общем оборот концерна на эти цепи придутся

лишь тысячные, если не миллионные, доли процента. Соразмерным  доле будет и

усердие гиганта.

Между тем  средняя фирма «Омарк» (США) только режущими цепями и занимается,

являясь всемирно пригнанным лидером в этой области. Не надо быть экспертом,

чтобы понять, чьей продукции отдадут предпочтение лесорубы при поиске

наилучших орудий для тяжелого и опасного труда на лесоповале.

«Три года назад я бесплатно предоставил  «Эппл» мою лицензию (на производство

дискетниц — периферийных запоминающих устройств для ЭВМ. — А. Ю.). Я знал,

что они не смогут производить их так дешево, как я. Теперь они убедились в

моей правоте», — так прокомментировал Дж. Тендон (владелец фирмы) полный

провал попытки  одного из ведущих электронных концернов  вторгнуться в сферу

деятельности  его специализированной фирмы. Даже такой вызывающий жест, как

бесплатная  лицензия не помог крупной корпорации в чуждой для нее сфере.

Повторяется уже знакомая нам по фирмам-коммутантам ситуация. Успех приходит

не к объективно более сильной, а к более приспособленной к конкретной

обстановке  компания. Только в данном случае потенциальная опасность для

гигантов  значительно больше. Мелкие фирмы  даже при самом удачном для них

развитии событий не могут серьезно подорвать позиции крупного концерна. Иное

дело специализированные компании.

Уступая им один за другим сегменты некогда контролировавшегося рынка,

крупная корпорация постепенно сужает сферу собственного бизнеса. Единый

рынок как бы распадается на сегменты, в каждом из которых крупный концерн

уже не занимает ведущих позиции.

Проблемы  такого рода, в частности, возникли в середине 80-х годов в

деятельности  крупнейшего электронного концерна мира ИБМ. Уступив

специализированным фирмам рынок суперкомпьютеров я средних ЭВМ, отстав в

разработке  персональных компьютеров, компания по-прежнему многократно

превосходила  любого из соперников, но почти нигде уже не была лидером.

Понадобились  чрезвычайные усилия, чтобы вернуть  утраченные сегменты рынка.

И все же прямые схватки специализированных фирм н ведущих монополий скорее

исключение, чем правило. Рынок товаров, производимых патиентом, слишком узок,

чтобы привлекать гиганта. А масштабы производства последнего слишком велики,

чтобы небольшая  специализированная фирма рискнула соревноваться с ним в

изготовлении массовых продуктов.

Конкуренция приобретает потенциальную форму, напоминает вооруженное

перемирие: вспышка  активной борьбы происходит лишь в  случае вторжения одной

из сторон в чужую область.

Компании, придерживающиеся патентной стратегии, имеют и  известные

преимущества  по отношению к другим основным соперникам в конкурентной борьбе

— мелким неспециализированным предприятиям. Если попытаться кратко

определить  суть этих преимуществ, то они связаны  с их повышенной

устойчивостью,

Клиент, отказавшийся от стандартного товара и целенаправленно ищущий какой-

то особенный, очевидно, имеет для этого веские мотивы. Рынок, на который

работает  специализированный производитель, поэтому  менее подвержен

колебаниям.

В начале 1989 г. швейцарский эксперт по маркетингу X. Фризевинкель

опубликовал прогноз развития фармацевтической промышленности ФРГ в связи с

предстоящим изменением порядка оплаты лекарств через больничные кассы.

Уникальность  исследования состояла в том, что  в нем анализировалось состояние