Масоны и заговор декабристов

Содержание

                                       Введение

                                     I. У кого заимствовал Александр I идею военных поселений и тайная цель их

                II. Как отнесся император Александр I к заговору декабристов

                когда узнал о   существовании его?

III. Масоны и декабристы

IV. Пестель

V. Член масонской ложи "пламенеющая  звезда", "рожденный для заварки  каш, но не для того, чтобы  их расхлебывать"

VI. Как "рыцари свободы" подготавливали бунт на сенатской площади

VII. Как "рыцари свободы" вели себя во время восстания

VIII. Как "рыцари свободы" вели себя во время следствия

IX. Казнь главных организаторов восстания

X. Истинных руководителей заговора  обнаружить не удалось

XI. Как мучили сосланных декабристов в Сибири

XII. Оценка "исторического подвига" декабристов выдающимися современниками и народом

XIII. Что случилось бы с Россией, если бы победил не Николай I, а декабристы?

XIV. Декабристы и "психоз крови" у русской интеллигенции

XV. Заключение.

Литература

ВВЕДЕНИЕ  
 
                         В истории всякой страны есть незабываемые памятные даты. Проходят годы, меняются поколения, новые и новые люди выходят на историческую арену, меняются быт, уклад, общественное мировоззрение, но остается память о тех событиях, без которых немыслимо национальное самосознание. Декабрь 1825 года - явление такого порядка, "Сенатская площадь" и "Черниговский полк" давно стали историко-культурными символами. Достаточно произнести эти словосочетания, и испытываешь смешанные чувства - гордость и грусть: первое сознательное выступление за свободу - первое трагическое поражение.  
Наследие декабристов всегда привлекало исследователей, ведь они оставили множество произведений, среди которых можно найти и работы политико-правового характера. И содержание этих работ по-прежнему остается актуальным для России. Так, например, решение вопроса об административно-территориальном делении всегда будет оставаться важным для России из-за огромной размеров ее территории и большого количества народов, населяющих ее. Для истории государства и права наиболее интересны, как мне кажется, конституционные проекты декабристов, которые по своему реформаторскому потенциалу опередили историческое развитие России почти на столетие.  
                         Но эти проекты не возникли на пустом месте. И основными идеями, положенными в основу этих проектов, были идеи, разработанные философами Просвещения, которые, конечно же, трансформировались определенным образом с учетом специфики России.  
Формирование декабристкой идеологии - необходимое условие возникновения и деятельности тайных декабристских организаций, разработки ими программных политических документов, а также революционной практики и планов восстания. Большое влияние на этот процесс формирования оказали передовые западноевропейские идеи.  
Объект исследования. Объектом научного анализа настоящего исследования является процесс формирования, становления и развития государственно - правовых воззрений декабристов под влиянием русского масонства в XIX столетии.  
                         Предмет исследования. В качестве предмета исследования выступают воззрения, идеи, замыслы российских масонов, которые инициативно и продуктивно участвовали в декабристском течении в начале XIX века.  Целью настоящего исследования является комплексное историко - правовое изучение процесса формирования и распространения государственных и правовых воззрений движения декабристов под влиянием российского масонства в начале XIX века и степени их влияния на дальнейшее становление и развитие отечественного права и учения о государстве. 

I. У кого заимствовал Александр  I  идею военных поселений и тайная цель их

Уже несколько  поколений русских людей выросло  в убеждении, что инициатором военных поселений является никто иной, как Аракчеев. На самом деле Аракчеев был противником создания военных поселений.

                  Историк "прогрессивного" направления Кизельветер оспаривая общепринятую точку зрения историков своего политического лагеря, что инициатором военных поселений был Аракчеев, пишет: "И вопреки распространенному мнению о том, что Александр по слабости характера уступил мнению Аракчеева, отказываясь от собственных планов, на самом деле Аракчеев с его военными поселениями сам входил целиком в эти планы царственного мечтателя, умевшего как никто, связывать в своих фантазиях самые противоположные элементы.

                 Известно, что мысль о военных поселениях принадлежала самому Александру и Аракчеев, не одобрявший этой мысли и возражавший против нее, стал во главе военных поселений только из угождения Государю". То же пишет и знаток Александровской эпохи Великий Князь Николай Михайлович: "Всем было известно, что многие лица, стоявшие во главе администрации, в том числе и граф Аракчеев были против устройства военных поселений; что Аракчеев предлагал сократить срок службы нижним чинам, назначив его, вместо 25-летнего восьмилетним и тем усилить контингент армии".

                    Кто объективно подходит к изучению истории создания военных поселений, тот знает, что Кизельветер и Великий Князь Николай Михайлович восстанавливают историческую правду. Инициатором создания военных поселений является Александр I, но форма военных поселений принадлежит не ему. Эту форму Александр заимствовал из сочинения масона князя Щербатова "Путешествие в землю Офирскую".

                    В этом сочинении, представляющем план организации и государства согласно масонским идеям, система организации войск излагается следующим образом: каждому солдату дана меньше обыкновенного хлебопахаря - однако довольная земля, которую они обязаны стали обделывать: треть же из каждой роты, переменяясь погодно, производит солдатскую службу; а и все должны каждый год собираться на три недели и обучаться военным обращениям, а во все время, в каждый месяц по два раза...

                        Солдаты набираются в "стране офирской" только из раз навсегда определенных для этой цели селений. В жизни офирян "все так рассчитано, что каждому положено правило, как ему жить, какое носить платье, сколько иметь пространный дом, сколько иметь служителей, по сколько иметь блюд на столе, какие напитки, даже содержание скота, дров и освещения положено в цену".

"Путешествие  в землю Офирскую" - это первый  русский проект попытки построить государство по идеям масонского социализма. Так же, как во всем государстве, строго регламентируется жизнь и в военных поселениях земли Офирской. Это готовый законченный проект военных поселений которые решил устроить Александр I. Идею военных поселений и строжайшую регламентацию жизни в них Александр I заимствовал не у прусского ландвера, как указывает Керсновский в "Истории царской армии", а скорее всего у масона Щербатова.

Керсновский следующим образом описывает  порядки жизни в созданных  по приказу Александра I военных поселениях:

                         "День военного поселенца был расписан до последней минуты, повседневная жизнь его семьи регламентирована до мельчайших подробностей - вплоть до обязательных правил при кормлении грудных детей, мытья полов в определенные часы и приготовления тех же кушаний во всех домах. За малейшие проявления частной инициативы в хозяйстве, за пустячное отступление от предписанного казенного шаблона назначались несоразмерно суровые наказания".

Разве все  это не есть точное воспроизведение жизни в земле Офирской, в которой "все так рассчитано, что каждому положены правила, как ему жить".

Александр I не мог не знать о "Путешествии  в землю Офирскую".

                            Павел I переписывался по поводу его с своим воспитателем Н.И.

Паниным. Воспитанный  Лагарпом в республиканском духе, живя среди масонов, окружавших тесным кольцом Павла, Александр еще  в юности наверняка прочел сочинение  князя Щербатова. Но возникает вопрос почему Александр I, решив создать  военные поселения, создал их не по образцу казачества, а по идее масона Щербатова? Да потому же самому, почему Петр I решил не улучшать существовавшие русские учреждения, а заменить их европейскими. Идеи князя Щербатова были европейские, масонские идеи и они были близки душе Александра I, воспитанного Лагарпом в духе европейских идей. Ведь во всей своей государственной деятельности Александр I продолжал европейские начала посеянные Петром I по совету немецкого философа Лейбница.

II. Как отнесся император Александр  i к заговору декабристов когда узнал о существовании его?

"... Когда Император Александр получил первые доклады о заговоре декабристов, он отнесся к ним так, что смутил докладчиков.

                  "Вы знаете, - сказал он одному докладчику, - что я сам разделял и поддерживал эти иллюзии; не мне их карать!" Другому докладчику он ответил невниманием. Однако последующие известия уже не о предосудительных иллюзиях, а об определенном заговоре, заставили Александра в последний год его жизни начать дознание. Во время этого дознания он и скончался.

Подобное  изображение историком С. Платоновым отношения Александра I к заговору декабристов - неверно. Александр I все  время готовился к разгрому тайных политических обществ. Именно с этой целью он стремился создать верные себе войска в военных поселениях.

В письме к  кн.С. С. Мещерской Император упоминает  о "средствах против власти зла, растущего  с быстротой и о скрытых  средствах, которыми пользуется сатанинский  гений".

О том, что  под "сатанинским гением" Александр I понимал международное масонство ясно видно из письма его из Лайбаха князю Голицыну в феврале 1821 года.

"Из писем  ваших и кошелевских поручений,  я усматриваю критику той политической  системы, коей я ныне придерживаюсь.  Не могу я допустить, что  это порицание могло у вас появиться после того, как в 6 месяцев принцип разрушения привел к революции в трех странах и грозит распространиться по всей Европе. Ведь нельзя, право, спокойно сего допускать. Едва ли ваше суждение может разойтись с моей точкой зрения, потому что эти принципы разрушения, как враги престолов, направлены еще более против христианской веры, и что главная цель, ими преследуемая, идет к достижению сего, на что у меня имеются тысячи и тысячи неопровержимых доказательств, которые я могу вам представить. Словом, это результат, на практике примененный, доктрин, проповеданных Вольтером, Мирабо, Кондорсе и всеми так называемыми энциклопедистами".

"Прошу  не сомневаться, продолжает Император  Александр, что все эти люди  соединились в один общий заговор,  разбившись на отдельные группы и общества, о действиях которых у меня все документы налицо, и мне известно, что все они действуют солидарно.

С тех пор, как они убедились что новый  курс политики кабинетов более не тот, чем прежде, что нет надежды  нас разъединить и ловить в мутной воде, или что нет возможности рассорить правительства между собою, а главное, что принципом для руководства стали основы христианского учения, с этого момента все общества и секты, основанные на антихристианстве и на философии Вольтера и ему подобных, поклялись отмстить правительствам. Такого рода попытки были сделаны во Франции, Англии и Пруссии, но неудачно, а удались только в Испании, Неаполе и Португалии, где правительства были низвергнуты. Но все революционеры еще более ожесточены против учения Христа, которое они особенно преследуют. Их девизом служит:

убить... Я  даже не решаюсь воспроизвести богохульство, слишком известное из сочинений  Вольтера, Мирабо, Кондорсе и им подобным".

Съезд членов Священного Союза в Лайбахе был  вызван новой вспышкой революционных действий в Европе. В Германии был убит агент русского правительства Коцебу, во Франции Герцог Беррийский, в Италии и Испании началось революционное движение. В России произошел бунт в Семеновском полку, самом любимом полку Александра I.

Из приведенного выше письма Александра I видно, он ясно понимает, что источником революционного движения повсюду являются масоны. Но Александр I, несмотря на богатый  политический опыт, по прежнему еще  хочет видеть в своих друзьях - честных, желающих добра людей. И по-прежнему часто ошибается.

Князь Голицын, к которому Александр писал это  письмо, однако сам был одним из тех людей, которыми пользовался "сатанинский  гений".

Пользуясь личной привязанностью к нему Императора, князь Голицын, бывший одно время обер-прокурором Святейшего Синода, а затем министром Народного Просвещения и Духовных Дел, нанес сильный вред Православию. Только после упорных попыток Митрополиту Серафиму и Архимандриту Фотию удалось доказать Императору Александру какой вред нанес православной церкви Голицын, и добиться его увольнения.

Мы видим  что Александр I знал о существовании  масонскодворянского заговора и  готовился к борьбе, а не сидел  сложа руки, считая себя основным виновником расцвета революционно-либеральных  идей, как это обычно изображают историки.

Император первое время не говорил о главной  цели организации военных поселений  даже Аракчееву.

Желая создать  верную ему воинскую силу, Александр I после подавления с помощью ее масонско-дворянского заговора, возможно предполагал использовать ее и для осуществления своей заветной мечты - уничтожения крепостного права. Мысль о необходимости освободить крестьян Александр I не оставлял в течении всего царствования, ожидая улучшения политической ситуации.

"Совершив  капитальную ошибку своего царствования - разрыв с Наполеоном, - указывает А. Керсновский в "Истории русской армии", - Император Александр в дальнейшем действовал безупречно.

III. Масоны и декабристы

Вся идейная  основа как первых русских тайных политических союзов, возникших после Отечественной войны так и более поздних, не русская, чужая. Все они списаны с иностранных образцов.

Некоторые исследователи  истории восстания декабристов  утверждают, что устав "Союза Благоденствия" списан с устава немецкого "Тугендбунда". Но вернее всего истоки политических идей декабристов надо искать в политических идеях европейского масонства и в идеях "Великой" французской революции, которые снова нас приводят к масонским идеям о "всеобщем братстве, равенстве и свободе", утверждаемых с помощью насилия.

"Масоны  и декабристы, - пишет Н. Бердяев, - подготовляют появление русской  интеллигенции XIX в., которую на  западе плохо понимают, смешивая  с тем, что там называют intelectuels. Но сами масоны и декабристы, родовитые русский дворяне, не  были еще типичными интеллигентами и имели лишь некоторые черты, предваряющие явление интеллигенции".

Французский посол Ланжероне в депеше от 11 апреля 1820 года пишет:

"... вся  молодежь, и главным образом офицерская, насыщена и пропитана либеральными  доктринами. Больше всего ее пленяют самые крайние теории: в Гвардии нет офицера, который бы не читал и не перечитывал бы труды Бенжамена Костана и не верил бы, что он их понимает".

Спустя семь месяцев заместитель французского посла граф Габриак сообщает своему правительству:

"Несомненно, что у многих гвардейских офицеров головы набиты либеральными идеями настолько крайними, насколько эти офицеры мало образованы. Они живут вдали от всех осложнений либерализма: они ценят тон и форму военного командования заграничных армий, но они находят их невыносимыми у них самих".

"В гвардии, - сообщает 29 августа 1822 года заместитель  французского посла граф Буальконт, - сумасбродство и злословие дошли  до того, что один генерал недавно  нам сказал - иногда думается, что  только не хватает главаря чтобы начался мятеж. В прошлом месяце в гвардии открыто распевалась пародия на известный мотив "Я долго скитался по свету", которая содержала в себе самые преступные выпады по адресу Его Величества лично, и на Его поездки и конгрессы: эта пародия распевалась многими офицерами. Затем, то, что произошло в собрании молодых гвардейских офицеров, показывает так ярко дух, царящий среди них, что нельзя об этом не донести".

"Возбужденные  предшествовавшими горячими и  невоздержанными спорами относительно  политических событий, присутствовавшие на этом собрании 50 офицеров, закончили его тем, что вставши из-за стола, проходили по очереди мимо портрета Императора и отпускали по его адресу ругательства".

Из этого  же письма графа Буальконта мы узнаем, кто был подстрекателями этих мятежных настроений. Это были масоны.

"Я имел  случай, - пишет граф Буальконт, - видеть список русских масонов,  составленный пять лет назад:  в нем было около 10.000 имен, принадлежащих  к 10-12 ложам С. Петербурга... в  громадном большинстве это были офицеры".

Многие из декабристов прошли через масонские  ложи. В уставе Союза Спасения, - справедливо  указывает Цейтлин, "явственно  видны масонские черты, и в  последствии можно проследить в  политическом движении тех лет тайные подземные струи масонства".

Цейтлин - еврей и он знал, что писал.

Признает, что  заговор декабристов идейно вырос  на масонских идеях и Н. Бердяев.

"Декабристы, - утверждает он в "Русской  идее", - прошли через масонские  ложи. Пестель был масоном.Н. Тургенев  был масоном и даже сочувствовал иллюминатству Вейсгаупта, т.е. самой левой форме масонства".

Нет никакой  возможности перечислить имена  всех, кто после окончания Отечественной  войны был членами масонских  лож всевозможных направлений.

Масонство преследовало как и раньше две цели: подорвать православие, основу духовной самобытности русского народа и источник его духовной силы и подорвать окончательно самодержавие - источник физической силы русского народа.

С целью свержения  самодержавия, офицеры, состоявшие в  масонских ложах начали подготовку к уничтожению самодержавия.

Декабристское восстание было реализацией замыслов масонов, к которым оно готовилось десятки лет. Декабристское восстание - это по существу восстание масонов.

"Их боевое  отрицание, - пишет граф Толь в  книге "Масонское действо" - было направлено одновременно против церкви и против самодержавия. В кружках декабристов всюду настольными книгами были французские классики по политике и философии и все иностранные политические сочинения, которые были усвоены французами. Так же как французской политической литературой, декабристы интересовались французской философией. Под давлением этой философии из них немногие сохранили религиозность, большинство отрицательно относилось к христианству и особенно к его обрядам, а некоторые доходили до атеизма в духе этого времени".

"На 100 с  лишком декабристов, живших в  Чите, только 13 оставались христианами,  большинство относилось к увлечению  христианством или индифферентно,  или скептически, или же прямо  враждебно, во имя своего убежденного  деизма или атеизма. Они часто насмехались над верой и особенно над соблюдением праздников, постов и молитв".

Существует  глубочайшее заблуждение, что в  рядах революционных партий, замышляющих  революционные и социальные перевороты, состоят будто бы сплошь ангелы. История всех бывших революционных заговоров показывает, что в рядах революционных организаций обычно сосредотачивается огромное количество людей чрезвычайно низкого морального уровня.

Комплектование  всех организаций и партий, пытающихся облагодетельствовать человечество обычно идет следующим порядком.

Зачинатели - идеалисты-фанатики. Поддерживают фанатиков - все обиженные существующим строем, люди с непомерно развитым честолюбием, все, кто за пределами революционной  корпорации представляет из себя человеческий нуль.

Участники революционных  и противоправительственных тайных организаций во все века распадались  на пять основных групп:фанатиков, мечтателей, честолюбцев, авантюристов, неудачников, надеющихся при новом строе добиться лучшего положения, чем то, которое они имеют. Деление это, конечно, очень условно, так некоторые члены революционных организаций могут быть зачислены сразу в две-три группы. Политический фанатик может быть одновременно и авантюристом и т.д.

Но история  всех революционных движений неопровержимо доказывает, что средних, нормальных людей, людей с нормальным характером, нормальным складом ума и воли среди революционеров всегда очень мало. В большинстве случаев сторонники резких политических и социальных переворотов, люди неуравновешенные, неудачники, не нашедшие себе места при существующим строе.

Историк "Великой  французской революции" Ипполит  Тэн изучив биографию большинства  ее "выдающихся деятелей" пришел к выводу, что это были:

"... люди, выбитые  из жизненной колеи, сумасброды  и негодяи всякого рода и всякого слоя, особенно низшего, завистливые и озлобленные подчиненные, запутавшиеся в делах торговцы, пьянствующие и слоняющиеся без дел служащие, завсегдатаи кафе и кабаков, городские и деревенские бродяги, уличные женщины - одним словом, всякие паразиты общества...

Среди всего  этого сброда - несколько фанатиков, в поврежденных мозгах которых легко  укоренились модные теории; все остальные, по большей части, просто хищники, эксплуатирующие  водворившиеся порядки и усвоившие  себе революционную догму только потому, что она обещает удовлетворить всех их похотям. Из этих подонков невежества и порока якобинское правительство набирает лучший состав своего штаба и своих кадров." Эти люди обычно живут в мире воображаемого, мире социальных и политических иллюзий, нежели в области реальной жизни. Они живут вне времени и пространства. Как дети они не умеют и не хотят ждать, желают немедленного осуществления своих намерений.

Когда переворот  совершается, со дна поднимаются  стаи деморализованных личностей, которым глубоко наплевать на идеи господ фанатиков, а которые хотят только любой ценой присосаться к власти.

Этот непреложный  закон, провидец русского будущего Ф.М.

Достоевский формулировал так:

"В смутное  время колебаний или переходов,  всегда и везде поднимается всякая сволочь, которая есть в каждом обществе".

В итоге, между  тремя основными группами завязывается борьба не на жизнь, а на смерть, в  результате которой господа честолюбцы, человеческие нули и выплывшее на поверхность дно, довольно быстро делает господ фанатиков и идеалистов на голову короче.

IV. Пестель

Революционными  фанатиками сочинено огромное количество книг, возвеличивающих декабристов. Создано огромное количество мифов  о поразительной нравственной красоте  вождей декабристского заговора.

На самом  же деле все это почти сплошной вымысел. Это становится совершенно ясно, если взглянешь на декабристов без предубеждения, если не поддашься гипнозу революционной пропаганды.Д.С. Мережковский, написавший роман "Александр I и декабристы", изучил огромное количество книг и документов. В предисловии ко второму заграничному изданию своего романа Д.С.

Мережковский, сочувственно относившийся к декабристам, пишет:

"Идеи Декабристов,  несмотря на постигшую их неудачу,  оставили неизгладимый доныне  след в русском общественном сознании, и были для ряда последующих поколений "священным заветом".

Простят ли чистые герои?

Мы - их завет  не сберегли...

После нашего Великого Крушения, для нас особенно важно и поучительно оглянуться на эту недавне-давнюю, живую страницу русской истории.

Быть может, кто-нибудь прочитает мою книгу  и не как "художественное произведение". Новым, страшным светом озарено для  нас теперь то, что было тогда. Новые  вопросы встают в душе...

Кто они, эти "первенцы русской свободы"? Чьи  они? С кем они?

С "ними", поработителями, убийцами души, тела и самого имени Родины, или с нами, чающими ее воскресения, ее свободы? Имеющие уши, чтобы слышать, и глаза, чтобы видеть, найдут в моей книге ответ:не сними а с нами!" Вышеприведенное предисловие с неоспоримой ясностью показывает, что Мережковский относился к декабристам положительно.

Следовательно едва ли его можно заподозрить  в желании исказить нравственные облики декабристов. Как же выглядят в изображении Д.С. Мережковского  любезные иго сердцу Пестель, Каховский, Якубович? Возьмем для начала хотя бы Пестеля.

"... Ему  лет за тридцать. Как у людей,  ведущих сидячую жизнь, нездоровая, бледно-желтая одутловатость в  лице; черные, жидкие с начинающей  лысиной, волосы; виски по военному  наперед зачесаны: тщательно выбрит; крутой, гладкий, точно из слоновой кости точеный лоб; взгляд черных, без блеска, широко расставленных и глубоко сидящих глаз такой тяжелый, пристальный, что, кажется, чуть-чуть косит; и во всем облике что то тяжелое, застывшее, недвижное, как будто окаменелое".

"В ожидании  Пестеля, говорили о нем. Рассказывали  об отце его, бывшем сибирском  генерал-губернаторе, - самодуре и  взяточнике, отрешенном от должности  и попавшем под суд; рассказывали  о самом Пестеле - яблочко от  яблони недалеко падает, - как  угнетал он в полку офицеров и приказывал бить палками солдат за малейшие оплошности по фронту".

"... Умен, как  бес, а сердца мало, - заметил  Кюхля.

Просто хитрый властолюбец: хочет нас скрутить со всех сторон... Я понял эту птицу, - решил Бестужев.Ничего не сделает, а только погубит нас всех ни за денежку, предостерегал Одоевский.

Он меня в  ужас привел, - сознался Рылеев, - надобно  ослабить его, иначе все заберет  в руки и будет распоряжаться  как диктатор.

Знаем мы этих армейских Наполеонов, - презрительно усмехался Якубович, который успел в общей ненависти к Пестелю примириться с Рылеевым, после отъезда Глафиры в Чухломскую усадьбу.

Наполеон  и Робеспьер вместе. Погодите-ка ужо, доберется до власти - покажет  нам Кузькину мать! - заключил Батенков"."... - Он! Он! - пронесся шепот, и все взоры обратились на вошедшего.

Однажды, на Лейпцигской  ярмарке, в музее восковых фигур, Голицын увидел куклу Наполеона, которая могла вставать и поворачивать голову. Угловатою резкостью движений Пестель напомнил ему эту куклу, а тяжелым, слишком пристальным, как будто косящим, взглядом - одного школьного товарища, который впоследствии заболел падучею.

Уселись на кожаных  креслах с высокими спинками, за длинный стол, крытый зеленым сукном, с малахитовой чернильницей, бронзовым  председательским колокольчиком и бронзовыми канделябрами - все взято на прокат из Русско-Американской Компании; зажгли свечи, без надобности, - было еще светло, - а только для пышности. Хозяин оглянул все и остался доволен: настоящий парламент.

Господа, объявляю заседание открытым, - произнес председатель князь Трубецкой и позвонил в колокольчик, тоже без надобности, было тихо и так.