Материалистическая школа права

Оглавление

Введение

Важное значение, как в теоретическом, так и в практико-политическом отношении имеет изучение происхождения государства и права.

Следует заметить, что этот вопрос будоражил воображение не одного поколения людей. Были созданы десятки самых различных теорий и доктрин, высказаны сотни, если не тысячи самых различных предположений. Вместе с тем споры о природе государства и права продолжаются и по сей день. Существует множество происхождения теорий государства и права, множество различных взглядов на отдельные элементы этой проблемы. Такой плюрализм обусловлен историческими особенностями развития общества, своеобразием тех или иных регионов мира, идеологическими приверженностями авторов, задачами, которые они ставят перед собой, и другими причинами.

Среди теоретиков государства и права никогда не было раньше и в настоящее время нет не только единства, но даже общности взглядов в отношении процесса происхождения государства и права. При рассмотрении данного вопроса никто, как правило, не подвергает сомнению такие, например, общеизвестные исторические факты, что первыми государственно-правовыми системами в Древней Греции, Египте, Риме и других странах были рабовладельческие государство и право. Никто не оспаривает того факта, что на территории нынешней России, Польши, Германии и ряда других стран никогда не было рабства. Исторически первыми здесь возникали не рабовладельческие, а феодальные государство и право.

Не оспариваются и многие другие исторические факты, касающиеся происхождения государства и права. Однако этого нельзя сказать обо всех случаях, когда речь идет о причинах, условиях, природе и характере происхождения государства и права. Над единством или общностью мнений здесь преобладает разнобой.

В мире всегда существовало и существует множество различных теорий, объясняющих процесс возникновения и развития государства и права. Это вполне естественно и понятно, ибо каждая из них отражает или различные взгляды и суждения различных групп, слоев, наций и других социальных общностей на данный процесс. Или - взгляды и суждения одной и той же социальной общности на разные аспекты данного процесса возникновения и развития государства и права.

Таким образом объект исследования – материалистическая школа права.

Предмет исследования – историко-правовые основы государства и права.

Целью настоящей работы является анализ марксистской теории происхождения права. Для достижения указанной цели необходимо последовательно решить ряд задач, а именно:

1. проанализировать процесс зарождения марксистской теории права;
2. раскрыть сущность марксистской теории права;
3. проанализировать современные оценки марксистской теории происхождения права.

Основные методы, применяемые в работе:

- изучение исходного материала т.е. работ К. Маркса и Ф. Энгельса.

- изучение материалов, посвященных данной теме у современных авторов.

- метод анализа изученного материала и, сравнительный метод.

Структурно работа состоит из введения, двух глав, списка использованных источников.

Глава 1. история развития ПРАВА

1.1 Классический и нетрадиционный подходы в возникновении права

Правильное понимание любого социального явления невозможно без знания его исторических корней, то есть того, в каких условиях данное явление возникло, как оно развивалось и каким стало в современной действительности. Такой исторический подход необходим для познания и уяснения сущности права. Подробное изучение истории возникновения права у разных народов рассматривается в курсе истории государства и права. В курсе общей теории государства и права дается лишь обобщенная картина главных закономерностей происхождения этих явлений.

К числу закономерностей, выявленных и подтвержденных современной наукой, относится тот факт, что государство и право существовали не извечно, а появились на определенной ступени развития человечества. Это положение представляется сегодня очевидным: «по новейшим данным антропологии, только история современного кроманьонского человека (homo sapiens, или неоантропа) насчитывает около 40 тыс. лет.1 Между тем первые государственные образования в истории человечества возникли лишь около 5 тыс. лет назад». Иными словами, десятки тысяч лет люди современного типа, неоантропы, существовали, не зная государства и права, равно как и иных категорий цивилизации. Этому периоду соответствовали другие формы организации человеческого общества. Их остатки сохраняются у некоторых народов и в настоящее время.

Некоторые современные ученые считают, что первобытное, дикое общество появилось тогда, когда возник древнейший человек, то есть около 1 - 1,5 млн. лет назад

Как только появляется общество, сразу же возникает потребность в управлении. «Каждый отдельный член общества имел собственные интересы, без согласования которых общество не могло существовать, так как именно интересы выступают решающим личностным регулятором. Для обеспечения нормальной жизнедеятельности, прогрессивного развития социальных связей требуется объединить эти интересы на общее благо. Но соединить можно лишь при сочетании во многом индивидуальной выгоды (личного интереса) с социальной выгодой (общественным интересом). Такое соединение достигается главным образом лишь благодаря существованию в обществе правил поведения (норм) и власти, которая бы проводила в жизнь и обеспечивала названные нормы». Современные ученые считают, что первичным институтом организации первобытно-общинного строя являлся род, или родовая община.

Род представлял собой первичную ячейку, объединяемую кровным родством, совместным коллективным трудом, общей собственностью на продукты производства и проистекающими из этих условий равенством социального положения, единством интересов и сплоченностью членов рода. В связи с тем, что отношения между членами рода имели примитивный характер, то огромную роль в родовой общине играли обычаи, то есть устоявшиеся правила поведения, вошедшие в привычку в результате постоянного применения, с помощью которых регулировалась жизнедеятельность рода и его членов, огромная роль отводилась прецеденту. «В формировании и поддержании обычаев большое значение имели религиозные, мистические представления первобытных людей. На основе генетических связей и языческих культов соблюдение обычаев становилось прочной привычкой, органической потребностью каждого члена рода. Непререкаемость обычая опиралась на кровную связь и общность интересов членов родовой общины, равенство их положения, на отсутствие непримиримых противоречий между ними. В современной исторической науке и этнографии нормы первобытного общества получили название «мононорм», специфичных для этого периода истории человечества».2

Многие современные ученые считают, что именно из мононорм первобытного общества появилось юридическое право. Кардинальное отличие юридического права от мононорм заключается в том, что «оно представляет собой особую форму регулирования в виде обязательных норм, установленных или санкционированных и охраняемых государством, т.е. особым аппаратом управления и подчинения».

Еще одной силой, способствовавшей появлению права, была религия. Мы можем выделить две задачи, которые выполняла религия: прежде всего, как мы считаем, религиозные нормы были базой, на основе которой образовывались нормы первобытного права (как позитивного, так и естественного). Кроме того, религия способствовала сплочению народов, развитию культурных связей в первобытном обществе. Религия, особенно христианство, всегда поддерживала позиции этатизма. Таким образом, религия способствовала единообразному применению норм первобытного права, их систематизации.

Изложенная позиция является распространенной, но отнюдь не единственной гипотезой образования права. Так, доктор юридических наук Лапаева В.В. и доцент Тумурова А.Т. в статье «Процессы генезиса права с позиций принципа формального равенства» описали результаты юридико-антропологических исследований наиболее ранних пластов юридического быта ряда аборигенных народов Крайнего Севера, Дальнего Востока и Сибири, реконструировали процессы происхождения форм и норм отношений между людьми. В данной работе авторы пришли к выводу, что механизм зарождения права идентичен механизму зарождения равенства. Право может возникнуть только в равноправном обществе. В своей статье Лапаева В.В. и Тумурова А.Т. попытались доказать, что равенства (в современном понимании этого слова) в первобытном обществе не было, соответственно не было и права (первобытное общество нуждалось в определенном «социальном регуляторе», однако основной задачей этого «регулятора» была охрана интересов всего рода и некоторых власть имущих лиц. Гораздо позже начался процесс формирования новых общественных устоев, основанных на принципе формального равенства.

«Такая постановка проблемы идет вразрез со сложившейся под влиянием идей Дж. Локка и получившей большое распространение благодаря учению Ж.-Ж. Руссо традицией рассматривать первобытно-природное состояние как «золотой век» человечества, еще не знавшего социального неравенства» – пишут авторы статьи.

Концепция «первобытного равенства», породившая представление о родовых (братских) отношениях как о равных (равноправных), до сих пор весьма распространена среди отечественных юристов, связывающих такое равенство с природой доминировавших в первобытных обществах мононорм (то есть «синкретичных норм, соединявших в себе религиозные, правовые и нравственные начала»), которые никогда не давали преимуществ одному члену рода перед другим.»3 Раскрывая суть выдвинутой теории, Лапаева В.В. и Тумурова А.Т. пишут, что правовые нормы не были частью мононорм, на которых основывалась система кровнородственных (братских) отношений первобытного общества.

Обычное право – это специфический вид нормативной регуляции, формировавшийся и развивавшийся вне системы обычаев, регулирующих жизнедеятельность внутри родовой общины. «Специфическая сущностная природа правовых норм как регуляторов, основанных на принципе формального равенства, предопределила их самостоятельный генезис, при этом становление сущности права и возникновение правовых явлений происходило в рамках единого исторического процесса». Иными словами, нельзя сравнивать и тем более ставить знак равенства между такими понятиями, как «обычаи» и «обычное право».

В обоснование этих тезисов авторы приводят следующие доводы:

1) «Иллюзии по поводу естественного  состояния, в котором все равны  и свободны, не учитывают то  обстоятельство, что естественное  состояние как противоположность  искусственному состоянию, как и всякое фактическое, природное состояние, характеризуется фактическим различием, природной неодинаковостью». Люди уже рождаются неравными. С развитием общественных отношений это неравенство лишь усиливается. Именно неравенство лежит в главном законе природы – естественном отборе. Даже если рассматривать право как искусственный социальный регулятор, появившийся в результате общественного договора (по аналогии договорной теории происхождения государства), то условия этого «договора» отнюдь не были равными для всех членов первобытного общества.

2) Родовая община рассматривалась  как одно целое, первобытный человек  мог идентифицировать себя и  других (т.е. уравнивать себя с  другими) не как человека вообще, а лишь как члена данного  рода (индивида, но не индивидуума). «Таким образом, принадлежность к роду задавала тот генеральный принцип самоидентификации целого, в рамках которого члены рода идентифицировались и уравнивались между собой как мужчины и женщины, старики и дети, охотники и собиратели и т.п.» Материальное содержание в родовой общине определялось таким образом, чтобы обеспечить максимальную возможность выживания каждого члена рода. Однако «сохранение жизни каждого члена было не целью, а средством, направленным на сохранение рода. А если потребность в сохранении жизни отдельных членов вступала в противоречие с императивом выживания рода, то они приносились в жертву. И уж тем более не могло быть так называемого фактического равенства в потреблении»4.

1.2 Смешанные теории происхождения права

В настоящее время существует множество теорий, объясняющих происхождение права. В этом пункте хотелось бы раскрыть содержание и основные положения теорий, которые тоже имеют право на существование.

Значительную роль играют смешанные теории происхождения права. Так, школа возрожденного естественного права (её сторонниками были П.И. Новгородцев, Б.Н. Чичерин, Е.Н. Трубецкой), которая в виде отдельного направления существовала только в Росси, базировалась на идеях юснатурализма и договорной или договорно-правовой концепции. «П. Новгородцев считал, что право – это совокупность нравственных требований к действующему праву, большую роль играют религиозные нормы. Для Чичерина сама идея права возможна только в случае признания человека основной ценностью, целью общественного развития». Е. Трубецкой отождествлял естественное право, нравственность и правду. Его конечный вывод состоял в том, что в «образовании и развитии права участвуют два фактора: идея разума, лежащая в основе правосознания, и исторический коллективный опыт человечества. Причем первый фактор понимался в качестве цели права, а второй – в качестве средства для осуществления этой цели. Таким образом, Е.Н. Трубецкой пришел к мысли о том, что понимание природы права требует необходимость синтеза двух противоположных фундаментальных философско-правовых парадигм: естественно-правовой и позитивистской».

На основе учения школы естественного права базируется интегративная школа. Разработчиком интегративного правопонимания в России был философ Владимир Соловьев – человек глубоко верующий, поэтому для Соловьева характерен приоритет нравственно-религиозных ценностей. Он дал два определения права – онтологическое и аксиологическое. «При определении аксиологической сущности права Соловьев исходил из примата человеческой личности, признания её духовного начала, признания за ней свободы: ограничение свободы и порождает право, так как означает признание свободы другого лица, то есть право есть свобода, ограниченная на основах равенства.

Давая аксиологическое определение права, Соловьев оперирует понятиями «справедливость» и «равенство»: справедливость не синонемична равенству справедливость есть мера нравственно-должного. а нравственно-должное – основной признак права».

Существующую связь идеи права с вопросами этики отмечал в своей концепции этического персонализма И.А. Покровский. «Право в соответствии с его теорией есть не самоцель, а лишь средство для достижения цели, подчиняющее поведение человека в интересах высшего блага. Вследствие этого каждая норма права предстоит не только с точки зрения ее «данности», но и ее «должности», что требует не только познания этой нормы как она есть, но и оценки того, как она должна быть». Таким образом, эта теория подтверждает положения теории естественного права.

В данной главе курсовой работы мы рассмотрели два подхода к возникновению права: классический (развитие и накопление обычаев привело к появлению мононорм, обычного права, а впоследствии и к закреплению права в письменном виде, кодификации и возникновению правовых институтов), и нетрадиционный подход (полагающий, что право появилось и развивалось само по себе, естественным путем, и не было связано с обычаями первобытного общества).

Делая вывод из первой части курсовой работы, можно сказать, что до настоящего времени специалисты не пришли к единой трактовке понятия «право». Современные исследователи сходятся во мнении о том, что при развернутом определении права необходимо учитывать: естественно-исторический характер его происхождения; его способность быть масштабом поведения свободных и равных субъектов; обладать такими свойствами, как нормативность, общеобязательность, взаимосвязь заключенных в нем прав и обязанностей; наличие реальных гарантий по возможности реализации положений права не только со стороны государства, но и со стороны общества. Для более глубокого понимания сущности и особенностей права, его роли в жизни общества необходимо рассмотреть общую характеристику теорий права.

Глава 2. материалистическая школа права

2.1 Процесс зарождения марксистской теории права

К 40-м годам ХIХ в. в Голландии, Англии, Франции, Северной Америке происходят буржуазные революции с сопутствовавшими им экономическими кризисами. Революции дают мощный толчок быстрому развитию капитализма в Западной Европе и Северной Америке. Вместе с тем возрастают и противоречия в обществе. На смену стихийным бунтам приходят более совершенные формы и методы борьбы людей за свои права (ливонские восстания в 1831 и 1834 гг.). В 1834 г. в Париже германскими политическими эмигрантами основан «Союз отверженных». В 1836 г. из него выделилась группа, создавшая « Союз справедливых », который в 1847 г., после вступления в него К. Маркса, был преобразован в Союз коммунистов.

Возникновение марксизма было подготовлено сложившимися социально-политическими условиями. Становилось очевидно, что без борьбы с буржуазным государством и правом невозможно уничтожить капитализм. Творцы научного коммунизма исходили из необходимости дать рабочему классу теорию, способную стать действенным оружием в этой борьбе.

Процесс формирования марксистской государственно-правовой науки весьма краток во времени (1842-1847). В этот период осуществлялась разработка основ диалектико-материалистического понимания государства и права, зарождалось учение о диктатуре пролетариата, завершившееся в 1848 г. написанием « Манифеста Коммунистической партии », автором которого были К. Маркс и Ф. Энгельс.

Формирование марксистской теории права складывалось не без влияния воззрений выдающихся французских историков эпохи Реставрации О. Тьерри, О. Минье, Ф. Гизо и др. Эти ученые сумели реалистически взглянуть на факты тесной зависимости государственного строя, правовых установлений от материальных условий общественной жизни, от происходившей в истории борьбы классов. Они полагали: политические институты, юридические нормы создаются обществом, являются отражением общественного строя, первичного по отношению к ним; порожденные обществом политико-правовые учреждения потом начинают сами воздействовать на социальную жизнь, видоизменять ее.

В большей мере оказались созвучны идеологическим представлениям Маркса и Энгельса развитые упомянутыми историками положения о классах и классовой борьбе. Вот некоторые из них. Общество глубоко расчленено на классы, отличающиеся друг от друга социальными, имущественными, правовыми признаками. Каждый из классов непременно стремится поставить у власти требуемое ему правительство. Тот класс, который доминирует в хозяйственной жизни страны, должен быть гегемоном также в государстве, поскольку интересы собственности - важнейшие и преобладают над всеми остальными потребностями; никакие политико-юридические резоны не выдерживают конкуренции резонов собственности.5

Разработанная Тьерри, Минье, Гизо формула о том, что борьба классов напоминает и составляет всю гражданскую историю, сыграла крупную и неоднозначную роль в развитии социально-политической мысли ХIХ столетия. В частности, эта формула после своего рождения зажила второй жизнью, смысл которой обернулся по отношению к первоначальному ее значению прямо противоположным образом: она была воспринята, преображена и обращена против самой же буржуазии представителями революционно-утопического коммунизма 30-40-х гг. прошлого века.

Маркс и Энгельс вовсе не скрывали факта преемственности определенных собственных представлений о будущем обществе, обществе посткапиталистическом, о способах перехода к нему со взглядами на сей счет своих социалистических предтеч. Они не упускали удобного момента для того, чтобы продемонстрировать плюсы и минусы таких взглядов. Однако им самим не всегда удавалось в должной степени ощутить и осознать глубину и масштабы этой преемственности, которая отнюдь не в каждом конкретном случае сказывалась на марксизме позитивно. Кое-какие реликты не лучших схем утопического социализма присутствует и в нем.

Немалую роль в возникновении марксизма сыграли идеи ряда представителей европейской философии. Среди них справедливо выделить классиков немецкой философии, особенно - Гегеля. Ни Кант, ни Фихте, ни даже Фейербах не оказали такого значительного и многопланового влияния на процесс формирования марксистской теории права, как автор «Философии права».

Марксизм испытал притяжение развитой еще до него идеи свободы – антипода произвола. Маркс и Энгельс восприняли от Канта, Фихте, Гегеля отчетливо выраженную в их трудах конструкцию права в качестве специфического реального отношения, складывающегося между субъектами общественного взаимодействия. Участники этого отношения контактируют друг с другом в ходе обмена социальными ценностями как равные, свободные, автономные индивиды.

В собственно идеологическом плане классовым симпатиям и антипатиям марксизма более всего соответствовали воззрения, в которых с позиций угнетенных трудящихся масс критиковались и осуждались право и законодательство эксплуататорского общества. В социалистической литературе от Т. Мора до О. Бланки сложился взгляд на законы государства как на орудия защиты интересов имущих людей, богатых и привилегированных слоев.6

Многое в марксистских представлениях о функциях, выполняемых законодательством в буржуазном обществе, идет от предшествующей марксизму социалистической мысли. Например, доказательство того факта, что формальное закрепление определенных принципов как общеобязательных, устанавливаемых и защищаемых аппаратом государства норм и практическое поведение сообразно этим нормам нельзя истинно оценить без выяснения вопроса о наличии у человека реальных возможностей использовать закон в своих интересах.

Государственно-правовые взгляды Маркса и Энгельса испытали влияние еще одного идеологического комплекса. Прежде о нем было не принято говорить. Речь идет о западноевропейском политическом либерализме – направлении общественной мысли, связанном с именами Дж. Локка и Ш. Монтескье, И. Канта и К.Т. Велькера. Сами Маркс и Энгельс не акцентировали внимания на близости некоторых своих воззрений либерализму. Напротив, где могли, старались от него дистанцироваться, считая такую идеологию по преимуществу буржуазной, чуждой пролетариату. Тем не менее, трудно отрицать родство с либеральными представлениями столь известных положений марксизма, как: «всякий раз, когда под вопросом ставится та или другая свобода, тем самым ставится под вопрос и свобода вообще», «свободное развитие каждого является условием свободного развития всех», «нет прав без обязанностей, нет обязанностей без прав», свобода состоит в том, чтобы превратить государство из органа, стоящего над обществом, в орган, этому обществу всецело подчиненный». Необходимо, правда, подчеркнуть, что именно приведенные и другие подобные им положения Маркса и Энгельса были инородными пролетарски-классовой природе марксизма.7

Всегда надо иметь в виду, что форма, содержание и смысл марксистских государственно-правовых воззрений постигаются по-настоящему только при том условии, что эти воззрения исследуются в контексте предшествующего и современного им политико-юридического знания, в процессе постоянного им политико-юридического знания, в процессе постоянного и тщательного сопоставления с такими знаниями.

2.3 Сущность марксистской теории права

Материалистическая теория права представлена в работах основоположников марксизма-ленинизма и их последователей. В основе материалистической теории лежит тезис о том, что право есть выражение и закрепление воли экономически господствующего класса. Как и государство, оно является продуктом классового общества. Его содержание носит классово-волевой характер. «Помимо того, - писали К.Маркс и Ф.Энгельс, - что господствующие индивиды при данных отношениях должны конституировать свою силу в виде государства, они должны придать своей воле, обусловленной этими определенными отношениями, всеобщее выражение в виде государственной воли, в виде закона».8

Таким образом, возникновение и существование права объясняется необходимостью нормативного регулирования общественных отношений в интересах экономически господствующего класса. Марксистско-ленинское учение видит сущность права в его классовости и материальной обусловленности. Отвергая буржуазные представления о праве, Маркс и Энгельс писали: «Ваше право есть лишь возведенная в закон воля вашего класса, воля, содержание которой определяется материальными условиями жизни вашего класса».9 Экономическая обусловленность права является важнейшим принципиальным положением марксистской теории. Критикуя Прудона, считавшего произвол, усмотрение правителя решающей причиной экономической жизни, Маркс отмечал: «Поистине нужно не иметь никаких исторических сведений, чтобы не знать того факта, что во все времена правители вынуждены были подчиняться экономическим условиям и никогда не могли предписывать им закона. Как политическое, так и гражданское законодательство всегда лишь выражало, заносило в протокол требования экономических отношений».10 Впоследствии положение марксизма о классово-волевом содержании права было перенесено нашей юридической наукой на отечественное право. Утверждалось, что в обществе, где отсутствуют антагонистические классы, в праве выражается воля всех дружественных классов и слоев общества, руководимых рабочим классом. Тем самым подтверждалась идея, что классовость права есть его постоянный и объективный признак. Важный аспект марксистской теории права проявляется в критике социально-экономических взглядов Ф. Лассаля, которые базировались на социалистической идее общественной собственности и равенстве распределения общественно производимого продукта. Будучи принципиальным противником частной собственности, считая ее основой эксплуатации человека человеком, Маркс тем не менее возражает Лассалю. В чем суть этих возражений? Маркс считал, что общество, вышедшее из недр частнокапиталистических отношений, на первоначальных этапах своего развития (в первой фазе коммунизма) еще носит отпечатки прошлого. И если Лассаль говорит, что общественная собственность на основные средства производства позволяет производителям общественно полезного продукта получать то, что они заработали (за вычетом того количества результатов труда, которое идет в общественные фонды), и это означает «царство» равенства, то Маркс считает данное утверждение ошибочным. «Равное право», по мнению Маркса, здесь действительно имеет место, но это еще «буржуазное право», которое, как и всякое право, предполагает неравенство. Всякое право есть применение одинакового масштаба к различным людям, которые на деле не одинаковы, не равны друг другу. Поэтому «равное право» есть нарушение равенства и несправедливость. Такое неравенство заложено в физиологическом и социальном положении людей. В условиях, когда каждый должен отработать равную с другими долю общественного продукта, в экономически невыгодном положении оказываются люди, которые в силу своего физического или психического состояния не могут быть равноправными участниками общественного производства и потребителями его благ. «…При равном труде, - заключает Маркс, - следовательно, при равном участии в общественном потребительном фонде, один получит на самом деле больше, чем другой, окажется богаче другого и т. д. Чтобы избежать всего этого, право, вместо того, чтобы быть равным, должно бы быть неравным…»11.

Справедливости и равенства, следовательно, первая фаза коммунизма дать еще не может: различия в богатстве останутся и различия несправедливые, но невозможна будет эксплуатация человека человеком, ибо нельзя захватить средства производства, фабрики, машины, землю и прочее в частную собственность. Разбивая мелкобуржуазно неясную фразу Лассаля о «равенстве» и «справедливости» вообще, Маркс показывает ход развития коммунистического общества, которое вынуждено сначала уничтожить только ту «несправедливость», что средства производства захвачены отдельными лицами, и которое не в состоянии сразу уничтожить и дальнейшую несправедливость, состоящую в распределении предметов потребления «по работе» (а не по потребностям).

Маркс не только тончайшим образом учитывает неизбежное неравенство людей, он учитывает также то, что один еще переход средств производства в общую собственность всего общества не устраняет недостатков распределения и неравенства «буржуазного права», которое продолжает господствовать, поскольку продукты делятся «по работе».

«…Но эти недостатки, - продолжает Маркс, - неизбежны в первой фазе коммунистического общества, в том его виде, как оно выходит, после долгих мук родов, из капиталистического общества. Право никогда не может быть выше, чем экономический строй и обусловленное им культурное развитие общества…».12

Конкретизируя положения Маркса, Ленин пишет, что в первой фазе коммунистического общества «буржуазное право» отменяется не вполне, а лишь отчасти, в меру уже достигнутого экономического переворота, то есть лишь по отношению к средствам производства. «Буржуазное право» признает их частной собственностью отдельных лиц, а социализм делает их общей собственностью, и только в этой части «буржуазное право» отпадает. Но оно остается в своей другой части: в качестве регулятора распределения труда и распределения продуктов между членами общества. Такой «недостаток» марксистско-ленинская теория считает неизбежным в первой фазе коммунизма (после свержения капитализма), ибо люди сразу не научатся работать на общество без всяких норм права, поскольку для этого нет необходимых экономических условий. Других же норм, кроме «буржуазного права», нет. Право отмирает полностью тогда, когда общество осуществит правило: «от каждого по способностям, каждому по потребностям», то есть когда люди настолько привыкнут к соблюдению основных правил общежития и когда их труд будет настолько производителен, что они добровольно будут трудиться по способностям. Таким образом, в соответствии с марксистско-ленинской концепцией в основе возникновения права, его функционирования и неизбежного отмирания лежат классово-экономические причины. Мировая наука и практика государственно-правовой жизни общества не отрицает определяющей роли социальных и экономических факторов в возникновении и развитии права, однако рассматривается эта проблема с иных позиций. Если марксизм-ленинизм видит в праве средство закрепления воли и охраны интересов экономически господствующих классов, то представители других научных течений концентрируют внимание на соотношении права и государства, права и личности. В их понимании права, правового регулирования главное место занимает человек с его разнообразными интересами и потребностями, а не только противоположные интересы классов. Классово-экономическая теория ограничивает жизнь права историческими рамками классового общества. Она считает, что право - исторически преходящее явление, которое необходимо обществу лишь на определенном этапе его развития. С исчезновением классов оно утратит полностью свою социальную ценность. Марксистско-ленинская теория утверждает, что право - явление, производное от государства, в полной мере определяемое его волей. Провозглашая примат государства над правом, марксизм вступает в противоречие с теорией правового государства, которая не отрицает ведущей роли в правотворчестве, однако считает, что само государство должно подчиняться законам, а не стоять над ними. Несомненной заслугой марксистской теории является вывод о том, что право не может быть выше, чем экономический и культурный строй общества. Тем не менее ее понимание права ограничено лишь классовым обществом, в котором государство является единственным творцом права, отвергающим естественные права человека и его активное участие в формировании правовой жизни общества. Современная наука и практика общественного развития подтверждают, что в цивилизованном обществе право «господствует» над государством, определяет его структуру и формы деятельности, выступает постоянным объективным средством консолидации общества. Вне правового регулирования общество существовать не может. Следующий постулат марксизма о праве как «равном масштабе по отношению к неравным людям» в условиях частной собственности и «неравном масштабе к различным людям» в условиях общественной собственности подтвердился только в своей первой части. Отношения, возникающие на основе всеохватывающей общественной (обезличенной) собственности, превращаются в тотальное нивелирование человеческих интересов, регулирование которых невозможно посредством правовых законов. Право при таких экономических условиях превращается в свой антипод. Оно становится главным препятствием на пути удовлетворения индивидуальных интересов личности. Право выступает необходимым инструментом обеспечения экономической свободы индивида. Нравственные, религиозные, национальные и другие факторы, включаясь в сферу правового регулирования, ориентируют и в значительной мере определяют направление экономического развития общества. В этой связи экономическая обусловленность права выступает как «подвластный фактор», обеспечивающий индивидуальные интересы людей, в том числе и экономические. Право, если оно отражает объективные потребности общественного развития, является «беспристрастным» регулятором отношений производства и потребления. Его нравственные основы в цивилизованном мире учитывают и реализуют эти потребности в рамках дозволенного и запрещенного поведения участников общественных отношений.