Международные отношения. 2

                                                   Введение

          Социологический подход в изучении международных отношений позволяет выделить в мировом сообществе две составляющие: социальную среду и социальную систему, имеющую в своем составе подсистемы. Подсистемами являются участниками международных отношений. К ним обычно относят государства, международные организации, транснациональные корпорации и банки, международные группы давления. К ним также следует отнести нации и народы, социально-территориальные системы (континенты, части света, регионы), языковые и религиозные сообщества, расы и некоторые другие феномены. Деление мирового сообщества на социальную систему и социальную среду носит условный характер. Участники международных отношений, выступая как системы, по отношению к другим участникам в совокупности являются социальной средой.

           В современной мировой политике  действует огромное колиество  различных участников. Но до сих  пор преобладающим остается взгляд, что основными субъектами мировой  политики являются государства  и группы (союзы) государств. Однако  сегодня обозначилась объективная  тенденция расширения участников  международных отношений. Все  более важными субъектами в  международных отношениях становятся  международные организации. Они  обычно разделяются на межгосударственные  или межправительственные и неправительственные  организации.

           Межгосударственные организации  являются стабильными объединениями  государств, основанными на договорах,  обладают определенной согласованной  компетенцией и постоянными органами.

           Сложность межгосударственных отношений  в политической сфере, потребность  регулировать международную жизнь  привели к созданию неправительственных  организаций. Неправительственные  организации имеют более сложную  структуру,  чем межгосударственные. Они могут быть и чисто неправительственными, а могут иметь смешанный характер, то есть включать и правительственные структуры, и общественные организации, и даже индивидуальных членов.

           Как субъекты международных отношений  международные организации могут  вступать в межгосударственные  отношения от своего собственного  имени и в то же время  от имени всех государств, входящих  в них. Число международных  организаций постоянно растет.

           Международные организации охватывают  самые разные аспекты международных  отношений. Они создаются в  экономической, политической, культурной, национальной областях, имеют определенную  особенности и специфику.

           Объектом данной работы являются  участники международных отношений.

           Предметом работы являются особенности  и роль участников международных  отношений в мировом сообществе.

           Целью данной работы является  изучение и анализ особенностей  и роли участников международных  отношений в мировом сообществе.

           Для реализации поставленной цели предполагается выполнить следующие задачи:

1. проанализировать понятие «участники международных отношений»;
2. определить сущность и роль государства как участника международных отношений;
3. выделить национально – освободительные движения и другие негосударственные участники международных отношений, изучить их специфику и роль в мировом сообществе;
4. изучить понятие, особенности и роль ТНК в международных отношениях.

1.  Понятие участников международных отношений

           Наиболее употребительным термином, которым в науке о международных отношениях принято обозначать участников взаимодействия на мировой арене, является термин «актор».

           «Актор» — это любое лицо, которое принимает активное участие, играет важную роль, — пишут Ф. Брайар и М.-Р. Джалили. В сфере международных отношений, подчеркивают они, под актором следует понимать любой авторитет, любую организацию, любую группу и даже любого индивида, способного играть определенную роль, оказывать влияние»¹.

           Б. Рассет и X. Старр отмечают, что термин «актор» имеет целый ряд достоинств:

           Во-первых, он отражает широкий спектр взаимодействующих общностей и поэтому является достаточно всеобъемлющим.

           Во-вторых, используя его, мы делаем акцент на поведении общностей.        Тем самым данный термин помогает понять существо общности, которая ведет себя определенным образом, предпринимает такие-то действия. Наконец, в-третьих, он помогает понять то, что разные актеры играют разные роли: некоторые из них занимают авансцену и являются «звездами», тогда как другие остаются не более чем статистами или же членами хоровой группы. И тем не менее, все они участвуют в создании законченного спектакля на мировой сцене².

           Социальная общность может рассматриваться как международный актор в том случае, если она оказывает определенное влияние на международные отношения, пользуется признанием со стороны государств и их правительств и учитывается ими при выработке внешней политики, а также имеет ту или иную степень автономии при принятии собственных решений³. Исходя из этого, становится ясным, что если все акторы являются участниками международных отношений, то не каждый участник может считаться международным актором. Организация, предприятие или группа, имеющие какие-либо отношения с иностранными организациями, предприятиями или гражданами, далеко не всегда могут выступать в роли международных акторов. Наоборот, эту роль может выполнять отдельный человек, — например, такой, как всемирно известный правозащитник А. Д. Сахаров, который, — благодаря тому авторитету, которым он пользовался как среди государственных руководителей многих стран, так и среди демократической общественности, — оказывал известное влияние на отношение Запада к СССР.

           Однако в данной связи возникают следующие вопросы. Во-первых, какие из разновидностей социальных общностей, взаимодействующих на мировой арене, могут считаться типичными международными акторами? И, во-вторых, какова иерархия между типами международных акторов, или, иначе говоря, какой из них может рассматриваться как наиболее влиятельный, авторитетный и перспективный? Оба эти вопроса являются, хотя и в разной степени, предметом научных дискуссий, теоретических споров.

           Представители большинства теоретических направлений и школ считают, что типичными международными акторами являются государства, а также международные организации и системы.

           Так, Мортон Каплан различает три типа международных акторов: национальный (суверенные государства), транснациональный (региональные международные организации: например, НАТО) и универсальный (всемирные организации: например, ООН)⁴.

           М. Мерль в качестве типичных международных акторов рассматривает государства, международные организации и транснациональные силы (например, мультинациональные фирмы, а также мировое общественное мнение)⁵.

           Брайар и М. Р. Джалили добавляют к этим трем типам еще один — так называемых потенциальных акторов (таких, как национально-освободительные движения, региональные и локальные общности: например, Европейский Совет коммун. Европейская Конференция местных органов власти)⁶.

           Д. Розенау считает основными международными акторами государства, подсистемы (например, органы местной администрации, обладающие определенной автономией в международной сфере), транснациональные организации (такие, как, например, кампания по производству микросхем «Европейские кремниевые структуры», существующая вне пределов государственной юрисдикции), когорты (например, этнические группы, церкви и т.п.), движения⁷.

           Вместе с тем, из приведенных примеров видно, что указанное согласие относительно основных типов международных акторов касается прежде всего государства и межгосударственных (межправительственных) организаций. Что же касается вопроса о других участниках международных отношений, то он остается предметом теоретических расхождений. Однако гораздо более серьезные дискуссии ведутся по вопросу о том, какому типу актора следует отдавать предпочтение при анализе международных отношений.

           Как мы уже видели, для представителей политического реализма нет сомнений в том, что государство является главным, решающим, если не единственным актором международных отношений. Это касается всех разновидностей политического реализма, хотя одни из них опираются в своей аргументации преимущественно на политические возможности государства (Г. Моргентау), другие делают акцент на его социальную сферу (Р. Арон), третьи аппелируют к экономическому потенциалу (Ж. Бертэн).

           Более гибкой выглядит точка зрения представителей модернистского направления. Смещая акцент на функционирование международных отношений, опираясь на системный подход, моделирование, количественные методы в их изучении и т.п., представители модернизма не ограничиваются исследованием поведения государств, вовлекая в научный оборот проблемы, связанные с деятельностью международных организаций, международно-политическими последствиями экономической экспансии ТНК и т.п. Вместе с тем, во-первых, чаще всего вопрос о приоритетности того или иного международного актора является для них второстепенным. А, во-вторых, многие представители данного, чрезвычайно гетерогенного направления близки либо к политическому реализму (М. Каплан, К. Райт), либо к другим теоретическим школам, например, таким, как транснационализм и глобализм.

           Согласно теоретикам транснационализма или взаимозависимости (Р. Кооохейн, Д. Най, Э. Скотт, С. Креснер и др.), одной из характерных особенностей современного этапа в эволюции международных отношений является тот вызов, который бросают позициям государств международные неправительственные организации, мультинациональные фирмы и корпорации, экологические движения и т.п. По мере роста числа международных сделок позиции государств в мировой политике ослабевают, и, напротив, усиливается роль и значение частных субъектов международных отношений⁸.

           «Глобалисты» (Д. Бартон, С. Митчел и др.) идут еще дальше, представляя мир в виде гигантской многослойной паутины взаимных связей, соединяющих вместе государства и негосударственных акторов, из которой никто не может выбраться⁹. Вместе с тем «транснационалисты» остались достаточно лояльными по отношению к политическому реализму и, следовательно, к его трактовке государства как главного международного актора¹⁰. Что же касается «глобалистов», то они имеют тенденцию принижать значение понятия «международный актор» в пользу показа тенденций глобальной взаимозависимости¹¹.

           В неомарксистских концепциях международных отношений (И. Валлерстайн, С. Амин, А. Франк) главное внимание уделяется таким понятиям, как «миросистема» и «мироэкономика», государство же является лишь удобным институциональным посредником господствующего в международном масштабе класса, призванным обеспечить его доминирование над мировым рынком¹².

           Каждое из указанных теоретических направлений и школ отражает ту или иную сторону реальности международных отношений. Однако для того, чтобы судить о том, насколько верно такое отражение, необходимо получить более полное представление об особенностях существа и функционирования основных участников взаимодействий на мировой арене.

2. Сущность и роль  государства как участника международных  отношений

           Государство является бесспорным  международным актором, отвечающим  всем вышеназванным критериям  этого понятия. Оно является  основным субъектом международного  права. Внешняя политика государств  во многом определяет характер  международных отношений эпохи;  оно оказывает непосредственное  влияние на степень свободы  и уровень благосостояния индивида, на саму человеческую жизнь.  Деятельность и даже существование  международных организаций, других  участников международных отношений  в значительной мере зависит  от того, как к ним относятся  государства. Кроме того, государство  является универсальной формой  политической организации человеческих  общностей: в настоящее время  практически все человечество, за  небольшими исключениями, объединено  в государства. 

           Для того, чтобы стать членом  ООН и, следовательно, получить  признание в качестве субъекта  международного права, государство  должно обладать независимым  правительством, территорией и населением.

           Происхождение государства связано  с переходом человеческих общностей  к оседлости, разделением труда,  обособлением управленческих функций,  сосредоточением их в руках  особого социального слоя и  установлением политической власти  над населением в пределах  определенной территории. Американский  специалист Д. Фрэнкел связывает  формирование государства с развитием  у людей потребностей и предпочтений, которые они не могут удовлетворить  в одиночку, и поэтому вынуждены  объединяться в группы. В зависимости  от обстоятельств такие группы  различаются по своим размерам  и характеру, однако все они  сталкиваются с одинаковыми проблемами, связанными со структурой, иерархией  и организацией группы, а также  ее отношениями с другими группами, которые являются прообразом  современных международных отношений¹³.

           Функции государства в его  наиболее развитой форме сводятся  к поддержанию порядка и безопасности  в рамках отделенной границами  территории, созданию условий для  социального и экономического  развития общества, для распределения  благ и услуг, поддержанию занятости  и удовлетворению основных потребностей  населения.

           Генезис и существование современной  формы государственности тесно  связаны с формированием и  развитием такого вида социальной  общности, как нация. Следует подчеркнуть,  что как не существует «естественных»  границ между государствами (все  они являются продуктом истории,  результатом соотношения сил  и потому носят «искусственный»,  т.е. политический характер), так  не существует и оснований  для представлений о биологической  сущности наций, или их этническом  происхождении. Все нации являются  многоэтническими образованиями,  все они формируются и укрепляются  в процессе политической социализации, распространения и усвоения религиозных  верований, обычаев, других культурных  ценностей, способствующих политической  консолидации социальной общности.

           Об этом свидетельствуют и  основные факторы, лежащие в  основе генезиса нации, открытые  научным сообществом в результате  многочисленных исследований данного  феномена. Это, прежде всего, —  общность территории проживания, способствующая формированию близости  в восприятии природных феноменов  и, соответственно, консолидации  социальной общности. Это — общность  экономической деятельности, определяемая  одними и теми же ресурсами,  формирующая сходный тип хозяйственной  активности. Это — культурное  единство, отражаемое в общности  языка, религии, социальных норм  поведения. Определенную роль  в формировании нации может  играть и общее этническое  происхождение людей, хотя эта  роль отнюдь не может считаться  решающей. Это, наконец, — общий  исторический опыт, ощущение общей  судьбы, общности прошлого, настоящего  и будущего. В то же время  ни один из указанных факторов не является достаточным для того, чтобы рассматривать социальную общность как нацию. Так, для многих наций характерно наличие нескольких языков (Швейцария), религий (Китай), культур (Индия) и т.п. Пожалуй наиболее устойчивой является общность национального самосознания, ощущения единства исторической судьбы.

           Одной из решающих в понимании  происхождения и сущности государства  является категория «национально-государственный  суверенитет». Она имеет два основных  аспекта — внутренний и внешний.  Речь идет, с одной стороны,  о свободе государства избирать  свой путь экономического развития, политического режима, гражданского  и уголовного законодательства  и т.п. А с другой, — о невмешательстве  государств во внутренние дела  друг друга, о их равенстве  и независимости. Однако принцип  суверенитета национальных государств  приводит к неоднозначным последствиям  в международных отношениях.

           Во-первых, каждое государство вынуждено  так или иначе сочетать в  своей внешней политике достаточно  противоречивые функции. По определению  одного из основателей современной  американской политической науки  А. Уолферса, каждое государство  может стремиться к национальной  экспансии (self-extension) в самом широком  смысле этого термина, включающем  увеличение территорий, влияния,  ресурсов, союзников и т.п. Оно  может быть озабочено защитой  (сохранением) своего пространства  и своего национального интереса (self-preservation). Наконец, оно может  отказываться от тех или иных  непосредственных выгод в пользу  укрепления мира и солидарности  в межгосударственных отношениях (self-abnegation)¹⁴.

           Во-вторых, каждое государство стремится  к обеспечению собственной безопасности. Однако это стремление, ввиду  того, что оно свойственно всем  суверенным государствам-нациям  в условиях «плюрализма суверенитетов», порождает одну из самых сложных  и животрепещущих проблем международных  отношений — так называемую  «дилемму безопасности». Она состоит  в том, что увеличение безопасности  одного из государств может  рассматриваться как небезопасность для другого и вызывать с его стороны соответствующие реакции — от гонки вооружений до «превентивной войны».

           Наконец, в-третьих, если все  государства-нации равны, то, как  остроумно замечают Б. Рассет  и X. Старр, «некоторые из них  равны больше, чем другие»¹⁵. Действительно, формально-юридическое равенство государств с точки зрения международного права не может отменить того обстоятельства, что они различаются по своей территории, населению, природным ресурсам, экономическому потенциалу, социальной стабильности, политическому авторитету, вооружениям, наконец, по своему возрасту. Эти различия резюмируются в неравенстве государств с точки зрения их национальной мощи. Следствием такого неравенства является международная стратификация, с характерной для нее фактической иерархией государств на международной арене.

           Согласно традиционным представлениям, государства выражают себя на  международной арене через свою  внешнюю политику, которая может  принимать две основные формы:  дипломатии и стратегии. Их  назначение — удовлетворение  национальных интересов, сохранение  территориальной целостности страны, защита ее безопасности и суверенитета. Однако в наши дни такое  понимание внешней политики и  международных отношений обнаруживает  свою явную узость, ибо внешняя  политика уже не может не  принимать в расчет проблемы  экологии и научно-технического  прогресса, экономики и средств  массовой информации, коммуникаций  и культурных ценностей. А главное  — оно не способно отразить  как тот факт, что традиционные  проблемы международных отношений  претерпевают существенные видоизменения  под влиянием всех этих новых  факторов, так и действительную  роль и подлинное место негосударственных  международных акторов.

3. Национально - освободительные  движения и другие негосударственные      участники международных отношений

           Среди негосударственных участников  международных отношений выделяют  межправительственные организации  (МПО), неправительственные организации  (НПО), транснациональные корпорации (ТНК), национально – освободительные  и другие общественные силы  и движения, действующие на мировой  арене.

           Межправительственные организации  являются стабильными объединениями  государств, основанными на международных  договорах, обладающими определенной  согласованной компетенцией и  постоянными органами. Остановимся  на их рассмотрении более подробно.

           Венский Конгресс 1815 г., возвестив  об окончании наполеоновских  войн и рождении новой эпохи  в международных отношениях, одновременно  возвестил и о появлении в  них нового участника: Заключительным  актом Конгресса было провозглашено  создание первой МПО - Постоянной  комиссии по судоходству по  Рейну. К концу XIX века в мире  существовало уже более десятка  подобных организаций, появившихся  как следствие индустриальной  революции, породившей потребность  в функциональном сотрудничестве  государств в области промышленности, техники и коммуникаций и т.п.

           Потребности функционирования этих  организаций вызывают необходимость  созыва периодических конференций  представителей входящих в них  стран, а подготовка таких конференций  и выполнение их решений, в  свою очередь, ведет к созданию  постоянных административных структур - "аппарата". При этом, если  администрация и аппарат первых  МПО были достаточно скромными  (так, например, Всемирный Почтовый  Союз был представлен его руководителем  и шестью постоянными функционерами), то в ООН в настоящее время  занято более пятидесяти тысяч  человек. Отмеченное увеличение  количеств МПО и численности  их постоянных работников есть  одно из свидетельств роста  взаимозависимости государств и  их многостороннего сотрудничества на постоянной основе. Более того, будучи созданы, подобные организации приобретают определенную автономию по отношению к государствам-учредителям и становятся отчасти неподконтрольными им. Это дает им возможность оказывать постоянное влияние на поведение государств в различных сферах их взаимодействия и, в этом смысле, играть роль наднационального института.

           Существуют различные типологии  МПО. Наиболее распространенными  является классификации МПО по  «геополитическому» критерию и  в соответствии со сферой и  направленностью их деятельности.

           В первом случае выделяют такие  типы межправительственных организаций  как: универсальный (например, ООН  или Лига Наций); межрегиональный  (например, Организация Исламская  Конференция); региональный (например, Латиноамериканская Экономическая  Система); субрегиональный (например, Бенилюкс).

           В соответствии со вторым критерием,  различают: общецелевые (ООН); экономические  (ЕАСТ); военно-политические (НАТО); финансовые (МВФ, Всемирный Банк); научные  ("Эврика"); технические (Международный  Союз Телекоммуникаций); или еще  более узко специализированные  МПО (Международное Бюро Мер  и Весов).

           Государство - действительно универсальная  модель политической организации  людей, о чем свидетельствует  ее распространение на все  новые нации и народы. Однако  противоречия между формально-юридическим  равенством и фактическим неравенством  государств доказывают, что ее  роль нельзя абсолютизировать. Исследования  в области социологии международных  отношений показывают, что во  многих к тому же становящихся  все более частыми ситуациях  интересы людей и их «патриотизм»  связаны не с государством, а  с другими общностями, политическими  или культурными ценностями, которые  воспринимаются ими как более  высокие: это могут быть ценности  панисламизма, связанные с чувством  принадлежности к более широкой  общности, чем нация-государство,  но это могут быть и ценности, связанные с этнической идентификацией субгосударственного характера - как это имеет место у курдов или берберов. В этой связи сегодня все более ощутимо возрастает роль международных неправительственных организаций (НПО). В отличие от межправительственных организаций, НПО - это, как правило, нетерриториальные образования, так как их члены не являются суверенными государствами. Они отвечают трем критериям:

1. международный характер состава и целей;
2. частный характер учредительства;
3. добровольный характер деятельности.

           Ф. Брайар и М.-Р. Джалили  под НПО понимают структуры  сотрудничества в специфических  областях, объединяющие негосударственные  институты и индивидов нескольких  стран: религиозные организации  (например, Экуменический Совет Церквей), организации ученых (например, Пагоушское  Движение); спортивные (ФИФА), профсоюзные  (МФП), правовые (Международная Амнистия) и т.п. организации, объединения,  учреждения и ассоциации.

           Все они имеют те общие черты,  которые отличают их как от  государств, так и от межправительственных  организаций. В отличие от первых, они не могут быть представлены  как акторы, действующие, говоря  словами Г. Моргентау, во имя  «интереса, выраженного в терминах  власти». В отличие от вторых, их учредителями являются не  государства, а профессиональные, религиозные или частные организации,  учреждения, институты и, кроме  того, принимаемые ими решения,  как правило, не имеют для  государств юридической силы. И  все же, им все чаще удается  добиваться выполнения тех задач,  которые они ставят перед собой, - и не только в профессиональной, но и в политической области.  Это касается и таких задач,  которые требуют серьезных уступок  со стороны государств, вынужденных  в ряде случаев поступаться  «священным принципом» национального  суверенитета. Так, в последние  годы некоторым НПО, - в частности  тем, сферой деятельности которых  являются защита прав человека, экологические проблемы, или гуманитарная помощь, - удалось добиться права на вмешательство во внутренние дела суверенных государств. Основным «оружием» НПО в сфере международной политики является мобилизация международного общественного мнения, а методом достижения целей - оказание давления на межправительственные организации (прежде всего на ООН) и непосредственно на те или иные государства. Поэтому НПО подобного рода нередко называют «международными группами давления».

           В меньшей степени признакам  международного актора - автономия  в своих решениях и деятельности, способность вносить изменения  в международные отношения этим  признакам отвечают другие участники  международных отношений – такие  как национально-освободительные,  сепаратистские и ирредентистские  движения, мафиозные группировки,  террористические организации, региональные  и местные администрации, отдельные  лица. Часть из них, например, национально-освободительные  и сепаратистские движения, являются, скорее, международными субъектами  в социологическом (а не юридическом)  значении этого термина, - то есть  они стремятся стать акторами (в данном случае, суверенными  государствами). С этой целью они  добиваются членства или хотя  бы статуса наблюдателя в авторитетных  межправительственных организациях, считая участие в них важным  звеном в обретении статуса  международного актора. Так, ООП  является членом Лиги Арабских  Государств, Организации Исламская  Конференция, Движения Неприсоединения  и обладает статусом наблюдателя  в ООН. 

           Растущая взаимозависимость приводит  к развитию функционального и  институционального международного  сотрудничества, участниками которого  выступают различные предприятия,  фирмы, административные структуры  и граждане приграничных зон  соседних государств, а также  регионы и отдельные города  различных стран. В первом случае (функциональное трансграничное  взаимодействие) речь идет об  установлении контактов и обменов  между представителями сопредельных  государств, в основе которого  лежит общность интересов и потребностей, и которое нередко устанавливается как бы стихийно, то есть помимо официальных договоренностей между государствами (а иногда и вопреки им). Таковы, например, отношения между жителями приграничных районов России и Китая или отношения между сопредельными районами стран СНГ, жители которых фактически игнорируют запреты и ограничения властей на взаимную торговлю. Примером второго (институционального сотрудничества локального характера) выступают достаточно представительные международные организации, формирующиеся вне национально-государственных рамок (Ассоциация породненных городов; Совет коммун Европы и т.п.).

           Таким образом, можно сделать  вывод, что возрастание роли  и влияния негосударственных  участников международных отношений  - относительно новое явление  в международных отношениях, характерное  для послевоенного времени. Выделяется  три основных черты, определяющие  международные организации: во-первых, политическая воля к сотрудничеству, зафиксированная в учредительных  документах; во-вторых, наличие постоянного  аппарата, обеспечивающего преемственность  в развитии организации; в-третьих,  автономность компетенции и решений.