Восстание декабристов. 2

Введение:

Декабризм как историческое явление чрезвычайно многогранен. Он включает в себя идеологию дворянских революционеров, оказавшую значительное влияние на общественное сознание передовой России первой половины XIX века. Родоначальники идейно осознанной и организованной политической борьбы против самодержавия и крепостного права, декабристы навечно вошли в историю России.

Движение декабристов и восстание 14 декабря 1825 года и до настоящего времени занимает большое место в исторических исследованиях многих видных российских ученых. Зарождение декабристского движения и причины, побудившие к этому, программные документы тайных Северного и Южного обществ, материалы допросов декабристов, жизнеописания лидеров этого движения стали главными научными проблемами в исследованиях ученых. Однако при этом, в недостаточной степени исследовались личные записки, воспоминания самих участников восстания, к которым было отнесено около 600 человек, осужденных и отправленных по этапу в Сибирь. Также не в полной мере исследовались воспоминания свидетелей процесса подготовки восстания, косвенно или напрямую причастных к нему. В конце 19 – начале 20 века стала издаваться мемуарная литература о событиях 14 декабря 1825 года, которые открывали глаза на реальные события, связанные с декабристами. Эти документы являлись ценным источником понимания мотивов участия в движении декабристов, их программных целей в видении будущего России. Конечно же, в сочинениях подобного рода прослеживается некоторый оттенок субъективизма и тенденциозности в освещении своей роли в движении декабристов и событиях на Сенатской площади 14 декабря 1825.

Многие историки обращали внимание на восстание 14 декабря 1825года. Это событие получило неоднозначную оценку у разных поколений. Современниками того времени, рассматривающими эту проблем, были барон М. Корф, Н. К. Шильдер, М. Лунин. Но особое внимание этой проблеме уделяли Василий Осипович Ключевсий и Александр Иванович Герцен. Во время советской историографии этот вопрос изучали: В. И. Ленин, М. Н. Покровский, М. В. Нечкина. В современной историографии был характерен пересмотр ряда устоявшихся в отечественной исторической науке выводов относительно декабристского движения.

Цель данной курсовой работы: рассмотреть точки зрения по восстанию декабристов известных историков и общественных деятелей.

Для достижение этих целей необходимо решение следующих задач:

• Изучить оценку восстания декабристов и их деятельности историками и общественными деятелями первой четверти XIX -ХХ века.
• определить мнение А.И. Герцен и В.О. Ключевский о декабристах;
• современная литература о декабристах.

Глава 1. Оценка восстания декабристов и их деятельности историками и общественными деятелями первой четверти XIX -ХХ века.

Официальная правительственная концепция толковала восстание декабристов как случайное явление, а самих декабристов — как скопище цареубийц, которые восприняли революционные идеи в Западной Европе, но потерпели неудачу в попытке привить их на русской почве. Официально стремились скрыть размеры и угрозу движения, старались показать бесперспективность движения. Ярким приверженцем этой концепции был барон М. Корф — «Историческое описание 14-го декабря [1825 гг.] и предшествовавших ему событий», «Четырнадцатое декабря 1825 г.», «Восшествие на престол императора Николая I». Корфа давала резко отрицательную оценку движению, обливала клеветой и смешивала с грязью его участников — «злодеев» и «мятежников», якобы не имевших никаких корней в окружавшей среде, «исчадий ада», осмелившихся выступить против священных устоев самодержавия, «бунтовщиков», попытки которых разбились об «искони» врожденное русскому народу «царелюбие» и отвращение к мятежам. Но в то же время, когда «верноподданным» вдалбливалось изложенное выше официальное понимание происшедших событий, складывалась и революционная концепция декабризма, возникшая среди дворянских революционеров и в общественных кругах, сочувствовавших им. Концепция решительно заявила: восстание - лишь досадная случайность, произошедшая по стечению обстоятельств. [7, с561-562]

Другой представитель дворянской историографии, правда, более позднего периода, — Н. К. Шильдер считал политику Александра I и его лично виновником восстания декабристов. Шильдер показал, что декабристы предвосхитили реформационные планы Александра II на 30 лет. Он подчеркнул благородную мотивацию их поступков, сочувствуя либеральной части восставших.

Первыми несогласными с официальной концепцией историками выступили сами декабристы. Особенно здесь проявил себя М. Лунин. В 1837 году он создает серию политических «Писем из Сибири», адресованных сестре. Он задался целью написать историю декабристского движения, предполагалось, что письма станут известны широкому кругу читателей. В начале 1838 года он пишет «Розыск исторически» (краткое обозрение прошлого Российского государства), в сентябре 1838 года. «Взгляд на Русское Тайное Общество с 1816 по 1826 года» (очерки по истории тайных обществ), в ноябре 1839 года «Разбор донесения, представленного императору Тайной комиссией 1826г.» (содержит критическое исследование «Донесения» и взглядов автора на декабристское движения с обозначение его истинных целей).

Сразу после восстания перу отца русской историографии Карамзина принадлежит следующая характеристика восстания декабристов: "Вот нелепая трагедия наших безумных либералистов! Дай Бог, чтобы истинных злодеев нашлось между ними не так много. Солдаты были только жертвой обмана". Обладая глубоким объективным умом историка, Карамзин отдавал себе ясный отчет в том, от какой опасности была спасена 14 декабря 1825 года Россия. "Бог спас нас 14 декабря, - пишет он, - от великой беды. Это стоило нашествия французов". Таким образом, в целом можно говорить о признании восстания тщательно подготовленным, что указывает на отсутствии в событиях случайности, но в связи с политическим убеждениями Николай Михайлович придерживалась официальной концепции. [5,с 208-281]

Одновременно с революционной и официальной сформировалась и либеральная концепция. Ее основателем стал декабрист Н.И. Тургенев, приговоренный по делу 14 декабря «к отсечению головы». Он был тогда за границей, приглашение царских властей вернуться на родину и дать отрубить себе голову отклонил, но в целях самооправдания начал изображать всех декабристов безобидными либералами. Эту концепцию развил академик А.Н. Пынин. В своей работе «Общественное движение в России при Александре I» он обобщил весь многочисленный материал, накопленный за этот период, провёл подробный анализ источников. А. Н. Пыпин прослеживает взаимозависимость взглядов императора и прогрессивного общества того времени. Личность Александра I, по его мнению, являлась мощной силой, поддерживающей общественные настроения. А. Н. Пыпин в своей работе исследует не сами события декабря 1825 г., а их предысторию. Первопричиной автор считает «пробуждение национального чувства в эпоху 1812 г. как источник нового либерального движения... и сильное европейское влияние, действовавшее на русское общество в течение Наполеоновских войн».

Крупнейшим по значению трудом дореволюционной историографии о декабристах является книга В. И. Семевского «Политические и общественные идеи декабристов» (1909). В.И.Семевский впервые в литературе широко и планомерно использовал следственное дело о декабристах, привлек к изучению их идеологии огромный круг первоисточников. Появление такого обширного монографического труда об отдельном революционном движении стало возможным лишь после революции 1905 г. Концепция В. И. Семевского, мировоззрение которого характеризуется народническими установками, является сложной и противоречивой. С одной стороны, им усвоены элементы революционной концепции Герцена, — это сказывается в высокой оценке Пестеля, в общем сочувственном внимании к движению, в положительной характеристике значения декабристов. Но одновременно в концепции В.И.Семевского имеются и многие черты либеральной трактовки: преобразовательные планы декабристов он преемственно связывает с преобразовательными планами Александра I, Сперанского и других правительственных деятелей, не усматривая между ними никакой принципиальной разницы. Движение декабристов В.И.Семевский трактует как движение внеклассовой интеллигенции. Концепция В.И.Семевского идеалистична. Критерий его оценок субъективен: он нередко говорит о «симпатичных» и «несимпатичных» чертах движения декабристов. Таки образом, в концепции В.И.Семевского больше прослеживается точка зрения революционной, «необходимой» идеи восстания декабристов. [17, с.38-39]

Под влиянием событий первой русской революции обратился к теме движения декабристов и А. Е. Пресняков. По его словам, движение декабристов «было колыбелью целого ряда позднее резче дифференцированных в жизни и общественном сознании, легко разошедшихся течений». Размышляя о причинах неспособности декабристов реализовать план действий и совершить государственный переворот, А. Е. Пресняков доказывал, что это движение было чуждо «подъему народной и солдатской массы». В среде декабристов было много революционной романтики и декламации «без подлинной решимости». Их революционность А.Е.Пресняков считал «весьма относительной». Аграрные проекты декабристов он оценивал как «преждевременные» и «бесплодные» для того времени. А Николаю I, несмотря на всю шаткость его положения, помогла «более чем слабая подготовка восстания». На стороне власти оказался выигрыш во времени и дезорганизация революционного центра.

Результаты исследования привели А.Е.Преснякова к выводу о предрешенности итога восстания. Значение восстания историк увидел в том, что оно вскрыло «трещины» в самодержавно-крепостническом строе, а в день 14 декабря 1825 г. самодержавие впервые встретилось «с отрицанием своих притязаний на произвольное распоряжение Россией как вотчиной». Пресняков определил национальные основы движения декабристов, указав, что оно выросло на «русской почве», а не на «наносной» с Запада.

После Великой Октябрьской революции 1917 года отношение к декабристам также делится на несколько направлений, из которых можно выделить два основных: М.Н.Покровского и В.ИЛенина.

М.Н.Покровский в 20-е гг. негативно относился к выступлению на Сенатской площади. По его мнение, это было лишь выступление дворян за свои интересы. Интересна также и опубликованная впервые в 1907 г им работа «Декабристы». В основе ее лежит ошибочная концепция, согласно которой декабристы были не революционерами, а корыстными дворянами, обиженными правящим режимом и выступившими против него исключительно из-за собственных интересов. Однако показательно, что Пестель противопоставляется автором всем другим декабристам: «…его приходится поставить особняком в ряду его товарищей». Покровский утверждает: «Только Пестель понимал, что вырвать с корнем такой дуб, как самодержавие, не разрыв глубочайшим образом всей почвы, есть чистая утопия… Один Пестель говорил, что русская революция, если ей сужден успех, будет не меньше, а больше «великой» французской и что ждать этого успеха нельзя, не заинтересовав в революции широчайших масс». В то же время автор преувеличивает степень революционности Пестеля, которого он называет «якобинцем», «монтаньяром в полковничьем мундире» М.Н. Покровский. приписывает ему намерение отдать всю землю крестьянам, тогда как на самом деле он выступал за конфискацию только крупнейших латифундий при определенных условиях, оговоренных в «Русской правде». В его оценках восстание представлено как «мятеж эгоистичной части дворянства против ограничения дворянских привилегий». Но необходимо ответить, что прогрессивность его взглядов заключалась в оценке восстания как необходимого этапа гражданского общества в России. [14,с. 102-103]

У В. И. Ленина по вопросу о декабристах имеется много высказываний, но особое значение для нас имеет его работа «Памяти Герцена», где он дает периодизацию истории революционного движения в России.

«В 1825 году,— писал В.И.Ленин,— Россия впервые видела революционное движение против царизма, и это движение было представлено почти исключительно дворянами». В трудах В. И. Ленина дана развернутая оценка движения декабристов, положивших начало сознательной, организованной борьбе с крепостничеством и царизмом. Создав научную концепцию истории и, в частности, истории освободительного движения в России, Ленин указывал, что декабристы являются представителями первого, дворянского этапа революционного движения в нашей стране, что с их деятельностью связано начало организованной борьбы против крепостничества и самодержавия, возникновение республиканской традиции в российском освободительном движении. На основе ленинских оценок советские исследователи создали целую серию работ как о движении декабристов в целом, так и о виднейших его участниках. Были разысканы и введены в научный оборот уникальные документы и материалы, изданы следственно-судебные дела (тринадцать томов), тщательно изучена иконография декабристов. Страницы Ленина о трех поколениях русского освободительного движения, об исторической роли декабристов отдавали должное и всему движению в целом, и каждому из первых революционеров-декабристов. Нельзя не отметить, что в работе «Памяти Герцена» впервые затрагивается социальная структура восстания, которая является одним из важнейших компонентов любого восстания. Это создает благодатную почву для того, чтобы отметить роль Ленина в развитии последующей историографии. [8.с. 15-16]

В советской исторической науке изучение движения было продолжено с марксистских позиций. Характерный для исторической науки советского времени догматизм превратил ленинские высказывания в незыблемую схему. На исходе 1923 г., с началом подготовки к 100-лстнему юбилею восстания декабристов, в советской исторической литературе вспыхнула дискуссия относительно сущности этого движения. Дискуссия началась после появления 16 декабря в газете «Рабочая Москва» статьи М.С.Ольминского «Две годовщины». Автор с ультрареволюционных позиций характеризовал движение декабристов как «движение дворян-землевладельцев», которые обманом увлекли солдат на Сенатскую площадь, а затем предательски покинули их.

Бесспорным лидером уже с 1920-х годов была М.В.Нечкина. Естественно, труды М. В. Нечкиной отличались марксистским подходом к освещению истории декабризма. Она наметила проблемы, которые стали предметом исследовательского внимания всех советских декабристоведов: декабристы и массовое революционное движение, формирование их идеологии, изучение процессов развития декабристских обществ, ход восстания 14 декабря, отношение к восставшим различных социальных слоев. В работах конца 20-х начала 30-х годов. М.В.Нечкина вывела принципиальную идею революционного единства всего движения декабристов. В послевоенный период проблематика исследований М.В.Нечкиной расширяется. Декабристы рассматриваются не только как революционная организация, но и как явление идеологии, общественное течение, «окрасившее атмосферу социальной и культурной жизни своего времени».

В фундаментальных трудах «Грибоедов и декабристы» (1947) и «Восстание 14 декабря 1825 г.» (1951) М. В. Нечкина старалась в конкретной форме воплотить ленинскую мысль о поисках в России правильной революционной теории. В 1955 г. вышла в свет ее двухтомная монография «Движение декабристов». Эта работа стала событием в советской исторической науке и в декабристоведении. Исследование интересно тем, что ленинская оценка восстания декабристов как первого революционного выступления, с присущей им классовой ограниченностью, впервые нашла свое наиболее полное воплощение в конкретном историческом материале. Движение декабристов М. В. Нечкина органически связывала с проблемой смены общественно-экономических формаций, их лозунги — с объективным ходом исторического развития.

Положение М. В, Нечкиной в исследовании истории русского революционного движения было практически монопольным. И оно закрепило в советской науке преувеличенное представление о масштабах и влиянии революционного движения в XIX веке, а также искусственную периодизацию исторического процесса XIX — начала XX века по революционным ситуациям.

Глава 2. Александр Иванович Герцен и Василий Осипович Ключевский – взгляд на восстание и деятельность декабристов

Но, все-таки мне кажется, более подробного изучения достойны работы, связанные с именами историка Василия Осиповича Ключевского и писателя Александра Ивановича Герцена. Это связано с тем, что Александр Иванович был «наследником декабристов» и одним из первых разработчиков революционной концепции, а Василий Осипович Ключевский является одним из самых прогрессивных историков во всей русской историографии, и при рассмотрении русской истории на первый план выдвигал политические, экономические и социальные события.

Герцен Александр Иванович – величайший российский революционер, писатель, философ. Честь первой подробной разработки оформления революционной концепции на восстание декабристов принадлежит именно ему — блестящему представителю того же революционного поколения в истории России, к которому принадлежали и декабристы.

Герцен сам считал себя последователем декабристов. Он говорил, что борется под их знаменем, «которого не покидал ни разу». «Нашими устами,— писал Герцен,— говорит Русь мучеников, Русь рудников, Сибири и казематов, Русь Пестеля и Муравьева, Рылеева и Бестужева». Свою концепцию восстания декабристов Герцен постоянно развивал, посвящая декабристам отдельные произведения или характеризуя их в своих многочисленных работах, написанных на другие темы.

А.И. Герцен в статье «О развитии революционных идей в России» писал: «…Люди 14 декабря, фаланга героев, вскормленная, как Ромул и Рем, молоком дикого зверя… Это какие-то богатыри, кованные из чистой стали с головы до ног, воины-сподвижники, вышедшие сознательно на явную гибель, чтобы разбудить к новой жизни молодое поколение и очистить детей, рожденных в среде палачества и раболепия» [2, с. 302-303]

Революционная концепция Герцена идеалистична — и в этом ее главный недостаток. Герцен, остановившийся, как говорит Ленин, перед историческим материализмом, не мог понять декабристов диалектически, не мог проанализировать классовую природу движения и его классовый смысл.

Герценом написаны следующие работы: «О развитии революционных идей в России», «По поводу одной драмы», «По разным поводам», «Новые вариации на старые темы», «Несколько замечаний об историческом развитии чести», «Из записок доктора Крупова», «Кто виноват?». Все другие сочинения и статьи Герцена, как, например, «Старый мир и Россия», «Концы и начала», и др. представляют простое развитие идей и настроений, вполне определившихся в период 1847—1852 годов в сочинениях, указанных выше.

Герцен писал в статье «О развитии революционных идей в России» о том, что: «Пушки Исаакиевской площади разбудили целое поколение». Идеи декабристов получили свое дальнейшее развитие у революционеров. Герцен, являющийся ярким их представителем, в лаконичной и выразительной форме с исключительной точностью раскрыл исторический смысл восстания декабристов, подчеркнул его тесную связь с последующим ходом освободительного движения в России. [2, с. 323-324]

В статье Герцена можно отметить следующие моменты: было сильно идеализированное восприятие восстания; фактически шла попытка наметить путь развития России через революцию социализма; идеи Герцена и декабристов не могли быть осуществлены в их время из-за гнета абсолютизма.

Идеи Герцена, на мой взгляд, достаточно развитые для того времени, очень дельные. Но мне кажется, что их нельзя рассматривать объективно, в связи с тем, что его труд «О развитии революционных идей в России» идеализирован. В нем очень много образных выражений, описывающих восстание декабристов как борьбу против гнета. Я считаю, что Герцен очень серьезно рассматривает данный этап развития общественной мысли и демократических ценностей. Конечно, Герцен дает не вполне научную оценку в силу времени и убеждений, но он ясно понимал, что необходим многоаспектный подход к пониманию сути восстания на Сенатской площади. Герцен считал, что восстание декабристов произошло из слияния большого количества политических, социально-экономических, культурных. т.е, он сторонник концепции «необходимости восстания». В труде он подчеркивает названия восстания декабристов как «выступление угнетенных». И именно это слово чаще всего повторяется в его статье « О развитии революционных идей в России».

Василий Осипович Ключевский - один из выдающихся русских историков. Гениальнейший историк, уроженец Пензенской губернии Российской империи, всегда относился к истории родной земли как к самому дорогому. И, безусловно, он не мог пройти мимо вопроса событий 14 декабря 1825 года на Сенатской площади. Он всегда отталкивался от тезиса, что история должна быть правдивой и находиться вне политик. Но так как он жил во время абсолютной монархии он не мог выразить прямо свою оценку данным событиям. Он известен многими своими работами, такими как «Боярская Дума», «Курс русской истории», «Происхождение крепостного права в России», «Исторические портреты».

«Декабристы – историческая случайность, обросшая литературой. У нас доселе господствуют не совсем ясные, не совсем согласные суждения насчет события 14 декабря; одни видят в нем политическую эпопею, другие считают его великим несчастием. Большею частью то были добрые и образованные молодые люди, которые желали быть полезными отечеству, проникнуты были самыми чистыми побуждениями и глубоко возмущались при встрече с каждой, даже с самой привычной, несправедливостью, на которую равнодушно смотрели их отцы. Очень многие из них оставили после себя автобиографические записки; некоторые даже вышли недурными писателями. На всех произведениях лежит особый отпечаток, особый колорит, так что вы, вчитавшись в них, даже без особых автобиографических справок, можете угадать, что данное произведение писано декабристом. Я не знаю, как назвать этот колорит. Это соединение мягкой и ровной, совсем не режущей мысли с задушевным и опрятным чувством, которое чуть окрашено грустью; у них всего меньше соли и желчи ожесточения; так пишут хорошо воспитанные молодые люди, в которых жизнь еще не опустошила юношеских надежд, в которых первый пыл сердца зажег не думы о личном счастье, а стремление к общему благу. Впрочем, мне едва ли нужно много говорить об этом тоне; мы его очень хорошо знаем по самому серьезному политическому произведению русской литературы XIX в.; этот тип как живой стоит перед нами в неугомонной и говорливой, вечно негодующей и непобедимо бодрой, но при этом неустанно мыслящей фигуре Чацкого; декабрист послужил оригиналом, с которого списан Чацкий » - писал Ключевский. Для того чтобы установить правильный взгляд на это событие, нам надо рассмотреть ход, подготовивший общество к нему; это возвратит нас к истории общества, т. е. к истории чувств и мыслей, господствовавших в известное время. Движение 14 декабря вышло из одного сословия, из того, которое доселе делало нашу историю, - из высшего образованного дворянства. Но не весь этот класс принимал в нем прямое участие; событие это было частью этого класса, в которой господствовал известный образ мыслей, известное настроение. Но эта часть была собственно известный возраст, известное поколение; катастрофа 14 декабря сделана была дворянской образованной молодежью. Это легко заметить, просматривая графу о возрасте в списке лиц, которые судились по делу 14 декабря. Всех лиц к ответственности было призвано 121; из них только 12 имели 34 года, значительное большинство остальных не имело и 30 лет. [6, с.300-301]

Говоря о значении восстания декабристов, В.0. Ключевский отмечал: "Декабристы важны не как заговор, не как тайное общество, это нравственно-общественный симптом, вскрывший обществу недуги, которых оно само в себе не подозревало; это целое настроение, охватившее широкие круги, а не 121 человек только, признанных виновными и осужденных по нескольким степеням виновности». [10, с.20-21]

Ключевский делает выводы, что; у декабристов были чистые помыслы и идеи. Это может свидетельствовать о поддержке идеи декабристов о либерализме; считает и Пестеля одной из самых светлых голов в этой компании, т. е доказывает тем самым идею об участии в заговоре лучшей части дворянства; «Да, восстание само по себе было глупым, неподготовленным. Да, подвели под шпицрутены и Кавказ ничего не понимавших солдат, да, программы не было. Это мы все ведь знаем. Но знаем и то, как они держались на каторге и на поселении. Знаем, сколько добра сделали жителям Сибири, как не сломались, как писали, учили, помогали друг другу. И какой след оставили в памяти общества», - таково мнение Ключевского; значение восстания по Ключевскому состоит в том, что это ранний, но неотъемлемый период развития общественной мысли России XIX века. Если же внимательно прочитать все то, что писал Ключевский о декабристах, к которым он относился с большим уважением, то данное выражение не согласуется с его общей оценкой декабристов и декабризма, как «нравственно-общественного симптома….».[11,с.250-251]

В.О.Ключевский, скорее всего, был объективен в своих оценках, но в его трудах очень много сносок на воспоминания сторонников Николая I. Василий Осипович делает акцент на том, что «декабристы – это случайность, поросшая литературой», тем самым подтверждая идею значимости восстания 14 декабря в связи с обращением к данной проблематике большого числа писателей, историков и философов. Уже в первые годы после восстания к этой теме обращались либералы и консерваторы, либералы и сами декабристы. К середине века общее число произведение было весьма существенным. Присутствуют различные наименования событий на Сенатской площади: мятеж, выступление, восстание. Более употребительным является нейтральное «восстание». Позиция Ключевского такова: случайное совпадение многих факторов привело после неожиданной смерти Александра I к неожиданному выступлению. Я согласен с большей частью Василия Осиповича Ключевского, кроме одной позиции: декабристы это не «……случайность». Это изъявление воли свободной справедливой части российского дворянства народа. В.О.Ключевский, конечно же, приводит более фундаментальный анализ декабрьских событий 1825 года. Ведь он - представитель научного сообщества. Но эмоционально-оценочная концепция, выражение своего отношения у Александра Ивановича Герцена более четко отражена.

Глава 3. Восстание декабристов в современной литературе

Для современной историографии характерен пересмотр ряда устоявшихся в отечественной исторической науке выводов относительно декабристского движения.

Во-первых, отмечается, что движение декабристов нельзя сводить только к революционному. По своему содержанию оно было гораздо шире. Здесь соединились различные взгляды, группы с разными идейными установками и интересами, по-разному понимавшие цели, задачи движения и пути их достижения. Исследователь Б. Бокова пишет, что «при желании — и без малейших натяжек — от декабристов можно провести маршруты куда угодно: к земскому движению 1860-х годов, к партии «Народной свободы», к «русскому социализму», к «аристократическому конституционализму», к правонационалистическим теориям, к российской религиозной философии, к социалистам-революционерам и т.д.».

Во-вторых, расширился спектр оценок закономерности восстания декабристов. Если раньше восстание декабристов представлялось как событие безусловно закономерное вследствие обострения классовых противоречий, то теперь высказывается мнение о том, что случайность и закономерность в событиях 14 декабря столь переплелись, что восстание могло и не состояться (С. В. Мироненко). Но в то же время высказывается мысль о возможной победе восстания. А. Н. Цамутали, П. В. Волобуев и Я. А. Гордин считают, что поражение декабристов не было заранее предрешено. И все же мнение об обреченности восстания преобладает в трудах историков.

П.В.Волобуев, основывая тезис «история как выбор», затрагивает и историю России конца 18-нач 19 вв.. Обращаясь к истории восстания он решительно отвергал оценку этого события с позиции исторического фатализма, когда- то, что имело место в прошлом, признается единственно возможным. Он не разделял взгляд на декабристское выступление 1825 г. как на заранее обреченное на поражение: «Восстание 1825 г., хоть и было вынужденным в отношении срока и повода,  отнюдь не было фатально обречено на неудачу. Нельзя исключить и другой вариант исхода – его победу» - пишет Волобуев. [1,с.103]

К этой точки зрения близок и взгляд Я.А.Гордина, автора интересных книг, посвященных восстание декабристов.(гордин 1985,89).Я.А.Гордин делает совсем другой вывод о «действователей 14 декабря» : Дальнейшая исторя показала, что безумцами были те, кто 14 декабря стрелял картечью в самых передовых и здравомыслящих людей». В книгах Гордин прослеживает связь участников восстания с различными слоями общества, показана борьба группировок в правящих кругах, сложное переплетение интриг в придворной среде с планами и действиями членов тайных обществ. [3,с.377]

В-третьих, нет единства в оценке последствий возможной победы декабристов. Н.Я. Эйдельман, например, пишет: «Мятежники могли, конечно, взять власть... Вот тогда захваченный ими госаппарат (как в 1700-х гг. преображенцами, семёновцами) тут же приказал бы всей России разные свободы: конституцию (северяне настаивали на Земском соборе) и отмену крепостного права. И что бы после того ни случилось — смуты, монархическая контрреволюция, народное непонимание, борьба партий и группировок, — многое было бы абсолютно необратимо».[20, с33] С. В. Тютюкин считает: «Можно допустить, что при более активной, наступательной тактике декабристы могли бы одержать победу в Петербурге, затем на Украине и с помощью Ермолова на Кавказе, сформировать Временное правительство и приступить к осуществлению своей программы. ... Планы декабристов хотя бы частично могли воплотиться в жизнь». Но есть и совершенно противоположная точка зрения (Н. А. Рабкина): «Ни взять власть, ни тем более удержать ее декабристы бы не смогли, уровень народного сознания, царистские иллюзии, принципиальное отличие первого открытого революционного, организованного выступления от имевших место ранее многочисленных келейных дворцовых переворотов и победоносных заговоров были тому причиной». [18.с 214]