Захват заложников. 2

СОДЕРЖАНИЕ

Введение

ГЛАВА 1. ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ЗАХВАТ ЗАЛОЖНИКОВ ПО МЕЖДУНАРОДНОМУ ПРАВУ

ГЛАВА 2. ОСНОВНЫЕ ХАРАКТЕРИЗУЮЩИЕ ПРИЗНАКИ ПРЕСТУПЛЕНИЯ, ПРЕДУСМОТРЕННОГО СТ. 206 УК РФ (ЗАХВАТ ЗАЛОЖНИКОВ)

§ 2.1. Объективные признаки

§ 2.2. Субъективные признаки

§ 2.3. Отграничение похищение человека от захвата заложника

ГЛАВА 3. ПРАВОВЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ ЗАХВАТУ ЗАЛОЖНИКОВ

Заключение

Список использованной литературы

Введение

Актуальность темы курсовой работы представляется в следующем: как общественный феномен, последовательно перешедший из обыкновения в правовой деликт, захват заложника известен с незапамятных времен. Подтверждение мы находим, анализируя древнейшие памятники права, например, Законами Хаммурапи, царя Вавилона, правившего в 1792-1750 гг.

Памятники права отечественного законодательства, включающие Русскую Правду, царские судебники, действующую вплоть до октября 1917 г. редакцию Уголовного уложения 1903 г., УК РСФСР 1922-1960 гг., его анализ позволяют сформулировать тезис о том, что непосредственно уголовная ответственность за захват заложника была впервые введена в нашей стране в 1987 г., а уголовное право России норму о захвате заложника восприняло из международного права, согласно которому - это деяние рассматривается, главным образом, как преступление международного характера[1], притом, что международная противоправность захвата заложников в военное время была установлена еще Гаагскими конвенциями о законах и обычаях войны 1899 и 1907 гг., в разработке которых видную роль сыграла Россия.

Кроме этого, значимость темы исследования определяется самим фактом ее выбора, так как проблема захвата заложников была актуальной во все исторические периоды развития общества и государства. В науке уголовного права до настоящего времени вопросы уголовной ответственности за захват заложников на монографическом уровне не исследовались. Вместе с тем открытыми либо дискуссионными остаются некоторые вопросы, связанные с квалификацией данного состава преступления; требует дальнейшего решения проблема разграничения преступления захват заложников с похищением человека, незаконным лишением свободы, терроризмом и другими смежными составами.

Указанные обстоятельства предопределили выбор и актуальность темы диссертационного исследования.

Объектом исследования являются общественные отношения в сфере борьбы с преступлениями, связанными с захватом заложника.

Предметом исследования являются международные правовые акты, уголовное законодательство, периодическая отчетность, справки, обзоры судебной практики, конкретные уголовные дела о захвате заложников; осуществление органами внутренних дел, Федеральной службой безопасности и прокуратуры деятельности по применению уголовно-правовых мер в борьбе с захватом заложников.

Теоретической основой исследования стали труды по уголовному праву, криминологии, уголовному процессу, криминалистике, уголовно-исполнительному праву отечественных и зарубежных авторов: Ю. И. Ляпунова, Н. И. Ветрова, Л. Д. Гаухмана, Ю. М. Антоняна, Г. А. Аванесова, Р. Э. Оганяна, С. Е. Вицина, В. П. Емельянова, В. И. Замкового, М. 3. Ильчикова, М. П. Киреева, В. С. Комиссарова, Г. В. Овчинниковой, Э. Ф. Побегайло, А. А. Пионтковского, А. Г. Ляхова, В. С. Комиссарова, А. И. Долговой, И. И. Карпеца, В. А. Осипова, И. А. Журавлева, Н. Н. Козловой и др., а также труды представителей дореволюционной правовой мысли: Н.С. Таганцева, И.Я. Фойницкого, В. О. Дерюжинского.

ГЛАВА 1. ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ЗАХВАТ ЗАЛОЖНИКОВ ПО МЕЖДУНАРОДНОМУ ПРАВУ

В международном уголовном праве ответственность за захват заложников установлена международной Конвенцией от 18 декабря 1979 г. В преамбуле Конвенции недвусмысленно указано, что захват заложников является преступлением, вызывающим "серьезное беспокойство у международного сообщества". Здесь же определена обязанность любого государства либо подвергнуть виновного в захвате заложников, подпадающего под сферу действия названной Конвенции, уголовному преследованию в пределах собственной юрисдикции, либо выдать его заинтересованному государству[2].

Наряду с Конвенцией, преступность захвата заложников определена и на европейском уровне - актом терроризма называет захват заложников европейская Конвенция о пресечении терроризма 1977 года. Примечательно, что она к захвату заложника фактически приравнивает незаконное лишение лица свободы, осуществленное в тех же целях, что и заложничество.

Наряду с общественной безопасностью, данное преступление прямо посягает на такой дополнительный объект, как личная неприкосновенность человека. В соответствии с международным стандартом в области прав и свобод личности каждый человек имеет право на свободу и личную неприкосновенность. В отечественной литературе традиционно дополнительным объектом захвата заложника называется такая составляющая "личной неприкосновенности" лица, как его физическая свобода (свобода передвижения)[3].

Международное право определяет некоторую специфику потерпевшего от данного преступления. В соответствии со ст.13 Конвенция 1979 года не применяется, если потерпевший заложник и "предполагаемый преступник" являются гражданами одного и того же государства и находятся на его территории. Данное положение означает, по существу, что потерпевшим от захвата заложников по международному уголовному праву может быть: любое лицо, вне зависимости от признака гражданства, если захват заложников произошел на территории одного государства, а "предполагаемый преступник" не находится на территории данного государства; лицо, являющееся гражданином государства, если "предполагаемый преступник" не является гражданином этого же государства. При этом данная Конвенция (в отличие, например, от УК РФ) не оперирует категорией "лицо, не являющееся гражданином государства, но постоянно проживающее на его территории". В данном случае, исходя из буквального толкования ст.13 Конвенции, не имеет значения местонахождение как потерпевшего, так и "предполагаемого преступника".

В соответствии со ст.1 международной Конвенции о борьбе с захватом заложников под таким захватом понимается совершение виновным любого из следующих деяний: захват лица в качестве заложника под угрозой убийства или причинения телесного повреждения, следовательно, сам захват - это любое действие, выражающееся в неправомерном физическом ограничении свободы человека, при котором его последующее возвращение к свободе ставится в зависимость от выполнения требований субъекта, обращенных к государству, организации, физическим или юридическим лицам. При этом не имеет значения способ самого захвата - тайный, открытый либо путем обмана.

Однако в соответствии с международным правом акт захвата должен быть сопряжен с насильственной угрозой убийством или телесным повреждением - такая угроза является средством давления с целью достижения захватчиком своей цели.); удержание лица в качестве заложника, сопряженное с такими же угрозами, насильственное воспрепятствование возвращению ему свободы (по смыслу Конвенции, удержание заложника вовсе не обязательно должно следовать за захватом либо осуществляться тем же лицом, которое совершило непосредственный захват заложника)[4].

Объективно захват заложников по международному уголовному праву имеет место, если виновный выдвинул требование к "третьей стороне" - любому государству, международной или межправительственной организации, а также физическому или юридическому лицу. Такое требование может носить различный характер, но его суть состоит в том, что оно является условием освобождения заложников, а сам виновный (виновные) требует от "третьей стороны" совершить какое-либо действие либо отказаться от совершения каких-либо действий. Наличие подобного требования во многом отличает захват заложника от такого общеуголовного преступления, как похищение человека. Захват заложника характеризуется гораздо более высокими характером и степенью общественной опасности, поскольку совершается более дерзко, факт захвата, так же как и характер требований, сразу же сообщается физическим или юридическим лицам, органам государственной власти или правительственным органам.

Традиционно для международного права специально оговаривается наказуемость покушения на захват заложников, а также любого соучастника в этом преступлении.

В то же время Конвенция 1979 года содержит довольно строгие ограничения в своем применении - она не применяется в случаях, когда наличествуют следующие условия: преступление совершено в пределах одного государства; заложник и "предполагаемый преступник" являются гражданами этого государства; предполагаемый преступник находится на территории этого государства[5].

В ст.5 Конвенции специально оговорено, что каждое государство должно стремиться установить свою юрисдикцию (т.е. начать уголовное преследование виновного), если преступление совершено: на территории этого государства, а также на борту морского или воздушного суда, зарегистрированного в государстве; любым из граждан этого государства либо постоянно проживающим в нем лицом без гражданства; если этому государству выдвинуты какие-либо требования виновным в захвате (удержании) заложников; если захваченное в заложники лицо является гражданином этого государства.

Таким образом, немаловажную роль в квалификации содеянного как захвата заложников по международному праву имеет такая объективная характеристика, как место совершения данного преступления.

Наконец, большое значение для квалификации содеянного по международному праву как захвата заложников имеют время и обстановка совершения преступления. Как ранее говорилось, преступление считается террористическим по международному праву, если совершается в мирное время либо при отсутствии обстановки вооруженного конфликта.

Так, в соответствии со ст.8 римского Статута Международного уголовного суда любое взятие заложников в военное время или в период вооруженного конфликта является военным преступлением, расцениваемым как "серьезное нарушение Женевских конвенций от 12 августа 1949 г.".

В соответствии с действующим международным правом захват заложника не охватывает составы иных террористических преступлений, что требует их совокупной квалификации по международному уголовному праву. В этой связи необходимо обратить внимание на некоторое несоответствие отечественной судебной практики, в которой выработано правило о том, что действия, связанные с захватом и удержанием заложников, сопряженные с угрозой их расстрела и созданием угрозы для жизни людей общеопасным способом, полностью охватываются составом захвата заложников и дополнительной квалификации по ст.205 УК РФ не требуют[6]

ГЛАВА 2. ОСНОВНЫЕ ХАРАКТЕРИЗУЮЩИЕ ПРИЗНАКИ ПРЕСТУПЛЕНИЯ, ПРЕДУСМОТРЕННОГО СТ. 206 УК РФ (ЗАХВАТ ЗАЛОЖНИКОВ)

§ 2.1. Объективные признаки

Основной объект преступления - общественная безопасность.

Дополнительный объект - свобода человека, неприкосновенность личности.

Факультативный объект - отношения по охране здоровья и жизни человека, собственности.

Захват заложника относится к числу конвенционных преступлений. Это деяние, в частности, признается преступным Международной конвенцией о борьбе с захватом заложников (принята 17 декабря 1979 г. Резолюцией 34/146 Генеральной Ассамблеи ООН). В ст. 1 этой Конвенции говорится, что любое лицо, которое захватывает или удерживает другое лицо и угрожает убить, нанести повреждение или продолжать удерживать другое лицо для того, чтобы заставить третью сторону, а именно государство, международную межправительственную организацию, какое-либо физическое или юридическое лицо или группу лиц, совершить или воздержаться от совершения любого акта в качестве прямого или косвенного условия для освобождения заложника, совершает преступление захвата заложников по смыслу настоящей Конвенции.

Спецификой данного преступления и является то обстоятельство, что путем захвата заложника и угрозы причинения ему вреда виновный оказывает воздействие на третье лицо и пытается добиться от него совершения желаемых действий или воздержания от них как условия освобождения заложника[7].

Объективная сторона преступления выражается в совершении хотя бы одного из двух действий: 1) захвате или 2) удержании лица в качестве заложника с предъявлением государству, организации или гражданину какого-либо требования как условия освобождения заложника.

Захват заложника - это противоправное завладение, ограничение физической свободы одного или нескольких лиц.

Удержание заложника - противоправное, как правило, насильственное, препятствование выходу заложника на свободу.

Следует иметь в виду, что понятие захвата включает в себя и удержание заложника. Например, лица, захватившие человека, перевозят его на автомашине к месту дальнейшего содержания. Очевидно, что после завладения происходит процесс удержания (пусть даже и относительно кратковременный), поэтому квалификация действий лиц в этом случае охватывается понятием захвата и дополнительного вменения состава удержания не требует. В то же время, если удержание осуществляется лицом, не участвовавшим в захвате, его действия расцениваются как самостоятельный состав преступления - удержание заложника.

Заложником является любое лицо вне зависимости от возраста, гражданства, социального положения или иных признаков, которое противоправно лишается свободы и под угрозой причинения вреда которому преступник осуществляет попытку достичь желаемого им результата.

Способы захвата заложника могут быть любыми: применение насилия, не опасного для жизни или здоровья, угроза применения насилия, уничтожения или повреждения имущества, шантаж, использование обмана и др. Захват может быть осуществлен тайно или открыто. Психическое насилие включает в себя как угрозу убийством, так и угрозу причинением опасного и не опасного для жизни или здоровья человека насилия. Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью охватывается составом захвата заложника и дополнительной квалификации по ст. 119 УК РФ не требует.

В отличие от захвата удержание лица состоит не в неправомерном ограничении свободы, а в воспрепятствовании возвращению свободы: удержании связанным, приковывании наручниками, запрете покидать место пребывания под угрозой насилия, пресечении попыток к освобождению и т.п.

К насилию, не опасному для жизни или здоровья человека, относятся нанесение побоев, иное причинение физической боли, связывание, применение наручников и иные аналогичные действия.

Состав преступления формальный, деяние признается оконченным с момента фактического завладения человеком или с момента совершения действий по удержанию независимо от его продолжительности. Так как объективную сторону образует выполнение альтернативных действий, то в рамках соисполнительства возможно распределение ролей, например один соучастник осуществляет захват заложника, а другой - его последующее удержание.

§ 2.2. Субъективные признаки

Субъективная сторона захвата заложника характеризуется прямым умыслом. Виновный осознает, что осуществляет противоправное завладение человеком или удерживает его, и желает осуществить эти действия.

Обязательный признак субъективной стороны преступления - цель виновного понудить государство, организацию (международную либо внутригосударственную, коммерческую либо некоммерческую) или гражданина совершить какое-либо действие или воздержаться от совершения какого-либо действия как условия освобождения заложника. Характер предъявляемых виновным требований не имеет значения для квалификации. Они могут быть как политическими, так и финансовыми, например требование предоставить автономию какой-либо части государства, прекратить совершение военных действий либо контртеррористической операции, освободить арестованного или осужденного, обеспечить виновного оружием, деньгами, транспортными средствами и т.п.

Субъектом преступления является вменяемое лицо, достигшее четырнадцатилетнего возраста.

Захват заложника необходимо отграничивать от похищения человека (ст. 126 УК РФ). Разграничение проводится по объекту и цели совершения преступления. Основное отличие захвата заложника от похищения человека заключается в объекте преступления. При похищении человека объектом посягательства выступают общественные отношения по охране личной свободы человека. Объект захвата заложника - общественные отношения по обеспечению общественной безопасности. Это значит, что при совершении похищения потерпевшим является не случайный человек, а заранее выбранная виновным жертва, например ребенок обеспеченных родителей, девушка, на которой виновный хотел бы жениться и для этого решает выкрасть ее из семьи, и т.п. При захвате заложника общественная безопасность выступает объектом преступления потому, что потерпевшим может оказаться любой человек, случайно оказавшийся в месте совершения преступления, виновному, как правило, безразлично, кто именно это будет, для него важна не личность потерпевшего, а достижение соответствующей цели путем угрозы причинения вреда лицу или нескольким лицам[8]. Кроме того, похищение человека совершается, как правило, тайно, виновный не стремится привлечь внимание к своим действиям. Захват заложника выполняется открыто, преступники сами выходят на связь с представителями властных органов для предъявления своих требований, желают вызвать происходящим как можно больший общественный резонанс. Аналогичным образом необходимо проводить отграничение захвата заложника от незаконного лишения свободы (ст. 127 УК РФ). Отграничение проводится по объекту посягательства и субъективной стороне преступления. Об объекте говорилось выше. Что же касается субъективной стороны преступления, то незаконное лишение свободы не преследует цель понудить третье лицо совершить требуемое действие (бездействие). Незаконное лишение свободы совершается именно с целью ограничения свободы передвижения личности. При этом мотивы совершения преступления могут быть различными, например месть, хулиганские мотивы и иные. Кроме того, незаконное лишение свободы не связано с изъятием потерпевшего из места его нахождения.

Квалифицирующие признаки захвата заложника предусмотрены ч. 2 ст. 206 УК РФ. Этими признаками являются следующие.

Захват заложника, совершенный группой лиц по предварительному сговору (п. "а" ч. 2 ст. 206 УК РФ). В состав такой группы входят соисполнители, т.е. лица, каждый из которых полностью или частично выполняет объективную сторону захвата заложника. Предварительный сговор означает достижение соглашения о совместном выполнении преступного деяния до начала выполнения его объективной стороны. Для захвата заложника характерны заранее обдуманный умысел, тщательная подготовка совершения преступления, распределение ролей в рамках соисполнительства[9].

Применение насилия, опасного для жизни или здоровья (п. "в" ч. 2 ст. 206 УК РФ). Под насилием, опасным для жизни или здоровья, понимается легкий, средней тяжести и тяжкий вред здоровью. Под применением такого насилия понимается фактическое причинение какого-либо вреда здоровью либо совершение действий хоть и не повлекших причинения вреда здоровью, но создававших реальную опасность наступления последствий такого рода для заложника либо лиц, пытавшихся воспрепятствовать захвату.

Применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия (п. "г" ч. 2 ст. 206 УК РФ). В соответствии с Законом РФ "Об оружии" различается огнестрельное, холодное, газовое, пневматическое оружие. Предметы, используемые в качестве оружия, - это любые предметы, пригодные для причинения вреда здоровью или жизни заложника (палки, камни, кухонные ножи, топоры, велосипедные цепи и т.д.). Под применением оружия понимается как использование его для причинения вреда здоровью, так и угроза его немедленного применения. Подробнее о признаке применения оружия см. комментарий к ст. 162 УК РФ. Здесь же следует дополнительно отметить, что если же лицо лишь демонстрировало оружие или угрожало заведомо негодным или незаряженным оружием либо имитацией оружия, например макетом пистолета, не намереваясь использовать эти предметы, действия виновного (при отсутствии других отягчающих обстоятельств) с учетом конкретных обстоятельств дела следует квалифицировать как преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 206 УК РФ. Кроме того, применением оружия следует признавать использование всех его поражающих свойств (например, использование приклада, штыка).

Захват заложника, совершенный в отношении заведомо несовершеннолетнего (п. "д" ч. 2 ст. 206 УК РФ). Заведомость означает то, что виновное лицо достоверно знало о возрасте потерпевшего лица (являлось родственником, знакомым, соседом) или внешний облик потерпевшего лица явно свидетельствовал, например, о его возрасте.

Добросовестное заблуждение, возникшее на основании того, что возраст потерпевшего лица приближается к восемнадцатилетию или в силу акселерации оно выглядит взрослее своего возраста, исключает вменение виновному лицу данного квалифицирующего признака.

Захват заложника, совершенный в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности (п. "е" ч. 2 ст. 206 УК РФ). Лицо, захватывающее женщину в заложницы, знает о ее беременности. При этом для квалификации не имеет значения срок беременности и источник знания о ней виновного.

Совершение преступления в отношении двух или более лиц (п. "ж" ч. 2 ст. 206 УК РФ). Этот квалифицирующий признак вменяется в тех случаях, когда единым умыслом виновного охватывается совершение захвата двух или более заложников. При этом не требуется, чтобы захват потерпевших проводился одновременно.

При разновременно возникшем умысле на захват заложника действия виновного следует квалифицировать по совокупности преступлений. В то же время следует отметить, что практике известны случаи квалификации преступления в отношении двух или более лиц независимо от единовременности или разновременности возникновения умысла.

Еще одним квалифицирующим признаком является наличие корыстных побуждений при захвате заложника (п. "з" ч. 2 ст. 206 УК РФ).

Под корыстными побуждениями понимается стремление получить материальную выгоду для себя или других лиц (деньги, имущество или право на имущество и т.п.) либо избавление от материальных затрат (возврата имущества, выполнения имущественных обязательств и т.п.). То есть при таком захвате заложника освобождение потерпевшего ставится в зависимость от выполнения требования имущественного характера.

По п. "з" ч. 2 ст. 206 УК РФ квалифицируется также захват заложника, совершенный по найму, когда виновный захватывает или удерживает заложника за вознаграждение от третьих лиц. При этом не имеет значения время получения вознаграждения - до или после осуществления захвата заложника, а также характер вознаграждения - деньги, имущество, услуги имущественного характера.

Особо квалифицирующие признаки захвата заложника, предусмотренные ч. 3 ст. 206 УК РФ, - это захват заложника, совершенный организованной группой либо повлекший по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия.

Содержание данных признаков аналогично соответствующим признакам террористического акта (ст. 205 УК РФ). Однако необходимо обратить внимание на следующее обстоятельство. В отличие от ст. 205 УК РФ, где в настоящее время не содержится указания на форму вины по отношению к иным тяжким последствиям, в ст. 206 УК РФ законодатель устанавливает такую форму, указывая на неосторожность. Поэтому, опять же в отличие от террористического акта, где умышленное отношение к причинению тяжких последствий не требует дополнительной квалификации, захват заложника при таких же обстоятельствах должен квалифицироваться по совокупности преступлений.

Деяния, предусмотренные ч. 1 или ч. 2 ст. 206 УК РФ, если они повлекли умышленное причинение смерти человеку, подлежат квалификации по ч. 4 этой статьи и дополнительной квалификации по ст. 105 УК РФ не требуют (см. комментарий к аналогичному признаку, предусмотренному ст. 205 УК РФ). Причинение смерти человеку означает не только причинение смерти самому заложнику, но и причинение смерти другим лицам, совершенное виновным в связи с захватом заложника.

В соответствии с примечанием к ст. 206 УК РФ лицо, добровольно или по требованию властей отпустившее заложника, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления. В качестве условий освобождения от уголовной ответственности за захват заложника, следовательно, выступают следующие обстоятельства: а) добровольность освобождения заложника по собственной инициативе либо освобождение его по требованию властей; б) отсутствие в действиях виновного иного состава преступления.

§ 2.3. Отграничение похищение человека от захвата заложника

Российское уголовное законодательство содержит составы преступлений против личной свободы, имеющие не только один и тот же непосредственный объект посягательства - свободу человека, но и сходные объективные стороны. Речь идет о ст. ст. 126 и 206 УК РФ "Похищение человека" и "Захват заложника". Данные статьи в Уголовном кодексе обусловливают в ряде случаев конкуренцию норм, и нередко возникает вопрос о правильной квалификации действий виновного. Зачастую сотрудники правоохранительных органов ставят знак тождества между терминами "похищенный" и "заложник"[10].

Проблеме отграничения похищения человека и захвата заложника еще в 1994 г. уделяли внимание Л.Д. Гаухман, С.В. Максимов и С.А. Сауляк. Они отмечали, что "составы преступлений "похищение людей" и "захват заложника" практически не поддаются точному отграничению одного от другого, что вызвано недостаточно определенными формулировками признаков этих преступлений в диспозициях составов преступлений"[11].

Имеются мнения и других авторитетных ученых. Так, В.Н. Кудрявцев справедливо отмечает: "Для того чтобы правильно квалифицировать преступное деяние, необходимо четко представлять себе разграничительные линии между смежными составами преступлений. Устанавливая свойственные только данному деянию признаки, отбрасывая те признаки, которые этому деянию не присущи, постепенно углубляя анализ соответствующей правовой нормы и фактических обстоятельств содеянного, правоприменитель приходит к единственной совокупности признаков, характеризующих данное преступление, отличающих его от других"[12].

Во время взятия заложников непосредственно принуждаемые лица являются более или менее случайными жертвами преступления, так как они находятся на месте преступления как служащие и клиенты (например, при ограблении банка). Они используются в качестве средства давления для того, чтобы достичь результата или выступить в роли так называемого живого щита, чтобы избежать захвата полицией.

Во время взятия заложника с помощью угона самолета или угона парохода жертвы перемещаются (отправляются) в другое место, но оно неизвестно, это значит, что место преступления подвижно.

Как самостоятельный вид международного преступления захват заложников был предусмотрен Конвенцией о борьбе с захватом заложников от 17 декабря 1979 г. и относился к группе преступлений, наносящих ущерб мирному сотрудничеству и нормальному осуществлению межгосударственных отношений. В действующем уголовном законодательстве норма "захват заложника" скорректирована в ст. 206 УК РФ и расположена в главе 24 УК РФ "Преступления против общественной безопасности". Кроме того, в соответствии с Федеральным законом N 35-ФЗ "О противодействии терроризму", принятым Государственной Думой 26 февраля 2006 г., вступившим в действие 6 марта 2006 г., захват заложника, равно как и похищение человека, отнесен к понятию "преступления террористического характера". Говоря о различии этих составов преступлений, следует упомянуть и о том, что захват заложников отнесен к международным преступлениям, так как борьба с ним ведется на основе Международной конвенции о захвате заложников, принятой Генеральной Ассамблеей ООН в 1979 г[13].

Теоретические аспекты похищения человека и захвата заложника тесным образом взаимодействуют с терроризмом, которые в современном мире приобрели особую актуальность. В свою очередь, со стороны государства требуется незамедлительная мобилизация всех средств для пресечения террористических актов. Так, Европейская конвенция о пресечении терроризма (заключена 27 января 1977 г.) помимо посягательств, подпадающих под действие перечисленных в ней договоров (Конвенции о борьбе с незаконным захватом воздушных судов, с незаконными актами, направленными против безопасности гражданской авиации, о предотвращении и наказании преступлений против лиц, пользующихся международной защитой, если такие преступления связаны с покушением на жизнь, физическую неприкосновенность либо их свободу), относит к терроризму преступления, сопряженные с похищением, захватом заложников или серьезным насильственным удержанием людей, преступления с применением средств, создающих опасность для людей (ст. 1); как терроризм может быть квалифицировано и иное не указанное в ст. 1 преступление, если оно является серьезным насильственным посягательством против жизни, физической неприкосновенности или свободы личности, актом нанесения ущерба имуществу, создающим коллективную опасность для людей (ст. 2).