Содержание

Введение…………………………………………………………………………..3

Соглашение  об оказании юридической помощи ……………………………….5

Адвокатская тайна…………………………...…………………………………..14

Заключение……………………………………………………………………...25

Список  использованных источников………………………………………..27

Введение

            Развитие правового государства вызвало особую потребность у граждан и организаций в квалифицированной юридической помощи, что, в свою очередь, многократно преумножило спрос на юридическую помощь адвокатов, профессионально подготовленных для ее оказания, юридических услуг как важнейшего элемента правозащитной системы соблюдения прав, свобод и законных интересов физических и юридических лиц¹. В соответствии с Федеральным законом "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" (далее - Закон об адвокатуре) адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем². Как отмечает А.Г. Кучерена, «соглашение об оказании юридической помощи порождает и регулирует отношения только между адвокатом и лицом, к нему обратившимся, либо лицом, в пользу которого заключено соглашение. Никто не вправе требовать от адвоката и его доверителя предъявления этого соглашения для вступления адвоката в дело. Договор об оказании юридической помощи есть одна отдельно взятая целевая программа профессиональной деятельности адвоката. У адвокатов таких программ (договоров) может быть несколько»³. Соглашение на оказание юридической помощи представляется в соответствии с законодательством в виде гражданско-правового договора, заключаемого между адвокатом (адвокатами) и доверителем, на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному лицу. Также законодатель указывает на простую письменную форму данного договора, при этом устанавливается, что вопросы расторжения соглашения об оказании юридической помощи регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ) с изъятиями, предусмотренными Законом об адвокатуре.

        При этом следует отметить, что, несмотря на то, что Законом об адвокатуре определяется конструкция соглашения об оказании юридической помощи, в научной литературе вопрос относительно определения гражданско-правовой квалификации договора между адвокатом и доверителем в настоящий момент является в достаточной мере дискуссионным.

        Любые сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи своему доверителю, являются адвокатской тайной.

        Адвокатская тайна - необходимое условие существования адвокатуры и одновременно процессуальная гарантия полноты, объективности и состязательности уголовного судопроизводства.

         Адвокат не может оказывать результативную профессиональную помощь доверителю до тех пор, пока между ними не будет достигнуто полное взаимопонимание. Доверитель должен чувствовать абсолютную уверенность в том, что вопросы, обсуждаемые с адвокатом, и предоставленная им адвокату информация останутся конфиденциальными, без каких-либо требований или условий. Следовательно, вопрос адвокатской тайны можно охарактеризовать и как юридический, и как этический. 
 
 
 
 

1. Соглашение об  оказании юридической  помощи

       Господствующая позиция гражданского права придерживается квалификации договора между адвокатом и доверителем как договора о возмездном оказании услуг. Из этой же квалификации исходит и доктрина международного экономического права и международного частного права⁴. Наряду с этим в научной литературе по этому поводу высказываются точки зрения о невозможности применения метода гражданско-правового регулирования к адвокатской деятельности. Л.Н. Бардин, Я.М. Мастинский, А.И. Минаков отмечают, что договор возмездного оказания услуг не соответствует характеру отношений между адвокатом и его клиентом, и его использование противоречит правовому статусу адвоката, вместе с тем использование в этом качестве договора поручения также вызывает серьезные возражения и является неприемлемым⁵. Тем не менее поддерживаем позицию М.В. Кратенко об очевидности того, что никакая другая отрасль, кроме гражданского права, не способна предложить какие-либо конкретные средства для регламентации соглашения об оказании юридической помощи . Как далее указывается, проблема заключается лишь в поиске оптимального соотношения между гражданско-правовыми средствами регулирования, публично-правовыми требованиями и этическими стандартами. О.Н. Бондарь, рассматривая квалифицированную юридическую помощь как конституционную гарантию судебной защиты прав и свобод человека и гражданина, также подчеркивает важность значения частноправовых начал: лица, заинтересованные в юридической помощи, вправе самостоятельно заключать договор на оказание правовых услуг, избирать оптимальные формы получения такой помощи на основе принципа свободы договора и т.п. Вместе с тем гарантирующее значение института оказания правовых услуг для надлежащей судебной защиты прав граждан может быть обеспечено лишь на основе достижения баланса между частноправовыми и публичными началами данного института⁶.                    Предлагаются следующие подходы к регулированию: М.В. Кратенко отмечает, что с учетом характера деятельности по оказанию юридической помощи поиск наиболее подходящей гражданско-правовой модели следует вести в рамках трех типов обязательства: возмездного оказания услуг, поручения и подрядного обязательства⁷; авторы договорного права М.И. Брагинский, В.В. Витрянский отмечают схожесть юридической природы юридических (правовых) услуг с работами, где особую ценность представляет обособленный результат: составление исковых заявлений, различного рода заключений юридического характера... следовательно, регулирование такой деятельности возможно с помощью норм, регламентирующих договор подряда⁸.

           Как отмечает М.З. Пак, традиционно договор с адвокатом, содержащий обязательства исключительно по судебному представительству, вписывался в рамки договора поручения; договор с адвокатом, предусматривающий как услуги по судебному представительству, так и услуги по консультированию и составлению правовых документов (абонентское обслуживание), скорее всего, следует квалифицировать как договор смешанный, регламентация которого осуществляется согласно ст. 421 ГК РФ правилами о различных договорах в соответствующих частях; договор же, в предмет которого входят услуги правового характера, предполагающие и юридические действия (судебное представительство), и фактические действия (консультирование клиента, ведение переговоров с его контрагентами, осуществление переписки и т.д.), при том, что все вышеуказанные действия подчинены четко установленной в договоре цели - урегулированию конкретного спора путем его исполнения (уплата долга) либо путем новации или мирового соглашения, влекущих за собой прекращение правоотношения между клиентом и третьим лицом, вполне вписывается в конструкцию агентского договора⁹. В.А. Владимирова отмечает, что специфика оказания юридической помощи адвокатом не может быть в полном объеме учтена в рамках конструкции общего гражданско-правового договора об оказании услуг. Однако обязательства по оказанию услуг являются основополагающей моделью регулирования отношений по оказанию услуг адвокатом. Таким образом, И.А. Владимирова поддерживает целесообразность заключения смешанного договора на оказание юридических услуг адвокатом, который бы включал в себя элементы как договора поручения, договора на оказание услуг. А.Ф. Карманов, исследуя соглашение об оказании юридической помощи как форму реализации конституционного права на получение квалифицированной юридической помощи, делает также вывод о том, что соглашение об оказании адвокатом юридической помощи представляет собой правовой договор смешанного типа, включающий в себя элементы договора возмездного оказания услуг и договора поручения, так и заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом (адвокатами), на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу¹⁰. Квалификационная комиссия Адвокатской палаты г. Москвы в одном из своих заключений обращает внимание на этическую сторону неопределенности в отношениях адвоката с доверителем в случае ненадлежащего оформления таких отношений: нарушение требований федерального законодательства к форме и содержанию соглашения об оказании юридической помощи влечет за собой возникновение состояния неопределенности в правоотношениях адвоката и доверителя, восприятие доверителем адвоката не как независимого советника по правовым вопросам, а как лица, которое, пользуясь своими связями и знакомствами в правоохранительной системе, оказывает различного рода услуги неясной правовой природы. Все это, будучи тем или иным образом обнаружено, подрывает доверие граждан, общества и государства к адвокатам и адвокатуре как важнейшему правозащитному институту.

Адвокат не должен оказывать юридическую  помощь, не оформив надлежащим образом  соглашение с доверителем. Однако, если в силу каких-то причин адвокат участвовал в процессе без требуемого ст. 25 Закона об адвокатуре оформления соглашения с доверителем, он как профессиональный участник судопроизводства тем не менее остается членом адвокатского сообщества, к которому обратились за оказанием квалифицированной юридической помощи, в связи с чем на адвоката распространяются все правила, действующие в адвокатском сообществе. Суд не выясняет условия заключенного между адвокатом-представителем и доверителем соглашения об оказании юридической помощи. Согласно п. 2 ст. 6 Закона об адвокатуре никто не вправе требовать от адвоката и его доверителя предъявления соглашения об оказании юридической помощи для вступления адвоката в дело. Любые сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи своему доверителю, являются адвокатской тайной (п. 1 ст. 8 Закона об адвокатуре).

         Следует отметить, что  с целью упорядочения заключения, исполнения и расторжения соглашений об оказании юридической помощи, заключаемых между адвокатами и их доверителями было принято «Положение о соглашении об оказании юридической помощи».

          Согласно положению, юридическая помощь адвокатом оказывается лицу, с которым заключено письменное соглашение, либо специально назначенному в соглашении лицу. При этом в соответствии с примечанием к ст.6 Кодекса профессиональной этики адвоката статус доверителя приобретает лицо, с которым заключено соглашения, и лицо, которому оказывается юридическая помощь.

    Соглашение об оказании юридической помощи подписывается адвокатом и доверителем. В адвокатском бюро соглашение заключается управляющим партнером или иным партнером от имени всех партнеров на основании выданных ими доверенностей. Адвокат обязан убедиться, что доверитель собственноручно расписался и собственноручно расшифровал свою подпись в соглашении.

    В соответствии с ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» соглашение об оказании юридической помощи регистрируется в документации адвокатского образования. Соглашение является основанием для получения адвокатом соответствующего вознаграждения, которое вносится в кассу адвокатского образования либо перечисляется на расчетный счет, и последующим основанием для выдачи адвокату ордера. Ордер (доверенность) является подтверждением волеизъявления доверителя, выраженного в соглашении.  Доверитель заключает соглашение с адвокатом на оказание квалифицированной юридической помощи, поэтому никакие условия в соглашении не могут быть направлены на ущемление интересов доверителя. В соглашении недопустимы формулировки, допускающие неоднозначное толкование его условий, так как это создает предпосылки для возникновения непонимания между адвокатом и доверителем, ведет к подрыву доверия, что противоречит этическим нормам.

    Равным образом недопустимо соединение в одном соглашении двух разных по своему назначению и правовой природе договоров. (Например: о юридической помощи, оказываемой адвокатом и аренды).

     В соглашении в соответствии с указаниями доверителя описывается конкретная сущность поручения: устные либо письменные консультации, справки и заключения по правовым вопросам, подготовка и составление различных юридических документов, представительство либо защита доверителя (третьих лиц) в суде, в правоохранительных органах, представительство в иных органах и организациях различных правовых форм.

     При описании предмета поручения в соглашении с доверителем рекомендуется указывать конкретные правовые действия, которые обязуется совершить адвокат, по возможности указывая отдельные самостоятельные этапы работы, стадии судопроизводства.

 Условия  выплаты доверителем вознаграждения  за оказываемую юридическую помощь должны содержать не только размер, но и порядок выплачиваемого вознаграждения. При этом необходимо учитывать, что соглашение об оказании юридической помощи является возмездным договором. Отсутствие у доверителя реальной возможности выплаты вознаграждения, например нахождение под стражей, ставит под сомнение правомерность заключения такого договора, что может повлечь признание договора незаключенным. Вознаграждение, выплачиваемое адвокату доверителем, и (или) компенсация адвокату расходов, связанных с исполнением поручения, подлежат обязательному внесению адвокатом в кассу соответствующего адвокатского образования либо перечислению на расчетный счет адвокатского образования в порядке и сроки, которые предусмотрены соглашением.

            Доверитель вправе в любое время отказаться от услуг адвоката и потребовать расторжения договора при условии оплаты адвокату фактически понесенных им расходов. При этом адвокат не может претендовать на возмещение неполученной прибыли, поскольку осуществляемая им деятельность не является предпринимательской.

               Недопустимо включение в соглашение об оказание юридической помощи условий о выплате неустойки, так как это ограничивает право доверителя на расторжение соглашения, подрывает доверие к адвокатуре и не соответствует адвокатской этике.

              В случае расторжения соглашения по инициативе доверителя (лица, заключившего соглашение, либо назначенного им другого лица), у адвоката отпадают правовые основания для дальнейшего оказания юридической помощи лицу, независимо от вида судопроизводства. В противном случае это может быть расценено как осуществление адвокатской деятельности без соглашения, либо навязывание своей помощи.

             В целях предотвращения споров в соглашение с доверителем необходимо внести условия, регулирующие порядок досрочного расторжения либо прекращения соглашения. При этом надлежит устанавливать разумный срок в зависимости от характера поручения.

 При  отмене поручения адвокат должен  незамедлительно возвратить доверителю все документы по делу и доверенность, так как у него отпадают правовые основания для их удержания. В любом случае неисполнение этой обязанности может стать препятствием в дальнейшей защите доверителем своих прав, может нанести ему вред, что не допустимо в любом случае.

 В  том случае, когда адвокат оказывает  юридическую помощь двум подозреваемым  или обвиняемым, и в ходе предварительного  расследования или судебного  разбирательства интересы одного  из них вступают в противоречие  с интересами другого, либо с одним из них расторгается соглашение, адвокат не вправе согласно ч. 6 ст. 49 УПК РФ далее осуществлять защиту и ему следует расторгнуть также и другое соглашение и незамедлительно прекратить дальнейшее участие в данном деле. Предпочтение одного подзащитного другому недопустимо вследствие обладания информацией, составляющей адвокатскую тайну, и будет профессионально неэтичным.

Невыполнение  адвокатом формальных процедур, предусмотренных  законом (письменная форма соглашения, внесение вознаграждения в кассу адвокатского образования, выдача квитанции, отчет перед доверителем и т.д.) само по себе является ненадлежащим исполнением адвокатом своих обязанностей перед доверителем.

        Таким образом, следует сделать вывод о том, что соглашение об оказании юридической помощи - гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между адвокатом и доверителем, в силу которого адвокат совершает в рамках адвокатской деятельности юридически значимые действия по оказанию квалифицированной юридической помощи доверителю (или назначенному лицу), направленные на защиту прав, свобод и интересов доверителя, в целях обеспечения доступа к правосудию, а также реализации права на судебную защиту, а доверитель достигает соглашения по всем существенным условиям, предусмотренным договором, заключаемым на возмездной или безвозмездной основе для доверителя. Данное соглашение носит двусторонний, фидуциарный (доверительный) характер. Обязательное указание на возмездность и безвозмездность данного договора для получателя юридической помощи необходимо, но при этом соглашение адвоката с доверителем может носить для доверителя как возмездный, так и безвозмездный характер, в последнем случае имеется в виду оказание адвокатом бесплатной юридической помощи, а также помощи, оказываемой по назначению, но при этом следует отметить, что независимо от того, возмездный или безвозмездный характер носит соглашение об оказании юридической помощи между адвокатом и доверителем, для адвоката договор имеет возмездный характер, вопрос состоит лишь в источнике финансирования юридической помощи, оказываемой адвокатом. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

2. Адвокатская тайна 

       Адвокатская тайна - необходимое условие существования адвокатуры и одновременно процессуальная гарантия полноты, объективности и состязательности уголовного судопроизводства.

Адвокат не может оказывать результативную профессиональную помощь доверителю до тех пор, пока между ними не будет  достигнуто полное взаимопонимание. Доверитель должен чувствовать абсолютную уверенность  в том, что вопросы, обсуждаемые с адвокатом, и предоставленная им адвокату информация останутся конфиденциальными, без каких-либо требований или условий. Следовательно, вопрос адвокатской тайны можно охарактеризовать и как юридический, и как этический.

   Федеральный закон от 31 мая 2002 г. "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" впервые дает определение адвокатской тайны. Так, в ст. 8 провозглашено, что «адвокатской тайной являются любые сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи своему доверителю».

       Исследование этого вида тайны особенно интересно уже в силу того обстоятельства, что в юридической науке соответствующие правоотношения изучены меньше, чем в некоторых других сферах. Сама природа адвокатской деятельности, направленной на достижение реального результата, стимулировала адвокатов-исследователей прежде всего к прикладному подходу к проблеме их профессиональной тайны, к выработке практических рекомендаций по разрешению типичных встречающихся в адвокатской практике коллизий. Кажущаяся самоочевидность общего представления об адвокатской тайне, наличие давней, существующей еще с античных времен традиции ее соблюдения и защиты, редкий, исключительный характер нарушения адвокатами своей профессиональной тайны также долгое время не давали исследователям повода для общетеоретической разработки соответствующего круга проблем.

     Отправной точкой для выяснения общего понятия адвокатской тайны, с нашей точки зрения, целесообразно избрать норму ст. 8 Закона об адвокатуре, где впервые в отечественном праве данное явление получило законодательное определение.

    Согласно  этой же статьи, адвокат не может быть вызван и допрошен в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием.

    Проведение оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий в отношении адвоката (в том числе в жилых и служебных помещениях, используемых им для осуществления адвокатской деятельности) допускается только на основании судебного решения. Полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий или следственных действий (в том числе после приостановления или прекращения статуса адвоката) сведения, предметы и документы могут быть использованы в качестве доказательств обвинения только в тех случаях, когда они не входят в производство адвоката по делам его доверителей. Указанные ограничения не распространяются на орудия преступления, а также на предметы, которые запрещены к обращению или оборот которых ограничен в соответствии с законодательством Российской Федерации.

    По сути дела, законодатель раскрывает здесь лишь предмет интересующего нас явления, подразумевая под тайной саму информацию, и конституирует определенный иммунитет адвоката от процессуальных и оперативно-розыскных действий, способных привести к нарушению адвокатской тайны. Исходя из смысла рассматриваемой статьи, можно заключить, что по воле законодателя тайной защищена любая информация, полученная адвокатом в процессе профессиональной деятельности, однако режим запрета доступа к этой информации третьих лиц не является абсолютным и, за исключением свидетельского иммунитета, может быть преодолен путем вынесения обычного судебного решения.

   Очевидно, что это определение имеет узко-прагматическую цель - защитить адвокатскую тайну от посягательств со стороны должностных лиц правоохранительных органов, которые чаще, чем остальные лица, имеют интересы, противоположные интересам адвоката и его доверителей. В определении ничего не сказано об обязанностях самого адвоката по отношению к доверителю и его тайне, чем, как представляется, игнорируется весьма значимый аспект адвокатской тайны, непосредственно вытекающий из ее профессионально доверенного характера: особый правовой режим, гарантирующий конфиденциальность информации, переданной адвокату, от его неправомерных действий.

    Следует отметить, что в Законе об адвокатской деятельности такие гарантии предусмотрены, но они выведены за рамки новеллы, содержащей определение адвокатской тайны. В частности, согласно п. 5 ч. 4 ст. 6 этого Закона адвокат не вправе "разглашать сведения, сообщенные ему доверителем в связи с оказанием последнему юридической помощи, без согласия доверителя". Очевидно, что любая попытка формулирования понятия адвокатской тайны должна опираться и на эту норму, формально отнесенную законодателем к числу запретов, которыми обусловлена адвокатская деятельность, но вовсе не к совокупности норм, непосредственно регулирующих отношения по поводу адвокатской тайны. При этом важно заметить, что во многих работах, в том числе досоветского и советского времени, адвокатская тайна рассматривается именно как    обязанность адвоката хранить тайну своего доверителя.

     Кроме того, понять правовую сущность адвокатской тайны можно лишь на основе изучения ее родовых и типологических черт, а также специфики адвокатской деятельности, по-своему преломляющей эти черты и дополняющей их содержанием, характерным только для этого вида тайны.

    Итак, субъектом адвокатской деятельности и, следовательно, адвокатской тайны согласно п. 1 ст. 1 и п. 1 ст. 2 Закона об адвокатской деятельности является адвокат - лицо, имеющее соответствующий статус и правомерно оказывающее юридическую помощь на профессиональной основе. Адвокат "является независимым профессиональным советником по правовым вопросам" и в силу этого обстоятельства не может заниматься иной деятельностью, за исключением тех ее видов, которые, по замыслу законодателя, не ставят под сомнение его независимость: "научной, преподавательской и иной творческой деятельностью". В то же время законодатель предполагает, что деятельность иных лиц по оказанию юридической помощи не может рассматриваться в качестве адвокатской именно потому, что в таких случаях не гарантируется независимость и квалифицированность, представляющие собой общеизвестные условия эффективной правовой защиты.

   Только "независимый правовой советник" может быть наделен соответствующими иммунитетами и правами, поскольку в противном случае существует высокая вероятность того, что эти привилегии и права будут использованы в интересах, не имеющих ничего общего с интересами доверителя и интересами правовой защиты. Авторитет последней держится именно на независимом характере адвокатской деятельности.

     Ни юрист, являющийся государственным или корпоративным служащим, ни предприниматель, оказывающий юридические услуги, ни частное лицо, выступающее в роли процессуального представителя, не имеют презумпции независимости. Мотивы их деятельности могут быть в значительной мере связаны с личными интересами, интересами службы или ведения бизнеса. Связанная с защитой этих интересов профессиональная тайна в достаточной мере урегулирована ФЗ от 27 июля 2006 г. "Об информации, информационных технологиях и о защите информации".

    Распространять режим адвокатской тайны на всех юристов, оказывающих профессиональную помощь, либо определять ее только в качестве тайны судебного представительства не вполне корректно именно с точки зрения обеспечения независимости, эффективности и авторитета профессиональной правовой защиты. Доверитель потому и обращается к адвокату, что он не связан интересами иными, нежели интересы правовой защиты, лежащие в основе адвокатской деятельности и определяющие предназначение адвокатуры как общественного института. Именно эти интересы определяют социальный смысл деятельности адвоката и, соответственно, социальный смысл адвокатской тайны.

   В свою очередь, непосредственное содержание этой деятельности, связанной прежде всего с получением информации, а также с ее использованием на условиях конфиденциальности, позволяет получить представление о предмете адвокатской тайны.

Согласно п. 2 и п. 3 ст. 2 Закона, оказывая юридическую  помощь, адвокат:

"1) дает консультации  и справки по правовым вопросам  как в устной, так и в письменной форме;

2) составляет  заявления, жалобы, ходатайства и  другие документы правового характера;

3) представляет  интересы доверителя в конституционном  судопроизводстве;

4) участвует  в качестве представителя доверителя  в гражданском и административном судопроизводстве;

5) участвует  в качестве представителя или  защитника доверителя в уголовном  судопроизводстве и производстве  по делам об административных  правонарушениях;

6) участвует  в качестве представителя доверителя  в разбирательстве дел в третейском суде, международном коммерческом арбитраже (суде) и иных органах разрешения конфликтов;

7) представляет  интересы доверителя в органах  государственной власти, органах  местного самоуправления, общественных  объединениях и иных организациях;

8) представляет интересы доверителя в органах государственной власти, судах и правоохранительных органах иностранных государств, международных судебных органах, негосударственных органах иностранных государств, если иное не установлено законодательством иностранных государств, уставными документами международных судебных органов и иных международных организаций или международными договорами Российской Федерации;

9) участвует  в качестве представителя доверителя  в исполнительном производстве, а также при исполнении уголовного наказания;

10) выступает  в качестве представителя доверителя  в налоговых правоотношениях.

3. Адвокат вправе  оказывать иную юридическую помощь, не запрещенную федеральным законом".

Как видим, подавляющее  большинство видов адвокатской  деятельности связано с представительством, и, соответственно, в этих случаях речь идет о поверенной тайне. Правовое консультирование также является важным видом адвокатской деятельности и предполагает наличие в соответствующих случаях режима конфиденциальности, связанного только с обязательствами неиспользования и неразглашения информации доверителя. И в том и в другом случае адвокатская тайна имеет одинаковую правовую защиту от доступа к ней третьих лиц, а также от ее нарушения самим адвокатом, одинаковое правовое состояние - правовой режим.

   Вопрос о происхождении информации не имеет значения с точки зрения закона, поскольку к содержанию адвокатской тайны относится вся информация, полученная в связи с оказанием правовой помощи доверителю. Однако характер способов поступления к адвокату профессионально значимой информации подтверждает вывод о том, что содержание адвокатской тайны существенно шире, чем содержание информации, непосредственно полученной адвокатом от доверителя или близких ему лиц.

   Согласно определению Н.И. Матузова и А.В. Малько, "основные признаки правовых режимов состоят в том, что они: 1) устанавливаются в законодательстве и обеспечиваются государством; 2) имеют цель специфическим образом регламентировать конкретные области общественных отношений, выделяя во временных и пространственных границах те или иные субъекты и объекты права; 3) представляют собой особый порядок правового регулирования, состоящий из юридических средств и характеризующийся определенным их сочетанием; 4) создают конкретную степень благоприятности либо неблагоприятности для удовлетворения интересов отдельных субъектов права. Правовой режим обусловлен прежде всего интересами государства, волей законодателя, а также спецификой и характером общественных отношений, требующих к себе особых подходов, форм и методов правового опосредования, своеобразного юридического инструментария для своей организации".