Анализ книги "Дорога к рабству" Ф.Хайек

Содержание

I. Введение................................................................................................................3

II. Биография Ф. Хайека..........................................................................................3

III. Анализ книги «Дорога к рабству»...................................................................6

IV. Заключение......................................................................................................14

V. Список литературы...........................................................................................16

Введение.

Дорога к рабству (англ. The Road to Serfdom, 1944) – книга нобелевского лауреата Ф. фон Хайека. Книга была переведена более чем на 20 языков. Считается одним из основополагающих трудов по классическому либерализму. Книга оказала заметное влияние на мировую политику, послужив идейной основой возврата к методам классического рынка в США при Рейгане и Великобритании при Тэтчер и отказа от идей государственного регулирования.

Биография Ф. Хайека.

Английский экономист  Фридрих Август фон Хайек родился  в Вене. Он был сыном Августа  фон Хайека, сотрудника местных органов  здравоохранения и по совместительству профессора биологии Венского университета, и Фелицитас  фон Хайек.  В 1917 г., после окончания школы, Хайек был призван в австрийскую армию и служил артиллерийским офицером на итальянском фронте.

Вернувшись в 1918 г. после заключения мира в Вену, Хайек поступил в Венский университет, где изучал право, экономику, философию и психологию. Хотя первоначально он был увлечен идеями социализма и национализма, которые были наиболее популярными идейными течениями в послевоенной Вене, впоследствии он стал их яростным противником. Первым шагом Хайека на пути борьбы против этих идеологий, которая стала делом всей его жизни, была организация Ассоциации демократических студентов в университете.

После получения в 1921 г. в Венском университете степени доктора права Хайек начал работать в Австрийском бюро урегулирования военных претензий, которым в то время руководил экономист Людвиг фон Мизес. Одновременно он возобновил свои занятия в Венском университете и в 1923 г. получил докторскую степень по экономике. После завершения своей диссертации Хайек провел год в США в качестве исследователя-ассистента Джереми Дженкса в Нью-Йоркском университете. Он также прослушал курс лекций по экономическому циклу, который в Колумбийском университете читали Уэсли Митчелл и Джон Кларк, а также участвовал в сборе статистического материала для журнала «Бизнес анналз» ("Business Annals").

Вернувшись в Австрию  на государственную службу в 1924 г., Хайек стал членом частного семинара Мизеса, войдя тем самым в избранную группу влиятельных экономистов и философов, которые встречались несколько раз в месяц для дискуссий по текущим экономическим проблемам. Находясь под впечатлением эмпирических исследований экономического цикла, которые в то время проводились в Соединенных Штатах, Хайек в 1927 г. убедил австрийское правительство создать институт для проведения подобных исследований в Австрии.

На протяжении 20-х гг. Хайек опубликовал большое число статей по торговому циклу, монетарной теории и экономической политике. В 1929 г. он приступил к чтению лекций в Венском университете, а на следующий год был приглашен прочитать четыре лекции в Лондонской школе экономики (ЛШЭ). Эти лекции, опубликованные в 1931 г. под названием «Цены и производство» ("Prices and Production"), послужили основой для зачисления Хайека на должность приглашенного профессора в ЛШЭ, где затем он был назначен профессором экономики и статистики.

В Лондоне Хайек был  инициатором одной из наиболее продолжительных  экономических дискуссий 30-х гг. В 1930 г. Джон Мейнард Кейнс опубликовал свою работу «Трактат о деньгах» ("Treatise on Money"), рецензию на которую Хайек написал для журнала «Экономика» ("Economica"). В ответ на это Кейнс попросил итальянского экономиста марксистского толка Пьеро Сраффа написать для журнала «Экономик джорнэл» ("Economic Journal"), который редактировал Кейнс, рецензию на книгу Хайека «Цены и производство». Последовала длительная и сердитая полемика в форме целой серии комментариев, ответов и заявлений. В конечном счете, каждая сколько-нибудь значительная личность в британской экономической науке приняла участие в этом споре.

В 1947 году фон Хайек  приглашает учёных-либералов на встречу  при Мон Пелерин в Швейцарии, положившей начало Обществу «Мон Пелерин». В 1950 году фон Хайек стал профессором  в университете Чикаго, а в 1962 профессором  университета Фрайбурга и после  членом совета директоров Института Вальтера Ойкенса. В 1967 фон Хайек получает статус эмерита, однако продолжает преподавать до 1969 года.

В 1974 году Фридриху Августу  фон Хайеку (вместе со шведом Гуннаром Мюрдалем) присваивается Нобелевская  премия в области экономики «за основополагающие работы по теории денег и экономических колебаний и глубокий анализ взаимозависимости экономических, социальных и институциональных явлений».

В 1926 г. Хайек женился на Элен фон Фритч. У них есть сын и дочь. После развода с первой женой он в 1950 г. женился на Хелене Виттерлич. В 1938 г. он получил британское гражданство.

Кроме Нобелевской премии, Хайек получил много других наград, включая медаль за достижения в науках и искусстве от австрийского правительства (1976). Он является членом Британской академии, Австрийской академии наук, Аргентинской академии экономических наук. Ему присвоено также большое число почетных ученых степеней и званий.

Фридрих Хайек является автором таких книг, как «Частые деньги», «Теория денег и торговый цикл», «Цены и продукция», «Прибыль, интерес и инвестирование», «Индивидуализм и экономический заказ», «Конституция свободы», «Дорога к рабству».

Анализ книги «Дорога  к рабству».

Знаменитая книга крупнейшего  экономиста и политического мыслителя XX века, «Дорога к рабству» Фридриха Августа фон Хайека, по праву считается одним из самых убедительных опытов критики социалистической идеологии.

Сегодня многие тезисы Хайека кажутся  очевидными - они подтверждены историей, показавшей и легкость превращения  социалистических правительств в тоталитарные диктатуры, и их недолговечность, однако избыточное вмешательство государства в экономику по-прежнему составляет основное препятствие на пути развития России и многих стран мира, а значит, «Дорога к рабству» все еще актуальна.

Замысел книги раскрывает эпиграф  из Юма: "Свобода, в чем бы она  ни заключалась, теряется, как правило, постепенно". Образ дороги, присутствующий в заглавии, не случаен: Хайек показывает, куда, по его мнению, ведет дорога, вымощенная благими намерениями социалистов... Вступив на эту дорогу, невозможно остановиться на полпути: логика событий заставляет проделать его весь до конца, пока и общество, и отдельная личность не будут поглощены государством и не восторжествует тоталитарное рабство.

Книга посвящена раскрытию фундаментального противоречия в идее социалистического учета и контроля. Хайек развивает идею своего предшественника фон Мизеса о том, что социализм как экономическая система обречен на распад, поскольку только свободный рынок, движимый только индивидуальными интересами, способен породить достаточную информацию для эффективной и разумной координации социального поведения. Другими словами, свобода является необходимым условием процветающей экономики.

«Некоторые утверждают, что, научившись управлять силами природы, мы все еще очень плохо умеем использовать возможности общественного сотрудничества. Это правда. Однако обычно из этого утверждения делают ложный вывод, что мы должны теперь овладевать социальными силами точно так же, как овладели силами природы. Это не только прямая дорога к тоталитаризму, но путь, ведущий к разрушению всей нашей цивилизации. Ступив на него, мы должны будем отказаться от надежд на ее дальнейшее развитие. Те, кто к этому призывает, демонстрируют полное непонимание того, что сохранить наши завоевания можно, лишь координируя усилия множества индивидов с помощью безличных сил».¹

Хайек гибко и прагматично адаптирует этот принцип к различным аспектам современной жизни. Из него он выводит, что направление политики «извне» как правило, хуже, чем решения, принимаемые на месте заинтересованными сторонами. Исходя из этого и основываясь на личной свободе в рамках закона, автор строит непротиворечивую политическую и экономическую систему.

Хайек здесь является прямым последователем Адама Смита. Его концепция «спонтанного действия» созвучна с «невидимой рукой», которую предсказывал в свое время Смит.

 «На протяжении всего этого периода новой истории Европы генеральным направлением развития было освобождение индивида от разного рода норм и установлений, сковывающих его повседневную жизнедеятельность. И только когда этот процесс набрал достаточную силу, стало расти понимание того, что спонтанные и неконтролируемые усилия индивидов могут составить фундамент сложной системы экономической деятельности. Обоснование принципов экономической свободы следовало, таким образом, за развитием экономической деятельности, ставшей незапланированным и неожиданным побочным продуктом свободы политической».²

Центральное место в политических взглядах автора занимает идея о невозможности эффективной координации и управления экономикой из центра. Социализм неизбежно  столкнется с невозможностью даже с помощью техники эффективно собирать и анализировать данные о личных и групповых предпочтениях и возможностях, многочисленных сопутствующих обстоятельствах. Только система с децентрализованным принятием решений и рыночными принципами взаимодействия — «невидимая рука» — пригодна для современной сложной экономики.

В целом все аргументы в книге  Хайека построены на классических либеральных взглядах, в которых концепция свободы индивидуума ставится во главу.

Прогресс, по мнению Хайека, происходит от эволюционного процесса поиска ниши, при котором участники рынка  экспериментируют с различными методами извлечения прибыли. Большинство из них терпит неудачу, которая затрагивает только их. Но некоторые преуспевают, и от этого выигрывает общество в целом.

Взгляды Хайека довольно известны со времен Смита. Основное исключение составляет заявление о том, что государство  не может быть «в некоторой степени» социалистическим и нет «среднего пути» между социализмом и свободным предпринимательством. Любой элемент социализма имеет тенденцию распространяться на все общество в целом и разрушает его.

Если бы правительство не вмешивалось  в денежное обращение, не было бы колебаний производства и, следовательно, экономических кризисов. Хайек считает ошибкой полумонополистический подход правительств к вопросам денежного регулирования. Поскольку никакая монополия не способна адекватно реагировать на любые ситуации (она просто не содержит необходимых механизмов), это, в конечном счете, является первопричиной экономических кризисов.

«Есть серьезные  основания для сомнений, что даже в тех случаях, когда монополия  является неизбежной, лучшим способом контроля является передача ее государству. Если бы речь шла о какой–то одной отрасли, это, быть может, и было бы верно. Но если мы имеем дело с множеством монополизированных отраслей, то по целому ряду причин лучше отдать их в частные руки, чем оставлять под опекой государства. <...> Частная монополия почти никогда не бывает полной и уж во всяком случае не является вечной или гарантированной от потенциальной конкуренции, в то время как государственная монополия всегда защищена — и от потенциальной конкуренции, и от критики. Государство предоставляет монополиям возможность закрепиться на все времена, и возможность эта, без сомнения, будет использована. Когда власти, которые должны контролировать эффективность деятельности монополий, заинтересованы в их защите, ибо критика монополий является одновременно критикой правительства, вряд ли можно надеяться, что монополии будут по–настоящему служить интересам общества. Государство, занятое всесторонним планированием деятельности монополизированных отраслей, будет обладать сокрушительной властью по отношению к индивиду и вместе с тем окажется крайне слабым и несвободным в том, что касается выработки собственного политического курса. Механизмы монополий станут тождественными механизмам самого государства, которое все больше и больше будет служить интересам аппарата, но не интересам общества в целом».³

Законы социального  развития не могут быть описаны простой теорией наподобие физической. Сложность такой теории не дает использовать ее для эффективного предсказания частных явлений, поскольку потребуется точно знать слишком много параметров, для которых имеются лишь эмпирические значения. В этом смысле возможности науки по объяснению и предсказанию социальных явлений гораздо более ограничены, нежели в физике.

Если же поддаться  искушению попробовать построить  такую теорию, которая позволяла  бы управлять социальным прогрессом наподобие физического эксперимента, придется создать общество, направляемое мнением некоторой группы лиц. Это сразу прекращает движение мысли. Невозможно допускать наличие реальной свободы в некоторых областях и некоторой другой доктрины во всех остальных.

С тех пор, как в 1920 г. Людвиг фон Мизес написал «Социализм», продолжается спор о логической возможности социалистической экономики. Однако, приняв тезис о том, что деньги как инструмент экономического управления несут в себе больше скрытой информации, нежели прямой, невозможно далее держаться командных методов управления производительными силами. Аналогичная ситуация с возможностью управлять распределением доходов на основе некоторой концепции общественных заслуг или потребностей. Если цена, включая цену труда, используется для направления производительных сил, параллельное использование других механизмов регулирования кроме рыночных становится невозможным. В любом случае от концепции социализма ничего не остается.

В результате социализм  не может существовать «сам по себе», в отрыве от рыночной экономической системы, которая являлась бы источником технологии, инноваций и информации о ценах. Для стран социалистического лагеря таким источником все время являлись развитые страны Запада.

Хотя книга была рассчитана не на профессионального читателя, Хайек, как всегда, точен в выборе и использовании терминов. Ключевым понятиям - коллективизм и тоталитаризм - придается четкий однозначный смысл: под рубрику коллективизма подводятся любые теоретические системы, стремящиеся (в противоположность либерализму) организовать все общество во имя достижения некоей единой всеподавляющей цели и отказывающиеся признать защищенную законом сферу автономии индивида; под тоталитаризмом понимаются неизбежные практические результаты осуществления коллективистских проектов, чаще всего неожиданные и для самих их творцов. Тоталитаризм, по Хайеку, подступает постепенно и незаметно; он оказывается непреднамеренным результатом самых возвышенных устремлений самых достойных людей. Погоня за дорогими нашему сердцу идеалами приводит к последствиям, в корне отличающимся от ожидавшихся, - таков лейтмотив "Дороги к рабству". Чтобы это произошло, нужно совсем немного: поставить себе цель организовать жизнь общества по единому плану и последовательно стремиться к реализации этой цели на практике. Стоит только встать на эту дорогу - остальное довершит неотвратимая логика событий. Вслед за заменой спонтанного рыночного порядка сознательным плановым руководством неминуемо начинают рушиться одна за другой все ценностные скрепы и опоры свободного общества - демократия, правозаконность, нравственность, личная независимость, свободомыслие, что равносильно побели всей современной культуры и цивилизации. Тоталитаризм чреват не только моральной деградацией общества, но и неминуемым провалом в сфере экономики, означающим катастрофическое падение уровня жизни людей.

«На протяжении двадцати пяти лет, пока призрак тоталитаризма  не превратился в реальную угрозу, мы неуклонно удалялись от фундаментальных  идей, на которых было построено здание европейской цивилизации. Путь развития, на который мы ступили с самыми радужными надеждами, привел нас прямо к ужасам тоталитаризма. И это было жестоким ударом для целого поколения, представители которого до сих пор отказываются усматривать связь между двумя этими фактами. Но такой результат только подтверждает правоту основоположников философии либерализма, последователями которых мы все еще склонны себя считать. Мы последовательно отказались от экономической свободы, без которой свобода личная и политическая в прошлом никогда не существовали. И хотя величайшие политические мыслители XIX в. — де Токвиль и лорд Эктон — совершенно недвусмысленно утверждали, что социализм означает рабство, мы медленно, но верно продвигались в направлении к социализму. Теперь же, когда буквально у нас на глазах появились новые формы рабства, оказалось, что мы так прочно забыли  эти  предостережения,  что не

можем увидеть  связи между этими двумя вещами».⁴

Достаточно интересный постулат, упоминаемый Хайеком, заключается в том, что стоимость и заслуги должны быть двумя различными шкалами. Другими словами, невозможно ранжировать людей согласно некоторой концепции справедливости, независимо от того, базируется ли эта концепция на протестантской этике или чем-либо другом. В то же время легко поддаться искушению и считать, что даже в условиях свободного рынка в «действительно моральном обществе» стоимость и общественная польза могут быть некоторым образом приравнены. Дело в том, что любое такое уравнивание использует понятие социальной справедливости. И сводится к трактовке этого понятия и соотношению его с понятием общественной пользы. Но справедливость подчиняется правилам, которые устанавливают люди. Установление правил людьми не гарантирует распределения благ в соответствии с некоторыми принципами, поскольку никакое положение не является само по себе «справедливым» или «несправедливым». Оно становится таковым лишь постольку, поскольку некто (должностное лицо) является ответственным за такую трактовку.

 «Такого рода планирование должно начинаться с установления приоритетных интересов. Для сознательного выравнивания по единому плану различных уровней жизни необходимо взвесить разные потребности и выделить из них наиболее важные, требующие первоочередного удовлетворения. При этом группы, интересы которых не попали в число приоритетных, могут быть убеждены не только в несправедливости такой дискриминации, но и в том, что они смогут легко удовлетворить свои запросы, если будут действовать независимо. Нет такой шкалы ценностей, которая позволила бы нам решить, являются ли нужды бедного румынского крестьянина более (или менее) насущными, чем нужды еще более бедного албанца, или что удовлетворение потребностей пастуха из Словакии важнее, чем удовлетворение потребностей пастуха из Словении. Но если мы собираемся поднимать их уровень жизни по единому плану, мы должны как–то все это взвесить и увязать одно с другим. И когда такой план будет принят к исполнению, все ресурсы данного региона окажутся подчиненными содержащимся в нем указаниям и никто уже не сможет действовать по своему усмотрению, даже если видит не предусмотренные планом пути улучшения своего материального положения. Если запросы какой–то группы не получают приоритетного статуса, то члены этой группы вынуждены реально трудиться для удовлетворения запросов тех, кому было отдано предпочтение».⁵

В том же контексте  спонтанный рынок, при котором цены действуют как руководство к  действию индивидуума, не способен принимать  во внимание, что люди заслуживают  или в чем нуждаются (в любом смысле этих терминов), поскольку он создает распределение, которое никем не проектировалось. А то, что никем не спроектировано, и лишь представляет текущее положение дел, не может быть справедливым или несправедливым.

Таким образом, идея о «справедливом» распределении фактически заставляет отказаться от рынка в пользу плановой экономики, в которой некто решает, сколько причитается каждому члену общества, а ценой этого является полное исчезновение личной свободы.

Хайек предостерегает западный мир против «неизбежного» развития бюрократии, которое разрушает основной его постулат — неприкосновенность личности и частной собственности как условие развития.

Итак, основными идеями являются:

• Общество как совокупность инициатив отдельных его членов. Понимание того, что независимые и несогласованные действия отдельных лиц приводят к результату, непредсказуемому и недостижимому при помощи централизованного планирования. Свободная индивидуальная экономическая деятельность порождает сложные социальные отношения и обусловливает все остальные свободы.
• Экономика, основанная на «внутреннем знании». Человеческие отношения непредсказуемы и субъективны, рынок является инструментом их регулирования. Явления рынка — прибыль, убыток, конкуренция — поощряют инновации, отвечающие изменяющимся нуждам общества и порождают социальные отношения, которые нельзя построить иным способом.
• Необходимость законов. Правильно построенное законодательство лишь ограничивает некоторые рамки, в которых может действовать частное лицо, но ни в коем случае не предписывает, что именно следует делать в конкретной ситуации. Это состоит в противоречии с командными методами, используемыми правительством, которое пытается предписать некоторое поведение и этим порождает принуждение.
• Тирания общественных групп. Политики часто следуют интересам определенных групп. Это приводит к законам, которые продвигают интересы таких групп за счет свободы остальных, развитию бюрократии. Поэтому власть правительства следует ограничивать в конституционном порядке.

Заключение.

В послевоенные годы Хайек  оказал большое влияние на Фрайбургскую школу экономистов, идеи которой, будучи использованы правительством ФРГ, привели  к бурному росту в 50-60 гг., названному впоследствии «немецким чудом».

Многие современные  экономисты считают, что примеры Хайека указывают на современные признаки кризиса как результат вмешательства правительства во многие сферы, бывшие некогда частной жизнью. Хайек также считается первым, аргументированно указавшим на противоречие между бюрократией и свободой даже в условиях капиталистического развития.

Интервью, данное Хайеком  в мае 1977 г. в Лос-Анджелесе, дает некоторую ретроспективу его взглядов и их эволюции в связи с послевоенным развитием экономики в теории и практике.

Одновременно он предсказал некоторые тенденции, которые стали очевидны лишь несколько лет назад, и получили подтверждение к моменту опубликования интервью (1992 г.).

В противовес основной идее Хайека о рыночных ценах как инструменте  рациональной экономики, теоретики  социалистической экономики пытались доказать, что разумное централизованное планирование возможно с использованием достижений техники для решения описанных Хайеком информационных проблем. Однако крупномасштабный эксперимент по рациональному экономическому планированию при социализме привел либо к падению национального продукта и распаду экономики (в некоторых странах третьего мира), либо к тоталитарно-полицейским формам правления (в СССР и странах Восточной Европы).

В свою очередь некоторые  западные страны начали отход от считавшихся незыблемыми принципов макроэкономики в сторону свободного рынка в трактовке Смита и Хайека. Таковы, например, программа приватизации правительства М. Тэтчер в Великобритании, «Рейганомика» в США. Все они получили развитие в  80-е годы.

Список использованной литературы

1. "Вопросы философии", 1990, # 10

2. Хайек Ф. А. Дорога  к рабству, М.: Новое издательство, 2005. — 264 с.

3. ХАЙЕК (Hayek), Фридрих  фон // Лауреаты Нобелевской премии: Энциклопедия: Пер. с англ. — М.: Прогресс, 1992. (рус.)— 07.02.2009.

¹ Ф.А.Хайек «Дорога к рабству», стр. 199

² Ф.А.Хайек «Дорога к рабству», стр. 42

³ Ф.А.Хайек «Дорога к рабству», стр. 192-193

⁴ Ф.А.Хайек «Дорога к рабству», стр. 40

⁵ Ф.А.Хайек «Дорога к рабству», стр. 216