Анализ судебной практики по составу преступления оставление в опасности (ст. 125 УК РФ)

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ  БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

«УДМУРТСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

ИНСТИТУТ ПРАВА, СОЦИАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ И БЕЗОПАСНОСТИ

Кафедра уголовного права  и криминологии

РЕФЕРАТ

Тема: «Анализ судебной практики по составу преступления  оставление в опасности (ст. 125 УК РФ)»

                                                      Выполнил студент:

                                                                              Очной формы обучения,

                                                                              группы 021100-54

                                                                              Давтян Ани Оганесовна

                                                                            Научный руководитель

    Решетникова  Гульнара Аликовна

                                                          г. Ижевск

2012 г.

Оставление в опасности, ответственность  за которое предусмотрено ст. 125 УК РФ, относится к преступлениям, объектом которых признаются жизнь и здоровье человека, но при этом не любого, а  только лица, находящегося в опасном для жизни и здоровья состоянии и лишенного возможности принять меры к самосохранению по малолетству, старости, болезни или вследствие своей беспомощности.

Объективная сторона  содержит два признака: деяние (оставление без помощи) и обстановки совершения этого деяния. Оставление в опасности – это бездействие, характеризующее уклонение виновного от исполнения лежащей на нем обязанности. При этом обязанность может быть как правовой (инструктор, как руководитель группы туристов, обязан отвечать за их безопасность на туристическом маршруте),  служебной (милиционер обязан осуществлять деятельность по спасению граждан, находящихся в опасном состоянии) так и социальной (родители обязаны заботиться о своих несовершеннолетних детях, а совершеннолетние дети обязаны заботиться о престарелых и беспомощных родителях).

Субъект является лицо, достигшее 16 лет, характеризующееся специальными признаками:

- обязанность  заботиться о потерпевшем в  силу закона, профессии, родственных  отношений либо в силу того, что своим предшествующим поведением сам поставил его в опасное состояние;

- имел возможность  оказать помощь этому лицу.

Состав данного  преступления по конструкции объективной  стороны является формальным, то есть оконченным преступление следует считать  только с момента оставления в опасности, независимо от реального наступления опасных для жизни потерпевшего последствий.

Но в определенных ситуациях, несмотря на наличие всех признаков состава, квалификация по данной статье должна исключаться, в  других ситуациях квалифицировать следует по совокупности.

Приговором  Демидовского районного  суда г. Демидов Смоленской области от 27 мая 2011 года Леоненкова П.Н признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных  ст.ст.125, 125, ч.1 ст. 109 УК РФ.

 Леоненкова  21 января 2011 года около 21 часа, заведомо осознавая, что ее малолетние дети: П.М.С., ** ** ** года рождения, П.Я.С.,** ** ** года рождения, П.Е.С. ** ** ** года рождения, в силу своего малолетства лишены возможности принять меры к самосохранению, покинула место жительства по адресу: <адрес> <адрес>, умышленно оставив своих детей П.М.С., П.Я.С., П.Е.С. одних в закрытой и не отапливаемой квартире до 24 января 2011 года, поставив их в опасное для жизни и здоровья положение, хотя имела возможность и обязана была осуществлять заботу о своих малолетних детях. В результате чего 23 января 2011 года в 22 час. 35 мин. П.Я.С. была госпитализирована в Демидовскую центральную районную больницу, где у последней были диагностированы обморожения стоп, образовавшиеся от воздействия низкой температуры, квалифицируемые как легкий вред здоровью. Она же, Леоненкова ** ** ** около 21 часа, покинула свое место жительства по адресу: <адрес> при этом заведомо осознавая, что оставила там своих троих малолетних детей: П.М.С., ** ** ** года рождения, П.Я.С., ** ** ** года рождения, П.Е.С. ** ** ** года рождения одних в холодной и не отапливаемой квартире, без запаса дров и продуктов питания, при этом на предвидя возможности общественно опасных последствий в виде смерти П.М.С., хотя при особой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть. В результате указанных действий подсудимой Леоненковой, ее малолетний ребенок П.М.С. умер ** ** **. Согласно заключению судебно-медицинского эксперта ** от ** ** **, причиной его смерти явилось общее переохлаждение организма, о чем свидетельствуют: розоватый оттенок кожных покровов с конусообразно приподнятыми волосяными фолликулами «гусиная кожа») трупные пятна розовато-фиолетового цвета, подтянутые к входам в паховые каналы яички (признак Пупарева), ярко-красный цвет головки полового члена (признак Десятова) кровоизлияния в слизистую оболочку желудка (признак Вишневского) стекловидная слизь на стенках желудка, точечные кровоизлияния в слизистую оболочку лоханок почек, полнокровие сосудов внутренних органов, а также отсутствием повреждений и заболеваний, которые могли обусловить наступление смертельного исхода.

В судебном заседании подсудимая Леоненкова виновной себя в совершенных преступлениях  признала полностью, с предъявленным  обвинением в заведомом оставлении без помощи малолетних дочерей П.Е.С. Е. и П.Е.С. Я., находящихся в опасном для жизни и здоровья состоянии и лишенных возможности принять меры к самосохранению по малолетству, имея возможность и будучи обязанной иметь заботу о них и поставившую их в опасное для жизни и здоровья состояние, причинении смерти по неосторожности сыну П.Е.С. М., согласилась.

В судебном заседании  Леоненкова заявила о своем раскаянии  в совершенных преступлениях, суду пояснила, что 21 января 2011 года она утром протопила печь, приготовила еду и целый день находилась дома с тремя детьми. Квартиру она натапливала до 25 градусов, но та быстро остывала, поскольку окна были одинарные. Около 21 часа она пошла на автостанцию положить деньги на сотовый телефон, где встретила Л.Г.В. О., которая предложила попить пива, на что она согласилась. Л.Г.В. нужно было продать свой сотовый телефон, они пошли к таксистам, Л.Г.В. продала телефон, на деньги купили бутылку водки и пять литров пива и по предложению Л.Г.В. поехали в деревню <адрес>, чтобы опохмелить их знакомую С.О.. Она предполагала вернуться через час, поэтому согласилась на поездку. В деревне <адрес> вместе с С.О., ее сожителем С. и его напарником К., они стали распивать спиртные напитки, но она пила только пиво, домой решила вернуться на следующий день. Спиртное закончилось, Л.Г.В. решила съездить еще за спиртным в город Демидов, а она не захотела ехать, осталась в деревне, но Л.Г.В. так и не приехала. Так она пробыла в деревне три дня. Она думала о детях, но С.О. ее убеждала, что детей уже забрала милиция и определила в социальный центр. Своей матери, в милицию, больницу она не позвонила, чтобы забрали детей, хотя понимала, что оставила их без пищи и в не отапливаемом помещении в зимнее время. Она понимала и допускала гибель детей от холода, но объяснить своего поведения не может. Она надеялась, что все обойдется, хотя придти к детям на помощь никто не мог, с соседями у нее плохие отношения, родственников или знакомых, которых можно было бы попросить посмотреть детей, не имеется. Ни в больницу, ни в милицию о возникшей опасной ситуации с ее малолетними детьми, она не сообщила. Денег у нее на оплату такси до г. Демидова не было, пешком она не пошла. Детей она любит, всегда о них заботилась. Ей было тяжело с тремя детьми, но никто из ее родных и близких никогда ей не помогал. Она не желала смерти детей. 23 января 2011 года ей на сотовый телефон позвонила С.С. и сообщила о смерти ее сына. Сразу в город Демидов она не поехала, испугалась, что ее заберут в милицию.

В связи с противоречивостью показаний на предварительном следствии и в судебном заседании по ходатайству стороны обвинения с согласия стороны защиты в порядке ст. 276 УПК РФ были оглашены показания Леоненковой, данные на предварительном следствии в присутствии защитника при допросе в качестве подозреваемой и обвиняемой.

Из этих показаний следует, что 21 января 2011 года, уложив детей спать, она закрыла входную дверь и ушла к Г.Л.В., где употребляла спиртные напитки, позже на автостанции, встретившись с Л.Г.В. ФИО122, выпили в такси 250-граммовую бутылку водки, а затем, купив водку и пиво поехали в деревню <адрес> к знакомой С.О., ее сожителю С. и его напарнику по работе К., где продолжили в компании распитие спиртного. Л.Г.В. уехала за спиртным в <адрес>, а она осталась в деревне. 22 января 2011 года часов в 11 ФИО123 заказал спиртное по такси, им привезли три бутылки водки, они продолжили распитие. Возвратиться на такси она не могла, не было денег. Она понимала, что дети голодные и могут замерзнуть, однако опять осталась ночевать в деревне. Она понимала, что оставила детей одних, но была в алкогольном опьянении, не пыталась принять мер, чтобы вернуться домой. Дети не могли выйти из дома, протопить печь, приготовить еду, телефона в доме не имеется, единственным способом оповестить о себе, только постучать в окно. 23 января 2011 ей позвонила С.С. и сообщила о смерти сына. Она на попутной автомашине приехала в Демидов, но в больницу или домой не пошла, а вернулась в деревню <адрес>, куда за ней приехали сотрудники милиции.¹.

В подобных ситуациях для квалификации необходимо установить наличие или  отсутствие умысла на лишение жизни. В случае его наличия содеянное  следует квалифицировать как  убийство. При этом, на мой взгляд, дополнительной квалификации по ст. 125 КУ РФ не требуется, так как состав убийства уже включает в себя все признаки состава оставления в опасности, а уголовный закон исключает двойную ответственность за совершение одного и того же деяния.

В судебной практике наиболее часто  встречаются случаи оставления в опасности пострадавших от ДТП.

Приговором Сарапульского городского суда Удмуртской республики от 22 мая 2012 года Печенин В.Ю. признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.264, ст.125 УК РФ.

13 августа 2011г. в период времени с 21.00час. до 22.15час. Печенин В.Ю., управляя по доверенности технически исправным автомобилем «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак <данные изъяты> регион, двигался по <адрес> в направлении перекрестка с <адрес> мост, который находится по <адрес> Печенин В.Ю., увидел двух пешеходов, которые переходили проезжую часть вблизи <адрес> слева направо по ходу его движения. В этот момент Печенин В.Ю., действуя легкомысленно, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий,

- в нарушении п.10.1 Правил дорожного  движения РФ, согласно которого  водитель должен вести транспортное  средство, учитывая дорожные условия,  со скоростью, которая должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил дорожного движения, игнорируя п.10.2 Правил дорожного движения РФ, согласно которого в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, избрал скорость, не отвечающую требованиям безопасности, превышающую установленное ограничение на данном участке дороги, которая не обеспечивала ему возможность Настоянного контроля за движением транспортного средства, при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, не принял возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, вследствие чего совершил наезд на пешеходов ФИО1 и ФИО2 переходивших проезжую часть вблизи <адрес> расположенного по <адрес>, чем грубо нарушил п.1.5 Правил дорожного движения РФ, обязывающего водителя действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В результате дорожно-транспортного происшествия, совершенного по вине Печенина В.Ю. пешеходы:

- ФИО1 получил телесные повреждения  характера: Открытого оскольчатого  перелома правой большеберцовой  кости в средней трети со  смещением костных отломков, правой  малоберцовой кости в нижней трети со смещением костных отломков. Открытого оскольчатого перелома левой большеберцовой и малоберцовой костей в средней трети со смещением костных отломков. Рваных ран правой и левой голени. Закрытого оскольчатого перелома правой ключицы. Ушибленных ран теменной области, подбородка, спинки носа. Ссадин лица, левой ушной раковины, обеих верхних и нижних конечностей. Кровоподтеков обоих бедер. Повреждения причинили тяжкий вред здоровью, по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

- ФИО2 получил телесные повреждения  характера: Закрытой черепно-мозговой  травмы в виде ушиба головного  мозга средней степени тяжести.  Закрытой тупой травмы грудной  клетки в виде перелома 4-5 ребер  справа без смещения костных отломков. Закрытого перелома лонной кости без смещения костных отломков, которые причинили средней тяжести вред здоровью, по признаку краткосрочного расстройства здоровья сроком не более 21 дня, рваных ран (5) лба слева, носа, правой щеки, подбородка, тыльной поверхности правой кисти. Ссадин височно-скуловой области справа, лица, правой ушной раковины. В результате регенерации мягких тканей на месте бывших рваных ран лица, образовались рубцы в области правой щеки, которые являются неизгладимыми и обезображивающими лицо, вследствие чего ФИО2 был причинен тяжкий вред здоровью.

В результате полученных телесных повреждений  ФИО2 и ФИО1 потеряли сознание и не могли принять меры к самосохранению.

Таким образом, в результате действий Печенина В.Ю., ФИО2 и ФИО1 были поставлены в опасное для жизни и здоровья состояние и лишены возможности принять меры к самосохранению вследствие своей беспомощности. Имея возможность оказать помощь лежащим на проезжей части ФИО2 и ФИО1 и будучи обязанным это сделать, Печенин В.Ю., действуя умышленно оставил их без помощи на проезжей части <адрес> в заведомо опасном для их жизни и здоровья состоянии и скрылся с места преступления на автомобиле, на котором совершил наезд. Впоследствии ФИО1 и ФИО2 были случайно обнаружены сотрудниками полиции и доставлены в лечебное учреждение в тяжелом состоянии².

Водитель, виновный в нарушении  ДТП,  в результате которого был  причинении тяжкий вред здоровью потерпевшего, и заведомо оставивший потерпевшего без помощи в опасном для жизни  или здоровья состоянии, должен отвечать по совокупности преступлений, предусмотренных ст.264 и ст. 125 УК РФ,  по этому поводу однозначно высказался Пленум Верховного Суда в совеем Постановлении от 9 декабря 2008 г. №25: действия водителя транспортного средства, поставившего потерпевшего в результате дорожно – транспортного происшествия в опасное для жизни или здоровья состояние  и в нарушении требований Правил дорожного движения не оказавшего ему необходимую помощь, если он имел возможность это сделать, подлежат квалификации по ст. 125 УК РФ.

Если же водитель невиновен в  нарушении ДТП, но жизнь и здоровье потерпевшего были поставлены под угрозу в результате ДТП с управляемым  им транспортным средством, то невыполнение таким водителем обязанности по оказанию помощи потерпевшему следует квалифицировать только по ст.125 УР РФ. Однако ответственность не должна наступать в тех случаях, если смерть пострадавшего наступила мгновенно, в момент совершения транспортного преступления.

П Р И Г О В О Р                       

 И М Е Н Е М     Р О С С И Й С К О Й   Ф Е Д Е Р А Ц И И

02 ноября 2011 года                                                                          г. Новоуральск

Мировой судья  по судебному участку №1 ЗАТО г. Новоуральск Банникова О.Т., с участием государственного обвинителя прокуратуры ЗАТО г. Новоуральск Мережникова К.П., адвоката Мурзина С.А., представившего удостоверение № 518, ордер № 087056 от 26 октября 2011 года, представителя потерпевшей<ФИО1> - специалиста отдела семейной политики, опеки и попечительства, социальных гарантий и льгот ТОИОГВ СО УСЗН МСЗН СО по г.Новоуральску <ФИО2>,

Подсудимой Алексашиной Л.П.,

при секретаре Жуковой М.А.,  рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное  дело по  обвинению 

Алексашиной <ФИО3>, <ДАТА3> рождения, уроженки <АДРЕС>, гражданки РФ, имеющей высшее  образование,  замужем, не работающей пенсионерки,  зарегистрированной в <АДРЕС>  фактически проживающей по адресу:  <АДРЕС> ул. Сиреневый бульвар 23-30,  ранее не судимой,  копию обвинительного акта получила 10 октября 2011 года,  

в совершении преступления, предусмотренного   ст.125 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В  И Л А:

Алексашина Л.П. заведомо оставила без помощи свою мать <ФИО1>, находившуюся в опасном для жизни и здоровья состояния, лишенную возможности принять меры к самосохранению в силу своей беспомощности из-за болезни и старости, хотя обязана была иметь заботу о ней,  имела возможность оказать ей помощь, при следующих обстоятельствах.

В период времени с 13 по 18 июня 2011 года Алексашина Л.П.,  находилась вместе со своей матерью <ФИО1> в квартире по адресу: <АДРЕС>. В этот период времени <ФИО1> в силу своего болезненного состояния, упала, в результате чего получила телесные повреждения  в виде открытого перелома диафиза правой плечевой кости в средней трети со смещением, осложнившийся инфицированием, и инфицированной раны в области правого плеча, которые при неоказании медицинской помощи могут осложниться генерализацией инфекции с развитием сепсиса, угрожающим для жизни состоянием, вызывающим расстройство жизненно-важных функций организма человека, что не может быть компенсировано организмом самостоятельно и обычно заканчивается смертью. <ФИО1>, будучи беспомощной в силу своего возраста, болезни и полученной травмы, была  лишена возможности принять меры к самосохранению. Алексашина Л.П., являясь дочерью <ФИО1>, обязанная в соответствии с ч.1 ст.87 Семейного кодекса Российской Федерации  содержать своих нетрудоспособных нуждающихся в помощи родителей и заботиться о них, преследуя умысел, направленный на оставление лица в опасности, заведомо зная о беспомощном состоянии <ФИО4> имея возможность оказать необходимую помощь последней, умышленно бездействуя, не предприняла по отношению к <ФИО1>., находящейся в опасном для жизни состоянии и лишенной возможности самостоятельно принять меры к самосохранению, никаких мер по оказанию ей необходимой помощи.  Алексашина Л.П., находясь в указанный период времени в квартире вдвоем с матерью, не подняла ее с пола, не предприняла попыток оказать медицинскую помощь, не обратилась за медицинской помощью в лечебные учреждения и другим лицам,  лишила <ФИО1> воды и пищи, медицинской помощи, чем заведомо подвергла ее жизнь и здоровье опасности от полученной травмы. 

Алексашина Л.П.  вину не признала, от дачи пояснений в судебном заседании отказалась, воспользовавшись ст. 51 Конституции Российской Федерации.

Защитник подсудимой адвокат Мурзин С.А. просил учесть, что во время  прохождения стационарного лечения, после  выписки потерпевшей из больницы домой, где за ней продолжала осуществлять уход ее дочь, Алексашина Л.П., до самой смерти потерпевшей у работников правоохранительных  органов было убеждение, что в действиях Алексашиной Л.П. отсутствует состав преступления, предусмотренного ст.125 Уголовного кодекса Российской Федерации. Сразу после смерти потерпевшей было возбуждено уголовное дело. Время получения травмы <ФИО1> в ходе дознания не установлено. 17 июня 2011 года она, разговаривая через дверь с <ФИО5>, сказала, чтобы все оставили их в покое, по заключению судебно-медицинского эксперта возможное время получения травмы ограничивается 17 июня 2011 года, следовательно, <ФИО1> своей дочерью не была оставлена на несколько дней в беспомощном состоянии лежащей на полу со сломанной рукой.  

Вина подсудимой подтверждается   показаниями работников скорой помощи  <ФИО6>, <ФИО7>, которые работая  в составе бригады   скорой медицинской помощи, 18 июня 2011 года прибыли по вызову  сотрудников полиции на адрес: <АДРЕС>. На голом полу в коридоре квартиры они обнаружили пожилую женщину в положении лежа на спине головой к входной двери со следами фекалий на теле, с неестественно вывернутой посиневшей рукой. Около нее находилось блюдце с остатками засохшей пищи. Свидетель <ФИО7> уточнила, что  у <ФИО1> был обнаружен перелом  правого плеча, были видны кости, была обширная гематома правого предплечья. <ФИО1> об обстоятельствах получения травмы ничего не рассказывала. Рана на правом плече у <ФИО1> была не свежая. <ФИО1> не могла двигаться, она ничего не говорила, только стонала. Дочь <ФИО1> находилась в квартире, но не отвечала на ее  вопросы, со слов полицейских она поняла, что Алексашина Л.П. находится в состоянии алкогольного опьянения.   Вся информация ею была внесена в карту вызова скорой медицинской помощи.

Вина подсудимой подтверждается   показаниями свидетеля <ФИО8>, дежурного врача травматолога, к которому <ФИО1> была доставлена работниками скорой помощи. Свидетель  пояснил, что 18 июня 2011 года у поступившей в приемное отделение <ФИО1>, был обнаружен открытый инфицированный перелом правого плеча, осколки кости торчали из раны, были видны визуально. Рана у <ФИО1> была не свежая, то есть образовалась не вчера и не позавчера, а не менее чем за трое суток до госпитализации. <ФИО1> находилась в состоянии средней степени тяжести. Сама <ФИО1> передвигаться не могла.

Так же вина подсудимой подтверждается показаниями лечащего врача <ФИО1> - <ФИО10>, который пояснил, что  больная поступила во 2-е хирургическое  отделение 18 июня 2011 года  с диагнозом открытый инфицированный перелом диафиза правого плеча в средней трети со смещением отломков, подкожное кровоизлияние правого предплечья. <ФИО1> пояснила, что она упала с кровати, более подробно <ФИО1> ничего не поясняла. В ходе лечения <ФИО1> было сделано несколько операций. При осмотре <ФИО1> им было выявлено, что травма у нее не свежая, то есть образовавшаяся не менее трех дней назад. Такой вывод был сделан по состоянию травмы: рана была инфицирована, имелся гной. Когда <ФИО1> находилась на стационарном лечении, то ее навещали только племянница и сын, дочь <ФИО1> он не видел.

Вина подсудимой так  же подтверждается показаниями племянницы <ФИО1> - <ФИО5>, которая пояснила, что  последний раз до травмы она видела потерпевшую 13 июня 2011 года. Состояние <ФИО1> стало ухудшаться с конца апреля 2011 года, 13 июня 2011 года она себя очень плохо чувствовала,  по квартире передвигалась только с посторонней помощью,  и то с трудом.  Алексашина Л.П. проживала со <ФИО1>,  ухаживала за ней. 13 июня 2011 года Алексашина Л.П. вела себя агрессивно, грубо разговаривала со <ФИО1>  Затем она уехала на три дня в <АДРЕС>, по возвращению, начиная с 19 часов 16 июня 2011 года,  она не могла дозвониться ни на домашний номер телефона <ФИО1>, ни  на сотовый телефон Алексашиной Л.П.  17 июня 2011 около 14 часов она пришла к <ФИО1> стала звонить и стучать в дверь, затем открыла железную дверь своим ключом, но в квартиру попасть не смогла, потому что оказалась закрытой деревянная дверь. В ответ на ее крики и стук  она услышала голос <ФИО1>, которая крикнула: «Оставьте нас все», поэтому она ушла. 18 июня 2011 года с утра она вновь пыталась дозвониться до <ФИО1>, но не смогла, поэтому вновь пошла к ней домой. Она стала звонить в дверь, но ей никто не открыл. Тогда ока открыла металлическую дверь своим ключом и стала звать <ФИО1>, из-за двери услышала, что  <ФИО1> просит открыть дверь, так как ей плохо.  Она сразу же из соседней квартиры вызвала полицию, которые  выбили деревянную дверь в квартиру, в прихожей на полу возле туалета, головой к входной двери и ногами в сторону кухни, на спине лежала под одеялом <ФИО1> На полу рядом с ней  стояло блюдце с засохшей едой. Она убрала одеяло и обнаружила, что <ФИО1> была практически раздета, измазана фекалиями, правая  рука <ФИО1> была вся синяя, откинута в сторону и вывернута неестественным образом, а в районе плеча торчали кости.  Она принесла <ФИО1> воду, которую потерпевшая  с жадностью  выпила. Сотрудники полиции сразу же вызвали врачей «Скорой медицинской помощи»,  <ФИО1> госпитализировали. Все это время  Алексашина Л.П. находилась в квартире,   ничего не предпринимала, на вопрос сотрудников полиции, почему та не вызвала врачей, она ответила, что это бесполезно.  При посещении <ФИО1> в больнице  о дате  получения ею травмы она  отказывалась рассказывать.

Так же вина подсудимой подтверждается показаниями сотрудников УВД, проводивших проверку по факту получения травмы <ФИО1> : <ФИО11>, <ФИО12>, которые пояснили, что <ФИО1> была в сознании, но не  разговаривала, на вопросы отвечала кивком головы.   Старший участковый инспектор <ФИО11> пояснил, что разговаривал с потерпевшей <ФИО1> в больнице в присутствии <ФИО5>  <ФИО1>  подтвердила, что травму получила сама при падении, пролежала несколько дней, дочь помощи ей не оказала Участковый инспектор <ФИО12> пояснила, что разговаривала с потерпевшей в присутствии врача.  <ФИО1> подтвердила, что пролежала с переломом руки на полу несколько дней, просила помощи у дочери. При беседе с Алексашиной Л.П. она пояснила, что скорую не стала вызывать, так как это бесполезно, дверь не открывала, так как не слышала.  

Кроме того, вина подсудимой подтверждается показаниями свидетелей <ФИО13> (л.д.64-67), <ФИО14> (л.д.68-70),<ФИО15> (л.д.71-73), оглашенных по ходатайству  государственного обвинителя с согласия всех участников судебного заседания. Из показаний свидетеля <ФИО13> следует, что она является соседкой <ФИО1>  В мае - июне 2011 года, состояние здоровья <ФИО1> ухудшилось, за ней стала ухаживать дочь. 18 июня 2011года из ее квартиры племянница  <ФИО1> по имени Валентина вызвала полицию, которые  выбили дверь в квартиру <ФИО1> <ФИО1> лежала на полу в коридоре квартиры, рядом с ней лежало одеяло. У <ФИО1> была сломана рука. Из показаний <ФИО14>, <ФИО15> следует, что 18 июня 2011 года они по заданию дежурнойчасти прибыли по адресу <ДАТА> слыша из-за двери стоны и просьбы о помощи, выбили дверь. В квартире обнаружили <ФИО1> и ее дочь Алексашину Л.П. <ФИО1> лежала на спине на полу квартиры в коридоре возле туалета, прикрытая одеялом. Рядом с головой <ФИО1> на полу лежала маленькая подушка, также рядом со <ФИО1>  стояло блюдце с засохшей едой. Правая рука <ФИО1>  была неестественным образом вывернута, на плече правой руки была видна рана и торчащая из нее кость. Гражданке <ФИО1> незамедлительно были вызваны врачи скорой помощи. <ФИО1> не могла самостоятельно передвигаться, она вообще не могла двигаться, она не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. <ФИО1> была истощена. Об обстоятельствах получения травмы <ФИО1>  ничего пояснить не могла. Алексашина Л.П., находившаяся в состоянии алкогольного опьянения, пояснила, что 11 июня 2011 года, после того, как принесли пенсию, ее мать <ФИО1> упала в коридоре квартиры. Она не смогла поднять <ФИО1>, поэтому оставила ее лежать на полу. Алексашина Л.П. пояснила, что за помощью, чтобы поднять <ФИО1>  с пола, она ни к кому не обращалась. Врачей для оказания медицинской помощи <ФИО1> она не вызывала. Причину, по которой она не вызывала врачей, Алексашина Л.П. объяснить отказалась. Бригадой врачей скорой медицинской помощи <ФИО1> была, госпитализирована.