Аристотель о формах государственной власти

Введение

Античная Греция оказала  существенное влияние на формирование политической культуры и европейской  цивилизации. Политическая раздробленность  Греции объяснялась в основном природными условиями. Небольшие масштабы городов-государств лишало полисы стабильности, и вели к быстрой смене политических форм. 

Пик древнегреческой  цивилизации приходился на VI-V века до н.э.. В Пелопонесской войне Афины терпят поражение. Начинается закат античной Греции. Кризис системы привел к величайшему расцвету политической мысли, который был связан с именами Платона и Аристотеля. В их сочинениях собрана политическая мудрость, накопленная древними греками.

Аристотель (384-322 г.г. до н.э.) родился в небольшом эллинском г. Стагире. 367 году до н.э. Аристотель прибыл в Афины, где учился, а затем преподавал в платоновской Академии вплоть до смерти ее основателя. Покинув Афины в 347 году до н.э., Аристотель в течение ряда лет живет в других греческих государствах, а в 342 - 340 гг. до н.э. по приглашению македонского царя Филиппа II занимается воспитанием его сына Александра. С 335 года до н.э. Аристотель снова в Афинах. Здесь он основывает свою философскую школу - Ликей (лицей) и руководит ею почти до конца жизни. Аристотель написал большое количество произведений, но многие из них утеряны. Исследованию политико-правовых явлений посвящены такие сохранившиеся работы, как "Политика", "Афинская политая" и "Этика".

Одной из характерных  черт научной деятельности Аристотеля является её многогранность. Главное место среди его произведений, посвящённых изучению государства и общества, занимает трактат «Политика». Как отмечает Аристотель: «Самым значительным видом искусства, который по праву может быть назван искусством гениального художника, является искусство политики…». [1, с.5] 

Цель работы - выяснить, как Аристотель понимал формы государственной власти. 

                                                1. Сущность государства

 
         Государство — это «некий вид общения». Государство — только одна, высшая форма общения между людьми. В пределах государства существует целая система других социальных отношений со своими особыми целями и особыми путями развития. Каждый частный вид общения возникает в целях какого-либо блага [2, с. 378]. В экономических отношениях Аристотель видит только социальные формы общения и выделяет из них три вида: 1) общение в границах отдельной семьи, или «дома»; 2) общение в смысле ведения хозяйственных дел; 3) общение для обмена благами.

В понимании Аристотеля, время неотделимо от движения и изменения. Оно есть различение «прежде» и «после» в событии. В событии всегда есть порядок протекания, «так как движущееся движется от чего-нибудь к чему-нибудь». Когда мы начинаем воспринимать этот порядок, перед нами уже не событие, а время. Время есть мера движения.

Аристотель определяет то специфическое, чем отличается человеческая история. Первым составным элементом всякой исторической единицы, по мысли философа, является родовая община. Она состоит из отношений мужа и жены и из отношений отца к детям. Государство есть «только объединение этих родовых общин». Эту мысль Аристотель высказывает во многих местах своего трактата «Политика». Подытоживая вековое развитие своей страны, Аристотель выделяет родовую общину как один из значимых элементов государства. То, что родовая община введена Аристотелем в само понятие государства, свидетельствует о широте и глубине его исторического мышления. В период полного господства общинно-родового строя, когда еще не существовало большого развития наук и искусств, когда все развивалось по типу общинно-родовых отношений, в этот период вообще все могло объясняться по типу общинно родовых отношений. Античное государство было пронизано остатками общинно родовой формации.

     Все экономические  отношения имеют целью только  выгоду, и к ней сводятся в них все расчеты. Напротив, в общении, называемом дружбой, и тем более в общении, образующем государство, мотивы, определяющие поведение людей, совершенно другие. Положить в основу государства имущественную выгоду граждан значило бы принизить государственное общение до общения только хозяйственного. Государство существует «не просто ради существования, но скорее ради благой жизни» [2, с. 379].

Противопоставляя государство  другим видам общения, Аристотель заканчивает  свой анализ следующим выводом. «Ясно, — говорит он, — что государство не есть ни топографическое общение, ни охранительный союз против несправедливостей, ни общение ради хозяйственного обмена. Все это необходимо должно быть, чтобы создалось государство, но пока есть только это, государство еще не возникает. Оно возникает только тогда, когда создается общение ради благой жизни между семействами и родами, ради совершенной и достаточной для самой себя жизни».

«…человек по природе  своей есть существо политическое, а тот, кто в силу своей природы, а не вследствие случайных обстоятельств живет вне государства, - либо недоразвитое в нравственном смысле существо, либо сверхчеловек…» [1, с. 37]. Совершенством человека предполагается совершенный гражданин, а совершенством гражданина, в свою очередь - совершенность его государства. Взгляд этот в высокой мере типичен для наблюдателя и исследователя жизни греческих полисов, каким был Аристотель.

Природа государства, согласно Аристотелю, стоит «впереди» природы  семьи и индивида: необходимо, чтобы  целое предшествовало своей части. И действительно, всякий предмет определяется совершаемым им актом и возможностью совершить этот акт; раз эти свойства у предмета утрачены, нельзя уже говорить о нем как о таковом: останется только его обозначение. Поэтому, если отдельный человек «…не способен вступить в общение или, считая себя существом самодовлеющим, не чувствует потребности ни в чем, он уже не составляет элемента государства, но становится либо животным, либо божеством» [1, с. 38].

В состав государства  входят отдельные лица, «ойкосы» (семьи) и селения. Однако далеко не все отдельные лица принадлежат к составу государства. К нему не принадлежат, согласно учению Аристотеля, рабы.

Институт рабства привлекает пристальнейшее внимание Аристотеля. Сама пристальность этого внимания доказывает, что в эпоху Аристотеля отношения рабовладения становятся большим вопросом общественной мысли. Некоторые софисты прямо утверждали, что по природе все люди рождаются равно свободными. Аристотель — решительный противник этого взгляда и сторонник рабовладельческой системы. Он сознательно противопоставляет свое учение о рабовладении взглядам тех, кто отрицал естественное происхождение и согласный с природой характер рабовладения. «По мнению других, — пишет он, — сама идея о власти господина над рабом — идея противоестественная». По их утверждению, «лишь установлением обусловливается различие между свободным человеком и рабом, по самой же природе такого различия не существует. Поэтому-то и власть господина над рабом, как обоснованная на насилии, не имеет ничего общего по природе со справедливостью».

Для Аристотеля очень  характерно, что вопрос о рабстве  он рассматривает не столько в  пределах вопроса о государстве, сколько, в пределах вопроса об экономике  семьи (ойкоса). Рабство тесно связано  у Аристотеля с вопросом о собственности. Собственность — часть семейной организации: без предметов первой необходимости не только нельзя жить хорошо, но вообще нельзя жить. Для домохозяина приобретение собственности — орудие для существования. Если бы каждый инструмент мог выполнять свойственную ему работу сам, или по данному ему приказанию, либо даже его предвосхищая, то тогда архитекторы не нуждались бы в «рабочих», а господам не были бы нужны рабы.

Действительность, однако, не такова. Приобретение собственности, необходимой для существования домашнего хозяйства, требует для себя массу орудий, а раб — некая одушевленная часть собственности. К тому же в самой сути вещей коренится порядок, в силу которого уже с момента рождения некоторые существа предназначены к подчинению, другие — к властвованию.

В обществе, во всех его  элементах, связанных между собой  и составляющих некоторое целое, элемент властвования и элемент  подчинения сказываются во всем. Это  «общий закон природы, и, как таковому, ему и подчинены одушевленные существа» [1, с.40].

Отсюда Аристотель выводит  и природу и назначение рабства. Согласно его разъяснению, «кто по природе, принадлежит не самому себе, а другому  и при этом все-таки человек, тот по своей природе раб» [1, с.40]. Деятельность рабов состоит в применении их физических сил, это наилучшее, что они могут дать. Они в такой сильной степени отличаются от других людей, в какой душа отличается от тела, а человек — от животного. Именно такие люди по своей природе — рабы, и для них лучший удел быть в подчинении у господина. И Аристотель поясняет, что рабом по природе бывает тот, кто может принадлежать другому и кто одарен рассудком лишь настолько, что воспринимает приказания другого лица, но сам рассудка не имеет.

По мнению великого философа, никакое государство невозможно без наличия в нем господ и рабов. Сама природа требует рабства для существования государства. Аристотель не находит в нем ничего постыдного и противоестественного. Законы природы можно нарушать. Раб может восстать против своего господина, но это противоестественно, безобразно, уродливо и требует уничтожения.

По Аристотелю, природа устроена так, что сама физическая организация  людей свободных отличается от физической организации рабской части общества: у рабов тело мощное, пригодное  для выполнения необходимых физических работ; напротив, люди свободные не способны для выполнения подобного рода работ, зато пригодны для политической жизни. Впрочем, высказав это утверждение, Аристотель делает оговорку: часто бывает и так, что свободные люди свободны не по физической, а только по интеллектуальной своей организации. И хотя красоту души не так легко охватить взором как красоту тела, во всяком случае, остается очевидным, что одни люди по своей природе свободны, другие же — рабы, и этим последним быть рабами и полезно, и справедливо [1, с. 382].

Исторически кадры рабов пополнялись  и создавались в Греции путем  захвата пленных на войне. Если эти  пленные были не греки, или, как их называли, «варвары», то выход был  относительно прост: «варвары» рассматривались как худшая порода людей, а отсюда было уже недалеко до мысли, что обращение пленных «варваров» в рабство согласуется с природой вещей, с природой самих «варваров» и потому справедливо.

Аристотель отмечает существование  такой точки зрения в греческой политической литературе. Представители этой точки зрения утверждают, что рабство как результат войны покоится на основах права. Однако в этом утверждении, по Аристотелю, таится противоречие. Самый принцип войн, говорит он, «можно считать противным идее права». Никоим образом нельзя было бы утверждать, что человек, недостойный быть рабом, все-таки должен стать таковым. Иначе окажется, что люди заведомо очень высокого происхождения могут стать рабами и потомками рабов только потому, что они, будучи взяты в плен на войне, были проданы в рабство. Именно поэтому и было выдвинуто требование, чтобы рабами назывались не греки, а только варвары.

К отношению рабовладения, которое  принадлежит к отношениям собственности, вполне прикладывается, по Аристотелю, то отношение, которое существует между частью и целым. Часть есть не только часть чего-либо другого, она немыслима вообще без этого другого. Таково же отношение между господином, и рабом: «…господин есть только господин раба, но не принадлежит ему; раб же не только раб господина, но и целиком принадлежит ему» [1, с. 40].

Все же Аристотель не сводит существо раба к одной лишь технической  функции одушевленного инструмента. Инструменты — орудия технической  деятельности, но рабство относится  к сфере имущественных отношений, а имущество — не простое техническое орудие, а орудие жизненной деятельности вообще. «Жизнь, — говорит Аристотель, — есть деятельность, а не определенное техническое дело. Отсюда и служение раба — в том, что имеет отношение к общей жизненной деятельности» [2, с. 382].

                                          2. Формы государства

Утвердив свой город-государство  на рабском труде, Аристотель рассматривает  возможные формы государственного устройства рабовладельческого общества. Свой проект наилучшего государственного строя он намечает, исследуя реальные, исторически известные или современные формы государства. При обсуждении достоинств и недостатков этих форм и при составлении их классификации уже заранее как незыблемая предпосылка принимается, что все эти формы возможны, существовали и существуют только как формы именно рабовладельческого, а не иного государства. Эта предпосылка не исключает, однако, анализа социальных — классовых и имущественных — различий между свободными классами полиса, принимающими и не принимающими участие в государственной власти. Всматриваясь в отношения этих классов, Аристотель выделяет как существенное и основное различие между «классами» богатых и бедных. Аристотелю принадлежит еще одна плодотворная мысль, в контексте рассматриваемой проблемы, которая способствовала формированию идеи гражданского общества, правового, а затем социального государства – это идея среднего класса. Он выделял 3 элемента в государстве: богатые, бедные, средний класс. Согласно Аристотелю, каждый из элементов порождает разные тенденции в обществе:  
а) богатство порождает ложь и обман; б) бедность порождает преступность; 
в) средний класс обеспечивает общественное равновесие, следуя рациональному принципу умеренности: ничего слишком, избегать крайностей. Этим трем элементам по Аристотелю соответствуют следующие формы правления:  
         1. Олигархия – власть немногих (корыстных); Плутократия – власть богатых;  Клептократия – власть воров, стяжателей.

2. Охлократия – власть толпы, крайняя форма демократии, власть большинства – чистых потребителей, труда и воспитания». 3. Полития (греч. «поли» - многие, «титос» - интерес) – правление многих, учитывающих общий интерес; Меритократия (греч. «меритос» - достойный)–властьдостойных. Эти формы правления представлены подробнее ниже. 
      Наряду с идеей среднего класса, Аристотель предусматривает соответствующую ей форму правления –политию. В дальнейшем аристотелевский греческий термин «полития» закрепился в латинской транскрипции – respublika (res populi, лат. – общий интерес, достояние народа) – «республика». [3, с. 84] 
      Аристотелевская республиканская форма правления учитывает общий (всеобщий) интерес, а это есть не сто иное, как воплощение справедливости, выражающей суть государственного устройства, основанного на законе. Иными словами государство олицетворяет собой справедливость. 
Используя понятие «меритократия», античный мыслитель предвосхитил в своем роде открытие «закона социодинамики» - закона динамичного и оптимального развития социальных общностей, провозглашенного мыслителем ХХ в. Сорокиным П., который гласит, что «…наиболее значимые и важные (ключевые) для общества функции должны осуществлять наиболее квалифицированные, одаренные и нравственные личности». Как показала практика ХХ в., игнорирование этих идей приводит к весьма плачевным экономическим и социально–политическим результатам в общества [3,с.85].  
      Таким образом, в античности, особенно в римский период, был четко сформулирован основополагающий принцип правового государства и самого феномена права. Мыслители античности, в том числе и Аристотель, обоснованно полагали, что наиболее справедлива и разумна только та форма организации общества, при которой предполагается верховенство закона, означающее обязательное исполнение закона и подчинение ему не только гражданами, но и самим государством, в лице правителей. 
      Общепризнано, что главных форм государственного устроения две: демократия и олигархия, Демократией называют строй, при котором верховная власть находится в руках большинства, а олигархией — строй, при котором эта власть принадлежит меньшинству. Но, по разъяснению Аристотеля, повсюду зажиточных бывает меньшинство, а неимущих — большинство. Поэтому формальный признак принадлежности к большинству или меньшинству не может, согласно Аристотелю, быть основой для различения олигархии и демократии.     Настоящим признаком отличия олигархии и демократии служит богатство и бедность. То есть, демократией нужно считать такой строй, когда свободнорожденные и неимущие, составляя большинство, будут иметь верховную власть в своих руках, олигархией — строй, при котором власть находится в руках лиц богатых, обличающихся благородным происхождением и образующих меньшинство. Олигархия и демократия основывают свои притязания на власть в государстве на том, что имущественное благосостояние — удел немногих, а свободой пользуются все граждане. Олигархия стоит на страже интересов зажиточных классов, демократия — интересы неимущих классов; общей же пользы ни одна из этих форм государственного устройства не имеет. Отношение между бедными и богатыми — отношение не только различия, но и противоположности. А так как одни из них в большей части случаев фактически составляют меньшинство, а другие — большинство, то богатые и бедные, по мысли и, по словам Аристотеля, «оказываются в государстве элементами, диаметрально противоположными друг другу» [2, с. 395].

 Чтобы понять смысл учения Аристотеля о «среднем элементе» общества и о лучшем государственном строе. Аристотель утверждает, что наилучшее государственное общение — то общение, которое достигается через посредство среднего элемента, и что те государства имеют наилучший строй, где средний элемент представлен в большем количестве, где он «пользуется большим значением сравнительно с обоими крайними элементами». 
      Что понимал Аристотель под «средним элементом»? 
Конечно, не класс общества, «средний» между рабовладельцами и рабами. Между ними не должно быть ничего «среднего»: общество Аристотеля резко делится на классы свободных и рабов. Землепашцев и ремесленников Аристотель не только не выдвигал как нечто «среднее» между рабовладельцами и рабами, но склонен был и их причислить к рабам. «Наилучшее государство, — утверждает Аристотель, — не даст ремесленнику гражданских прав». Ремесленники, как уже отмечалось ранее, скорее должны принадлежать к разряду рабов, живущих «от своих рук». И точно так же, если говорить об идеале, то, по Аристотелю, «землепашцами должны быть преимущественнорабы»[2,с.395]. 
      Таким образом, говоря о «среднем элементе» как о наилучшем классе общества, Аристотель может иметь в виду только один из господствующих рабовладельческих классов, властвующих над рабами. Термин «средний» означает в устах Аристотеля только средний размер имущественного состояния по отношению к богатейшей и беднейшей частям рабовладельцев. Именно среднее состояние, и только оно одно, может благоприятствовать цели государства, каковое есть общение родов и селений ради достижения совершенно самодостаточного существования, состоящего в счастливой и прекрасной жизни и деятельности. Ни самые богатые из свободных, ни самые бедные не способны вести государство к этой цели. И это «среднее» состояние ни в коем случае не может быть достигнуто путем экспроприации богатых бедными и посредством разделения имущества богачей. «Разве справедливо будет, — спрашивает Аристотель, — если бедные, опираясь на то, что их большинство, начнут делить между собой состояние богатых?..

Что же в таком случае подойдет под понятие крайней несправедливости?». 
«Средний» элемент Аристотель ищет среди тех классов граждан, которые принадлежат к свободным и, которые одни образуют государство в аристотелевском смысле слова. «В каждом государстве, — поясняет Аристотель, — мы встречаем три части граждан; очень зажиточные, крайне неимущие и третьи, стоящие в середине между теми и другими... очевидно... средний достаток из всех благ всего лучше». И Аристотель находит, что государство, состоящее из «средних» людей, будет иметь и наилучший государственный строй, а составляющие его граждане будут в наибольшей безопасности. Они не стремятся к чужому добру, как бедняки, а другие люди не посягают на то, что этим «средним» принадлежит [2,с.397]. Так как признак «среднего» элемента — не род труда, а только степень состоятельности, то термин не раскрывает мысль Аристотеля до полной ее классовой (в социальном смысле) определенности. Имеется, однако, намек, судя по которому Аристотель под «средним элементом» склонен был понимать средний по богатству слой землевладельцев.

 По крайней мере, в одном месте «Политики» он  прямо говорит, что «наилучшим  видом демоса является демос  земледельческий»: не обладающий  значительной собственностью, не в состоянии отдаваться исключительно политической деятельности.   Он имеет в своем распоряжении все необходимое, занимается своим делом и не стремится к делам посторонним; ему приятнее личный труд, чем занятия политикой и вопросы государственного управления. 
Как ни ясны эти утверждения Аристотеля, их необходимо принимать с оговоркой. Дело в том, что о «земледельческом» демосе как о лучшем классе в государстве Аристотель говорит не в безусловном смысле, не по отношению ко всякому государству, а лишь по отношению к государству с демократическим строем: для этого типа государства лучший класс — землевладельческий.  
      Состав государства, по Аристотелю, сложен. Государство — понятие сложное; оно, как и всякое другое понятие, представляя собой нечто целое, состоит из многих составных частей. Одна из них — народная масса, работающая над продуктами питания - это земледельцы. Вторая составная часть государства — класс так называемых ремесленников, занимающийся ремеслами, без которых невозможно само существование государства;  третья часть — торговый класс, именно тот, который занимается куплей и продажей, оптовой и розничной торговлей. Четвертая часть — наемные рабочие, пятая — военное сословие. 
    Критерием для определения правильных форм государственного строя Аристотель признает способность формы правления служить делу общественной пользы. В зависимости от целей, которые ставят перед собой правители государства, согласно теории Аристотеля, возможны всего шесть форм государственного строя: три правильные и три неправильные.

Правильный строй — строй, при котором преследуется общее благо, независимо от того, правит ли один, немногие или многие:

Монархия (единовластие) — форма правления, при которой вся верховная власть принадлежит монарху.  

Аристократия (власть лучших) — форма государственного правления, при которой верховная власть принадлежит по наследству родовой знати, привилегированному сословию. Власть немногих, но более чем одного.

Полития — Аристотель считал эту форму наилучшей. Она встречается крайне «редко и у немногих». В частности, обсуждая возможность установления политии в современной ему Греции, Аристотель пришёл к выводу, что такая возможность невелика. В политии правит большинство в интересах общей пользы.

Но все правильные формы государственного устройства могут при известных условиях отклоняться и вырождаться в  неправильные. Таких — неправильных форм существует три: 1) тирания, 2) олигархия и 3) демократия.

При этом тирания —  в сущности та же монархическая власть, но имеющая в виду интересы одного лишь правителя; олигархия отстаивает и соблюдает интересы зажиточных «классов», а демократия — интересы неимущих «классов». Одинаковой чертой всех форм Аристотель считает то, что ни одна из них не имеет в виду общей пользы.

Тирания — наихудшая  из форм государственного строя и  дальше всего отстоит от его сущности. Олигархия — вырожденная форма аристократии. Это своекорыстное господство меньшинства, состоящего из богатых. Демократия — такая же своекорыстная форма господства большинства, состоящего из бедных.  
По мнению Аристотеля, все эти три формы государственного строения, вообще говоря, ошибочны. Все же Аристотель подробно рассматривает возможные виды и монархии, и олигархии, и демократии. Следует отметить, что согласно его убеждению, демократический строй «представляет большую безопасность и реже влечёт за собой внутренние возмущения, чем строй олигархический» [2, с. 400]. 
 

3. Современное  значение учения Аристотеля о  государстве 

Итак, исходя из вышесказанного, можно сделать вывод, что мы рассмотрели  взгляды Аристотеля на государственное  устройство, рассмотрели формы правления по Аристотелю, среди которых выделяются такие, как: монархия; олигархия; тирания; полития; демократия;  аристократия.

 Данные формы правления отражаются и в нашем современном обществе. В наилучшем государстве его граждане не должны заниматься ни ремеслом, ни промыслом, ни земледелием, вообще физическим трудом. Будучи землевладельцами и рабовладельцами, живущими за счёт труда рабов, они имеют философский досуг, развивают свои добродетели, а также исполняют свои обязанности: служат в армии, заседают в советах, судят в судах, служат богам в храмах. Данная форма общественного уклада характерна и в нашем современном обществе.

Собственность граждан, хотя и неодинаковая, но таковая, что  среди них нет ни слишком богатых, ни слишком бедных. Хотя в наши дни  в обществе образовалось два класса людей: слишком богатые и слишком бедные. Средний класс постепенно начинает исчезать. Будучи распространённым на всех эллинов, наилучшее политическое устройство позволит им объединиться в одно политическое целое и стать властелинами Вселенной. Все остальные народы, которые, будучи варварами, созданы самой природой для рабской жизни и уже сами собой живут в рабстве, станут обрабатывать земли эллинов, как общественные, так и частные. И они это будут делать для общего блага, в том числе  и для  своего  собственного.  Социальная и политико-правовая проблематика освящается Аристотелем в принципе с позиций идеального понимания полиса – города государства как политического общения свободных и равных людей. На сегодняшний   день высшие политические   чиновники  так же говорят о политической свободе, но как показывает практика, политической свободы в нашем обществе пока нет. 
 
                                         

                                                     Заключение 
 
       Аристотель составил иерархию главных целей человеческого существования.   Превыше всего - философия. Затем следует политика. [4 с.  37] 
По мнению Аристотеля, в основе государства лежит семья, где в зародыше присутствуют все формы правления: монархия – в отношении отца к детям и рабам, аристократия – в отношениях мужа и жены, демократия – во взаимоотношениях детей между собой.

По мнению Аристотеля, природа вселила во всех людей  стремление к политическому общению. Природа государства стоит выше природы индивида и совокупности индивидов – общества или семьи. Иными словами, государству предшествует и порождает его общество, каждое государство состоит из отдельных семей. Аристотель выделяет те же формы государственного устройства, что и Платон, добавляя к ним монархию и аристократию. Монархическое правление предполагает царскую власть, власть одного; аристократия – власть немногих, но более одного. Лишь одно лицо или немногие могут отличаться от всех своей добродетелью.

Идеал государственного устройства заключается в добродетели для большинства. Легче всего данная степень совершенства, по мнению Аристотеля, проявляется в военной доблести, когда правитель или правители защищают свой народ в сражениях. Законы должны быть согласованы с определённой формой государственного устройства. Право же является высшим государственным благом, оно служит на благо общего. Однако, как и Платон, Аристотель утверждает, что наилучшей формой правления считается та, в которой правят лучшие[3]. 

                                             Список используемой литературы

1. Аристотель. Политика. Афинская полития / Аристотель. – М.: Мысль, 1997. – 458 с.

2. Асмус В.Ф. Античная философия / В.Ф. Асмус. - М.: Высшая школа, 2005. – 393 с.

3. Демиденко Г.Г., Борисов Г.А. «История политических и правовых учений». Белгород. 1999.

 Краснолуцкий Г.Н. Правовое и социальное государство: политологические исследования и пути становления // Управленческое консультирование. - 2009. - N 2. - С. 81-106

 Хесс Р. 25 ключевых книг по философии: Анализ и комментарии / Р. Хесс - Челябинск: Урал LTD, 1999. - 365 с.