Аскетическое учение преподобного Исаака Сирина по книге игумена Иллариона (Алфеева) «Духовный мир преподобного Исаака Сирина»
Нижегородская Духовная Семинария
Предмет: Патрология
Реферат на тему:
«Аскетическое учение преподобного Исаака Сирина по книге игумена Иллариона (Алфеева) «Духовный мир преподобного Исаака Сирина».
Студента IV курса
Крюченкова Кирилла
Проверил:
Пешков А. А.
Нижний Новгород
2009 г.
Оглавление
Введение 3
1. Понятие аскетизма 6
2. Преподобный Исаак Сирин
2.1 Жизнеописание 8
2.2. Сочинения 9
3. Аскетическое учение 10
3.1 Испытания на пути к Богу 16
Заключение 21
Священнаго безмолвия любителю,
чистоты и бесстрастия сосуде предивный,
созерцаний божественных приятелище светлое,
источниче духовных слез,
смирения и веры образе пречудный,
Исааче отче, монахов наставниче,
память твою верно чтущим проси мира и велия милости.
(Тропарь преподобному Исааку Сирину)
С давних пор во всех христианских городах люди глубоко ценили и уважали монахов. К ним приходили за советом, помощью, с просьбой о молитве. Монастыри всегда были центрами, как духовной жизни, так и просветительской. Народная молва разносила удивительные истории о видении тем или иным подвижникам Самого Господа или Богородицы. Но от этих пытливых глаз была сокрыта жизнь монаха за дверью маленькой келлии – долгие молитвенные предстояния, искушения, борьба со страстями. Только им, безмолвным мужам, известна непомерная ноша и нескончаемая сладость подвигов. Именно от них нам известно оружие против страстей. В своих письмах, словах они излагали свой молитвенный опыт, свое мистическое общение с Творцом. К их поучениям, как к неисчерпаемому источнику припадали, и с жаждой пили живую воду аскетического опыта многие Отцы разных Поместных Церквей. Это невидимая связь между таким далеким и современным существует до сих пор. Именно они положили начало целому сонму преподобных отцов.
Одним из великих подвижников, аскетов, тонких христианских психологов был преподобный Исаак Сирин. Современный мир технологий забывает подвиги Отцов. Подвиги тех, которые не раз спасали грешную землю от праведного гнева Божьего. Но еще теплится надежда на возрождение той истинно монашеской и подвижнической жизни. Одним из таких признаков является перевод трудов опытного наставника в христианской жизни преподобного Исаака архиепископом Илларионом (Алфеевым), и разбор учения преподобного в свете святоотеческого предания.
Цель данной работы – осмысление реферируемого источника – книги «Духовный мир преподобного Исаака Сирина».
Несколько слов о структуре данного реферата. Для наиболее плодотворной работы в изложении учения преподобного Исаака Сирина, автор кратко дает определение слову «аскетизм». Рассматривая учение любого Святого Отца необходимо, прежде всего, изложить его биографию. Это поможет глубже и яснее понять суть учения. Благодаря такому, даже поверхностному знакомству с жизнью автора, возможно понять кто или что повлияло на его мысли. Именно поэтому было решено поместить краткое жизнеописание преподобного Исаака. Конечно, аскетизм неразрывно связан с такими добродетелями как пост, молитва, смирение. Все это раскрывается в учении преподобного Исаака, но каждый аспект аскетической практики, будь то молитва или пост, достойны отдельной работы, поскольку учение преподобного Исаака емкое и до конца неисследованное. Именно поэтому автор не стал излагать эти аспекты, чтобы не умалять их значения.
Основным источником данной работы является труд игумена, а ныне архиепископа Иллариона (Алфеева) «Духовный мир преподобного Исаака Сирина». Владыка Илларион очень образованный человек, знаменитый современный богослов, патролог, церковный композитор. Имеет много ученых званий, как духовных учебных заведений, так и светских. Его книга является первой в современной богословской науке монографией, посвященной великому Отцу Церкви VII века – преподобному Исааку Сирину. На материале широко известных «Слов подвижнических», а также недавно открытых Бесед «О божественных тайнах и о духовной жизни» Исаака Сирина автор реконструирует богословскую систему сирийского писателя-отшельника, анализирует его аскетическое и мистическое учение. Речь в книге идет о любви Бога к человеку и любви человека к Богу, об искушениях и богооставленности, о смирении и слезах покаяния, о молитве и мистических озарениях, о жизни после смерти и о последних временах.
Следующим источником стала «Православная энциклопедия». В ней автор почерпнул сведения о понятии аскетизма в Древней Греции, в христианском богословии. Само название – энциклопедия, говорит за себя, поэтому комментарии здесь излишни. Также большим подспорьем в написании данной работы стал труд инока Всеволода (Филипьева) «Путь Святых Отцов», изданный в Русской Православной Церкви за рубежом.
Инок Всеволод – преподаватель патрологии и гомилетики Свято-Троицкой духовной семинарии в Джорданвилле. Его книга – фундаментальное исследование, посвященное изучению жизнеописаний, сочинений и учения всех святых отцов и знаменитых церковных писателей со II века до нашего времени. В ней обозревается церковная письменность учеников апостолов, апологетов, христианских философов, отцов Вселенских Соборов, аскетов, литургистов и церковных поэтов, писателей поздней Византии, писателей Русской Церкви. Совершенно новым вкладом является заключительная часть книги, где дан обзор восемнадцати основных писателей русского церковного зарубежья XX века. В том числе, святителя Иоанна (Максимовича), архиепископа Аверкия (Таушева), И. Ильина, прот. Михаила Польского, протоиерея Михаила Помазанского, Н. Тальберга, иеромонаха Серафима (Роуза) и многих других. На основе обзора всей православной письменности сделаны общие выводы об основных чертах учения святых отцов, и о том, как это учение применимо сегодня. Также при подготовке к работе автором была прочитана статья священника Г. Зяблицева о богословии преподобного Исаака Сирина, которая была опубликована в третьем номере журнала Московской Патриархии за 1993 год. Автором были использованы некоторые интернет-публикации, касающиеся данной темы.
1. Понятие аскетизма
Слово «аскетизм» происходит от греческого слова ἄσκησις (от глагола ἀσκέω – упражнять). Геродот и Фукидид употребляли это слово в значении упражнений для тела. Софисты понимали аскетизм как упражнение ума и воли. Религиозную оболочку аскетизм принимает у пифагорейства и уже в поздней античности у Филона Александрийского. Надо отметить, что аскетизм никогда не занимал существенного места в еврейской религии. В Библии упоминаются лишь две специфические группы, практиковавшие в той или иной степени аскетизм — назореи, а также различные способы аскезы, к которым прибегал Иезекииль (Иез. 4:4–15), очевидно, чтобы вызвать откровение. Единственным видом аскетизма, получившим распространение и всеобщее признание, как можно полагать, уже в библейский период, является пост, рассматриваемый в Библии как мера «смирения души» (Лев. 23:27; Ис. 58:3). Пророки неоднократно подчеркивали, что пост и другие умерщвления плоти сами по себе не ублажают Бога и правомерны и целесообразны лишь тогда, когда способствуют моральному совершенствованию человека.
Еще более критичны по отношению к аскетизму талмудические авторитеты: они рассматривают аскетизм, и отшельничество как противоречащие стремлению Бога дать людям возможность наслаждаться дарованной им земной жизнью.
В Новом Завете глагол ἀσκέω употреблен лишь в книге Деяний (24:16) в широком смысле. Сам Христос явился основоположником аскетизма. Он постоянно призывал своих последователей к отречению от «я», от эгоизма, призывал их к нравственному совершенству. Господь наш Иисус Христос проповедовал, что совершенство может осуществляться путем поста, девства, нестяжания: "А ты, когда постишься, помажь голову твою и умой лице твое, чтобы явиться постящимся не пред людьми, но пред Отцом твоим, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно" (Матф.6:17-18); "…есть скопцы, которые сделали сами себя скопцами для Царства Небесного. Кто может вместить, да вместит" (Матф.19:12); "Иисус сказал ему: если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною" (Матф.19:21).
«В богословской литературе аскетизму даются, следующие определения: «Практика евангельского отречения, вынужденная христианским законом или просто решением, как средство более строго придерживаться христианского совершенства и более действенно способствовать общему благу христианского общества»; «совокупность средств, которые помогают нам в нашем общении с Богом в любви и через любовь»; «планомерное употребление, сознательное применение целесообразных средств для приобретения христианской добродетели, для достижения религиозно-нравственного совершенства».[1] Аскетизм совмещен и с молитвой, и с покаянием, и отречением от своей воли – послушанием, смирением и терпением. Он не должен пониматься как суровая жизнь отшельников в пустыне. Аскетизм – непременное и необходимое условие подлинной христианской жизни, поскольку каждый христианин призван быть подвижником, «аскетом» - упражняться в борьбе со страстями, чтобы достичь нравственного совершенства и приблизиться к Богу. Аскетизм организует естественные силы и способности человека для достижения жизни вечной.
2. Преподобный Исаак Сирин
2.1 Жизнеописание
Преподобный родился в начале 7 века в провинции Катар, на западном берегу Персидского залива. На протяжении жизни преподобного Исаака внутри Персидской Церкви шла борьба между сторонниками монофизитства с одной стороны и православного и несторианского направлений с другой. Несторианское направление победило и теперь Персидская Церковь известна как Ассирийская Церковь Востока.
В молодости преподобный уходит в монастырь святого Матфея, находящегося вблизи Ниневии. И, преуспев в монашеском делании, вскоре удаляется в пустыню. «Таким образом, - пишет инок Всеволод, - он включился в древнюю сирийскую аскетическую традицию, существовавшую с апостольских времен и развивавшуюся в Сирии независимо от монашеского возрождения в Египте в 4 веке».[2] Людская молва о подвижнике быстро разнеслась по окрестностям, и жители Ниневии просили преподобного занять епископскую кафедру. Его поставляет в епископа католикос Георгий, который стоял на позициях близких к Православию. Но преподобный Исаак тяготился административными делами, и, пробыв пять месяцев на кафедре, оставляет епископство. Ученые ищут причины в таком поступке – кто говорит, что преподобный оставил кафедру по причине любви к пустыннолюбию, кто говорит по догматическим убеждениям, так как принадлежал к православному течению в Персидской Церкви. Он отправляется в египетскую Скитскую пустыню, именно здесь он знакомится с учением преподобных Макария и Антония Великих. Приобретя аскетический опыт, преподобный Исаак возвращается на родину и поселяется в горах. Здесь он предавался подвигам, чтению Священного Писания. Вскоре от такого напряжения он теряет зрение. Из некоторых сирийских источников известно, что его перу принадлежат несколько богословских мнений, которые многие не принимали. Было написано опровержение, но что это за мнения сейчас неизвестно. Преподобный скончался в глубокой старости в монастыре аввы Шабуры, где и был погребен.
2.2 Сочинения преподобного Исаака
Преподобный писал на сирийском языке. Его сочинения носят аскетический характер. Они не являются систематическим изложением учения, это озарения и прозрения, в виде дневника. В сочинениях чувствуется влияние преподобного Макария Великого, свят. Григория Нисского и аввы Евагрия Понтийского. Исаак Сирин представляет сирийскую и египетскую аскетические традиции.
В соответствии с православной традицией, преподобному принадлежат 90 сочинений. По поводу некоторых ведется спор о принадлежности этих сочинений преподобному Исааку. Спор ведется и потому, что в некоторых поучениях высказывается ряд несторианских мнений, которые отсутствуют в традиционно признаваемых сочинениях Исаака Сирина. Вот что пишет инок Всеволод: «Преподобный Исаак был учителем аскетизма, а не богословом-догматистом, и, конечно мог ошибаться в догматических вопросах, как ошибались иногда светила православной догматики. Не забудем и того, что преподобный Исаак прославляется Церковью как преподобный, а не как святитель и, следовательно, его писания не имеют учительно-догматического авторитета, хотя, бесспорно, отражают православное аскетическое учение».[3]
3. Аскетическое учение преподобного Исаака Сирина
В книге архиепископа Иллариона «Духовный мир преподобного Исаака Сирина» собственно аскетическое учение содержится во второй главе. Но аскетизм условно «состоит» из разных частей, ступеней, вершин. В последующих главах владыка разбирает учение Исаака Сирина об испытаниях на пути к Богу, о смирении, о слезах (покаянии) и о молитве. Все это и составляет христианский аскетизм. Именно поэтому автор данной работы рассматривает и эти составляющие аскетизма, но менее пространно.
По мнению владыки Иллариона, наиболее характерными чертами аскетического учения преподобного Исаака Сирина являются: 1. одиночество и отречение от мира; 2. любовь к Богу и ближним; 3. безмолвие; 4. монашеское восхождение к Богу.
1. Одиночество и отречение от мира. Далее приводит краткий филологический анализ слова отшельник. Мы узнаем, что сирийский язык различал понятия монаха-отшельника и монаха общежительного монастыря. Владыка говорит о том, что в сирийском переводе Пешитто слово, обозначающее монаха отшельника, употребляется и в Ветхом Завете и в Новом Завете. Так, Адам назван таким словом, как созданный единым по образу Единого Бога. В Новом Завете это слово равнозначно греческому слову «Единородный», позднее это слово применялось к монахам-подвижникам, которые, как и ангелы не вступали в брак. «Одиночество у Исаака — не синоним безбрачия и отшельнической жизни: это, прежде всего опыт единения с Богом».[4] Преподобный как бы доказывает, что одиночество, жизнь в пустыне страшна только с физической точки зрения, да и то на первый взгляд. Бог, как чадолюбивый Отец, заботится не только о мирянах, но и об отшельниках, и о последних в особенности. Одиночество – лучшая форма жизни, потому что только в пустыне Господь являет Себя особым образом. Лучшая и потому что человек отрекается от мира, от житейских забот, для того, чтобы взойти к Богу, достичь духовного просветления, приобщиться к полноте жизни в Боге. «Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и маммоне» говорит Христос (Мф. 6:24). Действительно, человек должен сделать свой выбор – если он отрекается от материального и земного, он уже на полпути к Всевышнему. Его не тяготят заботы о мирском, он всецело вверяет себя Богу. Позднее преподобный Исаак привет пример из жизни преподобного Арсения, который говорил, что невозможно быть и с Богом, и с людьми. Это первая ступень аскетизма. По учению преподобного Исаака вместе с этим отказом происходит избавление от страстей. «Отречение от мира есть постепенный процесс, который начинается с желания достичь созерцания Бога. Отречение предполагает дисциплину тела и ума»[5] - пишет владыка Илларион.
Далее говорится о прямой зависимости между степенью отречения человека и его способностью достичь полноты божественных даров аскетизма. Действительно, чем больше человек погружен в житейское море событий, тем более его одолевают страсти, и тем более он удаляется от Бога. Ум и сердце человека в таком случае заняты и это мешает богосозерцанию. Именно поэтому Святые Отцы уходили из мира, бежали от страстей, которые особенно сильно одолевают в мирской жизни. Они уходили туда, где все тянущее к земле сведено к минимуму.
Преподобный Исаак учит о том, что пустынное жительство выше общежительного монашества, последнее должно служить лишь первой ступенью к Богу. Эта ступень имеет приготовительный характер – она научает человека некоторым аспектам монашеской жизни, но самое главное достигается в уединении, в отдалении от людей. Преподобный предостерегает своих учеников от лицемерия и лукавства, которые были известны ему в общежительном укладе жизни.
Для чего нужно уходить, удаляться от людей? Преподобный дает ответ: для безмолвия помыслов, которое способствует чистоте сердца. Владыка Илларион приводит слова Исаака Сирина: «О, каким злом для безмолвника является видение людей и беседа с ними!.. Как сильный лед, внезапно покрыв древесные почки, иссушает их и уничтожает, так свидания с людьми, хотя бы и весьма кратковременные и допущенные, как кажется, с благой целью, иссушают цветы добродетелей, только что распустившиеся под тихим ветерком безмолвия, нежно и обильно покрывающие дерево души, посаженное при истоках вод покаяния».[6] Таким образом, становится понятным, что для богосозерцания, для полноценной жизни в Боге и совершенства необходим чистый разум и сердце.
В продолжении темы отречения от мира и удаления от людей приводятся примеры из святоотеческой практики, на которую ссылался преподобный. Здесь описываются случаи с аввой Арсением, которого почитал преподобный Исаак. Венцом примеров является та мысль, что отшельник должен забыть не только людей, но и разорвать родственные связи. Преподобный сожалеет о тех людях, которые начали свой путь к Богу через отречение от мира, но не смогли до конца отказаться от него, и закончили свою жизнь в житейских попечениях. Подводя итоги этого раздела, скажем, что для достижения желаемого богообщения необходимо полное отречение от мира. Преподобный Исаак, смог доказать и на основании Священного Писания, на основании своего опыта убедить, что это очень важно для человека и это первая ступень на пути к Богу. Также необходимо привести следующие слова архиепископа Иллариона «Исаак ставил безмолвие ума выше деятельности на благо человеку и требовал отречения от последнего, хотя бы по временам, для достижения первого».
2. Любовь к Богу и к ближним. Надо отметить, что это очень интересный раздел. Как было сказано выше, Исаак Сирин все же признавал полезность удаления от людей и даже разрыв родственных связей. Но в следующем разделе он доказывает, что человек при отречении от мира, не становится преступником заповеди Божией, а наоборот, приобретает любовь, о которой говорит Спаситель. Преподобный предлагает удалиться от людей и тем самым внутри отшельника разгорится любовь к ближнему. Некий психологический прием отказа от общения с людьми, чтобы еще более разгореться любовью к ближнему, для исполнения заповеди Христовой. На первый взгляд парадоксальный опыт аввы Исаака… Но преподобный здесь выступает как очень тонкий психолог, он говорит о том, что необходимо прежде всего очистить себя, а потом уже помогать людям. Исаак предостерегает подвижников словами Евангелия: «…если слепой ведет слепого, то оба упадут в яму» (Мф. 15:14). Преподобный не отвергая помощи людям, подчеркивает, что удел мирских людей. Интересна мысль Исаака Сирина, что милостыня монаха-отшельника состоит в молитве за мир. Далее говорится о том, что монах не должен ввергать себя в заботу о ближнем, не должен искать этого, но если необходима помощь, и нуждающийся рядом, то отшельник обязан помочь. Также говорится о стяжании любви как внутреннего качества ко всякому человеку, ко всякой твари. Владыка Илларион отмечает: «Любовь, о которой говорит Исаак, есть дар, получаемый непосредственно от Бога. Учение Исаака о том, как приобретается любовь к ближнему, может быть изображено следующей схемой: человек удаляется от общения с ближними для жизни в одиночестве и безмолвии; через это он приобретает пламенную любовь к Богу; последняя же рождает в нем просветленную любовь к человечеству».[7]
Любовь к ближнему рождается из любви к Богу, а не наоборот. Просветленная любовь к ближнему, при которой человек не хочет видеть его грехов и недостатков, а видит только достоинства, рождается из очищенного сердца и безмолвного ума, совершенно умолкнувшего для дел мира. Замечательно наставление преподобного: «…что для того и надо не выходить из дверей келлии, чтобы не знать злых дел человеческих; и тогда, видя всех людей святыми и добрыми, достигнешь ты чистоты ума».[8] Но вся эта схема возможна только для монаха-отшельника, для людей, живущих в мире она невозможна.
В заключение скажем о том, что преподобный Исаак с особым чувством говорит о любви ко всему творению Бога. Любовь и сострадание подвижника, достигшаго совершенства, подобны любви и страданию Спасителя и потому безграничны.
3. Безмолвие. Преподобный Исаак дает определение безмолвию – это умолкание по отношению ко всему. Только в этом состоянии человек способен услышать присутствие Бога. Исаак различает два вида безмолвия: внешнее, которое заключается в молчании языка, и внутреннее, которое заключается в мире помыслов, молчании ума. Отшельник должен постоянно практиковаться в безмолвии, как во внешнем, так и во внутреннем. Причем последнее достигается благодаря первому. «Сначала будем принуждать себя к внешнему молчанию, и тогда от этого молчания родится в нас нечто, приводящее к самому внутреннему молчанию»[9] - пишет преподобный.
Доказывая свои мысли, Исаак Сирин приводит пример из жизни Арсения Великого и одного языческого философа, который сохранял молчание даже при смерти. Далее преподобный суммирует свое общение с другими подвижниками и повествует о плодах безмолвия. «Первый отшельник говорит, что жизнь в безмолвии ведет к сосредоточению ума и углублению его внутренней духовной деятельности, второй повествует, что безмолвие рождает духовную сладость, радость, внутренний покой и прекращение деятельности чувств и мыслей, третий, что безмолвие отсекает от ума вредные воспоминания и помыслы; по причине этого ум возвращается в свое первозданное состояние. Четвертый подвижник утверждает, что безмолвие помогает ему достичь свободы ума и сосредоточиться на покаянии и молитве. Пятый собеседник Исаака говорит о том, что безмолвие помогает «подчинить чувства власти души».[10]
Молчание, помысли самого преподобного, есть приобщение к вечной жизни, потому что слова – это орудие мира.
4. Монашеское восхождение к Богу. Христианская жизнь – восхождение по лестнице, и восхождению нет конца, ибо нет предела совершенству. По Исааку Сирину единственный путь восхождения к Богу – монашество и отшельничество. Первая ступень на лестнице восхождения к Богу – завет с Богом. Он заключается во внутренней решимости отречься от мира и всего мирского, в исходе из мира как совокупности страстей.
Монашество принимает особую роль в жизни мира, в жизни Церкви. Оно в скорбях, пока мир веселится. Оно является примером для прочих христиан. Это особое отношение к монашествующим Церковь пронесла на протяжении многих веков и сохраняет и сейчас. Монашеская жизнь есть взятие креста и сораспятие Христу, что соответствует учению апостола Павла.
Особое внимание преподобный уделяет посту. «Пост — ограждение всякой добродетели, начало подвига, венец воздержных, красота девства и святости, светлость целомудрия, начало христианского пути, родитель молитвы, источник целомудрия и разума, учитель безмолвия, предшественник всех добрых дел».[11] Исаак Сирин приводит в пример Самого Спасителя, который по крещении постился в пустыне сорок дней. Пост и телесное делание должны сопровождать духовную жизнь. От телесного делания, согласно Исааку, рождается душевное делание, которое, в свою очередь, порождает духовные дары.
Преподобный Исаак, следуя древним Отцам Евагрию и Иоанну, выделяет три степени «духовного успеха» в жизни монаха: степень новоначальных, средних и совершенных. Архиепископ Илларион анализируя труды Исаака говорит о том, что на первой степени образ мыслей человека и размышление в страстях, хотя ум и направлен на доброе. Вторая степень – нечто среднее между страстностью и духовным состоянием: помыслы как справа, так и слева равным образом возбуждаются на этой степени, и как свет, так и тьма не перестают появляться. Третьей степени, по мысли преподобного, характеризуется откровением божественных тайн, то есть открытие Богом монаху двери в награду за его подвижнические труды. В соответствии с тремя ступенями существует три вида духовного делания: поститься следовало только новоначальным, читать Писание — только находящимся на средней степени, а молиться — только совершенным. Однако это не строгое разделение обязанностей. Монах, который достиг третьей степени и постится, и читает Писание, здесь преподобный подчеркивает и дает наставления, как опытный монах, говоря о том, что для начального этапа характерен упор на внешнее трудничество, совершенным более свойственно внутреннее делание.
Подводя итоги главы, владыка Илларион пишет: «Итак, путь духовного восхождения, о котором пишет Исаак, — это путь от внешнего аскетического трудничества к вершинам внутреннего сокровенного делания, когда человек удостаивается мистического «изумления» и соединения с Богом. Для достижения этих вершин человеку необходимо, прежде всего, отречься от мира и остаться в одиночестве — наедине с собой и с Богом. Необходимо также достичь внутреннего безмолвия ума и сердца, порождаемого внешним молчанием уст и уединением». [12] Но здесь должно понимать, что отречение от мира и жизнь в уединении не означают отказа от любви к ближнему: напротив, через это отречение человек приобщается любви Божией, которая становится причиной пробуждения в нем «просветленной любви к людям.
3.1 Испытания на пути к Богу
В этой главе рассматриваются два испытания на пути к Богу: искушения и богооставленность.
1. Искушение. Владыка Илларион проводит краткий филологический анализ слова «искушение», которое означает испытание, экзамен, проба. В жизни христианина встречается такая схема искушений: Бог – человек, диавол – человек. Преподобному был задан вопрос о согласовании постоянных призывов Христа переносить искушения и страдания с Его же словами «Молитесь, чтобы не впасть в искушение». В ответе можно увидеть, что преподобный различает искушения человека диаволом и Богом. Последнее врачует недуги души, помогает тверже укрепиться в вере, всецело вверить себя в руки Бога. Они полезны на всех стадиях духовного роста, это своего рода, проверка внутреннего состояния. Исаак, познав опытным путем, пишет: «Среди искушений, скорбей и борьбы человек обретает Бога, а не в покое и расслабленности».[13]
Преподобный далее выводит несколько законов духовной жизни. Интенсивность искушений возрастает по мере приближения человека к Богу: это первый закон духовной жизни. Чем ближе к Богу, тем сильнее проверка на крепость духа. И усиление искушений свидетельствует о верности пути монаха и о приближении его к Богу. Второй закон духовной жизни гласит, что Бог не посылает испытаний сверх сил человека, но если человек не способен перенести сильное искушение, то и дарования его не будет велико. Но преподобный подчеркивает, что Бог обязательно подкрепит человека свой благодатью, здесь нужно отметить, что сначала дается благодать. Испытание от Бога – это воспитание человека, закалка в духовной жизни. Преподобный даже указывает такие искушения, после которых душа сама возжелает Бога: «Искушения, которые бывают от духовного жезла к преуспеянию и возрастанию души... суть следующие: лень, тяжесть в теле, расслабление членов, уныние, смущение ума, мысль о немощи тела, временное пресечение надежды, омрачение помыслов, оскудение человеческой помощи, недостаток потребного для тела, и тому подобное».[14]
