Аскетика в христианской культуре
МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ
ФГБОУВПО «СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ
ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ»
Кафедра «Социология и теология»
Реферат
по дисциплине «Основы православной культуры»
на тему: « Аскетика в христианской культуре»
Работу выполнила:
студентка 4 курса, ИСФ, спец. 270115, группы ЭУН-101
Паршина Анна Сергеевна
Работу приняла:
кандидат философских наук, доцент Махортова Марина Владимировна
Ставрополь, 2014
СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ…………………………………………………………
- Понятие об аскетике. Аскетизм в различных культурах…………4
- Аскетизм в жизни христианина…………………………………….8
- Аскетика, как предмет исследования
и ее отношение к другим наукам………………………………………………………………
………….…10 - Отношение аскетики к другим
богословским наукам и сущность аскетизма………………………………………………………
…………………13 - Возражения, выдвигаемые против предмета аскетики……….....15
ЗАКЛЮЧЕНИЕ……………………………………………...
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ……………………..20
ВВЕДЕНИЕ
Аскетика – раздел православного богословия, предметом которого является изучение процесса возрождения, исцеления падшего человеческого естества в ходе христианского подвижничества. Аскетика может быть названа наукой о сущности христианского подвижничества.
Как научная дисциплина, аскетика имеет ряд особенностей.
Во-первых, аскетика не является абстрактной, оторванной от духовной жизни наукой, а напрямую связана с живым духовным опытом. Аскетика не дает оторванные от духовного опыта знания, а дает знания, которые могут быть востребованы в реальной духовной практики христианина. И это связано с тем, что источником аскетики является святоотеческий духовный опыт, то есть познания христианских подвижников (аскетов), уже прошедших путь возрождения человеческого естества. Аскетика опирается на письменные свидетельства христианских подвижников, передавших свой опыт для следующих поколений христиан.
Во-вторых, аскетика не изучает внутренний мир человека сам по себе. В отличие от психологии и антропологии, ее интересует не строение человеческой души и всей человеческой природы, а живое напряжение сил человеческой души и всего человека в христианском подвиге, который требует как человеческих усилий, так и благодатной помощи свыше. Здесь аскетика также является необычной наукой, поскольку она не исчерпывается изучением человеческой реальности, но раскрывает взаимодействие человека с нетварной Божественной благодатью. Аскетика призвана показать синергийный смысл христианского подвижничества, раскрыть его основание как в человеческой воле, так и в воле Божественной. Она выявляет вышеестественное содержание христианского подвига, учит видеть в нем присутствие Бога.
- ПОНЯТИЕ ОБ АСКЕТИКЕ. АСКЕТИЗМ В РАЗЛИЧНЫХ КУЛЬТУРАХ
Аскетизм — есть слово греческое (άσχησις — от άσχεἱν), переводимое по-русски словом «подвижничество». В первоначальном значении у греков оно означало физическое упражнение, преимущественно гимнастику атлетов. На языке философов оно стало означать упражнение духовное: занятие наукой и особенно — нравственную дисциплину. Чрез греческих церковных писателей слово «аскетизм» перешло в христианство, где ему дано свое собственное истолкование, более глубокое, чем в греческой философии.
Подобно культу аскетизм составляет принадлежность религии. Вследствие этого характер религии естественно сказывается на характере аскетизма и даже иногда выражается в последнем. Уже в первобытной религии — райской был свойствен аскетизм. Заповедь, данная Богом Адаму и Еве: «от древа, еже разумети доброе и лукавое, не снесте» (Быт. 2,17), представляла узаконение поста и воздержания (Св. Василий Великий «О посте» 1-я бес.).
Но исключительностью райской религии обусловилась и исключительность смысла райского аскетизма. Райская религия была совершенно святым союзом человека с Богом. Поэтому райский аскетизм был лишь одним утверждением человека в святости путем исполнения воли Божией. Там не было страстей, следовательно — не могло быть и отрицания их.
После грехопадения аскетизм принял печать борьбы, т. е. отрицания страстей и утверждения в добре, как-бы кто ни понимал последнее. В еврейской религии аскетизм выразился в назорействе (Числ. 6 гл.), в служении при скинии и в обычном священническом, и особенном проходимом по обету (напр. Самуил, 1 Цар. гл. 1 и 2 до 12 ст.), в состоянии «сынов» или «ликов пророческих» (3 Цар. 18, 4; 22, 6), в форме нищеты (Ионадав и его потомки — Иерем. 35, 6—9) и отшельничества (пророки Илия, Иоанн Предтеча). Эти носители аскетизма могли быть и были, за исключением отшельников, женатыми. Девство было чуждо массе народа еврейского по причине очень присущей ему идеи деторождения (Втор. 25,9. Иоанн Дамаскин «Точное изложение православной веры», кн. 4, гл. 24), как средства, при помощи которого должен прийти на землю Мессия и при помощи которого каждый еврей, в лице своих потомков, лелеял надежду быть в царстве Мессии. Осуществителями девства у евреев были только некоторые тайно-зрители евангельских истин (пр. Илия, Иоанн Предтеча). Смысл еврейского аскетизма, согласно требования самой религии, заключался в непорочном служении Богу (Лев. 19, 2; 20, 7).
В буддизме аскетизм
является истолкователем всей
религии Будды. Источником, где зарождается
и откуда вытекает буддийский
аскетизм, служит взгляд на весь
мир, как зло, или идея ничтожества,
обусловленная ощущением
В египетской и персидской религиях аскетизм осуществляли жрецы. По требованию народной религии греков, обязанность весталок, служительниц при языческих храмах, исполняли девственницы.
Для греков-философов религией была их собственная философия. В ней аскетизм истолковывался в смысле достижения гармоний, как нравственной уравновешенности тела и души (пифагорейство), и искания добродетели, как средства соделаться богом, т. е. свободным от страстей. Нищета (телесная), воздержание (телесное и духовное) и целомудрие — вот формы аскетизма философов.
Ближайшими ко времени Христа Спасителя носителями аскетизма были секты ферапевтов и ессеев, кои, проводя жизнь в нестяжательности, воздержании, девстве, тем самым исполняли свои религиозные требования. В конечной основе своей все эти виды языческого аскетизма, за исключением буддийского, имели безусловный дуализм, по которому в учении, напр., о человеке признавались по природе дух добром, а тело — злом. Буддийское подвижничество, как известно уже, выходило из идеи ничтожества ради ничтожества.
Иисус Христос и Его апостолы благословили или освятили аскетизм, дав ему при этом свое обоснование и свой особый отпечаток. Проповедь Христа и Его апостолов о том, что христианская жизнь есть постоянное нравственное совершенствование (Филип. 3, 12—15), что это совершенствование может осуществляться путем постничества, девства, или нестяжательности (Мф. 19, 11—12; 19, 21; Марк. 10, 21; Лук. 2, 37; 1 Коринф. 7, 8, 25—28, 32— 34; Апокал. 14, 1 — 4), собственный пример Христа и апостолов, приснодевство Богоматери... — составили евангельскую основу аскетизма (Св. Григорий Нисский — «О девстве»). Такое осуществление христианства не было, однако, провозглашено исключительною формой христианской жизни. Христос и Его апостолы благословили или освятили также и брак (Матф. 19, 4—6; Ефес. 5, 22—32). Аскетическое осуществление христианства представляется тому, кто может его «вместить», и для избравшего — этот род жизни является обязательным. Многие последователи Христа во все времена христианской эры стремились к нравственному совершенству путем аскетизма. В первые два с половиною века по P. X. аскетизм выразился в форме постничества, нестяжательности, девства. В половине третьего века к этим формам кроме того присоединилось отшельничество или анахоретство, еремитство (от ἑρηος — пустыня, Павел Фивейский). Своего широкого развития в литературе и жизни аскетизм достиг в ІV, V и VІ веках. При сохранении основного евангельского учения об аскетизме, отцы-подвижники этого периода раскрыли понятие об этом предмете со всех возможных сторон. Их работа сделалась достоянием греко-русской церкви, где с зари христианства вплоть до наших дней аскетизм составлял и составляет душу монашества. Западная церковь во взгляде на аскетизм была согласной с восточной церковью только до эпохи средних веков. В средние века в римо-католицизме аскетизм был понят, как человеческое достаточное удовлетворение Богу (Satisfactio operum) или как заслуга (mеritum) человека, а в лютеранстве, со времени реформации, — как безразличное действие (ἁδιαφορα) со знаменем: упражняйся, христианин, телесно и духовно, но знай, что это, даже искреннее, упражнение не имеет для оправданий ровно никакого значения. От такого знамени был один только шаг к отвержению аскетизма, что и сделали некоторые из протестантов.
Параллельно с истинным
христианским аскетизмом в
- АСКЕТИЗМ В ЖИЗНИ ХРИСТИАНИНА.
В Священном Писании жизнь христианина определяется как борьба, с привлечением всех сил и усилий человека для достижения Царства Божьего. Христос учит: “Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его” (Мф.11,12), а так же говорит: “подвизайтесь войти сквозь тесные врата...” (Лк.13,24). Он, говоря о несении креста христианином, прямо указывает на необходимость подвига для верующего на пути ко спасению. И хотя в Священном Писании только раз употребляется слово “аскетизм”, тем не менее жизнь христианина подразумевает деятельное осуществление религиозно-нравственного совершенства путем участия всех телесных и душевных сил человека, через постоянную борьбу человека с различными проявлениями греха, через аскетическую, подвижническую жизнь. В писаниях святых Отцов большее употребление термина получило, как упражнение в добродетели, и под аскетизмом они понимали пути приобретения праведности, благочестия и достижение святости в жизни.
В I-III веках аскетами назывались христиане, которые упражнялись в строгой и воздержанной жизни, оставаясь в обществе. Кто же для этой же цели уединялся в пустынные места, того называли анахоретом. С распространением и развитием монашества аскетизм стал характеризовать монашеский образ жизни, воплотивший в себе начала строгого и последовательно проводимого подвижничества. Таким образом слова "аскетизм", "подвижничество", "монашество" стали синонимами в результате исторически сложившегося положения вещей. Евсевий Кессарийский первый стал употреблять слова “монах” и “аскет” как равнозначные. 15 правило Гангрского собора запрещает оставлять детей под предлогом отшельничества, здесь использовано слово “аскезис”. По сущности же своей слово "аскетизм" имеет более широкий смысл.
Понятие "аскетизм" включает в себя планомерное употребление, сознательное применение целесообразных средств для приобретения христианской добродетели, для достижения религиозно-нравственного совершенства. Аскетизм, не приспособленный и не приводящий к названной цели, в сущности не настоящий, а видимый, кажущийся. Аскетизм, в православном понимании, означает совокупность всех усилий человека, как бы только "техническую" сторону христианского совершенствования, главным же деятелем этого совершенствования является благодать Святого Духа. Аскетизм имеет своею прямой и ближайшей целью приспособить естественные силы и способности человека к восприятию божественной благодати, сделать их послушным и удобным орудием для достижения и осуществления в человеческой личности спасения и достижения "вечной жизни". По учению святых Отцов Церкви, аскетизм сам по себе, даже взятый во всей совокупности своих проявлений, еще далеко не обнимает и не выражает собою христианского совершенства. По мысли, например, преподобного Иоанна Кассиана, "посты, бдения, нищета, отшельничество, упражнение в Священном Писании, расточение всего имущества не составляют совершенства, но суть только средства к совершенству; не в них состоит цель искусства, но посредством их достигается цель. Напрасно будет упражняться в них тот, кто довольствуется ими, как высшим благом; это значит — иметь орудие для искусства и не знать его цели".
По отношению к термину "аскетизм" важнейшие христианские конфессии — католичество, протестантизм и православие, имеют различия. По католическому учению аскетизм является выполнением, так называемых, "евангельских советов" — нищеты, безбрачия и послушания, но не требуется христианскими заповедями, т.е. аскетизм отождествляется с монашеством, означая выполнение не должного, а сверхдолжного. Протестантизм, отрицая само существование "евангельских советов" в отличие от заповедей, не признает законности монашества, считая его, а равно и аскетизм, явлением, противным самому духу Евангелия.
Православие, признавая духовное совершенство общехристианским требованием, считает аскетизм обязательным для всех, и формы его могут быть различны — в монашестве и в общественно-деятельной жизни, монашество же лишь наиболее приспособлено для занятий человека аскетическими упражнениями. Сергей Зарин, характеризуя аскетические взгляды свят. Феофана, говорит: “по общему смыслу учения преосвященного Феофана, аскетизм, “подвижничество”, имеет смысл очень широкий: он обнимает собой собственно всю сознательно-свободную, напряженную деятельность человека, направленную к усвоению спасения Христова, к достижению богоподобного совершенства, под всегдашним водительством Божественной благодати. Только моментами, отдельными сторонами и необходимыми проявлениями этого ‘подвига’ целой жизни христианина является ‘вера’ и ‘добрые дела’ в их православном понимании и истолковании”.
- АСКЕТИКА, КАК ПРЕДМЕТ ИССЛЕДОВАНИЯ И ЕЕ ОТНОШЕНИЕ К ДРУГИМ НАУКАМ
Как предмет, Православная аскетика существовала и отдельно и сливалась с другими богословскими дисциплинами — Пастырским богословием, Нравственным богословием. Перед революцией она составляла раздел Пастырского богословия. И причины этого понятно, ибо даже в составе Пастырского богословия она вызывала определенное непонимание ее значимости, т.к. отождествлялась с пересказом жизни древних подвижников - отшельников Египта, Палестины и др. мест. Пропитанные духом западничества и с широко распространенным светским, порой даже нецерковным влиянием дореволюционные духовные школы России были далеки от правильной оценки важности и необходимости данного предмета и самого аскетизма в деле подготовки пастырей к служению, не говоря вообще о необходимости аскетизма для жизни христианина, и только в ряде монастырей начиная с первой половины прошлого века стало уделяться внимание святоотеческому наследию и стали переводиться на русский язык и изучаться сохранившиеся в монастырских библиотеках на Востоке труды аскетов.
В духовных учебных заведениях в советское время об аскетике, не только как отдельном предмете, но разделе одной из богословских дисциплин и не было речи, т.к. строилось общество бездуховное, и программа обучения предполагала подготовку пастырей, которые были бы только исполнителями треб.
К первым и основательным труженикам в области изучения аскетического наследия Церкви следует отнести святителей Феофана Затворника и Игнатия Брянчанинова. Много в плане популяризации святоотеческих аскетических писаний сделала Оптина Пустынь, переводя на русский язык и издавая аскетические писания святых отцов. Святитель Феофан глубоко изучил наследие святых отцов, и как говорит С.М. Зарин: “святоотеческое аскетическое мировоззрение, прошедши через призму глубокого и тщательного изучения епископа Феофана, сделалось как бы его собственным, так что его собственное мировоззрение, без всякого преувеличения, можно назвать святоотеческим, — не только по общему духу и основному содержанию своему, но даже и по самой форме своего выражения и раскрытия”
Особое место не только в изучении, но и в донесении святоотеческого аскетического учения до более широких кругов, и в заботе, чтобы этот спасительный опыт, накопленный Церковью за многие столетия, стал достоянием как можно большего числа людей, принадлежит святителю Игнатию Брянчанинову. Он, восприняв любовь к аскетическому наследию святых отцов от продолжателей трудов преподобного Паисия Величковского, сам прошел путь аскетической жизни, и, познав опытно христианский подвиг следования за Христом, стремился сделать это наследие доступным для всех, давая советы как надо его проходить и остерегая от крайностей. По характеристике протоиерея Георгия Флоровского, “это был строгий ревнитель аскетической традиции... ‘Аскетические опыты’ епископа Игнатия написаны с большим вдохновением и очень выразительно. Начертывается идеал духовной трезвости, с особенным предостережением против мечтательности”. (Флоровский, Пути русского богословия, с.393)
Из богословов XIX- начала XX вв., которые в своих трудах касались вопросов аскетики, следует отметить протопресвитера Иоанна Янышева. Хотя в основном в своих трудах он исследовал нравственные вопросы, но он различает две сферы нравственных норм человека: первые — отношения духовной природы человека к потребностям телесным, второе — отношение человека к другим людям. По взгляду о. Иоанна, аскетизм относится к первой сфере, т.к. его цель установить “власть над материальным и над всеми психическими образованиями, возникающими отвне, независимо от свободы человека, есть постоянное самосознание и самоопределение духа, его развитие и проявление в материи, есть определенный труд и в этом смысле подвиг”. Проблема, которая имеется в его трудах, состоит в том, что он писал в то время, когда в нашем богословии “всецело господствовала точка зрения юридическая, рассматривающая нравственную жизнь, как ряд действий, определяемых предписаниями нравственного закона и трактовавшая предписания Евангелия, как собрание правил, — как бы внешний, юридически обязательный для христианина кодекс догматов и морали. Из этой системы воззрений логически последовательно вытекало учение об opera supererogatoria, в связи с понятием о так называемых ‘евангельских советов’, в отличие от общеобязательных заповедей”.
Другой богослов XIX в. Пономарев, бывший профессором Казанской духовной академии, “Догматические основы христианского аскетизма по творениям восточных писателей-аскетов IV века”. Это первая попытка изучения аскетического наследия, но у автора проявилось влияние времени — схоластический формализм. Так, разбирая отцов IV в., он утверждает о наличии в их миросозерцании дуализма духа и тела, чего в писании отцов естественно нет.
Кроме того, ряда богословов касались вопросов аскетизма в своих трудах, так это тема освящается у архиепископа Сергия Старогородского в его работе “Православное учение о спасении”, у профессора МДА И.В.Попова “Естественный нравственный закон” (Сергиев Пасад, 1897), в ряде работ у М.М.Тареева (Сергиев Пасад).
Важное значение в области изучения акетики занимают работа архимандрита Феодора Поздеевского “Аскетические воззрения преподобного Иоанна Кассиана Римлянина” и его речь при защите “К вопросу о христианском аскетизме”, а также цикл лекций по аскетике, которые прочитаны были в рамках предмета Пастырское богословие и изданы под названием “Смысл христианского подвига”.
И особую важность имеет работа СПб профессора Сергея Зарина “Аскетизм по православно-христианскому учению”. Проявив себя, как прекрасный богослов, компетентный патролог, тонко понимающий Священное Писание и хорошо знающий святоотеческое наследие С. Зарин написал уникальный труд, которому нет равного по настоящее время в церковной науке.
- ОТНОШЕНИЕ АСКЕТИКИ К ДРУГИМ БОГОСЛОВСКИМ НАУКАМ И СУЩНОСТЬ АСКЕТИЗМА.
Как богословский предмет Аскетика связана со многими богословскими дисциплинами и особая связь с разделом сотериологии догматического богословия. Учение о спасении, являющееся одним из основных разделов Православной догматики, и в то же время занимает центральное место в и Православной аскетике. Ведь сам аскетизм в своих формах и проявления происходит из понимания спасения и стремления к спасению. Отсюда и понять аскетизм и правильно совершать подвиг без уяснения спасения невозможно. Сотериология и аскетизм имеют неразрывное внутреннее единство. Постижение догмата о спасении человеком должно производить в нем глубокие внутренние изменения, не приспособление учения под себя, а к изменению ума, преобразованию души человека, должно делать человека "новым творением", что совершается через подвиг, аскезу. Отсюда, аскетика, как предмет, изучает область опытного богословия. В этом отношении аскетика близка и к гомилетике, литургике, каноническому праву, которые изучают формальную сторону пастырства, не касаясь его внутренней стороны, и предмет Пастырского богословия, который раскрывает внутреннюю сторону и психологию пастырства.
"Изучение законов развития и роста христианской жизни в личности спасающегося и составляет предмет Аскетики, как науки. Аскетика в общем своем определении есть наука о подвижничестве или о том, как путем подвига совершается переход человека из царства диавола в царство Божие, с уяснением причин самого подвига и всех частных явлений в этом процессе перехода человека от смерти к жизни."
Аскетика имеет "своим предметом выяснение законов духовного подвига в его историческом проявлении и фактической данности". Сущность Аскетизма может быть понята и определена с точки зрения учения о спасении, учения о способах и средствах усвоения спасения, совершенного Иисусом Христом.
Необходимость предмета Аскетики в духовных школах вытекает из существа пастырского дела — опытно самому переживать религиозную истину и истину спасения во Христе и глубоко изучить религиозный опыт духовной жизни. Без личного подвига (аскетизма) невозможно истинное пастырское служение, ибо оно превращается в простое требоисполнение и чиновничество.
Истина не может быть абстрактной идеей, созданной умом человека, истина должна быть конкретной, личностной, должна быть Личностью.
- ВОЗРАЖЕНИЯ, ВЫДВИГАЕМЫЕ ПРОТИВ ПРЕДМЕТА АСКЕТИКИ
Данных возражений существует несколько. Рассмотрим каждое из них подробней:
А) Искажение самого христианства, будто бы аскетизм утверждает противный христианству дуализм плоти и духа, призывает враждовать дух против плоти. Такое отношение к аскетизму возникло из-за идеализации физического мира человека, когда в центре самой жизни стоят плотские потребности человека, и что человек уже здесь на земле может достигнуть без Бога совершенства. Назвать такие рассуждения следует не иначе как “христианствующий материализм”. Заключается он в том, что его сторонники не видят ничего плохого в человеческом теле и считают, раз оно освящено Христом, то и нечего бороться с каким-то злом, живущем в теле, никакого зла нет, и все телесные пожелания (похоти и вожделения) не опасны для человека, они проходящие, временны, и человек оставит их, как проходят с возрастом детские игры. Но так могут говорить только люди, живущие для удовлетворения своих плотских потребностей, которые стали ничем иным как идолом для таких людей, расстаться с которым они не в состоянии. Опровержение этого возражения дает само христианство, и в учении Христа прямо указывается на необходимость подвига, чтобы наследовать спасение. Например, по словам Христа следует отказать от того, что соблазняет тебя. Так же об этом говорит жизнь многочисленных святых, являющихся свидетелями христовой истины, для которых христианство было не мертвым капиталом, Священное Писание не простым собранием книг, а жизнью, путем достижения святости и стяжания даров Духа Святого. Их жизнь показывает, что следование путем к совершенству всегда сопровождается ограничением личных потребностей человека и прежде всего его естественной жизни, и ограничение не является враждой духа против плоти, а управлением плотскими запросами человека. Ведь определяющим жизненным фактором для человека должно являться не тело, а его дух. Именно искажение грехом жизни человека, затмение в человеке образа Божия привело к тому, что дух стал рабом и слугой для тела. Не разделение души и тела проповедует аскетизм, а отделение целого человека вместе с душой и телом от воздействия греха на него, и не вражду духа против плоти проповедует аскетизм, а духа и плоти против греха, против греховного состояния плоти и греховного состояния духа. Раздвоенность, которая открывается человеку через подвиг, как противостояние духа и плоти, есть следствие попадания человека под греховную зависимость. Аскеты же констатируют наличие такой греховной раздвоенности и определяют ее как порча человеческой природы, которая требует лечения. Они призывают не уничтожать плоть, а искоренять живущий в ней грех, чтобы, очистившись от всего греховного, плоть была послушной к восприятию Духа Святого и орудием к освящению и теосису всего человека.
Б) Аскетизм находится в противоречии с задачей христианина в его общественном служении. Он зародился в грубом обществе, пропитан ненавистью к обществу и противник его гармонического развития и прогресса. Аскетизм носит в себе человеконенавистничество. Он отвергает жизненное начало любви к ближним. Его цель — самоугождение и личное спасение. Обвиняя аскетизм в индивидуализме, его противники допускают основную ошибку: а) аскетизм как подвиг необходим для всех христиан; б) те монахи-аскеты, которые уходили в единение, это делали не для изоляции себя от мира, а от греха, который в мире. (АФс.41, 42 И)
В) Аскетизм не соответствует духу времени и невозможен в жизни современного человека. Здесь следует сказать, в какой бы ситуации человек не находился бы, или в какое время не жил его предназначение и цель его жизни не меняется — наследие жизни вечной.
В настоящее время люди как бы стали искать путь духовной жизни, мы много слышим о духовном возрождении нашего общества, но чаще всего это сводится только к внешнему, только к признанию, что Бог есть, и названию себя верующими. Еще в начале этого века духовный интерес интеллигенции нередко критиковался как “аскетический недуг” (Скабичевский, “Русская мысль”, 1900 г.). Это встречается и сейчас, но причиной этого недостаточное церковное сознание, поверхностное знакомство с христианством, низкая нравственное состояние, а с другой стороны некая духовная бесформенность, нравственная размытость. Сейчас крошка сын не подходит к отцу и не спрашивает, что такое хорошо, что такое плохо, его формирует “улица”, а не Церковь и христианская семья, которой как семейной церкви практически нет, где и родители, и дети жили бы одним духом Христовым. Уже с младенческого возраста в детское, чистое сердце насаждается культ плоти человека, и с юных лет человек воспитывается служить только телесным потребностям. Трудно современному эгоцентрическому человеку, пребывающему в обществе, в котором то отвергалась всякая вера и жизнь в соответствии с верой, а теперь насаждается образ мысли “свободного человека” и идеи размытого христианства, где кроме признания, что верующий, ничего не требуется, отказаться от своей воли и подчинить ее, свою совесть, всю свою жизнь, непонятным для него нормам высшей жизни, Евангелию, и иметь лишение благ, которые сулит ему эта земная жизнь, во всей ее пусть и проходящей, но все же реальной для сегодняшнего дня красоте.
Для многих, пришедших в последнее время в Церковь, по прежнему вера в распятого Христа остается быть соблазном и безумием. Пораженный человеческой гордыней человек не может принять не только смирения Сына Божия, но не принимает необходимости смирения для самого его, но без смирения нельзя говорить об аскетизме. Кроме того, кто и ходит в Церковь аскетизм воспринимают как монашество, и что он для монахов. Такое ограниченное представление об аскетизме происходит из-за того, что многие современные люди проникнуты духом служения хлебу и деньгам, и не могут вместить дух бесстрастия, духовная сторона жизни занимает далеко не первое место, и ему трудно порвать с тем, что вросло в его жизнь.
- Аскетическое учение преподобного Исаака Сирина по книге игумена Иллариона (Алфеева) «Духовный мир преподобного Исаака Сирина»
- Асклепий бог врачебного искусства
- Асклепий бог медицины
- Аскомицеттер
- Аскомицеты
- Аскорбиновая кислота
- Аскорбиновая кислота
- Аскания-Нова
- Асканійський державний заповідник
- Асканія Нова
- Асканія-Нова
- Аскаридиоз свиней
- Аскаридоз свиней
- Аскаридоз свиней
