Аспекты адаптации человека

Содержание

Введение…………………………………………………………………………..3

1. Теоретические аспекты адаптации человека………………………....5

1.1 Понятие об адаптации  человека………………………………….......5

1.2 Адаптация и тревога…………………………………………..............8

2.      Психологический стресс………………………………………………...14

2.1 Понятие психологического  стресса……………………………......14

2.2 История учения о  стрессе……………………………………………21

Заключение……………………………………………………………………...28

Список литературы…………………………………………………………….30

Введение

Проблема адаптации человека приобретает все возрастающую научную и практическую актуальность в связи с непрерывным ростом социальной. экономической, экологической, техногенной, личностной экстремальности нашей жизни и существенным изменением содержания и условий труда у представителей многих профессий. В данной работе представлены материалы теоретического и экспериментального изучения адаптации человека и психологического стресса, излагаются накопленные знания о проблеме функционального состояния человека.

Термин «стресс» широко используется в ряде областей знаний, именно поэтому в него вкладывается несколько различающийся смысл с точки зрения причин возникновения такого состояния, механизмов его развития, особенностей проявлений и последствий. Он объединяет большой круг вопросов, связанных с зарождением, проявлениями и последствиями экстремальных воздействий внешней среды, конфликтами, сложной и ответственной производственной задачей, опасной ситуацией и т.д. Различные аспекты стресса являются предметом исследований в области психологии, физиологии, медицины, социологии и других наук. Отметим, что и по сей день в литературе не всегда четко разграничиваются понятия стресса, дистресса, напряжения, напряженности, эмоционального стресса и т.д., что еще больше затрудняет изучение этой и без того довольно сложной проблемы.

Стресс как особое психическое состояние связан с зарождением и проявлением эмоций, но он не сводится только к эмоциональным феноменам, а детерминируется и отражается в мотивационных, когнитивных, волевых, характерологических и других компонентах личности. Именно поэтому феномен стресса требует специально психологического изучения.

Стресс является реакцией не столько на физические свойства ситуации, сколько на особенности взаимодействия между личностью и окружающим миром. Это в большей степени продукт наших когнитивных процессов, образа мыслей и оценки ситуации, знания собственных возможностей (ресурсов), степени обученности. И в этом заложено понимание того, почему условия возникновения и характер проявления стресса (дистресса) у одного человека не являются обязательно теми же для другого.

Проблема психологического стресса в трудовой деятельности и социальной жизни человека особенно активно стала изучаться в последние три-четыре десятилетия. Этому способствовал ряд обстоятельств: распространение концепций биологического стресса, непрерывно возрастающее внимание к изучению «человеческого фактора», существенное повышение уровня общей напряженности, тревожности.

В этой работе излагаются сведения о развитии теорий психологического стресса, проводится анализ данных о причинах, механизмах формирования и проявлениях психологического стресса, приводятся результаты экспериментального изучения некоторых аспектов стресса.

Для решения практических жизненных задач, связанных с трудностями приспособления в постоянно изменяющихся условиях современной жизни, очень важно сделать обобщение богатого теоретического материала, посвященного проблеме адаптации и стрессу. А т.к. человек – это прежде всего социальное существо, обладающее индивидуальными и неповторимыми эмоциями, когнитивными ресурсами и другими личностными особенностями, важно уделить внимание психологическому стрессу и его различным проявлениям. Правильное использование теории помогает решать многие практические проблемы, например, знание стадий протекания стресса может помочь в достижении оптимального рабочего состояния и не допустить деструктивного влияния стрессового состояния.

1. Теоретические аспекты адаптации человека

1.1 Понятие об  адаптации человека

Понятие «адаптация» – одно из ключевых в научном исследовании живого организма, поскольку именно механизмы адаптации, выработанные в результате эволюции, обеспечивают возможность организма существовать в постоянно меняющихся условиях среды. Адаптация – динамический процесс, благодаря которому подвижные системы живых организмов, не смотря на изменчивость условий, поддерживают устойчивость, необходимую для существования, развития и продолжения рода.

Одним из первых, кто стал изучать проблему функционирования живого организма как целостной системы, был французский физиолог К. Бернар. Он выдвинул гипотезу о том, что любой живой организм, в том числе и человеческий, существует, так как обладает возможностью постоянно сохранять благоприятные для своего существования параметры внутренней среды организма, а это, в свою очередь, происходит потому, что все системы и протекающие в организме процессы находятся в равновесном состоянии. До тех пор, пока это равновесие сохраняется, организм живет и действует. Таким образом, постоянство внутренней среды, по мнению Бернара, – это условие свободной жизни. Позднее идея Бернара о постоянстве внутренней среды была поддержана и развита американским физиологом У. Кэнноном, который назвал это свойство гомеостазом.

Гомеостаз – это подвижное равновесное состояние какой-либо системы, сохраняемое путем ее противодействия, нарушающим это равновесие внутренним и внешним факторам. Одним из центральных моментов учения о гомеостазе является представление о том, что всякая система стремится к сохранению своей стабильности. По мнению Кэннона, получая сигналы об угрожающих системе изменениях, организм включает устройства, продолжающие работать до тех пор, пока не удастся возвратить ее равновесное состояние. Если же нарушить равновесие процессов и систем организма, то параметры внутренней среды нарушаются, живой организм начинает болеть. Причем болезненное состояние будет сохраняться на протяжении всего времени восстановления параметров, обеспечивающих нормальное функционирование организма. Если же необходимых для сохранения равновесия прежних параметров достичь не удается, то организм может попытаться достичь равновесия при других, измененных параметрах. В этом случае общее состояние организма может отличаться от нормального. Очень часто проявлением такого равновесия является хроническое заболевание.

Благодаря процессу адаптации достигается сохранение гомеостаза при взаимодействии организма и среды, поэтому адаптация включает в себя не только оптимизацию функционирования организма, но и поддержание сбалансированности в системе «организм – среда».

Процесс адаптации реализуется всякий раз, когда в системе «организм – среда» возникают значительные изменения, и обеспечивает формирование нового гомеостатического состояния, которое позволяет достигнуть максимальной эффективности физиологических функций и поведенческих реакций. Поскольку организм и среда находятся не в статическом, а в динамическом равновесии, их соотношение меняется постоянно, также постоянно осуществляется и процесс адаптации.

Современное представление об адаптации основывается на работах И.П. Павлова, И.М. Сеченова, П.К. Анохина, Г. Селье и др. Несмотря на наличие многочисленных определений феномена адаптации, объективно существует несколько основных ее проявлений, которые позволяют утверждать, что адаптация – это во-первых, свойство организма, во-вторых, процесс приспособления к изменяющимся условиям среды, в-третьих, результат взаимодействия в системе «человек – среда», в-четвертых, цель, к которой стремится организм.

Достаточно продолжительное и интенсивное воздействие стрессогенной ситуации на человека приводит к тому, что адаптационные стереотипы оказываются не в состоянии обеспечить полноценную регуляцию. Если они не претерпевают существенных изменений, структура постепенно деградирует: в этом случае принято говорить о дезадаптации . Если же в структуре появляются новые связи между компонентами, отличные от тех, которые существовали на предыдущих этапах, если эти взаимосвязи опосредованы единым фактором, если в результате структура приходит в состояние динамического равновесия, можно констатировать формирование адаптации как системы. Однако, формирование новых взаимосвязей между компонентами – механизмами регуляции разног типа – само по себе не обеспечивает устойчивости системы: это происходит только при наличии цели, которую субъект соотносит со своими мотивационно-потребностными состояниями. Т. о., сформировавшаяся система адаптации содержит четыре компонента:

1. Активационный компонент  с организационными и функциональными  затратами, направленными на достижение  значимых для субъекта целей, – с одной стороны, и компенсацию  факторов, препятствующих достижению  данных целей, – с другой. Здесь  мы имеем дело с механизмами  активации, преобразования и распределения  активационно-энергетических ресурсов субъекта, которые зависят от индивидуально-генетических свойств нервного процесса как основы, «материального субстрата» любой активности.

2. Когнитивный компонент, основу которого составляют перестройки  когнитивных процессов, направленные  на выработку наиболее эффективных  способов переработки информации, без которых эффективная адаптация  невозможна.

3. Эмоциональный компонент  определяется динамикой эмоциональных  переживаний, являющихся субъективным  индикатором эффективности процесса  адаптации, которые в экстремальных  условиях способны приобретать  доминирующее значение.

4. Мотивационно - волевой процесс обеспечивает координацию всех остальных компонентов в направлении реализации значимых для субъекта целей, и тем самым, придают процессу адаптации устойчивость и непрерывность.

Существуют различные подходы к понятию «психическая адаптация». Ее рассматривают как результат деятельности целостной самоуправляемой системы, которая обеспечивает деятельность человека на уровне «оперативного покоя», позволяя ему не только наиболее оптимально противостоять различным природным и социальным факторам, но и активно и целенаправленно воздействовать на них. Это определение справедливо подчеркивает системную организацию психической адаптации и важную роль целенаправленной активности. В то же время важно указать на то, что обусловливает эту направленность и какого рода результат можно считать оптимальным. Последний аспект подразумевается, если психическая адаптация (т. е. адаптация на уровне психических функций в их интегральной связи) расценивают процесс, в результате которого ответная реакция на средовые изменения осуществляется с включением ранее приобретенного опыта. Происходят мотивационно обусловленная дифференциация реакций: изменения, служащие необходимой цели, усиливаются, а препятствующие – ослабляются. Однако и в этом случае остается неясным, что делает цель необходимой. К тому же такое понимание не учитывает, что процесс психической адаптации предполагает воздействие не только субъекта на среду, но и среды на человека, в результате чего могут изменяться и цели.

Следовательно, психическая адаптация можно определять как процесс установления оптимального соотношения личности и окружающей среды в ходе осуществления свойственной человеку деятельности, которая позволяет удовлетворить актуальные потребности и реализовать связанные с ними значимые цели (при сохранении психического и физического здоровья), обеспечивая в то же время соответствие психической деятельности человека, его поведения требованиям среды.

1.2 Адаптация и тревога

Источниками тревоги могут быть любые нарушения сбалансированности системы человек – среда при недостаточности психических или физических ресурсов индивида для удовлетворения своих потребностей; опасения, связанные с вероятной неспособностью реализовать значимые устремления в будущем.

Тревога – результат возникновения или ожидания фрустрации; неопределенная угроза, характер и время возникновения которой не поддается предсказанию.

В своих работах З. Фрейд описал психологическое и психопатологическое значение тревоги говорил о том, что тревога – ствол общей невротической организации.

Тревога ответственна за большую часть расстройств, в которых проявляются психопатологические нарушения. Тревога - либо основное слагаемое различных психопатологических синдромов, либо базис, на котором формируется психопатологическое или психосоматическое проявление.

Существует множество точек зрения на различные аспекты тревоги: различия между тревогой и страхом, проблема нормальной и патологической тревоги. Нет единой точки зрения также на то, является ли тревога единичным явлением или совокупностью явлений.

Так, К. Ясперс считает: тревога и страх различаются тем, что тревога ощущается вне связи с конкретным стимулом, а страх всегда соотносится с определенным объектом. Существует также мнение, что тревога возникает при угрозе целостности личности, а страх при угрозе физического существования. Некоторые авторы вообще склоны признавать тревогу лишь как менее определенный и выраженный страх.

При разграничении нормальной и патологической тревоги указывают на то, что тревога – феномен психопатологии, страх же – нормальное или патологическое явление в зависимости от структуры состояния, в котором его наблюдают.

Существует подразделение тревоги на нормальную, невротическую, психотическую, но все же тревогу расценивают и как единое по сути явление, которое может приобретать патологический характер при неадекватном усилении тревоги, ее генерализации или смещении тревожных реакций к специфическим стимулам.

Наиболее адекватна для изучения тревоги клиническая модель: изучаются гипоталамические нарушения (тревогу в этом случае можно четко соотнести с включением конкретных физиологических механизмов и изменением функционирования определенных структур; миниманизация различий, связанных с генезом состояния, ролью ситуационных воздействий и личностных предрасположеннностей). Клиническое обоснование выбора этой модели:

А. при данных расстройствах (психопатологические гипоталамические поражения, особенности вегетативно – гуморального регулирования и закономерности действия психотропных средств) нарушения физиологической адаптации (вегетативно-гуморальные сдвиги) закономерно сочетаются с нарушениями психической адаптации (пограничная психопатологическая симптоматика).

Тревога в начальных этапах рассматриваемых нарушений выступает как относительно изолированный феномен, но в дальнейшем – как составная часть или основа для формирования пограничных психопатологических синдромов, что дает возможность клинического изучения указанных трансформаций.;

Б. Гипоталамус – центр, координирующий вегетативные, гуморальные и моторные механизмы обеспечения психической деятельности, играет важную роль в системе, формирующей поведение.

Экспериментальное основание данной модели дают классические данные, свидетельствующие о роли гипоталамических структур в системе формирования мотивационных и эмоциональных аспектов поведения. Гипоталамус, представляющий собой достаточно высокий уровень интегративной деятельности мозга, имеет столь важное значение в организации эмоционального поведения, что в нем практически нет зон, раздражение которых вызывало бы вегетативные эффекты без параллельного возникновения эмоциональных реакций, с чем может быть связана особая роль гипоталамуса среди лимбических структур, контролирующих тревогу и страх. Эта особая роль гипоталамуса объясняется также тем, что структуры других уровней мозга, включающиеся в эмоциональное возбуждение, находятся в морфологической и функциональной зависимости от эмоциогенных зон гипоталамуса. Гипоталамические нарушения естественно моделируют различные варианты формирования психофизиологических соотношений, позволяющие исследовать особенности психофизиологической адаптации.

Для решения вопроса о возможности оценки тревоги как единого функционального явления, имеющего различные феномелогические выражения, представляют интерес данные о смене таких явлений при раздражении тех гипоталамических структур, воздействие на которые вызывает у животных реакцию страха. Раздражение зон избегания в гипоталамусе нарастающим током позволило выделить три порога реакций: появление настороженности; выраженные реакции страха и стремления к бегству; реакция паники, невозможность целесообразного поведения. То обстоятельство, что описанное развитие аффективных реакций в ряду настороженность – страх – паника отмечалось при стимуляции одной и той же зоны гипоталамуса при неизменном характере раздражителя только в силу изменения интенсивности воздействия, свидетельствует в пользу рассмотрения этих реакций как единого явления. Однако феномелогическое выражение его меняется в зависимости от выраженности. В то же время условия физиологического эксперимента не позволяет дифференцировать тревогу и страх и достаточно адекватно моделировать сложные психологические и психопатологические явления.

Исследование феномелогической тревоги и ее динамики при гипоталамических нарушениях у человека (клинический аналог экспериментальной модели) представляет возможность детально проанализировать характер и динамику наблюдающихся аффективных состояний. Это позволило сформулировать предположения о существовании тревожного ряда, который оказывается неспецифичным для гипоталамических расстройств и представляет собой существенный элемент процесса психической адаптации. Тревожный ряд включает несколько аффективных феноменов, закономерно сменяющих друг друга по мере возникновения и нарастания тревоги.

Ощущение внутренней напряженности. Наименьшая интенсивность напряжения, настороженность, при достаточно выраженном тягостном душевном дискомфорте. Это ощущение не имеет оттенка угрозы, а служит сигналом вероятного приближения более тяжелых тревожных явлений. Именно этот уровень имеет наибольше адаптационное значение, поскольку ощущение внутренней напряженности способствует интенсификации и модификации активности, включению механизмов интрапсихической адаптации и при этом может не сопровождаться нарушениями интеграции поведения.

Гиперстезические реакции. При нарастании тревоги они сменяют ощущение внутренней напряженности или присоединяются к нему. Ранее нейтральные стимулы приобретают значимость, привлекаю внимание, а при большой их выраженности придают таким стимулам отрицательную эмоциональную окрашенность, что может лежать в основе недифференцированного реагирования, описанного, в частности, раздражительность. Повышение значимости ранее нейтральных воздействий может сопровождаться ощущением усилия их интенсивности, но основная отличительная черта – нарушение дифференцировки значимых и незначимых стимулов, ведущее к неадекватным по направленности и по силе поведенческим реакциям. Может быть связан с этими реакциями описанный П.В. Симоновым, переход от поведения, тонко специализированного, к реагированию по типу доминанты Ухтомского, в результате которого множество событий внешней среды становятся значимыми для субъекта. Уменьшение избирательности реагирования, вызванное сглаживанием между нейтральными и значимыми восприятиями, между сигналом и фоном, биологически целесообразно в случаях недостаточно структурированных о потенциально опасных ситуаций, ибо обеспечивает необходимую генерализацию бдительности. Однако усиление реакций на объективно незначимые стимулы и эмоционально отрицательно окрашенные нейтральные воздействия любой модальности еще более уменьшают структурированность ситуации и усиливает тревогу, способствуя появлению ощущения неопределенной угрозы.

Собственно тревога. Центральный элемент, который проявляется ощущением неопределенной угрозы, чувством неясной опасности (свободно плавающая тревога). Характерный признак тревоги – невозможность определить характер угрозы и предсказать время ее возникновения. Неосознаваемые причины, вызывающие тревогу: отсутствие или бедность информации, позволяющей в полной мере проанализировать ситуацию; неадекватность логической переработки информации; неосознаваемость факторов, вызывающих тревогу в результате включения психологической защиты.

Страх. Неосознавание причин тревоги, отсутствие связи ее с определенным объектом, невозможность конкретизировать ощущаемую угрозу делают невозможным и какую-либо деятельность, предотвращающую или устраняющую угрозу. Психологическая неприемлемость такой ситуации вызывает смещение требований к тем или иным объектам. В результате неопределенная угроза конкретизируется. Опасность связывается с вероятностью наступления конкретных обстоятельств, с ожиданием соприкосновения с объектами, которые расцениваются как угрожающие. Такая конкретизация тревоги – страх. Хотя объект, с которым связывается страх, не обязательно имеет отношение к действительным причинам тревоги, конкретизация тревоги создает у субъекта представление о том, что угроза может быть устранена с помощью определенных действий. Такое представление не зависит от соответствия объекта, вызывающего страх, и реальных причин тревоги. Для его формирования необходимо только ощущение связи угрозы с конкретной ситуацией.

Ощущение неотвратимости надвигающейся катастрофы. Нарастание интенсивности тревожных расстройств приводит субъекта к представлению о невозможности избежать угрозы, даже если она связывается с конкретным объектом, с определенной ситуацией. Так, страх перед возможностью возникновения тяжелого соматического заболевания пи появлении ощущения неотвратимости надвигающейся катастрофы сменяется ужасом перед неминуемой смертью. Возможность возникновения ощущения неотвратимости надвигающейся катастрофы зависит только от интенсивности тревоги, а не от фабулы предшествующего страха. При нарастании интенсивности тревоги это ощущение может возникнуть на базе любого страха, фабула которого свидетельствует о возможности катастрофы. Неотвратимой может представится даже неопределенная угроза. В этом случае развитие тревожных расстройств достигает степени неотвратимости надвигающейся катастрофы, минуя стадию страха.

Тревожно-боязливое возбуждение. Потребность в двигательной разрядке при ощущении неотвратимости надвигающейся катастрофы, панические поиски помощи проявляются в тревожно-боязливом возбуждении, наиболее выраженном из расстройств тревожного ряда. Вызываемая тревогой дезорганизация поведения достигает максимума и возможность целенаправленной деятельности исчезает.

Соответственно тревожный ряд в порядке нарастающей тяжести включает в себя следующие явления: ощущение внутренней напряженности, гиперстезические реакции, собственно тревогу, страх, ощущение неотвратимости надвигающейся катастрофы, тревожно-боязливое возбуждение.

При пароксизмальном нарастании тревоги все указанные явления можно наблюдать в течение одного пароксизма. В других случаях их смена происходит постепенно, а при относительно стабильных состояниях каждый из элементов тревожного ряда отмечается в течение продолжительного времени. Между стабильностью состояния и выраженностью тревожных расстройств существует обратная зависимость. От выраженности тревоги и интенсивности ее нарастания зависит полнота представленности элементов тревожного ряда.

Рассмотрение тревоги на модели гипоталамических поражений дает возможность не только оценить феноменологического проявления тревоги как единого психологического механизма, но и проследить влияние его на организацию психофизиологических соотношений. Именно при изучении тревоги исследование физиологических коррелятов используется наиболее широко. Выбор физиологических характеристик при изучении тревоги определяется ее местом в механизмах организации эмоциональных структур.

2. Психологический  стресс

2.1 Понятие психологического  стресса

Термин «стресс» (от английского stress – давление, напряжение) заимствован из техники, где это слово используется для обозначения внешней силы, приложенной к физическому объекту и вызывающей его напряженность, то есть временное или постоянное изменение структуры объекта. В физиологии, психологии, медицине этот термин применяется для обозначения обширного круга состояний человека, возникающих в ответ на разнообразные экстремальные воздействия. Первоначально понятие стресса возникло в физиологии для обозначения неспецифической реакции организма («общего адаптационного синдрома») в ответ на любое неблагоприятное воздействие (Г. Селье). Позднее стало использоваться для описания состояний индивида в экстремальных условиях на физиологическом, биохимическом, психологическом, поведенческом уровнях.

В современной научной литературе термин «стресс» используется по крайней мере в трех значениях. Во-первых, понятие стресс может определятся как любые внешние стимулы или события, которые вызывают у человека напряжение или возбуждение. В настоящее время в этом значении чаще употребляются термины «стрессор», «стресс-фактор». Во-вторых, стресс может относится к субъективной реакции и в этом значении он отражает внутреннее психическое состояние напряжения и возбуждения это состояние интерпретируется как эмоции, оборонительные реакции и процессы преодоления, происходящие в самом человеке. Такие процессы могут содействовать развитию и совершенствованию функциональных систем, а также вызывать психическое напряжение. Наконец, в-третьих, стресс может быть физической реакцией организма на предъявляемое требование или вредное воздействие. Именно в этом смысле и Кэннон и Селье употребляли этот термин. Функцией этих физиологических реакций, вероятно, является поддержание поведенческих действий и психических процессов по определению этого состояния.

В связи с отсутствием общей теории стресса нет общепринятого его определения. Р. Лазарус также отмечал, что различные представления о сущности стресса, его теории и модели во многом противоречат друг другу.

Для пояснения понятия стресса Лазарус сформулировал два основных положения. Во-первых, терминологическую путаницу и противоречия в определении понятия «стресс» можно будет устранить, ели при анализе психологического стресса учитывать не только внешние наблюдаемые стрессовые стимулы и реакции, но и некоторые, связанные со стрессом, психологические процессы – например, процесс оценки угрозы. Во-вторых, стрессовая реакция может быть понята только с учетом защитных процессов, порождаемых угрозой, – физиологические и поведенческие системы реакций на угрозу связаны с внутренней психологической структурой личности, ее ролью в стремлении субъекта справиться с этой угрозой. Характер стрессовой реакции причинно связан с психологической структурой личности, взаимодействующий с внешней ситуацией посредством процессов оценки и самозащиты.

Следствием неоднозначности трактовки понятия «стресс», отягощенности его медико-биологическими и односторонним психологическими представлениями явилось то, что некоторые отечественные авторы этому понятию предпочитают другое понятие – «психическая напряженность».

Психологический стресс как особое психическое состояние является своеобразной формой отражения субъектом сложной, экстремальной ситуации, в которой он находится. Специфика психического отражения обусловливается процессами деятельности, особенности которых (их субъективная значимость, интенсивность, длительность протекания и т. д.) в значительной степени определяется выбранными или принятыми ее целями, достижение которых побуждается содержанием мотивов деятельности.

В процессе деятельности мотивы «наполняются» эмоционально, сопрягаются с интенсивными эмоциональными переживаниями, которые играют особую роль в возникновении и протекании состояний психической напряженности. Не случайно последняя часто отождествляется с эмоциональным компонентом деятельности. Отсюда рядоположенное употребление таких понятий, как «эмоциональная напряженность», «аффективное напряжение», «эмоциональное возбуждение», «эмоциональный стресс» и другие. Общим для всех этих понятий является то, что они обозначают состояние эмоциональной сферы человека, в которой ярко проявляется субъективная окрашенность его переживаний и деятельности.

Однако, по мнению Н.И. Наенко, эти понятия фактически не дифференцированы между собой, удельный вес эмоционального компонента в состояниях психической напряженности неодинаков и, следовательно, можно заключить о неправомерности сведения последней к эмоциональным формам. Это мнение разделяют и другими исследователями, которые склонны рассматривать понятие «психическое напряжение», как родовое по отношению к понятию «эмоциональное напряжение».