Бессознательное в психологии человека в работах К. Н. Юнга и Д. Н. Узнадзе

МИНОБРНАУКИ РОССИИ

Государственное образовательное  учреждение высшего профессионального  образования «Пермский государственный  педагогический университет»

(ПГПУ)

Кафедра философии

РЕФЕРАТ

Бессознательное в психологии человека

в работах К. Н. Юнга и Д. Н. Узнадзе

Студентки 2 курса

Факультета иностранных языков

Группа 721

Паршаковой П.В.

Проверила: кандидат философских наук,

доцент кафедры философии Краузе А.А.

Пермь 2011 

Содержание

Введение…………………………………………………………………………...3

Глава I

Параграф I. Зарубежный взгляд на проблему бессознательного с точки зрения К.Н. Юнга……………………………………………………………..6

Параграф II. Значение сна в бессознательном в теории К.Г.Юнга.………8

Глава II

Параграф I. Изучение бессознательного в отечественной науке…………12

Параграф II. Теория установок Д.Н.Узнадзе………………………...……14

Заключение……………………………………………………………………….20

Список литературы………………………………………………………………22

Введение

  «Нет ничего фантастичнее самой действительности»

Ф. Достоевский

Не смотря на то, что мы живем в эпоху развития современных технологий, многое для нас до сих пор остается недоступным и не изученным до конца. Проблемы, которые поднимались еще во времена Платона, не дававшие покоя ученым на протяжении многих веков – это проблемы связанные с самим человеком, с его сущностью и в частности с его бессознательным – остаются актуальными и по сей день.

На первый взгляд кажется довольно легко дать определение такому феномену как сознание, ведь это то, что сопровождает человека, изменяется и развивается уже в течение нескольких тысяч лет. Но если мы попытаемся сделать это, объяснить четкое значение сознания, становиться очевидным, что эта проблема намного труднее, не говоря уже о трактовке бессознательного. Специфика сознания раскрывается через анализ осознаваемой деятельности и через бессознательное. Человек участвует в сознательной деятельности и руководствуется сознательной целью, это значит, что он не только имеет изначально полученную информацию, а создаёт себе на её основе определённую программу, в которой участвуют в её образовании как сознательные процессы, так и бессознательные - психические. Но это нисколько не умаляет значимости биологического факта в человеке, и отсюда вытекает социально-биологический дуализм природы человека. И в связи с этим, сегодняшние понятия проблемы человека, его деятельности, роли и места сознания и психики в деятельности крайне многогранны, особенно если в конкретных науках есть различные точки зрения на данную проблему.

Следовательно, разрешение этих вопросов требует участия не одной науки, а их совокупности и  взаимодействия. К примеру, с позиции философии данный вопрос рассматривается только в контексте представления душевной жизни человека, как составляющей телесной жизни, в то время как психология изучает свойства личности, связывая их с эмоциями, с темпераментом и характером, которые обеспечивают творческий акт и включают личность в творческий процесс.

Первым, кто ввел понятие  «бессознательного»  и провел его  экспериментальную разработку  был Зигмунд Фрейд. Он показал, что многие действия, в реализации которых человек не отдает себе отчет, имеют неосмысленный характер и не могут быть объяснены за счет действия влечений. Им было рассмотрено, как та или иная мотивация проявляется в сновидениях, невротических симптомах и творчестве. Известно, что главным регулятором человеческого поведения служат влечения и желания субъекта. Будучи лечащим врачом, он столкнулся с тем, что эти неосознаваемые переживания и мотивы могут серьезно отягощать жизнь и даже становиться причиной нервно-психических заболеваний. Это направило его на поиски средств избавления своих анализантов от конфликтов между тем, что говорит их сознание, и потаенными, слепыми, бессознательными побуждениями. Так родился фрейдовский метод исцеления души, названный психоанализом, который впоследствии пересматривался и переосмысливался не одним поколением ученых.

Причиной, объясняющей необходимость  приложения стольких усилий в исследовании бессознательного, является приход к новому знанию, раскрывающему некоторые скрытые особенности и возможности человека, спрятанные за завесой тайн сознания. На мой взгляд, объективно будет предположить, что эта причина останется актуальной на протяжении еще не одного тысячелетий, ведь после каждого большого открытия перед нами встают все новые и новые вопросы, ответы на которые найти бывает не так-то просто.

Кроме того, не стоит забывать, что именно с разбора понятий сознание и бессознательное начинается решение основного вопроса философии как с онтологической, так и с гносеологической точек зрения. В следствие этого, важность исследования бессознательного возрастает.

Таким образом, целью данной работы является рассмотрение изучения бессознательного как в зарубежной психологии (на примере К. Юнга), так  и в отечественной (на основе исследований Д. Узнадзе). Изучение подходов этих ученых к проблеме бессознательного и анализ их деятельности в данной области исследований. Кроме того, необходимо сравнить разные подходы к проблеме бессознательного и найти точки соприкосновения теорий.

Очевидно, предметом данного исследования является бессознательное человека, а объектом в свою очередь исследования и размышления таких ученых как З.Фрейда, К.Юнга, Н.Узнадзе, А. Шерозия и многих других.

Как один раз сказал Юнг, «наша психика лишь часть природы, и тайна ее безгранична, поэтому мы не можем получить полное определение ни психическому, ни природе». Однако попытаемся проникнуть в тайны человеческой психики и в частности понять, что собой представляют сознание и бессознательное, ведь рассматривать данные феномены раздельно не имеет никакого смысла, ибо один никак не может существовать без другого.

Глава I

Параграф I. Зарубежный взгляд на проблему бессознательного с точки зрения К.Н. Юнга

В течение бессчетных веков человек развивал свое сознание, чтобы достичь цивилизованного состояния (которое произвольно датируется со времени изобретения письменности около 4000 лет до н.э.). Эта эволюция и сейчас далека от завершения, поскольку значительные области человеческого разума погружены в темноту. То, что мы называем "психическим", "душой", ни в коей мере не идентично с нашим сознанием и его содержанием.

Помимо обращения к  сознанию человека, не меньше внимания должно быть уделено и его бессознательному. Многие ученые не принимают данную точку зрения, и считаю существование данного феномена абсурдом. Однако стоит заметить, что существует большое количество фактов, доказывающих неоспоримое и постоянное воздействие бессознательного на поведение человека.

«Выражаясь метафорически, бессознательное находится в таком же положении, как и человек, увидевший или испытавший нечто необычное и желающий поделиться своими впечатлениями с другими людьми. Но так как то, с чем он столкнулся, никогда еще не было сформулировано с помощью понятий, ему не хватает средств для того, чтобы выразить это. В подобной ситуации человек обычно предпринимает многократные попытки объяснить случившееся. Пытаясь вызвать у слушателей ответную реакцию, он интуитивно использует аналогии с уже известными фактами, дополняет и развивает свою точку зрения до тех пор, пока не убедится в том, что его поняли правильно» - К. Г. Юнг.

В работах Карла Юнга значительное место посвящено изучениям сна  как отражению бессознательного, как «наиболее частному и универсальному доступному источнику для исследования способности человека к символизации». Начало данного подхода связано  с исследованиями З. Фрейда, который конкретизировал проблему бессознательного, непосредственно увязал ее с проблемой собственно человека. Однако в некоторых аспектах теории Фрейда и Юнга расходятся, в частности при рассмотрении целесообразности исследования сна как отправной точки процесса «свободных ассоциаций». В отличие от Фрейда, Юнг полагал, что использование богатых фантазий, которые бессознательное продуцировало во время сна, было неадекватным и порой вводящим в заблуждение. Фантазирование и постепенный цепной переход от одной ассоциации к другой, от одного воспоминания к следующему, чаще всего приводили пациента к воспоминаниям о неприятных ситуациях из его жизни, которые, возможно уже и были забыты, но вспомнились посредством ассоциаций. Таким образом, данный подход был хорош только для определения комплексов пациента.

 В итоге, Карл Юнг  пришел к выводу, что сами сны имеют свою собственную, отдельную, имеющую смысл функцию. «Очень часто сны имеют определенную, с очевидностью целеполагающую структуру, указывающую на подспудную идею или намерение, хотя, как правило, последние столь быстро не воспринимаются как таковые»[4;21]. Он принялся исследовать ассоциации самого сна и его содержания, для которых свойственна совершенно другая система времени и пространства. Находя все новые расшифровки содержания снов, Юнг приход к качественно новым результатам. Ставя перед собой постоянный вопрос «Что же хотело этим образом, этой ассоциацией сказать бессознательное?» в конечном итоге исследователь приходит не к какому-либо потаенному комплексу пациента, а к  причине или же поводу начала воздействия бессознательного.

На данных принципах зарождалось  отношение Юнга ко снам. Основной смысл  исследования сна по Юнгу – это  способность человека к продуцированию символов. Но что же такое бессознательное и какую роль оно имеет в содержании сна?

Параграф  II. Значение сна в бессознательном в теории К.Г.Юнга

 «Мир лишь сон, где мы не спим»

В. Самойлов

Для дальнейшего корректного  анализа бессознательного в контексте  сна необходимо принять во внимание два наиболее важных положения: первое - сон следует рассматривать как  факт, относительно которого нельзя делать никаких предварительных утверждений, кроме того, что сон имеет некоторый  смысл; и второе - сон есть специфическое  выражение бессознательного.

Как упоминал Юнг, чем бы бессознательное ни было, оно является естественным природным явлением, воспроизводящим  осмысленные символы. Однако чем же, все-таки, по сути, является бессознательное само по себе? Опираясь на выводы Юнга, часть бессознательного состоит из множества временно затемненных мыслей, впечатлений, образов, которые, невзирая на утрату, продолжают влиять на наше сознание. Отвлеченный чем-либо, с «отсутствующим сознанием», человек может за чем-либо отправиться по комнате. Внезапно он останавливается озадаченный, - он забыл, что ему нужно. Его руки шарят по столу как во сне: человек забыл свое первоначальное намерение, хотя бессознательно руководим, управляем им. И вот он вспоминает, чего, собственно, хотел. Бессознательное вновь вернуло ему утраченную цель поиска.

Не обращая сознательного  внимания на встречающиеся нам каждый лень запахи, ощущения, очертания, лица, мы даже не подозреваем о том, что  все это констатируется нашим  бессознательным. Имея это ввиду, можно найти объективную причину реакций людей и событий.

«Как наиболее, с моей точки зрения, впечатляющий пример, приведу случай с профессором, который прогуливался за городом со своим учеником и был погружен в серьезный разговор. Внезапно он заметил, что его мысли прервались неожиданным потоком воспоминаний раннего детства. Он не мог понять причины этого отвлечения. Ничего из того, что говорилось, казалось, не имело ни малейшего отношения к этим воспоминаниям. Оглянувшись, наш профессор догадался, что первые воспоминания детства пришли ему в голову в тот момент, когда они проходили мимо фермы. Он предложил своему ученику вернуться к тому месту, где ему впервые бросились в сознание образы детства. Оказавшись там, он ощутил запах гусей и тотчас же понял, что именно этот запах вызвал поток воспоминаний.

В молодые годы он жил на ферме, где держали гусей, и их характерный запах оставил  прочное, хотя и позабытое впечатление. Когда он проходил мимо фермы, то ощутил этот запах подсознательно, и это  невольное (непроизвольное) впечатление  вызвало к жизни давно забытые  переживания детства. Восприятие оказалось  неосознанным, поскольку внимание было направлено на другое, а стимул не слишком велик, чтобы отвлечь его и достичь сознания напрямую. Но он вызывал «забытые» воспоминания» [4; с.30-31].

Таким образом, нельзя не уделять должного внимания, а уж тем более и вовсе отвергать существование бессознательного в природе человеческой психики.

Процесс обогащения бессознательного, помимо непроизвольного восприятия деталей, производится еще и переходом  «лишней» информации из сознательного, с помощью чего в сознании человека всегда есть место для новых идей и впечатлений. Воспроизвести «забытую»  таким образом информацию по собственной  воле индивида невозможно. Сделать  это можно лишь посредством стимулов-ассоциаций, связанных с конкретным воспоминанием. Тем не менее, даже при таком воспоминании мы не воспроизводим конкретную картинку или звук в своем воображении, а скорее испытываем определенные чувства, ощущения, сопровождавшие определенный элемент бессознательного.

Но точно так же, как  сознательное содержание может исчезать в бессознательном, новое содержание, которое до того прежде никогда не осознавалось, может возникать из него. Приход к мысли о том, что бессознательное - это не простой склад прошлого, но что оно полно зародышей будущих психических ситуаций и идей, привело Юнга к новым подходам в психологии.

Подобные случаи мы обнаруживаем в каждодневной жизни, когда задачи порой решаются совершенно новыми способами.  Многие художники, философы и даже ученые обязаны своими лучшими идеями вдохновению, которое внезапно появилось из бессознательного.  (знаменитые примеры создания Менделеевым своей таблицы, Стивенсоном – «Доктора Джекила и мистера Хайда» и др.). Способность достичь богатого источника такого материала и эффективно перевести его в философию, литературу, музыку или научное открытие - одно из свойств тех, кого называют гениями.

Принимая во внимание данные знания о бессознательном в практике – расшифровке и анализе снов – мы должны осознавать всю серьезность этой части сознания. Глубоко ошибается тот, кто полагает, будто бессознательное есть нечто безобидное и может быть предметом игры и развлечения. Разумеется, бессознательное опасно не при всех обстоятельствах; но как только возникает невроз, это значит, что в бессознательном произошло особое накопление энергии, а именно — своего рода заряд, который может взорваться. Здесь необходима осторожность. Когда психологи начинают анализировать сновидения, то сначала не знают, что они тем самым вызывают к действию. Возможно, тем самым в движение приводится нечто внутреннее и незримое.

Оставляя в стороне  опасности, на которые рискует натолкнуться лечение, необходимо признать, что бессознательное  может быть опасным и само по себе. Одной из самых распространенных форм опасности являются причины, провоцирующие  несчастные случаи. «Гораздо большее, чем публика могла бы подозревать, число разного рода несчастных случаев вызвано причинами психического порядка, начиная с таких маленьких несчастий, как спотыкание, столкновение, обжигание пальцев и т. д., и вплоть до автомобильных катастроф и несчастных случаев в горах: все это может иметь причину психического порядка и подчас готовится за недели или за месяцы до происшествия» [4; с.76]. Опираясь на исследования Юнга, можно с уверенностью сказать, что большая часть случайностей человеческой жизни может быть предсказана правильной расшифровкой сна, в котором отражены символы бессознательного, то, что провоцирует человеческую природу на конкретные действия в реальности. Одним из ярких примеров является случай из жизни самого Карла Юнга, когда ему за долгое время до начала первой мировой войны представлялись различные явления: «В  октябре,   когда  я   путешествовал  в  одиночестве,  меня  посетило неожиданное видение  -  чудовищный поток,  накрывший  все северные земли. Он простирался  от Англии до России, от  Северного моря до подножий Альп. Когда же он приблизился  к  Швейцарии, я  увидел,  что горы растут, становятся все выше и  выше, как бы  защищая от него нашу страну. Передо  мной развернулась картина  ужасной катастрофы: я видел могучие желтые  волны, несущие какие-то обломки и бесчисленнее трупы, потом это море  превратилось в кровь.  Видение длилось  около  часа. Я был потрясен,  мной овладели дурнота и стыд  за  мою слабость»[3; с.217-218]. Далее автор говорит, что это видение повторялось еще несколько раз, а затем (уже весной и летом 1914) была целая череда снов о том, что в разгар лета  вдруг наступает арктический холод и вся  земля  покрывается льдом. Пытаясь проанализировать свое собственное состояние и причины появления данного образа, Юнг приходил к выводу, что это не связано с революционными преобразованиями, а касается лишь только его самого, он был уверен, что ему угрожает психоз.

Однако не стоит оставлять  без внимания и положительные, полезные качества бессознательного в нашей  голове. Как уже было сказано ранее, постоянно активное бессознательное  способно запоминать, улавливать многие образы предметов и затем, в необходимый  критический момент, когда возможности  сознания кажутся уже исчерпанными, прийти ему на помощь, используя  идеи из зафиксированных реалий.

Глава II

Параграф I. Изучение бессознательного в отечественной науке

Советские психологи серьезно недооценивали влияние бессознательного на умственную деятельность. Фрейдизм после довольно непродолжительного периода популярности в Советском Союзе в 20-х годах стал запрещенным направлением исследований. В 60-х годах советские психологи начали осознавать свое отставание в этой области, но это ни в коем случае не означало, что они стали энтузиастами психоанализа. Если судить по литературе, то у многих советских психологов возникло беспокойство по поводу того, что вся область бессознательного оказалась отданной на откуп фрейдизму.

 В связи с этим они хотели продемонстрировать, что это не так или, по крайней мере, не должно быть так. Как следствие, в советской литературе были предприняты попытки показать, что Фрейд был не первым, кто обратил внимание на роль сферы бессознательного. Эти попытки, без сомнения, были связаны с желанием не связывать исследования сферы бессознательного с именем Фрейда. Советские психологи критически отзывались о «монополии» фрейдизма в психологии за рубежом, особенно в США, имея на это, возможно, вполне реальные основания. Среди них развернулась дискуссия (которая носила достаточно подробный и противоречивый характер) по поводу проблемы, которая может быть названа скорее семантической: они обсуждали относительные достоинства понятий «неосознанное», «бессознательное» и «подсознательное» для определения той области исследований, о которой идет речь; при этом некоторые советские психологи предпочитали называть эту сферу «неосознаваемой высшей нервной деятельностью», поскольку, по их мнению, именно это название было ближе всех к сути фрейдизма.

 Тем не менее, постепенно советские психологи все больше и больше начинали осознавать значение взглядов Фрейда. Выступая в 1962 г. на неоднократно упоминавшемся уже совещании по философским вопросам психологии и физиологии и обращаясь к аудитории, состоявшей из психологов, физиологов и философов, А.М. Свядош из Карагандинского медицинского института говорил: «3. Фрейд, несомненно, имеет заслуги перед наукой. Он привлек внимание науки к проблеме «бессознательного». Он показал некоторые отдельные конкретные проявления «бессознательного», как, например, влияние его на описки, оговорки. Однако он внес много фантастического в проблему «бессознательного». Сюда относятся его утверждения о сексуальности раннего детского возраста. Он создал ошибочную психоаналитическую теорию, которую мы отрицаем».

Работы грузинского психолога Д.Н. Узнадзе часто характеризуют как своеобразную «советскую альтернативу Фрейду», хотя взгляды Узнадзе также рассматривались в Советском Союзе как довольно сомнительные в идеологическом отношении, за что и подвергались критике. После 1960 г. эта критика носила менее чувствительный характер.

Параграф II. Теория установок Д.Н.Узнадзе

Узнадзе основательно коснулся проблемы бессознательного в связи с понятием установки (труд «Основы экспериментальной психологии» 1925). Здесь он утверждал, что переживания – ощущение, представление, мышление, эмоция, воля – не могут существовать бессознательно. Бессознательного психического не существует. Однако в то же время и самих психических переживаний недостаточно для того, чтобы их протекание стало для нас понятным. Необходимо выйти за пределы психического: но и физиологические факты неспособны предоставить нам достаточное объяснение своеобразного течения психических заболеваний.

Тем не менее, в дальнейших исследованиях он пришел к выводу, что нельзя считать установку  «непсихическим, только физиологическим  явлением». Таким образом, Узнадзе в конечном итоге признал существование бессознательного психического, но при этом такого, которое будучи лишено сознания, тем самым все же не снимает прежней формулы «бессознательного психического переживания не существует», ибо новое положение относится не к тем психическим явлениям, которые были известны в то время, и бессознательное существование которых Узнадзе решительно отвергал, а к совершенно новой сфере психики, изучение которой тогда еще только начиналось.

В отличие от зарубежных авторов, Узнадзе не менее удачно раскрывает природу поведения и  закономерность возникновения и  развития включенных в нее психических  процессов с помощью понятия  установки. В сущности же, на мой  взгляд, в смысловом плане такой  подход недалеко ушел от фрейдизма  и отличается лишь только в выборе понятий и отправных точек  зрения. В сущности, исходя из теории Узнадзе, бессознательное, лежащее в основе течения всей психологической жизни и определяющее своеобразие процессов сознания, существует и действует в форме установки.

Итак, установка по Узнадзе  есть явление биологического ряда, целостное динамическое состояние личности, которое создается на базе взаимосвязи потребности и соответствующей ситуации и определяет все течение деятельности. В установке заранее предусмотрено когда и где, какие внутренние (психические) и внешние (практические) акты деятельности должны выявиться, чтобы в данной обстановке активность была бы направлена целесообразно. Опираясь на осознание того, что установка действует независимо от сознания, становятся очевидными и ясными те особенности человеческого сознания, затрагивающиеся в проблеме бессознательного.

«Человек, как  целое, является не суммой психики и  тела, психического и физиологического, их соединением, так сказать, — психофизическим  существом, а независимой своеобразной реальностью, которая имеет свое специфическое качество и свою специфическую  закономерность и вот, когда действительность воздействует на субъекта, он как целостное, отвечает ей, как эта специфическая, эта своеобразная реальность, которая  предшествует частному психическому и  физиологическому и к ним не сводимо»... «В процессе взаимоотношения с действительностью определенные изменения возникают в первую очередь в субъекте, как целом, а не в его психике или в акте поведения вообще»... «Это целостное изменение, его природа и течение настолько специфичны, что для его изучения не пригодны обычные понятия и закономерности ни психического, и ни физиологического». [5; с24-25].

В понимании Узнадзе человек, как и любое живое существо, прежде чем начнет осуществлять  какое-либо поведение, оно (поведение) уже задано в нем в виде установки. Следовательно, специфическое состояние, возникающее у человека, когда он хочет удовлетворить ту или иную потребность можно назвать установкой.

Этот термин является особенно адекватным, так как указывает на несколько важных обстоятельств. Во-первых, на то, что изменение происходит в субъекте как в целом. Во-вторых, на то, что специфическое состояние субъекта побуждает его к определенному поведению, то есть это поведение предопределено в нем заранее, и, наконец, на то, что данное состояние — явление динамического характера, которое находит выражение в определенной активности.

В итоге взаимодействие живого существа и среды может быть представлено следующим образом: на живое существо, движимое импульсом удовлетворения определенной потребности, начинает воздействовать внешняя ситуация и вызывает в нем соответствующее ситуации целостное изменение — определенную установку. После этого субъект, имеющий такую установку, может осуществлять тишь соответствующие этой установке процессы и акты. Исходя из этого, по мнению Узнадзе, поведение субъекта (как человека, так и животного) в каждый данный момент времени должно быть сочтено реализацией той или иной установки.

Таким образом, поведение  живого существа определяется средой, но это отнюдь не носит механический характер. Среда воздействует не непосредственно на само поведение, вызывает его не прямым путем, а воздействует на субъект, изменяя его в соответствии с ситуацией в целом, обусловливая возникновение данной установки. Сами же  поведение определяется субъектом, имеющим определенную установку. Одним словом, он осуществляет те акты и процессы, то поведение, установка на которые выработалась у него под воздействием ситуации.

В конце концов, в основе поведения и человека и животного  лежит потребность, но это вовсе  не означает, что процесс формирования установок у них протекает  одинаково. Не стоит забывать, что  животное является биологическим существом  и все его потребности обусловлены  природой раз и навсегда. С человеком  все обстоит по-другому – он, будучи существом историческим изменяет круг своих общений вследствие развития социальных взаимоотношений между  людьми. Иными словами, потребности  человека могут не только меняться или утрачивать свою актуальность, но также возможно возникновение  новых потребностей.

Кроме того, специфической особенностью человека, существенно отличающей его от животных, является то, что ведущую роль в его жизни выполняет сознание. Человек, в отличие от животных, не подчиняется установке, возникшей на почве актуальной ситуации (импульса). Он заранее осознает свое поведение, прибегая к тому или иному сценарию поведения лишь в зависимости от результата этого осознания. Одним словом, установку животного создает ситуация актуального импульса, тогда как в основе установки, определяющей поведение человека, лежит воображаемая ситуация.

Для того чтобы показать свою теорию в действии Узнадзе пользовался  довольно показательным примером. Он заключается в следующем: испытуемый несколько раз подряд получает в каждую из рук по шару равного веса, но разного объема, причем шар меньшего размера дается всегда в одну и ту же руку. Затем испытуемому даются шары одинакового объема (и веса). На вопрос: «Какой шар больше?» — испытуемый, как правило, отвечает, что больше шар, находящийся в той руке, которая раньше получала шар меньших размеров. В основе появления подобной иллюзии, объясняет Узнадзе, лежит особое «внутреннее состояние». На основе результатов подобных простых опытов он и разработал теорию «установки», согласно которой эта установка формируется прошлым опытом человека.

Изучив установки более  тщательно, Узнадзе приходит к выводу, что они имеют следующие характеристики:

1. Возбудимость фиксированной  установки. То есть сколько установочных предъявлении (неравные мячи) требуется испытуемому, чтобы возникла иллюзия? Некоторым людям и 5 предъявлении достаточно, другим и 20 мало.

2. Прочность фиксированной  установки. Сколько раз при  предъявлении равных мячей возникает  контрастная иллюзия? В каком  по счету предъявлении человек  может стряхнуть с себя иллюзорное  восприятие неравенства? Одному  достаточно 5 предъявлении, а другому - 20. Иллюзия может "перескакивать" то слева, то справа, один из равных мячей кажется "больше". Это показатель пластичности установки.