Библейские мотивы в творчестве М.Ю. Лермонтова

Муниципальное общеобразовательное учреждение лицей №7

        Дзержинского района г. Волгограда

 

Районная учебно- исследовательская конференция для обучающихся 5-8 классов « На пути открытий»

 

 

 

 

 

 

Библейские мотивы в творчестве М.Ю. Лермонтова

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Работу выполнила:  Ковалева Ангелина

8 «Б» класс МОУ лицея № 7

Учитель русского языка и литературы: Артамонникова Лариса Николаевна, учитель первой категории

 

 

 

 

 

 

Волгоград 2011 

Содержание

Введение.

Глава 1. Лермонтов и Библия.

Глава 2. Молитвенная лирика Лермонтова.

Заключение   

 

 

 

 

Введение 

В истории литературной жизни России  М.Ю. Лермонтов - очень сложное явление. Поэт, проживший всего 26 лет, до сих пор остается неразгаданной  и до конца не понятой личностью. При знакомстве с его творчеством возникает вопрос, откуда же берет свое начало богоборческая лирика, и каково действительное отношение Лермонтова к Богу,  к Библии?

В этих вопросах и мнение исследователей было неоднозначным. Иван Аксаков писал, что « поэзия Лермонтова – это тоска души, болеющей от своей собственной пустоты вследствие безверия и отсутствия идеалов». Литературовед Л. Семенов отмечает, что Библия помогала поэту «в минуту жизни трудную, а С.Н. Дурылин  считает,  что Лермонтов в  конце своего творческого пути устает от демонического начала в своей душе и приходит  к  написанию  «чудных  молитв», полных веры, надежды и любви. Среди различных тем и разработок рассматривался и вопрос о религиозности поэта и его религиозного воспитания  в доме  бабушки Е.А. Арсеньевой.

К концу 30-х годов ХХ века  начинается   многостороннее изучение поэта, а в 1981 году в «Лермонтовской энциклопедии» появляются статьи:  «Религиозные мотивы»,  «Библейские  мотивы», «Богоборческие мотивы»  и «Демонизм».

Таким образом, в литературоведении (лермонтоведении) вновь возникает пристальный интерес к этой проблеме,  делаются попытки исследовать вопрос,  интересующий многих. В 90-е годы вновь стали появляться статьи и заметки в журналах,  комментирующие связь Лермонтова с Библией.

Название работы – «Библейские мотивы в  творчестве  М.Ю. Лермонтова» многозначно. В Лермонтовской энциклопедии  (1981г.) дается следующее определение: «Мотив - (от французского motif - мелодия, напев) - устойчивый смысловой элемент литературного текста,  повторяющийся в пределах ряда фольклорных (где мотив означает минимальную единицу сюжетосложения)  и  литературно-художественных произведений».

Мотив может быть рассмотрен в контексте всего  творчества  одного или нескольких  писателей,  а также отдельного произведения. Мотивами стали называть и характерные для поэта лирические темы или комплекс чувств и переживаний. Данное определение используется и в современном лермонтоведении.

Формулировка «Библейские  мотивы»  включает  в  себя христианские,  евангельские мотивы,  потому что они  берут  свое  начало из книг Нового Завета. Библейские мотивы зачастую сочетаются в одном произведении, но воспринимаются они по-разному. Это и лирические переживания, состояния и настроения, поэтические воплощения идей о Боге, о мироздании, о человеке как образе и подобии Божием. В них дается художественное истолкование лиц и  сюжетов  из Библии. Конечно же, черты мировосприятия налагают свою печать на разработку этих мотивов каждым поэтом, но у Лермонтова в библейской теме желание понять непознанное выходит на первый план.

Цель  работы: найти в произведениях Лермонтова библейские мотивы и доказать, что они берут свое начало из Библии, а также доказать, что в их появлении немаловажную  роль сыграло религиозное воспитание поэта в доме Е.А. Арсеньевой.

Задачи: 1. Выявить основные библейские темы, образы, сюжеты, идеи и определить их место в произведениях Лермонтова.

  2.  Произвести  анализ стихотворений-молитв  поэта.

Гипотеза: на появление произведений с библейскими мотивами в творчестве М.Ю. Лермонтова серьезное влияние оказала Библия и его религиозное воспитание в доме Е.А. Арсеньевой.

Объект исследования: произведения М.Ю. Лермонтова, книги Священного писания Ветхого Завета и Нового Завета ( Библия).

Актуальность: духовно – нравственное развитие посредством знакомства с библейской литературой, которая связана с темой духовных исканий поэта.

 

 

Глава  I. Лермонтов и Библия        

Жизненно-поэтическое мышление Лермонтова, с детства соприкасавшегося с религиозно-молитвенным обиходом в доме своей бабушки  Е.А. Арсеньевой, было приобщено  к  кругу  образов «Писания» (Библии). Вся внутренняя жизнь поэта протекает как бы перед Его, которого Лермонтов именует (как сказано в книге Бытия) «создателем мира», «творцом природы», взором. Возможно поэтому в лирических стихотворениях, связанных темой духовных исканий поэта, показана эволюция мировосприятия лирического героя как путь к Богу, который создал Землю. В светлые минуты своей жизни поэт слагает дивные гимны Создателю прекрасной, величественной вселенной.

  Некоторые исследователи называют стихотворение «Когда волнуется желтеющая нива» иконой русской природы. Слово «икона» в переводе с греческого языка – образ, священное изображение Иисуса Христа, Божьей Матери, святых. Икона создается для общения с Богом. Это стихотворение будто образ Божьего творения. На лермонтовской «иконе русской природы» непременные золотое поле, лес, ручей. Эти картины трогают наше сердце, потому что мы чувствуем неразрывную связь с землей и ее Творцом, который с любовью смотрит на свое творение:

Когда волнуется желтеющая нива,

И свежий лес шумит при звуке ветерка,

И прячется в саду малиновая слива

Под тенью сладостной зеленого листка;

Когда росой обрызганный душистой,

Румяным вечером иль утра в час златой,

Из-под куста мне ландыш серебристый

Приветливо кивает головой;

Когда студеный ключ играет по оврагу

И, погружая мысль в какой-то смутный сон,

Лепечет мне таинственную сагу

Про мирный край, откуда мчится он,-

Тогда смиряется души моей тревога,

Тогда расходятся морщины на челе,-

И счастье я могу постигнуть на земле,

И в небесах я вижу бога...

Лермонтовское « и в небесах я вижу Бога»  напоминает пророка Илью,  которому Бог явился не при вихре, не при землетрясении или в огне,  а в таинственной тишине. Лермонтов говорит о ветерке, Библия – «о веянии тихого ветра»(I кн. Царств, 19. 11-13). Можно предположить, что эти строки из Библии послужили основой в написании стихотворения.

По мнению многих исследователей, в стихотворении  «Пророк» (1841г) тоже присутствует тема из Ветхого Завета, касающаяся пророка Ильи. 

Посыпал пеплом я главу,

Из городов бежал я нищий,

И вот в пустыне я живу,

Как птицы, даром Божьей пищи;

Завет Предвечного храня,

Мне тварь покорна там земная;

И звезды слушают меня,

Лучами радостно играя...

вспоминаются не только евангельские «птицы небесные», но и вороны, по повелению свыше кормившие в пустыне пророка Илью (3 кн. Царств 17:1-6). Сходство стихотворения можно найти и в книге Нового Завета : «И посыпали пеплом головы свои, и вопили, плача и рыдая...» (Откровение 18.19)

В эпизодах библейских сказаний  можно выделить темы из Ветхого Завета, вызывавшие у поэта  лично-психологический отклик. Именно такой является строка из стихотворения «Поэт», 1838г.: «Твой стих, как божий дух, носился над толпой». В ней имеется сходство с  картиной описания сотворения мира: «Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною; и Дух Божий

носился над водою» ( Бытие, 1.2). 

Тема тревоги и необъяснимых душевных терзаний также прослеживается в стихотворениях поэта. Судьбу его нельзя назвать счастливой, возможно, поэтому он не раз говорил о жизни, как о чаше страданий:

Мы пьем из чаши бытия

С закрытыми очами,

Златые омочив края

Своими же слезами;

Когда же перед смертью с глаз

Завязка упадает,

И все, что обольщало нас,

С завязкой исчезает;

Тогда мы видим, что пуста

Была златая чаша,

Что в ней напиток был - мечта,

И что она - не наша!  ( «Чаша жизни»)

Тема  «чаши  горя» также берет свое начало из Библии.  В разных ее местах можно встретить такие изречения: «Если возможно,  да минует меня  чаша  сия» (Евангелие от Марка, 14:36); «Чаша в руке Господа, вино кипит в ней, полное смешения, и он наливает из нее.  Даже дрожжи ее будут выжимать и  пить  все  нечестивые земли» (Псалом 74.9.)

Тема скоротечности и незаметности  скупо  отмеренной человеку жизни перед лицом вечного бытия также присутствует в творчестве Лермонтова. В стихотворении «1831-го июня 11 дня» Лермонтов  перелагает слова псалма:

Есть всему конец;

Немного долголетней человек

Цветка; в сравненье с вечностью их век

Равно ничтожен...

В Псалтыре 102.15-16 написано:  «Дни человека -  как  трава;  как цвет полевой, так он цветет. Пройдет над ним ветер, и нет его, и место его уже не узнает его.»

И все  же Лермонтов ищет выход из этой тесной ограниченности земного существования. Ищет не в сверхвременном благополучии, которое было обещано  роду  праведников («хранящих завет Его и помнящих заповеди Его, чтобы исполнять их» - Псалом 101.18),  а в высвобождении души  из телесной оболочки и в творческом бессмертии:

В таком же духе дается эпиграф к поэме «Мцыри»: «Вкушая,  вкусих мало меда, и cе аз умираю.» Данный ветхозаветный  текст относится сегодня к числу устойчивых выражений традиционно - книжного происхождения.  Источник у поэта указан в самой общей форме,  без обозначения главы и стиха. В названной Лермонтовым 1 кн.  Царств (по древнееврейскому оригиналу - это 1 кн. Самуила) эпизод, откуда заимствуется эпиграф, читается в главе 14,  ст.22 по 45.  « И сказал Ионафан: смутил отец мой землю; смотрите, у меня просветлели глаза, когда я вкусил немного этого меду» (1кн. Царств 14. 29.) 

Рассчитывая на восприятие читателей, которым были хорошо известны библейские тексты, Лермонтов не только сравнивает героя своей свободолюбивой поэмы с вызывающим сочувствие образом юноши Ионафана, но, возможно, противопоставляет своего героя библейскому. Ионафану народ не дал погибнуть, юноша избежал казни за нарушение безрассудного обета. А Мцыри за невоздержную любовь к жизни и свободе  обречен к смерти. Но вместо оправдательной  интонации Ионафана: «Я  отведал...  немного меду» (там же,  43),  - у Лермонтова слышится горький упрек: «так мало» меда.

Интерес поэта  к  миру  Ветхого  Завета  роднит  его  с  Байроном (Л. Гроссман). Переложение "Еврейской мелодии" Дж.Байрона Лермонтов приближает к библейскому повествованию:

Душа моя мрачна. Скорей, певец, скорей!

Вот арфа золотая:

Пускай персты твои, промчавшися по ней,

Пробудят в струнах звуки рая.

И если не навек надежды рок унес,

Они в груди моей проснутся,

И если есть в очах застывших капля слез -

Они растают и прольются.

Пусть будет песнь твоя дика. Как мой венец,

Мне тягостны веселья звуки!

Я говорю тебе: я слез хочу, певец,

Иль разорвется грудь от муки...

  У английского поэта нет  упоминания о царственном сане  лирического героя, у Лермонтова – «Как мой венец, мне тягостны веселья звуки».

 Библейским источником служит  для Лермонтова  эпизод из I-ой книги Царств (16),  где повествуется о «злом духе от Господа»,  насланном за грехи на Саула, и о юном Давиде, разгонявшем игрой на арфе мрачную меланхолию царя.

Следует заметить, что в своих произведениях Лермонтов часто говорит об Ангелах, которые    немолчно славят Бога.  Замысел стихотворения «Ангел», возможно, возник в связи с воспоминанием о песне, которую Лермонтов слышал в младенчестве от матери:

По небу полуночи ангел летел,

И тихую песню он пел;

И месяц, и тучи, и звезды толпой

Внимали той песне святой.

Он пел о блаженстве безгрешных духов

Под кущами райских садов;

О боге великом он пел, и хвала

Его непритворна была.

Эти стихи напоминают древний Псалом:

Хвалите господа с небес;

Хвалите Его, все ангелы Его;

Хвалите Его, все воинства Его;

Хвалите Его, солнце и луна;

Хвалите Его все звезды света... (Псалом 148,1-4).  

Детские годы и религиозное воспитание в доме бабушки также наложило свой отпечаток на мировосприятие поэта, его творчество, возможно, отсюда берут свое начало следующие строки:

Ребенка милого рожденье

Приветствует мой запоздалый стих,

Да будет с ним благословенье

Всех ангелов небесных и земных!

( «Ребенка милого рожденье»,1839г)

В письмах Е.А. Арсеньевой к своему внуку также звучат  благословляющие слова: «Христос с тобою,  будь над тобою милость Божия».

Итак, наиболее важным в произведениях Лермонтова являются библейские мотивы, затрагивающие темы пророчества, тревог, страданий, скоротечности человеческой жизни. Они воплощены в текстах то в виде собственного библейского имени, то образа или идеи. Несомненно, что употребление библейских мотивов в поэзии и прозе Лермонтова рассчитано на читателя знакомого с Библией. 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава II. Молитвенная лирика Лермонтова 

Молитва есть словесное выражение живого богообщения. Человек, верующий в то, что все в мире зависит от воли Божией – рождение и смерть, счастье и неудачи, здоровье и болезни, постоянно обращается к Богу с молитвой, живет в общении с ним. Молитва вмещает бесконечно многое:  веру в отеческую любовь Всевышнего, убежденность в действенности молитвенного слова,  познание себя, со своими немощами и грехами, стремление к покаянию,  очищению,  спасению. Потребность «говорить к Богу», открываться ему в том или ином жизненном положении,  душевном состоянии присуща едва ли не всем русским поэтам. Именно поэтому существует у нас давняя и устойчивая традиция молитвенной лирики. В ней также есть переложения известных молитв, прежде всего «Отче наш».

Не оставила  равнодушным  поэзия и поэтика традиционной молитвы и М.Ю.Лермонтова, который написал три стихотворения с одноименным названием «Молитва». Первое из них -  « Не обвиняй меня, всесильный...»- создано пятнадцатилетним поэтом в 1829 году.

 В центре внимания сам  поэт. Его мучит сознание собственной  греховности. Эту греховность он  видит в пристрастии к земле  и ее радостям, в том, что ум  его далек от Бога («...в заблужденье  бродит/ Мой ум далеко от Тебя...»), что он « звуком грешных песен» молится не Ему, что  «жажда песнопенья» испепеляет ему душу. Редко где  Лермонтов  так глубоко проникал в свою творческую личность, так ясно понимал её и обрисовал столь отчетливо, как в «Молитве» («Не обвиняй меня,  всесильный...») Воззвания к Богу слишком откровенны и горячи.

В этом стихотворении поэт обнаруживает неистребимую противоречивость своей натуры (и человеческой природы вообще). Одной стороной она навеки прикована к «мраку земли могильной»,  и  «дикие  волненья» этого мира безраздельно владеют его сердцем .  Другой стороной она влечется к Богу и знает высшие и вечные ценности.

«Молитва» начинается как покаянное обращение к «Всесильному», который может обвинить и  покарать  за  недолжное  (за  упоение  земными страстями):

Не обвиняй меня, всесильный,

И не карай меня, молю,...

А дальше следует цепь придаточных анафорических предложений  («За то, что...»), составляющих первую строфу - период, где поэт перечисляет все свои грехи:

За то, что мрак земли могильный

С её страстями я люблю;

За то, что редко в душу входит

Живых речей твоих струя;

За то, что в заблужденье бродит

Мой ум далеко от тебя;

За то, что лава вдохновенья

Клокочет на груди моей;

За то, что дикие волненья

Мрачат стекло моих очей;

За то, что мир земной мне тесен,

К тебе ж проникнуть я боюсь,

И часто звуком грешных песен

Я, боже, не тебе молюсь

Но одновременно с покаянной интонацией ощущается в этих строках и чуждая молитве интонация самооправдания. Все чаще место «живых речей» занимают «заблужденья»;  гордость не дает принять мир таким, каков он есть, а смириться и приблизиться к  Всевышнему - страшно:

Мир земной мне тесен,

            К тебе ж проникнуть я боюсь.

Возникает и просьба о помощи:

Но угаси сей чудный пламень,

Всесожигающий костер,

Преобрати мне сердце в камень,

Останови холодный взор;

Поэт понимает свою избранность, и то, что поэтический талант –это дар Божий, но он кажется ему непосильным: «страшная жажда песнопенья» гибельна для его юного сердца, потому что она отделяет его от Бога» (М.Дунаев). Путь спасения «тесный», потому что требует от человека смирения, сдержанности, отказа от многих желаний.

Слова из Евангелия от Матфея « Тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь вечную» прямо перекликаются со строчками стихотворения Лермонтова. Только ценой сурового ограничения, обуздания и укрощения  Всесильный может обратить его на «путь спасенья».  «Сберёгший  душу  свою потеряет её;  а потерявший душу свою ради меня - сбережет её», - говорится в следующих словах Евангелие от Матвея. 10.39).   Понимая это, поэт стремится разорвать земные оковы, но они слишком тяжелы своей соблазнительностью. Он не может сам разрешить противоречие  и поэтому просит помощи у Бога:

От страшной жажды песнопенья

Пускай, творец, освобожусь,

Тогда на тесный путь спасенья

К тебе я снова обращусь.

Мучимый избытком своей свободы («мир земной мне тесен»),  мучимый соблазном «грешных  песен»,  он оставляет на волю Божию разрешение этой драмы, твердо, однако уверенный, что лучший исход из неё – «тесный путь спасенья». И нет в этом стихотворении-молитве ноток роптания,  протеста, самооправдания, а есть вера, пусть скрытая, но вера.

В 1837 году Лермонтов снова называет свое  стихотворение  «Молитвой» ( «Я,  Матерь Божия,  ныне с молитвою...»). Навеки задышала она в русском стихе. В центре внимания  - « дева невинная» и те, кто может ей помочь: Божья Матерь – заступничеством перед Господом.

Поэт ввел  стихотворение  в  текст  письма  М.А. Лопухиной от 15.02.1838 г под названием «Молитва  странника». Стихотворение строится как монолог лирического героя -  мольба  о счастье любимой  женщины,  о  её душе. В ходе монолога вырисовываются три образа:

- Божьей Матери;

- лирического героя;

- и той, о которой этот герой молится.

«Молитва» проникнута интонацией просветленной грусти, связанной с особым преломлением в этом стихотворении религиозных мотивов: существование «незлобного сердца»,  родной души заставляет героя вспомнить о другом, «светлом мире упования», в котором «теплая заступница» охраняет весь  жизненный путь «достойной души»:

Я, Матерь Божия, ныне с молитвою

Пред твоим образом ярким сиянием,

Не о спасении, не перед битвою,

Не с благодарностью иль покаянием,

Не за свою молю душу пустынную,

За душу странника в свете безродного;

Но я вручить хочу деву невинную

Теплой заступнице мира холодного..

И эта молитва не о себе (лирический герой отвергает  традиционные формы обращения к Богу с молитвой о себе).

В ней есть тот «необыкновенный лиризм», который, по мнению Гоголя, «исходит от наших церковных песен и канонов». И действительно, в акафистах Богородице «Нечаянныя Радости» и «Державныя» говорится о «Теплой Заступнице и Помощнице роду христианскому»; в акафисте «Троеручице» поётся, что Она  согревает «хладные сердца наша.»

 В этой своей молитве Лермонтов - глубоко народен.  Замечено, что русская молитва есть по преимуществу молитва к Богоматери и только через Неё ко Христу. Мы не знаем многих образов Христа, но образы и иконы Богоматери многообразны. Божья  Матерь как земная женщина, вознесенная на небо, ближе к людям  и может умолить своего Божественного сына о милости. Не случайно ее называют в молитвах «милости источником»:

Окружи счастием душу достойную;

Дай ей сопутников, полных внимания,

Молодость светлую, старость покойную,

Сердцу незлобному мир упования.

Срок ли приблизится часу прощальному

В утро ли шумное, в ночь ли безгласную -

Ты восприять пошли к ложу печальному

Лучшего ангела душу прекрасную.

«Молитва» («Я, Матерь Божия...») - совершенные стихи с начала до конца, но есть в них строка,  являющаяся кульминационной,  - это очень простая антитеза:  «Тёплой заступнице мира холодного». Она вобрала в себя эмоциональную мощь долгих переживаний и раздумий поэта. За этими словами встает все творчество поэта. Стихотворение высоко оценили современники  Лермонтова. В.Г. Белинский сказал о нём – «чудная «Молитва» [10].

Ещё через два года,  в 1839 г., Лермонтов опять, в третий раз, называет стихотворение «Молитвой» («В минуту жизни трудную...»): По словам  А.О. Смирновой (Россет) написана была эта «Молитва» для М.А.Щербатовой, которая велела ему молиться, когда у него тоска.

В минуту жизни трудную

Теснится ль в сердце грусть:

Одну молитву чудную

Твержу я наизусть.

Есть сила благодатная

В созвучье слов живых,

И дышит непонятная

Святая прелесть в них

Несравненную красоту  и  преображающую  силу  молитвенного  слова прекрасно чувствовали  многие  русские  поэты   (Жуковский,   Хомяков, Ф. Глинка...), но все-таки чаще прочих вспоминаются в минуты разочарований и невзгод строки именно этого стихотворения:

В «Молитве» очень проникновенно передано состояние душевной просветлённости.  Это  состояние противопоставлено «трудной  минуте  жизни»,  обычному для лирического героя Лермонтова скептическому настроению:

С души как бремя скатится,

Сомненье далеко -

И верится, и плачется,

И так легко, легко...

Вместе с  тем «святая прелесть» слов «чудной молитвы» предстает и как вообще власть слова над человеком, в котором заключена «сила благодатная».  Благодатная  – значит, исполненная Божественной благодати ( само слово «благодать» церковное и обозначает Дары Духа святого), то есть воли и силы, полученных свыше.

Не трудно заметить,  что, воспевая могущество «слова» Лермонтов использует библейскую лексику. В дореволюционных  работах (например,  в работах С.Шувалова) стихотворение это рассматривалось как свидетельство отхода Лермонтова  от мятежности к религиозному смирению. И в то же время, в 1841г., В.Г. Белинский подчеркнул, что «... из того же самого духа поэта, из которого вышли такие безотрадные, леденящие сердце человеческие звуки, вышла и эта молитвенная мелодия надежды, примирения и блаженства в жизни жизнию...» Советское литературоведение и критика  предпочитали  не  рассматривать это стихотворение с точки зрения религиозной направленности. В последнее время вновь стали появляться статьи,  авторы которых рассматривают молитвенную лирику  Лермонтова в связи с верой (религиозностью) поэта.

Итак, влияние Библии сказалось не только на содержании  произведений Лермонтова  (использование  библейских  имен,  образов,  сюжетов и т.д.), но и на форме его литературных творений.

Стихотворения - молитвы Лермонтова  тоже  отражают противоречивость его религиозных взглядов и отличаются своеобразием  авторской  позиции. «Молитва» 1829г.- это мольба о помощи. «Молитва» 1837 г.  - чистое молитвословие и в то же время шедевр любовной лирики. «Молитва» 1839г. - это вдохновение поэта, светлая грусть и надежда.  Сюда же можно и отнести стихотворение "Когда волнуется желтеющая нива» - это единение с Богом,  растворение в мире природы.

Таким образом,  можно сделать вывод, что молитвенный жанр –это новое развитие, связанное с темой духовных исканий поэта, его путь к Богу.

 

Заключение 

Библия - это Книга Книг,  которая вобрала в себя веками накопленный опыт  человечества  во всех областях жизни.  С древних времен люди искусства обращаются к ней в поисках новых сюжетов; многие страницы её вечно будут пленять людей силой вдохновения, яркостью образов, глубиной мыслей.

М.Ю. Лермонтов неоднократно обращался к Библии и использовал библейские мотивы при создании своих произведений. Следы её влияния обнаруживаются  уже в ранних произведениях Лермонтова. Его обращение к Библии можно объяснить несколькими причинами:

- религиозностью поэта, развившейся  в доме растившей его бабушки;

- направлением его творчества;

- влиянием Байрона.

Лермонтовское отношение к Богу весьма противоречиво.  В его литературных творениях представлены разные грани богопознания.:  хвала и обвинение, сомнения и вера, смирение и бунт.

Не составляет большего труда заметить,  что поэт больше тяготел к Ветхому Завету, христианская  же часть Библии мало представлена в  его  произведениях  (почти исключено употребление имени Иисуса Христа).

Библейские мотивы, связанные с темами сверхчеловеческой мощи, необъяснимых душевных терзаний, одиночества, странничества, скоротечности человеческой  жизни  перед лицом вечного бытия,  нашли у Лермонтова свой глубоко-личный, психологический отклик.

Материал из источников поэт представляет по-разному. Это собственное имя, образ, отдельный сюжет, цитата или просто идея, взятая из Библии.

В произведениях  они или определяют собой главную идею произведения (эпиграф к «Мцыри»), или несут какую-либо добавочную смысловую нагрузку (стихотворение «Пророк»).

Библейские мотивы  у  Лермонтова, хотя и едва заметные, имеют богоборческую направленность, интонацию примирения,  единения с Богом, с природой.

У поэта есть и целый цикл стихотворений - молитв, написанных в разные годы.  Сам М.Ю. Лермонтов назвал молитвами три своих стихотворения: «Не обвиняй меня, Всесильный»(1829г.), «Я, Матерь Божия...» (1837 г.) и «В минуту жизни трудную» (1839г.). Остальные же стихотворения (число их варьируется) причисляются к  молитвам в  силу  их особой эмоциональности,  интонации просветленной грусти, нежности и, все-таки, надежды.

Путем раскрытия интимно-духовных отношений личности к Богу, - движется молитвенная лирика Лермонтова. Она представлена очень разнообразно: от мольбы-спора до полного примирения с Богом в некоторые минуты жизни и растворения в природе.