Содержание                                            
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение

   Буряты (самоназвание — бурят), нация, коренное население Бурятской АССР. Живут также в Агинском бурятском национальном округе Читинской области РСФСР, Усть-Ордынском бурятском национальном округе Иркутской области РСФСР и некоторых других районах этих областей. Группы Бурятов живут также в северной части МНР и на С.-В. КНР. Численность Бурятов СССР 253 тыс. чел. По антропологическим признакам Буряты относятся к центрально-азиатскому типу монголоидной расы. Говорят на бурятском языке. Древняя религия Бурят —шаманство, вытесненное в Забайкалье ламаизмом. Большинство западных Бурятов формально считалось православными, но сохраняло шаманство. Пережитки шаманства сохранялись и у Бурятов-ламаистов. 

     В 17 в. Буряты составляли несколько  племенных групп, крупнейшими  среди которых были булагаты, эхириты, хоринцы и хонгодоры.  В состав Бурят вошло позднее  некоторое число монголов и  ассимилированных родов эвенков.  Сближение бурятских племён между собой и их последующая консолидация в единую народность были исторически обусловлены близостью их культуры и диалектов, а также социально-политическим объединением племён после их вхождения в состав России. В основном этот процесс завершился в конце 17—18 вв. В ходе формирования бурятской народности племенные различия в общем стёрлись, хотя диалектальные особенности сохранились. 

     Основу хозяйства Бурятов составляло  скотоводство, полукочевое у западных  и кочевое у восточных  племён; некоторую роль в экономике играли охота и рыболовство. В 18—19 вв. интенсивно распространилось земледелие, особенно в Иркутской губернии и Западном Забайкалье. Буряты испытали сильное влияние русской материальной и духовной культуры. С начала 19 в. у Бурят стало распространяться просвещение, возникли первые школы, начала складываться национальная интеллигенция. После Октябрьской революции, за годы социалистического строительства бурятская народность преобразовалась в социалистическую нацию.                                                                 
 
 
 
 
 
 
 

Национальные  традиции

   Шаманизм     

   Шаманизм, как традиционная религия, возникла еще на заре человечества, и постепенно трансформировалась, усложнялась. Главное  в шаманизме - обоготворение сил природы и умерших предков, вера во множество богов и духов, и что с помощью шаманов можно как-либо влиять на них для обеспечения счастья и предотвращения беды.  
    Начало шаманизма в Прибайкалье восходит ещё к первобытным временам, когда основными средствами добывания пищи были охота, рыболовство и собирательство. Вообще, в общей картине шаманизма в Центральной Азии, бурятский шаманизм выделяется высокоразвитым многобожием и сложностью обрядов. 

   Ремесло и промысел     

   Из  ремесел, прежде всего, следует отметить кузнечное дело. Оно исстари пользовалось у бурят уважением, кузнецы-дархаты обычно окружались большим почетом. 
По поверьям бурят, первым кузнецом был небожитель-небесный дархан Божинтой-убгэн, каждый из девяти его сыновей был эжином-покровителем какого-либо кузнечного инструмента. 
У бурят существовало почитание железа и предмнтов из него, считалось, что если возле больного или спящего человека положить топор или нож, то они будут лучшим оберегом от злых сил. Профессия кузнеца была наследственной, причем кузнецами иногда были шаманы. Кузнецы изготовляли орудия охоты, военного снаряжения (наконечники стрел, ножи, копья, топоры, шлемы, доспехи) ,предметы быта и орудия труда, в частности, котлы для варки пищи, ножи, топоры и т.д. Большое значение имело производство подков, удил, стремян, пряжек и прочих принадлежностей конской сбруи. 
    Различались белые (по цветным металлам) и черные (по железу) кузнецы, что служит указанием, что, были и ювелиры. Белые кузнецы делали главным образом из серебра, украшения для одежды, головных уборов, делали насечки орнамента на ножи, кубки, огнива,  различные серебряные накладки на кольчуги и шлемы. Некоторые кузнецы изготовляли предметы шаманского культа. Работа кузнецов была очень искусна, работы по нанесению насечек по железу не уступают по красоте и качеству, дагестанским и дамасским изделиям.  
     Помимо кузнецов и ювелиров, существовали и бондари, седельщики, токари, сапожники, шорники. Бондарный промысел обслуживал помимо хозяйственных нужд и прибайкальскую промышленность, был особо распространен среди бурят, проживавших возле Байкала. Следует отметить также судостроение, изготовление курительных трубок, седел и т.д.Трубки выделывались кустарями-трубочниками из березовых корней, украшались чеканкой с орнаментом, как и ножи, огнива. 
Конские седла были двух видов - мужские и женские, последние отличались лишь меньшими размерами, изяществом и тщательностью отделки.  

   Поселения и жилища           

   В 19 веке значительная часть бурятского населения жила в поселениях-улусах, разбросанных по речным долинам и нагорьям. Каждый улус состоял из нескольких семей-айлов или хотонов, объединенных по родовому признаку. Население проводило в улусах холодное время года, поэтому они назывались еще зимниками. Количество дворов в них было различно -от 10-12 дворов до восьмидесяти десятков. На зимниках располагались много стенные деревянные юрты, избы русского типа, хозяйственные постройки. Летом буряты Предбайкалья кочевали на летники, которые располагались вблизи пастбищ. Там обычно жили в войлочных или деревянных юртах. В Предбайкалье войлочные юрты стали исчезать еще к приходу русских, а в Забайкалье были распространены с плоть до революции.  
     Деревянные юрты, распространенные в Предбайкалье, имели покатую крышу и чаще всего строились в восемь стен из круглых лиственничных или половинчатых бревен, уложенных в 12-14 рядов. Диаметр юрты достигал 10 метров. В центре, для поддержания потолка, устанавливали столбы с балкой.  
    Потолок юрты покрывался вымоченной корой, дерном и тёсом. Внутри юрта делилась условно на две половины. В западной части-баруун тала-находились сбруя, орудия труда и оружие, на стене висели онгоны-изображения духов, а ввосточной-зуун тала -размещались кухня, кладовая. По обычаям, замужней женщине запрещалось входить в западную половину. Северная часть юрты-хоймор, располагалась напротив двери. Сюда, под защиту огня, ставили зыбку с грудным ребенком, сажали гостей. Посреди юрты располагался очаг и таган - большой чугунный котел. Дым поднимался вверх, и выходил через отверстие в потолке. Очаг считался священным, и с ним связаны многочисленные правила и обряды.  
    В северо-западной стороне устанавливалась деревянная кровать, в стене северо-восточной стороны вделывались или просто расставлялись полки для утвари. Снаружи иногда пристраивалось крыльцо, и была вкопана коновязь-сэргэ, верх которой украшался резным орнаментом. Сэргэ служил предметом особого почитания и являлся показателем достатка семьи, так как его отсутствие означало безлошадность, бедность   

   Охота и рыбалка    

   Из  других отраслей хозяйства среди  бурят были распространены охота  и рыболовство. Промысловыми являлись практически все дикие животные, обитавшие в местах расселения бурят. Много добывалось белок, горностаев, соболей. Популярными трофеями были косуля, изюбрь, лось, волк, кабан, медведь, рысь. Орудиями охотничьего промысла являлись ловушки, луки и стрелы, самострелы, с приходом русских - огнестрельное оружие. Охота у бурят была окружена всевозможными поверьями и запретами. С древности практиковалась облавная охота, прежде в них участвовало несколько сотен, а то и тысяч человек. Ольхонские буряты, жившие на Байкале занимались нерпичьим промыслом. Нерпу били в основном зимой и весной на льду, ловили сетями или стреляли из ружей. Рыбу буряты ловили сплетенными из прутьев ловушками, острогой, сетью, неводами, удочками. Был распространен лов рыбы с помощью перегораживания рек. Осенью рыбу добывали во время ледостава, оглушая рыбу колотушкой 

   Одежда, пища, утварь    

   Одежда  бурят изготавливалась в основном из продуктов скотоводства, обрабатывавшихся домашним способом. Из овчин шили шубы, из кожи - обувь, из шерсти - чулки и  т.д. Мужчины носили халаты с округлым воротником, доходившим до пояса, меховую  шапку из овчины, песца. Черно-бурой лисицы, выдры, соболя и др. Богачи носили летом халаты из бархата или шелка, который привозился из Китая. Халат украшался орнаментами, которые в разных районах были разные. Многое в одежде к началу 20в.было заимствовано у русских. Женщины также ходили в халатах, которые как и у мужчин, запахивались налево. Поверх халата они одевали безрукавку. Безрукавка имела пришитую к ней сборчатую юбку. Безрукавку женщины носили постоянно. Женская одежда украшалась орнаментами, бисером, драгоценностями, монетами. Шапка шилась из ткани и меха. Из обработанной кожи, шкур, юфти, овчины и т.д. шились унты как мужские, так и женские. Женские унты отличались лишь легкостью и изяществом. Носок украшался орнаментом.  
    Основой питания бурят служили молочные и мясные продукты, в меньшем количестве употреблялось мучное. Многовековое занятие скотоводством способствовало выработке многообразия молочных продуктов, которые потреблялись не только в весенний и летний периоды максимальных удоев, но и в различных видах заготовлялись на зиму. Основной пищей являлось мясо. Из него делали кровяные колбасы, позы и т.д. употребляли в чистом виде. Лакомством считалась свежая сырая баранья печенка. Из мучных продуктов был распространен саламат, который изготовлялся из поджаренной муки и сметаны. Любимым напитком был чай, к нему добавлялось молоко, иногда соль. Чай варили из трав, из березовых наростов-чаги, ввозили из Китая и Индии.

   Широко  были распространены напитки из молока.  
   Традиционная утварь состояла из чугунных котлов, медных чайников, деревянной посуды, а также кожаных сосудов и мешков из сыромятной кожи. В мешках хранилось зерно, мука, при перевозке укладывались домашние вещи. К деревянным сосудам относились ведра, кадки для приготовления простокваши, корыта, долбленые блюда, деревянные ковши, чайные чашки. С начала 20в. стала широко применяться европейская посуда.

   Медведь в представлении бурят  

   В традиционном мировоззрении бурят  особое место занимают представления  о животном мире. Идеи единства всего  живого, родства двух миров — людей и зверей, как известно, относятся к наиболее ранней истории человечества. Этнографы выявили в культуре бурят реликты тотемизма. Так, орел почитался бурятами как родоначальник шаманов и как сын хозяина острова Ольхон. Лебедь считалась прародительницей одного из основных этнических подразделений бурят — хори. Широкое распространение получили культы лесных зверей — волка, оленя, кабана, соболя, зайца, а также медведя.        

   В шаманской традиции бурят медведь  считался священным зверем; он воспринимался как существо, превосходящее по магической силе любого шамана. В бурятском языке сохранилось такое выражение:  ‘Медведь выше полета шамана’. Известно также, что шаманы использовали в своей практике кору с пихты, ствол которой был оцарапан медведем. Такое дерево буряты называют «медведем освященным деревом». Во время проведения хори-бурятами обряда посвящения в шаманы в качестве обязательных атрибутов использовали медвежьи шкуры.     

   В бурятском народном календаре с  образом медведя связаны некоторые прямые ассоциации. Один из зимних месяцев в календаре хоринских бурят, а также в календаре, зафиксированном в свое время В. Котвичем, называется бурган и ехэбурган, по П. Баторову — ехэ буран. По мнению П. Баторова, месяц ехэ буран нааларском наречии дословно означает ‘большой медведь-самец’. М. Хангалов пишет, что именно в этом месяце проводилась облавная артельная охота на кабанов, лосей, изюбрей, коз. Исследователи в связи с этим приходят к выводу, что «в основе народного календаря бурят лежит общесибирская архаичная календарная традиция древних охотников тайги, у которых выход медведя из берлоги весной знаменовал завершение холодного осенне-зимнего сезона, сезона таежной охоты и начало весенне-летнего периода».                                                        

Обычаи

   Семейно-бытовые  обычаи     

   В семейном и общественном быте бурят  с середины XVII—XVIII века ярко проявлялись черты патриархально-родового строя. Сохранилось деление на роды. По свидетельству Палласа, во второй половине ХVШ века насчитывалось около 80 бурятских родов. Кроме того, на территории Бурятии находились многочисленные группы монголов джунгаров, сартолов, прибывших из Монголии в период междоусобиц. По установившейся традиции, незнакомого бурята при встрече спрашивали, к какому роду (ясу, утха) он принадлежит. Каждый бурят должен был знать название своего рода и перечислить предков по мужской линии до седьмого-десятого поколения.    

   В бурятских общинах бытовал обычай взаимопомощи—туhаламжа при перекочевках, строительстве юрт, катании войлока, организации свадьбы, похорон. Позднее, в связи с развитием земледелия и сенокошения, помощь оказывалась при уборке хлеба и заготовке сена. Взаимопомощь особенно была развита среди женщин при выделке кожи, стрижке овец, катании войлока. Туhаламжа был полезен тем, что общими усилиями быстро и легко выполнялись трудоемкие работы, создавалась атмосфера дружбы и коллективизма.

   Тем не менее, бурятская родовая община конца XVII и XVIII веков уже была далека от идиллии всеобщего благоденствия и мира: в ней существовало социальное и имущественное неравенство со всеми вытекающими из него последствиями.    

   В новых социально-экономических условиях обычай туhаламжа нередко использовался бурятской родовой верхушкой в целях накопления богатства. Так, например, наделение имущими бедняков скотом под видом бескорыстной помощи в действительности было одной из форм эксплуатации, прикрываемой патриархально-родовой оболочкой. Таким путем бедняк-скотовод попадал в экономическую зависимость к более могущественному сородичу. С усилением социально-экономического неравенства крупный собственник узурпировал функции родовой помощи, превращая ее в средство эксплуатации.

   Родовые традиции обязывали бурят приглашать ближайших соседей на свежину, когда  резали барана, коня или быка. Это правило было более строгим, если охотник убивал козу, лося или медведя, если сосед по каким-либо причинам не мог прийти на трапезу, хозяин посылал ему куски мяса.     

   У бурят широко было развито гостеприимство. «Их гостеприимства и человеколюбие, читаем в одном из ранних сочинений о бурятах, -  сделали бы честь всякому образованному народу. Буряты, далекие от того, чтобы почитать бедных, как бы оставленных богом, всегда подают помощь путешественнику и доставляют разорившемуся средства к поправлению его состояния, стад, юрты, оружия... Когда путешественник,  земляк или иностранец остановится в их улусе, всякий считает за великую честь принять его и заколоть барана для угощения. Принимая гостя, бурят всегда делает ему подарок по своему состоянию, хотя бы он прежде вовсе не знал его, и при отъезде от чистого сердца желает ему благополучного пути, всякого возможного счастья и прочее. Он провожает его сам, или посылает проводить до ближайшего улуса, где передает его своим родственникам и друзьям». Так писал Ю. Джулиани в 1834 году.     

   С патриархально-родовыми отношениями  было связано такое явление, как гостевание. Гости приезжали не к одному лицу, а к группе родственников, но останавливались у кого-либо из старших. Каждый одноулусник-сородич считал своим долгом пригласить к себе прибывшего и угостить его. Вокруг гостей составлялась целая компания, которая обходила все юрты. Обычно по гостям разъезжали летом, во время общеродовых религиозных праздников — тайлаганов.       

   У бурят существовал древний обычай почитания белого цвета, который  в их представлении, олицетворял  чистое, священное, благородное. Посадить человека на белый войлок, значило  пожелать ему благополучия. Лица знатного происхождения считали себя белокостными, а бедняков—чернокостными. В знак принадлежности к белой кости богачи устанавливали юрты из белого войлока. Шаманы, «имеющие белое происхождение», носили белую одежду, ездили на лошади белой масти.                                          

Игры, увеселения, празднества

      Жизнь бурят-скотоводов не была такой скучной и однообразной, как это представлялось путешественникам XVIII века. М. Татаринов верно подметил, говоря: «Братские, как сидя в юртах, так и в кампании между собою  охотники петь песни и голосу протяжного, так же играют молодые в юртах, воркуют по-голубиному или кричат по-гусиному, по-утичьи и прочих птиц голосами. И так их игра весела и смешна». Многие игры, танцы и пантомимические сценки имели древнее происхождение и были связаны с охотничьим бытом предков бурят. К числу таких игр относятся «Тетеревиный танец», «Глухариная пляска», «Медвежья игра», «Волчья игра» и другие. Во всех этих играх и танцах исполнители стремились как можно точнее воспроизвести характер движений и голосов изображаемых животных. К древнему периоду относится и «Танец выкапывания сараны».    

   У бурят существовали специальные  игровые онгоны - наадани онгон, которые дошли вплоть до XX века. Этих онгонов призывали во время вечерок, чтобы позабавить молодежь. То же делалось и во время обряда кормления онгонов. Главным действующим лицом в таких случаях выступал шаман, который призывал онгонов и изображал тех или иных зверей, птиц, людей, имеющих недостатки или своеобразные качества (вспыльчивость, склонность к спиртным напиткам, насмешливость и ветреность).   

   Из  праздников обрядного характера, связанных  со скотоводством, следует отметить стрижку грив и хвостов у лошадей. Стрижка производилась весной с  помощью соседей. После окончания  работы хозяин делал брызгание и  бросал в огонь несколько кусков сваренного мяса вместе с вырванными из грив и хвостов белыми волосами, а затем угощал собравшихся.     

   Торжественными  были дни перекочевок. Например, при  переезде в летники весь улус в  один день приготовлял молочное вино, резал баранов и устраивал общее гуляние.    

   Танец ёхор устраивался с наступлением теплых весенних дней. На ёхоре проявлялись различные стороны духовной жизни бурят: одни просто исполняли песни, другие демонстрировали свой богатый песенный репертуар, одни шли наёхор блеснуть красотой голоса, другие— исполнить вновь созданные ими песни. Наёхоре веселились, встречались с друзьями и товарищами, юноши и девушки знакомились и влюблялись. Все это происходило в рамках степного этикета.     

   Общественными праздниками, тесно связанными с шаманизмом, были тайлагуны, или тахилы. Слово «тайлаган» происходит от древней общемонгольской формы «тахиху», перешедшей в «тайху», что значит «чествование» (чествование богов).Тайлаганы начинались молебствиями и жертвоприношениями местным духам-покровителям и заканчивались общей трапезой, питьем молочного вина и различными играми—состязаниями, борьбой, стрельбой из лука, конскими скачками. У большинства бурят существовали три обязательных тайлагана в году — весенний, летний и осенний. Самым большим праздником считался летний тайлаган. Участие в тайлагане считалось добровольным и почетным. Приносить натайлаган свое «сасали» (вино для возлияния божествам) и иметь пай — хуби от мяса жертвенного животного было делом чести не только хозяина, но и всех родичей. Поэтому бедным, которые не могли внести свою долю в организацию торжества, оказывали помощь. На тайлаган, как правило, разрешалось выходить только мужчинам и детям обоего пола. После тайлагана в течение двух-трех дней в улусах шла гулянка, молодежь устраивала наадан и ёхор.     

   У бурят существовал своеобразный культ слова. Сказочники, улигершины, песенники, знатоки загадок, пословиц и поговорок, остроумные и талантливые импровизаторы пользовались особой популярностью. Без признанных певцов, импровизаторов, тухэчинов не проходило ни одно празднество, ни одно важное событие в жизни улуса. Нередко лучшие из них специально выезжали в соседние улусы, чтобы посостязаться. В таких случаях хозяева, приняв гостей, выставляли против них местных мастеров, которые должны были отстаивать честь улуса и рода. Подобные состязания являлись своеобразным культурным событием и привлекали многих людей.     

   Нельзя  не отметить и такой обычай, как  «состязания в остроумии», устраиваемые на каких-либо торжествах: на свадьбе, во время приема гостей, на тайлагане. Это, по существу, сценка, наподобие интермедии, в которой принимают участие два человека или больше и которая рассчитана на зрителя. Один из участников задавал вопросы, имеющие целью осмеять или поставить в тупик второго, а партнер отвечал, проявляя максимум находчивости и стремясь в свою очередь поставить в затруднительное положение собеседника. Вопросы и ответы давались часто в стихотворной форме, с соблюдением аллитерации и определенного ритма. Мотив такого состязания был широко представлен и в песенном творчестве бурят.    

   С принятием ламаизма в Забайкалье празднества и увеселения начали приобретать несколько иной характер. Шаманские тайлаганы включались в систему ламаистской обрядности, устраивались без жертвоприношений животных, призывами и угощений таманских богов и духов. Отныне полагалось исполнять хвалебные гимны из чести ламаистских богов, ублажать их музыкой, душистыми омовениями, одаривать драгоценностями, высказывать благопожелания. Основными действующими лицами на праздниках становились ламы. По окончании молебствия начинался наадан, устраивались традиционные спортивные состязания.    

   Постепенно широкое распространение получили чисто ламаистские праздники — хуралы, устраиваемые при дацанах. Наиболее популярными стали дни Майдари и Цам, приходившиеся на летние месяцы. Праздник Майдари устраивался при стечении множества верующих с участием большого числа лам. Церемония, имевшая характер пышной мистерии, включала перенесение статуи Майдари на колесницу и передвижение этой колесницы вокруг монастыря. После религиозной части начиналось народное празднество, сопровождавшееся играми, развлечениями, состязаниями. В празднике Цам основную часть ритуала составляли пляски-мистерии лам в масках.

   В зимнее время праздновался сагаалган (белый месяц), приуроченный к началу первого весеннего лунного месяца, который считался одновременно началом Нового года. Празднование длилось около месяца и, помимо молебствия в дацанах, включало в себя гадания, изготовление фигурок животных и прочее. Во время праздника поздравляли друг друга, делали подарки, высказывали благопожелания, обильно угощались.                                            

Семейно – брачные обычаи и традиции

    Семейно-брачные  отношения бурят представляли собой  сложные, веками выработанные отношения  люден, отражавшие не только существующую социальную структуру общества, но и явления предшествовавших общественных формаций.    

   Господствующей  формой семьи являлась индивидуальная моногамная семья, которая включала главу семейства, его жену, детей  и родителей. Обычай допускал многоженство, но оно встречалось преимущественно  у состоятельных людей, так как за жену нужно было платить выкуп (калым).     

   Свадебные обряды бурят составляли комплекс различных  ритуалов, касающихся почти всех сторон жизни людей—искусства, религии, фольклора, этики, физической подготовки и т. д. Во время свадьбы улусники показывали свое мастерство в стрельбе из лука, в борьбе, и состязании рысаков и иноходцев, в исполнении песен, знании мифологии, генеалогий, легенд и предании.     

   Все стороны семейно-брачных отношений  регулировались обычаями и традициями. Экзогамия, сохранившаяся вплоть до начала XX века. не допускала вступления в брак лиц, принадлежащих к одному роду. Например, буряты Готольского рода брали жен из Ирхидеевского,  Шаралдаевского и Янгутскогородов. Существовал обычай сговаривать детей в младенческом  возрасте, даже когда они находились еще в колыбели. В знак заключения брачного договора родители жениха и невесты обменивались поясом, и пили молочное вино. С этого момента девочка становилась невестой, и отец не имел права выдать ее за другого. Буряты женили своих детей рано: в 14--15 лет, а иногда и раньше. Для переговоров отправляли сватов; при успешном выполнении их миссии начинались переговоры о калыме, величина которого зависела от состоятельности. «Есть жены, за которых их мужьями заплачено 60 лошадей, за некоторых даже 100, с добавлением к этому значительного количества быков и баранов и 20 и более верблюдов»—отмечал Ланганс.     

   Во  избежание расходов по калыму иногда прибегали к обычаю-андалята — обмену, заключавшемуся в том, что две семьи, имевшие сыновей и дочерей каждая, обменивались девушками. Согласно обычному праву, приданое являлось полной собственностью жены, и муж не имел на него никакого права. В некоторых местах, в частности у кударинских бурят, практиковалось умыкание — похищение невесты.    

   Свадебный обряд обычно состоял из следующих этапов: предварительный сговор, сватовство, назначение свадьбы, поездка жениха с родственниками к невесте и уплата калыма, девичник, разыскивание невесты и отправление свадебного поезда, ожидание в доме жениха, бракосочетание, освящение новой юрты. Свадебные обычаи и традиции в разных этнических группах имели свои особенности.

   Брачный союз нуждался в религиозном освящении. У шаманистов это заключалось  в том, что во время сватовства собравшиеся родственники и сваты  делали возлияние духам-покровителям. С проникновением ламаизма многие свадебные обряды и традиции претерпели изменения. Постепенно роль лам в свадебном процессе, как и вообще в жизни бурят, становилась чрезвычайно важной. Ламы стали определять день и час увоза невесты из родительской юрты, масть лошади, предназначенной для нее, а также человека, который должен вынести ее из юрты и посадить на коня.     

   По  существующим традициям, все сородичи невесты должны были делать подарки  ей во время свадьбы. Родители молодоженов хорошо запоминали тех, кто преподносил подарки, чтобы впоследствии отплатить равноценным подарком.     

   На  свадьбах обязательно произносили  благопожелания и наставления. 

   В отношении женщины существовала целая система правил, запретов и  обязанностей. Она не имела права называть по имени свекра и старших родственников мужа, сидеть, если те стояли, в присутствии родных мужа должна была находиться с покрытой головой и в женском наряде. Женщина не допускалась на общеродовые тайлаганы. После смерти мужа она становилась женой его брата  или другого родственника. Беременность не освобождала женщину от тяжелой домашней работы. При наступлении родов женщина изолировалась от других членов семьи, ибо считалась нечистой и не могла в течении определенного времени подходить и прикасаться к огню, держать щипцы, заниматься приготовлением пищи. Прежде чем приступить к домашним делам, она должна была пройти особый обряд очищения. «Весь женский пол почитают они нечистым, и для того никакая женщина не может пройти по западную сторону разложенного  в средине юрты огня, где идолы висят, но должна, хотя далее, идти другою стороною; ежели баба или девка поедет верхом, то по приезде ее лошадь, седло и узду окуривают богородской травою или пихтою»,—отмечал Ланганс.    

   В семейно-брачных отношениях еще сохранялись следы материнского рода. Среди родственников по матери особое место занимал ее брат, который имел ряд прав и обязанностей по отношения к детям своей сестры. В терминологии родства у бурят сохранились черты классификационной системы. Термины относились к строго определенной категории родственников, среди которых различались старшие и младшие, родня по мужской линии по отцу и по матери.