Древнерусское государство и право

    Тема  №1. Древнерусское  государство и  право.

1. Древнерусские правовые обычаи и «Закон русский».
2. Договоры Руси с Византией: первые международные нормы.
3. Княжеские церковные уставы. Влияние византийского права.
4. Русская Правда: редакции, источники, характеристика.
5. Правовое положение феодалов и феодальной администрации.
6. Гражданско-правовые отношения.
7. Преступления и наказания. Понятие преступления. Виды преступлений. Умысел и неосторожность. Необходимая оборона. Цели наказания. Виды наказаний.
8. Судопроизводство: «Закличь», «свод», «Гонение следа». Виды доказательств.

Древнерусские правовые обычаи и  «Закон русский».

Обычное право. Отношение государства к обычаям племенного строя и

периода военной  демократии было неодинаково. Одни обычаи регулировали

отношения, в  которые государство не считало нужным вмешиваться, предоставляя

населению самому решать, соблюдать их или не соблюдать. Эти нормы так и

действовали как  нормы обычаев. В частности, государство не вмешивалось в ход

проведения сельскохозяйственных работ, здесь продолжал действовать календарь —

древнейший обычай, определявший дни начала пахоты, сева и пр. Другие обычаи

оказались вредными в новых условиях, и государство всеми силами стремилось их

изжить. Так, в  связи с переходом в руки государственных  органов суда по

наиболее тяжким правонарушениям (например, убийству, разбою) государство

преследует суд  и расправу общины над преступниками, что нашло отражение и в

древнейших законах, например, в ст. 33 Краткой Правды. Еще одну категорию

обычаев составляли те, в соблюдении которых государство было настолько

заинтересовано, что готово было всеми силами принуждать к их исполнению.

Нормы этих обычаев  становились таким образом обычно-правовыми  и в

совокупности  явили собой древнейший, первый по времени возникновения источник

права — обычное  право. Итак, нормы догосударственного периода как бы плавно

врастают в право. Примечательно, что право у славян обозначалось общим

термином "правда".

Древние обычаи, воспринятые государством в качестве правовых и ставшие

древнейшим источником права, хотя и не были записаны, достаточно хорошо

сохранились в  памяти народа. Подобно обычаям племенного строя, нормы

обычного права были облечены в форму поговорок, пословиц, песен, сказаний.

В сфере уголовного права нормы обычного права действовали достаточно долго.

В начале XI века Ярослав законодательным путем закрепил правовой обычай

кровной мести, внеся в него свои изменения и  дополнения. Регулирование

имущественных отношений нормами обычного права осуществлялось тоже в течение

достаточно длительного  времени, поскольку государство не спешило вмешиваться

в сферу частных  отношений. Длительное время законодатель не касался порядка

заключения договоров, оставляя это на усмотрение сторон. Лишь конфликты,

возникавшие на этой почве, заставляли государство так или иначе реагировать. 

Закон Русский — обычное право в Древней Руси X века, упомянутый в договорах Руси и Византии, а также в «Русской Правде».

Восходит к  древней племенной эпохе восточных славян. В X веке был сложным по составу источником права, применявшимся в судебной практике князей.

Большинство исследователей (И. А. Исаев, О. И. Чистяков, др.) сходятся на том, что Закон Русский был устным источником права: до нас не дошло даже упоминания о каком-либо конкретном письменном законе до X в., а первые княжеские законы — «уставы» и «уроки» - использовались по памяти. Однако Карамзин Н. М. считал существование письменного закона в Древней Руси вполне возможным.

В любом случае, это был бессистемный свод или, что  вероятнее, совокупность разбросанных по греческим сборникам норм, основанных на естественном праве, на древнерусских обычаях и традициях и носивших, по большей части, уголовный характер.

Альтернативную  точку зрения представляет В. О. Ключевский, считавший Закон Русский правом городовой Руси, сложившимся в IX-XI вв. в славяно-варяжской среде торговых городов.

Нормы «Закона  русского» использовались при составлении Русской Правды (Краткой и Пространной редакций). В основном это были нормы уголовного права (убийство, телесные повреждения, различные виды кражи, поджог).

2. Договоры Руси  с Византией: первые  международные нормы

Договоры  Руси с Византией — первые известные международные договоры Древней Руси, заключённые в 911, 944, 971 годы. Сохранились только древнерусские тексты договоров, переведённые с греческого языка на старославянский и дошедшие в составе «Повести временных лет», куда были включены в начале XII века.

• Договор 2 сентября 911 заключён после успешного похода дружины князя Олега на Византию около 907 (См. статью Русско-византийская война 907 года). Он восстанавливал дружественные отношения государств, определял порядок выкупа пленных, наказания за уголовные преступления, совершённые греческими и русскими купцами в Византии, правила ведения судебного процесса и наследования, создавал благоприятные условия торговли для русских и греков, изменял береговое право (вместо захвата выброшенного на берег судна и его имущества владельцы берега обязывались оказывать помощь в их спасении)^[1].
• Договор 945 года заключён после неудачного похода войск князя Игоря на Византию в 941 и повторного похода в 944 (См. статьюРусско-византийская война 941—944 годов). Подтверждая в несколько изменённом виде нормы 911 года, договор 945 годаобязывал русских послов и купцов для пользования установленными льготами иметь княжеские грамоты, вводил ряд ограничений для русских купцов. Русь обязалась не претендовать на крымские владения Византии, не оставлять застав в устье Днепра, помогать друг другу военными силами.
• Договор июля 971 года заключён князем Святославом Игоревичем с императором Иоанном Цимисхием после поражения русских войск в болгарском Доростоле (по версии «Повести временных лет», после победы союзного войска над византийским). Договор содержал обязательства Руси не нападать на Византию, а также не подталкивать к нападению на Византию третьи стороны и помогать Византии в случае таких нападений.

Договоры Руси с Византией являются исключительно  ценным источником по истории Древней  Руси, древнерусского и международного права, русско-византийских отношений.

3. Княжеские церковные  уставы. Влияние византийского  права

Церковные уставы князей Владимира Святославича и  Ярослава Владимировича (Х—Х1 вв.), содержащие нормы о брачносемейных отношениях, преступлениях против церкви, нравственности и семьи. В уставах определялась юрисдикция церковных органов и судов.

Государство передавало церкви со всех собираемых даней «десятину», о чем записывалось в уставы. Составными частями «десятины» были отчисления от даней разных видов, от судебных платежей и торговых пошлин. Там же оговаривался церковный судебный иммунитет и определялись пределы церковной судебной юрисдикции: по кругу лиц, на которых она распространялась, и по кругу дел, которые рассматривались церковными судами.

Судебная власть церкви устанавливалась над всем христианским населением Руси, но лишь по определенным делам. Над некоторыми группами населения (церковные люди) церковный суд устанавливался по всем делам, так же как суд над населением церковных земель (вотчин). В ряде случаев действие церковных уставов накладывалось на сферу действия государственного законодательства, основным источником которого была Русская Правда.

Первое знакомство русских с византийским правом относится еще ко времени, предшествовавшему принятию христианства: византийскими элементами проникнуты договоры русских с греками X века, регулировавшие отношения русских и греков во время пребывания первых в Царьграде.^[18] Признается несомненным, что на Руси с самых первых времен существования христианства были известны в славянском переводе оба Номоканона, употреблявшиеся в византийской церкви: Номоканон в 50 титулов и Номоканон в 14 титулов. Первый из этих Номоканонов был переведен на славянский язык еще до крещения Руси, в эпоху обращения в христианство болгар и моравов, и в русских списках неизменно удерживал свою первоначальную болгарскую редакцию. Номоканон же в XIV титулов в его древнейшей редакции был переведен на Руси, вероятно, при Ярославе I. Одновременно с Номоканонами в Россию были занесены и др. памятники В. законодательства (Эклога, под названием «Главизн премудрых и верных царей Леона и Константина», и Прохирон, под именем «Градского закона»), которые вместе с Номоканонами входили в состав древних сборников, известных под названием Кормчей Книги (см. это сл.). При первых же христианских князьях перешел к нам и «Закон судный людем», составленный частным лицом в Болгарии, вероятно, до конца IX века. Это — переделка 17-го титула исаврийской эклоги, то есть устава о преступлениях и наказаниях, приспособляющая византийское уголовное законодательство к быту варварского народа, принимавшего христианство. Составитель приводит византийские членовредительные и др. наказания, но вместо них нередко назначает публичное церковное покаяние (отдачу в пост). В позднейших рукописных сборниках встречается распространенная редакция «Закона судного», под именем «Судебника царя Константина» (то есть Великого). Составитель ее вычеркнул отдачу в пост по церковному закону, сохранив только наказания членовредительные. Эта работа имеет характер не законодательного устава, рассчитанного на практическое применение, а келейно-умозрительного упражнения, которое сделано каким-нибудь духовным лицом, может быть, уже на Руси, а не у южных славян.^[19] Отсутствие толкований и неудобовразумительность славянского перевода давали себя чувствовать в церковной практике, вследствие чего киевский митрополит Кирилл II обратился в Болгарию за новыми книгами и, получив оттуда сербскую кормчую св. Саввы, представил ее Владимирскому собору 1274 г. Через сербскую кормчую к нам перешли: «Закон Моисеев» (выборка из Исхода, Левита, Числ и Второзакония), некоторые церковные новеллы Алексея Комнена и полный перевод Прохирона ^[20]. В 1649 г. приступлено было к официальному изданию Кормчей книги. Практическим источником нашего церковного права является еще один памятник византийского происхождения — Номоканон, который с 1639 г. печатается при большом Требнике. Впервые этот сборник напечатан был в Киеве в 1620 г., под названием: «Номоканон или законное правило», Памвой Берындой, который издание свое сделал с рукописи, принесенной в Киев с Афона. Это — покаянный устав, составленный по труду Матвея Властаря. Ср. А. Павлов, «Номоканон при большом Требнике» (Одесса, 1872), и М. Горчаков, «К истории епитимийных номоканонов православной церкви» ^[21]. Кроме того, в древней Руси были известны и другие юридические сборники византийского происхождения. Интересна по своему содержанию и историческому значению компиляция, относящаяся к концу XII или началу XIII века и носящая в рукописях название «Книги законные, ими же годится всякое дело исправляти всем православным князем». В состав ее входят: 1) «Закони земледельнии от Оустиниановых книг» — земледельческий устав (νόμος γεωργικος); 2) «Закон о казнех»; 3) «Закон о разделении браком», то есть о причинах развода и 4) «Главы о послусех»; три последние отдела заимствованы из Прохирона и Эклоги. Переводчик не только перелагает на русский язык отдельные византийские термины, имевшие техническое значение, но и делает в тексте иноземных законов некоторые изменения, сокращения и дополнения в видах приспособления их к русск. быту и понятиям. Прямых свидетельств о практическом применении земледельческого устава (остальные части компиляции были известны из Кормчей) мы не имеем, но весьма вероятно, что он применялся в духовных судах, в особенности по отношению к крестьянам, сидевшим на землях духовенства. Первое полное издание «Книг законных» было сделано в 1768 г. С. Башиловым (см.); затем в 1805 г. первая часть этого сборника напечатана была Максимовичем в его «Указателе российских законов» (т. II, М.), где она помещена в виде продолжения известного церковного устава, приписываемого великому князю Ярославу I, и над обоими памятниками поставлено одно общее заглавие: «Устав великого князя Ярослава Владимировича о церковных судах и о земских делах». Заглавие это было источником недоразумений для русских ученых. Лишь в новейшее время А. С. Павлов окончательно доказал, что мнимый устав Ярослава о земских делах есть не что иное, как первая часть «Книг законных»; он же в соч. «Книги законные» ^[22] издал полный славянский текст этой компиляции и подыскал к нему наиболее соответствующий греческий подлинник. Другой юридический сборник, по своему характеру и содержанию весьма близкий к «Книгам законным», появился у нас в конце XIII или в начале XIV в. под названием «Мерила праведного»; этот сборник составлен был из готового славянского материала, заимствованного из Кормчей, и должен был служить как нравственным наставлением, так и юридическим руководством для судей. Ср. статью Н. Калачова в его «Архиве историко-юридических сведений, относящихся до России» ^[23]. Одновременно с печатанием Кормчей патриарх Никон поручил одному из ученых юго-западной Руси, Епифанию Славинецкому, новый перевод памятников византийского права. Перевод, сделанный Епифанием, остался в рукописи, которая положена была в «патриаршей казне» для удобства желающих читать и списывать ее.

4. Русская Правда: редакции, источники, характеристика

Ру́сская  Правда (др. рус.: Правда русьская (XI век, 1019-1054 годы)^[1][2][3], Правда Руськая(вторая половина XV века) ^[4][5] (здесь «правда» в значении лат. iustitia, греч. δικαίομα) — правовой кодекс Руси. Правда Ярослава основана на устном законе и обычном праве Руси.

Русская Правда содержит в себе прежде всего нормы уголовного, наследственного, торгового ипроцессуального законодательства; является главным источником правовых, социальных и экономических отношений восточных славян.

Основные редакции Русской правды

Традиционно сохранившиеся  многочисленные варианты Русской Правды разделяются на 3 основных редакции, во многом отличающиеся, и получившие наименования «Краткая» (6 списков), «Пространная» (более 100 списков) и «Сокращенная» (2 списка), представляющая собой сокращённый вариант «Пространной редакции»

Краткая редакция состоит из следующих правовых текстов:

• «Правда Ярослава», от 1016 или 1036 г. (ст. 1-18);
• «Правда Ярославичей» (Изяслава, Святослава, Всеволода), от 1072 г. (ст. 19-41);
• Покон вирный — определение порядка кормления вирников (княжеских слуг, сборщиков виры), 1020-е или 1030-е гг. (ст. 42);
• Урок мостникам (регулировал оплату труда мостников (строителей мостовых, или, согласно некоторым версиям, строителеймостов), 1020-е или 1030-е гг. (ст 43).

«Краткая Правда»  состояла из 43 статей. Первая ее часть, наиболее древняя, говорила еще о  сохранении обычая кровной мести, об отсутствии достаточно четкой дифференциации размеров судебных штрафов в зависимости от социального статуса потерпевшего. Вторая часть (ст. 18 — ст. 43) отражала дальнейший процесс развития феодальных отношений: кровная месть отменялась, жизнь, имущество феодалов ограждались повышенными мерами наказания.

Списки «Пространной Правды» находят в списках церковных законов, в летописях, в статьях из Св. Писания судебного и законодательного характера («Мерила Праведные»)."Пространная правда" состояла из двух частей — Устава князя Ярослава Мудрого и Устава Владимира Мономаха, входивших в «Краткую Правду» с позднейшими изменениями и дополнениями Устава, принятого во время княжения Владимира Мономаха, после подавления восстания в Киеве 1113 г. «Пространная Правда» была составлена в XII в. Ей пользовались духовные судьи при разборе светских дел или тяжб. Она значительно отличалась от «Краткой Правды». Число статей- 121. Этот кодекс отражал дальнейшую социальную дифференциацию, привилегии феодалов, зависимое положение смердов, закупов, бесправие холопов. «Пространная Правда» свидетельствовала о процессе дальнейшего развития феодального земледелия, уделяя много внимания охране прав собственности на землю и другое имущество. В связи с развитиемтоварно-денежных отношений и необходимостью их правового регулирования «Пространная Правда» определяла порядок заключения ряда договоров, передаче имущества по наследству.

«Сокращенная Правда» относилась к значительно более позднему периоду. Историки полагают, что она сложилась в XV в. вМосковском государстве после присоединения территории "Пермь Великая" По Тихомирову она как раз там и была написана, что нашло своё отражение в денежном счёте.

Источники права

1. Правовые обычаи;
2. Судебная практика;
3. Договоры Руси с Византией;
4. Церковные уставы.
5. Правовое положение феодалов и феодальной администрации

В процессе развития феодальных отношении повсеместно происходил процесс превращения родоплеменной знати в собственников земля, феодалов. Прямые захваты общинных земель способствовали росту феодального землевладения и ускоряли формирование класса феодалов.

Высшей социальной группой в Киевской Руси были великие и удельные князья. Они являлись крупнейшими землевладельцами Руси. В "Русской Правде" нет ни одной статьи, в которой бы прямо определялось правовое положение князя. И в этом, видимо, не было никакой необходимости. Сосредоточение в его руках законодательной, исполнительной, военной и судебной власти делало его и верховным собственником всех земель, входящих в состав княжества. Одним из начальных способов установления княжеской собственности на землю была финансово-административная реформа княгини Ольги. Отменив полюдье и заменив его определенными ставками дани и другими повинностями, она тем самым положила начало превращению дани в феодальную ренту. Другим способом установления собственности князя на землю являлось строительство городов на окраинах княжеских сел, где князья эксплуатировали холопов и обезземеленное крестьянство: закупов, изгоев и т. д.

Дальнейшее развитие княжеского домена шло по линии постепенной  консолидации княжеских городов  и волостей с города ми и волостями, находившимися в общей административной системе земли - княжений.

Киевские князья в процессе своей законодательной  деятельности стремились создать нормы  права, которыми закреплялось бы их право  на землю, эксплуатацию крестьян, охрану и защиту собственности феодалов. Бояре, как верхушка класса феодалов, стремились оформить свое правовое положение, обеспечив за собой целый ряд привилегий.

Первоначально право владения землей предоставлялось  вассалам князя на период службы, но со временем они добились превращения этого права в наследственное. Владение феодалов стали называться вотчинами. И "Русская Правда", как кодекс феодального права, чутко стояла на страже защиты феодальной собственности на землю. "Русская Правда" охране феодальной собственности на землю уделяла большое внимание. За порчу межевых знаков в бортных лесах, за перепахивание полевой межи (ст. 71, 72), за уничтожение дерева с межевым знаком (ст. 73) полагалась продажа в размере 12 гривен, в то время как за убийство крестьянина (смерда) штраф составлял всего лишь 5 гривен (ст. 18).

Очень много  статей посвящено охране имущества  феодалов. Так, ст. 83 назначала поток  и разграбление (обращение преступника  и членов его семьи в рабство  и конфискация всего имущества) за поджог жилого и нежилого помещения (двора, гумна), ст. 35 - за конокрадство. За преднамеренное истребление скота по ст. 84 взыскивался штраф в пользу князя -12 гривен и возмещался вред хозяину (урок). За порубку бортного дерева (ст. 75) - 3 гривны штраф князю и полгривны - хозяину.

6. Гражданско-правовые отношения

Гражданское право. Русская Правда и другие источники древнерусского права довольно четко различают две основные части гражданского права -право собственности и обязательственное право. Право собственности возникает с утверждением феодализма и феодальной собственности на землю. Феодальная собственность оформляется в виде княжеского домена (земельного владения, принадлежащего данному княжескому роду), боярской или монастырской вотчины. В Краткой редакции Русской Правды закреплена незыблемость феодальной земельной собственности. Кроме собственности на землю, она говорит и о праве собственности на другие вещи - коней, тягловый скот, холопов и пр. 
Что касается обязательственного права, то Русская Правда знает обязательства из договоров и обязательства из причинения вреда. Причем последние сливаются с понятием преступления и называются обидой. 
Для древнерусского обязательственного права характерно обращение взыскания не только на имущество, но и на личность должника, а порою даже на его жену и детей. Основными видами договоров были договоры мены, купли-продажи, займа, поклажи, личного найма. Договоры заключались в устной форме, но в присутствии свидетелей - послухов. Купля-продажа земли, по-видимому, требовала письменной формы. При продаже краденной вещи сделка считалась недействительной, а покупатель имел право требовать возмещения убытков. 
Наиболее полно в Русской Правде регламентирован договор займа. В 1113 г. произошло восстание киевских низов против ростовщиков, и Владимир Мономах, призванный боярами, чтобы спасти положение, принял меры к упорядочению взимания процентов по долгам. Закон в виде объекта займа называет не только деньги, но и хлеб, мед. Существуют три вида займа: 
обычный (бытовой) заем, заем, совершаемый между купцами (с упрощенными формальностями), и заем с самозакладом - закупничество. Просматриваются различные виды процентов в зависимости от срока займа. Срок взимания процентов ограничен двумя годами. Если должник выплачивал проценты в течение трех лет, то он имел право не возвращать кредитору одолженной суммы. Краткосрочный заем влек за собой наиболее высокую процентную ставку.  

7. Преступления  и наказания. Понятие преступления. Виды преступлений. Умысел и неосторожность. Необходимая оборона. Цели наказания. Виды наказаний

О системе уголовного права Древнерусского государства можно говорить, лишь понимая под ней те нормы "Русской Правды", за нарушения которых прямо предусматривались наказания. Основными причинами, повлиявшими на становление уголовного права, было дальнейшее развитие феодальных отношений, наличие антагонистических классов и обострение борьбы между ними. Именно они определяли направление карательной деятельности государства. 
Одной из особенностей "Русской Правды" было отсутствие четкого разграничения между уголовными преступлениями и гражданскими правонарушениями. Все они объединялись понятием "обида", но не в смысле оскорбления чести, а в смысле причинения вреда (физического, материального и морального). 
В понятие "обида" входило как убийство, так и неплатеж долга: "аще убиють огнищанина в обиду, то платить дань 80 гривен убийце". В порядки преследования обидчиков разницы не существовало: то и другое возникало по инициативе потерпевшего. 
Субъектами преступления по "Русской Правде" являлись феодалы, городские люди и феодальнозависимые крестьяне. Холопы не являлись субъектами права, и за свои преступления и поступки они подлежали наказанию иногда более жестокому, нежели остальные члены общества. Так, по ст. 65, раба, ударившего свободного мужа, можно было убить. Отсутствие имущества делало невозможным для них уплату денежных штрафов. Поэтому за совершение преступления холопы подлежали иной ответственности. Уплату денежного штрафа, возмещение ущерба причиненного холопом, производил его хозяин и наказание холопа за совершение преступления было делом уже не государства, а феодала. Статьей 121 предусматривалась ответственность за кражу, совершенную беглым холопом, господин бежавшего холопа обязан был заплатить за унесенное его холопом имущество по урочной цене. Он мог его бить, убить, а в случае кражи у третьих лиц хозяин холопа мог выдать его пострадавшим, от кражи лицам (ст. 121). Если же хозяин оставлял холопа у себя, то он обязан был уплатить пострадавшим урок. Свободный человек за кражу платил штраф в пользу князя и урок в пользу пострадавших (ст. 75, 79, 82 и др.). При соучастии в краже, т. е. когда субъектами одного преступления являются несколько человек, накладывалась одинаковая ответственность независимо от степени участия в совершении преступления (ст. 42,43, 44). В ст. 35-46, 69, 76, 81 законодатель предусматривал различные виды краж, прежде всего в зависимости от характера и ценности похищенного имущества - конокрадство, кражу скота, хлеба, одежды и т. д. 
При определении наказания за кражу учитывалось откуда было похищено имущество (со двора, хлева, поля и т. д.). 
Если "Краткая Правда" (ст. 13) установила за конокрадство и кражу из закрытых помещений 3 гривны, то "Пространная Правда", защищая интересы феодалов, усиливает уголовную репрессию и предусматривает за аналогичные преступления высшую меру наказания - поток и разграбление (ст. 35). 
Статья 44 перечисляла денежные штрафы за хищение различных видов скота, устанавливала повышенную ответственность за хищение княжеского скота. Усиливая охрану феодальной собственности, статья имела в виду пресечение покушений на нее, в первую очередь, со стороны смердов. 
При определении наказания "Русской Правдой" учитывалось наличие умысла при совершении преступления: "Если кто по злобе зарежет чужого коня или другую скотину, тот платит 12 гривен штрафа, а хозяину за причиненный ущерб урочную цену". 
Статьи 54, 55 подробно указывали злостное, неосторожное и случайное банкротство и в зависимости от значения субъективного момента определяли различные наказания. При случайном или неосторожном банкротстве купец получал рассрочку, платежа на несколько лет ("зане же пагуба от бога есть"), при злостном же банкротстве купец мог быть продан в рабство. 
Стадий подготовки и совершения уголовных преступлений "Русская Правда" не знает. 
В период существования Киевского государства в обществе еще не сложилось абстрактное представление о государстве и государственной власти, не было и понятия о государственных преступлениях. Всякие преступления против государства понимались как выступления против княжеской власти. 
Преступления против личности. К ним относилось убийство, но "Русская Правда" подразумевала не всякое убийство чело века. Так, согласно "Правде Ярослава", убийство, совершенное в порядке кровной мести, не являлось преступлением и не подлежало наказанию. В "Правде Ярославичей" месть была заменена денежной вирой и головничеством, а убийство, совершенное в порядке кровной мести, стало преступлением и подлежало наказанию на общих основаниях (ст. 1). Статья 3 "Пространной Правды" за убийство "княжа мужа" устанавливала двойную виру (80 гривен), а за убийство всех других представителей княжеской администрации - простую виру (40 гривен). За убийство свободной женщины ст. 88 "Пространной Правды" взыскивала 20 гривен. 
Не являлось преступлением убийство ночного вора (ст. 40), застигнутого на месте преступления, но при условии, что в момент убийства вор не был связан, и это убийство произошло до наступления рассвета. Не являлось преступлением по "Русской Правде" и убийство холопа или рабыни (ст. 89). Закон расценивал это как нанесение хозяину холопа имущественного ущерба и обязывал убийцу возместить хозяину урочную цену, а князю - 12 гривен продажи лишь в случае убийства холопа или рабыни без вины. Если же холопа или рабыню убивал сам хозяин, то это преступлением не считалось, и виновный не платил не только урока, но и продажи. 
Наиболее опасным преступлением считалось, по "Пространной Правде" убийство в разбое без всякой ссоры. За это преступление была установлена высшая мера наказания - поток и разграбление (ст. 7), Почти таким же опасным преступлением считалось убийство "княжа мужа" в разбое, если конкретный убийца не установлен и община не ищет убийцу. Вира в 40 гривен изымалась за убийство свободных людей, приближенных ко двору, а также за убийство боярских и младших княжеских слуг. Менее опасным для господствующего класса представлялось убийство других категорий, граждан, о чем свидетельствуют размеры продажи, взимаемой в пользу князя: за ремесленника и ремесленницу - 12 гривен (ст. 15), смерда и холопа - 5 гривен (ст. 16), рабы - 6 гривен. Более позднее происхождение имеет ст. 89, которая предусматривала за убийство холопа и раба 12 гривен продажи князю. 
"Русская Правда" посвящала довольно много внимания и другим преступлениям против личных прав. Так, "Краткая Правда" за отсечение руки назначала штраф в 40 гривен, за побои до синяков и крови допускала кровную месть, а в случае невозможности мести - 3 гривны за обиду, и плату лекарю вносил преступник. 
За преступления против чести "Русская Правда" предусматривала 12 гривен штрафа. 
Все имущественные преступления обозначаются термином татьба. Важнейшим преступлением против прав собственности "Русская Правда" признает поджог двора и гумна - за это назначался поток и разграбление. Различные виды краж наказывались продажею. 
Установление денежного штрафа в сумме 17-18 гривен связано с повышением хозяйственного значения холопов, которых уже сажали на пашню и превращали в крепостных крестьян. 
Таким образом, система преступлений и система наказаний в "Русской Правде" свидетельствуют о строгой охране законом феодальных отношений. 
Виды наказаний 
Наказания в Киевском государстве являлись средством осуществления карательной деятельности в отношении классовых врагов и уголовных преступников. Лишь в начальном периоде существования Киевского государства кровная месть была пережитком первобытнообщинного строя. Месть заключалась к причинении зла противнику. Мера зла, причиняемая мстителем обидчику, не определялась ничем другим, кроме его произвола. Кровная месть не соответствовала интересам класса феодалов. Основные принципы феодального права требовали ее отмены и установления норм, по которым жизнь, здоровье и честь феода лов, как и их имущество, охранялись бы несравненно строже, нежели жизнь, здоровье и имущество другого свободного чело века. 
Во второй половине XI в. кровная месть как наказание была заменена денежным взысканием. 
"Русская Правда" знает довольно сложную систему денежных штрафов (виру, продажу, урок). 
Вира уплачивалась не за все преступления, а за убийство свободных людей и лиц княжеской администрации, за отсечение руки, ноги, носа или выкалывание глаз (ст. 1, 2, 3, 11, 12, 27 Кр. Пр.), за убийство "княжеского мужа" взыскивалась двойная вира - 80 гривен, а за убийство холопа (ст. 89) она не предусматривалась. 
В некоторых случаях "Русская Правда" назначала дикую виру, или повальную. Община оплачивала дикую виру, если при совершении убийства в разбое она отказывалась искать преступника (ст. 3). В этом случае уплата общиной виры предусматривалась в рассрочку на несколько лет (ст. 4). Дикая вира назначалась за убийство в ссоре (ст. 6), если преступник состоял с членами верви в круговой поруке. Обязанность общины помогать преступнику в уплате виры наступала только тогда, когда преступник ранее сам участвовал в платежах дикой виры. 
Продажа назначалась за имущественные преступления в зависимости от количества похищенного и за некоторые преступления против личности (ст. 30, 68), предусматривающие материальную компенсацию за увечья. 
За нанесение материального ущерба виновные по "Русской Правде" уплачивали пострадавшим денежную компенсацию (урок). Он предусматривался за убийство холопов (ст. 14, 16, 89), нанесение увечья (ст. 27), побои (ст. 29). Статья 85 приводит весь прейскурант урочных цен, которые взыскивались в пользу потерпевших за украденный у них скот. 
Высшей мерой наказания были поток и разграбление. Сущность этого наказания постепенно была сведена к физическому уничтожению преступника и его имущества. С. В. Юшков при водит яркий пример применения потока и разграбления неугодных Новгороду представителей администрации: "...заутра убища Семена Борисовича, и дом его весь разграбища, и села, и жену его яща". Налагалось это наказание за убийство в разбое (ст. 7), поджог (ст. 83) и конокрадство, которое, по всей вероятности, каралось потоком и разграблением в том случае, если совершалось неоднократно одним и тем же лицом. Иначе трудно понять смысл ст. 47, предусматривающей за кражу княжеского коня штраф 3 гривны; а за смердьего коня - 2 гривны". 
Смертная казнь как наказание в "Русской Правде" не упоминается. Однако она широко применялась к восставшим против княжеской власти, к изменникам. Князь Владимир по совету епископов ввел смертную казнь для наказания разбойников, хотя спустя некоторое время были восстановлены виры, необходимые для пополнения княжеской казны. Сын киевского князя Святополка приказал Инека Федора, который не мог указать, где находится клад "мучити крепко, яко омочиться власяница от крови его и посем повеле в дыме велице повесити и привязати его". Обычными видами казни в Новгороде были повешение, сожжение и свержение с моста в реку Волхов. "В 1141 г. Якуна мало не до смерти убища, обнаживши яко мати родила и свергоща с моста, но бог избави прибреде к берегу". 
В системе наказаний, установленных "Русской Правдой", получили ясное выражение принципы права привилегии и четкий классовые подход к наложению наказаний. Системой высоких денежных штрафов "Русская Правда" старалась внушить трудовому народу страх перед невозможностью его уплаты.

9. Судопроизводство: «Закличь», «свод», «Гонение следа». Виды доказательств.

Как по уголовным, так и по гражданским  делам судебный

процесс носил ярко выраженный состязательный, то есть обвинительный характер. Судебный процесс начинался только по инициативе истца, стороны в нем (истец и  ответчик) обладали равными правами, судопроизводство было гласным и устным,

значительную  роль в системе доказательств  играли присяга,

жребий  и ордалии (суд божий).

     Ордалии (в средневековом судебном  процессе ордалия — способ  выяснения правоты или виновности тяжущихся сторон путем так называемого «суда божьего») считались системой формальных доказательств, среди которых следует назвать судебный поединок — «поле». Победивший в поединке выигрывал

дело, поскольку  считалось, что бог помогает правому. В Русской Правде судебный поединок не упоминается. Однако различные источники говорят о практическом применении поля.

     Другим видом суда божьего  были испытания железом и водой.  Испытание железом заключалось  в том, что подозреваемый должен  был коснуться раскаленного металла, и по характеру ожога судили о его виновности. При испытании водой подозреваемого связывали особым образом, чтобы он не захлебнулся, и погружали в воду. Если он не начинал тонуть, то считался виновным (вода его не приняла).

     Особым видом доказательства была присяга — «рота». Она применялась, когда не было других доказательств, но, разумеется, по небольшим делам. Ротой можно было подтвердить наличие какого-нибудь события или, наоборот, его отсутствие.

     Система доказательств по Русской  Правде состояла также и из свидетельских показаний: видоков — очевидцев, свидетелей преступления и послухов — свидетелей доброй славы, поручителей (ст. 2, 10 и 30 Краткой редакции Русской Правды). Ими могли быть только свободные люди. Показания холопа не принимались в расчет. В случае отсутствия свободного

свидетеля в качестве такового мог выступить  только боярский тиун (тиун — домоуправитель, дворецкий). Закуп тоже мог быть свидетелем, но только по крайней необходимости  и по небольшим спорам (ст. 66 Пространной редакции Русской Правды).

     Судебный процесс проходил в  три этапа. Первый — это

закличь, то есть форма информации о бежавшем или пропав-

шей вещи. Делалось публичное извещение на торговой площади

(на  торгу) с указанием индивидуальных  признаков пропавшей

вещи  или отличительных особенностей пропавшего. Если про-

пажа  обнаруживалась по истечении трех дней с момента закли-

ча, тот, у кого она находилась, считался ответчиком (ст. 32 и 34

Пространной редакции Русской Правды).

     Следующий этап — свод (свод — процесс отыскания не-

добросовестного владельца вещи, розыск виновника  похище-

ния или  присвоения домашнего животного  или вещи), что на-

поминало  очную ставку. Эта процедура начиналась при опозна-

нии собственником  похищенной вещи и имела своей  целью

найти лицо, которое украло или присвоило  вещь, а затем пере-

дало  ее другим лицам. Лицо, у которого обнаружили пропав-

шую вещь, должно было указать, у кого эта вещь была приоб-

ретена. Свод продолжался до тех пор, пока не доходил до чело-

века, не способного дать объяснение, где он приобрел эту вещь.

Таковой и признавался татем (вором, от татьба — воровство,

кража). Если свод выходил за пределы населенного  пункта, где

произошла кража, он продолжался до третьего владельца, ко-

торый и брал на себя дальнейший розыск. Для того, чтобы побу-

дить  третьего владельца к продолжению  свода и отысканию преступ-

ника, с  этого третьего лица по счету владельца  взыскивалась стоимость

украденной  вещи, и ему предоставлялось право  далее самому продол-

жать  свод (ст. 35—39 Пространной редакции Русской Правды).

     Третий этап судебного процесса  — гонение следа. Гонение

следа заключалось в поиске доказательств  и розыске преступ-