Феномен «Дикого Запада» в истории американской экономики

Министерство образования  и науки РФ

НОУ ВПО «Гуманитарный  университет»

Факультет «Бизнеса и управления»

«Феномен  «Дикого Запада» в истории  американской экономики»

Реферат по экономической  истории

Выполнил: Ермаков И.М.

Проверил: Суворов Д.В.

г.Екатеринбург

2012 г.

Содержание

1. Введение
2. Великое переселение
3. Развитие Западных территорий с экономической точки зрения
4. Промышленная революция на «Диком Западе»
5. Отношения с индейцами и погоня за длинным долларом
6. Заключение
7. Список литературы

Введение

Своими корнями современная  американская экономика восходит к  поискам экономической выгоды европейскими поселенцами в XVI, XVII и XVIII веках. За это  время Новый свет превратился  из минимально успешного колониального  хозяйства в небольшое независимое  фермерское хозяйство и в конце концов сложнейшую промышленную экономику.

Путешествуя по Америке в 1831–1832 годах, Алексис де Токвиль1 стал свидетелем «странного беспокойства» в стране. Свои наблюдения он привел в известной книге «О демократии в Америке»:

Человек в Соединенных  Штатах строит дом, чтобы провести в  нем остаток своей жизни, но продает  его прежде, чем успеет покрыть  крышей; он разводит сад и бросает  его, как раз когда деревья  начинают плодоносить; он превращает дикую  землю в плодородную пашню, но предоставляет другим людям собирать урожай; он избирает себе профессию  и тут же бросает ее; он селится в каком-либо месте, которое вскорости покидает, чтобы нести свои переменчивые желания куда-то еще.

Тот неустанный – головокружительный и яростный – круговорот, который  описывал Токвиль, все еще является одной из характерных черт американской жизни. «Держи шаг, не отставай, вырвись  вперед; построй, снеси до основания, начни с нуля; ни минуты свободного времени, совсем выдохся, передохнуть  бы». Даже в повседневной речи отражается бешеный ритм каждодневного существования  в Соединенных Штатах. Можно найти  множество оправданий этой привычной сутолоке, однако история предлагает любопытные факты. Оказывается, лихорадочная гонка повседневной жизни, которая царит в Америке, вовсе не является изобретением нашей эпохи. Если верить Токвилю, те же самые проблемы возникали у американцев в XIX веке. И тенденция эта уже тогда не радовала: были те, кто страшился непрерывных изменений, но были и такие, кто дерзко бросал вызов всем обстоятельствам. Их протесты и альтернативные взгляды на общество также имеют долгую историю.

«Лихорадочный пыл», описанный  Токвилем, в значительной мере объясняется  теми коренными преобразованиями, которые  происходили в начале XIX столетия в экономике Америки. Эти изменения сказались на традиционном укладе жизни американцев (правда, северные штаты они затронули гораздо сильнее, чем южные) и в конечном счете привели к краху основных национальных ценностей. Речь идет о возникновении «рыночной экономики» – таком режиме хозяйственной жизни, когда, во-первых, американцы начали производить товаров гораздо больше, чем диктовали потребности их семей; во-вторых, результаты труда стали зависеть не только от затраченных усилий (то есть собственно количества труда), но и от производственных механизмов; в-третьих, бартерные отношения сменились товарно-денежными, в результате чего американцы оказались больше привязанными к деньгам как средству обмена; в-четвертых, они начали торговать на отдаленных рынках (тогда как раньше продукция реализовывалась внутри своего сообщества); и, наконец, произошла переориентация торговли – с далеких и чуждых иностранцев на соотечественников.

Помимо феномена «рыночной  экономики», в жизни американцев  происходили и другие перемены: расширение освоенной территории, усовершенствование транспортной системы, расцвет мануфактур, волны иммиграции и вспышка урбанизации; все они случились примерно в  одно время и внесли свою лепту  в создание нового порядка.

Целью моей работы является раскрытие феномена «Дикий запад» и  его отражения на экономике США.

Великое переселение

Освоение Дикого Запада - период между 1865-1890 гг., в который  происходило заселение западных территорий штатов: Северная и Южная  Дакота, Монтана, Канзас, Вайоминг, Небраска и Техас.

В начале XIX столетия самая  обитаемая «западная» территория располагалась  между Аппалачским хребтом и  Миссисипи. 

Массовое освоение Дикого Запада началось после гражданской  войны в США, закончившейся в 1865 году. Происходило оно в несколько  этапов. Гражданская война разорила многих американцев, особенно южан, и  поток поселенцев хлынул в бескрайние прерии в поисках лучшей доли. Основой  движущей силой массового переселения  явился принятый в 1862 году «Акт о собственности  на землю» (Homestead Act), который позволял практически всем брать себе «бесхозные» участки на незаселенных территориях. При этом индейцы ( всевозможные апачи, навахо, лакота и другие, более мелкие племена), исконные хозяева этих земель, в расчет  не принимались.

Никаких дорог здесь не было. Для индейцев, проводивших  большую часть жизни верхом на полудиких лошадях, вся прерия была сплошной дорогой.  Колонисты отправлялись в путь в огромных крытых фургонах, которые нередко называли «кораблями прерий». Двигались они медленно. Путешествовать на запад в одиночку было равносильно самоубийству, пионеры  путешествовали целыми семьями и  нередко оседали в областях, уже  освоенных их земляками. Несколько  десятков фургонов сбивались в караваны и медленно ползли в даль, оставляя за собой свежие колеи - "тропы" - первые дороги Дикого Запада. Для того чтобы добраться от долины Миссисипи до Тихого океана, каравану требовалось в среднем около полугода. Переселенцы двигались на Запад не с целью бегства от современного мира, а, напротив, для того, чтобы надежнее закрепиться в нем.

Путешествие по любой из «троп» было крайне тяжелым и рискованным  предприятием. Главным бичом переселенцев была нехватка питьевой воды. В редких фортах, попадавшихся на пути переселенцев, стоимость кувшина воды доходила до ста долларов (чернокожий раб, для  сравнения, стоил около 1000 долларов). Переселенцы страдали от многочисленных болезней, от нападений хищников и  враждебных индейцев. С наступлением холодов серьезной проблемой  становилась нехватка еды. Самым  страшным для каравана было попасть в снежную бурю в горах. Снегом заносило все проезжие пути, и колонистам оставалось ждать весны, питаясь мясом лошадей, а порой и своих умерших товарищей.

Первые поселенцы были фермерами и скотоводами. Но в 1848 в Калифорнии и в 1860 году на территории Дакота было обнаружено золото. Вспыхнула  золотая лихорадка, привлекшая новые  волны колонистов и авантюристов. Впоследствии случались еще несколько  ее "рецидивов".

Миграция на Запад продолжалась вплоть до 1890 года. Последней ее вспышкой стала знаменитая «гонка Харрисона», по имени президента Бенджамина Харрисона, который в 1889 г. объявил к заселению 2 млн. акров (8,100 км) «ничейной» (индейцы – не в счет) земли на территории современного штата Оклахома. В установленный день на границе территории собрались 100000 поселенцев на повозках и по сигналу армейского горна начали безумную скачку. Тот, кто первый вырывался вперед, столбил себе лучший участок земли и вместе с семьей оседал на нем. Кто отставал, тот гнал лошадей дальше, и тоже в конце-концов находил себе участок, строил на нем ранчо или разбивал плантацию. В считанные дни территория, куда ранее рисковали отправиться только редкие торговцы с индейцами, обзавелась 100-тысячным населением.

Во второй половине ХIХ  столетия Дикий Запад представлял собой разбросанную на обширном пространстве, от Миссисипи до Тихого Океана густую сеть небольших городков скотоводов, фермеров и золотоискателей, со своей уникальной культурой, нравами и правосудием.

Следует сказать, что «открытие» Запада никак не являлось спонтанным событием, подарком судьбы. Правильнее определить его как закономерный результат обдуманной правительственной  политики. В доказательство приведем четыре соображения. Во-первых, федеральным  правительством была разработана стандартная  процедура исследования, продажи  и дальнейшего администрирования  западных территорий. Их застройка  велась в строгом соответствии с  планом. В 1780-х годах был принят ряд специальных указов, регламентирующих строительство населенных пунктов. Оговаривались размеры поселения – шесть на шесть миль. Вся указанная площадь разбивалась на 36 кварталов (каждый по квадратной миле), и каждый из них впоследствии делился на половины, четвертинки и восьмушки – получались стандартные блоки будущего города. Доходы от продажи одного из кварталов шли на нужды народного образования. Как только население достигало 60 тыс. человек, данная территория могла претендовать на статус штата. Предписанная указами прямоугольность, простые пропорци

Во-вторых, федеральное правительство  осознанно расширяло национальные владения – через соглашения со штатами, переговоры с европейскими империями и насильственное присвоение индейских территорий. Белые американцы получили во владение миллионы акров  плодородной и, главное, надежно  охраняемой земли благодаря активной деятельности федерального правительства. Здесь следует назвать и земельную  сделку с первым консулом Бонапартом, сопровождавшуюся войной за восстановление национальной независимости; и договоры с ослабевшими колониальными  державами; и скоординированные  усилия по захвату новых сельскохозяйственных площадей. Однако то, что было хорошо для белых американцев, стало  настоящим злом для коренных жителей  Америки. Они оказались завязанными  с белыми пришельцами жестокими  отношениями обратной пропорции: чем  сплоченнее и сильнее становились  незваные гости, тем безнадежнее  выглядело положение индейцев: лишенные корней, порабощенные, на грани физического  истребления, они вынуждены были отступать все дальше на запа

В-третьих, федеральное правительство  сделало общественные земли более  доступными. В 1796–1820 годы цена за акр  упала на 37 %; а минимальная площадь, возможная к приобретению, снизилась  на целых 87 %. В 30-х годах XIX столетия типовая ферма стоила всего 100 долларов. При таких ценах недостатка в  покупателях не было: земельные участки  расхватывали, как горячие пирожки. В 1800 году федеральное правительство  распродало 68 тыс. акров общественной земли, в 1815 году – 1,3 млн акров, в 1818 году – 3,5 млн, в 1836-м – 20 млн акров. В том и заключалась осознанная политика правительства – сделать землевладение доступным для широкого круга граждан, заселить огромные пространства, распространить коммерческое фермерство на Западе и таким образом стимулировать развитие национальной экономики. К незапланированным побочным эффектам продаж земли относятся безумные капиталовложения в эту операцию, которые были под силу лишь земельным спекулянтам. В результате именно им и досталась большая часть реализуемой земли. Рядовые же фермеры, приобретавшие участки через государственные агентства, влезали в огромные долги.

В-четвертых, федеральное  правительство вложило большие  средства, чтобы помочь фермерам с  переездом на приобретенные участки. В 1807 году Конгресс одобрил строительство  Национальной дороги, связывавшей реки Потомак и Огайо. Строительство  началось в 1811 году в Камберленде  и Мэриленде и завершилось  в Иллинойсе. Сооружение благоустроенной  государственной дороги открыло  новую эру в развитии Соединенных  Штатов, но далее федеральное правительство  не сочло возможным вкладываться в дорожное строительство. Перед  ним стояли более насущные задачи: предстояло сначала решить проблему консолидирования национального долга  и лишь потом обращаться к местным  проектам. Прошло целое столетие, прежде чем на американской карте появились  такие крупные магистрали, как  «US 40» и «Interstate 70» (обе проложены примерно параллельно старой Национальной дороге). Бетонные полосы, которые многие автолюбители почитают за первые из дальних шоссе, на самом деле появились уже в окончательной фазе кампании по сооружению государственных дорог.

Таким образом, во всем, что  касается освоения западных земель –  будь то приведение в порядок новых  территорий, расширение контроля, продажа  земельной собственности или  усовершенствование транспортной системы  – решающая роль принадлежала национальному  правительству. Например, фермерские поселения  оказались разбросанными вдоль  всей границы (хотя связь между ними поддерживалась) не только из-за превратностей  личной судьбы, но и вследствие планомерного вмешательства федерального правительства. И все же – невзирая на объективные  факты, зафиксированные в исторических хрониках, – в народе закрепилось  стойкое критическое отношение  к правительству и его попыткам вмешиваться в дела пионеров.

Развитие Западных территорий с экономической точки  зрения

Промышленный переворот  на северо-востоке США шел одновременно с колонизацией Запада. В. И. Ленин, давая  научный анализ этой особенности  развития американского капитализма, писал: «Первый процесс выражает дальнейшее развитие сложившихся капиталистических  отношений; второй — образование  новых капиталистических отношений  на новой территории. Первый процесс  означает развитие капитализма вглубь, второй — вширь». Первоначально  в фонд общественных земель вошли  земли, лежавшие непосредственно к  западу от Аллеганских гор. В последующем  этот фонд увеличивался за счет захвата  новых территорий. Борьба вокруг распределения  земель была важнейшей частью классовой  борьбы в США — от Войны за независимость до Гражданской войны  включительно. Под давлением фермерского  и рабочего движения правительство  и конгресс были вынуждены постепенно уменьшить размеры продаваемых  участков с 640 до 80 акров, разрешить  продажу в рассрочку. Значительная масса поселенцев явочным порядком занимала еще не поступившие в  продажу земли общественного ф

Безусловно, одной из причин экономического роста США стало  освоение диких западных земель. Бежавшие сюда  скваттеры создавали свободные  фермерские хозяйства.  Основной поток  переселенцев шел из северных штатов. На Запад перемещались лишенные земельных  участков фермеры с Юга, а также  плантаторы в поисках плодородных  земель. Значительную роль в хозяйственном  освоении этих территорий сыграла иммиграция. В 1789–1812 гг. в США прибыло 250 тыс. человек.

С 1842 г. в страну в среднем  в год приезжало до 100 тыс. переселенцев.

Наличие на Западе свободных, пригодных для заселения и  эксплуатации земель обусловило преимущественно  аграрное развитие этого региона. Развивавшееся  фермерское хозяйство способствовало расширению товарных рынков и становилось  одним из источников формирования рынка  капиталов. Возраставшее сельскохозяйственное производство обеспечивало потребности  в продовольствии промышленных центров. По мере роста доходов фермеры  повышали спрос на промышленные изделия  производственного и потребительского назначения, что стимулировало развитие индустриального Северо-Востока. В  то же время фермерская колонизация  Запада обостряла проблему образования  рынка рабочей силы в стране, вызывая  отток населения с других территорий и усиливая тем самым дефицит рабочих рук. Благодаря возможности уйти на эти земли и постоянному отливу рабочей силы из восточных городов, уровень заработной платы в США оказался выше европейского.

Высокий спрос на рабочую  силу обусловил ее высокую стоимость, что диктовало необходимость  замены этого дорогого компонента издержек производства более дешевой машиной. Дороговизна рабочей силы стимулировала  изобретательство, ввоз из других стран  машин и оборудования. Технические  предпосылки возникновения фабричной  промышленности в США были в основном созданы промышленным переворотом  в Англии. Вместе с тем в самой  стране появилось много новых  изобретений, чему в немалой степени  способствовала система поощрения. Уже в 1790 г. был издан Закон  о патентах, дававший изобретателям 14-летнюю монополию на использование  своих изобретений.

Быстрое заселение Запада вызвало расширение американского  рынка и рост промышленности на Востоке, а позднее и в центральных  районах. На начальном этапе промышленного  переворота  активно развивалось  хлопчатобумажное производство. Главным  рынком сбыта хлопчатобумажных тканей становился  Запад. В 1860 г. по уровню развития текстильной промышленности США занимали уже третье место  в мире. Наряду с текстильным производством  промышленный переворот охватил  пищевую промышленность (прежде всего  мукомольную, которая по стоимости  продукции превосходила хлопчатобумажную), а также отрасли, производящие товары широкого потребления: обувную, швейную, кожевенную. В этих отраслях появился ряд технических усовершенствований, значительно повысивших производительность труда и качество выпускаемых  изделий; среди них – изобретение  швейной машины (1841), машины для изготовления обуви (1846), давших толчок для становления  новых отраслей машиностроения.

Промышленный переворот  вызвал развитие речного транспорта, строительство каналов, интенсивное  сооружение железных дорог. Одним из главных движущих факторов радикальных  изменений в этих сферах была экспансия  на Запад и его быстрое хозяйственное  освоение. Фермерское заселение Запада и вовлечение в хозяйственный  оборот его огромных природных богатств (угля, железных руд, нефти, леса, меди) актуализировало проблему ускоренного  строительства трансконтинентальных железных дорог. Железнодорожное строительство  предъявило спрос на продукцию тяжелой  промышленности, прежде всего сталелитейной. Первая железнодорожная линия была проложена между Балтимором и  Огайо в 1828–1830 гг. До начала 40-х годов  железные дороги рассматривались как  вспомогательные пути сообщения  к каналам. В 40–60-е годы железнодорожное  строительство вступило в полосу бурного развития. Компании, занимавшиеся сооружением железных дорог, получали от государства бесплатно землю, лес, строительные материалы, огромные денежные субсидии. Предпринимательство  в

Темпы железнодорожного строительства  в США были самыми высокими в мире. За 1840–1860 гг. протяженность железнодорожных  линий увеличилась более чем  в 10 раз (с 4535 до 49 000 км), составив примерно половину мировой железнодорожной  сети. К 1861 г. Атлантическое побережье  было связано железными дорогами с западной системой рек и озер. По общей протяженности внутренних коммуникаций, обслуживаемых паровым  транспортом, США в этот период превзошли  Англию.

В результате коренных преобразований транспортной системы страны в орбиту капиталистического предпринимательства, втягивались все новые и новые  территории. «Революция» на транспорте стимулировала рост производства в  металлургической, угольной, машиностроительной, судостроительной, лесной промышленности. Одной из особенностей железнодорожного транспорта в США являлось использование  дров в качестве топлива для паровозов  вплоть до 1860 г.

Промышленный переворот  в основном завершился в 1860 г. в наиболее развитых северо-восточных штатах, на которые приходилось 67,3% стоимости  промышленного производства страны. В зоне колонизации промышленное развитие также приняло формы, у  которых не было аналогов в Западной Европе. На эти территории капиталистические  отношения привносились из Западной Европы и уже заселенных районов  США.  Поэтому мелкое, в том  числе домашнее, производство, стихийно возникшее на западе США, предприятия  с ручным трудом, создававшиеся в  первой половине XIX в., быстро механизировались. В самых молодых штатах, где  промышленность только зарождалась, даже мелкие мастерские с несколькими  рабочими нередко имели паровой  двигатель. Основание городов на Западе часто предшествовало систематической  колонизации.

Таким образом, на новых заселяемых землях мануфактурная стадия в развитии промышленности сокращалась или  устранялась вовсе. Традиционные стадии капиталистической эволюции проявлялись  в этом регионе в еще более  урезанном виде, чем на Северо-Востоке, где мануфактурный период был  значительно короче западноевропейского. Кроме того, углублявшееся территориальное  разделение труда обусловливало  специализацию Запада главным образом  на переработке пищевых продуктов, лесоматериалов, изготовлении сельскохозяйственной техники. Завершение промышленного  переворота на Северо-Востоке стало исходным пунктом, предпосылкой и фундаментом для индустриализации западных и южных штатов в последующий период.

Промышленная  революция на «Диком Западе»

Промышленный переворот  на Западе США требует отдельного внимания. Так некоторые историки задаются вопросом: а была ли здесь  вообще промышленная революция? Российские историки А.В. Ефимов2 и Н.Н. Болховитинов3 убедительно доказали, что к 1860-м годам она в основном уже завершилась на Северо-Востоке страны. На Юге тогда господствовало плантационное рабство, а значительную часть Запада еще предстояло освоить. Учитывая это, А.В. Ефимов и некоторые другие исследователи полагали, что промышленная революция продолжалась в стране и после Гражданской войны. По мнению Н.Н. Болховитинова, в США в последней трети XIX в. имела место индустриализация, предпосылкой которой был промышленный переворот на Северо-Востоке. При очевидной разнице двух подходов (индустриализация не идентична промышленному перевороту и начинается после него) не выясненным остался вопрос о путях и формах промышленного развития Запада и Юга США. 

На новых землях Запада картина была крайне разительной: бескрайние прерии и чащи девственных лесов  перерезали железные дороги, то тут, то там слышался шум лесопилки, паровой  мельницы или механической мастерской. На пустых местах в считанные месяцы вырастали благоустроенные поселки, строились города, заводы, шахты. Тысячи иммигрантов и переселенцев из старых штатов устремлялись сюда на работу. Обратившись  к промышленной статистике, мы увидим на Западе США стремительные, "стартовые" темпы роста индустрии и занятого в ней населения. Казалось бы, это  брала разбег еще одна промышленная революция - общеизвестны те перемены, которые она внесла в застойную  экономику и весь уклад жизни  мануфактурного периода в европейских  странах. Но если неукоснительно придерживаться научных терминов, мы поймем, что  никакой промышленной революции, сопоставимой с европейской или северо-восточных штатов, Западе США  (как и на Юге) в действительности не было - ни до, ни после Гражданской войны.

Подход к этому вопросу  состоит в разграничении и  типизации некоторых понятий. Промышленный переворот как одно из крупнейших событий всемирно-исторического  значения органически связан с переходом  капитализма из мануфактурной стадии в фабричную и поэтому не может  прилагаться в качестве понятия  к любым проявлениям машинизации  производства или к индустриализации в широком ее смысле. Американские исторки Ф. Бейтман и Т. Вейс полагают, что, поскольку на Запад индустриализация пришла с Востока, оба региона составили единую систему, отличавшуюся от плантаторского Юга, и на Западе в последние десятилетия XIX в. также произошел промышленный переворот. В то же время они говорят и о значительном сходстве промышленности Запада и Юга в количественном и структурном отношении. При таком подходе затушевывается принципиальное отличие путей индустриального капитализма во всех трех регионах.

Специфика "западной" модели заключается, на наш взгляд, в том, что штаты, расположенные к западу от тринадцати первоначальных, были заселены на протяжении XIX в., т.е. тогда, когда  в странах Европы и на Северо-Востоке  США развивалась фабричная система, а мелкое производство становилось  на машинно-механическую основу. Чем  позже образовался новый штат, тем скорее появлялось в нем машинное производство, а стадия применения ручного труда практически отсутствовала, поскольку мастерские и мануфактуры  приобретали характерную для XIX в. механизированную форму.

Н.Н. Болховитинов вполне справедливо  полагает, что в конце XVIII - первой половине XIX в. на американских мануфактурах все больше применялись машины и  механизмы, но придерживается той точки  зрения, что "подвижная граница" на Западе задержала переход от мануфактуры  к фабрике на многие десятилетия. По мнению А.В. Ефимова, колонизуемые земли  Запада какое-то время представляли собой как бы резервацию отсталых форм производства и поэтому там  создалась основа для промышленного  переворота.

Разумеется, пионерам освоения Запада приходилось создавать прямо  на целине примитивные промышленные заведения - мастерские, мельницы, кузницы  и т.п. Возрождались, хотя и на короткое время, домашние промыслы. Но уже в 1850-е  годы в некоторых пограничных  штатах "домашняя промышленность" практически отсутствовала. Вначале  на Западе, как и на Юге, развивались  в основном те производства, которые  требовали элементарной механизации - в первую очередь это лесопилки  и мукомольные мельницы. Но их, как  известно, нельзя идентифицировать ни с "классической" мануфактурой, ни с ремеслом. Выполнение простых операций с помощью механизмов, работавших от мельниц, не представляло собой и  промышленного переворота, так как  здесь не происходило замены ремесленного инструмента рабочей машиной.

Что касается заведений с  ручным трудом, то они сохранялись  в ряде отраслей не только на Западе, но и на Северо-Востоке. Обувные, кожевенные, швейные, шляпные мастерские в середине XIX в. были на пути к механизации. Во второй половине XIX столетия на промышленную основу было поставлено консервирование  и переработка пищевых продуктов. Тяжелый ручной труд в горной промышленности был механизирован, но далеко не полностью  и лишь к концу века - при помощи парового двигателя, врубовой машины и  экскаватора. Правда, в сельской местности  еще долго сохранялось старинное  ремесло кузнеца, но в XIX в. из ремесленника - изготовителя орудий и инструментов - он превратился в мастера по их ремонту.

Текстильная, в частности  хлопчатобумажная, промышленность в  западных штатах была незначительной и даже меньшей по объему, чем  на Юге. Не развивалась она и во второй половине XIX в. Перед Гражданской  войной ее представляли мелкие заведения, где вырабатывалась в основном пряжа. Уже в 1810-1820 гг. готовые ткани поступали  на западный рынок с фабрик Новой  Англии. Зато к 1860 г. Запад завоевал первенство в изготовлении сельскохозяйственной техники, особенно плугов, косилок, жаток  и культиваторов.

Запад быстро обогнал Юг по общему объему производства в металлургии  и машиностроении (эта промышленность сконцентрировалась в долине р. Огайо  и близ Великих озер). В 1860 г. Западные штаты были на втором месте после  среднеатлантических по выпуску  рельсов (третье место занимала Новая  Англия, последнее -Юг). По использованию  в металлургии паровых машин  Запад занял первое место, причем перед Гражданской войной там  развивалась коксовая металлургия.

Так как большая часть  территории Запада начала осваиваться  после 1840-х годов, ремесленно-мануфактурный  период там практически вообще отсутствовал как стадия, предшествовавшая фабричному производству.

Американский Запад был  не только колонизуемой землей, но и  обширным рынком сбыта для промышленных изделий, поступавших с Северо-Востока  благодаря интенсивному росту транспортной, в первую очередь железнодорожной  сети. В связи с этим вытеснение незначительной домашней и мелкой сельской промышленности, появившейся в первой половине XIX в. на колонизуемой части  Запада, продукцией заводов и фабрик следует рассматривать в контексте  промышленной революции на Северо-Востоке  и дальнейшей индустриализации страны.

Указанные выше особенности  промышленного развития Запада в XIX в. никак не могут рисовать нам  картины промышленного переворота в этом регионе ни до, ни после  Гражданской войны. Но главное, что  хотелось бы подчеркнуть, так это  то, что такие темпы механизации  промышленности на новых землях практически  не оставляли времени для развертывания  капиталистического производства на базе ручного труда. В большинстве  штатов Запада, даже основанных после 1850 г., отношение общего числа двигателей (водяных и паровых) к числу  предприятий очень быстро повышалось до уровня индустриальных штатов.

Согласно исследованиям  западные штаты не отставали от северо-восточных  по внедрению машин. В середине XIX в. это было заметно по паровым  двигателям, а в конце столетия - по появлению в промышленности электромоторов и двигателей внутреннего  сгорания.

 Внешние черты сходства  промышленности Запада и Юга  США, определявшиеся их хозяйственной  специализацией и экономической  конъюнктурой, не заслоняют принципиальную  разницу самих основ ее развития  в каждом из этих регионов. Так, южные штаты до Гражданской  войны опирались главным образом  на собственные трудовые ресурсы,  включая рабов. На свободном  Западе промышленное население  было более многочисленным, поскольку  туда шел большой поток иммигрантов  и переселенцев из индустриальных  штатов, из них в основном и  формировался рабочий класс на  колонизуемой земле. На Западе  США, во всяком случае, на начальном  этапе колонизации, важнейшим  фактором появления рабочего  класса стал сам переселенческий  процесс, а не воздействие крупной  индустрии на местное население,  как во время промышленного  переворота на Северо-Востоке.

В чем основная, фундаментальная  причина столь быстрого экономического развития свободных штатов Запада, что уже при жизни одного поколения  удавалось, начав, как говориться, с  нуля, пройти весь путь до появления  предприятий фабричного типа? Этого  не происходило не только на Юге, но и на Северо-Востоке с его мануфактурным  периодом и промышленным переворотом. На наш взгляд, столь сильное ускорение  определялось прежде всего тем, что  свободные земли стали заселяться в основном уже в XIX в., на более  высокой ступени капиталистического развития, чем в мануфактурный  период. Если приатлантические колонии  заселялись в XVII-XVIII вв. из одного источника - иммиграции, то на Запад устремились  как иммигранты, так и переселенцы из "внутренней метрополии", т.е. из первоначальных штатов. Целинная земля стала объектом двойной экспансии, и при этом без каких-либо отживших укладов, тормозящих и деформирующих свободное развитие капитализма. Отсюда и отсутствие там промышленной революции как формы возникновения машинного производства, которая не мыслится без борьбы нового со старым, без широкого соревнования механического и ручного труда.