"Феноменология Духа" Гегеля

План.

1. Введение

2. "Феноменология Духа" Гегеля

3. Gestalt

4. Заключение

5. Литература

Введение.

"Феноменология духа" – одно из самых фундаментальных  произведений в истории философской  мысли и, быть может, поэтому  одно из наиболее трудных для  понимания. Вводные замечания  не могут претендовать на раскрытие  весьма сложной структуры и  содержания данной работы. К тому  же она требует еще и подробных  примечаний. Необходимость комментария,  учитывающего опыт разнообразных  истолкований этого произведения  и в свете их уточняющего  перевода, также, как нам представляется, не вызывает сомнения. Переведенная  Густавом Шпетом, вероятно, в 20-х  годах нашего столетия, эта книга  была издана в 1959 г тиражом  в 15 тысяч экземпляров и ныне  стала уже библиографической  редкостью. Сам Густав Шпет  – блестящий и оригинальный  мыслитель своего трагического  поколения – продуктивно работал в феноменологическом направлении, отстаивая его поворотное значение в философии начала XX века. Феноменология Э.Гуссерля привлекла внимание Шпета программой превращения философии в строгую науку и пониманием философии как чистого знания, свободного от любого рода психологизма. Влиятельное в те годы неокантианство также претендовало на то, чтобы в противовес философствующей и поучающей "мудрости" быть "философией знания", а вскоре подобная же претензия стала исходить уже от логического позитивизма, владевшего сознанием ученых вплоть до 70-х годов нашего столетия. В противоположность этим направлениям Шпет осуществлял феноменологический подход к анализу сознания и его смысловых образований, причем не только в их абстрактных моментах, но и в их исторической конкретности. Вот почему его внимание оказалось захваченным "феноменологией духа" Гегеля, и он решился на труд – надо думать, нелегкий и напряженный – перевести эту необычайно сложную, даже в чисто языковом плане, книгу. Коль скоро простое чтение и понимание ее требуют усилий, то можно представить себе объем задачи переводчика на русский язык. К тому же переводить приходилось в такое время, когда наш язык отлучался от подлинно философской мысли идеологией классовой борьбы и ненависти при помощи так называемой диалектики всеобщего, особенного и единичного, предлагающей легко усваиваемые схемы рассуждения. Такие схемы порождали впечатление полного обладания истиной, причем совершенно непререкаемой, поскольку "истина" в ее "диалектической" схематике постижения всеобщего и тотального превращалась в магический ключ, открывающий без усилий любые двери, ведущие к разрешению каких угодно проблем бытия и познания.

Феноменология Гегеля имеет, разумеется, иной смысл, чем та феноменология, которую разрабатывал Гуссерль. Гегель понимал феноменологию как историю  отдельных и последовательных этапов освобождения мышления от всевозможных притязаний чувственности. Тем самым  он как бы воспроизводил задачу Платона, причем после того, как Кант "реабилитировал" чувственность и к ней позднее  апеллировали романтики. У последних  имела место игра в гениальность на основе чувственности и интуиции. Сама же философия превращалась в  критику науки, религии и чего угодно, включая университетское  образование, в котором философии  принадлежало пока еще достойное  место. В своем "Введении" Гегель говорит о такой ситуации в  философии, при которой "прежде чем  приступить к самой сути дела, т.е. к действительному познаванию того, что поистине есть", начинают оговаривать  средства и условия познания истины. Но философия должна быть строгой наукой, а не просто критикой познания или "мудрствованием". И уже в начале своего "Введения" Гегель перестает использовать термин "философия", а говорит только о науке. Философия, считает Гегель, к его времени уже достигла своей собственной сути, получившей после Декарта во владение terra firma, каковой явилась самоопределяемость сознания в его не обусловленном ничем внешним стремлении быть своим собственным понятием. В этом заключается "реальное знание", т.е. наука в ее подлинном, адекватном себе смысле. Вот почему гегелевская тематика привлекла Шпета в его попытке построить философию строго научного знания в противоположность такому философствованию, которое мнит себя мудростью в претензии поучать всех и всякого в любых делах и вопросах.

"Феноменология  Духа" Гегеля

(нем. Phänomenologie des Geistes) — первая  из крупных работ Гегеля, явившаяся  в то же время первым выражением  всей его системы абсолютного  идеализма.

    Работа делится на три главных раздела: сознание, самосознание, абсолютный субъект. Что же касается раздела "сознание", то здесь речь идет о как будто традиционных сюжетах: о чувственной достоверности, мнении, восприятии, рассудке. "Самосознание" — тоже довольно традиционная тема. "Абсолютный субъект", где речь идет о достоверностях и истине разума, где героем становится именно разум, — тоже раздел на первый взгляд более или менее традиционный для тогдашней философии. Понятия духа, истинного духа, нравственности, религии, абсолютного знания также присутствуют в «Феноменологии духа». Гегель пытается создать произведение, основанное на понятии являющегося духа. Это было понятие, в какой-то мере новое для тогдашней философии. Ведь Гегель уже принял идею системы. Он понял, что система должна составиться из разветвленной целостности философских проблем и соответственно философских дисциплин. Но вот подвести к этому построению системы, например подвести к логике, нужно с помощью какой-то другой дисциплины, которая как бы вырвет человека, живущего обыденной жизнью и не настроенного на волну науки, из этой стихии обыденности и подведет его через ряд промежуточных этапов к идее науки. Гегель исходит из того, что история уже проделала с человечеством подобную работу. Когда-то развитие человеческого познания протекало так, что человечество постепенно выработало для себя принцип науки и научности, создало науку. И вот пройти через "станции", какие были оставлены духом в истории человечества, но пройти через них как бы на быстром ходу, в ускоренном развитии, — такую задачу и ставит перед собой Гегель в «Феноменологии духа». Нужно подвести и индивидуального субъекта, и систему философии к понятию науки. Но провести их придется через ряд других проявлений или явлений человеческого духа, через разные формы человеческого знания.

    Другая задача состоит в следующем. Гегель продолжает развивать хорошо известное немецкой классической философии, но, как представляется, по-новому понимаемое понятие субъекта и субъективности. С одной стороны, идеалист Гегель исходит из того, что дух образует основу мира. У Гегеля и у Шеллинга к этому времени уже был развит принцип тождества бытия и мышления, принцип субстанциональности духа, т.е. один из основных принципов идеалистической и, в частности, объективно-идеалистической философии. Но Гегель полагает, что нельзя ограничиться чистой простотой этого принципа. В связи с чем в предисловии к «Феноменологии духа» он делает ряд критических замечаний в адрес Шеллинга и шеллингианцев. Правда, замечания были аккуратные и замаскированные, но Шеллинг, узнав себя и своих последователей в этом изображении Гегеля, на всю жизнь обиделся. Тогда и закончилась эта ранее столь плодотворная дружба. Шеллинг, скорее всего, не простил Гегелю стремления идти своим путем. Путь же Гегеля состоит теперь в том, чтобы наука была изложена как система. Основоположение должно быть развито, развернуто, или, как говорит Гегель, истинное надо выразить "не как субстанцию только, но равным образом и как субъект, ...то, что истинное действительно только как система, или то, что субстанция по существу есть субъект, выражено в представлении, которое провозглашает абсолютное духа — самое возвышенное понятие и притом понятие, которое принадлежит времени и его религии". Поразмыслив над сложным сплавом идей и подходов «Феноменологии духа».

    Работа открывается такими понятиями, как чувственная достоверность, восприятие, рассудок. На эти три формы и делится первый раздел гегелевской феноменологии духа, а именно, раздел о сознании. Затем от анализа сознания Гегель переходит к самосознанию. Самосознание же и есть исследование рассудка. Затем на сцену выступит разум, который будет рассматриваться Гегелем в разделе "абсолютный субъект". Таким образом, членения очень напоминают категории предшествующей философии. И в какой-то степени «Феноменология духа» является критическим анализом предшествующей философии. Так, в первом разделе, где речь идет о сознании, Гегель рассматривает формы сознания, которые связаны с осознанием вещи, с чувственной достоверностью. Этот анализ частично напоминает гносеологическое исследование предшествующей и современной Гегелю философии. Но более существенным и специфическим оказывается второй, собственно феноменологический слой. Здесь перед нами, как на сцене, выступают различные формы философских осознании, философских рефлексий, которые настаивают на первичной роли чувственной достоверности в познании, на абсолютном характере этой чувственной достоверности, и философские учения, которые эти тезисы оспаривают. Учения о восприятии представлены таким же образом. Но исключительно важно понять, что изложение подчинено понятию являющегося духа, или феномена. Парадокс в том, что само слово "феномен" Гегель в этом произведении не употребляет, за исключением его названия. Гораздо чаще употребляются понятия Erscheinung, явление, и являющееся знание. И еще одно слово — Gestalt, которое в русском переводе традиционно передается словом "формообразование". Трудно понять, что же значит "формообразование". Но ведь в оригинале стоит слово "гештальт", интуитивно более ясное современному человеку, в том числе и российскому читателю, без перевода. Правда, значение слова "гештальт" нам нужно еще осмыслить в контексте феноменологии духа.

    «Феноменология духа» предстает не просто как гносеологическое произведение или рассказ о формах являющегося сознания: это не просто теория познания и сознания. Гегель исходит из того, что любая форма являющегося сознания как бы вступает на живую, движущуюся, но постоянно сохраняющуюся сцену взаимодействия индивидов в истории. Человек может каким-то образом переживать свое отношение к форме чувственной достоверности, но это переживание не есть просто и только его индивидуальное переживание, возникающее и тут же исчезающее. Оно как бы выступает на сцену форм являющегося духа. Это особенно очевидно в других разделах «Феноменологии духа», например, посвященных самосознанию. Здесь Гегель анализирует диалектику господского и рабского сознания, рассматривает так называемое несчастное сознание, не скрывая связи форм являющегося знания и сознания с некоторыми легкоузнаваемыми историческими прототипами, например теми, которые выступили в период Французской революции. Одна из главок «Феноменологии духа», которая называется «Свобода и ужас», посвящена анализу таких выступающих на сцене духа форм сознания, которые связаны с пониманием свободы как ничем не ограниченной. Результат этой свободы — абсолютный ужас.

Gestalt

Термин Gestalt несет у Гегеля большую  смысловую   нагрузку. Это понятие близко по своему  значению платоновскому понятию  идеи, эйдоса, точным немецким  переводом которого и является термин  Gestalt. В употреблении этого понятия Гегелем слились различные  тенденции интерпретации смысла этого понятия, имевшие место в истории философии и в истории науки. Во-первых, эйдос Платона, в соответствии с чем Гегель истолковывает <гештальт> как сущность и закон явлений, как формообразующий принцип, как его системную, внутреннюю и внешнюю организацию.

С этой тенденцией связана, во-вторых, линия аристотелевского понимания  формы  как принципа активного упорядочивания и организации материи. В-третьих, Гегель использует этот термин в том значении, которое ему придавал  в своей  морфологии Гёте, где Gestalt значило облик, образ как некое видимое  целое, форма. <...У людей науки, - писал Гёте, - во все времена обнаруживалось влечение познавать живые  образования как таковые, схватывать внешние  видимые, осязаемые части в их взаимосвязи, воспринимать  их как проявления  внутренней природы  и таким образом путем созерцания овладевать целым... У немца для комплекса проявлений  бытия какого-нибудь реального существа имеется слово Gestalt. Употребляя его, он отвлекается от всего подвижного и принимает, что все частности, входящие в состав целого, прочно установлены, закончены и закреплены в своем своеобразии> .

Гегель, высоко оценивая морфологию  Гёте и идеалистически абсолютизируя  учение о метаморфозах, рассматривает Gestalt как тотализирующий   принцип, как принцип единства, целостности и формы,  как целостность, проявляющуюся и во внешней форме, и во внутренней структуре тел. В иенских лекциях по натурфилософии термин  Gestalt употребляется для характеристики конструкции тел  (так называется один из параграфов его  <Механики>).

Проводя  различие между внешней  и вторичной формой, или прообразом (Gestalt), Гегель отмечает, что на ступени реальной материи прообраз  суть <целостность отношений>, <кристаллизация>.

Как и у Шеллинга, термин Gestalt у Гегеля характеризует процесс  индивидуализации. В <Философии   природы>  это понятие впервые употребляется при изложении структуры и облика целостных индивидных  объектов затем при анализе проблем морфологии  растений и, наконец, структуры и облика животных  - высшего типа  индивидуализации в природе.

Говоря о Gestalt в физике целостной индивидуальности, Гегель характеризует специфические способы  организации хрупких структур, магнетизма и кристалла. Он подчеркивает, что Gestalt нельзя понимать как что-то внешне механическое и составленное из частей. Для него важно отметить, что Gestalt - это субъектное единство  соотношений частей, некая <вполне проникающая   форма>, которая организует тело извне и изнутри. В хрупких структурах еще отсутствует целостная организация в собственном смысле. Лишь в магнетизме Gestalt становится реальным принципом, т.е. целостностью формы, обладающей  реальностью. Химический процесс является, по Гегелю, <процессом формообразования реально индивидуализированной  материи> Кристаллы  по своей внутренней структуре являются <целокупностью измерений>. Здесь Gestalt воплощается как во внутренней структуре кристаллов, так и во внешней их форме.

При  анализе растительного организма Гегель собственно воспроизводит учение  Гёте о метаморфозах, где Gestalt трактуется как принцип  внешней  формы  и внутреннего  единства растений.

При  анализе животного организма Gestalt характеризует способы внутренней организации  животных  (их функции и функциональные  системы), а также  внешнее расчленение облика животных.

Термин Gestalt трудно переводим  на русский язык. В. П. Чижов переводил  его как строение, структура. Этот перевод передает лишь  одну сторону - внутреннюю  организацию  тел. Предложенный  Б. Столпнером перевод - образ - также передает лишь одну сторону - внешнюю   форму  тел, данную  органам чувств. Более адекватным, по нашему   мнению, является перевод термина Gestalt как прообраза, как организованности внешней и внутренней, как облика или лика. В ряде мест, поскольку термин Gestalt близок понятию  формы  в его философском значении  как упорядочивающего, структурирующего принципа, он переводится словом <форма>, а термин Gestaltung - как <формообразование>.

Термин Gestalt широко использует К. Маркс в <Капитале>  и в подготовительных  рукописях к нему, характеризуя различные структурные  формы  капитала, превращенные  формы  стоимости, а закон стоимости - как первичную форму  (Kerngestalt) буржуазных товарно-денежых  отношений.  В русских переводах экономических работ К. Маркса  термин Gestalt переводится по-разному:

1) образ;

4) характер;

5) строй.

Заключение

В Предисловии к "Феноменологии  духа", которое, по словам одного из забытых философов того времени - А.Гайма, можно было бы назвать сочинением "О различии между системами  философии Шеллинга и Гегеля", автор акцентировал главный пункт  этого различия, повлекший за собой  все остальные, - философия, по Гегелю, должна быть наукой, а последняя  возможна только в форме системы.       

Первым и необходимым  условием экзотерической по форме философии  должно быть, по Гегелю, специфическое  понимание самого исходного начала, или принципа философствования, который  следует понимать не только как субстанцию, но и как субъект, т.е. активное, движущее начало всех изменений, которое, однако, осознает себя таким только в результате долгого пути развития через последовательное развертывание всего имплицитно в нем предполагаемого. Гегель очерчивает главную цель развития абсолютного  духа в качестве абсолютного знания или науки об абсолютном духе, к  которой он непрерывно восходит от непосредственного (низшего) знания через  ряд ступеней к знанию обоснованному, опосредствованному. Соответственно феноменология, как своего рода "лестница знания", и должна была помочь индивиду встать на путь истинного философского мышления - абсолютного знания, отталкиваясь от непосредственного чувственного опыта. Гегель развивает также и  свою, ставшую поистине сакраментальной, идею об историческом характере философской  истины, рассматриваемой им как процесс, в котором имеет место диалектика относительного и абсолютного, истины и заблуждения. Таким образом, "Феноменология  духа" должна была систематически понять путь индивида к чистой науке, истинному  знанию во всем его объеме, исследуя и изображая, опять-таки во всей полноте  а также необходимости, все ступени (формы, явления, феномены, этапы, образования  и т.п.) знания (сознания).

Во Введении Гегель кратко излагает "схему" движения являющегося  духа, которая затем обрастает  реальной "плотью" и "кровью" в ходе последующего развертывания  содержания в основной части. Путь от обычного каждодневного сознания к науке раскрывается философом как единый диалектический процесс, при рассмотрении которого особое значение приобретают вопросы о начале и, соответственно, обусловленности этого последнего. По Гегелю, дух не есть простое, непосредственное тождество; он изначально открывает в себе нечто отличное от себя, раздваиваясь на сознание и предмет. В процессе развития он затем преодолевает это раздвоение, достигая конкретного тождества. На протяжении всего феноменологического исследования мы и имеем дело с сознанием и его предметом: сознание познает предмет, сравнивает свое знание о предмете с самим этим предметом, проверяет их соответствие .Стремясь к абсолютному знанию, сознание должно освоить весь опыт, достигнув такого знания, в котором сознание (понятие) и предмет совпадут.            

Описанная выше схема или, как ее было принято называть в  марксистском гегелеведении, диалектика развития сознания, воплощается далее  в основном тексте работы в виде последовательного перехода от одной  формы являющегося сознания к  другой. В роли основополагающих здесь  выступают Сознание, Самосознание и  Абсолютный субъект, которые, в свою очередь, распадаются внутри себя на производные феномены. Гегель последовательно  вычленяет а затем анализирует  эти три основных формы духа, уделяя больше всего внимания последней - абсолютному  субъекту, и исследуя многообразные  формы духовной деятельности людей: нравственность, религию, в определенной мере искусство и философию. 

Поскольку деятельность рассудка выражается в том, что он в различном  открывает тождественное (закон), а  в тождественном - различие (многообразие явлений), то такой предмет нельзя уже считать предметом рассудка, да и такой рассудок превращается в самосознание, отличающее себя само от самого себя и знающее, что отличное от него в то же время тождественно с ним. На ступени самосознания предмет  и сознание тождественны, т.к. сознание имеет самого себя объектом и таким  образом отличает себя от самого себя. Сознанию противостоит уже не другое, не предмет, независимый от него: "бытие  в себе" и "бытие для другого" совпадают и сознание становится свободным (т.е. не ограниченным внешним  предметом). Но, как скажет Гегель, всего  этого само самосознание о себе еще не знает; оно должно познать себя, свою сущность и тем самым оно становится своим предметом. Предмет здесь одновременно и отличается от самосознания и есть само это самосознание. Оба существуют и для себя и для другого, т.к. на этой ступени это одно и то же. Самосознание оказывается как бы раздвоено. По Гегелю, это отношение между "видами" одного, но раздвоенного самосознания, можно представить следующим образом: первое признает себя в другом, а другое - в первом, и оба "признают это свое признание". Между ними идет борьба, в которой одно снимает другое, отнимая самостоятельность. Первое, таким образом, становится самостоятельным, второе - несамостоятельным.

Такими ступенями станут дух, религия и абсолютное знание. А пока "наблюдающий" разум  открывает в мире разумное содержание, находит в нем себя предписывающим законы этой действительности. Сначала  он открывает законы природы, затем  переходит от органической природы  к самосознанию и видит, что вся  предметная действительность - это  он сам. Достоверность и истина совпали  и, т.о., по Гегелю, намечается переход  к новому этапу развития сознания - ступени, которая в последующей  гегелевской философии духа будет  фигурировать под рубрикой объективный  дух, включая сюда опыт социально-исторического  формообразования сознания, исторические образы мирового духа - важнейшие социокультурные  эпохи, сыгравшие определяющую роль в становлении духа и осознании  им себя.      

Гегель заканчивает свою феноменологию подробной характеристикой  абсолютного знания, суть которой  кратко может быть сведена к следующему. Абсолютное знание, осуществляющееся в процессе развития, есть целостность  духа, - весь дух, который знает самого себя как духа в своем историческом развитии. Оно (абсолютное знание) есть дух, который выразил свое абсолютное содержание в абсолютной форме. Поднимаясь до себя самого, дух "учился", "страдал" и с помощью опытов, обогащенный, достиг цели. "Дух в себе превращается в дух для себя, субстанция превращается в субъект, предмет сознания в  предмет самосознания, т.е. в снятый предмет, или понятие". Такой дух, по Гегелю, и есть наука. Таким образом, феноменология как будто решает все поставленные перед нею Гегелем  задачи. И, тем не менее, сам мыслитель, как известно, впоследствии решительно переосмыслит результаты своей первой работы, выстраивая весь корпус своего учения отнюдь не на основе феноменологических изысканий.

Литература

1. Кожев А. Введение в чтение Гегеля. Лекции по «Феноменологии духа» Гегеля = Introduction à la lecture de Hegel. Leçons sur la Phénoménologie de l’Esprit. — СПб.: Наука, 2003. — (Слово о сущем). — 3000 экз. — ISBN 5-02-026788-0
2. Селиванов Ю.Р. Феноменология отчужденного духа. — М., 1999.
3. Селиванов Ю.Р. Сознание масс-медиа. Пролегомены к феноменологии коммуникации. — М., 2002.
4. «Феноменология духа» Гегеля в контексте современного гегелеведения / Ответственный редактор Мотрошилова Н.В.. — М.: Канон+, 2010. — 672 с. — (Научное издание). — 800 экз. — ISBN 978-5-88373-154-6
5. Азарова Н.М. Переводы «Феноменологии духа» Гегеля и язык русских философских текстов XX века // Известия РАН. Серия литературы и языка. – 2008. - № 6. - Т. 67. – С. 46-53.
6. Azarova Natalia. La Phénoménologie de l’Esprit de Hegel dans la traduction russe de G. Chpet et dans la traduction française de A. Kojève // Slavica Occitania. – 2008. – Nu–-Le Mirail. – С. 253-269.